да, привёл его Муслим с союзом «уа» (и), и так же аль-Бухари — в следующей главе, но сказал: «а тот, кому переведён долг» (وَمَنْ أُتْبِعَ). Связь этого предложения с предыдущим состоит в том, что, указав на то, что оттягивание платежа состоятельным является притеснением, он присовокупил к этому указание на то, что следует принимать перевод долга на платёжеспособного, поскольку в принятии этого — устранение притеснения, возникающего от оттягивания. Ведь бывает так, что требовать долг с того, на кого переведён долг, легче для получившего перевод, чем для переведшего. Поэтому в принятии перевода долга — помощь в удержании его (должника) от притеснения. В хадисе — порицание оттягивания платежа. Разошлись во мнениях, считается ли совершение этого умышленно тяжким грехом или нет. Большинство считает, что совершающий это становится нечестивцем (фасик), но устанавливается ли его нечестие одним лишь случаем оттягивания или нет? Ан-Навави сказал: требование нашего мазхаба — обусловленность повторением. Ас-Субки в «Шарх аль-Минхадж» опроверг это, сказав, что требование нашего мазхаба — отсутствие такого условия, и привёл довод, что удержание права после его востребования и поиск оправдания для его невыплаты подобно присвоению (гасб), а присвоение — тяжкий грех, и наименование этого притеснением указывает на то, что это тяжкий грех, а для тяжкого греха не требуется повторение. Однако не выносится решение об этом, пока не станет очевидным отсутствие у него оправдания, — на этом он завершил.
Разошлись также во мнении, становится ли он нечестивцем из-за отсрочки при наличии возможности до предъявления требования или нет. То, на что указывает хадис главы, — это обусловленность предъявлением требования, поскольку слово «оттягивание» на это указывает. В понятие «оттягивание» входит всякий, на ком лежит право, — как муж по отношению к жене, господин по отношению к своему рабу, правитель по отношению к своим подданным, и наоборот. Хадисом также обосновывается, что неспособный к выплате не входит в понятие притеснения, и это выводится путём указания смысла (мафхум), поскольку обусловленность решения одним из качеств субъекта указывает на отрицание этого решения в отношении субъекта при отсутствии данного качества. А те, кто не признаёт довод по мафхуму, ответили, что неспособного не называют «оттягивающим». Также хадисом обосновывается, что состоятельный, чьё имущество отсутствует при нём (недоступно ему), не входит в понятие притеснения. Является ли он исключением из общего понятия «состоятельный», или же он в этом отношении вообще не считается состоятельным? Более очевидно второе, поскольку в таком положении ему дозволяется давать долю бедных из закята, а если бы он считался состоятельным по решению, это не было бы дозволено. Из этого выведено, что неплатёжеспособный не заключается под стражу и с него не требуют, пока он не станет состоятельным. Аш-Шафии сказал: если бы было дозволено взыскивать с него, он был бы притеснённым, а по условию задачи он не притеснён из-за своей неспособности. Некоторые учёные сказали: разрешается заключить его под стражу. Другие сказали: разрешается неотступно преследовать его (сопровождать, не отходя). Хадисом также обосновывается, что если перевод долга состоялся правильно, а затем получение стало невозможным из-за возникновения какого-либо обстоятельства, как смерть или банкротство, то у получившего перевод нет права обратного требования к переведшему, поскольку если бы у него было такое право, то в условии платёжеспособности не было бы пользы. А раз это было поставлено условием, значит, известно, что произошёл переход, не допускающий возврата, — подобно тому, как если бы кто-то заменил своему кредитору долг заменой, а затем эта замена погибла в руках владельца долга, — у него нет права обратного требования.
Ханафиты сказали: он возвращается (к переведшему) при невозможности получения, и они уподобили это поручительству (даман). Хадисом также обосновывается неотступное преследование оттягивающего платёж, принуждение его к выплате долга, изыскание пути к этому всеми способами и взятие с него долга силой. Хадисом также обосновывается учёт согласия переведшего и получившего перевод, но не того, на кого переведён долг, поскольку это не упомянуто в хадисе, — и так сказало большинство. От ханафитов передаётся, что это тоже ставится условием, и так сказал аль-Истахри из числа шафиитов. В этом также — наставление к оставлению причин, разрывающих единство сердец, поскольку это порицание оттягивания платежа, а оно ведёт именно к этому.
2 — глава: если перевёл долг на платёжеспособного, то нет ему права отказа
2288 — Рассказал нам Мухаммад ибн Юсуф, рассказал нам Суфьян, от Ибн Закуана, от аль-Аараджа, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), от Пророка ﷺ, сказал: «Оттягивание платежа состоятельным — притеснение, а тот, чей долг переведён на платёжеспособного, пусть последует (за ним требованием)».
3 — глава: если долг умершего переведён на другого человека, это допустимо
2289 — Рассказал нам аль-Макки ибн Ибрахим, рассказал нам Язид ибн Абу Убайд, от Салямы ибн аль-Аква (да будет доволен им Аллах), сказал: сидели мы у Пророка ﷺ, когда принесли погребальные носилки, и сказали: «Соверши над ним молитву». Он спросил: «Есть ли на нём долг?» Сказали: «Нет». Спросил: «Оставил ли он что-нибудь?» Сказали: «Нет». И он совершил над ним молитву. Затем принесли другие носилки, и сказали: «О посланник Аллаха, соверши над ним молитву». Спросил: «Есть ли на нём долг?» Сказали: «Да». Спросил: «Оставил ли он что-нибудь?» Сказали: «Три динара». И он совершил над ним молитву. Затем принесли третьи носилки, и сказали: «Соверши над ним молитву». Спросил: «Оставил ли он что-нибудь?» Сказали: «Нет». Спросил: «Есть ли на нём долг?» Сказали: «Три динара». Сказал: «Молитесь над вашим товарищем». Абу Катада сказал: «Соверши над ним молитву, о посланник Аллаха, а его долг на мне». И он совершил над ним молитву.
[хадис 2289 — его продолжение приведено в 2795]
Его слово: («Глава: если перевести долг покойного на другого человека — это допустимо, и если он перевёл его на состоятельного [должника], то нет ему права возврата»). Так это установлено в передаче Абу Зарра. А у других вторая часть заголовка предшествует первой, будучи выделена в отдельную главу, в которой приводится хадис Абу Хурайры: «Задержка платежа состоятельным человеком — это несправедливость», от Мухаммада ибн Юсуфа, от Суфьяна — а это ас-Саури, — от Абу аз-Зинада. Соответствие этого хадиса заголовку очевидно, и оно указывает на то, что автор в этом вопросе согласен с большинством учёных в том, что нет права на возврат. Обсуждение этого уже было приведено в предыдущей главе. Абу Мас‘уд упомянул, что этот путь передачи установлен в риваяте ан-Наими от аль-Фарабри и что его нет у аль-Хамави. Он сказал: и передал его также Хаммад ибн Шакир от аль-Бухари. Я говорю: он также установлен у Абу Зайда аль-Марвази от аль-Фарабри, и передал его также Ибрахим ибн Ма‘кыль ан-Насафи от аль-Бухари. Подтверждает поступок ан-Насафи и тех, кто последовал за ним, то, что он спустя несколько глав озаглавил для хадиса Салямы: «Глава о том, кто взял на себя долг покойного, — нет ему права на возврат». Если бы то, что сделал Абу Зарр, было верно сохранённым, то заголовок повторился бы для одного и того же хадиса.
(Два замечания):
Первое: Мухаммад ибн Юсуф не имеет родства с Абдуллахом ибн Юсуфом. Мухаммад — это ибн Юсуф ибн Вакид ибн Усман аль-Фирьяби, спутник Суфьяна ас-Саури, а Абдуллах — это ибн Юсуф ибн Абдуллах ат-Тиннисий, спутник Малика. Аль-Фирьяби не встречался с Маликом, а ат-Тиннисий не встречался с Суфьяном. Аллах знает лучше.
Второе: Ибн Батталь сказал: он озаглавил главу о хивале (переводе долга), сказав: «если перевести долг покойного», а затем включил хадис Салямы, который относится к поручительству (заман), потому что хиваля и заман, по мнению некоторых учёных, близки друг другу. К этому склонился Абу Саур, поскольку оба они объединены тем, что каждый из них переносит обязательство одного человека на обязательство другого. А поручительство в этом хадисе — это перенос того, что лежит на обязательстве покойного, на обязательство поручителя, так что оно становится подобным хивале в точности. Я говорю: он озаглавил для этого впоследствии главой о кафале (поручительстве), исходя из внешнего смысла хадиса.
Его слово: («когда была принесена джаназа») — я не нашёл имени владельца этой джаназы, равно как и следующей. У аль-Хакима приводится из хадиса Джабира: «умер человек, и мы омыли его, и обернули его саваном, и хранили его, и положили его там, где кладут покойников, у места стояния Джибриля, а затем известили о нём Посланника Аллаха ﷺ».
Его слово: («он сказал: «есть ли на нём долг?»») — далее, спустя четыре главы, придёт причина этого вопроса из хадиса Абу Хурайры о том, что Посланнику Аллаха ﷺ приводили умершего человека, на котором был долг, и он спрашивал: «оставил ли он для покрытия своего долга что-либо?» Если ему сообщали, что тот оставил покрытие своего долга, он совершал по нему молитву, а иначе он говорил мусульманам: «совершите молитву по своему товарищу». [Далее] хадис, и в нём разъясняется, что он оставил это [правило] после того, как Аллах открыл ему завоевания.
Его слово: («затем была принесена другая джаназа») — в этом хадисе упомянуты три положения, а четвёртое оставлено без упоминания. Первое: [покойный] не оставил имущества, и на нём нет долга. Второе: на нём долг, и есть покрытие для него. Третье: на нём долг, и нет для него покрытия. Четвёртое: тот, на ком нет долга, и у него есть имущество, — а решение по этому случаю таково, что по нему также совершается молитва. И, как кажется, оно не упомянуто не потому, что оно не встречалось, а потому, что оно было слишком частым [и очевидным].
Его слово: («три динара») — в хадисе Джабира у аль-Хакима: «два динара». Это же передал Абу Дауд другим путём от Джабира с подобным содержанием, и так же передал ат-Табарани из хадиса Асмы бинт Язид. Согласование между ними [возможно так]: что было два динара с половиной, и кто сказал «три», округлил дробную часть, а кто сказал «два динара», отбросил её. Или же изначально было три [динара], но покойный выплатил один динар перед смертью, и осталось на нём два динара, — и тогда тот, кто сказал «три», учитывал первоначальную сумму, а тот, кто сказал «два динара», учитывал то, что осталось от долга. Первое [объяснение] более подходящее. У Ибн Маджи в хадисе Абу Катады встречается «восемнадцать дирхемов», а это меньше двух динаров. А в «Мухтасаре» аль-Музани из хадиса Абу Са‘ида аль-Худри: «два дирхема», и если это достоверно, то согласуется [объяснением] через множественность случаев.
Его слово: («Абу Катада сказал: «соверши по нему молитву, о Посланник Аллаха, а долг его на мне», и он совершил по нему молитву») — а в риваяте Ибн Маджи из хадиса самого Абу Катады: «Абу Катада сказал: «а я беру на себя поручительство за него»». Аль-Хаким добавил в хадисе Джабира: «он сказал: «они оба на тебе и в твоём имуществе, а покойный свободен от них обоих?» Он сказал: «да». И он совершил по нему молитву. И стал Посланник Аллаха ﷺ, когда встречал Абу Катаду, говорить: «что сделали два динара?» — до тех пор, пока в конце концов тот не сказал: «я уже выплатил их, о Посланник Аллаха». Он сказал: «теперь, когда ты охладил его кожу»». Эта история произошла ещё раз в другой раз: ад-Даракутни передал из хадиса Али: «Посланник Аллаха ﷺ, когда ему приносили джаназу, не спрашивал ни о чём из деяний этого человека, а спрашивал о его долге. Если говорили: «на нём долг», — он останавливался, а если говорили: «нет на нём долга», — он совершал молитву. И была принесена джаназа, и когда он встал, чтобы произнести такбир, он спросил: «есть ли на нём долг?» Они сказали: «два динара». И он отступил от него. Тогда Али сказал: «они оба на мне, о Посланник Аллаха, а он свободен от них обоих». И он совершил по нему молитву. Затем он сказал Али: «да воздаст тебе Аллах добром и да освободит Аллах твой залог»». [Далее] хадис.
Ибн Батталь сказал: большинство учёных склонилось к действительности этого поручительства, и поручителю не полагается требовать возмещения из имущества умершего. От Малика передаётся, что поручитель вправе требовать возмещения, если он скажет: «Я поручился с тем, чтобы затем получить возмещение», но если у умершего не оказалось имущества и поручитель знал об этом, то ему не полагается возмещения. От Абу Ханифы передаётся: если умерший оставил имущество, покрывающее долг, поручительство действительно в размере оставленного, а если он не оставил покрывающего имущества, то поручительство недействительно. Этот хадис — довод в пользу мнения большинства.
В этом хадисе содержится указание на тяжесть положения должника и на то, что не следует брать на себя долг иначе как по необходимости. Речь о мудрости того, что Пророк ﷺ вначале воздерживался от молитвы по умершему, на котором был долг, последует при разборе хадиса Абу Хурайры, через четыре главы, если пожелает Аллах Всевышний. В хадисе также содержится указание на обязательность заупокойной молитвы по покойному, и об этом уже было рассуждение в своём месте.
٣٩ — Книга о поручительстве
١ — Глава о поручительстве в долге и займах — телесном (личностью) и ином
٢٢٩٠ — Абу аз-Зинад передал от Мухаммада ибн Хамзы ибн Амра аль-Аслями, от его отца, что Умар (да будет доволен им Аллах) отправил его сборщиком закята, и один человек совершил прелюбодеяние с невольницей своей жены. Хамза взял с этого человека поручителей, пока тот не явился к Умару. А Умар уже подверг его ста ударами плети, но затем, когда те (поручители) подтвердили (обстоятельства дела), простил его по причине незнания (закона).