Он сказал: «Он не оставил ничего, кроме того, что между двумя досками». Он [также] сказал: «Мы вошли к Мухаммаду ибн аль-Ханафии и спросили его, и он сказал: ‚Он не оставил ничего, кроме того, что между двумя досками‘».
Его слово («глава о том, кто сказал: пророк ﷺ не оставил ничего, кроме того, что между двумя досками») — то есть того, что находится в мусхафе. Не имеется в виду, что он оставил Коран уже собранным между двумя досками, ибо это противоречило бы тому, что было изложено ранее о собирании его Абу Бакром, а затем Усманом. Это заглавие приведено в опровержение тех, кто утверждает, будто большая часть Корана исчезла вместе с исчезновением его носителей. Это измышление рафидитов, призванное подтвердить их притязание на то, что указание на имамат Али и его право на халифат после смерти пророка ﷺ якобы содержалось в тексте Корана, а сподвижники это скрыли. Это притязание ложно, ибо они не скрыли такие [сообщения], как слова «ты для меня в положении Харуна при Мусе» и другие подобные внешние указания, за которые может ухватиться претендующий на его имамат, — так же как они не скрыли и того, что этому противоречит, или ограничивает общий смысл этих указаний, или уточняет их безусловность.
Автор проявил тонкость в приведении довода против рафидитов, приведя это [сообщение] от одного из их имамов, чей имамат они утверждают, — Мухаммада ибн аль-Ханафии, сына Али ибн Абу Талиба.
Ведь если бы существовало что-то, относящееся к его отцу [и скрытое от других], то он был бы более всех людей достоин быть осведомлённым об этом. То же самое касается Ибн Аббаса, ибо он — двоюродный брат Али и наиболее близкий к нему и осведомлённый о его положении из людей.
Его слово («от Абд аль-Азиза ибн Руфайа») — в риваяте Али ибн аль-Мадини от Суфьяна: «Рассказал нам Абд аль-Азиз», это привёл Абу Нуайм в «Мустахрадже».
Его слово («вошёл я и Шаддад ибн Ма‘киль») — это аль-Асади аль-Куфи, крупный таби‘ун из числа сподвижников Ибн Мас‘уда и Али. В риваятах аль-Бухари он упоминается только в этом месте. Имя его отца [пишется] через «айн» без точек и «каф». Аль-Бухари привёл в «Хальк аф‘аль аль-ибад» через путь Абд аль-Азиза ибн Руфайа от Шаддада ибн Ма‘киля от Абдуллаха ибн Мас‘уда другой хадис, не этот.
Его слово («оставил ли пророк ﷺ что-либо?») — в риваяте аль-Исмаили: «что-либо, помимо Корана».
Его слово («кроме того, что между двумя досками») — [слово] «дафф» (с фатхой на первой букве) означает доску, в двойственном числе. В риваяте аль-Исмаили встречается вариант «между двумя листами».
Его слово («он сказал: и мы вошли») — говорящий здесь Абд аль-Азиз. У аль-Исмаили встречается: «он не оставил ничего, кроме того, что в этом мусхафе», то есть он не оставил из Корана, читаемого [вслух], ничего, кроме того, что содержится в имеющемся мусхафе. Этому не противоречит то, что было упомянуто ранее в «Книге знания» от Али, что он сказал: «У нас нет ничего, кроме Книги Аллаха и того, что в этом свитке», — ибо Али имел в виду те положения, которые он записал со слов пророка ﷺ, и не отрицал, что у него есть иные положения, которые он не записывал. Что же касается ответа Ибн Аббаса и Ибн аль-Ханафии, то они имели в виду либо читаемый Коран, либо то, что относится к имамату, то есть [пророк] не оставил ничего, относящегося к положениям об имамате, кроме того, что находится в руках людей. Это подтверждается тем, что достоверно передано от группы сподвижников об упоминании отдельных [аятов], ниспосланных из Корана, чтение которых впоследствии было отменено, при этом их предписание либо сохранилось, либо не сохранилось. Таков хадис Умара: «Пожилой мужчина и пожилая женщина, если они совершат прелюбодеяние, побейте их камнями непременно», и хадис Анаса о чтецах, убитых у колодца Ма‘уна, где он сказал: «И Аллах ниспослал о них аят: «Передайте от нас нашему народу, что мы встретили нашего Господа»», и хадис Убайй ибн Ка‘ба: «Сура «Союзники» была по размеру подобна суре «Корова»», и хадис Хузайфы: «Они не читают и четверти её», имея в виду суру «Покаяние». Все это — достоверные хадисы.
Ибн ад-Дурайс привёл от Ибн Умара, что он не любил, когда человек говорил: «Я прочитал весь Коран», и говорил: «Часть Корана была изъята [из обращения]». Ничто из этого не противоречит хадису данной главы, ибо всё это относится к тому, чтение чего было отменено ещё при жизни пророка ﷺ.
17 — глава о превосходстве Корана над всякой иной речью
5020 — рассказал нам Худба ибн Халид, Абу Халид, рассказал нам Хаммам, рассказал нам Катада, рассказал нам Анас ибн Малик от Абу Мусы аль-Аш‘ари, от пророка ﷺ, что он сказал: «Пример того, кто читает Коран, подобен цитрону: вкус его приятен и запах его приятен. А пример того, кто не читает Коран, подобен финику: вкус его приятен, но запаха у него нет. Пример же нечестивца, который читает Коран, подобен базилику: запах его приятен, а вкус горек. А пример нечестивца, который не читает Коран, подобен колоцинту: вкус его горек, и запаха у него нет».
[Хадис 5020 — его части встречаются также в: 5059, 5427, 7560]
5021 — рассказал нам Мусаддад от Яхьи от Суфьяна: рассказал мне Абдуллах ибн Динар, сказал: я слышал, как Ибн Умар (да будет доволен им Аллах) [передавал] от пророка ﷺ, что он сказал: «Поистине, ваш срок среди сроков минувших народов подобен промежутку между молитвой аср и заходом солнца. Ваш пример и пример иудеев и христиан подобен примеру человека, который нанял работников и сказал: «Кто будет работать на меня до полудня за один кырат?» И работали иудеи. Затем он сказал: «Кто будет работать на меня от полудня до аср за один кырат?» И работали христиане. Затем вы работаете от аср до заката за два кырата каждому. Они сказали: «Мы работали больше, а получили меньше». Он сказал: «Разве я обделил вас в вашем праве?» Они сказали: «Нет». Он сказал: «Это — Моя милость, которую Я дарую, кому пожелаю»».
Его слово: («Глава о превосходстве Корана над всеми прочими речами») — это заглавие представляет собой текст хадиса, смысл которого привёл ат-Тирмизи от Абу Са‘ида аль-Худри, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Говорит Господь ﷻ: тому, кого Коран отвлёк от упоминания Меня и обращения ко Мне с просьбами, Я дам лучшее из того, что даю просящим. И превосходство речи Аллаха над всеми прочими речами подобно превосходству Аллаха над Его творениями».
Передатчики этого хадиса надёжны, кроме Атыйи аль-Ауфи, в котором есть слабость. Ибн Ади привёл его через риваят Шахра ибн Хаушаба от Абу Хурайры в возведённой форме: «Превосходство Корана над всеми прочими речами подобно превосходству Аллаха над Его творениями», но в иснаде этого хадиса есть Умар ибн Са‘ид аль-Ашадж, а он слаб. Ибн ад-Дурайс привёл его другим путём от Шахра ибн Хаушаба в форме мурсаль, и передатчики этого пути не вызывают возражений. Яхья ибн Абд аль-Хамид аль-Химмани в своём «Мусанаде» привёл его от Умара ибн аль-Хаттаба, но в иснаде есть Сафван ибн Абу-с-Сахба, о котором есть разногласие. Ибн ад-Дурайс также привёл его через аль-Джарраха ибн ад-Даххака от Алкамы ибн Марсада от Абу Абд ар-Рахмана ас-Сулами от Усмана в возведённой форме: «Лучший из вас тот, кто изучил Коран и обучил ему» — а затем сказал: «И превосходство Корана над всеми прочими речами подобно превосходству Аллаха Всевышнего над Его творениями, и это потому, что он — от Него». Этот хадис от Усмана будет приведён спустя несколько глав без этой добавки. Аль-Аскари разъяснил, что эта добавка представляет собой слова самого Абу Абд ар-Рахмана ас-Сулами. Автор в книге «Хальк аф‘аль аль-ибад» сказал: «И сказал Абу Абд ар-Рахман ас-Сулами», — и привёл эти слова, указав в «Хальк аф‘аль аль-ибад», что в возведённой форме этот хадис недостоверен. Аль-Аскари также привёл его от Тавуса и аль-Хасана как их собственные слова.
Затем автор привёл в этой главе два хадиса.
Первый из них — хадис Абу Мусы.
Его слово: («Подобие того, кто читает Коран, — подобие цитрона») — [слово «утруджжа» произносится] с даммой над «хамзой» и «ра», между ними неподвижная «я», а в конце — усиленная «джим», хотя она может произноситься и без усиления. Перед ней может добавляться неподвижная «нун», а также встречается вариант без «алифа» — в обоих случаях. Таким образом, получается четыре варианта произношения, а с учётом облегчения — до восьми.
Его слово: («вкус её приятен и запах её приятен») — было сказано: свойство веры соотнесено с вкусом, а свойство чтения — с запахом, потому что вера более неотделима от верующего, чем Коран, ведь вера может существовать и без чтения. Подобным же образом вкус более неотделим от вещества, чем запах, ибо запах вещества может исчезнуть, а вкус его остаётся. Далее было сказано: мудрость в том, что именно цитрон был избран для этого сравнения, а не другой плод, сочетающий приятность вкуса и запаха, такой как яблоко, состоит в том, что его кожурой лечатся, и она обладает особым свойством приносить радость, а из его косточек извлекают масло, обладающее полезными свойствами. Также было сказано, что джинны не приближаются к дому, в котором находится цитрон, поэтому уместно было сравнить с ним Коран, к которому не приближаются шайтаны. Оболочка его косточки белая, что соответствует сердцу верующего. Кроме того, у него есть и другие достоинства: крупный размер, привлекательный внешний вид, радующий взор цвет и мягкость на ощупь. При его употреблении, помимо наслаждения, ощущается приятный привкус, укрепление желудка и улучшение пищеварения. У него есть и другие полезные свойства, упомянутые в книгах о простых лекарственных средствах.