16 — глава о питье стоя
5615 — нам передал Абу Нуайм: нам передал Мис‘ар от Абд аль-Малика ибн Майсары от ан-Наззаля, который сказал: Али (да будет доволен им Аллах) принесли воду у ворот рахбы, и он выпил стоя, после чего сказал: «Некоторые люди считают предосудительным пить стоя, а я видел, что Пророк ﷺ поступал так же, как вы видели, что поступил я».
[Хадис 5615 — см. также: 5616]
5616 — нам передал Адам: нам передал Шу‘ба: нам передал Абд аль-Малик ибн Майсара: я слышал, как ан-Наззаль ибн Сабра рассказывал от Али (да будет доволен им Аллах), что он совершил полуденную молитву, затем сел разбирать дела людей на площади Куфы, пока не наступило время послеполуденной молитвы. Затем ему принесли воду, он выпил и вымыл лицо и руки — и упомянул о голове и ногах, — затем встал и выпил остаток воды стоя, после чего сказал: «Некоторые люди считают предосудительным питьё стоя, а Пророк ﷺ поступал так же, как поступил я».
Его слово («глава о питье стоя»). Ибн Баттал сказал: этим заголовком он [аль-Бухари] указал на то, что хадисы, пришедшие о нежелательности питья стоя, не были для него достоверны. Так он сказал, но это неудачное объяснение; более похоже на его метод то, что при противоречии хадисов между собой он не устанавливает окончательного решения. Он привёл в главе два хадиса. Первый:
Его слово («от ан-Наззаля») — с фатхой на «нун», удвоенным «за» и «лям» на конце; во второй риваяте: «я слышал ан-Наззаля ибн Сабру» — с фатхой на «сад» (без точки) и сукуном на «ба». Ранее у него была передача от Ибн Мас‘уда в разделе о достоинствах Корана и в других местах, а у аль-Бухари от него нет ничего, кроме этих двух хадисов. Мис‘ар передал этот хадис от Абд аль-Малика ибн Майсары в сокращённом виде, а Шу‘ба передал его от него же в развёрнутом виде, и составитель [аль-Бухари] привёл его в этой главе; аль-А‘маш согласился со Шу‘бой в развёрнутом изложении. Мис‘ар, его учитель и учитель его учителя — хиляльцы, куфийцы, а Абу Нуайм тоже куфиец, а Али переселился в Куфу и умер там, так что первый иснад целиком куфийский.
Его слово («принесли Али») и его слово в следующей риваяте («от Али») — у ан-Насаи встречается: «я видел Али», это извлечено по пути Бахза ибн Асада от Шу‘бы.
Его слово («у ворот рахбы») — в риваяте Шу‘бы добавлено, что он совершил полуденную молитву, затем сел разбирать дела людей на площади Куфы. «Рахба» — с фатхой на «ра», «ха» (без точки) и «ба» — означает обширное место, а «рахб» с сукуном на «ха» также означает обширное. Аль-Джаухари сказал: отсюда выражение «земля рахба» (с сукуном), то есть обширная; а «рахбат аль-масджид» (с движением гласных) — это его двор. Ибн ат-Тин сказал: согласно этому, хадис читается с сукуном, но возможно, что она [площадь] стала рахбой Куфы наподобие рахбы мечети, и тогда читается с движением гласных, и это верно.
Он сказал: и его слово («хава’идж») — это множественное число от «хаджа» (нужда), образованное не по правилу; аль-Асма‘и упомянул, что оно возникло позднее [в языке], а правильное множественное — «хаджат» и «хадж». Ибн Валлад сказал: «хавджа’» означает нужду, и её множественное число — «хаваджи» с усилением, а также допускается облегчение. Он сказал: возможно, «хава’идж» — это перестановка от «хаваджи», подобно тому как «сава’и‘» — от «сава‘и». Абу Убайд аль-Харави сказал: сказано, что основа — «ха’идж», и тогда множественное число «хава’идж» правильно.
Его слово («затем принесли воду») — в риваяте Амра ибн Марзука от Шу‘бы у аль-Исма‘или: «и он попросил воду для омовения». У ат-Тирмизи по пути аль-А‘маша от Абд аль-Малика ибн Майсары: «затем Али принесли кувшин воды», и подобно этому в риваяте Бахза ибн Асада от Шу‘бы у ан-Насаи, и так же у Абу Дауда ат-Тайалиси в его «Мусанаде» от Шу‘бы.
Его слово («он выпил и вымыл лицо и руки, и упомянул о голове и ногах») — так здесь; а в риваяте Бахза: «он взял из неё пригоршню и обтёр лицо, предплечья, голову и ноги». Так же у ат-Тайалиси: «он вымыл лицо и руки и обтёр голову и ноги», и подобно этому в риваяте Амра ибн Марзука у аль-Исма‘или. Из этого следует, что в основе было «и обтёр голову и ноги», а Адам засомневался в изложении, поэтому выразился словами: «и упомянул о голове и ногах». А в риваяте аль-А‘маша встречается: «он вымыл руки, прополоскал рот и нос и обтёр лицо, предплечья и голову». В риваяте Али ибн аль-Джа‘да от Шу‘бы у аль-Исма‘или: «и обтёр лицо, голову и ноги». А в риваяте Абу аль-Валида от Шу‘бы упомянуто мытьё и троекратность во всём, но эта версия является отклоняющейся, противоречащей риваяту большинства учеников Шу‘бы, и явно, что ошибка в ней исходит от передатчика от него — Ахмада ибн Ибрахима аль-Васити, учителя аль-Исма‘или в этом; ад-Даракутни назвал его слабым. А описание, которое он привёл, — это описание полного, совершенного омовения, и в конце хадиса достоверно установлено слово Али: «это омовение того, кто не нарушал [состояния чистоты]», как об этом будет сказано далее.
Его слово («затем встал и выпил остаток воды») — это то, что сохранилось во всех риваятах; а то, что здесь встречается упоминание питья один раз перед омовением и один раз после его завершения, я не встречал ни в какой другой риваяте, кроме риваята Адама. Имеется в виду под его словом «остаток» — оставшаяся вода, которой он совершал омовение.
Его слово («затем сказал: «некоторые люди считают предосудительным питьё стоя»») — так у большинства; и как будто смысл в том, что некоторые люди считают предосудительным, чтобы каждый из них пил стоя. В риваяте аль-Кушмихани встречается «кыяма» (стоя), и это ясно. У ат-Тайалиси: «чтобы они пили стоя».
Его слово: («сделал так, как я сделал») — то есть выпил стоя. Это разъяснил аль-Исмаили в своей версии риваята, сказав: «Он выпил остаток воды от своего омовения стоя, как выпил я». А у Ахмада, и я видел это по двум другим путям от Али, что он выпил стоя и, заметив, что люди как будто осудили это, сказал: «Что вы смотрите на то, что я пью стоя? Я видел Посланника Аллаха ﷺ, пьющего стоя. А если я выпью сидя — я видел его пьющим и сидя». В риваяте ан-Насаи и аль-Исмаили по нескольким путям от Шубы в конце хадиса встречается добавление: «а это — омовение того, кто не осквернился», и оно соответствует условиям достоверного (сахих). Так же это подтверждается в риваяте аль-Амаша у ат-Тирмизи.
Этим хадисом обосновывают допустимость питья стоя. Однако этому противоречат ясные хадисы о запрете этого. Среди них — у Муслима от Анаса, что Пророк ﷺ запретил пить стоя. Подобное же у него от Абу Саида со словом «запретил (наха)». Подобное же у ат-Тирмизи, и он назвал его хорошим (хасан), из хадиса аль-Джаруда. У Муслима — по пути Абу Гатафана от Абу Хурайры со словами: «Пусть никто из вас не пьёт стоя, а кто забыл, пусть вызовет у себя рвоту». Это же передал Ахмад другим путём, и Ибн Хиббан признал достоверным по пути Абу Салиха от него со словами: «Если бы тот, кто пьёт стоя, знал (о вреде этого), он вызвал бы у себя рвоту». У Ахмада другим путём от Абу Хурайры — что он ﷺ увидел человека, пьющего стоя, и сказал: «Остановись (ких)». Тот спросил: «Почему?» Он сказал: «Понравится ли тебе, если с тобой будет пить кошка?» Тот ответил: «Нет». Он сказал: «С тобой пил тот, кто хуже неё — шайтан». Это передано по пути Шубы от Абу Зияда ат-Таххана, вольноотпущенника аль-Хасана ибн Али, от него [Абу Хурайры]. Имя Абу Зияда неизвестно, но Яхья ибн Маин признал его надёжным (сика).
Муслим передал по пути Катады от Анаса, что Пророк ﷺ запретил человеку пить стоя. Катада сказал: «Мы спросили Анаса: а что насчёт еды?» Он ответил: «Это ещё хуже и гнуснее». Говорят, что еда была названа более худшей из-за большей продолжительности этого действия по сравнению со временем питья.
Вот то, что передано о запрете этого. Аль-Мазири сказал: люди разошлись во мнениях по этому поводу. Большинство склонилось к допустимости, а некоторые сочли это нежелательным. Некоторые из наших шейхов сказали: возможно, запрет относится к тому, кто, когда его товарищам принесли воду, поспешил выпить её стоя раньше них, стремясь опередить их и выйти из положения того, кто разливает воду людям и должен пить последним из них. Он также сказал: приказ вызвать рвоту в хадисе Абу Хурайры — нет разногласия среди учёных в том, что ни на кого не возлагается обязанность вызывать у себя рвоту. Он сказал: и некоторые шейхи сказали, что более очевидно, что это [сообщение] является приостановленным (мавкуф) на Абу Хурайре. Он сказал: хадис Анаса включает также и еду, а нет разногласия в допустимости есть стоя. Он сказал: то, что мне представляется очевидным — что хадисы о питье его стоя указывают на допустимость, а хадисы о запрете относятся к желательности (истихбаб) и побуждению к тому, что предпочтительнее и совершеннее. Либо потому, что в питье стоя есть вред, и он [Пророк ﷺ] осудил это из-за этого, а сам совершал это, будучи в безопасности от этого вреда. Он сказал: и на основании этого второго [толкования] понимается его слово «а кто забыл, пусть вызовет у себя рвоту» — в том смысле, что это движет некую смесь (хилт), для которой рвота является лекарством.
Это подтверждается словами ан-Наха‘и: «Он запретил это только из-за болезни живота». Конец в сокращённом виде.
Ияд сказал: ни Малик, ни аль-Бухари не приводили хадисы о запрете, а их привёл Муслим по риваяту Катады от Анаса и по его же риваяту от Абу Исы от Абу Саида, и он передан через «ан» [без явного указания на непосредственное слышание]. А Шуба остерегался из хадисов Катады того, в чём тот не ясно указывал на прямую передачу (тахдис). Абу Иса не является известным (машхур), а сбивчивость Катады в этом — из того, что порочит хадис, вместе с противоречием других хадисов и мнений имамов ему. А что касается хадиса Абу Хурайры, то в его иснаде — Умар ибн Хамза, и от него не принимается подобное [дополнение], ввиду противоречия других ему, и правильным является то, что это приостановленное сообщение (мавкуф). Конец в сокращённом виде.
У ан-Навави встречается [рассуждение], смысл которого таков: смысл этих хадисов представился неясным некоторым учёным, так что они высказали относительно них несостоятельные мнения, и дошло до того, что кто-то осмелился и попытался счесть некоторые из них слабыми. Нет смысла распространять ошибки — напротив, следует излагать правильное и указывать на предостережение от ошибки. В этих хадисах нет ни неясности, ни слабости. Правильно же то, что запрет в них относится к нежелательности с точки зрения предпочтительности (танзих), а его питьё стоя — для разъяснения допустимости. А тот, кто утверждает об отмене (насх) или ином, тот ошибся, ибо к отмене не обращаются при возможности согласования [хадисов], если бы даже была установлена хронология. Его действие ﷺ для разъяснения допустимости никоим образом не является для него нежелательным, ибо он совершал что-либо для разъяснения один раз или несколько раз, а придерживался постоянно наилучшего. Приказ же вызвать рвоту относится к желательности (истихбаб), так что желательно тому, кто выпил стоя, вызвать у себя рвоту — на основании этого достоверного, ясного хадиса, ибо когда приказ невозможно отнести к обязательности, его относят к желательности.
Что касается слов Ийада: «Нет разногласия среди учёных в том, что тому, кто выпил стоя, не следует вызывать у себя рвоту», — этими словами он намекал на ослабление хадиса, но на этот намёк не следует обращать внимания. Тот факт, что учёные не сделали обязательным вызывание рвоты, не препятствует тому, чтобы это было желательным (мустахаб). Кто утверждает, что желательность отвергнута по единогласному мнению (иджма), тот допускает необоснованное утверждение. И как можно оставлять достоверную сунну ради предположений, притязаний и пустых доводов? — конец цитаты. Но в словах Ийада вообще нет речи о желательности, более того, передача упомянутого согласия — это на самом деле слова аль-Мазири, как уже было сказано. А что касается ослабления Ийадом хадисов, то ан-Навави не стал заниматься ответом на это.
Путь справедливости состоит в том, чтобы не отвергать доказательство учёного с порога. Что касается его намёка на ослабление хадиса Анаса на основании того, что Катада — мудаллис и передал его через «ан», то ответ на это таков: он ясно указал в самом иснаде на то, что подтверждает его слышание этого от Анаса, ибо там сказано: «Мы сказали Анасу: «А еда?»». А что касается его ослабления хадиса Абу Са‘ида на основании того, что Абу Иса не является известным, то это мнение, к которому ранее пришёл Ибн аль-Мадини, поскольку от него передавал только Катада; однако ат-Табари и Ибн Хиббан признали его надёжным, а подобное выводится в качестве подтверждающих свидетельств (шавахид). Его утверждение о нестабильности (идтираб) отвергается, поскольку у Катады по этому поводу два иснада, а он — хафиз. А что касается его ослабления хадиса Абу Хурайры на основании Умара ибн Хамзы, то относительно его надёжности есть разногласие, и подобного ему Муслим приводит в качестве подтверждающих передач (мутаба‘ат). За ним последовал аль-А‘маш от Абу Салиха от Абу Хурайры, как я указал у Ахмада и Ибн Хиббана. Таким образом, хадис по совокупности его путей передачи достоверен, и Аллах знает лучше.
Ан-Навави сказал, и за ним последовал наш шейх в толковании ат-Тирмизи: слова «а кто забыл» не имеют смыслового ограничения (мафхум), скорее это желательно и для того, кто сделал это умышленно, тем более. А забывчивый упомянут особо потому, что верующий обычно не совершает этого после запрета иначе как по забывчивости. Я говорю: забывчивость (нисьян) иногда употребляется в значении оставления (тарк), охватывая и невнимательность, и умышленность, — как если бы было сказано: кто оставил исполнение повеления и выпил стоя, пусть вызовет у себя рвоту.
Аль-Куртуби сказал в «аль-Муфхиме»: никто не пришёл к мнению, что запрет здесь означает запрещённость (тахрим), хотя это соответствовало бы основам захиритов и их учению. На это возразили тем, что Ибн Хазм, будучи одним из них, категорически утверждал запрещённость. Те, кто не считал это запрещённым, опирались на упомянутый в главе хадис Али. Ат-Тирмизи признал достоверным хадис Ибн Умара: «Мы ели во времена Посланника Аллаха ﷺ на ходу и пили стоя». По этой теме также передано от Са‘да ибн Абу Ваккаса — вывел ат-Тирмизи; от Абдуллаха ибн Унайса — вывел ат-Табарани; от Анаса — вывели аль-Баззар и аль-Асрам; от Амра ибн Шуайба от его отца от его деда — вывел ат-Тирмизи и назвал хорошим (хасан); от Аиши — вывели аль-Баззар и Абу Али ат-Туси в «аль-Ахкам»; от Умм Сулайм подобное — вывел Ибн Шахин; от Абдуллаха ибн ас-Саиба от Хаббаба от его отца от его деда — вывел Ибн Абу Хатим; от Кабши, которая сказала: «Я вошла к Пророку ﷺ, и он выпил из подвешенного бурдюка» — вывел ат-Тирмизи и признал достоверным; от Калсам подобное — вывел Абу Муса с хорошим (хасан) иснадом.
Также подтверждено питьё стоя от Умара — вывел ат-Табари, а в «аль-Муватта» сказано, что Умар, Усман и Али пили стоя, а Са‘д и Аиша не видели в этом ничего плохого. Подтверждено разрешение и от группы табиинов.
Учёные придерживались в этом вопросе различных подходов. Первый: предпочтение (тарджих) — то, что хадисы о дозволенности более достоверны, чем хадисы о запрете. Это путь Абу Бакра аль-Асрама, который сказал: «Хадис Анаса» — то есть о запрете — «хорош по иснаду, однако от него передано и противоположное», то есть о дозволенности. Он сказал: не обязательно, что путь к нему в отношении запрета более достоверен, чем путь к нему в отношении дозволенности, что не может быть так, чтобы противоречащее ему было сильнее, ибо надёжный передатчик иногда передаёт то, что передаёт менее надёжный, чем он, и тогда предпочтение отдаётся последнему. Ведь Нафи‘ был предпочтён Салиму в некоторых хадисах от Ибн Умара, хотя Салим стоит выше Нафи‘а по надёжности; и Шарик был предпочтён ас-Саври в двух хадисах, хотя Суфьян стоит выше него по совокупности хадисов. Затем он привёл с иснадом от Абу Хурайры слова: «Нет вреда в питье стоя». Аль-Асрам сказал: это указывает на то, что передача от него о запрете не является достоверной, иначе он не сказал бы «нет вреда в этом». Он сказал: на слабость хадисов о запрете также указывает согласие учёных на том, что тому, кто выпил стоя, не следует вызывать у себя рвоту.
Второй путь: утверждение об отмене (насх). К нему склонились аль-Асрам и Ибн Шахин, установив, что хадисы о запрете — при условии их достоверности — отменены хадисами о дозволении, о чём свидетельствует то, что праведные халифы и большинство сподвижников и табиинов действовали согласно дозволению. Ибн Хазм же придерживался противоположного, утверждая отмену хадисов о дозволении хадисами о запрете, опираясь на то, что дозволение соответствует изначальному положению (асль), а хадисы о запрете устанавливают шариатское положение. Поэтому тот, кто утверждает дозволение после запрета, обязан представить доказательство, ибо отмена не устанавливается предположением. Некоторые ответили на это, что хадисы о дозволении более поздние, поскольку так поступил Пророк ﷺ во время прощального хаджа, как об этом будет упомянуто в этой главе в хадисе Ибн Аббаса. И если этот последний поступок Пророка ﷺ указывает на дозволенность, то это подкрепляется также действиями праведных халифов после него.
Третий путь: примирение обоих сообщений посредством некоторого истолкования. Абу аль-Фарадж ас-Сакафи сказал в «Насрат ас-сихах»: под словом «стояние» здесь подразумевается «хождение». Говорят: «встал в этом деле» — если ходил по нему, и «встал в своей нужде» — если постарался и исполнил её. Отсюда и слова Всевышнего: «...пока ты стоишь над ним», то есть постоянно занимаешься этим хождением. Ат-Тахави же склонился к другому толкованию, а именно — отнесению запрета к тому, кто не произнёс имя Аллаха при питье. Но если это и допустимо в отношении некоторых версий хадисов, то не подходит для остальных.
Другие же пошли по пути примирения, отнеся хадисы о запрете к порицаемой нежелательности (карахат ат-танзих), а хадисы о дозволении — к разъяснению этого. Это путь аль-Хаттаби, Ибн Баттала и других, и это наилучший, наиболее надёжный и наиболее свободный от возражений путь. На это же в конце указал и аль-Асрам, сказав: если нежелательность установлена, она относится к наставлению и воспитанию, а не к запрещению. Это же категорично утверждал ат-Табари, подкрепляя это тем, что если бы это было дозволено, а затем запрещено, или было запрещено, а затем дозволено, Пророк ﷺ разъяснил бы это со всей ясностью. А поскольку сообщения об этом противоречат друг другу, мы примиряем их таким образом. Говорилось также, что запрет на это исходит со стороны медицины, из опасения причинения вреда, ибо питьё сидя удобнее и дальше от попадания [питья] не в то горло и возникновения боли в печени или горле, а от всего этого не застрахован тот, кто пьёт стоя.
В хадисе Али содержится польза в том, что учёному, если он видит, что люди избегают чего-то, а он знает о его дозволенности, следует разъяснить им правильное положение об этом, опасаясь, что дело затянется и будет предполагаться его запрещённость. И что если он опасается этого, ему следует поспешить с разъяснением решения, даже если его не спросили; если же его спросили, то дело становится ещё более настоятельным. И что если он не одобряет что-либо в ком-либо, он не разглашает это, называя его по имени без надобности, а лишь намекает на это иносказательно, как поступал Пророк ﷺ в подобных случаях.