На это возразили, что это лишь усиливает первое затруднение, поскольку прозвище, если оно не носит характера порицания в отношении неверного, не подходит в отношении мусульманина. Что же касается слов аз-Замахшари о том, что это прозвание (кунья) не является выражением почёта, а, напротив, выражением унижения, поскольку является иносказанием об «обитателе геенны», ведь смысл его — «да отсохнут руки обитателя геенны», — то это возражение также опровергается тем, что в кунье не учитывается смысловое значение слова; напротив, любое имя, если оно начинается со слова «отец» или «мать», является куньей. Даже если мы это допустим, то ведь пламя не является особенностью, присущей исключительно геенне. Более верным является то, что сказали другие: смысл упоминания его по кунье в том, что, когда Аллах Всевышний знал, что его конечным пристанищем станет огонь, обладающий пламенем, и его кунья совпала с его положением, было уместно назвать его именно этой куньей.
Что касается довода, который привёл ан-Навави, ссылаясь на письмо к Ираклию, то в самом этом письме встречается упоминание его как «великого [правителя] Рума», а это указывает на возвеличивание. Прозвище (лакаб) у неарабов подобно кунье у арабов. Ан-Навави в другом месте сказал: «Раздел: если написать послание многобожнику и упомянуть в нём приветствие или нечто подобное, следует писать так, как писал Пророк ﷺ Ираклию» — и он привёл текст этого послания, где сказано: «великий [правитель] Рума». На первый взгляд, здесь есть противоречие. Мой отец (да будет милостив к нему Аллах) в своих примечаниях к «аль-Азкар» разрешил это тем, что слова «великий [правитель] Рума» — это неизменный признак, присущий Ираклию, ведь он действительно был их великим правителем, и Пророк ﷺ ограничился этим вместо слов «царь Рума», потому что если бы он написал так, то у Ираклия появилась бы возможность опираться на это как на подтверждение его власти над царством.
Он сказал: и подобное не встречается в словах Всевышнего, передающих слова правителя Египта: «И сказал царь», поскольку это передача о деле, которое уже прошло и завершилось, в отличие от случая с Ираклием. Конец цитаты.
Следует добавить к этому, что упоминание «великого [правителя] Рума» и отказ от слов «царь Рума» связаны с тем, что было необходимо некое отличительное определение при упоминании лишь его имени, поскольку носящих имя Ираклий было много. Поэтому было сказано «великий [правитель] Рума», чтобы отличить его от прочих носителей имени Ираклий. Исходя из этого, данный пример нельзя приводить в качестве доказательства допустимости писать любому многобожному царю со словом «великий [правитель]» его народа, кроме случая, когда подобное необходимо для различения. А что касается общего смысла упомянутого выше — примирения [с целью привлечения к вере] или из опасения смуты — то это допустимо без каких-либо ограничений. И Аллах знает лучше.
Что касается упоминания «Кайсар» и того, что это прозвище для всякого, кто правил Румом, то в этом с ним делят и другие цари: «Кисра» — для царя персов, «Хакан» — для царя тюрков, «ан-Наджаши» — для царя Абиссинии, «Тубба‘» — для царя Йемена, «Батлиюс» — для царя греков, «аль-Катанун» — для царя иудеев (это в древности, а затем его стали называть «Рас аль-Джалут»), «Нимруд» — для царя сабиев, «Дахми» — для царя Индии, «Кур» — для царя Синда, «Я‘бур» — для царя Китая, «Зу Язан» и прочие носители титула «зу» — для царя химьяритов, «Хайадж» — для царя зинджей, «Зинбиль» — для царя хазар, «Шах Армен» — для царя Ахлата, «Кабиль» — для царя Нубии, «аль-Афшин» — для царя Фарганы и Усрушаны, «Фир‘аун» — для царя Египта, «аль-‘Азиз» — для того, кто присоединил к нему Александрию, «Джалут» — для царя амаликитян, а затем берберов, «ан-Ну‘ман» — для царя западных областей со стороны персов. Большая часть этого раздела заимствована из «Сиры» Мугултая, и в некоторых её частях есть сомнение.
116 — Глава: иносказания (ма‘арид) — достаточная замена лжи
Исхак сказал: я слышал от Анаса: умер сын Абу Тальхи, и он спросил: «Как мальчик?» Умм Сулейм ответила: «Дыхание его утихло, и я надеюсь, что он обрёл покой». И он подумал, что она говорит правду.
6209 — Передал нам Адам: передал нам Шу‘ба от Сабита аль-Бунани, от Анаса ибн Малика, который сказал: Пророк ﷺ находился в одном из своих переходов, и погонщик верблюдов запел, погоняя их песней, и Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Полегче, о Анджаша, — горе тебе! — со стеклянными сосудами [то есть с женщинами]».
6210 — Передал нам Сулейман ибн Харб: передал нам Хаммад от Сабита, от Анаса, и от Айюба, от Абу Кыляба, от Анаса (да будет доволен им Аллах), что Пророк ﷺ находился в путешествии, и был мальчик, который погонял верблюдиц песней; звали его Анджаша. И сказал Пророк ﷺ: «Потише!»