Ибн Баттал счёл затруднительным то, что упомянутый аят — слова Всевышнего: «Если две группы верующих сразятся» — был ниспослан по поводу этой истории, поскольку размолвка произошла между теми, кто был с Пророком ﷺ из числа его сподвижников, и сторонниками Абдуллаха ибн Убайя, а те в то время были неверующими. Как же тогда мог быть ниспослан о них аят: «две группы верующих»? Тем более если считать историю Анаса и историю Усамы одной и той же, ведь в риваяте Усамы сказано: «и стали ругаться друг с другом мусульмане и многобожники». Я говорю: возможно истолковать это через преобладание (одной стороны над другой в наименовании), хотя здесь есть затруднение и с другой стороны — а именно то, что хадис Усамы прямо указывает на то, что это произошло до битвы при Бадре и до того, как приняли ислам Абдуллах ибн Убайй и его сторонники, тогда как упомянутый аят находится в суре «Комнаты», а её ниспослание относится к очень позднему времени — периоду прибытия делегаций. Однако возможно, что аят о примирении был ниспослан в более раннее время, и тогда затруднение снимается.
(Замечание): история, приведённая в хадисе Анаса, отличается от истории, приведённой в предыдущем хадисе Сахля ибн Саада, поскольку история Сахля касается бану Амр ибн Ауф, которые относятся к аусу и чьи жилища находились в Куба, а история Анаса касается рода Абдуллаха ибн Убайя и Саада ибн Убады, которые относятся к хазраджу и чьи жилища находились в аль-Алия. Я не нашёл сведений о причине размолвки между бану Амр ибн Ауф в хадисе Сахля, а Аллах знает лучше.
В хадисе содержится указание на то, каким снисхождением, кротостью и терпением к обидам ради Аллаха, а также призывом к Аллаху и сплочением сердец отличался Пророк ﷺ.
В нём также указание на то, что верховая езда на осле не является умалением достоинства для больших людей.
В нём также указание на то, каким почитанием окружали сподвижники Посланника Аллаха ﷺ, каким этикетом отличалось их обращение с ним и какой сильной была их любовь к нему, а также на то, что тот, кто советует старшему что-либо, должен излагать это в форме предложения, а не категорического утверждения.
В нём также указание на допустимость преувеличения в похвале, поскольку сподвижник безоговорочно заявил, что запах осла приятнее запаха Абдуллаха ибн Убайя, и Пророк ﷺ одобрил это его высказывание, не возразив.
2 — Глава: не лжец тот, кто примиряет людей
2692 — Рассказал нам Абд аль-Азиз ибн Абдуллах: рассказал нам Ибрахим ибн Саад от Салиха, от Ибн Шихаба, что Хумайд ибн Абд ар-Рахман сообщил ему, что его мать Умм Кульсум бинт Укба сообщила ему, что она слышала, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Не лжец тот, кто примиряет людей, передавая доброе или говоря доброе».
Его слово («Глава: не лжец тот, кто примиряет людей») — он озаглавил главу словом «аль-казиб» (лжец), а привёл хадис со словом «аль-каззаб» (лжец, с усилением). Формулировка, которой он озаглавил главу, принадлежит Мамару от Ибн Шихаба и встречается у Муслима. По правилам построения речи следовало бы сказать: «не тот, кто примиряет людей, является лжецом», но здесь употреблён приём инверсии, что допустимо.
Его слово («от Салиха») — это Салих ибн Кайсан, и весь иснад состоит из мединцев, причём в нём подряд идут трое из числа таби‘инов. Умм Кульсум бинт Укба — то есть дочь Укбы ибн Абу Муайта, из омейядов.
Его слово («файанми») — с фатхой в начале и кясрой на «мим», то есть «доводит до сведения». Говорят: «намайту-ль-хадиса анмихи», когда доводишь что-то с целью примирения и стремления к добру, а если доводишь с целью порчи и клеветы, говоришь: «намайтуху» с усилением («тем-тем»). Так сказало большинство. Аль-Харби же утверждал, что говорится только «намайтуху» с усилением, и сказал: если бы было «янми» с облегчением, то следовало бы говорить «хайрун» в именительном падеже. Ибн аль-Асир возразил ему, что слово «хайран» стоит в винительном падеже из-за глагола «янми», подобно тому как оно ставится в винительном падеже после «каля» («сказал»), и это совершенно очевидно, так что удивительно, что подобное осталось скрытым от аль-Харби. В риваяте «аль-Муватта» встречается форма «юнми» с даммой в начале. Ибн Куркуль передал от риваята Ибн ад-Даббага форму с даммой в начале и с «ха» вместо «мим», и сказал: это искажение (тасхиф), хотя возможно истолковать это в значении «доводит», ведь говорят: «анхайту иляйхи каза» — «я довёл до него то-то».
Его слово («или говорит доброе») — это сомнение передатчика. Учёные сказали: имеется в виду, что он сообщает то доброе, что знает, и умалчивает о том дурном, что знает, и это не считается ложью, ведь ложь — это сообщение о чём-либо вопреки тому, каково оно на самом деле, а здесь человек молчит, а молчащему не приписывается высказывание. И в этом нет довода для тех, кто утверждает, что для лжи необходимо намерение солгать, поскольку здесь человек молчит. То, что добавили Муслим и ан-Насаи в риваяте Якуба ибн Ибрахима ибн Саада от его отца, в конце гласит: «И я не слышал, чтобы он давал послабление в чём-либо из того, что люди называют ложью, кроме как в трёх случаях», и он их упомянул: война, речь мужчины со своей женой и примирение между людьми. Ан-Насаи также привёл это добавление через путь аз-Зубайди от Ибн Шихаба, но это добавление является вставленным (мудрадж), что разъяснил Муслим в своём риваяте по пути Юнуса от аз-Зухри, приведя хадис, а затем сказав: «И сказал аз-Зухри...». Так же ан-Насаи привёл это отдельно через риваят Юнуса и сказал: «Юнус более достоверен в передаче от аз-Зухри, чем другие». Муса ибн Харун и другие категорически утверждали, что это вставка. Мы передали это в «Фаваид» Ибн Аби Майсары через путь Абд аль-Ваххаба ибн Руфайа от Ибн Шихаба, который привёл это со своим иснадом, ограничившись только добавлением, и это — грубая ошибка. Ат-Табари сказал: некоторая группа учёных склонилась к дозволенности лжи с целью примирения и сказала, что упомянутые три случая приведены лишь в качестве примера, и сказала: порицаемая ложь — это та, в которой есть вред, или та, в которой нет пользы.
Другие сказали: ложь не допускается вообще ни в чём, и они отнесли ложь, подразумеваемую здесь, к «тауриййе» (двусмысленной формулировке, вводящей в заблуждение без прямой лжи) и намёку — например, когда человек говорит притеснителю: «Я вчера молился за тебя», а сам подразумевает свои слова: «О Аллах, прости мусульман»; или обещает своей жене подарить что-то, подразумевая: «если Аллах предопределит это»; или показывает в себе силу (которой на деле нет).
Я говорю: первого мнения твёрдо держался аль-Хаттаби и другие, а второго — твёрдо держались аль-Мухалляб, аль-Асили и другие. Об этом будет добавлено далее, в главе о лжи на войне, в конце книги о джихаде, если Аллах пожелает.
Учёные согласны, что под ложью в отношении женщины и мужчины подразумевается лишь та ложь, которая не отменяет чьё-либо право на него или на неё, и не является присвоением того, что ему или ей не принадлежит. То же самое касается лжи на войне, помимо обещания безопасности (аман). Также они согласны в допустимости лжи в случае крайней необходимости — например, если притеснитель намеревается убить человека, который скрывается у него, то он может отрицать, что тот находится у него, и клясться в этом, и не будет за это грешен. И Аллах знает лучше.
3 — Глава: слово имама своим соратникам: «Пойдёмте, помирим их»
3693 — Передал нам Мухаммад ибн Абдуллах, [он сказал]: передал нам Абд аль-Азиз ибн Абдуллах аль-Увайси, и Исхак ибн Мухаммад аль-Фарави, они сказали: передал нам Мухаммад ибн Джафар, от Абу Хазима, от Сахля ибн Саада (да будет доволен им Аллах): что жители Кубы схватились в драке, доходя до того, что бросали друг в друга камнями. Об этом было сообщено Посланнику Аллаха ﷺ, и он сказал: «Пойдёмте, помирим их».
Его слово (глава: слово имама своим соратникам: «пойдёмте, помирим их») — здесь приведён отрывок из хадиса Сахля ибн Саада, который уже приводился в начале книги о примирении (сульх), и он ясно указывает на то, ради чего дана эта глава.
Его слово в начале иснада: «передал нам Мухаммад ибн Абдуллах» — так у большинства, а в риваяте ан-Насафи и Абу Ахмада аль-Джурджани это имя пропущено, так что у них хадис получается передан от аль-Бухари, от Абд аль-Азиза и Исхака. Абд аль-Азиз аль-Увайси — из числа шейхов аль-Бухари, и именно от него аль-Бухари приводил хадис предыдущей главы; а этот хадис он передал от него через посредника. Точно так же Исхак ибн Мухаммад аль-Фарави передавал от него как через посредника, так и без посредника. А Мухаммад ибн Джафар, их шейх, — это ибн Абу Касир, и весь иснад состоит из мединцев.
Что касается упомянутого Мухаммада ибн Абдуллаха, то аль-Хаким твёрдо определил, что это Мухаммад ибн Яхья ибн Абдуллах ибн Халид ибн Фарис аз-Зухли, приписав его к его деду. И Аллах знает лучше.