...слабый [хадис], а достоверным передаётся от Аиши как её собственное действие; так же передал это Муслим и другие. Ибн Хазм сказал: это достоверно передано от Али. Так изложено в «ат-Тальхисе».
(«Считали, что уединяющемуся [в мечети для итикафа], если он находится в городе, где совершается пятничная молитва, следует уединяться только в соборной мечети» и т. д.) — это то, что я предпочитаю, а Аллах Всевышний знает лучше.
1 — Глава о том, что сообщается о ночной молитве в месяце рамадан
[806] Его слово («мы постились с Посланником Аллаха») — то есть в рамадане. («И он не совершал с нами молитвы») — то есть не совершал с нами ничего кроме обязательной молитвы в ночи рамадана, и когда он совершал обязательную молитву, входил в свою комнату. («До тех пор, пока не осталось семь [ночей] от месяца») — то есть прошло двадцать два.
Ат-Тыби сказал: то есть семь ночей, исходя из достоверно известного, а именно того, что месяц состоит из двадцати девяти [дней], так что стояние [в молитве], о котором говорится в его словах («и он совершил с нами молитву») — то есть в ночь двадцать третью. Под «стоянием» подразумевается ночная молитва. («До тех пор, пока не прошла треть ночи») — то есть он совершил с нами ночную молитву коллективно до трети ночи. В этом — доказательство совершения таравих коллективно в мечети ночью. («Затем он не совершал с нами молитвы в шестую [ночь]») — то есть из оставшихся, а это двадцать четвёртая ночь. («И он совершил с нами молитву в пятую [ночь]») — а это двадцать пятая ночь. («До тех пор, пока не прошла половина ночи») — то есть её половина. («Если бы ты добавил нам») от «добавления» («остаток этой нашей ночи») — то есть если бы ты сделал остаток ночи дополнением для нас сверх стояния на половину.
В «ан-Нихайе»: «если бы ты добавил нам из дополнительной молитвы» — дополнительные молитвы названы так потому, что они являются дополнением сверх обязательных.
Аль-Музхир сказал: смысл таков — если бы ты добавил ночное стояние сверх его половины, это было бы лучше для нас, даже если это выражение желания. («Поистине он») — местоимение обстоятельства («кто стоял [в молитве] с имамом») — то есть кто совершил обязательную молитву с ним («до тех пор, пока он не завершит») — то есть имам, — «тому записывается стояние [в молитве] целой ночи», то есть ему достигается стояние целой полной ночи, то есть награда достигается обязательной молитвой, а прибавление дополнительных [молитв] строится по мере усердия, ибо Аллах Всевышний не устаёт, пока не устанете вы. Очевидно, что под обязательной молитвой подразумеваются вечерняя и утренняя молитвы согласно хадису, пришедшему об этом.
(«До тех пор, пока не осталось три [ночи] от месяца») — то есть двадцать седьмая, двадцать восьмая и двадцать девятая ночи. («И он совершил с нами молитву в третью [из оставшихся]») — а это двадцать седьмая ночь. («И призвал свою семью и своих жён») — а в риваяте Абу Дауда: «собрал свою семью, своих жён и людей». («Я сказал») — говорящий это Джубайр ибн Нуфайр («ему») — то есть Абу Зарру («что такое фалях? Он сказал: сухур») — с даммой и с фатхой. Сказано в «ан-Нихайе»: «сахур» с фатхой — название той пищи и питья, которыми питаются на рассвете, а с даммой — это масдар и само действие. Чаще всего передаётся с фатхой, но говорят, что правильнее с даммой, ибо с фатхой обозначается пища, а благословение, награда и вознаграждение относятся к действию, а не к пище. Конец цитаты.
Аль-Кади сказал: «фалях» — это достижение желаемого; сухур назван так потому, что он помогает завершить пост, а это и есть достижение того, что человек приобрёл и вознамерился, и то, что обязывает к успеху в будущей жизни. Аль-Хаттаби сказал: изначальный смысл «фалях» — пребывание [в благе]; сухур назван «фалях», потому что он является причиной сохранения поста и помощником в нём. Конец цитаты.
Предупреждение: знай, что в этом хадисе Абу Зарра не указано число ракаатов, которые совершал Посланник Аллаха ﷺ в те ночи, однако это указано в хадисе Джабира (да будет доволен им Аллах), а именно что он совершал в те ночи восемь ракаатов, затем совершал витр, как ты убедишься далее.
Его слово («это хадис хороший, достоверный») — и его передали также Абу Дауд, ан-Насаи и Ибн Маджа, а Абу Дауд промолчал о нём. Аль-Мунзири передал признание ат-Тирмизи его достоверным и утвердил это. Ибн Хаджар аль-Макки сказал: этот хадис признали достоверным ат-Тирмизи и аль-Хаким. Конец цитаты.
Его слово («и учёные разошлись во мнениях относительно ночной молитвы рамадана») — то есть относительно числа ракаатов таравих («некоторые из них считали, что следует совершать сорок один ракаат вместе с витром») — это мнение жителей Медины, и я не видел по этому поводу ни достоверного, ни слабого возведённого хадиса, но переданы сообщения [от сподвижников и последователей]. Мухаммад ибн Наср в «Кыям аль-лейль» передал от Мухаммада ибн Сирина, что Муаз Абу Халима аль-Кари совершал молитву с людьми в рамадане в сорок один ракаат. И от Ибн Абу Зиба, от Салиха, вольноотпущенника ат-Тав'ама, который сказал: «Я застал людей до [события] аль-Харра совершающими стояние в сорок один [ракаат], из них совершая витр пятью». Конец цитаты.
Аль-Айни сказал: наш шейх, то есть хафиз аль-Ираки, сказал: это наибольшее из того, что было сказано по этому поводу.
Аль-Айни [далее] сказал: и упомянул Ибн Абд аль-Барр в «аль-Истизкар» от аль-Асвада ибн Язида, что он совершал сорок ракаатов и делал витр семью. Так он это упомянул и не сказал, что витр входит в число сорока.
(«И на этом основано действие у них в Медине») — слово ат-Тирмизи; это противоречит тому, что передал Мухаммад ибн Наср от Ибн Аймана, [который передал, что] Малик сказал: «Желательно, чтобы люди совершали в рамадане стояние в тридцать восемь ракаатов, затем имам и люди произносят таслим, затем совершают с ними витр одним [ракаатом], и это действие [существует] в Медине до [события] аль-Харра, [начиная] со ста с небольшим лет [назад] до сего дня». Конец цитаты.
Аль-Айни сказал после упоминания этого риваята: так передал Ибн Айман от Малика, и как будто он объединил два ракаата витра со стоянием рамадана, иначе известное от Малика — это тридцать шесть, а витр тремя, и число [в итоге] одно и то же. Конец слов аль-Айни.
Я говорю: толкование аль-Айни риваята Ибн Аймана его словами «как будто он объединил» и т. д. отвергается самим текстом риваята Ибн Аймана, так что подумай над этим.
Знай, что ат-Тирмизи (да помилует его Аллах) упомянул относительно ночной молитвы рамадана два мнения: первое — сорок один ракаат вместе с витром, второе — двадцать ракаатов, и по этому поводу есть много других мнений, которые ат-Тирмизи не упомянул, и мы не намерены их упоминать.
Сказал аль-Айни в «Умдат аль-кари», приведя первое мнение и упомянутый риваят Ибн Аймана от Малика, следующее: «И сказано: тридцать шесть, и на этом основывается практика жителей Медины. И передал Ибн Вахб, сказавший: я слышал, как Абдуллах ибн Умар передавал от Нафи‘а, который сказал: я не застал людей иначе, кроме как они молились тридцать девять ракатов, из которых три составляли витр.
И сказано: тридцать четыре — согласно тому, что передано от Зурары ибн Авфы, что он именно так молился с ними в последние десять ночей.
И сказано: двадцать восемь — это передано от Зурары ибн Авфы относительно первых двадцати ночей месяца, а Са‘ид ибн Джубайр делал это в последние десять ночей.
И сказано: двадцать четыре — это передано от Са‘ида ибн Джубайра.
И сказано: двадцать — и это передал ат-Тирмизи от большинства учёных, ибо это передано от Умара, Али и других сподвижников, и это мнение наших товарищей-ханафитов.
И сказано: одиннадцать ракатов — это то, что выбрал для себя сам Малик, и это же выбрал Абу Бакр ибн аль-Араби». Конец слов аль-Айни.
Сказал хафиз Джалал ад-Дин ас-Суюти в своём послании «Аль-Масабих фи салят ат-таравих»: сказал аль-Джаузи от наших товарищей, от Малика, что он сказал: «То, на чём объединил людей Умар ибн аль-Хаттаб, мне милее, и это одиннадцать ракатов, и это молитва посланника Аллаха ﷺ». Ему было сказано: «Одиннадцать ракатов вместе с витром?» Он ответил: «Да, а тринадцать — это близко». Он сказал: «И я не знаю, откуда возникло это многочисленное количество поклонов». Конец.
Я говорю: наиболее предпочтительное, избранное и наиболее сильное с точки зрения довода мнение — это последнее мнение, которое выбрал для себя сам Малик, то есть одиннадцать ракатов, и это то, что достоверно установлено от посланника Аллаха ﷺ достоверным иснадом, и именно это велел Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах). А что касается остальных мнений, то ни одно из них не установлено от посланника Аллаха ﷺ достоверным иснадом, и не установлено достоверным иснадом, свободным от разногласий, чтобы кто-то из праведных халифов повелевал этим.
Что же касается того, что мы сказали — что одиннадцать ракатов есть то, что достоверно установлено от посланника Аллаха ﷺ — то это на основании того, что передали аль-Бухари, Муслим и другие из хадиса Абу Салямы ибн Абд ар-Рахмана, что он спросил Аишу: «Какой была молитва посланника Аллаха ﷺ в рамадан?» Она ответила: «Он не увеличивал ни в рамадан, ни в другое время сверх одиннадцати ракатов: он молился четыре — и не спрашивай об их красоте и продолжительности, затем молился четыре — и не спрашивай об их красоте и продолжительности, затем молился три» — далее хадис.
Этот достоверный хадис является явным текстом, ясно указывающим на то, что посланник Аллаха ﷺ не увеличивал ни в рамадан, ни в другое время сверх одиннадцати ракатов.
Замечание. Аль-Айни (да помилует его Аллах) в «Умдат аль-кари» под этим хадисом привёл вопросы вместе с ответами на них, и они полезны, поэтому нам следует их упомянуть. Он сказал: вопросы и ответы на них. Среди них — то, что достоверно установлено в «Сахихе» из хадиса Аишы, что он ﷺ, когда наступали первые десять дней (зу-ль-хиджжа), прилагал усилия, каких не прилагал в другое время, и также достоверно установлено в «Сахихе» из её хадиса: когда наступали последние десять дней (рамадана), он оживлял ночь, будил свою семью, проявлял усердие и подтягивал изар. Это указывает на то, что он увеличивал в последние десять дней сверх своего обычая. Как же тогда согласовать это с хадисом главы?
Ответ таков: увеличение в последние десять дней относится к удлинению, а не к увеличению количества.
Среди них также то, что риваяты от Аишы (да будет доволен ею Аллах) разошлись относительно числа ракатов ночной молитвы Пророка ﷺ: в хадисе главы — одиннадцать ракатов, а в риваяте Хишама ибн Урвы от его отца — «он молился ночью тринадцать ракатов», а в риваяте Масрука — что он спросил её о молитве посланника Аллаха ﷺ, и она сказала: «Семь, и девять, и одиннадцать — помимо двух ракатов фаджра», а в риваяте Ибрахима от аль-Асвада от Аишы — что он молился ночью девять ракатов, передали это аль-Бухари, ан-Насаи и Ибн Маджа.
Ответ: тот, кто посчитал тринадцать, имел в виду включение двух ракатов фаджра, и это ясно выражено в риваяте аль-Касима от Аишы (да будет доволен ею Аллах): «Его ночная молитва составляла десять ракатов, он завершал витром с одним земным поклоном и совершал два раката фаджра, и это составляло тринадцать ракатов». А что касается риваята о семи и девяти, то это относится к периоду его старости, как будет разъяснено далее, если пожелает Всевышний Аллах». Конец слов аль-Айни.
Я говорю: дело так, как сказал аль-Айни (да помилует его Аллах) в ответе на второй вопрос.
А что касается ответа на первый вопрос, то в нём то, что достоверно установлено, что посланник Аллаха ﷺ иногда молился тринадцать ракатов помимо фаджра. Так, передал Муслим в своём «Сахихе» из хадиса Зайда ибн Халида аль-Джухани, что он сказал: «Я непременно понаблюдаю за молитвой посланника Аллаха ﷺ этой ночью». И он молился два лёгких раката, затем молился два раката долгих-долгих-долгих, затем молился два раката, менее продолжительных, чем предыдущие два, затем молился два раката, менее продолжительных, чем предыдущие два, затем молился два раката, менее продолжительных, чем предыдущие два, — потом совершил витр.
Итого это тринадцать ракатов. Наилучший ответ здесь — сказать, что он ﷺ начинал свою ночную молитву двумя лёгкими ракатами, как в этом хадисе. И передал Муслим от Аишы (да будет доволен ею Аллах), что она сказала: «Посланник Аллаха ﷺ, когда встав ночью, открывал свою молитву двумя лёгкими ракатами».
И также передано от Абу Хурайры от Пророка ﷺ, что он сказал: «Когда кто-либо из вас встаёт ночью, пусть открывает свою молитву двумя лёгкими ракатами».
Так вот, эти два лёгких раката были посчитаны, и ночная молитва составила тринадцать ракатов. А когда они не были посчитаны — потому что посланник Аллаха ﷺ делал их облегчёнными — она стала одиннадцать ракатов. И Всевышний Аллах знает лучше.
На это последнее мнение, которое избрал для себя Малик, — я имею в виду одиннадцать ракатов, — указывает хадис Джабира (да будет доволен им Аллах Всевышний), который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ совершил с нами молитву в месяце рамадан — восемь ракатов, и совершил витр. Когда наступила следующая ночь, мы собрались в мечети и надеялись, что он выйдет. Мы оставались там, пока не наступило утро. Затем мы вошли к нему и сказали: «О Посланник Аллаха, мы собрались минувшей ночью в мечети и надеялись, что ты помолишься с нами». Он сказал: «Я побоялся, что это будет предписано вам как обязательное»». Этот хадис передали ат-Табарани в «ас-Сагыр», Мухаммад ибн Наср аль-Марвази в «Кыям аль-лейль», Ибн Хузайма и Ибн Хиббан в своих «Сахихах».
Хафиз аз-Захаби в «Мизан аль-и‘тидаль», приведя этот хадис, сказал: «Его иснад — средний». Конец цитаты.
Этот хадис является достоверным (сахих) у Ибн Хузаймы и Ибн Хиббана, и поэтому оба они включили его в свои «Сахихи».
Хафиз Ибн Хаджар упомянул этот хадис в «Фатх аль-Бари» для разъяснения числа ракатов, которые Пророк ﷺ совершал с людьми в месяце рамадан, и, следовательно, этот хадис является у него достоверным (сахих) или хорошим (хасан), ибо он сказал в предисловии к «Фатху»: «Я приведу, если пожелает Аллах Всевышний, главу и её хадис сначала, затем упомяну связь между ними, если она неявна, затем извлеку во-вторых то, к чему относится верная цель в этом хадисе из полезных сведений матна и иснада — из дополнений, приращений, раскрытия неясного, указания мудаллиса на слышание, подтверждения слышавшего от шейха, который впал в путаницу до этого, — из всех основных сборников «мусанадов», «джавами‘», «мустахраджат», «аджза» и «фаваид» при условии достоверности или хорошести того, что я привожу из этого». Конец цитаты.
Если ты скажешь: ан-Ниймави в «Асар ас-сунан», приведя упомянутый хадис Джабира, сказал: «В его иснаде есть слабость».
И сказал в своём комментарии: «Основа его — Иса ибн Джарийа», затем упомянул хулу Ибн Ма‘ина, ан-Насаи и Абу Дауда, и признание надёжности Абу Зур‘а и Ибн Хиббана.
Затем сказал: «Слово аз-Захаби «его иснад средний» не верно, наоборот, его иснад ниже среднего». Конец цитаты.
Я говорю: хафиз Ибн Хаджар сказал в «Шарх ан-Нухба»: «Аз-Захаби — из числа тех, кто обладает полным охватом в критике передатчиков». Конец цитаты.
Поскольку аз-Захаби вынес решение, что иснад его средний, после упоминания хулы и признания надёжности в отношении Исы ибн Джарийи, а он из числа обладающих полным охватом в критике передатчиков, то его решение о том, что иснад средний, является верным, и это подтверждается тем, что Ибн Хузайма и Ибн Хиббан включили этот хадис в свои «Сахихи». И не следует обращать внимания на то, что сказал ан-Ниймави. Подтверждает этот хадис Джабира упомянутый хадис Аиши: «Он не прибавлял в рамадане и вне его сверх одиннадцати ракатов».
На это последнее мнение, которое избрал Малик, — я имею в виду одиннадцать ракатов, — указывает также то, что передал Абу Йаля от хадиса Джабира ибн Абдуллаха, который сказал: «Убайй ибн Ка‘б пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал: «О Посланник Аллаха, у меня сегодня ночью было нечто» — то есть в рамадане. Он спросил: «Что это, о Убайй?» Тот ответил: «Женщины в моём доме сказали: ‹Мы не умеем читать Коран, давай мы будем молиться вместе с твоей молитвой›»». Он сказал: «И я совершил с ними молитву в восемь ракатов и совершил витр. И это стало сунной одобрения, и он ничего не сказал».
Аль-Хайсами сказал в «Маджма‘ аз-заваид»: «Его иснад — хороший (хасан)».
Что касается того, что мы сказали — что именно об одиннадцати ракатах распорядился Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах Всевышний), — то это потому, что имам Малик (да помилует его Аллах) передал в своём «Муватта» от Мухаммада ибн Юсуфа от ас-Саиба ибн Язида, который сказал: «Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) велел Убаййу ибн Ка‘бу (да будет доволен им Аллах) и Тамиму ад-Дари вести молитву с людьми в одиннадцать ракатов. И чтец читал по сотням аятов, так что мы опирались на посохи от долготы стояния, и мы не расходились, кроме как при первых признаках рассвета».
Это также передали Са‘ид ибн Мансур и Абу Бакр ибн Абу Шейба. Ан-Ниймави сказал в «Асар ас-сунан»: «Его иснад достоверен».
Если ты скажешь: хафиз в «Фатхе», упомянув этот асар Умара (да будет доволен им Аллах), сказал: «И передал его Абд ар-Раззак другим путём от Мухаммада ибн Юсуфа, и сказал: «двадцать один»». Конец цитаты.
И аз-Зуркани сказал в «Шарх аль-Муватта»: «Ибн Абд аль-Барр сказал: «Передал не только Малик в этом ‹двадцать один›, и это достоверное, и я не знаю никого, кто сказал бы в этом ‹одиннадцать›, кроме Малика. Возможно, что это было сначала, а потом им облегчили долготу стояния и перевели их к двадцати одному, однако наиболее вероятным для меня является то, что его слово ‹одиннадцать› — ошибка»». Конец цитаты.
Я говорю: слово Ибн Абд аль-Барра «наиболее вероятным для меня является то, что его слово ‹одиннадцать› — ошибка» весьма несостоятельно. Аз-Зуркани сказал в «Шарх аль-Муватта», приведя это слово Ибн Абд аль-Барра, буквально следующее: «Нет ошибки, и его слово о том, что Малик один передал это, — не так, как он сказал. Ведь это передал Са‘ид ибн Мансур другим путём от Мухаммада ибн Юсуфа, и сказал «одиннадцать», как сказал Малик». Конец слов аз-Зуркани.
И сказал ан-Ниймави в «Асар ас-сунан»: «То, что сказал Ибн Абд аль-Барр об ошибке Малика, — весьма грубая ошибка, потому что Малику последовали Абд аль-Азиз ибн Мухаммад — у Са‘ида ибн Мансура в его «Сунан», и Йахья ибн Са‘ид аль-Каттан — у Абу Бакра ибн Абу Шейбы в его «Мусаннаф», оба от Мухаммада ибн Юсуфа, и оба сказали «одиннадцать», как передал это Малик от Мухаммада ибн Юсуфа».
И привёл Мухаммад ибн Наср аль-Марвази в «Кыям аль-лейль» через путь Мухаммада ибн Исхака: «Рассказал мне Мухаммад ибн Юсуф от своего деда ас-Саиба ибн Язида, который сказал: «Мы молились во времена Умара (да будет доволен им Аллах) в рамадане тринадцать ракатов»». Ан-Ниймави сказал: «Это близко к тому, что передал Малик от Мухаммада ибн Юсуфа, то есть с учётом двух ракатов после ‹иша›». Конец слов ан-Ниймави.
Я говорю: итак, когда установлено, что имам Малик не был единственным передавшим слово «одиннадцать», а последовал за ним в этом Абд аль-Азиз ибн Мухаммад, а он — надёжный передатчик, и Яхья ибн Саид аль-Каттан, имам в науке отвода и подтверждения (джарх и та‘диль), о котором аль-Хафиз сказал в «ат-Такрибе»: «надёжный, безупречный, хафиз, имам», — тебе становится ясным со всей очевидностью, что слова Ибн Абд аль-Барра о том, что слово «одиннадцать», по всей вероятности, является ошибкой, неверны. Более того, если ты вдумаешься, тебе станет ясно, что дело обстоит противоположно тому, что сказал Ибн Абд аль-Барр, то есть по всей вероятности, слово других, кроме Малика, в этом асаре — «двадцать один», как в риваяте Абд ар-Раззака, — является ошибкой, ибо он единственный, кто передал этот асар с таким текстом, и никто другой, насколько мне известно, его так не передавал.
Абд ар-Раззак, хотя и был надёжным хафизом, но к концу жизни ослеп и изменился, как об этом прямо сказал аль-Хафиз в «ат-Такрибе».
Что же касается имама Малика, то аль-Хафиз сказал о нём в «ат-Такрибе»: «имам обители переселения (Медины), глава безупречных и великий из утверждающих», — до такой степени, что аль-Бухари сказал: «Самый достоверный из всех иснадов — это Малик от Нафи‘а от Ибн Умара». Конец цитаты.
И при всём этом он не был единственным, кто передал этот асар со словом «одиннадцать», — его передали также с этим же словом Саид ибн Мансур и Ибн Абу Шейба, как тебе уже известно.
Итог таков: слово «одиннадцать» в упомянутом асаре Умара ибн аль-Хаттаба достоверно, твёрдо установлено и сохранено, а слово «двадцать один» в этом асаре не сохранено, и по всей вероятности, оно является ошибкой. И Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово («и большинство людей знания склоняются к тому, что передано от Али, Умара и других сподвижников Пророка ﷺ — двадцать ракаатов»). Что касается асара Али (да будет доволен им Аллах), то его передал аль-Байхаки в своих «Сунан» и Ибн Абу Шейба от Абу аль-Хасны, что Али ибн Абу Талиб (да будет доволен им Аллах) велел одному человеку молиться с людьми пять таравих по двадцать ракаатов.
Ан-Ниймави сказал в «Та‘лик асар ас-сунан»: «Основа этого асара — Абу аль-Хасна, а он неизвестен». Конец цитаты.
Я говорю: дело таково, как сказал ан-Ниймави. Аль-Хафиз сказал в «ат-Такрибе» в биографии Абу аль-Хасны, что он неизвестный (маджхуль), а аз-Захаби сказал в своём «Мизане»: «неизвестен». Конец цитаты.
От Али передан и другой асар. Аль-Байхаки передал в своих «Сунан» через путь Хаммада ибн Шу‘айба от Атаа ибн ас-Саиба от Абу Абд ар-Рахмана ас-Сулами от Али (да будет доволен им Аллах Всевышний), что он собрал чтецов Корана в Рамадан и велел одному из них молиться с людьми двадцать ракаатов, и что Али (да будет доволен им Аллах Всевышний) совершал с ними витр.
Это же передано и другим путём от Али.
Ан-Ниймави сказал после упоминания этого асара: «Хаммад ибн Шу‘айб — слабый передатчик».
Аз-Захаби сказал в «Мизане»: «Его признали слабым Ибн Ма‘ин и другие».
Яхья сказал однажды: «Его хадис не записывается».
Аль-Бухари сказал о нём: «В нём есть сомнение (назар)».
Ан-Насаи сказал: «Слабый».
Ибн Ади сказал: «Большая часть его хадисов не подтверждается другими передатчиками». Конец слов ан-Ниймави. Я говорю: дело таково, как сказал ан-Ниймави.
Полезное замечание: шейх Ибн аль-Хумам сказал в «ат-Тахрире»: «Если аль-Бухари говорит о человеке «в нём есть сомнение», то его хадис не является доводом, не приводится в подтверждение и не годится для рассмотрения». Конец слов Ибн аль-Хумама.
Я говорю: следовательно, этот асар Али не является доводом, не приводится в подтверждение и не годится для рассмотрения, ибо в его иснаде — Хаммад ибн Шу‘айб, о котором аль-Бухари сказал: «в нём есть сомнение».
Замечание: этими двумя асарами обосновывают, что Али ибн Абу Талиб (да будет доволен им Аллах Всевышний) велел совершать таравих по двадцать ракаатов и что он сам (да будет доволен им Аллах) совершал таравих по двадцать ракаатов. Но ты уже знаешь, что оба этих асара слабы и не годятся для обоснования.
При всём этом они противоречат тому, что достоверно установлено от Посланника Аллаха ﷺ достоверным хадисом.
Что касается асара Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах Всевышний), то его передал Абу Бакр ибн Абу Шейба, сказав: рассказал нам Уаки от Малика ибн Анаса от Яхьи ибн Саида, что Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах Всевышний) велел одному человеку молиться с ними двадцать ракаатов.
Ан-Ниймави сказал в «Асар ас-сунан»: «Его передатчики надёжны, но Яхья ибн Саид аль-Ансари не застал Умара (да будет доволен им Аллах Всевышний)». Конец цитаты.
Я говорю: дело таково, как сказал ан-Ниймави. Этот асар прерван (мункати‘) и не годится для обоснования. При этом он противоречит тому, что достоверно установлено достоверным иснадом от Умара (да будет доволен им Аллах Всевышний), что он велел Убаййу ибн Ка‘бу и Тамиму ад-Дари вести людей одиннадцатью ракаатами.
Это передал Малик в «аль-Муватта», как об этом уже было сказано выше. Также это противоречит тому, что достоверно установлено от Посланника Аллаха ﷺ достоверным хадисом.
Что касается асара Умара (да будет доволен им Аллах Всевышний), который передал Абд ар-Раззак, то тебе уже известно его положение. И передал Абу Бакр ибн Абу Шейба в своём «Мусаннафе» от Абд аль-Азиза ибн Руфай‘а, что Убайй ибн Ка‘б (да будет доволен им Аллах Всевышний) молился с людьми в Рамадан в Медине двадцатью ракаатами и совершал витр тремя.
Ан-Ниймави сказал: «Абд аль-Азиз ибн Руфай‘а не застал Убаййа ибн Ка‘ба». Конец цитаты.
Я говорю: дело таково, как сказал ан-Ниймави. Итак, этот асар Убаййа ибн Ка‘ба прерван (мункати‘).
При этом он противоречит тому, что достоверно установлено от Умара (да будет доволен им Аллах Всевышний), что он велел Убаййу ибн Ка‘бу и Тамиму ад-Дари вести людей одиннадцатью ракаатами. Также он противоречит тому, что достоверно установлено от Убаййа ибн Ка‘ба, что он молился в Рамадан с женщинами своего дома восемь ракаатов и совершал витр, о чём уже было упомянуто полностью выше.
А относительно ночной молитвы аль-Амаш сказал: «Ибн Мас‘уд молился двадцатью ракаатами и совершал витр тремя». Это тоже прерванный (мункатиъ) риваят, ибо аль-Амаш не застал Ибн Мас‘уда (это мнение Суфьяна ас-Саури, Ибн аль-Мубарака и аш-Шафи‘и), и это мнение ханафитов. В качестве довода для них приводят то, что передал Ибн Абу Шейба в своём «Мусаннафе», ат-Табарани, а от него аль-Байхаки, по пути Ибрахима ибн Усмана Абу Шейбы от аль-Хакама от Микъсама от Ибн Аббаса, что пророк ﷺ молился в Рамадане двадцатью ракаатами помимо витра — конец цитаты.
Этот хадис крайне слаб и не подходит для использования в качестве доказательства, поэтому их довод на основании этого хадиса неверен.
Хафиз аз-Зейлаи в «Насб ар-Рая» сказал: он с пороком из-за Ибн Абу Шейбы Ибрахима ибн Усмана, деда имама Абу Бакра ибн Абу Шейбы, а он единогласно признан слабым, и Ибн Ади ослабил его в «аль-Камиле». Более того, этот хадис противоречит достоверному хадису от Абу Саламы ибн Абд ар-Рахмана, который спросил Аишу (да будет доволен ею Аллах): «Какой была молитва Посланника Аллаха ﷺ в Рамадане?» Она ответила: «Он не прибавлял ни в Рамадане, ни в другое время более одиннадцати ракаатов» — хадис. Конец слов аз-Зейлаи.
Ан-Ниймави в «Та‘лик асар ас-сунан» сказал: этот хадис вывели Абд ибн Хумайд аль-Кушши в своём «Мусанаде», аль-Багави в своём «Му‘джаме», ат-Табарани в своём «аль-Му‘джам аль-Кабир» и аль-Байхаки в своих «Сунан» — все по пути Абу Шейбы Ибрахима ибн Усмана, деда имама Абу Бакра ибн Абу Шейбы, а он слаб. Аль-Байхаки после того, как вывел его, сказал: «Его передал только Абу Шейба Ибрахим ибн Усман аль-‘Абси аль-Куфи, а он слаб» — конец цитаты.
Аль-Мизи в «Тахзиб аль-Камаль» сказал: Ахмад, Яхья и Абу Дауд сказали, что он слаб; также Яхья сказал: «он не доверенный (сика)»; ан-Насаи и ад-Дулаби сказали: «оставленный хадис (матрук аль-хадис)»; Абу Хатим сказал: «слабый хадис, о нём молчали»; Салих сказал: «слаб, его хадис не записывается».
Затем аль-Мизи сказал: среди его странностей (манакир) — хадис о том, что пророк ﷺ молился в Рамадане двадцатью ракаатами — конец цитаты. Так же и в «аль-Мизане». А хафиз в «ат-Такриб» сказал: «оставленный хадис (матрук аль-хадис)» — конец цитаты. Конец слов ан-Ниймави.
Шейх Ибн аль-Хумам в «Фатх аль-Кадир» после упоминания этого хадиса сказал: он слаб из-за Абу Шейбы Ибрахима ибн Усмана, деда имама Абу Бакра ибн Абу Шейбы, единогласно признанного слабым, вместе с тем, что он противоречит достоверному хадису — конец цитаты. Аль-Айни в «Умдат аль-Кари» после упоминания этого хадиса сказал: Абу Шейба — это Ибрахим ибн Усман аль-‘Абси аль-Куфи, кади Васита, дед Абу Бакра ибн Абу Шейбы. Шу‘ба обвинил его во лжи, а Ахмад, Ибн Ма‘ин, аль-Бухари, ан-Насаи и другие ослабили его. Ибн Ади привёл этот хадис в «аль-Камиле» среди его странностей (манакир) — конец цитаты.
Также в качестве довода для них приводят то, что передал аль-Байхаки в своих «Сунан» от ас-Саиба ибн Язида, который сказал: «Мы стояли на молитве во времена Умара ибн аль-Хаттаба двадцатью ракаатами и витром». Ас-Субки в «Шарх аль-Минхадж» и Али аль-Кари в «Шарх аль-Муватта» признали его иснад достоверным.
Я говорю: в его иснаде — Абу Усман аль-Басри, чьё имя Амр ибн Абдуллах. Ан-Ниймави в «Та‘лик асар ас-сунан» сказал: «Я не нашёл никого, кто составил бы о нём биографию» — конец цитаты. Я говорю: я тоже не нашёл его биографии, несмотря на многочисленные поиски. Также в его иснаде — Абу Тахир аль-Факих, шейх аль-Байхаки, и я не нашёл никого, кто признал бы его надёжным (сика).
Поэтому тот, кто утверждает достоверность этого асара, должен доказать, что каждый из них является доверенным (сика) передатчиком, приемлемым для доказательства.
Если ты скажешь: Тадж ас-Субки в «Табакат аль-Кубра» в биографии Абу Бакра аль-Факиха сказал: «Он был имамом мухаддисов и фукаха своего времени, был шейхом-литератором, знающим арабский язык, обладал большим искусством в знании условий (шурут) и составил о них книгу» — конец цитаты, и это указывает на то, что он доверенный (сика).
Я говорю: в этом нет указания на то, что он доверенный, приемлемый для доказательства. Да, в этом есть указание на то, что он был велик по своему положению в хадисе, фикхе, арабском языке и знании условий, но из этого не следует, что он доверенный (сика). Итог: в достоверности этого асара есть сомнение и спор.
Более того, этому противоречит то, что передал Са‘ид ибн Мансур в своих «Сунан», сказав: рассказал нам Абд аль-Азиз ибн Мухаммад, рассказал мне Мухаммад ибн Юсуф, я слышал, как ас-Саиб ибн Язид говорил: «Мы стояли на молитве во времена Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах) одиннадцатью ракаатами».
Хафиз Джалал ад-Дин ас-Суюти в своём послании «аль-Масабих фи салят ат-таравих» после упоминания этого асара сказал: «Его иснад в высшей степени достоверен» — конец цитаты.
Также этому противоречит то, что передал Мухаммад ибн Наср в «Кыям аль-лейль» по пути Мухаммада ибн Исхака: рассказал мне Мухаммад ибн Юсуф от своего деда ас-Саиба ибн Язида, который сказал: «Мы молились во времена Умара (да будет доволен им Аллах) в Рамадане тринадцатью ракаатами».
Также этому противоречит то, что передал Малик в «аль-Муватта» от Мухаммада ибн Юсуфа от ас-Саиба ибн Язида, который сказал: «Умар ибн аль-Хаттаб велел Убаййу ибн Ка‘бу и Тамиму ад-Дари стоять с людьми на молитве одиннадцатью ракаатами».
Таким образом, асар ас-Саиба ибн Язида, переданный аль-Байхаки, не подходит для доказательства.
Если ты скажешь: аль-Байхаки передал этот асар и другим иснадом со словами: «Они стояли на молитве во времена Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах) в месяце Рамадан двадцатью ракаатами», и ан-Навави и другие признали его иснад достоверным.
Я говорю: в его иснаде — Абу Абдуллах ибн Фанджавайх ад-Динавари, и я не нашёл его биографии. Поэтому тот, кто утверждает достоверность этого асара, должен доказать, что он доверенный (сика), приемлемый для доказательства.
А что касается слов ан-Ниймави: «Он из числа крупных мухаддисов своего времени, о таком не спрашивают», — на это не стоит обращать внимания, ибо простое пребывание в числе крупных мухаддисов не подразумевает обязательно, что он доверенный (сика).
Замечания.
Первое. Ан-Ниймави сказал в комментарии к «Асар ас-сунан»: «Тебе не должно быть скрыто, что то, что передал ас-Саиб в хадисе о двадцати ракаатах, некоторые учёные приводили в формулировке: «они совершали (молитву) во времена Умара двадцатью ракаатами, и во времена Усмана и Али — так же». Он отнёс это к аль-Байхаки. Однако его слово «и во времена Усмана и Али — так же» является внесённой (мудрадж) вставкой, которая не встречается в сочинениях аль-Байхаки». Конец слов ан-Ниймави.
Я говорю: дело так, как сказал ан-Ниймави.
Второе. Аль-Байхаки и другие объединили упомянутые два различающиеся риваята от ас-Саиба тем, что они сначала совершали молитву одиннадцатью ракаатами, а затем стали совершать её двадцатью ракаатами и завершали витром тремя ракаатами.
Я говорю: в этом можно возразить, сказав, что они сначала совершали молитву двадцатью ракаатами, а затем стали совершать её одиннадцатью ракаатами. И это — то, что представляется явным, поскольку это (одиннадцать ракаатов) соответствовало тому, что достоверно установлено от Посланника Аллаха ﷺ, а то (двадцать ракаатов) противоречило этому. Так подумай же над этим.
Третье. Некоторые люди утверждали, что относительно двадцати ракаатов состоялся иджма во времена Умара (да будет доволен им Аллах), и что дело утвердилось на этом во всех городах.
Я говорю: утверждение об иджме относительно двадцати ракаатов и об утверждении дела на этом во всех городах — совершенно ложно.
Как это может быть так, когда ты уже узнал из слов аль-Айни (да помилует его Аллах), что по этому вопросу существует множество мнений, и что имам Малик (да помилует его Аллах) сказал: «И это действие», то есть совершение молитвы в Рамадан тридцатью восьмью ракаатами и завершение витром одним ракаатом, «(практиковалось) в Медине до Харры на протяжении более ста лет до сего дня». Конец цитаты.
Однако этот имам, имам обители переселения (Медины), для себя избрал одиннадцать ракаатов. А аль-Асвад ибн Йазид ан-Нахаи, знаток фикха, совершал молитву сорока ракаатами и завершал витром семью ракаатами. И вспомни оставшиеся мнения, которые упомянул аль-Айни. Так где же тогда иджма относительно двадцати ракаатов, и где же утверждение на этом во всех городах?
(И сказал Ахмад: «В этом переданы разные виды», то есть разновидности риваятов, «(и он) не выносил решения»), то есть Ахмад не выносил окончательного постановления.