От Суфьяна, от Давуда ибн Абу Хинда, от Абу Надры, от Абу Са‘ида, сказавшего: пришёл Ма‘из ибн Малик к Пророку ﷺ и признался в прелюбодеянии четыре раза. Пророк ﷺ расспросил о нём, затем велел его наказать, и он был подвергнут забиванию камнями. Мы забивали его черепками, камнями и костями, и мы не выкапывали для него ямы и не связывали его. Он побежал, и мы побежали за ним следом к харре [каменистой местности], и мы преследовали его; он остановился перед нами, и мы бросали в него, пока он не умолк. Посланник Аллаха ﷺ не молился за него о прощении, но и не проклинал его. Конец [риваята]. И Аллах Всевышний знает лучше.
С непрерывным иснадом до автора (да помилует его Аллах) в начале книги сказано:
[4423] (1695) — «Рассказал нам Мухаммад ибн аль-Аля аль-Хамданий, рассказал нам Яхья ибн Я‘ла — это Ибн аль-Харис аль-Мухариби — от Гайляна — это Ибн Джами‘ аль-Мухариби — от Алькамы ибн Марсада, от Сулеймана ибн Бурайды, от его отца, сказавшего: пришёл Ма‘из ибн Малик к Пророку ﷺ и сказал: «О Посланник Аллаха, очисти меня!» Он сказал: «Горе тебе, вернись, попроси у Аллаха прощения и покайся перед Ним». Он отошёл недалеко, затем вернулся и сказал: «О Посланник Аллаха, очисти меня!» Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Горе тебе, вернись, попроси у Аллаха прощения и покайся перед Ним». Он отошёл недалеко, затем вернулся и сказал: «О Посланник Аллаха, очисти меня!» Пророк ﷺ сказал то же самое. Когда это было в четвёртый раз, Посланник Аллаха ﷺ сказал ему: «От чего мне тебя очистить?» Он сказал: «От прелюбодеяния». Тогда Посланник Аллаха ﷺ спросил: «Есть ли в нём безумие?» Ему сообщили, что он не безумен. Он сказал: «Пил ли он вино?» Тогда встал человек и понюхал его дыхание, но не почувствовал от него запаха вина. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Совершил ли ты прелюбодеяние?» Он ответил: «Да». Тогда [Пророк] велел его наказать, и он был забит камнями.
Люди разделились в отношении него на две группы: одни говорили: «Он погиб, его грех охватил его со всех сторон», а другие говорили: «Нет покаяния лучше покаяния Ма‘иза: он пришёл к Пророку ﷺ, положил свою руку в его руку и сказал: «Убей меня камнями»». Они оставались так два или три дня, затем пришёл Посланник Аллаха ﷺ, когда они сидели, поприветствовал их, затем сел и сказал: «Просите прощения для Ма‘иза ибн Малика». Они сказали: «Да простит Аллах Ма‘иза ибн Малика». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Он покаялся таким покаянием, что если бы оно было разделено между целой общиной, оно охватило бы их всех».
Затем к нему пришла женщина из [племени] Гамид, из [племени] Азд, и сказала: «О Посланник Аллаха, очисти меня!» Он сказал:
«Горе тебе, вернись, попроси у Аллаха прощения и покайся перед Ним». Она сказала: «Я вижу, ты хочешь отослать меня, как ты отсылал Ма‘иза ибн Малика». Он сказал: «А что с тобой?» Она сказала: «Она беременна от прелюбодеяния». Он сказал: «Это ты?» Она сказала: «Да». Тогда он сказал ей: «Подожди, пока не родишь то, что у тебя в утробе». Один человек из ансаров взял на себя заботу о ней, пока она не родила. Затем он пришёл к Пророку ﷺ и сказал: «Гамидия родила». Он сказал: «В таком случае мы не будем забивать её камнями и оставим её ребёнка малолетним, без того, кто будет его кормить грудью». Тогда встал человек из ансаров и сказал: «На меня его вскормление, о Пророк Аллаха». Тогда он забил её камнями».
Передатчики этого иснада — шесть человек:
1 — (Мухаммад ибн аль-Аля аль-Хамданий) — упомянут ранее, за три главы до этого.
2 — (Яхья ибн Я‘ла ибн аль-Харис аль-Мухариби) — это Яхья ибн Я‘ла ибн аль-Харис ибн Харб ибн Джарир ибн Абд аль-Харис аль-Мухариби, Абу Закария аль-Куфи, надёжный (сика), из младших [9-й категории].
Передавал от своего отца, Заиды ибн Кудамы, а от него передавал аль-Бухари, и остальные [составители шести книг], кроме ат-Тирмизи, передавали от него через посредство Абу Курайба, Усмана ибн Абу Шайбы, Мухаммада ибн Абдуллаха ибн Нумайра, Мухаммада ибн Яхьи ибн Касира аль-Харрани, Мухаммада ибн Муслима ибн Вары, Ибрахима ибн Якуба аль-Джузджани, Абу Бакра ибн Абу Шайбы, Абу Зур‘ы, Абу Хатима и других.
Абу Хатим сказал: надёжный (сика), и Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных» (Ас-Сикат).
Мутаййан сказал: он умер в двести шестнадцатом году.
От него передавал аль-Бухари, и приводил от него [хадисы] составитель [настоящей книги], Абу Дауд, ан-Насаи и Ибн Маджа. В этой книге у него нет ничего, кроме этого хадиса.
3 — (Гайлян ибн Джами‘ ибн Аш‘ас аль-Мухариби) — Абу Абдуллах аль-Куфи, её судья (кадий), надёжный (сика) [6-я категория].
Передавал от Абу Ваиля Шакика ибн Саламы, Абу Исхака ас-Сабии, Исмаила ибн Абу Халида, Алькамы ибн Марсада, Ияса ибн Саламы ибн аль-Аквы‘ и других.
От него передавали Я‘ла ибн аль-Харис аль-Мухариби, Амр ибн Абу Кайс, Шу‘ба, ас-Саури, Шарик, Али ибн Асим аль-Васити и другие.
Ибн Ма‘ин, Ибн аль-Мадини, Я‘куб ибн Шайба и Абу Дауд сказали: надёжный (сика). Абу Хатим сказал: шейх. Мухаммад ибн Хумайд ар-Рази передал от Джарира: я видел Гайляна ибн Джами‘а на посту судьи Куфы, и он был более снисходителен (или более достойным доверия — «ахмад»), чем Мухаммад ибн Абу Ляйла. Аль-Аджурри передал от Абу Дауда: пришёл Гайлян к Абу Хасину, и один человек спросил Абу Хасина о каком-то вопросе, и он сказал: «Молчи, не видишь ли ты кадия?» Тот ответил: «Он мне велел». Абу Дауд стал хвалить его. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных» и сказал: он умер во время правления Язида ибн Хубайры над Ираком. Ибн Са‘д сказал: его убили мусаввида [сторонники Аббасидов] в самом начале своего прихода, между Васитом и Куфой, и он был надёжным (сика), если пожелает Аллах Всевышний. Хафиз сказал: это произошло в сто тридцать втором году.
Приводил от него [хадисы] составитель [настоящей книги], Абу Дауд, ан-Насаи и Ибн Маджа. В этой книге у него нет ничего, кроме этого хадиса.
4 — (Алькама ибн Марсад) аль-Хадрами, Абу аль-Харис аль-Куфи, надёжный (сика) [6-я категория] (перечислены все шесть составителей), — упомянут ранее в «Книге очищения», 25/648.
5 — (Сулейман ибн Бурайда) ибн аль-Хусайб аль-Аслями аль-Марвази, её судья (кадий), надёжный (сика) [3-я категория], умер в 105-м году, дожив до 90 лет (перечислены все шесть составителей) — упомянут ранее в «Книге очищения», 25/648.
6 — (Его отец) Бурайда ибн аль-Хусайб, Абу Абдуллах, а есть и другое [мнение о кунье], аль-Аслями, известный сподвижник, принявший ислам перед [битвой] Бадр, умерший (да будет доволен им Аллах) в 63-м году (перечислены все шесть составителей) — упомянут ранее в «Книге веры», 100/533.
[Замечание] Его слово в этом иснаде («рассказал нам Яхья ибн Я‘ла, от Гайляна») — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: так во всех рукописях: «от Яхьи ибн Я‘ла, от Гайляна». Кади Ияд сказал: а правильное — то, что содержится в рукописи ад-Димашки: «от Яхьи ибн Я‘ла, от его отца, от Гайляна», добавляя в иснад «от его отца». Так же привели это Абу Дауд в «Книге сунан» и ан-Насаи из хадиса Яхьи ибн Я‘ла, от его отца, от Гайляна, и это верно. Абд аль-Гани указал на пропуск в этом иснаде в рукописи Абу аль-Аля ибн Махана. А в «Книге закята» из «Сунан» Абу Дауда встречается: «рассказал нам Усман ибн Абу Шайба, рассказал нам Яхья ибн Я‘ла, рассказал нам мой отец, рассказал нам Гайлян, от Джа‘фара, от Муджахида, от Ибн Аббаса, сказавшего: когда было ниспослано [аят]: «А те, которые накапливают золото и серебро» [ат-Тауба: 34]...» Этот иснад свидетельствует о верности того, что было приведено ранее. Аль-Бухари сказал в своей «Истории»: Яхья ибн Я‘ла слышал от своего отца и от Заиды ибн Кудамы. Это конец слов кади (да помилует его Аллах), и это верно, как он сказал. И никто не упомянул, что Яхья ибн Я‘ла слышал непосредственно от Гайляна, но сказали: он слышал от своего отца и от Заиды. Конец слов ан-Навави.
Хафиз Абу Али аль-Джаййани (да помилует его Аллах) сказал в «ат-Такъид» (3/872): таков иснад этого хадиса у всех передатчиков, известных нам; а Абу Мас‘уд ад-Димашкъи передал его от Муслима, от Абу Курайба, от Йахьи ибн Йа‘ля, от его отца, от Гайлана, добавив в иснад ещё одного человека — Йа‘лю ибн аль-Хариса; так же передал его Абу Дауд в «Китаб ас-сунан» (4433) и Абу Абд ар-Рахман ан-Насаи в своей «аль-Кубра» (7148), также от хадиса Йахьи ибн Йа‘ли ибн аль-Хариса, от его отца, от Гайлана ибн Джами‘а, и это верно. Абу Мухаммад Абд аль-Гани обратил внимание на пропущенное в этом иснаде в списке Абу аль-Аля ибн Махана — хвала Аллаху.
А в «Китаб аз-закят» из «ас-Сунан» Абу Дауда (1664): рассказал нам Усман ибн Абу Шайба, сказал: рассказал нам Йахья ибн Йа‘ля аль-Мухариби, сказал: рассказал нам мой отец, сказал: рассказал нам Гайлан, от Джа‘фара ибн Ийаса, от Муджахида, от Ибн Аббаса, который сказал: когда был ниспослан этот айат: «А те, которые копят золото и серебро…» [ат-Тауба: 34], это оказалось тяжким для мусульман… (хадис), — и этот иснад свидетельствует о достоверности того, что было приведено выше.
Аль-Бухари сказал в «ат-Тарих аль-кабир» (8/311): Йахья ибн Йа‘ля слышал своего отца и Заиду ибн Кудаму.
Хафиз ар-Рашид аль-Аттар сказал в «Гурар аль-фаваид» (16): таков иснад этого хадиса во всех списках «Сахих Муслима», которые я видел, — затем он привёл слова аль-Джаййани из «ат-Такъид» и сказал: если установлена прерванность иснада с этой стороны, то он непрерывен в книге Муслима с другой стороны; кроме того, хадис Йахьи ибн Йа‘ли, от его отца, оказался непрерывным в книге ан-Насаи и также у Абу Дауда в его «Сунан», так что его непрерывность с этой другой стороны установлена — хвала Аллаху. Конец цитаты. Это полезное исследование, а Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(«от Сулеймана ибн Бурайды, от его отца») — Бурайда ибн аль-Хусайб (да будет доволен им Аллах), который сказал: («пришёл Ма‘из ибн Малик») аль-Аслями (да будет доволен им Аллах) («к Пророку ﷺ и сказал: о Посланник Аллаха, очисти меня») — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: его слово («очисти меня») и до конца, и подобное этому в хадисе о гамидитке: «она сказала: очисти меня; он сказал: горе тебе, вернись, проси прощения у Аллаха и покайся Ему» — это указывает на то, что установленное наказание (хадд) искупляет грех того проступка, за который оно назначено. Это пришло явно в хадисе Убады ибн ас-Самита (да будет доволен им Аллах), а именно его слово ﷺ: «кто совершит что-либо из этого и будет за это наказан в этом мире, то это будет искуплением для него», и мы не знаем в этом разногласия. В этом хадисе также содержится указание на то, что грех больших грехов снимается покаянием, и это по единогласному мнению мусульман, за исключением того, что мы приводили ранее от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) относительно покаяния убийцы в частности, а Аллах знает лучше.
Если скажут: почему же Ма‘из и гамидитка не удовлетворились покаянием, которое достигало их цели — снятия греха, а напротив, настаивали на признании и выбрали побиение камнями?
Ответ: достижение освобождения от греха через установленные наказания и снятие греха несомненно во всяком случае, тем более что применение наказания было по повелению Пророка ﷺ. А что касается покаяния, то есть опасение, что оно может оказаться не искренним и что в нём может быть упущено что-то из его условий, и тогда грех останется, а его последствия будут постоянно лежать на нём. Поэтому они оба желали достичь освобождения путём несомненным, а не тем, в который может вкрасться сомнение, а Аллах знает лучше (1).
(«Он ﷺ сказал: «горе тебе»») — ат-Тайби (да помилует его Аллах) сказал: («вайх») — слово, выражающее сострадание и сочувствие, употребляемое по отношению к тому, кто попал в беду, которой не заслуживает, а иногда употребляется в значении похвалы и удивления; оно стоит в форме масдара в винительном падеже, но может быть и в именительном, и может присоединяться к другому слову изафетом, и может не присоединяться; говорят: «вайха Зайдин», «вайхан ляху» и «вайхун ляху». Конец цитаты (2). Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: мы передаём от аль-Хасана аль-Басри, что он сказал: «вайх — слово милосердия». Конец цитаты (3).
(«вернись, проси прощения у Аллаха и покайся Ему», он сказал: «и он вернулся, но ненадолго») — то есть на недолгое время; подобно словам Всевышнего: «и он пробыл недолго» [ан-Намль: 22], то есть недолгое время;
(2) «аль-Кашиф ‘ан хакаик ас-сунан» 8/2517.
(3) «Шарх ан-Навави» 11/199.
подобно тому, как говорят: «вскоре» (1), сказал это ат-Тайби; аль-Кари сказал: более очевидно — «недолгое расстояние» или «недолгое возвращение», в значении недолгого отсутствия. Конец цитаты (2). («Потом он пришёл и сказал: о Посланник Аллаха, очисти меня, и Посланник Аллаха ﷺ сказал: «горе тебе, вернись, проси прощения у Аллаха и покайся Ему», он сказал: «и он вернулся, но ненадолго, потом пришёл и сказал: о Посланник Аллаха, очисти меня, и Пророк ﷺ сказал то же самое, до тех пор, когда это случилось в четвёртый раз») — то есть когда произошёл четвёртый раз, и «кяна» здесь употреблена в полном значении, («сказал ему Посланник Аллаха ﷺ: «от чего мне очистить тебя?»») — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: так во всех списках («фима») с «фа» и «йа», и это правильно, и «фи» здесь имеет значение причинности, то есть: по какой причине мне очистить тебя? Конец цитаты (3).
Ат-Тайби (да помилует его Аллах) сказал: его слово («от чего мне очистить тебя?») — а в списках «аль-Масабих»: («от чего мне очистить тебя, «мимма»?»), и первый риваят — в «Сахих Муслим» и в «Китаб аль-Хумайди», — затем он привёл вышеупомянутые слова ан-Навави, и сказал: я говорю: («ма») используется для вопроса об общих обстоятельствах, а («мин») начинательное в ответе содержит смысл причины, потому что она служит для указания начала, поэтому («ма») было выбрано ей в соответствие; как если бы было сказано: по какой причине мне очистить тебя? — и он ответил: по причине прелюбодеяния. Подобное этому по смыслу — слова Всевышнего: «Скажи: кому принадлежит Господь семи небес и Господь великого трона? Они скажут: Аллаху» [аль-Муминун: 86-87], потому что в его словах («кому принадлежит Господь небес») заключён смысл владения; как если бы было сказано: кому принадлежат небеса и земля? Конец цитаты (4).
(«он сказал») — а в некоторых списках: («сказал») без «фа», («от прелюбодеяния, и Посланник Аллаха ﷺ спросил») — то есть его народ (: («есть ли у него безумие?»), и ему сообщили») в форме страдательного залога («что он не безумен, и он сказал: «пил ли он вино?»»), («и встал человек») — автор «ат-Танбих» сказал: я не знаю его. Конец цитаты (5). («и понюхал его дыхание») — то есть почувствовал запах изо рта его; аль-Джаухари (да помилует его Аллах) сказал: («истанкахту-р-раджуля»), («фа-накаха фи ваджхи») — («йанкиху») с касрой, и («йанкаху») с фатхой, («накхан») — когда ты велишь ему дышать на тебя, чтобы узнать, пьющий он или нет; а («ан-наха») — запах изо рта. Конец цитаты (6).
(2) «Миркат аль-мафатих» 7/141.
(3) «Шарх ан-Навави» 11/200.
(4) «аль-Кашиф ‘ан хакаик ас-сунан» 8/2517.
(5) «Танбих аль-му‘аллим» с. 293.
(6) «ас-Сихах» с. 1069.
Аль-Файйуми (да помилует его Аллах) сказал: («накаха-р-раджулю ‘аля Зайдин»), и («накаха ляху накхан»), из пород («нафа‘а») и («дараба»): когда он дышит на его нос, и («накахаху накхан»), также переходный по себе: когда он делает это, чтобы почувствовать запах изо рта его, чтобы узнать, пил ли он или нет; и («истанкахаху») также, а («ан-накха») подобно («тамра») — имя от этого. Конец цитаты (1).
(«и не обнаружил в нём запаха вина») — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: наш достоверный, известный мазхаб — действительность признания пьяного и действенность его слов в том, что за него и против него, а вопрос о том, пил ли он вино, у нас толкуется так, что если бы он был пьян, к нему не применили бы наказание. Он сказал: сторонники Малика и большинство хиджазцев приводили в качестве доказательства, что подвергается наказанию тот, от кого исходит запах вина, даже если против него не установлено свидетельство о его питии и он сам не признался в этом; а мазхаб аш-Шафии, Абу Ханифы и других: наказание не применяется по одному лишь запаху, а необходимо свидетельство о его питии либо его признание, и в этом хадисе нет указания в пользу сторонников Малика. Конец цитаты (2).
(Он сказал: «Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Ты совершил прелюбодеяние?» Он ответил: «Да». Тогда он повелел относительно него»); то есть после его признания четыре раза, как это уже было в риваятах, (и он был подвергнут закидыванию камнями) — в форме страдательного залога. (И люди разделились на две группы: одна говорила: «Он погиб, его грех окружил его», а другая говорила: «Нет покаяния лучше») — «ما» здесь хиджазийская, действующая подобно «ليس»; «توبة» — её подлежащее в именительном падеже, а «أفضل» — сказуемое в винительном падеже. Сказано в «Хуляса»:
«Действие «ليس» получила «ما», а не «إن», при сохранении отрицания и известном порядке».
Возможно также, что она темимийская, и тогда то, что после неё, стоит в именительном падеже как подлежащее и сказуемое, подобно тому, как сказал один поэт:
«И стройному станом сказал я: «Назовись», а он ответил: «Убийство влюблённого — запрещено».
Его слово (من توبة ماعز — «чем покаяние Маиза») является дополнением к «أفضل» («лучше»). (أنه) допускает чтение с касрой хамзы, если предложение является пояснительным, и допускает фатху при подразумевании частицы причины, то есть: потому что он (пришёл к Пророку ﷺ, вложил свою руку в его руку, затем сказал: «Убей меня камнями». Он сказал: «И они пробыли так два дня или три»); то есть после его закидывания камнями, (затем пришёл Посланник Аллаха ﷺ, когда они сидели) — предложение обстоятельства состояния, (и он поприветствовал, затем сел и сказал: «Просите прощения для Маиза ибн Малика»); то есть просите для него
увеличения прощения и возвышения степеней. (Он сказал: «И они сказали: «Да простит Аллах Маиза ибн Малика». Он сказал: «И тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Он совершил такое покаяние») — то есть за этот свой грех — (что если бы оно было разделено между общиной») — то есть между многочисленной группой, и танвин здесь для обозначения множественности, и Аллах Всевышний знает лучше, — («то оно вместило бы их») — с касрой буквы «син»; то есть достаточно было бы им, и покрыло бы грехи их всех.
Аль-Файюми, да помилует его Аллах, сказал: «واسع المكان القوم» и «وسع المكان» означают «расширился»; глагол переходный и непереходный. Ан-Набига сказал (размером «камиль»):
«Расширяются для меня земли, когда я прихожу к тебе как гость, а когда я покидаю тебя, тесно становится мне моё место».
И «وَسُعَ» с даммой также означает «расширился», и от первой формы образуется «واسع», а от второй — «وسيع».
Он сказал: было сказано, что изначальная форма настояще-будущего времени — с касрой, и поэтому был убран «вав», так как он оказался между открытой «я» и касрой, а затем после устранения он был открыт из-за наличия гортанного звука. Подобны этому «يهب», «يقع», «يدع», «يلغ», «يطأ», «يضع», «يلع», «يزع الجيش» (то есть удерживает его); и удаление в «يسع» и «يطأ» из числа тех, у которых прошедшее время имеет касру, является нерегулярным, поскольку правило таково: «فَعِلَ» с касрой имеет настояще-будущее время «يَفْعَل» с фатхой, и они исключили некоторые глаголы, но эти не входят в их число. Конец слов аль-Файюми, да помилует его Аллах.
Ат-Тыби, да помилует его Аллах, сказал: его слово «то оно вместило бы их» означает: было бы достаточно им по своей широте; то есть покаяние, требующее прощения и милости, которые охватывают многочисленную группу творений. На это указывает его слово о гамидийке: «Она совершила такое покаяние, что если бы за него покаялся сборщик незаконных пошлин, ему было бы прощено».
Он сказал: [Если скажешь]: тогда какова польза его слова ﷺ: «Просите прощения для Маиза»?
[Отвечу]: польза подобна пользе слов Всевышнего: «Когда придёт помощь Аллаха и победа» до слов «и проси у Него прощения» [Помощь: 1–3], и слов Всевышнего: «Мы даровали тебе явную победу, чтобы Аллах простил тебе» [Победа: 1–2]. Ведь второе — это просьба об увеличении прощения и о том, что оно требует — о возвышении в степенях и утверждении в них. К этому же относится слово Всевышнего: «Просите прощения у вашего Господа, затем обращайтесь к Нему с покаянием» [Худ: 3]. Конец слов ат-Тыби, да помилует его Аллах.
(Он сказал) — то есть Бурайда, да будет доволен им Аллах, — (затем пришла к нему женщина) — автор «ат-Танбих» сказал: её имя было Субайа, а по другой версии — Умайма; их обоих упомянул аль-Хатыб аль-Багдади. (из Гамид) — с фатхой над «гайн» и касрой над «мим»: это племя из Азда, а именно Гамид, чьё имя — Амр ибн Кааб ибн аль-Харис ибн Кааб ибн Абдуллах ибн Малик ибн Наср ибн аль-Азд ибн аль-Гаус. Его прозвали Гамидом потому, что между его народом произошла распря, и он примирил их, покрыв (تغمّد) то, что произошло между ними, — так сказано в «аль-Лубаб».
Ан-Навави сказал: Гамид — это племя из Джухайны. Конец. Это подразумевает, что гамидийка — это та же джухайнийка, о которой будет сказано в хадисе Имрана ибн Хусайна, да будут довольны ими оба Аллаха, и некоторые исследователи придерживались этого мнения; полное рассмотрение этого вопроса будет приведено далее, если Аллах пожелает.
Его слово (из Азда) — обстоятельство состояния к «Гамид»; а Азд — родоначальник племени, а именно Азд ибн аль-Гаус ибн Набт ибн Малик ибн Зайд Кахлан ибн Саба, и говорят также «Азд Шануа» — с фатхой над «хамза», сукуном над «зай» и касрой над «даль», как об этом сообщается в «аль-Лубаб».
(И она сказала: «О Посланник Аллаха, очисти меня». Он сказал: «Горе тебе! Вернись, проси прощения у Аллаха и обратись к Нему с покаянием». Она сказала: «Я вижу, ты хочешь отослать меня обратно») — то есть вернуть меня — (как ты отослал Маиза ибн Малика». Он сказал: «А что это?» Она сказала: «Она беременна»). Очевидно, что здесь имеет место переход от первого лица к третьему, поскольку по идее следовало бы сказать: «я беременна от прелюбодеяния».
Ат-Тыби, да помилует его Аллах, сказал: его слово «она беременна» — это самостоятельное предложение, разъясняющее причину, по которой её состояние приравнивается к состоянию Маиза, хотя причина не является полностью схожей; как если бы она сказала: «я не могу отказаться от признания после того, как признала, поскольку беременность стала явной», в отличие от него. Так что слово «она беременна» в третьем лице передаёт её собственные слова: «я беременна», на что указывает его слово ﷺ: «Это ты?» — поскольку это подтверждение того, что она сказала. Конец.
Его слово (от прелюбодеяния) — Ибн аль-Хумам сказал: «зина» в наиболее чистом хиджазском языке, на котором ниспослан Коран, произносится с укороченным окончанием (макъсур). Аллах Всевышний сказал: «И не приближайтесь к прелюбодеянию» [Перенесение ночью: 32]. А в языке жителей Неджда произносится с удлинением (мамдуд).
Аль-Фараздак сказал (размером «тавиль»):
«О Абу Тахир, кто совершит прелюбодеяние — станет известным его прелюбодеяние, а кто выпьет хутум, окажется опьянённым» —
с фатхой и удвоением буквы «каф» — от слова «опьянение» («сукр»); а «аль-хутум» — одно из названий вина.
(И он сказал ﷺ: «Это ты?») — с подразумеваемой вопросительной хамзой, и это подлежащее с опущенным сказуемым; то есть «неужели ты прелюбодейка?» (Она сказала: «Да». Тогда он сказал ей: «До того, как ты родишь то, что у тебя в утробе»); то есть потерпи, пока не родишь. Ат-Тыби, да помилует его Аллах, сказал: это предел (гая) для ответа на её слова «очисти меня»; то есть: я не очищу тебя, пока ты не родишь то, что у тебя в утробе.
Ан-Навави, да помилует его Аллах, сказал: в этом указание на то, что беременную не подвергают закидыванию камнями, пока она не родит, независимо от того, была ли её беременность от прелюбодеяния или от чего-то иного, и на этом достигнут иджма (единогласное мнение учёных), чтобы не был убит её плод. То же самое касается случая, если её наказанием является бичевание: беременную не бичуют, по единогласному мнению, пока она не родит.
В этом также указание на то, что женщина подвергается закидыванию камнями, если она совершила прелюбодеяние, будучи состоящей в браке (мухсана), подобно тому как подвергается этому мужчина, и этот хадис толкуется в том смысле, что она была замужней (мухсана), поскольку достоверные хадисы и иджма единогласно указывают на то, что не подвергается закидыванию камнями тот, кто не находится в браке.
В этом также указание на то, что та, на которую возложено возмездие (кисас), будучи беременной, не подвергается возмездию, пока не родит, и на этом достигнут иджма; затем беременная прелюбодейка не подвергается закидыванию камнями, и возмездие не применяется к ней после родов, пока она не выкормит своего ребёнка молоком и он не станет обходиться без неё, питаясь молоком другой женщины.
В этом также указание на то, что беременность познаётся и на её основании выносится решение, и это верное мнение в нашем мазхабе. Конец слов ан-Навави, да помилует его Аллах.
(Он сказал: «фа-кафаляха» — «فَكَفَلَهَا») с фатхой на «фа» без удвоения, из породы «насара — янсуру»; то есть: взял на себя её содержание и обустройство её дел. Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал: «кафальту би-ль-маль» и «би-н-нафс кафлан» — из породы «катала», а также «куфулян», а имя действия — «аль-кафаля». Абу Зейд передал со слуху от арабов также формы из пород «та‘иба» и «каруба». Ибн аль-Катта‘ передал: «кафальтуху» и «кафальту бихи», и «‘анху» — если ты взял на себя (ответственность за него). Глагол становится переходным ко второму дополнению через удвоение согласной или через хамзу, при этом соответствующая буква (при переходе) опускается, а иногда сохраняется наряду с удвоением. Ибн аль-Анбари сказал: «такаффальту би-ль-маль» — я взял на себя обязательство по этому имуществу и возложил его на себя; а Абу Зейд сказал: «тахаммальту бихи» — я взял это на себя. В «Аль-Маджма‘» сказано: «кафальту бихи кафаля» и «кафальту ‘анху би-ль-маль ли-гаримихи» — с различением между этими двумя выражениями. А «кафальту-р-раджуля ва-с-сагыра», из породы «катала», также кафаля, означает: я его содержал и заботился о нём; и глагол становится переходным ко второму дополнению через удвоение, так что говорят: «каффальту Зайдан ас-сагыр» (я вверил Зайду заботу о малыше). Действующее лицо от «кафаля аль-маль» (поручительство имуществом) — «кафиль» по отношению к мужчине и женщине. Ибн аль-А‘раби сказал: также «кафиль» — подобно «дамин» и «дамин» (поручитель). Аль-Лейс же различал их, говоря: «аль-кафиль» — это поручитель (в смысле гарантии), а «аль-кафиль» (в другом значении) — это тот, кто содержит человека и обеспечивает его расходами. Конец цитаты.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: его слово «фа-кафаляха раджулюн мин аль-ансари хатта вада‘ат» («и взял на себя заботу о ней один человек из ансаров, пока она не родила») означает: он взял на себя её содержание и обустройство её дел, и это не поручительство в смысле гарантии (замана), ибо такое не допускается в отношении установленных Аллахом наказаний (худуд). Конец цитаты.
(Один человек из ансаров) — автор «Ат-Танбих» сказал: «я не знаю его». Конец цитаты. (Пока она не родила) — то есть родила своего ребёнка. (Он сказал: тогда пришёл) этот человек (к Пророку ﷺ и сказал: аль-Гамидия родила). Он (ﷺ) сказал: («Тогда» — «изан») — это слово выражает следствие и ответ, и оно относится к частицам, управляющим глаголом в форме имперфекта (насибат аль-мудари‘), если выполняются его условия, которые упомянуты в словах некоторых (грамматиков):
«Употребляй «изан», если оно приходит к тебе первым и после него следует глагол в будущем времени.
И берегись, употребляя его в этом управляющем значении, разделять его — кроме как клятвой, обращением или «ля» (отрицанием).
И разделяй его обстоятельством или предложным дополнением, согласно мнению Ибн ‘Усфура, главы благородных (грамматиков).
А если перед ним стоит соединительный союз, то предпочтительнее из двух вариантов — не делать его управляющим».
(Мы не забьём её камнями) — из породы «катала», и это слово стоит в форме винительного падежа, будучи управляемым частицей «изан», так как оно относится к будущему времени; возможен также именительный падеж, если предположить, что оно является обстоятельством (халь). Так же и его слова: (и оставим её ребёнка малым) и его слова: («у него нет никого, кто бы его выкормил») — с даммой на букве настоящего времени, от «ирда‘» (кормление грудью) — это отдельное предложение, разъясняющее смысл слов «и оставим её ребёнка малым»; смысл в том, что препятствием к исполнению наказания над ней сейчас является то, что её ребёнок мал и у него нет никого, кто выкормил бы его. (Тогда встал один человек из ансаров) — его имя неизвестно, и возможно, что это тот же самый человек, который взял на себя заботу о женщине прежде. И Аллах Всевышний знает лучше. (И сказал: «на мне его вскормление») — с фатхой или кясрой на «ра»; то есть: дело его вскормления возложено на меня, я беру это на себя. («О пророк Аллаха». Он сказал: и он побил её камнями») — то есть он (ﷺ) велел побить её камнями, и она была побита камнями.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: в другой версии передачи: «Когда она родила, она принесла ему младенца в тряпице и сказала: «вот, я его родила». Он сказал: «Иди, выкорми его, пока не отлучишь от груди». Когда она отлучила его, она принесла ему младенца, у которого в руке был кусок хлеба, и сказала: «О пророк Аллаха, вот я отлучила его от груди, и он уже ест пищу». Тогда он передал младенца одному из мусульман, а затем велел побить её камнями, и её побили камнями».
Эти две версии на первый взгляд противоречат друг другу: вторая ясно говорит, что её побивание камнями было после отлучения от груди и после того, как ребёнок начал есть хлеб, а первая внешне указывает на то, что он побил её камнями сразу после родов. Необходимо толковать первую версию в соответствии со второй, ибо это одно и то же событие, и обе версии достоверны, но вторая из них ясна и не допускает иного толкования, а первая не ясна, поэтому именно первую следует толковать. Тогда его слово в первой версии: «встал один человек из ансаров и сказал: «на мне его вскормление» — было произнесено после отлучения от груди, и под «вскормлением» он подразумевал заботу о нём и его воспитание, назвав это «вскормлением» в переносном смысле.
Он сказал: знай, что мнение аш-Шафи‘и, Ахмада, Исхака и известное мнение из мазхаба Малика состоит в том, что её не побивают камнями, пока не найдётся кто-то, кто её выкормит; если же не найдётся, она сама выкармливает его, пока не отлучит от груди, и лишь после этого её побивают камнями.
А Абу Ханифа и Малик, по одной из передач от него, говорили: когда она родит, её побивают камнями, и не ожидают появления кормилицы. А что касается этого ансари, который взял на себя заботу о ней, он стремился к благу — к облегчению её положения и содействию ей в скорейшем достижении очищения через наказание, видя её полную решимость поторопить это дело. Конец цитаты.
Составитель (да простит его Аллах) говорит: не секрет, что мнение первых учёных о том, что её не побивают камнями, кроме как если найдётся кормилица, является более предпочтительным, поскольку оно согласуется с хадисом данной главы. Прояви же прозорливость, и Аллах Всевышний знает лучше.
Два вопроса, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Бурайды ибн аль-Хусайба (да будет доволен им Аллах) относится к тем, что передал составитель (да помилует его Аллах) в одиночку (среди шести книг).
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл (составитель) здесь [5/4423 и 4424] (1695), (Абу Дауд) в «Худуд» (4433), (ан-Насаи) в «Аль-кубра» (4/283), (Абу ‘Авана) в своём «Мусанаде» (4/135), (ад-Даракутни) в своём «Сунане» (3/91), (аль-Бейхаки) в «Аль-кубра» (6/83 и 8/214, 226, 229). Пользы данного хадиса были упомянуты ранее, и хвала и благодарность принадлежат Аллаху.
И по цепочке, восходящей непосредственно к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[4424] (…) — И передал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба: рассказал нам Абдуллах ибн Нумайр (ح); и передал нам Мухаммад ибн Абдуллах ибн Нумайр — а их формулировки хадиса были близки друг к другу, — рассказал нам мой отец: рассказал нам Башир ибн аль-Мухаджир: рассказал нам Абдуллах ибн Бурайда со слов своего отца, что Маиз ибн Малик аль-Аслями пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал: «О Посланник Аллаха, я поступил несправедливо по отношению к самому себе — я совершил прелюбодеяние, и я хочу, чтобы ты очистил меня». Пророк ﷺ отвернулся от него. Когда наступило утро, тот пришёл снова и сказал: «О Посланник Аллаха, я совершил прелюбодеяние». Пророк ﷺ отвернулся от него и во второй раз. Тогда Посланник Аллаха ﷺ послал за его соплеменниками и спросил: «Знаете ли вы за ним какой-либо изъян в рассудке, отмечаете ли вы в нём что-либо предосудительное?» Они ответили: «Мы знаем его только как человека здравого рассудка, из числа наших благочестивых, насколько мы видим». Тогда тот пришёл в третий раз, и Пророк ﷺ снова послал к ним, спрашивая о нём, и они сообщили ему, что с ним всё в порядке — ни с ним самим, ни с его рассудком. Когда наступил четвёртый раз, Пророк ﷺ велел вырыть для него яму, затем приказал, и его забили камнями.
Он (передатчик) сказал: затем пришла аль-Гамидия и сказала: «О Посланник Аллаха, я совершила прелюбодеяние, очисти меня». Пророк ﷺ отвернулся от неё. Когда наступило утро, она сказала: «О Посланник Аллаха, почему ты отворачиваешься от меня? Может быть, ты отворачиваешься от меня так же, как отворачивался от Маиза? Клянусь Аллахом, я беременна!» Он сказал: «Если так, то иди, пока не родишь». Когда она родила, она принесла к нему младенца, обёрнутого в тряпицу, и сказала: «Вот, я родила его». Он сказал: «Иди и вскармливай его, пока не отнимешь от груди». Когда она отняла его от груди, она принесла к нему младенца с куском хлеба в руке и сказала: «Вот, о Пророк Аллаха, я отняла его от груди, и он уже ест пищу». Тогда Пророк ﷺ отдал младенца одному из мусульман, затем приказал относительно неё, и для неё вырыли яму до груди, и приказал людям, и они забили её камнями. Халид ибн аль-Валид подошёл с камнем и бросил его в её голову, и кровь брызнула на лицо Халида, и он выругал её. Пророк Аллаха ﷺ услышал, как он выругал её, и сказал: «Постой, Халид! Клянусь Тем, в Чьей Руке моя душа, она принесла такое покаяние, что если бы его принёс сборщик пошлин, ему было бы простено!» Затем он приказал относительно неё, и над ней была совершена молитва, и она была похоронена.
Передатчики этого иснада: их шесть:
1 — Мухаммад ибн Абдуллах ибн Нумайр — упомянут ранее, за три главы до этого.
2 — Его отец, Абдуллах ибн Нумайр — упомянут также ранее, за три главы до этого.
3 — Башир ибн аль-Мухаджир аль-Ганави аль-Куфи — правдив (садук), но слаб в хадисе, и его обвиняли в ирджа [5].
Он видел Анаса ибн Малика, передавал от Абдуллаха ибн Бурайды, аль-Хасана аль-Басри, Икримы и других.
От него передавали Ибн аль-Мубарак, Вакиа, Ибн Нумайр, ас-Саури и другие.
Аль-Асрам передал от Ахмада: «Хадис его отвергаемый (мункар), я исследовал его хадисы, и он приводит удивительные вещи». Ибн Маин сказал: «Достоверен (сика)». Абу Хатим сказал: «Его хадис записывается, но на него не опираются как на доказательство». Аль-Бухари сказал: «Ему противоречат в некоторых его хадисах». Ан-Насаи сказал: «Нет в нём вреда». Ибн Ади сказал: «Он передавал то, в чём его никто не поддерживает, и он из тех, чей хадис записывается, хотя в нём есть некоторая слабость». Ибн Хиббан сказал в «Ас-Сикат»: «Он совершал тадлис от Анаса, не видев его, и часто ошибался». Аль-Иджли сказал: «Куфиец, достоверен». Аль-Укайли сказал: «Мурджиит, подозреваемый, о нём говорили критически». Ас-Саджи сказал: «Отвергаемый хадис (мункар аль-хадис)».
Автор (Муслим) привёл от него хадисы, а также четверо (авторов сборников сунан), и в этой книге у него нет ничего, кроме этого хадиса.
Остальные упомянуты в главе.
Его слово («и совершил прелюбодеяние») — это сочетание причины с результатом, поскольку его прелюбодеяние есть причина того, что он поступил несправедливо по отношению к себе.
Его слово («когда наступило утро, он пришёл к нему») — по внешнему смыслу, между признанием Маиза (да будет доволен им Аллах) прошёл целый день, но это противоречит остальным риваятам, которые указывают, что он признавался четыре раза в одном и том же собрании. Хафиз (Ибн Хаджар) объединил эти риваяты, и ранее приводились его слова полностью. Однако имам Ибн аль-Каййим считает, что это ошибка (вахм), и вот его текст в «Тахзиб ас-Сунан», где он (да помилует его Аллах) сказал: «В этом хадисе есть два момента, которым противоречат остальные пути передачи хадиса Малика:
Первый: что его признание и отвержение Пророком ﷺ происходили в нескольких разных собраниях, тогда как остальные хадисы указывают, что это происходило в одном собрании.
Второй: упоминание рытья ямы для него, тогда как достоверно в его хадисе, что для него не рыли яму, и упоминание о рытье — ошибка. Доказательством этому служит то, что он побежал, и за ним погнались. Это — и Аллах знает лучше — из-за слабости памяти Башира ибн аль-Мухаджира. Ранее приводились слова имама Ахмада, что его отвержение происходило в одном собрании, кроме как у этого шейха Ибн аль-Мухаджира». Конец цитаты (¹).
Ранее в его биографии упоминалось, что имамы критиковали этого Башира, среди них имам Ахмад, который сказал о нём: «Отвергаемый хадис, я исследовал его хадисы, и он приводит удивительные вещи», а также аль-Бухари, Ибн Ади, Ибн Хиббан, аль-Укайли и ас-Саджи. Поэтому не исключено, что это разногласие — из его ошибок, так что обрати на это внимание.
Затем я увидел слова хафиза аль-Мунзири (да помилует его Аллах) в его «Мухтасаре», где он сказал относительно этого Башира ибн аль-Мухаджира буквально следующее: «У него в «Сахихе» Муслима нет ничего, кроме этого хадиса. Яхья ибн Маин признал его достоверным (сика), а имам Ахмад сказал: «Отвергаемый хадис, приводит удивительные вещи, мурджиит, подозреваемый», а Абу Хатим ар-Рази сказал: «Его хадис записывается, но на него не опираются как на доказательство»». Он сказал: «Нет упрёка Муслиму в приведении этого хадиса, поскольку он привёл его во втором разряде, чтобы показать своё знание путей передачи хадиса». Конец слов аль-Мунзири (да помилует его Аллах) (²).
Его слово («может быть, ты отворачиваешься от меня так же, как отворачивался от Маиза») — это прямое указание на то, что её история произошла после истории Маиза (да будет доволен ими обоими Аллах).
Его слово («если так, то иди, пока не родишь») — кади Ийяд (да помилует его Аллах) сказал: «Смысл его: если ты не сделаешь того-то, то сделай то-то», то есть: если ты отказываешься покрыть себя (отступить от признания) и вернуться от своих слов, то иди, пока не родишь, чтобы затем вернуться».
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: относительно его слова «если так (имма ля), то иди, пока не родишь»: (имма) с кясрой на хамзе — это хамза условного (ин), к которой прибавлено усилительное (ма); доказательством этому служит вхождение (фа) в ответную часть; а (ля) после неё — отрицание. Как если бы он сказал: «Если ты считаешь нужным покрыть себя и отступить от своего признания, то сделай так; а если не сделаешь, то иди, пока не родишь».
Затем учёные разошлись во мнениях относительно неё после того, как она родит. Малик сказал: «Когда она родит, её забивают камнями, и не ждут, чтобы она вскормила своего ребёнка», и это же сказали Абу Ханифа и аш-Шафии в одном из двух его мнений. Это мнение тех, до кого не дошёл этот риваят, в котором говорится об отсрочке для аль-Гамидии до тех пор, пока она не отняла своего ребёнка от груди. Передаётся также от Малика, что её не забивают камнями, пока не найдётся кто-то, кто возьмёт на себя заботу о её ребёнке после вскармливания, и это — известное мнение Малика, аш-Шафии, а также мнение Ахмада и Исхака.
Риваяты разошлись относительно того, когда произошло её забивание камнями: до отнятия ребёнка от груди или после? Предпочтительнее риваят тех, кто передал, что её не забили камнями, пока она не отняла своего ребёнка от груди и не нашла того, кто возьмёт на себя заботу о нём, поскольку этот риваят устанавливает дополнительное положение сверх другого риваята, в котором этого нет, а также из соображения соблюдения права ребёнка. И если его право соблюдается, когда он ещё плод во чреве — а её не забивают камнями из-за него по единогласному мнению, — то соблюдение его права, когда он уже появился на свет, тем более необходимо.
Из этой риваята извлекается польза: что установленные меры наказания (худуд) не отменяются течением времени, и это мазхаб большинства учёных. Некоторые же отклонились от этого, сказав: если время после совершения деяния, за которое положена мера наказания, затянулось, то она отменяется. Это сказал Абу Ханифа относительно свидетельства о давнем прелюбодеянии и давней краже, но это мнение, не имеющее основания. Конец цитаты (1).
Его слово (حتى تفطميه — «пока не отлучишь его от груди»): знатоки языка сказали: «фитам» — это прекращение грудного вскармливания вследствие того, что ребёнок больше в нём не нуждается. Говорят: «фатамат аль-муржиу ар-разиа фатман» (из образца «дараба») — то есть отлучила его от груди, и она называется «фатима», а маленький ребёнок — «фатим», множественное число — «футум», подобно «барид» и «буруд». А «афтама ас-сабийй» — означает, что ребёнок вошёл в возраст отлучения от груди, подобно выражению «ахсада аз-зар» — когда посев созрел для сбора урожая (2).
(2) «Аль-Мисбах аль-мунир», 2/477.
Его слово (في يدها كسرة خبز — «в её руке кусок хлеба») — ранее в предыдущем риваяте приводилось противоположное этому, и ранее уже указывался способ согласования и предпочтения одного из них.
Его слово (فحفر لها إلى صدرها — «и была вырыта для неё яма до груди») — в этом содержится указание на то, что для женщины выкапывается яма.
Его слово (وأمر الناس فرجموها — «и он повелел людям, и они забросали её камнями») — аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: очевидный смысл этого — что он ﷺ не бросал в неё камни вместе с ними ни в начале дела, ни в конце его. Отсюда следует, что имаму не обязательно начинать бросание камней самому, и это мазхаб большинства учёных. Абу Ханифа же считал, что если прелюбодеяние установлено признанием, то имам присутствует и начинает бросание камней раньше людей, а если оно установлено свидетельскими показаниями, то свидетели присутствуют и начинают бросание камней раньше людей.
Аль-Куртуби сказал: все хадисы этой главы отвергают то, что сказал Абу Ханифа, за исключением того, что в книге Абу Дауда приведено из хадиса о гамидийке, что Посланник Аллаха ﷺ взял камешек размером с горошину нута и бросил его в неё, но это редкий (шазз) риваят, противоречащий известному варианту хадиса о гамидийке. Конец цитаты (1).
Его слово (فيقبل خالد بن الوليد... إلخ — «и подходит Халид ибн аль-Валид... и так далее») — здесь использована форма настоящего-будущего времени (мудари‘) для передачи прошедшего события, чтобы указать на то, что говорящий представляет себе происходящее так, как если бы оно происходило сейчас; подобное часто встречается в речи арабов.
В этом содержится указание на то, что история с гамидийкой произошла после месяца сафар восьмого года хиджры, поскольку Халид ибн аль-Валид (да будет доволен им Аллах) прибыл в Медину, приняв ислам, лишь в первый день сафара восьмого года, как об этом сказано в «Табакат» Ибн Са‘да (4/252). Таким образом, этим хадисом устанавливается, что история с гамидийкой произошла после ниспослания суры «Свет» («Ан-Нур»), ибо она была ниспослана в пятом году хиджры, как сказали некоторые из исследователей (2).
Его слово (فتنضح الدم على وجه خالد — «и брызнула кровь на лицо Халида») — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: передаётся как с буквой «ха» (без точки), так и с буквой «ха» (с точкой), но большинство передают с буквой без точки, и смысл — брызнула и полилась. Конец цитаты (3).
(2) См.: «Такмилят Фатх аль-мульхим», 2/452.
(3) «Шарх ан-Навави», 11/203.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слово «фатанадаха ад-дам» означает — разлетелась во все стороны, и это с буквой «ха» с точкой, а «источник источающий» (аль-‘айн ан-надахату) — это источник, обильно бьющий водой, которая течёт и разбрызгивается; передаётся также с буквой «ха» без точки, что означает лёгкое разбрызгивание, более слабое, чем «надх» с буквой «ха» с точкой. Конец цитаты (1).
Его слово (مهلا — «полегче!») — это отглагольное дополнение (масдар) для опущенного действующего глагола, то есть «умерься», то есть перестань поносить её. В этом содержится указание на то, что человек, к которому применяется установленная мера наказания, не подвергается поношению и не оскорбляется дурными словами.
Его слово (لو تابها صاحب مكس — «если бы так покаялся сборщик незаконных пошлин») — слово «мекс» (بفتح الميم وسكون الكاف — с фатхой на «мим» и сукуном на «каф») в своей основе — это масдар от «макаса». Аль-Файйуми (да помилует его Аллах) сказал: «макаса фи-ль-бай‘и мекан» (из образца «дараба») означает уменьшил цену; «макаса мумакасатан» и «микасан» — то же самое; а «аль-мекс» — это сбор пошлин, и это тоже масдар из образца «дараба», а действующее лицо — «маккас» (сборщик пошлин). Затем взимаемое стало называться «мекс» по имени масдара, а множественное число — «мукус», подобно «фалс» и «фулус». Употребление слова «мекс» преимущественно закрепилось за тем, что берут помощники правителя несправедливо при купле и продаже. Поэт сказал (размер «тавиль»):
«И на всех рынках Ирака — подать,
И с всего, что продаёт человек, — пошлина в дирхем».
Конец цитаты (2).
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: сборщик незаконных пошлин — это тот, кто берёт с людей силой и принуждением то, что им не полагается по шариату из денежных обязанностей. Нет сомнения, что это один из величайших, крупнейших и наиболее отвратительных грехов, ибо это — грабёж, несправедливость и гнёт по отношению к людям, распространение зла, его совершение и постоянство в нём. Однако при всём этом, если он покается в этом и вернёт неправедно взятое его владельцам, его покаяние действительно и принимается, но это трудно осуществимо ввиду множества и распространённости прав, а также из-за невозможности точно определить всех обиженных. Это подобно обязательствам, гарантия по которым изначально недопустима, — таким, как закят, наследство, развлекательные сборы, дорожные подати и тому подобное, что широко распространилось в реальности и практикуется во всех странах. Конец цитаты (3).
(2) «Аль-Мисбах аль-мунир», 2/577.
(3) «Аль-Муфхим», 5/99–100.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: в этом хадисе содержится указание на то, что сбор незаконных пошлин — один из самых отвратительных грехов и погубляющих прегрешений, и это по причине множества претензий людей к нему и обид на него, повторяемости этого с его стороны, попрания прав людей, взятия их имущества без законного права и растраты его не по назначению. В нём также содержится указание на то, что покаяние прелюбодея не отменяет для него установленную меру наказания за прелюбодеяние, и таково же правило относительно наказания за кражу и за питьё вина. Это наиболее достоверное из двух мнений в нашем мазхабе и мазхаб Малика, а второе мнение — что покаяние отменяет это наказание. Что же касается покаяния разбойника до того, как его схватят, то оно отменяет наказание за разбой без разногласий среди нас, а по мнению Ибн Аббаса и других — не отменяет. Конец цитаты (1).
Его слово (ثم أمر بها فصلى عليها ودفنت — «затем он повелел о ней, и совершил над ней молитву, и она была похоронена»), а во втором риваяте: «затем он повелел о ней, и её забросали камнями, затем он совершил над ней молитву, и Умар сказал ему: ты молишься над ней, о пророк Аллаха, тогда как она совершила прелюбодеяние?»
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: что касается второго риваята, то он ясно указывает на то, что Пророк ﷺ совершил над ней молитву. Что же касается первого риваята, то кади Ийяд сказал: он передаётся с фатхой на «сад» и «лям» у большинства передатчиков «Сахих» Муслима, а у ат-Табари — с даммой на «сад»; так же приводится в риваяте Ибн Абу Шейбы и Абу Дауда. У Абу Дауда есть также риваят: «затем он повелел им совершить над ней молитву». Кади сказал: Муслим не упомянул о том, что он ﷺ совершил молитву над Ма‘изом, но аль-Бухари упомянул об этом. Учёные разошлись во мнении о совершении молитвы над забросанным камнями: Малик и Ахмад считали это нежелательным для имама и людей достоинства, но не для остальных людей, — то есть молитву над ним совершает не имам и не человек достоинства, а прочие. Аш-Шафии и другие сказали: над ним молится имам, люди достоинства и остальные. Разногласие между аш-Шафии и Маликом касается именно имама и людей достоинства, что же до прочих, то они согласны, что над ним молятся, и это мнение большинства учёных, которые сказали: молитва совершается над грешниками, убитыми при исполнении установленных мер наказания, при разбое и прочими. Аз-Зухри сказал: никто не молится над забросанным камнями и над самоубийцей. Катада сказал: не молятся над ребёнком, рождённым от прелюбодеяния. Большинство учёных опирается на этот хадис, и в нём содержится довод в пользу мнения аш-Шафии о том, что имам и люди достоинства молятся над забросанным камнями, как молятся над ним и остальные. Сторонники Малика ответили на это двумя ответами: первый — что они посчитали слабым риваят о совершении молитвы, поскольку большинство передатчиков не упомянули об этом,