[195] Его слово («поила его») — то есть Абу Суфьяна («ковшом», بِفَتْحَتَيْنِ — «кадах» с двумя фатхами) — это сосуд, вмещающий столько, что хватает напоить двух или трёх человек. Его слово («о сын моей сестры, не совершишь ли ты омовение?») — то есть «не совершишь ли омовения».
В риваяте ат-Тахави она сказала: «О сын моего брата, соверши омовение!» Он ответил: «Я не совершал ничего, что нарушает омовение». Его слово («или сказал») — Пророк ﷺ, и сомнение исходит от передатчика.
Учёные разошлись во мнениях по этому вопросу. Большинство имамов из числа саляфов (предшественников) и халяфов (последующих поколений) склонились к тому, что омовение не нарушается от еды того, что коснулся огонь. А некая группа склонилась к обязательности шариатского омовения от еды того, что коснулся огонь, опираясь на хадисы данной главы.
Большинство ответило на хадисы об омовении от того, что коснулось огня, несколькими способами. Первый — что это отменено хадисом Джабира (да будет доволен им Аллах): «Последним из двух положений от Посланника Аллаха ﷺ было оставление омовения от того, что коснулось огня». Но тебе известно, что слова хадиса Джабира «было последним из двух положений» не принадлежат самому Джабиру, а являются сокращением, сделанным Шуайбом ибн Абу Хамзой, одним из передатчиков этого хадиса, как ты уже знаешь.
Второй способ — что хадисы, содержащие повеление, следует понимать как желательность, а не как обязательность. Таков выбор аль-Хаттаби и Ибн Таймии, автора «аль-Мунтака».
Третий — что под омовением здесь подразумевается омовение рта и ладоней. Этот ответ очень слабый, поскольку шариатские реальные значения предпочтительнее прочих, а шариатская реальность омовения — это омывание всех частей тела, которые омываются при омовении. Не отступают от этой реальности без доказательства.
То, чему успокаиваются сердца, — это то, что передал аль-Байхаки от Усмана ад-Дарими: он сказал, что, когда хадисы данной главы разошлись и не стало ясно, какой из них предпочтительнее, мы посмотрели на то, чем руководствовались праведные халифы после Пророка ﷺ, и на основании этого отдали предпочтение одной из двух сторон. С этим согласился ан-Навави в комментарии к «аль-Мухаззаб».
Ат-Табарани передал в «Муснад аш-шамийин» через путь Сулайма ибн Амира, который сказал: «Я видел, как Абу Бакр, Умар и Усман ели то, что коснулся огонь, и не совершали омовения».
Хафиз Ибн Хаджар сказал: иснад его хороший.
Ахмад привёл в своём «Муснаде» от Джабира, который сказал: «Я ел с Пророком ﷺ, а также с Абу Бакром и Умаром хлеб и мясо, и они молились, не совершая омовения».
Об оставлении омовения от того, что коснулось огня, есть и другие сообщения, переданные от праведных халифов и других сподвижников (да будет доволен ими всеми Аллах).
77 — Глава об омовении от молока
[196] То есть о полоскании рта и его омывании после питья молока.
(«От Укайля» — с даммой на «айн») («от аз-Зухри») — это имам Мухаммад ибн Муслим. («Поистине, в нём есть жир» — دَسَمًا с двумя фатхами, в форме винительного падежа, являющегося именем «инна») — это объяснение причины полоскания рта после молока.
«Дасам» — это то, что выступает на молоке в виде жира, и по аналогии с этим желательность полоскания рта распространяется на всё, что содержит жир. Ан-Навави сказал: в этом хадисе содержится указание на желательность полоскания рта после питья молока.
Учёные сказали: то же самое касается прочих напитков и еды — желательно полоскать рот, чтобы не оставалось их остатков, которые можно было бы проглотить во время молитвы, чтобы прервать их вязкость и жирность и чтобы очистить рот.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа.
[197] 78 — Глава о послаблении в этом, то есть в омовении от молока.
Его слово («и не стал полоскать рот, и не совершил омовения, и совершил молитву») — в этом содержится доказательство того, что полоскание рта после молока и прочего, что содержит жир, не является обязательным требованием, а совершается по желанию.
Хафиз сказал: и странным образом Ибн Шахин сделал хадис Анаса отменяющим хадис Ибн Аббаса, не упомянув, кто говорил об обязательности этого, чтобы возникла нужда в утверждении об отмене. Конец цитаты.
Его слово («сказал Зайд» — ибн аль-Хубаб, передатчик от Мути) («указал мне Шуба» — ибн Хаджжадж, один из критиков людей [хадиса]). «Далиль» (указание) — это то, чем пользуются как доказательством, а «делающий указание» — тот, кто указывает; говорится: «указал ему на дорогу, указывает, указание». Его слово («на этого шейха») — то есть на Мути ибн Рашида. Указание Шубы для Зайда на Мути ибн Рашида для взятия у него хадиса указывает на то, что Шуба имел хорошее мнение о Мути ибн Рашиде, ибо иначе Шуба не указал бы на того, кто в его глазах был неизвестного положения или слабым.
Ас-Суюти сказал: шейх Вали ад-Дин сказал, что Мути — басриец.
Аз-Захаби сказал, что он неизвестен, но Зайд ибн аль-Хубаб сказал, что Шуба указал ему на него, а Шуба передаёт только от надёжного, так что его указание указывает только на надёжного. И это то, что побудило Абу Дауда промолчать о нём. Конец цитаты.
Я говорю: также промолчал о нём аль-Мунзири.
А хафиз сказал в «аль-Фатх»: иснад его хороший. И Аллах знает лучше.