Говорят, что его гибель — от глаза слона, шеи быка, рога оленя и хвоста змеи. Он бывает двух видов: летающий и прыгающий. Он откладывает яйца в скале, оставляет их там, пока они не высохнут и не рассеются, и тогда он не проходит мимо посева, не уничтожив его полностью.
Учёные единогласны в дозволенности употребления его в пищу без заклания (тазкия), кроме того, что известное мнение у маликитов — условие его заклания. Они разошлись во мнениях относительно его формы: говорят, что это отсечение головы; говорят, что если он попадёт в котёл или в огонь, то становится дозволенным.
Ибн Вахб сказал: взятие его есть его заклание. Мутарриф из числа маликитов согласился с большинством в том, что его заклание не требуется, — на основании хадиса Ибн Умара: «Дозволены нам две мертвечины и две крови: рыба и саранча, печень и селезёнка». Его вывел Ахмад и ад-Даракутни в возведённом виде (марфу‘), но сказал, что остановленный (мавкуф) вариант достовернее.
Аль-Байхаки также отдал предпочтение остановленному варианту, однако сказал, что он имеет статус возведённого. Так в «Фатхе».
[1821] Его слово («передал нам Суфьян») — это Ибн Уяйна, как разъяснил ат-Тирмизи далее. («от Абу Я‘фура») — с фатхой на нижней букве (я), сукуном на «айн» и даммой на «фа» и с «ра»; имя его — Вакдан, с фатхой на «вав» и сукуном на «каф», аль-‘Абди аль-Куфи, известен по своей кунье, и это старший из двух, носящих это имя; говорят, что имя его — Вакид; надёжен (сика), из четвёртого поколения. Так в «Такрибе».
Его слово («мы ели саранчу») — аль-Бухари добавил в своей риваяте «вместе с ним». Хафиз в «Фатхе» сказал: возможно, под совместностью он имел в виду просто участие в военном походе, а не то, что за этим последовало — поедание саранчи; а возможно, он имел в виду вместе с его поеданием. На второе указывает то, что встретилось в риваяте Абу Ну‘айма в «Тыббе»: «и он ел вместе с нами».
Если это достоверно, то это опровергает ас-Сумайри из числа шафиитов в его утверждении, что он ﷺ испытывал к ней отвращение, подобно тому, как испытывал отвращение к вараньему мясу. Затем я обнаружил, на что опирался ас-Сумайри, а именно на то, что вывел Абу Дауд из хадиса Сальмана: спросили пророка ﷺ о саранче, и он сказал: «Я её не ем и не запрещаю», — но правильно, что это мурсаль.
У Ибн Али в разделе о Сабите ибн Зухайре, от Нафи‘, от Ибн Умара, что пророка ﷺ спросили о варане, и он сказал: «Я его не ем и не запрещаю», — и спросили о саранче, и он сказал подобное этому. Но это не является достоверным, потому что об этом Сабите ан-Насаи сказал: «Не надёжен (не сика)». Ан-Навави передал единогласие относительно дозволенности употребления саранчи в пищу, однако Ибн аль-Араби в толковании ат-Тирмизи провёл различие между саранчой Хиджаза и саранчой Андалусии, сказав о саранче Андалусии, что она не употребляется в пищу, поскольку она есть чистый вред. Если это подтвердится — то есть что употребление её в пищу вредно тем, что в ней есть яд, свойственный только ей, в отличие от прочей саранчи других стран, — то следует непременно её исключить. Конец слов хафиза, дословно.
Его слово («так передал Суфьян ибн Уяйна от Абу Я‘фура этот хадис и сказал: шесть военных походов, а Суфьян ас-Саури передал от Абу Я‘фура этот хадис и сказал: семь военных походов») — а в риваяте Шу‘бы у аль-Бухари встретилось от Абу Я‘фура от Ибн Абу Авфа: «семь военных походов или шесть», с сомнением.
Хафиз в «Фатхе» сказал: риваят Шу‘бы указывает на то, что их шейх сомневался, поэтому это следует понимать так, что он однажды уверенно сказал «семь», а затем, когда возникло...