Это разъяснение привёл выдающийся учёный (аль-‘алляма) Абу-ль-Хасан аль-Ашмуни в своём толковании «на «Хуляса» Ибн Малика», и его комментатор аль-‘алляма Мухаммад ибн Али ас-Саббан (да помилует их обоих Аллах Всевышний) (1). А Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возвращение и прибежище.
«Я хочу только исправить [дело], насколько могу, а успех мой лишь от Аллаха. На Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
(72) — (глава о смягчении сердца того, за чьё исповедание веры (иман) опасаются вследствие его слабости, и о запрете утверждать наличие веры без непреложного доказательства)
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах Всевышний), упомянутому в начале книги, он сказал:
[385] (150) — («Передал нам Ибн Абу Умар, [сказав]: передал нам Суфьян от аз-Зухри, от Амира ибн Са‘да, от его отца, который сказал: Посланник Аллаха ﷺ разделил некую долю [имущества], и я сказал: «О Посланник Аллаха, дай такому-то, ибо он верующий (му’мин)». Пророк ﷺ сказал: «Или мусульманин», — я повторял это трижды, и он трижды повторял мне в ответ: «Или мусульманин». Затем он сказал: «Поистине, я даю человеку, тогда как другой мне дороже него, — из страха, что Аллах повергнет его в Огонь»).
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 — (Ибн Абу Умар) — это Мухаммад ибн Яхья ибн Абу Умар аль-Аданий, затем аль-Макки; о нём говорилось недавно.
2 — (Суфьян) ибн Уейна ибн Абу Имран аль-Хиляли, их вольноотпущенник, Абу Мухаммад аль-Куфи, затем аль-Макки, надёжный (сика), твёрдый (сабт), доказательный (худжжа) передатчик, из старших [8-го поколения] (умер в 198 г.), (входит во все «шесть книг»); о нём говорилось в «Толковании введения», ч. 1, с. 383.
3 — (аз-Зухри) — Мухаммад ибн Муслим, известный имам, доказательный передатчик; о нём говорилось недавно.
4 — (Амир ибн Са‘д) ибн Абу Ваккас аз-Зухри аль-Мадани, надёжный (сика) [3-го поколения] (умер в 104 г.), (входит во все «шесть книг»); о нём говорилось в «Книге веры», 13/159.
5 — (его отец) — это Са‘д ибн Абу Ваккас Малик ибн Вухайб ибн Абд Манаф ибн Зухра ибн Кыляб аз-Зухри, Абу Исхак, известный сподвижник (сахаби); умер (да будет доволен им Аллах) в (55) году, (входит во все «шесть книг»); о нём говорилось во «Введении», 6/71. А Аллах Всевышний лучше знает.
Тонкости этого иснада:
1 — (из них): что это один из «пятиричных» (хумасийят) иснадов автора (да помилует его Аллах).
2 — (из них): что его передатчики — передатчики [книг всей] общины (аль-джама‘а), кроме его шейха, у которого не приводили аль-Бухари и Абу Дауд.
3 — (из них): что он «связан цепью» (мусальсаль) через мединцев начиная от аз-Зухри, а оставшиеся двое — мекканцы.
4 — (из них): что в нём есть передача одного последователя (таби‘и) от другого последователя, а также передача сына от отца.
5 — (из них): что его сподвижник был первым, кто выпустил стрелу на пути Аллаха, и он — один из десяти, кому было обещано Рая (да будет доволен ими Аллах), и он последний из них по времени смерти; умер он в аль-Акике, затем был перенесён в Медину, и был похоронен там. А Аллах Всевышний лучше знает.
[Замечание]: слово автора (да помилует его Аллах): «Передал нам Ибн Абу Умар, сказав: передал нам Суфьян, от аз-Зухри...» и так далее.
Сказал Абу Али аль-Гассани: сказал хафиз Абу Мас‘уд ад-Димашки: этот хадис передаёт Суфьян ибн Уейна только от Ма‘мара, от аз-Зухри, — так сказали аль-Хумайди, Са‘ид ибн Абд ар-Рахман и Мухаммад ибн ас-Саббах аль-Джарджараи, все они — от Суфьяна, от Ма‘мара, от аз-Зухри, с тем же иснадом.
И это — то, что сохранено (махфуз) от Суфьяна. Передал нам это Хатим ибн Мухаммад, [сказав]: сообщил нам Ахмад ибн Ибрахим ибн Фирас, [сказав]: сообщил нам Абу Джафар Мухаммад ибн Ибрахим ад-Дайбули, [сказав]: сообщил нам Са‘ид ибн Абд ар-Рахман, [сказав]: сообщил нам Суфьян, от Ма‘мара, от аз-Зухри, от Амира ибн Са‘да ибн Абу Ваккаса, от его отца, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ разделил некую долю...» — [и далее] хадис.
И так же сказал Али ибн Умар (1) в книге «Аль-истидракат» об этом иснаде. Конец [цитаты] (2).
(2) «Такйид аль-мухмаль», 3/782.
Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах): то, что сказали эти [учёные] об этом иснаде, можно возразить и сказать: не следует с этим соглашаться, ведь возможно, что Суфьян услышал этот хадис от аз-Зухри однажды, а другой раз услышал его от Ма‘мара, от аз-Зухри, и передавал его в обоих видах, так что один из них не порочит другой. Однако сошлись обстоятельства, которые побудили их к тому, что они сказали, — из них то, что Суфьян является мударрисом [здесь: тадлис-передатчиком, скрывающим способ получения хадиса], и он сказал: «от» (‘ан).
Сказал составитель (да простит его Аллах): эта версия — то, слабость чего не скрыта, ибо, хотя он и был описан как склонный к тадлису, но он не совершает тадлис, кроме как в отношении надёжного [передатчика], до такой степени, что Ибн Хиббан утверждал, что это его особая черта. А истинное возражение — это то, что он противоречит большинству передатчиков, как он [ан-Навави] разъяснил это своими словами: «из них то, что большинство его учеников передали этот хадис от Ма‘мара». На это можно ответить тем, что мы уже упомянули: Муслим (да помилует его Аллах) не передаёт от мударриса, сказавшего «от», разве что установлено, что он слышал это от того, о ком он сказал «от» с использованием формы ‘ан‘ана. Как бы то ни было, эти рассуждения об иснаде не влияют на матн, ибо он достоверен при любом предположении, [и передача] непрерывна (мутасыль). А Аллах лучше знает. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах) (1).
И сказал в «Фатхе»: и передал его Муслим от Мухаммада ибн Яхьи ибн Абу Умара, от Суфьяна ибн Уейны, от аз-Зухри, и в этом произошла ошибка — от него самого или от его шейха, — потому что большинство передач в сборниках и в «Мусанадах» — от Ибн Уейны, от Ма‘мара, от аз-Зухри, с добавлением Ма‘мара между ними. И так же передал его Ибн Абу Умар, шейх Муслима, в своём «Мусанаде», от Ибн Уейны, и так же вывел его Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» через этот путь.
И утверждал Абу Мас‘уд в «Аль-атраф», что ошибка исходит от Ибн Абу Умара, и это вероятно, — что ошибка произошла от него, когда он передавал это Муслиму, — но не установлено определённо, от кого исходит ошибка.
А шейх Мухйи-д-Дин [ан-Навави] объяснил это тем, что Ибн Уейна передавал этот хадис один раз без упоминания Ма‘мара, а другой раз — с его упоминанием, и в этом есть некоторая отдалённость [от истины], потому что передачи от Ибн Уейны многократно подтверждают наличие Ма‘мара, и не найдено [версии] без него, кроме как у Муслима, а то, что найдено в «Мусанаде» его шейха, — без пропуска, как мы уже упомянули. И я разъяснил это с доказательствами в своей книге «Таглик ат-та‘лик». Конец [цитаты] (2).
(2) «Аль-Фатх», 1/102—103.
Сказал составитель (да простит его Аллах): то, что он приписал ан-Навави относительно объяснения этого двумя разами [передачи], в этом есть неявная сомнительность, потому что он упомянул это не в качестве опоры на это [мнение], а лишь в контексте возражения и признания отдалённости [от истины], как уже приводилась его формулировка недавно, — так вдумайся в неё внимательно.
Итог сказанному: в иснаде автора имеется пропуск, и, по всей видимости, ошибка исходит от него самого. А что касается того, что она может исходить от его шейха Ибн Абу Умара, — хотя это и упомянули как вероятность, — но это отдаляется тем, что подтверждена правильная [версия] в его «Мусанаде». А Аллах Всевышний лучше знает правильное.
Его слово («или мусульманин») — так в этой передаче, с именительным падежом (рафа‘), на основании того, что это сказуемое (хабар) для пропущенного [подлежащего], то есть: «он — мусульманин», а «ау» (или) с сукуном над «вав» — в значении «бал» («напротив», «скорее»).
Его слово (что повергнет его Аллах, «ан якубба-ху Аллах») — с фатхой над буквой настоящего времени, глагол настояще-будущего времени от «кабба-ху», говорят: «акабба-р-раджулю» [упал сам], и «кабба-хуЛлах» [Аллах его повергнул], и это редкое построение, пришедшее в противоречие с обычным правилом, ведь обычно трёхбуквенный [глагол] бывает непереходным, а четырёхбуквенный — переходным, а здесь наоборот: трёхбуквенный переходный, а четырёхбуквенный непереходный.
Полное разъяснение хадиса и его вопросов последует в следующем хадисе, и я отложил его туда, потому что там изложение более полное, чем здесь, поэтому толкование более подходит там. А Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша достаточность и лучший Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах Всевышний), упомянутому в начале книги, он сказал:
[386] (…) - Рассказал мне Зухайр ибн Харб, рассказал нам Йакуб ибн Ибрахим, рассказал нам сын брата Ибн Шихаба, от своего дяди, он сказал: сообщил мне Амир ибн Са‘д ибн Абу Ваккас от своего отца, Са‘да, что Посланник Аллаха ﷺ дал дар группе людей, а Са‘д сидел среди них. Са‘д сказал: и Посланник Аллаха ﷺ оставил из них того, кому не дал, а он был самым любимым из них для меня. Я сказал: о Посланник Аллаха, что с тобой в отношении такого-то? Клянусь Аллахом, я считаю его верующим. Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Или мусульманином». Он сказал: я помолчал немного, затем меня одолело то, что я знал о нём, и я сказал: о Посланник Аллаха, что с тобой в отношении такого-то? Клянусь Аллахом, я считаю его верующим. Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Или мусульманином». Он сказал: я помолчал немного, затем меня одолело то, что я знал о нём, и я сказал: о Посланник Аллаха, что с тобой в отношении такого-то? Клянусь Аллахом, я считаю его верующим. Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Или мусульманином. Поистине, я даю человеку, тогда как другой более любим мне, чем он, — из страха, что он будет брошен в огонь лицом вниз».
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 - Зухайр ибн Харб, упомянутый перед этой главой.
2 - Йакуб ибн Ибрахим ибн Са‘д ибн Ибрахим ибн Абд ар-Рахман ибн Ауф аз-Зухри, Абу Йусуф аль-Мадани, поселившийся в Багдаде, надёжный, достойный, из младших [9] (умер в 208 г.) (входит во все шесть сборников), был упомянут ранее в «Книге веры», 9/141.
3 - Сын брата Ибн Шихаба — это: Мухаммад ибн Абдуллах ибн Муслим ибн Убайдуллах ибн Абдуллах ибн Шихаб аз-Зухри аль-Мадани, правдивый, имеющий погрешности [6] (умер в 152 г. или после этого) (входит во все шесть сборников), был упомянут ранее в «Книге веры», 63/352.
Остальные упомянуты были ранее, а Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 - (Среди них): что этот иснад — из шестизвенных иснадов автора (да будет милостив к нему Аллах), то есть он более «низкий» по степени, чем предыдущий иснад.
2 - (Среди них): что все его передатчики — передатчики, признанные всей общиной, кроме его шейха, от которого не передавал ат-Тирмизи.
3 - (Среди них): что он последовательно составлен из мединцев, кроме его шейха, который несайец, затем багдадец, и Йакуба, который мединец, затем багдадец.
4 - (Среди них): что он последовательно составлен из четырёх, все они — зухриты: сын брата аз-Зухри, а те, кто выше него, — все зухриты, а Аллах Всевышний знает лучше.
[Замечание]: этот хадис передали Ибн Вахб и Ришдин ибн Са‘д вместе от Йунуса от аз-Зухри с другим иснадом, сказав: «от Ибрахима ибн Абд ар-Рахмана ибн Ауфа, от его отца». Его вывел Ибн Абу Хатим и передал от своего отца, что это ошибка со стороны его передатчика, а им является аль-Валид ибн Муслим, передававший от них обоих. Это указано также в «аль-Фатх», то есть: правильно — «от аз-Зухри, от Амира ибн Са‘да, от его отца», а Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса:
Его слово («от Са‘да») ибн Абу Ваккаса (да будет доволен им Аллах) («что Посланник Аллаха ﷺ дал группе людей») — «ар-рахт» — это число мужчин от трёх до десяти. Аль-Каззаз сказал: иногда они немного превышают это число, и у него нет единственного числа от того же корня. «Рахт» человека — это сыновья его ближайшего отца, а по другому мнению — его племя. У аль-Исмаили в передаче от пути Ибн Абу Зиба сказано: «что к нему пришла группа людей и попросила его, и он дал им, но оставил одного из них».
Постановка слова «рахтан» в винительном падеже объясняется тем, что оно является первым прямым дополнением к «дал», а второе дополнение опущено, поскольку в конструкциях с глаголом «дал» допускается опущение обоих дополнений, как в словах Всевышнего: «А тот, кто дал и остерёгся» (аль-Лейль, 5); опущение первого — как в словах Всевышнего: «до тех пор, пока они не дадут джизью своей рукой, будучи униженными» (ат-Тауба, 29), то есть: пока они не дадут вам джизью; опущение второго — как в словах Всевышнего: «и вскоре твой Господь даст тебе, и ты будешь удовлетворён» (ад-Духа, 5), то есть: даст тебе то, чем ты будешь удовлетворён.
Аль-Айни (да будет милостив к нему Аллах) сказал: здесь имеет место опущение второго дополнения в конструкциях типа «я дал» в двух местах: первое — в словах «дал группе людей», второе — в словах «поистине, я даю человеку»; это делается для указания на всеобщность, независимо от того, что именно дано, либо переходный к двум дополнениям глагол уподобляется переходному к одному, а смысл — это установление самой этой сущности, то есть установление действия давания, и польза в обоих случаях — усиление значения. Конец цитаты.
(«а Са‘д сидел среди них») — это предложение в положении винительного падежа обстоятельства образа действия, и здесь имеет место приём «таджрид» (обособление); ибо, казалось бы, следовало сказать: «а я сидел», — так сказано в «аль-Фатх».
Аль-Айни сказал: здесь два толкования:
Первое: что здесь имеет место «ильтифат» (переключение) согласно мнению автора «аль-Мифтах» — от речи от первого лица, что соответствует контексту, к речи о третьем лице; а согласно мнению других, здесь нет «ильтифата», ибо они ставят условием, чтобы «ильтифат» был между речью от первого лица, обращением и речью о третьем лице реально осуществлённым, тогда как автор «аль-Мифтах» не ставил такого условия, а сказал: «ильтифат» шире того, чтобы быть реально осуществлённым или предполагаемым.
Это Йусуф ибн Абу Бакр ибн Мухаммад ибн Али ас-Саккаки аль-Хваризми аль-Ханафи, Абу Йакуб Сирадж ад-Дин, родился в 555 г. х., умер в 626 г. х., его рождение и смерть — в Хваризме. См.: «Хадийат аль-арифин», 6/553, «Му‘джам аль-а‘лям», с. 962.
А второе толкование: что это относится к приёму «таджрид», а именно — что человек обособляет от самого себя некое лицо и рассказывает о нём; и это потому, что по правилам следовало сказать в его словах «а Са‘д сидел»: «а я сидел», но он обособил от себя это и рассказал о нём словами «а Са‘д сидел», и это один из украшающих речь приёмов, из смысловых разновидностей, относящихся к сфере красноречия. Конец цитаты.
(«Са‘д сказал») то есть: ибн Абу Ваккас (да будет доволен им Аллах) («и Посланник Аллаха ﷺ оставил из них») то есть: из той группы («того, кому не дал») — «ман» — имя относительное, прямое дополнение к «оставил» («а он был самым любимым из них для меня») — здесь имеет место «ильтифат», ибо по правилам следовало сказать: «для него», согласно словам «а Са‘д сидел», а не «а я сидел», и это «ильтифат» от речи о третьем лице к речи от первого лица.
В передаче Салиха ибн Кайсана, которая приводится далее: «Посланник Аллаха ﷺ дал группе людей, а я сидел среди них», — он изложил это без обособления и без «ильтифата», и добавил в ней: «и я встал к Посланнику Аллаха ﷺ, и тайно говорил с ним…»; эта добавка есть также у аль-Бухари в «Книге закята», и некоторые проявили небрежность, приписав её только Муслиму. А имя оставленного человека — Джу‘айль ибн Сурака ад-Дамри, назвал его аль-Вакиди в «аль-Магази», как сказано в «аль-Фатх».
(«Я сказал: о Посланник Аллаха, что с тобой в отношении такого-то?») то есть: какова причина твоего отвращения от него к другому? Аль-Айни (да будет милостив к нему Аллах) сказал: слово «ма» здесь вопросительное, а «лям» связано с опущенным словом, и таким же образом «ан» связано с опущенным словом, а именно с «случилось» для «лям» и «ты отвратился» и тому подобным для «ан». Конец цитаты.
А выражение «такой-то» — это иносказание, заменяющее имя, которое было скрыто после того, как оно было упомянуто. («Клянусь Аллахом») здесь клятва в сообщении в качестве усиления. («Я считаю его верующим») Аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах) сказал: в передаче слово «уража» произносится с даммой на «хамзе», в значении «полагаю его».
И это из клятвы Са‘да относительно того, что он предполагал, и потому эта клятва была недействительной (не влекущей ответственности), и поэтому Пророк ﷺ не осудил её и не повелел ему искупление за неё; и в этом довод на допустимость клятвы относительно предположения, и что именно такая клятва недействительна, и это мнение Малика и большинства учёных. Конец цитаты.
А в «аль-Фатх» сказано: его слово «ла-ура-ху» встречается в нашей передаче по пути Абу Зарра и других с даммой на «хамзе» здесь и в «Книге закята», и так же оно в передаче аль-Исмаили и других.
А ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах) сказал: оно произносится с фатхой на «хамзе», то есть: «я знаю его», и недопустимо произносить с даммой, чтобы оно приняло значение «я предполагаю его»; ибо он сказал после этого: «меня одолело то, что я знаю о нём», и потому что он обращался к Пророку ﷺ три раза, а если бы он не был уверен в своём убеждении, то не повторял бы обращение. Конец цитаты.
Сказал собиратель (да простит его Аллах Всевышний): в этих словах ан-Навави есть очевидная сомнительность. Что касается его доказательства обязательности огласовки «фатха» словами Пророка ﷺ «чтобы я знал это» (ли а‘ламаху), то ответ на это таков: в этом нет указания на данное утверждение, поскольку допустимо употребление слова «знание» (‘ильм) в значении преобладающего предположения (занн галиб); из этого и слова Всевышнего: «Если вы узнали их верующими» [аль-Мумтахина: 10].
Допустим, что мы согласились с этим, но из употребления слова «знание» не следует, что его предпосылки не могут быть предположительными, — и тогда оно будет умозрительным (назарий), а не достоверным (якыний), а именно это здесь и возможно.
А что касается его доказательства через повторение обращения [к Пророку], то нет также препятствия тому, чтобы он повторял это, основываясь на том, что преобладало в его предположении (3).
В итоге, огласовка «дамма» на хамзе здесь обязательна, поскольку так установлено риваятом, как на это указал аль-Куртуби в приведённых ранее словах, и об этом же говорилось со слов Хафиза относительно аль-Бухари. А что касается «фатхи», то если риваят с ней подтверждён, то её обоснование ясно, а иначе — следует тому риваяту, который достоверен. Так что обрати на это внимание. И Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово (فقال رسول الله ﷺ: «أو مسلما») — «أو» здесь употреблена в значении перехода (идраб), в смысле «баль» («напротив»). Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: риваят передаётся с сукуном на «вав», и допустил ошибку тот, кто произнёс её с фатхой, поскольку это искажает смысл, ведь Пророк ﷺ не хотел спросить его, а лишь указал ему на иную категорию, относящуюся к внешнему проявлению, которое можно распознать, и потому употребил «أو», служащее для разделения и разъяснения разновидностей. Конец цитаты (4).
(2) «аль-Фатх», 1/100–101.
(3) Так Хафиз возразил ан-Навави, приведя часть того, что я упомянул. У аль-Айни, по его обычаю, есть возражение на это, не приносящее пользы тому, кто вдумается в него. Так что придерживайся справедливости и оставь упорство и предвзятость.
(4) «аль-Муфхим», 1/366.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: что касается его слов ﷺ «или мусульманином», то в них нет отрицания того, что он был верующим, но смысл их — запрет на категорическое утверждение веры, и что слово «ислам» более уместно применительно к нему, ибо ислам известен по внешнему признаку, а вера сокрыта, её не знает никто, кроме Аллаха Всевышнего. Автор «ат-Тахрир» утверждал, что в этом хадисе содержится указание на то, что этот человек не был верующим, но это не так, как он утверждал, — напротив, в нём содержится указание на его веру, ибо Пророк ﷺ сказал в ответ Са‘ду: «Поистине, я даю человеку, а другой, который мне дороже него», — и смысл этого: я даю тому, за кого боюсь, что из-за слабости его веры он впадёт в неверие, и оставляю без даяния другого, который мне дороже него, из-за того, что я знаю о спокойствии его сердца и крепости его веры. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах) (1).
И сказано в «аль-Фатх»: его слово «فقال: أو مسلما» — с сукуном на «вав», а не с фатхой. Было сказано, что она служит для разъяснения разновидностей, а некоторые сказали, что она служит для сочетания, и что он велел ему произносить оба слова вместе, поскольку это осторожнее. Но это отвергается риваятом ан-Насаи в «аль-Муджтаба» (2) и Ибн аль-А‘раби в его «Словаре» касательно этого хадиса: «И он сказал: не говори — верующий, а говори — мусульманин», а в другой формулировке: «Но скажи — мусульманин». Отсюда ясно, что она служит для перехода (идраб), и её смысл не заключается в отрицании, а смысл в том, что применение слова «мусульманин» к тому, чей внутренний [духовный] опыт не был испытан, более уместно, чем применение слова «верующий», ибо ислам известен по внешнему признаку. Так сказал шейх Мухьи-д-Дин [ан-Навави] в сокращённом изложении.
Аль-Кирмани возразил ему тем, что из этого следует, что хадис не указывает на то, для чего была составлена данная глава (3), и что в возражении Посланника ﷺ Са‘ду не будет никакой пользы.
Хафиз сказал: это возражение отвергается, и мы уже разъяснили ранее соответствие между хадисом и заголовком главы (4).
(2) Привёл ан-Насаи в «аль-Муджтаба» под номером (4995).
(3) То есть глава, которую составил имам аль-Бухари (да помилует его Аллах) под названием «Глава: если ислам не является истинным...» и так далее.
(4) Ответ таков, как он сказал: соответствие хадиса заголовку главы очевидно в том смысле, что слово «мусульманин» применяется к тому, кто проявил ислам внешне, даже если его внутреннее состояние неизвестно, и в таком случае он не будет верующим, поскольку на него не распространяется шариатская истинность [веры], хотя языковая истинность имеет место. Конец цитаты. «аль-Фатх», 1/100.
У аль-Айни есть обсуждение этого соответствия по его постоянной привычке отвергать разъяснение Хафиза — с целью помутить, а не уточнить. Так что обрати внимание.
[Хафиз] сказал: суть истории такова, что Пророк ﷺ расширял даяние тем, кто проявил ислам, с целью привлечения [к вере] (та’лиф). И когда он дал группе людей, относившихся к тем, кого следовало привлекать, и оставил без даяния Джу‘айля, который был из мухаджиров, хотя все они попросили его, Са‘д обратился к нему по этому поводу, поскольку он считал, что Джу‘айль более достоин их ввиду того, что он испытал в нём [хорошее качество], которого не было у других, и поэтому обращался к нему по этому поводу более одного раза. Тогда Пророк ﷺ направил его к двум вещам:
[Первое]: он сообщил ему о мудрости в даянии тем людям и в лишении Джу‘айля даяния, несмотря на то что тот был дороже ему, чем те, кому он дал, — поскольку если бы он оставил без даяния того, кого следовало привлечь [к вере], то нельзя было бы быть уверенным, что тот не отступит от веры, и тогда он оказался бы из числа обитателей Огня.
[Второе]: он направил его к тому, чтобы удерживаться от похвалы за скрытое качество, ограничиваясь похвалой за явное качество. Так стала ясной польза от возражения Посланника ﷺ Са‘ду, и что это не означает чистого отрицания в его адрес, но был один из двух ответов в виде совета о предпочтительном, а другой — в виде извинения.
[Если скажут]: как же не было принято свидетельство Са‘да о вере Джу‘айля, ведь если бы он свидетельствовал мне о [чьей-то] справедливости, это было бы принято от него, а справедливость предполагает веру?
[Ответ]: слова Са‘да не были высказаны в форме свидетельства, а были высказаны в форме похвалы ему и просительного обращения ради него, и поэтому было сделано замечание относительно его формулировки. И даже если бы это было в форме свидетельства, совет о предпочтительном не повлёк бы за собой отклонение его свидетельства, — напротив, контекст указывает на то, что [Пророк] принял его слово о нём, о чём свидетельствует то, что он извинился перед ним.
[Хафиз] сказал: мы передаём в «Муснад Мухаммада ибн Харуна ар-Руяни» и других [сборниках] с достоверным иснадом от Абу Салима аль-Джайшани, от Абу Зарра (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха ﷺ спросил его: «Как ты видишь Джу‘айля?». Он сказал: я ответил: подобен таким же, как он, из людей — то есть из мухаджиров. Он сказал: «А как ты видишь такого-то?». Он ответил: господин из числа господ людей. Он сказал: «Джу‘айль лучше, чем полная земля таких, как этот». Он сказал: я сказал: и такой-то — таков, а ты поступаешь с ним так, как поступаешь? Он сказал: «Поистине, он глава своего народа, и я привлекаю их через него [к вере]». Такое положение занимал упомянутый Джу‘айль у Пророка ﷺ, как ты видишь, и этим прояснилась мудрость в лишении его [даяния] и в даянии другому, и что это делалось в интересах привлечения [к вере], как мы это установили. Конец слов Хафиза (да помилует его Аллах) (1).
Его слово (قال) — [сказал] Са‘д (да будет доволен им Аллах). (فسكتُّ قليلا) — «и я немного помолчал» — стоит в форме винительного падежа, являясь определением к пропущенному масдару, то есть «молчанием немногим». (ثم غلبني ما أعلم منه) — «затем меня одолело то, что я знаю о нём» — слово «ما» здесь является относительным местоимением, стоящим в позиции подлежащего при глаголе «одолело меня». (فقلت: يا رسول الله، ما لك عن فلان؟) — «я сказал: о Посланник Аллаха, что с тобой в отношении такого-то?» — то есть: что удержало тебя от даяния такому-то, то есть упомянутому Джу‘айлю. (فوالله إني لأراه مؤمنا، فقال رسول الله ﷺ: «أو مسلما») — «клянусь Аллахом, поистине я считаю его верующим», и Посланник Аллаха ﷺ сказал: «или мусульманином». [Са‘д] сказал: (فسكتُّ قليلا، ثم غلبني ما علمتُ منه، فقلت: يا رسول الله، ما لك عن فلان؟، فوالله، إني لأراه مؤمنا، فقال رسول الله ﷺ: «أو مسلما، إني لأعطي الرجل») — «я даю человеку» — здесь пропущено второе дополнение с целью обобщения, то есть: какое бы даяние ни было. (وغيره أحب إليّ منه) — «а другой мне дороже него» — именное предложение, стоящее в позиции винительного падежа как обстоятельство образа действия от подлежащего или от дополнения. В одном из риваятов аль-Бухари: «а другой мне более удивителен» («а‘джаб»). В «аль-Фатх» указано, что риваят большинства передатчиков идёт со словом «ахабб» («дороже»). Сказано: и у аль-Исмаили после его слов «дороже мне, чем он» встречается: «и я не даю ему, кроме как из страха, что Аллах повергнет его [в Огонь]… и так далее», а у Абу Дауда по пути Ма‘мара: «поистине, я даю людям, а оставляю без даяния того, кто мне дороже них, не давая ему ничего, из страха, что они будут повержены в Огонь на свои лица».
(Слово «خشية» /хашия — «из страха»/) стоит в винительном падеже, будучи обстоятельством цели при глаголе «даю»; то есть: из страха, что Аллах ввергнет его в огонь лицом вниз. «Хашия» присоединено (идафой) к «أَنْ يُكَبَّ» /ан юкабба/, и «ان» здесь масдарийя (превращающая глагол в отглагольное имя), а «يُكبّ» стоит в форме страдательного залога; выражение «в огне» связано с глаголом «юкабб», равно как и его слово «на своё лицо». Аль-Айни (да помилует его Аллах) сказал: «хашия» присоединено к тому, что после него, «ان» — масдарийя, и смысл таков: из страха ввержения его Аллахом в огонь.
Он сказал: здесь имеет место образный оборот (кинайа), а именно в его словах «из страха, что Аллах ввергнет его в огонь»; ибо ввержение в огонь есть неотъемлемое следствие неверия, и здесь упомянуто следствие, а подразумевается то, что его обусловливает, — это кинайа, а не маджаз (метафора).
Если скажешь: ввержение в огонь может быть и за грех, и не обязательно указывает на неверие, —
я скажу: имеется в виду особое ввержение, которое бывает только для неверующего, иначе кинайа была бы неверна.
А то, что мы сказали, что имеется в виду особое ввержение, — потому что смысл его слов «из страха, что Аллах ввергнет его в огонь» таков: из опасения его неверия, которое приведёт его к тому, что Аллах ввергнет его в огонь. Местоимение в «юкаббуху» относится к человеку, о котором сказано «поистине, я даю человеку», то есть: я привлекаю его сердце дарением из опасения его неверия, если ему не будет дано.
Смысл таков: я даю тому, в чьей вере есть слабость, потому что боюсь за него, что если я не дам ему, у него возникнет убеждение, из-за которого он впадёт в неверие, и тогда Аллах Всевышний ввергнет его в огонь. Как будто он указывал на тех, чьи сердца привлекают дарами, или на того, кто, если ему откажут, припишет Посланнику ﷺ скупость. А что до того, чья вера сильна, то он мне дороже, и я полагаюсь на его веру и не боюсь за него отступления от религии, порочности убеждения или вреда от того, что достанется ему из мирских благ. Конец цитаты.
[Два примечания]:
(Первое): в «Фатх» сказано: его слово «ан юкаббаху-Ллах» — с фатхой на первой букве и даммой на «каф». Говорят: «аккабба-р-раджулю» — если человек склонил голову вниз, а «каббаху гайруху» — если кто-то другой его перевернул (ниц). Это противоречит обычному правилу, ибо непереходный глагол становится переходным с добавлением хамзы, а здесь хамза добавлена, а глагол при этом стал непереходным (короче по значению). Аль-Бухари упомянул это в «Книге закята», сказав: говорят «аккабба-р-раджулю», когда его действие не переходит на кого-либо, а когда действие переходит, говорят «каббаху» и «каббабтуху». Подобное встречается в немногих словах, среди них: «ансаля руш ат-та’ир» и «насальтуху» (о выпадении перьев птицы), «анзафат аль-би’ру» и «назафтуха» (о высыхании колодца). Ибн аль-А‘раби передал, что для переходного значения употребляются оба варианта — «каббаху» и «аккаббаху». Конец цитаты.
Аль-Фаюми (да помилует его Аллах) сказал: встречается разряд слов, где трёхбуквенная форма переходна, а четырёхбуквенная непереходна, обратно обычному правилу, например: «аджфаля-т-тайру» (птица взлетела испуганно) и «джафальтуху» (я её испугал); «акша‘а-ль-гайму» (облако рассеялось) и «каша‘ат-ху-р-рих» (ветер его рассеял); «ансаля рушу-т-та’ир» — то есть выпало, и «насальтуху»; «амрати-н-нака» — верблюдица дала обильное молоко, и «марайтуха»; «аз’арати-н-нака» — когда верблюдица привязалась к подменному детёнышу, и «за’артуха за’аран» — я привязала её; «а‘раса-ш-шай’» — вещь показалась, и «‘арадтуху» — я её показал; «анка‘а-ль-‘аташу» — жажда утихла, и «нака‘аху-ль-ма’» — вода её утолила; «ахада-н-нахру» и «худтуху»; «ахджама Зайдун ‘ан-ль-амри» — он остановился от этого дела, и «хаджамтуху»; «акабба ‘ала ваджхихи» и «каббабтуху»; «асрама-н-нахлю ва-з-зар‘у» и «сарамтуху» — то есть отсёк; «амхада-ль-лабану» и «мадахтуху»; «асаласу» — они стали втроём сами, и «саластухум» — я стал их третьим, и так до десяти; «абшара-р-раджулю би-маулудин» — он обрадовался новорожденному, и «баштарту-ху». А причастие действующего лица от трёхбуквенной формы и четырёхбуквенной строится по правилу этих двух пород, и «риш мансуль» — от трёхбуквенной формы, а «мунсиль» — причастие действующего лица от четырёхбуквенной формы, то есть «выпадающий».
Из слов некоторых учёных следует, что это имеет два значения: их слова «ансаля-р-риш», «ахада-н-нахру» и подобное означают: настало время, чтобы это произошло, — и это не то же самое, что «кама Зайдун» и «акамтуху». Они прямо указали на такой смысл в некоторых местах. Конец слов аль-Фаюми (да помилует его Аллах).
Составитель, да простит его Аллах, сказал: я изложил это правило, противоречащее обычному, в стихах:
«Знай, что «аз’арат» и «акша‘а», «ахада», «а‘раса», «амрат», «анка‘а»,
и «абшарат», и «асрамат», и «ансаля», и «амхадат», и «ахджамат», и «аджфаля»,
и «асаласу» — стали втроём, до десяти, так же передано и «акабба».
Это противоречит правилу, что пришло от арабов путём твёрдым,
ибо у них трёхбуквенная форма непереходна, а переходность к четырёхбуквенной известна.
Так же прямо сказано в «Мисбахе» — я приблизил это, чтобы ты запомнил, о товарищ».
(Второе примечание): этот хадис передали Ахмад, аль-Хумайди и другие от Абд ар-Раззака, от Ма‘мара, и в нём есть добавление: аз-Зухри сказал: «Мы считаем, что ислам — это слово, а вера — это дело».
Это было признано затруднительным при рассмотрении в свете хадиса о вопросе Джибриля, ибо его явный смысл этому противоречит. Возможно, что аз-Зухри имел в виду, что человек признаётся мусульманином и называется мусульманином, если произнёс слово — то есть слово свидетельства (шахады), а верующим он называется только через дело, а дело охватывает дело сердца и дело органов тела, и дело органов тела указывает на его искренность. А что касается ислама, упомянутого в хадисе Джибриля (мир ему), то это шариатский, полный ислам, о котором сказано в словах Всевышнего: «А кто желает иной религии, кроме ислама, то не будет принято от него» [Али Имран, 85]. Упомянуто это в «Фатх», и Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и на Него упование, и на Него надежда.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Вопрос первый): этот хадис Са‘да ибн Абу Ваккаса (да будет доволен им Аллах) передан согласно единому мнению (аль-Бухари и Муслима).
(Вопрос второй): о его выведении:
Его вывел автор здесь, в «Книге веры» [72/385, 386, 387, 388] (150), и повторил его в «Книге закята»; и аль-Бухари в «Книге веры» (27) и «Книге закята» (1478); и Абу Дауд в «Книге сунны» (4683); и ан-Насаи в «Книге веры» (8/103–104); и Абу Дауд ат-Тайялиси в своём «Мусанаде» (198); и аль-Хумайди в своём «Мусанаде» (67, 68, 69); и Ибн Абу Шейба в своём «Мусаннафе» (11/31); и Ахмад в своём «Мусанаде» (1/167–182); и Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (163); и Ибн Манда в «Книге веры» (161, 162); и Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (376, 377, 378, 379). Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): о его пользах:
1 — (из них): разъяснение допустимости привлечения сердец тех, за чью веру опасаются из-за её слабости.
2 — (из них): запрет категорично утверждать о вере без окончательного доказательства.
3 — (из них): разъяснение различия между исламом и верой, и разбор этого уже приводился в вопросах, упомянутых в начале «Книги веры».
4 — (из них): в этом есть указание на позицию людей истины, гласящую, что словесное признание не приносит пользы, если оно не сопряжено с убеждением сердца, — в отличие от каррамитов и крайних мурджиитов, говорящих, что признание достаточно. Это явная ошибка, которую отвергает единодушное мнение мусульман и тексты об обвинении лицемеров в неверии.
5 — (из них): допустимость посредничества перед правителями в том, что посредник считает допустимым.
6 — (из них): обращение к тому, к кому обращено посредничество, по данному делу, если это не приводит к порче.
7 — (из них): напоминание менее достойного более достойному о том, что он считает благом и полагает, что тот об этом забыл.
8 — (из них): что тайное наставление предпочтительнее открытого, как придёт в следующем риваяте: «Я подошёл к Посланнику Аллаха ﷺ и заговорил с ним шёпотом», — а иногда это становится обязательным, если открытость ведёт к порче.
9 — (из них): что более достойный не принимает предложенное ему безусловно, а обдумывает, и если не проявится польза, не действует по этому.
10 — (из них): что тому, кому дан совет, полагая советующий это благом, не выносится осуждение, но ему разъясняется правильный путь.
11 — (из них): извинение перед посредником, если польза в отказе от исполнения его просьбы, и что нет позора для посредника, если его посредничество отклонено по этой причине.
12 - Из их числа: повеление удостоверяться и оставлять категоричное суждение о том, в отношении чего нет достоверного знания.
13 - Из их числа: то, что имам расходует имущество на нужды мусульман, начиная с наиболее важного, даже если смысл этого скрыт от некоторой части подданных.
14 - Из их числа: что нельзя с определённостью утверждать о конкретном человеке, что он войдёт в Рай, кроме тех, о ком установлен ясный текст, как о десяти и подобных им; и это единогласное мнение приверженцев сунны — так сказал ан-Навави (да помилует его Аллах).
Хафиз (Ибн Хаджар) возразил ему, и вот его слова: «В этом — отказ от категоричного утверждения о совершенной вере того, о ком нет ясного текста, а что касается запрета категоричного утверждения о вхождении в Рай, то это прямо из данного хадиса не выводится, хотя некоторые толкователи и коснулись этого. Да, это верно в отношении того, о ком не установлен ясный текст». Конец цитаты.
15 - Из их числа: аль-Бухари (да помилует его Аллах) извлёк отсюда желательность отказа от настойчивости в вопросе. Основание этому — то, что Пророк ﷺ ударил своей рукой между шеей и плечом Са‘да (да будет доволен им Аллах), когда тот проявил настойчивость, возвращаясь к вопросу, а затем сказал ему: «Неужели из-за сражений, о Са‘д?» Это указывает на желательность отказа от настойчивости в вопросе.
16 - Из их числа: аль-Куртúби извлёк отсюда допустимость клятвы, основанной на преобладающем предположении, поскольку Пророк ﷺ не запретил ему клясться. Хафиз сказал: «Так он сказал, но в этом есть неявная сложность, ибо он (Са‘д) клялся о наличии у него предположения, и это действительно так, и он не клялся о самом предполагаемом деле, как это было предположено». Конец цитаты.
17 - Из их числа: то, что сказал кади Ийад (да помилует его Аллах): этот хадис — самое достоверное доказательство различия между исламом и верой (иманом), и что вера — это внутреннее, дело сердца, а ислам — внешнее, дело органов тела; однако верующий не бывает иначе как мусульманином, а мусульманин может не быть верующим, и текст этого хадиса указывает на это.
Аль-Хаттаби (да помилует его Аллах) сказал: этот хадис по своему очевидному смыслу обязывает различать ислам и веру, так что о человеке говорят: «мусульманин», то есть «предавшийся», но не говорят о нём: «верующий». Таков смысл хадиса. Всевышний Аллах сказал: «Скажи: «Вы не уверовали, но говорите: «Мы предались»»» (сура «аль-Худжурат», 14), то есть: мы предались. И бывает, что оба понятия совпадают при равенстве внешнего и внутреннего, тогда о мусульманине говорят: «верующий», а о верующем: «мусульманин».
Собиратель (да простит его Всевышний Аллах) говорит: разъяснение этого было уже дано полностью в вопросах, упомянутых в начале «Книги веры», обратись туда — извлечёшь пользу.
18 - Из их числа: то, что также сказал кади Ийад: в этом — доказательство в пользу мнения тех, кто допускает произнесение слов «я верующий» без оговорки об исключении (без «иншаАллах»), и возражение тем, кто это отрицает. Это вопрос, в котором разногласие существовало со времён сподвижников (да будет доволен ими Аллах) и продолжается доныне, и каждое мнение при его проверке имеет своё основание, и с одной стороны оно не противоречит другому мнению: кто не делает исключения, сообщает о своём нынешнем положении, а что касается будущего исхода, то это ведомо лишь Знающему; а кто делает исключение, указывает на сокрытое от него — на то, что было предопределено для него в Хранимой скрижали. К совмещению обоих мнений склонялись из числа предшественников аль-Авза‘и и другие, и таково мнение людей глубокого исследования, учитывая то, что мы сказали, и во избежание разногласия. Конец цитаты.
Собиратель (да простит его Всевышний Аллах) говорит: разъяснение и этого вопроса было также дано полностью в вопросах, упомянутых в начале «Книги веры», обратись туда — извлечёшь пользу. И Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возврат и обращение, и Он — наша опора, и прекрасен Покровитель!
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Всевышний Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[387] (…) — Передали нам аль-Хасан ибн Али аль-Хульвани и Абд ибн Хумайд, сказав: передал нам Йакуб — то есть ибн Ибрахим ибн Са‘д, — передал нам мой отец от Салиха от Ибн Шихаба, который сказал: передал мне Амир ибн Са‘д от своего отца Са‘да, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ дал (дары) группе людей, а я сидел среди них…» — подобно риваяту племянника Ибн Шихаба от своего дяди, с добавлением: «Тогда я поднялся к Посланнику Аллаха и заговорил с ним тайно, и сказал: «Что удерживает тебя в отношении такого-то?..»»
Передатчики этого иснада: их восемь.
1 - (аль-Хасан ибн Али аль-Хульвани) — обитатель Мекки, Абу Али аль-Халляль, надёжный (сика), хафиз, имел сочинения [11] (умер в 242 г.) (Бухари, Муслим, Абу Дауд, Тирмизи, Ибн Маджа); упоминался ранее во «Введении» 4/24.
2 - (Абд ибн Хумайд) аль-Кисси, упомянутый двумя главами ранее.
3 - (Абу Йакуб) — это Ибрахим ибн Са‘д ибн Ибрахим ибн Абд ар-Рахман ибн Ауф аз-Зухри, Абу Исхак аль-Мадани, обитатель Багдада, надёжный, весомый (худжжа) [8] (умер в 185 г.) (все шесть сборников); упоминался ранее в «Книге веры» 9/141.
4 - (Салих) ибн Кайсан аль-Мадани, Абу Мухаммад, или Абу аль-Харис, надёжный, твёрдый, знаток фикха [4] (умер после 130 г., по другой версии — 140 г.) (все шесть сборников); упоминался ранее в «Книге веры» 9/141.
Остальные упоминались ранее в предыдущем иснаде.
[Замечание]: одна из тонкостей этого иснада в том, что в нём трое из числа последователей (табиин) передают друг от друга: Салих — от аз-Зухри, от Амира ибн Са‘да, а передача Салиха от аз-Зухри относится к передаче старших от младших, поскольку Салих старше аз-Зухри.
Имам аль-Бухари (да помилует его Аллах) в «Книге закята» своего «Сахиха», после приведения хадиса главы по пути Салиха от Ибн Шихаба, сказал следующее: «Абу Абдуллах сказал: Салих ибн Кайсан старше аз-Зухри, и он застал (в живых) Ибн Умара». Конец цитаты.
В «Фатхе» сказано: то есть по возрасту, и подобное передаётся от Ахмада и Ибн Ма‘ина. Али ибн аль-Мадини сказал: он был старше аз-Зухри годами, ибо рождение аз-Зухри — это пятидесятый год (хиджры), а по другой версии — позже, а умер он в сто двадцать третьем году, по другой версии — в сто двадцать четвёртом; что же касается Салиха ибн Кайсана, то он умер в сто сороковом году, а по другой версии — раньше этого. Аль-Хаким же упомянул относительно продолжительности его жизни возраст, за который его подвергли критике.
Его слово «застал Ибн Умара» означает: застал возможность слышать от него (напрямую), а что касается аз-Зухри, то относительно его встречи с ним (Ибн Умаром) есть разногласие, и верное мнение — что он не встречался с ним, а передавал от его сына Салима, от него. Конец цитаты.
Его слово (подобно хадису племянника Ибн Шихаба от своего дяди) означает: что риваят Салиха ибн Кайсана от Ибн Шихаба аз-Зухри подобен риваяту племянника Ибн Шихаба от своего дяди.
Его слово (и добавил) — деятель здесь местоимение, указывающее на Салиха, то есть: Салих добавил в своём риваяте к риваяту племянника Ибн Шихаба его слово: (тогда я поднялся к Посланнику Аллаха и заговорил с ним тайно) — то есть говорил с ним втайне.
[Замечание]: риваят Салиха, на который здесь сослался составитель (да помилует его Аллах), привёл имам аль-Бухари (да помилует его Аллах) в «Книге закята» своего «Сахиха», сказав:
(1478) Передал нам Мухаммад ибн Гурайр аз-Зухри, передал нам Йакуб ибн Ибрахим от своего отца, от Салиха ибн Кайсана, от Ибн Шихаба, который сказал: сообщил мне Амир ибн Са‘д от своего отца, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ дал (дары) группе людей, а я сидел среди них», — сказал: «И оставил Посланник Аллаха ﷺ из их числа одного человека, не дав ему, а он был самым любимым для меня из них. Тогда я поднялся к Посланнику Аллаха ﷺ и заговорил с ним тайно, и сказал: «Что удерживает тебя в отношении такого-то? Клянусь Аллахом, я поистине считаю его верующим», — он сказал: «Или мусульманином»; я немного помолчал, но меня одолело то, что я знал о нём, и я сказал: «О Посланник Аллаха, что удерживает тебя в отношении такого-то? Клянусь Аллахом, я поистине считаю его верующим», — он сказал: «Или мусульманином»; я немного помолчал, но меня одолело то, что я знал о нём, и я сказал: «О Посланник Аллаха, что удерживает тебя в отношении такого-то? Клянусь Аллахом, я поистине считаю его верующим», — он сказал: «Или мусульманином», — то есть, затем сказал: «Поистине, я даю (дар) человеку, тогда как другой мне более любим, чем он, из страха, что он будет ввергнут в Огонь лицом вниз»». И Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возврат и обращение, и Он — наша опора, и прекрасен Покровитель!
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Всевышний Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[388] (…) — Передал нам аль-Хасан аль-Хульвани, передал нам Йакуб, передал нам мой отец, от Салиха, от Исмаила ибн Мухаммада, который сказал: я слышал, как Мухаммад ибн Са‘д рассказывал этот (хадис), и сказал в своём рассказе: «Тогда Посланник Аллаха ﷺ ударил своей рукой между моей шеей и моим плечом, а затем сказал: «Неужели из-за сражений, о Са‘д? Поистине, я даю (дар) человеку…»».
(١) «Аль-Фатх» 3/399-400, «Книга закята», № (1478).
Передатчики этого иснада: их семеро, все они уже были упомянуты в предыдущем иснаде, кроме двоих, а именно:
1 - (Исма‘ил ибн Мухаммад) ибн Са‘д ибн Абу Ваккас аз-Зухри, Абу Мухаммад аль-Мадани, надёжный (сика), являющийся доводом [4-е поколение].
Передавал от Анаса, своего отца Мухаммада, двух своих дядей — Амира и Мус‘аба, а также от Хамзы ибн аль-Мугиры, Хумайда ибн Абд ар-Рахмана и группы других.
От него передавал аз-Зухри, будучи его современником, а также его сын Абу Бакр ибн Исма‘ил, Салих ибн Кайсан, Абдуллах ибн Джа‘фар аль-Махзуми, Сулейман ибн Билял, Ибн Уяйна, Ибн Джурайдж, Малик и другие.
Муавия ибн Салих упомянул со слов Яхьи ибн Ма‘ина, что он относится к табиинам жителей Медины и их мухаддисам. Ибн Са‘д сказал: «Надёжный, у него есть хадисы». Ибн Уяйна сказал: «Исма‘ил ибн Мухаммад был из самых выдающихся среди них». Ибн аль-Мадини сказал: «Из крупных передатчиков Ибн Уяйны, он из старых, с ним не встречались ни Шу‘ба, ни ас-Саури». Ибн Ма‘ин сказал: «Надёжный, является доводом». Аль-Иджли, Абу Хатим, ан-Насаи и Ибн Хираш сказали: «Надёжный». Ибн Хиббан упомянул его в «Ас-Сикат».
Амр ибн Али и другие сказали: умер в (134) году.
Его хадисы приводили аль-Бухари, автор (составитель этого сборника), Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа. В этой книге у него всего шесть хадисов: этот под номером (150), который он повторил в «Закяте», а также хадис (274): «Вы поступили правильно, им можно позавидовать за то, что они молились...», (582): «Приветствует справа и слева...», (966): «Выкопайте мне боковую нишу в могиле...», (1352): «Мухаджир оставался в Мекке после...», (1364): «Упаси Аллах, чтобы я отклонил что-либо...».
2 - (Мухаммад ибн Са‘д) ибн Абу Ваккас аль-Кураши аз-Зухри, Абу аль-Касим аль-Мадани, переселившийся в Куфу. Его прозывали «тень шайтана» за его малый рост. Надёжный [3-е поколение].
Передавал с иргалем (без непосредственной встречи) от Пророка ﷺ, а также передавал от своего отца, от Усмана и от Абу ад-Дарды.
От него передавали два его сына — Исма‘ил и Ибрахим, а также Абу Исхак ас-Сабии, Юнус ибн Джубайр, Юсуф ибн аль-Хакам ас-Сакафи, Абд аль-Хамид ибн Абд ар-Рахман ибн Зайд ибн аль-Хаттаб, Исма‘ил ибн Абу Халид, Халид ибн Абу Малик, Абу Забьян Хусайн ибн Джундаб и другие.
Аз-Зубайр ибн Баккар сказал: его убил аль-Хаджжадж. Аль-Иджли сказал: «Табии, надёжный». И сказал Ибн...