И было сказано в толковании его слова «всадник — шайтан»: то есть его одинокое путешествие подталкивает его к шайтану, либо он уподобляется шайтану в своём поступке. Также говорилось, что это порицается потому, что если одинокий путник умрёт в этом своём путешествии, не найдётся никого, кто позаботился бы о нём; так же и двое: если они умрут или умрёт один из них, не найдётся того, кто помог бы ему, — в отличие от троих, ибо в большинстве случаев такое опасение устраняется.
Я говорю: далее, спустя много глав, в главе о путешествии в одиночку последует упоминание кое-чего из этого, а разбор хадиса Малика ибн аль-Хувайриса уже приводился в книге о молитве.
43 — глава: «В чёлках коней связано благо до дня воскресения»
2849 — Передал нам Абдуллах ибн Масляма: передал нам Малик от Нафи‘а, от Абдуллаха ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах), сказавшего: сказал посланник Аллаха ﷺ: «В чёлках коней — благо до дня воскресения».
[Хадис 2849 — см. также: 3644]
2850 — Передал нам Хафс ибн Умар: передал нам Шу‘ба от Хусайна и Ибн Аби ас-Сафара, от аш-Ша‘би, от Урвы ибн аль-Джа‘да, от Пророка ﷺ, сказавшего: «В чёлках коней связано благо до дня воскресения». Сулейман сказал, [передавая] от Шу‘бы, от Урвы ибн Аби аль-Джа‘да; за ним последовал Мусаддад от Хушайма, от Хусайна, от аш-Ша‘би, от Урвы ибн Аби аль-Джа‘да.
[Хадис 2850 — его части в: 2852, 3119, 3643]
2851 — Передал нам Мусаддад: передал нам Яхья от Шу‘бы, от Абу ат-Таййаха, от Анаса ибн Малика (да будет доволен им Аллах), сказавшего: сказал посланник Аллаха ﷺ: «Благодать — в чёлках коней».
[Хадис 2851 — см. также: 3645]
Его слово (глава: «в чёлках коней связано благо до дня воскресения») — так он озаглавил главу словами самого хадиса, без добавления, и из этого он извлёк то, что придёт в следующей главе. Он привёл в ней три хадиса:
Первый — хадис Ибн Умара.
Его слово («в чёлках коней — благо») — так в «Муватта», без слова «связано»; это слово подтверждается у аль-Исмаили в риваяте Абдуллаха ибн Нафи‘а, от Малика, и придёт далее в «признаках пророчества» путём Убайдуллаха ибн Умара, от Нафи‘а, с подтверждением этого слова, и это в риваяте Абу Зарра, от аль-Кушмихани отдельно.
Сулейман сказал, [передавая] от Шу‘бы: от Урвы ибн Аби аль-Джа‘да.
За ним последовал Мусаддад от Хушайма, от Хусайна, от аш-Ша‘би, от Урвы ибн Аби аль-Джа‘да.
Второй хадис — хадис Урвы ибн аль-Джа‘да.
Его слово («от Хусайна») — с уменьшительной формой — это Ибн Абд ар-Рахман; (и Ибн Аби ас-Сафара) — с фатхой над «син» и «фа» — это Абдуллах.
Его слово («от Урвы ибн аль-Джа‘да») — в риваяте Закарии, от аш-Ша‘би: «рассказал нам Урва», и это в следующей главе.
Его слово («сказал Сулейман») — это Ибн Харб («от Шу‘бы, от Урвы ибн Аби аль-Джа‘да») — то есть Сулейман ибн Харб разошёлся с Хафсом ибн Умаром в имени отца Урвы: Хафс сказал «Урва ибн аль-Джа‘д», а Сулейман сказал «Урва ибн Аби аль-Джа‘д». Путь Сулеймана передал в связанном виде ат-Табарани от Абу Муслима аль-Каджжи, от него; и вывел его Абу Ну‘айм в «Мустахрадже» другим путём от Абу Муслима. Аль-Исмаили сказал: большинство передатчиков от Шу‘бы говорят «Урва ибн аль-Джа‘д», кроме Сулеймана и Ибн Аби Ади. Я говорю: риваят Ибн Аби Ади есть у ан-Насаи, и за ними обоими последовал Муслим ибн Ибрахим, что вывел Ибн Аби Хайсама от него. И у Шу‘бы есть в этом другой иснад, где он сказал: «Урва ибн аль-Джа‘ди» также, что вывел Муслим путём Гундара от него, от Аби Исхака, от аль-Айзара ибн Хурайса, от Урвы.
Его слово («за ним последовал Мусаддад, от Хушайма, от Хусайна» и т. д.) — так мы передали это в связанном виде в «Муснаде» Мусаддада в риваяте Му‘аза ибн аль-Мусанны от него, и он сказал в нём «Урва ибн Аби аль-Джа‘д», как сказал аль-Бухари. Но Ахмад передал это в своём «Муснаде» от Хушайма и сказал «Урва аль-Барики», и так же сказал Закария в следующей главе. И так же вывел это Муслим путём Ибн Фудайля и Ибн Идриса, от Хусайна, а вывел путём Джарира, от Хусайна, сказав: «Урва ибн аль-Джа‘д». Ибн аль-Мадини счёл верным, что это Урва ибн Аби аль-Джа‘д, и упомянул Ибн Аби Хатим, что имя Аби аль-Джа‘да — Са‘д. А ар-Рашати сказал: это Урва ибн Ийад ибн Аби аль-Джа‘д, приписанный в риваяте к своему деду; сказал: он был среди тех, кто участвовал в завоеваниях Шама и поселился там, затем Усман переселил его в Куфу. Я говорю: далее в «признаках пророчества» придёт, что он привязывал множество коней, так что рассказчик сказал: «Я видел в его доме семьдесят коней». У Мусаддада в этом хадисе есть другой шейх, который придёт в главе о дозволенности трофеев, от него, от Халида — это ат-Таххан — от Хусайна, и там тоже сказано: «Урва аль-Барики». А в риваяте Ибн Идриса, от Хусайна, в этом хадисе есть добавление: «а верблюды — почёт для их владельцев, а овцы — благодать», что вывел аль-Баркани в своём «Мустахрадже», и указал на это аль-Хумайди. А «аль-Барики» — с «ба», кясрой над «ра», затем «каф» — по отношению к Барику, горе в Йемене; и говорилось, что это источник воды в ас-Сарате, где поселились сыны Ади ибн Хариса ибн Умара, и племя из Азда, и был прозван так из них Са‘д ибн Ади, которого называли Барик. А ар-Рашати утверждал, что это отнесение к Зу Барику — племени из Зу Ру‘айн.
Его слово («передал нам Яхья») — это аль-Каттан; («Абу ат-Таййах») — с двумя буквами «та» и «я» с ташдидом, и в конце — «ха» без точек; а весь иснад — из басрийцев.
Его слово: («благо в чёлках коней») так это встречается [в тексте], но здесь непременно должно быть нечто опущенное, к чему относится предлог с управляемым словом. Наиболее подходящим является то, что подразумевается то, что установлено в другом риваяте. Аль-Исмаили привёл это через путь Асима ибн Али ибн Шубы в формулировке: «благо ниспадает в чёлки коней», а также привёл через путь Ибн Махди от Шубы в формулировке: «добро связано в чёлках коней». И далее в главе о признаках пророчества будет приведено через путь Халида ибн аль-Хариса от Шубы в формулировке хадиса Урвы аль-Барики, только без слов «до Дня воскресения».
Ияд сказал: если в их чёлках благо, то представляется далёким, чтобы в них было и предвестие несчастья (шум). Возможно, что упоминаемое далее предвестие несчастья относится не к тем коням, которые привязаны для джихада, и что кони, приготовленные для него, — это те, которые особо отмечены добром и благом. Либо можно сказать, что добро и зло могут сочетаться в одной и той же сущности, ибо он [Пророк ﷺ] разъяснил добро как награду и военную добычу, и это не препятствует тому, чтобы данный конь при этом был из числа тех, о которых предвещают несчастье. Я говорю: об этом будет добавлено спустя три главы.
Его слово: («под конями подразумеваются те, что берутся для военного похода, чтобы на них сражаться, либо привязываются для этой цели») — на основании его слов в хадисе, который приводится далее спустя четыре главы: «кони бывают трёх видов» и далее по тексту хадиса. Ахмад передал от Асмы бинт Язид, возводя к Пророку ﷺ: «Кони — в их чёлках связано добро до Дня воскресения. Кто привязал их как снаряжение на пути Аллаха и тратил на них средства из благочестивых побуждений, то их сытость и голод, их напоенность и жажда, их помёт и моча будут для него удачей на весах в День воскресения» — и далее по тексту хадиса. А также на основании его слов в риваяте Закарии, как это приведено в следующей главе: «награда и военная добыча». Его слово «награда» является заменой (бадаль) к слову «добро», либо это сказуемое при опущенном подлежащем, то есть: «это — награда и военная добыча». У Муслима в риваяте Джарира от Хусайна встречается: они сказали: «В чём это, о Посланник Аллаха?» Он ответил: «В награде и военной добыче».
Ат-Тыби сказал: возможно, что добро, которое разъяснено как награда и военная добыча, есть метафора ввиду его явности и неотступности, а чёлка выделена особо ввиду возвышенности её положения. Как бы он [Пророк ﷺ] сравнил это по его явности с чем-то ощутимым, привязанным в возвышенном месте, и потому добро было отнесено к неотъемлемому свойству того, с чем сравнивается, а упоминание чёлки — это выделение метафоры без сравнительного элемента (таджрид). Под чёлкой здесь подразумеваются волосы, свисающие на лоб, — так сказал аль-Хаттаби и другие.
Учёные сказали: возможно, что чёлкой он [Пророк ﷺ] иносказательно обозначил всё существо коня целиком, подобно тому как говорят: «такой-то — благословенной чёлки». Однако этому противоречит формулировка третьего хадиса. Муслим передал от Джарира, что он сказал: «Я видел, как Посланник Аллаха ﷺ крутил чёлку своего коня пальцем и говорил...» — и далее приводится хадис. Возможно, что чёлка была выделена особо потому, что она — передняя часть коня, что указывает на то, что достоинство заключается в продвижении вперёд ею на врага, а не в задней части, в которой содержится указание на отступление. Этим доказывается, что то, что пришло относительно предвестия несчастья в конях, не следует понимать буквально. Но возможно также, что здесь подразумевается род коней в целом, то есть что они таковы, что в них по своей природе заключено добро. А что касается того, кто привязал коня для недоброго дела, то возникновение греха связано с этим случайным обстоятельством. Об этом будет добавлено на своём месте спустя несколько глав.