Не передаётся от Пророка ﷺ, что жертвенное животное, которым Посланник Аллаха ﷺ приносил жертву от себя, своей семьи и от своей общины — живых и умерших, — раздавалось целиком в качестве садаки, или что определённая часть его раздавалась соразмерно доле умерших. Более того, Абу Рафи‘ сказал: «Посланник Аллаха ﷺ, когда приносил жертву, покупал двух упитанных, рогатых, чёрно-белых баранов. Совершив молитву и произнеся проповедь перед людьми, он, стоя на своём месте молитвы, приводил одного из них и резал его собственноручно ножом, говоря: «О Аллах, это от всей моей общины — от тех, кто засвидетельствовал Тебе единобожие и засвидетельствовал мне доведение [послания]». Затем приводили второго, и он резал его собственноручно, говоря: «Это от Мухаммада и семьи Мухаммада». Обоих он раздавал в пищу беднякам, а сам с семьёй ел из них. Так мы пребывали годы, и ни один человек из бану Хашим не приносил свою жертву, поскольку Аллах избавил его от этой заботы через Посланника Аллаха ﷺ и от бремени [расходов]». Передал Ахмад.
Обычаем Пророка ﷺ было постоянно есть самому и кормить свою семью мясом жертвенного животного, а также раздавать его в качестве садаки беднякам, и он повелел своей общине поступать так же, и не сохранилось от него ничего противоречащего этому.
Аль-Бухари и Муслим привели от Аиши, и в этом [хадисе] говорится: они сказали: «Ты запретил есть мясо жертвенных животных после трёх [дней]». Он ответил: «Я запретил вам это только из-за прибывших [бедуинов]. Ешьте же, запасайте и раздавайте в качестве садаки». Муслим передал от Бурайды, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Ешьте, что вам угодно, кормите и запасайте». Итак, как поступал Посланник Аллаха ﷺ, так поступаю и я, без разницы, пока не появится довод об особом [для Пророка] характере этого предписания.
Если я приношу в жертву барана, или двух баранов, или, к примеру, трёх баранов от себя, своей семьи и от умерших, то этого непременно достаточно за каждого из них, и награда за это доходит до каждого без всякого сомнения. А то, что мне угодно, я ем из его мяса, кормлю других и раздаю из него в качестве садаки, ибо у меня есть выбор, [предоставленный] Законодателем.
Да, если жертвенное животное предназначается исключительно для умерших, без участия в нём живых, то оно является правом бедняков и странников, как сказал Абдуллах ибн аль-Мубарак (да смилуется над ним Аллах Всевышний). И Аллах знает лучше. На этом заканчиваются его слова.
Аль-Мунзири сказал: Ханаш — это Абу аль-Мутамир аль-Кинани ас-Сан‘ани. Этот хадис привёл ат-Тирмизи и сказал: «Гариб (редкий), мы знаем его только через хадис Шарика». На этом заканчиваются его слова.
О Ханаше отзывались критически несколько [учёных]. Ибн Хиббан аль-Бусти сказал: «Он часто ошибался в передачах, передавал в одиночку от Али вещи, не похожие на хадисы надёжных передатчиков, так что стал одним из тех, на кого нельзя опираться как на довод».
А Шарик — это Ибн Абдуллах аль-Кади, о нём есть сритические замечания, и Муслим приводил от него в разделе сопутствующих (мутаба‘ат) риваятов.
66 — Глава: «Человек берёт [нечто] из своих волос в десять [дней]»
[2791] и т. д., то есть в начале десяти дней зуль-хиджжа.
(«зибх» — с кясрой на «заль») — имя того, что режется из скота. («Когда появится новолуние зуль-хиджжа») то есть покажется.
В «аль-Камус» [сказано]: «халля-ль-хиляль» — новолуние показалось, [так же говорится] «ахалля» и «ахалля» и «истахалля» с даммой на обеих [формах].
(«Пусть же не берёт» и т. д.) — этим доказывается узаконенность оставления взятия волос и ногтей после наступления десяти дней зуль-хиджжа для того, кто намеревается принести жертву.
Ан-Навави сказал: учёные разошлись в этом вопросе. Са‘ид ибн аль-Мусайиб, Раби‘а, Ахмад, Исхак, Дауд и некоторые сторонники аш-Шафи‘и сказали, что ему запрещено брать что-либо из своих волос и ногтей, пока он не совершит жертвоприношение во время [дозволенное для] жертвы.
Аш-Шафи‘и и его сторонники сказали: это порицаемо порицанием, [указывающим на] нежелательность, но не является запретным.
Абу Ханифа сказал: это не порицаемо. Малик в одном риваяте сказал: не порицаемо, в другом риваяте — порицаемо, а в третьем риваяте — запретно в добровольном [жертвоприношении], но не в обязательном. На этом заканчивается.
— [Примечание Ибн аль-Кайима, «Тахзиб ас-сунан»] —
Хафиз Шамс ад-Дин Ибн аль-Кайим (да помилует его Аллах) сказал: люди разошлись во мнениях относительно этого хадиса и его правового статуса.
Одна группа сказала: его возведение [к Пророку] недостоверно, и он является лишь остановленным (мавкуф) [на уровне сподвижника].
Ад-Даракутни сказал в книге «аль-Илаль»: его остановили [на уровне сподвижника] Абдуллах ибн Амир аль-Аслями, Яхья аль-Каттан и Абу Дамра — от Абд ар-Рахмана ибн Хумайда от Са‘ида. Укайль остановил его на словах самого Са‘ида. Язид ибн Абдуллах ибн Кусайт остановил его от Са‘ида от Умм Салямы на её словах. Ибн Аби Зиб остановил его от аль-Хариса ибн Абд ар-Рахмана от Абу Салямы от Умм Салямы на её словах. Абд ар-Рахман ибн Хармаля, Катада и Салих ибн Хассан остановили его от Са‘ида на его словах.
Известный [риваят] от Малика — остановленный (мавкуф).
Ад-Даракутни сказал: правильным, на мой взгляд, является мнение тех, кто остановил его [на уровне сподвижника]. Но другие оспорили его в этом и признали достоверным возведение [к Пророку].
Среди них — Муслим ибн аль-Хаджжадж, который передал его в своём «Сахихе» как возведённый (марфу‘).
Среди них — Абу Иса ат-Тирмизи, сказавший: «Этот хадис хасан сахих».
Среди них — Ибн Хиббан, который включил его в свой «Сахих».
Среди них — Абу Бакр аль-Байхаки, сказавший: «Этот хадис достоверно установлен как возведённый через [несколько] путей, подобные которым не могут быть ошибкой», и его поместил Муслим в своей книге.
Его признали достоверным и другие, помимо этих. Его возвёл [к Пророку] Суфьян ибн Уяйна от Абд ар-Рахмана ибн Хумайда от Са‘ида от Умм Салямы от Пророка ﷺ. Его возвёл также Шу‘ба от Малика от Амра ибн Муслима от Са‘ида от Умм Салямы от Пророка ﷺ.
Шу‘ба и Суфьян не уступают тем, кто остановил его [на уровне сподвижника], и подобная формулировка не свойственна словам сподвижников, а является обычной для обращения Пророка ﷺ, как в его словах: «Не уверует никто из вас...», «Разве бессилен кто-либо из вас...», «Разве любит кто-либо из вас...», «Когда кто-либо из вас пойдёт до нужды...», «Когда придёт к кому-либо из вас его слуга с его едой...» и тому подобное.
Что же касается их разногласия относительно матна [хадиса], то к этому [мнению] склонилась группа из числа табиинов и тех, кто был после них.
К этому склонился Са‘ид ибн...
Аль-Хаттаби сказал: учёные разошлись во мнениях относительно следования буквальному смыслу этого хадиса. Са‘ид ибн аль-Мусайиб придерживался этого и запрещал приносящему жертву брать свои ногти и волосы в дни десяти дней зуль-хиджжа. Так же сказал Раби‘а ибн Аби Абд ар-Рахман, и к этому склонились Ахмад и Исхак ибн Рахавайх. Малик и аш-Шафи‘и же считали это рекомендательным (мандуб) и желательным (истихбаб), а Абу Ханифа и его сторонники дали в этом послабление.
Аль-Хаттаби сказал...
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
...Ибн аль-Мусаййиб, Раби‘а ибн Абу Абд ар-Рахман, Исхак ибн Рахавайх, имам Ахмад и другие.
Другие же считали, что это нежелательно, но не запрещено, и толковали хадис как указывающий на нежелательность (карахат). Из их числа — Малик и группа сторонников Ахмада, среди них Абу Йа‘ля и другие.
Ещё одна группа считала это дозволенным и вовсе не нежелательным — таково мнение Абу Ханифы и его сторонников.
Те, кто не придерживался этого мнения, разделились: одни из них признали хадис ущербным по причине «остановки» (вакф) на передатчике — а слабость этого обоснования уже было показано ранее; другие сказали, что это противоречит достоверному, единогласно признанному хадису от Аиши о том, что Посланник Аллаха ﷺ отправлял свою жертвенную скотину (хады), но сам оставался в дозволенном состоянии, и ничто не было ему запрещено.
Аш-Шафии сказал: если кто-то скажет — что указывает на то, что это желательно, а не обязательно? — ему отвечают: Малик передал от Абдуллаха ибн Абу Бакра, от Амры, от Аиши, которая сказала: «Я сама сплела верёвки для ожерелий жертвенной скотины Пророка ﷺ своими руками, затем он надел на неё ожерелья, затем отправил её с Абу Бакром, и ничто из того, что Аллах дозволил Пророку ﷺ, не стало ему запрещено, пока жертвенное животное не было зарезано».
Аш-Шафии сказал: в этом — указание на то, что я описал, и на то, что человек не входит в состояние ихрама лишь оттого, что отправил свою жертвенную скотину. Он говорит: отправление жертвенной скотины — дело более широкое, чем намерение принести жертву (удхию).
Некоторые же отвергли этот хадис как противоречащий аналогии (кияс), поскольку [в период удержания от стрижки] не запрещаются ни близость с женой, ни ношение одежды, ни благовония, значит, не должны запрещаться ни бритьё волос, ни подстригание ногтей.
Но наиболее близкими к истине в отношении этого хадиса являются те, кто следовал его явному смыслу, ввиду его достоверности и отсутствия противоречащего ему довода.
Что касается хадиса Аиши, то он указывает лишь на то, что тот, кто отправил свою жертвенную скотину, а сам остался при своей семье, — остаётся в дозволенном состоянии и не становится находящимся в ихраме от одного лишь отправления жертвенного животного, — это ответ тем из ранних учёных, кто говорил, что таковой становится находящимся в ихраме. Именно поэтому Аиша передала это, когда ей рассказали данный хадис.
А хадис Умм Салямы указывает на то, что тот, кто желает принести жертву, должен в течение [первых] десяти дней воздержаться от стрижки волос и ногтей.
В хадисе Аиши (да будет доволен ею Аллах) есть указание на то, что это [воздержание] носит характер желательности, а не обязательности. Её слова: «Я сама сплела верёвки для ожерелий жертвенной скотины Пророка ﷺ своими руками, затем он надел на неё ожерелья, затем отправил её, и ничто из того, что Аллах дозволил ему, не стало ему запрещено, пока жертвенное животное не было зарезано» — [указывают на это]. И учёные согласны в том, что ему не запрещались ни одежда, ни благовония, как это запрещено находящемуся в ихраме, — а это указывает на то, что упомянутое [воздержание от стрижки] носит характер желательности и предпочтительности, а не обязательности и предписанности. Конец [слов аш-Шафии].
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели также Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа с тем же смыслом.
—
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
...относится к особому случаю. Так какое же между ними противоречие? Именно поэтому Ахмад и другие руководствовались обоими хадисами: этим — в своём месте, и тем — в своём.
Имам Ахмад или кто-то другой спросил Абд ар-Рахмана ибн Махди об этих двух хадисах, и он ответил: «У этого есть своё основание, и у того есть своё основание».
Если бы, предположительно, между ними имелось противоречие, то хадис Умм Салямы был бы частным (хасс), а хадис Аиши — общим (амм). А общее необходимо толковать применительно ко всему, кроме того, на что указывает частное, — ради согласования доводов.
Следует толковать хадис Аиши как относящийся ко всему, кроме того, на что указывает хадис Умм Салямы, ибо Пророк ﷺ не стал бы делать то, что запретил, даже если это было бы лишь нежелательным.
Кроме того, Аиша знала лишь то явное, что касалось непосредственно её самой, или то, что он делал открыто, — как, например, ношение одежды и использование благовоний. А то, что он делал редко, — как подстригание волос и ногтей, что не делается многократно в течение многих дней, а лишь один раз, — о совершении этого им ﷺ в течение первых десяти дней месяца зу-ль-хиджа она не сообщала. Она лишь сказала: «Ничто не было ему запрещено».
Это в лучшем случае свидетельство об отрицании [чего-то], и оно не противоречит хадису Умм Салямы. По всей видимости, она не имела в виду именно это своим сообщением. А там, где дело обстоит так, вероятность частного исключения [из общего смысла] весома, и для этого достаточно малейшего довода.
А сообщение Умм Салямы прямо указывает на запрет, поэтому его также нельзя оставлять без действия.
Умм Саляма сообщает о его слове и о том, что он установил в качестве шариатского предписания для своей общины, — и это следует исполнять. А Аиша сообщает об отрицании, основанном на её собственном наблюдении, и она видела лишь то, что он этим не входит в состояние ихрама, при котором ему запрещалось бы то, что запрещено находящемуся в ихраме. Она не передавала его слов о том, что «никому из вас этим ничего не запрещается». А это не противоречит прямому смыслу его слов [в хадисе Умм Салямы].
Что же касается отвержения хадиса через аналогию, то даже если бы в этом не было ничего, кроме того, что это — порочная аналогия, противоречащая прямому тексту, этого было бы достаточно для отвержения самой аналогии. Известно, что отвержение аналогии прямым текстом сунны предпочтительнее отвержения сунны аналогией. И у Аллаха — помощь в достижении верного пути.
Как же может быть иначе, если запрет на близость с жёнами, благовония и одежду — дело, относящееся именно к состоянию ихрама, и не связано с жертвоприношением, тогда как подстригание ногтей и стрижка волос относятся к полноте акта служения через жертвоприношение? Об этом уже говорилось в хадисе Абдуллаха ибн Амра в начале главы.
А в версии, переданной Муслимом, сказано: «...то пусть не касается ничего из своих волос и кожи».