Хадис № 2927

Нам передал Мухаммад ибн аль-Мусанна. Нам передал Салим ибн Нух. Мне сообщил аль-Джурайри от Абу Надры, от Абу Са‘ида аль-Худри, который сказал: Мы вышли в хадж или в умру, и с нами был Ибн Саид. Мы остановились на одном привале, и люди разошлись, а я остался наедине с ним. Я почувствовал сильную тревогу от него из-за того, что о нём говорили. Он принёс свои вещи и положил их рядом с моими. Я сказал: «Жара сильная, лучше положи их под то дерево». Он так и сделал. Затем нам пригнали овец, и он пошёл и принёс большую чашу и сказал: «Пей, Абу Са‘ид!» Я сказал: «Жара сильная, и молоко горячее» — а на самом деле мне просто не хотелось пить из его руки — или он сказал: «брать из его руки». Тогда он сказал: «О Абу Са‘ид! Я готов был взять веревку, привязать её к дереву и удавиться из-за того, что говорят обо мне люди. О Абу Са‘ид! Скрыто от вас то, что не скрыто от меня, о хадисе Посланника Аллаха ﷺ, — о собрание ансаров! Разве я не из тех, кто лучше всех знает хадисы Посланника Аллаха ﷺ? Разве Посланник Аллаха ﷺ не сказал: «Он неверующий», а я — мусульманин? Разве Посланник Аллаха ﷺ не сказал: «Он бесплоден, у него не будет детей», а я оставил своих детей в Медине? Разве Посланник Аллаха ﷺ не сказал: «Он не войдёт ни в Медину, ни в Мекку», а я вышел из Медины и направляюсь в Мекку?» Абу Са‘ид аль-Худри сказал: я был готов почти простить его. Затем сказал: «Однако, клянусь Аллахом, я действительно знаю его, знаю его рождение и где он сейчас». Он сказал: я сказал ему: «Будь ты проклят на весь оставшийся день!»