(34) - (глава о желательности совершения послеполуденной молитвы в начале её времени)
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1410] (621) - (Передал нам Кутайба ибн Саид, передал нам Лейс, сказал: (х) и передал нам Мухаммад ибн Румх, сообщил нам аль-Лейс от Ибн Шихаба от Анаса ибн Малика, что тот сообщил ему, что Посланник Аллаха ﷺ совершал послеполуденную молитву, когда солнце было ещё высоким и живым (ярким), после чего идущий шёл в аль-Авали и приходил в аль-Авали, а солнце всё ещё было высоким. Кутайба не упомянул (слова): «и приходил в аль-Авали»).
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 - (Кутайба ибн Саид) — уже упоминался перед предыдущей главой.
2 - (Мухаммад ибн Румх) ибн Мухаджир — уже упоминался перед предыдущей главой.
3 - (аль-Лейс) ибн Саад, известный имам — уже упоминался перед предыдущей главой.
4 - (Ибн Шихаб) Мухаммад ибн Муслим, известный имам — уже упоминался перед предыдущей главой.
5 - (Анас ибн Малик) (да будет доволен им Аллах) — уже упоминался в предыдущей главе.
Тонкости этого иснада:
1 - (Из них): этот иснад относится к четверичным (рубаʻийят) иснадам автора (да помилует его Аллах), и это наивысший из его иснадов; это (82)-й из четверичных иснадов книги.
2 - (Из них): его передатчики — передатчики, признаваемые всей общиной (риджаль аль-джамаʻа), кроме его шейха Ибн Румха, которого передаёт исключительно он и Ибн Маджа.
3 - (Из них): Анас и Ибн Шихаб — мединцы, а остальные — египтяне; Кутайба, хотя и был из Баглана, но проживал в Египте.
4 - (Из них): Анас (да будет доволен им Аллах) — известный слуга, служивший Пророку ﷺ десять лет, один из семи передатчиков, отличавшихся многочисленностью риваятов, передавший (2286) хадисов; он последний из сподвижников (да будет доволен ими Аллах), умерший в Басре, и один из долгожителей, проживший более ста лет. Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(от Анаса ибн Малика) (да будет доволен им Аллах) (что он) то есть Анас (сообщил ему) то есть Ибн Шихабу (что Посланник Аллаха ﷺ) — в толковании масдара это второе прямое дополнение к «сообщил» (совершал послеполуденную молитву, когда солнце было ещё высоким) — предложение обстоятельства образа действия (хальййа) от подлежащего, а связующее «вав» опущено (живым) — аль-Хаттаби (да помилует его Аллах) сказал: «живость» солнца означает чистоту его цвета до того, как оно пожелтеет или изменится; это подобно выражению «белое, чистое»; он же и другие сказали также, что «живость» означает сохранение его жара.
(и идущий шёл) то есть после молитвы, а в риваяте ат-Тахави: «Посланник Аллаха ﷺ совершал с нами послеполуденную молитву, когда солнце было белым, чистым, затем я возвращался к своему народу...» и далее хадис.
(в аль-Авали) — в «Лисан аль-‘араб» сказано: «аль-Авали» — это места в верхней части земель Медины, ближайшее из них находится на расстоянии четырёх миль от Медины, а самое дальнее, со стороны Неджда — восемь миль; относительное прилагательное к нему — «‘алий» по правилу, и «‘алауий» — редкая форма, не по правилу. Конец цитаты.
В «Фатхе» сказано: «аль-Авали» — это выражение, обозначающее селения, собранные вокруг Медины со стороны её нагорной части (Неджда), а то, что со стороны её низменной части (Тихама), называется «ас-Сафиля». Конец цитаты.
[Замечание]: у аль-Бухари в риваяте Шуайба ибн Абу Хамзы этого хадиса от аз-Зухри в конце есть добавление: «а некоторые из аль-Авали находятся от Медины на расстоянии четырёх миль или около того».
В «Фатхе» сказано: так здесь указано расстояние между некоторыми из аль-Авали и Мединой упомянутой мерой.
Аль-Байхаки передал хадис данной главы через путь Абу Бакра ас-Саганы от Абу аль-Йамана, шейха аль-Бухари в этом хадисе, и сказал в конце: «и отдалённость аль-Авали», с даммой на «ба» и с «даль» без точки; так же передал это аль-Бухари в «аль-Иʻтисам» в форме таʻлик, а аль-Байхаки соединил иснад через путь аль-Лейса от Юнуса от аз-Зухри, но сказал: «четыре мили или три».
Этот хадис передал Абу Аваана в своём «Сахихе», а также Абу аль-Аббас ас-Саррадж, оба —
(2) «Лисан аль-‘араб» 4/3090.
(3) «аль-Фатх» 2/36.
от Ахмада ибн аль-Фараджа Абу ‘Утбы, от Мухаммада ибн Хумайра, от Ибрахима ибн Абу ‘Аблы, от аз-Зухри, и его текст: «а аль-Авали от Медины на расстоянии трёх миль»; передал это ад-Даракутни от аль-Махамили, от упомянутого Абу ‘Утбы с его иснадом, и там указано: «на расстоянии шести миль»; передал это ‘Абд ар-Раззак от Маʻмара, от аз-Зухри, и там сказано: «на два мили, или три».
Из этого следует, что ближайшее из аль-Авали от Медины находится на расстоянии двух миль, а самое дальнее — на расстоянии шести миль, если риваят аль-Махамили сохранён верно.
В «аль-Мудаввана» от Малика встречается: «самое дальнее из аль-Авали на расстоянии трёх миль»; ‘Ийад сказал: как будто он имел в виду основную часть их застроенных земель, иначе самое дальнее из них — восемь миль. Конец цитаты. На этом же утверждении сходятся Ибн Абд аль-Барр и многие другие, последним из которых автор «ан-Нихая».
Возможно, что он имел в виду, что это самое дальнее из мест, куда шёл идущий в данном случае, — сказано в «Фатхе».
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: Малик разъяснил, что аль-Авали находятся на расстоянии трёх миль от Медины, а другие сказали: они разбросаны, ближайшее из них — два мили, а самое дальнее — восемь миль.
[Другое замечание]: далее это добавление в данном хадисе является вставкой (мудрадж) из слов аз-Зухри в хадисе Анаса (да будет доволен им Аллах), что разъяснил ‘Абд ар-Раззак от Маʻмара от аз-Зухри в этом хадисе, сказав в нём — после слов «а солнце живо» — сказал аз-Зухри: «а аль-Авали от Медины на расстоянии двух миль или трёх», — сказано это в «Фатхе».
(и приходил в аль-Авали, а солнце было ещё высоким) — также предложение обстоятельства образа действия от подлежащего, и высота здесь меньше высоты в выражении «совершал послеполуденную молитву, когда солнце было высоким», но не достигает того, чтобы описываться как низкое, как это разъяснено в «Фатхе».
Аль-Куртуби сказал: это согласуется только с долгими днями, когда послеполуденная молитва совершается поспешно в начале её времени; в другом риваяте вместо «аль-Авали» сказано «в Куба», и обе версии верны и по риваяту, и по смыслу, поскольку Куба относится к ближайшим из аль-Авали, и между ним и Мединой два мили или около того, — сказал аль-Баджи. Конец цитаты.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: смысл этих хадисов и последующих — побуждение к скорейшему совершению послеполуденной молитвы в начале её времени; ибо невозможно, чтобы человек, пройдя после молитвы два или три мили, застал солнце ещё не изменившимся в желтизну и подобное, если только он не совершил послеполуденную молитву, когда тень предмета сравнялась с ним самим, а это возможно почти только в долгие дни.
(и не упомянул) — в форме действительного залога, а в другой версии: «лам йазкур» без «вав» (Кутайба) — то есть его первый шейх, а слова его: («и приходил в аль-Авали») — прямое дополнение к «упомянуть», приведённое ради воспроизведения самого выражения.
Цель автора (да помилует его Аллах) этим — указать на различие между его двумя шейхами в словах «и приходил в аль-Авали»: их упомянул Мухаммад ибн Румх, а Кутайба не упомянул. Аллах лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — тот, у кого просят помощи, и на Него уповают.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Анаса (да будет доволен им Аллах) передан согласованно (аль-Бухари и Муслимом).
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл (автор) здесь [34/1410, 1411, 1412 и 1413] (621), и (аль-Бухари) в «Мавакит ас-салят» (548, 550, 551), и «аль-Иʻтисам» (7329), и (Абу Дауд) в «ас-Салят» (404), и (ан-Насаи) в «аль-Мавакит» (507), и «аль-Кубра» (1495), и (Ибн Маджа) в «Икамат ас-салят» (682), и (Малик) в «аль-Муватта» (1/9), и (ат-Тайалиси) в своём «Мусанаде» (2093), и (аш-Шафии) в «аль-Мусанад», и (‘Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (2069), и (Ибн Абу Шейба) в своём «Мусаннафе» (1/326), и (Ахмад) в своём «Мусанаде» (3/131, 161, 169, 184, 209, 214, 217), и (ад-Дарими) в своём «Сунане» (1/49 и 1/274), и (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (1518, 1519, 1520), и (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (1032, 1033, 1034, 1035), и (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (1386, 1387, 1389), и (ад-Даракутни) в своём «Сунане» (1/253), и (ат-Тахави) в «Шарх маʻани аль-асар» (1/190), и (аль-Байхаки) в «аль-Кубра» (1/440), и (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (336 и 365). Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): о разногласии учёных относительно предпочтительности поспешности в совершении молитвы аль-‘аср.
Хафиз Ибн аль-Мунзир (да помилует его Аллах) сказал: разошлись во мнениях относительно поспешности и отсрочки молитвы аль-‘аср. Одна группа сказала: поспешность в ней предпочтительнее.
‘Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) написал, что время аль-‘аср — когда солнце белое, чистое, на расстоянии, которое всадник проезжает за два-три фарсаха. Джабир ибн ‘Абдуллах (да будет доволен им Аллах) сказал: «Абу Бакр совершил молитву аль-‘аср, затем пришёл к нам, а мы были в жилищах бану Салима, и у нас был верблюд, которого мы совместно приобрели в долю; мы зарезали его, разделили и приготовили для него, и он поел до захода солнца». Нафи‘ сказал: «Ибн ‘Умар совершал молитву аль-‘аср, когда солнце было белым, неизменившимся, так что тот, кто шёл быстрым шагом, успевал пройти до наступления ночи пять миль».
Ибн аль-Мунзир сказал: это мазхаб жителей Медины, и так же говорили аль-Авза‘и, аш-Шафи‘и, Ахмад и Исхак, и достоверные сообщения указывают на правильность этого мнения.
Другая группа склонилась к тому, что отсрочка аль-‘аср предпочтительнее, и это передано от Абу Хурайры, Ибн Мас‘уда, Тавуса, Абу Кыляба и Ибн Сирина. Передаётся от Абу Кыляба, что он сказал: «Она названа аль-‘аср (сжатие/выжимание) потому, что время для неё сжимается (юу‘сар)». Так же сказал Ибн Шубрума. От Ибрахима, Хаммама и ‘Алькамы передаётся, что они откладывали аль-‘аср. Приверженцы рационального мнения (асхаб ар-ра’й) сказали: аль-‘аср совершается в конце её времени, когда солнце белое, неизменившееся, — зимой и летом. — Конец слов Ибн аль-Мунзира (да помилует его Аллах) в сокращении.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: что касается аль-‘аср, то совершение её в начале времени предпочтительнее, и так сказало большинство учёных. Ас-Саури, Абу Ханифа и его сторонники сказали: отсрочка предпочтительнее, пока солнце не изменилось. Они привели в качестве доказательства слова Всевышнего Аллаха: «Совершай молитву в оба конца дня» (Худ: 114), и хадис ‘Али ибн Шайбана, который сказал: «Я прибыл к Посланнику Аллаха ﷺ, и он откладывал аль-‘аср, пока солнце было чистым», а также сообщение от ‘Абд аль-Вахида ибн Нафи‘, от Ибн Рафи‘а ибн Хадиджа, от его отца (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ повелел откладывать аль-‘аср», а также потому что при отсрочке расширяется время для добровольной молитвы.
Он сказал: наши сторонники привели в качестве доказательства слова Всевышнего Аллаха: «Оберегайте молитвы, и молитву среднюю» (аль-Бакара: 238) и т.д., ибо из числа оберегания — совершение её в начале времени, потому что при отсрочке она подвергается опасности упущения; а также слова Всевышнего: «Стремитесь к прощению от вашего Господа» (Аль ‘Имран: 133) — а молитва достигает этого; а также слова Всевышнего: «Опережайте друг друга в благих делах» (аль-Маида: 48); а также хадис Анаса (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ совершал молитву аль-‘аср, когда солнце было высоким, живым (ярким), и идущий шёл в Кубу и приходил к ним, когда солнце ещё было высоко», — согласованный хадис (аль-Бухари и Муслим).
А также хадис Абу Умамы ибн Сахля ибн Хунайфа, который сказал: «Мы совершили молитву аз-зухр с ‘Умаром ибн ‘Абд аль-‘Азизом, затем вышли, пока не зашли к Анасу ибн Малику, и застали его совершающим молитву аль-‘аср. Я сказал: «О дядя, что это за молитва, которую ты совершил?» Он сказал: «Аль-‘аср, и это молитва Посланника Аллаха ﷺ, которую мы совершали с ним»», — согласованный хадис.
А также хадис Рафи‘а ибн Хадиджа (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Мы совершали молитву аль-‘аср с Посланником Аллаха ﷺ, затем резали верблюда, делили его на десять частей, и мы ели зрелое мясо до захода солнца», — согласованный хадис.
А также хадис Анаса (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ совершил с нами молитву аль-‘аср, и когда он закончил, к нему пришёл человек из бану Салима...» — хадис, переданный Муслимом.
А также от Хишама ибн ‘Урвы, от его отца, что ‘Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) написал Абу Мусе аль-Аш‘ари (да будет доволен им Аллах): «Совершай молитву аль-‘аср, когда солнце белое, чистое, на расстоянии, которое всадник проезжает за три фарсаха», — передал Малик в «Муватта» от Хишама.
Что касается ответа на их доказательство аятом, то наши сторонники сказали: знатоки языка сказали, что «край» (ат-тараф) — это то, что после половины (дня).
О хадисе ‘Али ибн Шайбана: он недостоверен, неизвестен. О хадисе Рафи‘а: он слабый, передан ад-Даракутни и аль-Байхаки, которые оба признали его слабым, и мы разъяснили его слабость. Аль-Байхаки передал от аль-Бухари, что он признал его слабым, а также его признали слабым Абу Зур‘а ар-Рази, Абу-ль-Касим аль-Лалакаи и другие.
Что касается их слов о расширении времени для добровольной молитвы, то ответ таков: эта польза не сравнима с пользой достоинства начала времени. — Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах); это очень ценное исследование, а Аллах лучше знает истину.
Учёный аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах) сказал в «Тухфат аль-Ахвази»: Мухаммад — то есть Ибн аль-Хасан — сказал в «Муватта»: отсрочка аль-‘аср предпочтительнее у нас, чем поспешность в ней, если ты совершаешь её, когда солнце белое, чистое, без желтизны, и на это указывает большинство сообщений; это мнение Абу Ханифы. — Конец слов.
Автор «аль-Хидая» и другие ханафитские правоведы объяснили это тем, что при отсрочке увеличивается количество добровольных молитв. Автор «ат-Та‘лик аль-мумаджжад», один из ханафитских учёных, ответил на это, что это объяснение противоречит ясным достоверным текстам, указывающим на предпочтительность поспешности, а их много, и они переданы в шести книгах и других. — Конец.
Аль-‘Айни в «аль-Бинайа шарх аль-Хидая» привёл в доказательство предпочтительности отсрочки следующие хадисы:
Первый: передал Абу Дауд от Язида ибн ‘Абд ар-Рахмана ибн ‘Али ибн Шайбана, от его отца, от его деда, который сказал: «Мы прибыли к Посланнику Аллаха ﷺ в Медину, и он откладывал аль-‘аср, пока солнце было белым, чистым».
Второй: хадис Рафи‘а ибн Хадиджа: «Посланник Аллаха ﷺ повелевал откладывать эту молитву», то есть аль-‘аср, передал ад-Даракутни.
Третий: хадис Умм Салямы (да будет доволен ею Аллах): «Посланник Аллаха ﷺ был более поспешным в аз-зухр, чем вы, а вы более поспешны в аль-‘аср, чем он», передал ат-Тирмизи.
Четвёртый: хадис Анаса (да будет доволен им Аллах): «Пророк ﷺ совершал молитву аль-‘аср, когда солнце было белым».
Автор «ат-Та‘лик аль-мумаджжад» ответил на эти хадисы, сказав: не скрыто от опытного человека то, что содержится в доказательстве этими хадисами.
Что касается первого хадиса, то он указывает лишь на то, что он откладывал аль-‘аср, пока солнце было белым, и это дело не является отвергаемым, ведь никто не сказал о недопустимости этого; речь идёт именно о предпочтительности отсрочки, а это не установлено этим хадисом.
Нельзя сказать: этот хадис указывает на то, что отсрочка была его обычаем, о чём свидетельствует слово «кана», используемое в большинстве хадисов для обозначения постоянного обычая, — потому что мы говорим: если бы это указывало на это, то этому противоречило бы множество сильных хадисов, указывающих на то, что его обычаем была поспешность. Поэтому предпочтительнее не толковать этот хадис как указание на постоянство, чтобы устранить противоречие и отдать предпочтение сильным хадисам.
Аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах) сказал: хадис ‘Абд ар-Рахмана ибн ‘Али ибн Шайбана слабый, ибо его передал от него Язид ибн ‘Абд ар-Рахман ибн ‘Али ибн Шайбан, а он неизвестен (маджхуль), как об этом ясно сказано в «ат-Такриб», «аль-Хуляса» и «аль-Мизан», так что этот слабый хадис не подходит для использования в качестве доказательства.
Аль-Лакнави (да помилует его Аллах) сказал: что касается второго хадиса, то его передал ад-Даракутни в своём «Сунане» от ‘Абд аль-Вахида ибн Нафи‘, который сказал: «Я вошёл в мечеть Куфы, и муэдзин объявил азан на аль-‘аср, а старец сидел и упрекнул его, сказав: «Мой отец сообщил мне, что Посланник Аллаха ﷺ повелевал откладывать эту молитву». Я спросил о нём, и мне сказали: «‘Абдуллах ибн Рафи‘ ибн Хадидж»». Передал аль-Байхаки в своём «Сунане» и сказал: ад-Даракутни сказал, как нам сообщил от него Абу Бакр ибн аль-Харис: это хадис со слабым иснадом, а достоверное от Рафи‘а — противоположное этому. Никто не передал этого от ‘Абдуллаха ибн Рафи‘а, кроме ‘Абд аль-Вахида ибн Нафи‘, а он передаёт от жителей Хиджаза перевёрнутые хадисы, а от жителей Шама — вымышленные, и не дозволяется упоминать его в книгах иначе как с целью его критики. — Конец.
Передал его аль-Бухари в «ат-Тарих аль-кабир» в биографии ‘Абдуллаха ибн Рафи‘а: рассказал нам Абу ‘Асим от ‘Абд аль-Вахида ибн Нафи‘, и сказал: никто не подтверждает его в этом, то есть от ‘Абдуллаха ибн Рафи‘а. Ибн аль-Каттан сказал: ‘Абд аль-Вахид ибн Нафи‘ неизвестного состояния, и его хадис вызывает разногласия, — так это упомянул аз-Зайла‘и в «Тахридж ахадис аль-Хидая».
Что касается третьего хадиса, то он указывает только на то, что поспешность в аз-зухр была сильнее, чем поспешность в аль-‘аср, а не на предпочтительность отсрочки.
Что касается четвёртого хадиса, то он также не указывает на предпочтительность отсрочки.
Сказал аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах): напротив, это указывает на предпочтительность совершения молитвы в начале её времени. Ведь ат-Тахави передал этот хадис от Анаса именно так, в сокращённом виде, а составители шести книг передали его от него в такой формулировке: «Посланник Аллаха ﷺ совершал послеполуденную молитву, когда солнце было ещё высоко, а некоторые из окрестных [селений] Медины [находились] на расстоянии четырёх миль», или примерно так.
Удивительно, как аль-Айни привёл в качестве доказательства эти хадисы, из которых первый и второй не годятся для приведения в качестве доказательства, третий не указывает на предпочтительность отложения [молитвы], а четвёртый указывает на предпочтительность совершения её в начале времени.
Учёный аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах) сказал: я не видел достоверного, ясного хадиса, указывающего на предпочтительность отложения послеполуденной молитвы. Конец сути того, что написал аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах) (1).
Собиратель [этого труда], да простит его Всевышний Аллах, говорит: то, что сказал аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах), — это очень ценное и точное исследование. Итог таков: хадисы о предпочтительности совершения молитвы в начале времени достоверны и наиболее явно указывают на искомый смысл, и не подобает искателю истины противопоставлять им те доводы, большинство которых не годится для приведения в качестве доказательства, а те из них, что достоверны, не ясны в своём указании. Так что смотри с беспристрастностью и не будь пленником слепого следования [традиции]. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
По цепочке передачи, восходящей к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, [сообщается]:
[1411] (…) — (И передал мне Харун ибн Саид аль-Айли: передал нам Ибн Вахб: сообщил мне Амр, от Ибн Шихаба, от Анаса, что Посланник Аллаха ﷺ совершал послеполуденную молитву, — [далее] подобно предыдущему, в точности так же).
Передатчики этого иснада: пятеро, и все они упоминались ранее. Первые три упоминались ранее, а оставшиеся двое — в предыдущем иснаде. «Амр» — это Амр ибн аль-Харис ибн Якуб аль-Ансари, хафиз, египтянин.
Его слово («подобно ему, в точности так же») означает: подобно хадису аль-Лейса от Ибн Шихаба, упомянутому перед этим.
[Замечание]: этот риваят Амра привёл Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (2/217), сказав:
(1387) Передал нам Мухаммад ибн Ибрахим: передал нам Мухаммад ибн аль-Хасан: передал нам Харамала ибн Яхья: передал нам Ибн Вахб: сообщил мне Амр ибн аль-Харис, от Ибн Шихаба, от Анаса ибн Малика: «Что Пророк ﷺ совершал послеполуденную молитву, когда солнце было ещё высоко и живо, и идущий отправлялся в окрестные [селения], и приходил туда, когда солнце ещё было высоко». Он сказал: передал его Муслим от Харуна аль-Айли. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
По цепочке передачи, восходящей к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, [сообщается]:
[1412] (…) — (И передал нам Яхья ибн Яхья, сказав: я читал Малику, от Ибн Шихаба, от Анаса ибн Малика, который сказал: мы совершали послеполуденную молитву, а затем идущий отправлялся в Куба и приходил к ним, когда солнце было ещё высоко).
Передатчики этого иснада: четверо:
1 — (Яхья ибн Яхья) ат-Тамими, упоминался в предыдущей главе.
2 — (Малик) ибн Анас, имам обители переселения, упоминался главой ранее.
Оставшиеся двое упоминались в предыдущем иснаде.
Тонкости этого иснада:
1 — Из них: этот хадис относится к четырёхзвенным иснадам автора (да помилует его Аллах), и это самый высокий из его иснадов; это 83-й из четырёхзвенных иснадов книги.
2 — Из них: что его передатчики — передатчики [признанные] всей общиной, кроме его шейха, от которого передали [только] Абу Дауд и Ибн Маджа.
3 — Из них: что он также состоит целиком из мединцев, кроме его шейха, который тоже приезжал в Медину.
Разбор хадиса:
(От Анаса ибн Малика) (да будет доволен им Аллах), что он (сказал: мы совершали послеполуденную молитву, а затем идущий отправлялся). У аль-Бухари: «затем идущий из нас отправлялся». Хафиз сказал: как будто Анас имел в виду под «идущим» самого себя, на что указывает риваят ат-Тахави через путь Абу аль-Абьяда от Анаса, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ совершал с нами послеполуденную молитву, когда солнце было белым, круглым [ярким], а затем я возвращался к своему народу в окраину Медины и говорил им: встаньте и молитесь, ведь Посланник Аллаха ﷺ уже совершил молитву». Конец.
(В Куба) связано с [глаголом] «отправляется»; это [слово] с даммой над «каф» и буквой «ба» без точек, [бывает] с укорочением и с удлинением, склоняемое и несклоняемое, мужского и женского рода, а наиболее правильно в нём — удлинение, склоняемость и мужской род, как сказано в «ат-Тарх» (1).
Имеется в виду жители Куба, по образцу слов Всевышнего: «Спроси селение» [Йусуф: 82] (2).
Хафиз Абу Умар ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах) сказал: относительно Малика нет разногласия, что он сказал в этом хадисе: «в Куба», и никто из товарищей аз-Зухри не последовал за ним в этом, — напротив, все они говорят: «в окрестные [селения]», и это верно с точки зрения знатоков хадиса. Он сказал: слова Малика «в Куба» — это несомненная ошибка.
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: на это возразили тем, что было передано от Ибн Абу Зиба, от аз-Зухри: «в Куба», как сказал Малик; это передал аль-Баджи от ад-Даракутни. Поэтому приписывание ошибки в этом одному лишь Малику вызывает возражение, ибо если это и была ошибка, то она могла исходить как от него, так и от аз-Зухри, когда он передавал это Малику.
Также это передал Халид ибн Махляд от Малика, сказав в нём: «в окрестные [селения]», как сказала группа [передатчиков]. Значит, относительно Малика есть разногласие, и есть подтверждение от аз-Зухри в противоречие тому, что категорично утверждал Ибн Абд аль-Барр.
А что касается его слов о том, что верное по мнению знатоков хадиса — это «окрестные [селения]», то это верно с точки зрения формулировки, но, тем не менее, смысл близок; однако риваят Малика более конкретен, ибо Куба — это [часть] окрестных [селений], но не все окрестные [селения] — это Куба. Возможно, Малик, увидев, что в риваяте аз-Зухри есть обобщение, отнёс его к разъясняющему риваяту, а именно к его риваяту от Исхака, где он сказал: «затем человек выходил к бану Амр ибн Ауф», а далее будет сказано, что это жители Куба. Так Малик исходил из того, что история одна, поскольку оба они передали это ему от Анаса, а смысл близок. Такое объединение предпочтительнее, чем категоричное утверждение, что Малик ошибся в этом.
Что же касается доказательства Ибн Батталя тому, что ошибка исходит от того, кто ниже Малика [в иснаде], опираясь на упомянутый ранее риваят Халида ибн Махляда, совпадающий с риваятом группы от аз-Зухри, то в этом есть изъян; ибо Малик утвердил это в «Муватта» с той формулировкой, которую передали от него все его товарищи, так что риваят Халида ибн Махляда от него редкий (шазз). Как же он может указывать на то, что риваят группы — ошибка? Более того, если мы допустим, что это ошибка, то она исходит от Малика, как категорично утверждали аль-Баззар и ад-Даракутни и те, кто последовал за ними, либо от аз-Зухри, когда он передавал это ему. А наилучший путь — путь объединения, который мы разъяснили. Конец слов хафиза (да помилует его Аллах) (1), и это очень полезное исследование.
(И приходит к ним) то есть к жителям Куба. А его слово: (когда солнце ещё высоко) — предложение в позиции винительного падежа как обстоятельство состояния от подлежащего или дополнения, а связка — «и» (уа).
Смысл: этот идущий приходит к жителям Куба и достигает их в состоянии, когда солнце ещё высоко, но не на той высоте, на которой совершал молитву Посланник Аллаха ﷺ, однако оно ещё не достигло той степени, при которой его можно было бы назвать низким.
В этом хадисе — предпочтительность совершения послеполуденной молитвы в начале её времени, поскольку солнце описано как высокое после того, как прошло расстояние в четыре мили или около того. Так сказали Малик, аш-Шафии, Ахмад и большинство [учёных], в противоречие ханафитам, которые сказали о предпочтительности отложения её; к этому же склонилась группа из числа предшественников (саляф), как об этом уже подробно говорилось недавно.
Хафиз Вали ад-Дин аль-Ираки (да помилует его Аллах) сказал: ат-Тахави попытался истолковать этот хадис так, что он не указывает на совершение [молитвы] в начале времени, допустив, что солнце могло быть высоким, но уже пожелтевшим. Он передал от Асима ибн Умара ибн Катады, от Анаса, который сказал: «Никто не был более усердным в совершении послеполуденной молитвы в начале её времени, чем Посланник Аллаха ﷺ. Из двух самых дальних от мечети Посланника ﷺ ансаров по местожительству были Абу Лубаба ибн Абд аль-Мунзир, брат бану Амр ибн Ауф, и Абу Убайс ибн Джабр, один из бану Хариса; дом Абу Лубабы был в Куба, а дом Абу Убайса — в [квартале] бану Хариса. И бывало, что они совершали послеполуденную молитву с Посланником Аллаха ﷺ, а затем приходили к своим соплеменникам, а те ещё не совершили её — из-за того, что Посланник Аллаха ﷺ совершал её рано».
Затем он передал от Исхака ибн Абдуллаха ибн Абу Тальхи, от Анаса (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Мы совершали молитву аср, а затем человек выходил к [племени] Бану Амр ибн Ауф и находил их совершающими молитву аср». Затем он передал этот хадис аз-Зухри от Анаса.
Затем он передал от Абу аль-Абьяда, который сказал: рассказал нам Анас ибн Малик, сказал: «Посланник Аллаха ﷺ совершал молитву аср, когда солнце было белым, затем я возвращался к своему народу на окраине Медины и говорил им: встаньте и молитесь, ибо Посланник Аллаха ﷺ уже совершил молитву».
Затем ат-Тахави сказал: относительно этого хадиса от Анаса есть разногласие. То, что передали от него Асим ибн Умар ибн Катада, Исхак ибн Абдуллах и Абу аль-Абьяд, указывает на совершение её в начале времени, ибо в их хадисе говорится, что он ﷺ совершал её, а затем идущий отправлялся в упомянутое место и находил их ещё не совершившими аср, а мы знаем, что те не совершали её иначе как перед желтением солнца — это указывает на совершение в начале времени.
Что касается риваята аз-Зухри от Анаса, то возможно, что солнце было высоко, но уже пожелтело. Так что хадис Анаса оказался противоречивым, поскольку смысл того, что передал аз-Зухри, отличается от того, что передали от него Исхак, Асим и Абу аль-Абьяд. Таковы слова ат-Тахави.
В этом есть возражение с нескольких сторон:
Первое: это предположение, которое он упомянул — что он приходил к ним, когда солнце было высоко, но уже пожелтело — отвергается его же словами в риваяте Абу Дауда от Кутайбы, от Лейса, от аз-Зухри, от Анаса: «а солнце было высоким, живым» — так передал это аль-Байхаки в «Сунан» через путь Ибн Дасы от Абу Дауда, и сказал в «аль-Марифа»: и в риваяте Лейса: «и приходил к ним, когда солнце было высоким, живым». Конец цитаты. А его «живость» означает сохранение его жара и цвета, что несовместимо с тем, что оно уже пожелтело.
Второе: даже если бы не было этого выражения «оно живое», и его высота не противоречила бы его желтизне, как утверждает ат-Тахави, это всё равно не достигает его цели, ибо молящийся с Пророком ﷺ в Медине, если он достигал Кубы, которая находится на расстоянии трёх миль, при высоком солнце — это доказательство совершения в начале времени, если бы солнце было пожелтевшим. Тем более в риваяте, где упоминаются аль-Авали, которые, по оценкам, находятся на расстоянии четырёх миль, а по другому риваяту — шести миль, и если бы он не совершал аср в начале его времени, то не добрался бы до этого расстояния иначе как после захода солнца.
Третье: как можно объявлять хадис Анаса противоречивым, тогда как разногласие в риваятах от него не установлено достоверно? Максимум того, что он упомянул — это что риваят аз-Зухри от Анаса допускает противоречие с риваятом остальных, и он сам прямо сказал об этом словами: «возможно, что солнце было высоким, но уже пожелтело». А при наличии возможности как противоречия, так и согласия — это не есть противоречие. Напротив, обязательно относить допускающий [двойное толкование] риваят к однозначным риваятам и приводить их к одному согласию без разногласия и противоречия. Как можно подходить к риваяту, который прямо указывает на цель, не допускает толкования, и отвергать его на основании прихода другого риваята, который лишь допускает противоречие ему, причём допущение это слабое? Даже если бы допущение противоречия было предпочтительным, следовало бы отдать предпочтение слабому толкованию, чтобы согласовать его с остальными риваятами — тем более когда допущение противоречия само является слабым, или, если снизить требования, оба допущения равны. И тот, кто вникнет в слова ат-Тахави в этом месте, поймёт из них пристрастие к первоначальному мнению, ибо он сначала упомянул, что риваят аз-Зухри от Анаса допускает, что солнце было пожелтевшим, затем возвёл это допущение в ранг категорического утверждения и сказал: «хадис Анаса оказался противоречивым», затем категорически заявил, что смысл того, что передал аз-Зухри, противоречит тому, что передали другие, хотя вначале он говорил лишь о возможности противоречия.
Затем ат-Тахави упомянул хадис Абу аль-Абьяда от Анаса, где он сказал: «Посланник Аллаха ﷺ совершал молитву аср, когда солнце было белым, круглым [ещё высоко висящим]», и сказал: это доказательство того, что он откладывал её. Затем он упомянул, что передано от Пророка ﷺ: «что он совершал её, когда солнце было высоким, белым, чистым, на расстоянии, которое всадник проезжает за два или три фарсаха», и заявил, что это тоже доказательство отложения. И это одно из самых удивительных удивлений, а Аллах знает лучше. Конец слов хафиза Вали ад-Дина аль-Иракы (да помилует его Аллах) (1).
Сказал собиратель, да простит его Всевышний Аллах: то, что сказал Вали ад-Дин (да помилует его Аллах), — это весьма ценное исследование в опровержение тех, кто пристрастен к мазхабу ханафитов в их мнении о желательности отложения молитвы аср, таких как ат-Тахави и его последователи, подобные аль-Айни и автору «аль-Урф аш-Шазий», из числа тех, кто погряз в слепом подражании.
Обязанность мусульманина — быть сторонником истины и следовать доказательству, куда бы оно ни вело, не обращая внимания на того, кто ему противоречит, каким бы ни было его положение и уровень в знании, и не позволять слепому подражанию имаму из числа муджтахидов-имамов мешать этому, ибо они и попадают в цель, и ошибаются, но за свою ошибку они получают одну награду, как за верное решение получают две награды.
Ведь они противоречили тексту не иначе как по причине того, что он не дошёл до них, или дошёл до них по пути, который они не признают достоверным, либо они толковали его согласно тому, что им представлялось, и ошиблись в толковании — и другие подобные извинения, которые снимают с них упрёк и осуждение.
А что касается тех, кто слепо следует за ними в их ошибках, то у них нет извинения, кроме их утверждения: «наш имам знает лучше других, поэтому не следует ему противоречить». О удивление! Разве их имам знает лучше сподвижников и таби‘инов, которые противоречили ему в этом вопросе, придерживаясь того, что соответствует ясному достоверному тексту?! Это поистине удивительная вещь!
[Замечание]: я уже упомянул совокупность извинений, которыми оправдывают имамов, в «ат-Тухфа аль-марзийя», где сказал:
Знай же, что не найдётся среди имамов
такого, кто заблуждается,
противореча Посланнику намеренно —
поэтому нам следует их извинять, и как это прекрасно!
Этот вопрос подробно разобрал учёный —
имею в виду Ибн Таймию, эту выдающуюся личность.
Он сказал: извинения бывают трёх видов:
первое — что имам не считал,
что это сказал Пророк, а второе —
отсутствие убеждённости в этом отношении,
то есть в том, что это было волей Пророка, а третье —
предположение об отмене [этого положения], хотя оно не отменено.
Эти разряды далее разветвляются
на несколько причин — так запомни, что они содержат.
Первая из них — что хадис не дошёл
до него, так что обязанность отпадает.
Вторая — что хадис до него дошёл,
но из-за его слабости он отказался его принять.
Третья — убеждённость в слабости, которой
противоречил другой в силу собственного иджтихада.
Четвёртая — что он выдвигал условие
в отношении сообщения, которое противоречит мнению знатоков.
Пятая — что хадис был установлен
у него, но по забывчивости он его упустил.
Шестая — непонимание того, на что
указывает хадис, по каким-либо мешающим причинам.
Седьмая — его убеждённость, что нет в
этом хадисе достаточного указания.
Восьмая — убеждение, что этому указанию
противоречит другое доказательство, которое его отменяет.
Девятая — убеждённость, что найдено
противоречащее хадису, что испортило его достоверность
из-за слабости, отмены или толкования,
что отвращает от опоры на него.
Десятая — приведение противоречащего
ему, хотя это не является приемлемым доказательством,
как отвержение куфийцами достоверного
хадиса, когда они считали его слабым
из-за буквального смысла Корана, а затем полагали
буквальным то, что буквальным не является, и отдалились [от истины].
И их утверждение, что дополнение к
тексту Книги представляет собой отмену — так решили они.
И их отвержение некоторых хадисов из-за
того, что они увидели в явной аналогии — как плохо это!
Вот эти десять причин,
явные — к ним прибегают, скрываясь [за ними].
А может быть у учёного и другое препятствие,
о котором мы не узнали для взаимного понимания.
Ибо область постижения наук обширна… трудно её ограничить тому, кто изучает.
И все эти оправдания принадлежат ему, а не нам, ведь на нас в шариате возложена обязанность —
следовать за явным смыслом как доводом. И то, что достоверно и с чем согласилось некоторые из учёных,
мы обязаны принять, и не отклоняемся от этого ради учёного, который ему противоречит, даже если он выдающийся.
Ведь тексты (откровения) являются доводом для рабов Аллаха в противовес мнению учёного, без всякого упорства,
поскольку он подвержен возможности ошибки, тогда как они (тексты) непричастны к этому — им (свойственен) сияющий свет.
Если ты желаешь разъяснения смыслов этих строк, обратись к толкованию «аль-Минха ар-радийя», и от Аллаха Всевышнего — содействие.
Хадис приведён согласованно (аль-Бухари и Муслимом), и разъяснение его источника, а также остальных связанных с ним вопросов, было представлено ранее, перед этим хадисом, — обратись туда, и извлечёшь пользу. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему — возвращение и прибежище, и Он для нас достаточен и Он — наилучший покровитель.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1413] (…) — (Передал нам Яхья ибн Яхья, сказал: я прочитал Малику, от Исхака ибн Абдуллаха ибн Абу Тальхи, от Анаса ибн Малика, который сказал: мы совершали молитву аср, затем человек выходил к бану Амр ибн Ауф и находил их совершающими молитву аср).