Иса аль-Хаззаз, с точечными буквами, аль-Басри, от Йунуса ибн Убайда, от Мухаммада ибн Сирина, от Абу Хурайры сказал: «Когда время приблизится, сновидение верующего почти не будет лживым», и: «Я люблю (видеть во сне) кандалы (на ногах) и не люблю (видеть) цепь (на шее)». Он сказал: «Я знаю это лишь как возведённое к Пророку ﷺ». Аль-Баззар сказал: «Это передано от Мухаммада (ибн Сирина) несколькими путями, и мы привели его именно в передаче Йунуса из-за редкости того, что Йунус возводит иснадом к Мухаммаду ибн Сирину».
Я (Ибн Хаджар) говорю: Ибн Маджа привёл через путь Абу Бакра аль-Хузали от Ибн Сирина хадис о кандалах связным и возведённым (к Пророку), но аль-Хузали слаб. Что касается риваята Хишама, то Ахмад сказал: «Рассказал нам Язид ибн Харун, сообщил нам Хишам — это Ибн Хассан, — от Мухаммада ибн Сирина, от Абу Хурайры, от Пророка ﷺ, сказавшего: «Когда приблизится время...» (хадис), «и сновидение верующего...» (хадис), «и я люблю кандалы во сне...» (хадис), «и сновидения бывают трёх видов...» (хадис)», — и он привёл всё это как возведённое (к Пророку). Так же привёл его ад-Дарими через передачу Мухляда ибн аль-Хусайна от Хишама, и привёл его аль-Хатиб в «аль-Мудридж» через путь Али ибн Асима от Халида и Хишама от Ибн Сирина как возведённое.
Аль-Хатиб сказал: «Весь матн возведён (к Пророку), кроме упоминания кандалов и цепи — это слово Абу Хурайры, вставленное в хадис. Это разъяснил Ма’мар от Аюба». Абу Аваана в своём «Сахихе» привёл через путь Абдуллаха ибн Бакра от Хишама рассказ о кандалах и сказал: «Наиболее верно, что это из слов Ибн Сирина». Муслим привёл это через путь Хаммада ибн Зайда от Хишама ибн Хассана и Аюба вместе, от Мухаммада ибн Сирина, от Абу Хурайры, сказавшего: «Когда приблизится время...», — и привёл хадис, не упомянув в нём Пророка ﷺ.
Так же привёл его Абу Бакр ибн Абу Шайба от Абу Усамы от Хишама как остановленное (на Абу Хурайре), и добавил в конце: «Абу Хурайра сказал: молоко во сне — это врождённая природа (фитра)».
Что касается риваята Абу Хиляля, чьё имя Мухаммад ибн Салим ар-Расиби, от Мухаммада ибн Сирина, то я до сих пор не нашёл его связным. Ахмад в «аз-Зухд» привёл от Усмана, от Хаммада ибн Зайда, от Аюба, сказавшего: «Я видел Ибн Сирина закованным в кандалы во сне». Это наводит на мысль, что Ибн Сирин опирался в толковании кандалов на то, что содержится в хадисе, и ему самому было дано это (видение), и оно оказалось верным.
Аль-Куртуби сказал: «Этот хадис, хотя и есть разногласие в его возведении и остановке (на передатчике), — по смыслу верен, потому что кандалы на ногах закрепляют закованного на его месте. И если тот, кто пребывает в определённом состоянии, увидит это (во сне), то это указывает на устойчивость его в этом состоянии. Что касается нежелательности (видеть во сне) цепь, то потому что её место — шея, (используется она) как наказание, кара, принуждение и унижение, и (закованный ею) может быть влачим лицом по земле или падать на затылок, и это осуждаемо и с точки зрения шариата, и по обычаю. Поэтому видение её на шее указывает на наступление дурного состояния для видящего сон, которое будет сопровождать его неотступно. Это может относиться к его религии — как обязанности, которыми он пренебрёг, или грехи, которые он совершил, или обязательные права (других людей), которые он не выплатил их владельцам, будучи способным на это. А может относиться и к его мирским делам — как тяжесть, которая его постигнет или будет сопровождать его».
27 — глава о текущем источнике во сне
7018 — рассказал нам Абдан, сообщил нам Абдуллах, сообщил нам Ма’мар, от аз-Зухри, от Хариджи ибн Зайда ибн Сабита, от Умм аль-Аля — а она женщина из их (числа), присягнувшая Посланнику Аллаха ﷺ, — она сказала: «Досталось нам Усман ибн Маз’ун по жребию для проживания, когда ансары бросали жребий на проживание мухаджиров у себя. Он заболел, и мы ухаживали за ним, пока он не умер. Затем мы обернули его в его одежды. Тут к нам вошёл Посланник Аллаха ﷺ, и я сказала: «Милость Аллаха тебе, о Абу ас-Саиб! Я свидетельствую о тебе, что Аллах почтил тебя». Он спросил: «А откуда ты знаешь это?» Я ответила: «Не знаю, клянусь Аллахом». Он сказал: «Что до него, то к нему пришла достоверность (смерть); я надеюсь для него на благо от Аллаха. Но, клянусь Аллахом, я, будучи Посланником Аллаха, не знаю, что будет сделано со мной и с вами»». Умм аль-Аля сказала: «Клянусь Аллахом, я больше никого не буду свидетельствовать (о его благом уделе) после этого». Я сказала: «И я увидела для Усмана во сне текущий источник, и пришла к Посланнику Аллаха ﷺ и рассказала ему об этом, и он сказал: «Это его дело (деяние), текущее для него»».
Его слово (глава о текущем источнике во сне): аль-Мухалляб сказал: «Текущий источник допускает разные толкования: если его вода прозрачна, то толкуется как праведное деяние, а иначе — нет».
Другой сказал: «Текущий источник — это непрерывное деяние из милостыни или благодеяния для живого или умершего, которое он положил начало или продолжает».
Третьи сказали: «Источник воды — это милость, благословение, благо и достижение желаемого, если его владелец скрыт (целомудрен); а если он не целомудрен, то его постигнет беда, из-за которой будут плакать домочадцы его дома».
Его слово («Абдуллах»): это Ибн аль-Мубарак.
Его слово («от Умм аль-Аля, а она женщина из их числа»): ранее в «Книге переселения» было сказано, что она — мать Хариджи ибн Зайда, передатчика от неё здесь, и что этот хадис пришёл также через путь Абу-н-Надра, от Хариджи ибн Зайда, от его матери. Там я упомянул её родословную и что её имя — это её кунья. Отсюда следует, что говорящий здесь слова «а она женщина из их числа» — это аз-Зухри, передатчик хадиса от Хариджи ибн Зайда. А в главе о сновидениях женщин, ранее упомянутой, пришло через путь Акыля от Ибн Шихаба от Хариджи, что Умм аль-Аля, женщина из ансаров, присягнувшая Посланнику Аллаха ﷺ, сообщила ему (это).
Ахмад и Ибн Са‘д привели с иснадом, в котором есть Али бин Зайд бин Джуд‘ан, а в нём есть слабость, — хадис от Ибн Аббаса, который сказал: когда умер Усман бин Мазъун, его жена сказала: «Благо тебе, рай!» — и далее он привёл рассказ, подобный этой истории. Относительно его слова «его жена» есть сомнение: возможно, там было сказано «сказала женщина» без местоимения, и это была Умм аль-Аля. Также возможно, что он был женат на ней до Зайда бин Сабита, а возможно, слово было сказано ими обеими.
У Ибн Са‘да также приведено из мурсаля Зайда бин Асляма с хорошим иснадом, что он сказал: посланник Аллаха ﷺ услышал старую женщину, которая говорила во время похоронной процессии Усмана бин Мазъуна, идя за его погребальными носилками: «Благо тебе, рай, о Абу ас-Саиб!» — и далее он привёл нечто подобное, и там сказано: «Тебе достаточно сказать, что он любил Аллаха и Его посланника».
Его слово (طَارَ لَنَا — «выпало нам») — разъяснение этому уже было приведено в главе о жребии в разделе о неясностях. У Ибн Са‘да с другой стороны от Ма‘мара приводится: «И ансары заспорили между собой о том, чтобы поселить их (мухаджиров) в своих домах, так что бросили жребий о них, и выпал нам Усман бин Мазъун», то есть «попал в нашу долю». Так это толкование приведено в оригинале, и я полагаю, что оно принадлежит аз-Зухри или тому, кто передавал после него.
Его слово (حِينَ اقْتَرَعَتْ — «когда бросили жребий») — в риваяте Абу Зарра от кого-то, кроме аль-Кушмихани, стоит (أَقْرَعَتْ) без буквы «та». А в упомянутом риваяте Укайля сказано, что они разделили мухаджиров по жребию.
Его слово (فَاشْتَكَى فَمَرَّضْنَاهُ حَتَّى تُوُفِّيَ — «и он занедужил, и мы ухаживали за ним, пока он не умер») — в этих словах есть пропуск, подразумевается: «и он пробыл у нас некое время, а затем занедужил», то есть заболел, «и мы ухаживали за ним», то есть занимались его делами во время болезни. А в риваяте Укайля приведено: «И выпал нам Усман бин Мазъун, и мы поселили его в наших домах, и возвратилась к нему та болезнь, от которой он и умер».
Я говорю: его смерть была в шаабане третьего года хиджры, как датировал Ибн Са‘д и другие. Прочие полезные сведения об этом уже были приведены в начале книги о похоронах, а также разбор его слова «что с ним будет сделано» и разногласия относительно этого. А что касается его слова в конце «это его дело продолжается для него» — было сказано: возможно, у Усмана было нечто сделанное им, награда за что оставалась для него продолжающейся, подобно садаке. Мугальтай отверг это и сказал: у Усмана бин Мазъуна не было ничего из тех трёх дел, которые упомянул Муслим в хадисе от Абу Хурайры, возведённом к Пророку: «Когда умирает сын Адама, прекращается его дело, кроме как от трёх вещей».
Я говорю: это отрицание отвергается, ибо у него был праведный сын, который присутствовал при Бадре и после него, — это ас-Саиб, умерший во время правления Абу Бакра, и он — один из этих трёх. А Усман был из числа богатых, и не исключено, что у него была садака, продолжавшаяся после его смерти. Ибн Са‘д привёл из мурсаля Абу Бурды бин Абу Мусы, что он сказал: жена Усмана бин Мазъуна вошла к жёнам Пророка ﷺ, и они увидели её вид и сказали: «Что с тобой? Ведь в Курайше нет более богатого, чем твой муж». Она ответила: «Что касается его ночи, то он проводит её в стоянии на молитве» — и далее хадис.
Также возможно, что под делом Усмана бин Мазъуна имеется в виду его стояние на страже в джихаде против врагов Аллаха, ибо он относится к тем, для кого продолжается его дело, как это установлено в «Сунан» и признано достоверным ат-Тирмизи, Ибн Хиббаном и аль-Хакимом из хадиса Фадалы бин Убайда, возведённого к Пророку: «Каждому умершему запечатывается его дело, кроме стоящего на страже на пути Аллаха, ибо для него продолжает возрастать его дело до Дня воскресения, и он в безопасности от искушения могилы». У этого есть подтверждение у Муслима, ан-Насаи и аль-Баззара из хадиса Салмана, возведённого к Пророку: «Стояние на страже день и ночь на пути Аллаха лучше, чем пост месяца и стояние на молитве в нём, и если...