Его слово («и Йафис — отец румов»): под румами здесь подразумеваются первые румы, то есть греки (юнан), возводящие свою родословную к Руми ибн Лайти ибн Юнану ибн Нуху (мир ему). Так сказал Ибн Касир. А этот хадис Самуры передали также Ахмад, Абу Йаля, Ибн аль-Мунзир, ат-Табарани и аль-Хаким, и последний признал его достоверным.
9 — глава «И из суры «Сад»»
Мекканская, состоит из восьмидесяти шести или восьмидесяти восьми айатов. [3232] Его слово («сообщил нам Абу Ахмад») — это аз-Зубайри. («от Йахьи») — сказано в «Тахзиб ат-тахзиб»: Йахья ибн Умара, также говорят Ибн Аббад, и говорят Ибада, куфиец, передавал от Ибн Аббаса историю смерти Абу Талиба, а от него передавал аль-Амаш; упомянул его Ибн Хиббан в «Сикат».
Хафиз сказал: он определённо признал, что это Йахья ибн Умара, и так же Бухари и Йакуб ибн Шейба.
Его слово («заболел Абу Талиб, и пришли к нему курайшиты, и пришёл к нему Пророк ﷺ») — в риваяте Ибн Джарира и других: когда заболел Абу Талиб, вошла к нему группа из курайшитов, среди них Абу Джахль, и они сказали: «Поистине, сын твоего брата поносит наших богов, и делает то и то, и говорит то и то, так не послал бы ты к нему, чтобы запретить ему это?» Тогда он послал к нему, и пришёл Пророк ﷺ и вошёл в дом. («место сидения человека») то есть место, где сидит человек, («чтобы удержать его») то есть Пророка ﷺ от того, чтобы сесть на нём. В риваяте Ибн Джарира и других: между ними и Абу Талибом было место сидения одного человека, и Абу Джахль, да проклянёт его Аллах, побоялся, что если он сядет рядом с Абу Талибом, это сделает того более мягким к нему, поэтому он вскочил и сел на это место, и Посланник Аллаха ﷺ не нашёл места близко к своему дяде и сел у двери. («и пожаловались на него Абу Талибу») то есть сказали ему: «Поистине, сын твоего брата поносит наших богов, и делает то и то, и говорит то и то», как в риваяте Ибн Джарира. («Он сказал») то есть Абу Талиб Посланнику Аллаха ﷺ («О сын брата моего, чего ты хочешь от своего народа?») — в риваяте Ибн Джарира: сказал ему Абу Талиб: «О сын брата моего, что с твоим народом, что они жалуются на тебя и утверждают, что ты поносишь их богов и говоришь то и то? Я хочу от них слова, которому подчинилась бы им Аравия» то есть которому подчинились бы и покорились арабы благодаря этому слову, «и платили бы им иноземцы джизью» то есть иноземцы давали бы им джизью из-за этого слова. («Он сказал») то есть Абу Талиб: «одно слово?» то есть ты хочешь одно слово? («Он сказал») то есть Пророк ﷺ («одно слово») то есть я хочу от них одно слово. («Они сказали: «Единого бога?»») то есть неужели ты делаешь богов единым богом? «Мы не слышали такого» то есть того, что ты говоришь о единобожии, «в последней религии» — это христианство, ибо оно является последней из религий перед религией Ислама. Так сказали Мухаммад ибн Каб аль-Курази, Катада, Мукатиль, аль-Кальби и ас-Судди, и так сказал Ибн Аббас. А Муджахид сказал: они имеют в виду религию курайшитов, то есть ту, на которой они застали своих отцов, и от Катады передано подобное. «Это не что иное, как выдумка» то есть ложь, которую выдумал Мухаммад ﷺ. «Клянусь Кораном, обладателем упоминания» и так далее — айаты полностью с их толкованием таковы: «Сад. Аллах лучше знает, что Он подразумевает под этим. Клянусь Кораном, обладателем упоминания» то есть клянусь Кораном, содержащим то, в чём есть напоминание для рабов и польза для них в мирской жизни и в будущей, подобно словам Всевышнего: «Мы ниспослали вам Писание, в котором ваше упоминание» то есть напоминание вам. А Ибн Аббас (да будет доволен ими Аллах) сказал: «обладателем упоминания» то есть обладателем чести, значимости и положения.
Ибн Касир сказал: между этими двумя мнениями нет противоречия, ибо это благородная Книга, содержащая напоминание. Конец цитаты.
Ответ на эту клятву опущен, то есть дело не так, как говорили неверующие Мекки о множественности богов, а «те, которые не уверовали, находятся в гордыне» то есть в высокомерии и превозношении над верой, «и раздоре» то есть в противоречии и враждебности к Пророку ﷺ. «Сколько» то есть много «Мы погубили до них поколений» то есть народов из прошлых народов, «и они возопили» то есть о единобожии, когда мирская жизнь отвернулась от них, а сказано также: воззвали за помощью при наступлении наказания и нисхождении кары, «но не время бегства» то есть не время это время бегства. Слово «ляйта» (لَاتَ) — это «ля» (لا), уподобленное «ляйса» (ليس), к которому добавлена буква «та» женского рода, подобно тому, как она добавляется к «рубба» и «сумма» для усиления, и от этого изменилось её грамматическое поведение, так что она вводится только для обозначения времён, и не проявляется, кроме одного из двух её требуемых элементов — либо подлежащего, либо сказуемого, а проявление обоих одновременно недопустимо. Это мнение аль-Халиля и Сибавейха. А по мнению аль-Ахфаша, это «ля», отрицающая род, к которой добавлена буква «та», и она специализирована для отрицания времён. Предложение является обстоятельством для действующего лица глагола «они возопили», то есть они звали на помощь, а обстоятельство таково, что для них не было ни спасения, ни убежища. «И они удивились, что пришёл к ним предостерегающий из них самих» то есть посланник из их же среды, предостерегающий их и устрашающий их огнём после воскресения, а это Пророк ﷺ. «И сказали неверующие» — здесь явное поставлено на место скрытого — «это колдун, лжец. Неужели он сделал богов единым богом?»
То есть неужели он утверждает, что почитаемый — один, нет божества, кроме Него, поскольку он сказал им: скажите «нет божества, кроме Аллаха». «Поистине, это — нечто удивительное» то есть странное. «И удалилась знать из их числа» то есть с собрания, где они находились у Абу Талиба и слышали от Пророка ﷺ «скажите: нет божества, кроме Аллаха», «говоря друг другу: идите» то есть одни говорили другим: идите и продолжайте так, как вы были, и не входите в его религию, «и терпите ради ваших богов» то есть оставайтесь твёрды в их почитании. «Поистине, это — вещь, желаемая» то есть поистине, то, к чему призывает нас Мухаммад ﷺ из единобожия — вещь, которой он желает достичь возвышения над вами и превосходства, и чтобы у него были последователи из вас, а мы не отвечаем ему на это. «Мы не слышали об этом в последней религии. Это — не что иное, как выдумка» — толкование этого уже было приведено выше.
Его слово («это хадис хороший, достоверный») — его передали также Ахмад, ан-Насаи, аль-Хаким, аль-Байхаки в «Далаиль» и Ибн Джарир, и Ибн аль-Мунзир.
Его слово (и сказал), то есть аль-Амаш, (Яхья ибн Умара) — этот Яхья ибн Умара есть тот же Яхья ибн Аббад, упомянутый в предшествующем иснаде.
Его слово «явился ко мне этой ночью Господь мой, Всевышний и Всеблагой, в прекраснейшем облике» — очевидно, что явление Всевышнего было во сне. На это указывают слова передатчика «полагаю, что это было во сне», а также указывает на это хадис Муаза ибн Джабаля, который приведён далее, где говорится: «и одолела меня дремота в молитве моей, и я уснул крепко, и вот я вижу Господа моего, Всевышнего и Всеблагого, в прекраснейшем облике».
Аль-Кари в «аль-Миркат» сказал: если это было во сне, то в этом нет никакой сложности, ибо видящий сон может увидеть не имеющее облика обладающим обликом, а обладающее одним обликом — в другом облике, и это не считается изъяном ни во сне, ни в разуме видящего, но имеет иные причины, упоминаемые в науке о снах, то есть в толковании снов. И если бы не эти причины, то сны пророков (мир им) не нуждались бы в толковании. А если бы это было наяву, то на это указывает явный смысл того, что передал Ахмад ибн Ханбаль, где сказано: «и одолела меня дремота в молитве моей, пока я не пробудился, и вот я вижу Господа моего, Могущественного и Великого, в прекраснейшем облике» — и далее хадис.
Предшественники (саляф) в отношении подобных хадисов, если они достоверны, придерживались того, чтобы верить в их внешний смысл, не толкуя его тем, чем толкуются атрибуты творений, но отрицая при этом «каковость» (кайфийю) и препоручая знание об их внутреннем смысле Аллаху Всевышнему, ибо Он показывает Своему Посланнику то, что пожелает, из-за завес сокровенного, чего наш разум постичь не в силах. Однако отказ от толкования в это время чреват смутой в убеждениях людей ввиду широкого распространения заблуждений в вероучениях, поэтому если истолковать так, чтобы это соответствовало Шариату, в качестве предположения, а не окончательного утверждения, дабы не понимать это в том смысле, который недопустим по Шариату, — то в этом есть определённый резон. Так, его слова «в прекраснейшем облике» допускают значение: «я видел Господа своего, находясь сам в прекраснейшем облике и состоянии по причине предельной Его милости и снисхождения ко мне», либо — «в то время как Господь пребывал в прекраснейшем облике», а облик вещи есть то, чем она отличается от иного, будь то сама её сущность, или отличительная её часть, или отличительное её свойство. И как это употребляется применительно к телу, так употребляется и применительно к смыслам: говорят «в такой-то форме (сура) вопроса», «в такой-то форме положения дел». Так что облик Его, Всевышнего, — и Аллах знает лучше, — это Его особая сущность, превознесённая над уподоблением чему-либо из вещей, достигшая предельных степеней совершенства, либо особое присущее Ему свойство, то есть Господь мой явил больше почёта и милости, чем в иное время. Так передали ат-Тыби и ат-Турбишти. На этом заканчивается сказанное в «аль-Миркат».
Я говорю: преобладающим и очевидным является то, что это было во сне, ибо грядущий риваят ат-Тирмизи предпочтительнее риваята Ахмада.
Ибн Хаджар аль-Макки сказал: очевидно, что риваят «пока я не пробудился» — есть искажение (тасхиф), ибо сохранившийся вариант в риваятах Ахмада и ат-Тирмизи — «пока не отяжелел сном».
А хафиз Ибн Касир, приведя этот хадис из «Муснада» имама Ахмада, сказал: это известный хадис о сне, и кто счёл, что это было наяву, тот ошибся.
А если предположить, что это было наяву, то путь предшественников в отношении подобных хадисов об атрибутах — оставить их так, как они пришли, без придания им «каковости», без уподобления и без отрицания их смысла, веруя в них без истолкования, храня молчание о них и о подобных им, при убеждённости, что нет ничего подобного Аллаху Всевышнему и что Он — Слышащий, Видящий. Этот путь предшественников и есть предопределённый (верный) путь, и нет нужды в толковании.
Что же касается утверждения, что оставление толкования в это время чревато смутой в убеждениях людей ввиду распространения заблуждений в вероучениях, то оно не заслуживает внимания.
«О чём» — то есть о чём именно — «препираются высшие сонмы» — то есть приближённые ангелы, а «сонм» (маля) — это знатные, которые заполняют собрания и сердца величием и почтением, и они описаны как «высшие» либо из-за возвышенности их местопребывания, либо из-за возвышенности их положения перед Аллахом Всевышним.
А их препирательство есть либо выражение об их поспешности в записывании этих деяний и вознесении их на небо, либо о их разговорах о достоинстве и почёте этих деяний, либо об их радости за людей, обретающих эти достоинства благодаря их особому положению и превосходству над ангелами по этой причине, при том что люди подвержены страстям. И названо это «препирательством» потому, что оно предстаёт в форме вопроса и ответа, что напоминает препирательство и диспут, и по этой причине уместно применение к этому слова «препирательство».
(Он сказал) — то есть Пророк ﷺ: «и положил» — то есть Господь мой — «руку Свою», то есть ладонь Свою, «между лопаток моих» (с удвоением «я») — это иносказание об особом выделении его дополнительной милостью и доведении до него благодати, ибо в обычае того, кто проявляет нежность к тому, кого он любит, положить свою ладонь между его лопаток, указывая тем самым, что желает этим почтить его и поддержать. Так сказал аль-Кари.
Я говорю: тебе уже известен путь предшественников в отношении подобного, и это и есть опора.
«Между грудей моих» — в двойственном числе с присоединением местоимения первого лица говорящего, то есть сердца моего или груди моей. (Или сказал: «в шею мою») — сомнение передатчика.
«Так что же» — то есть о чём препираются они — «относительно искуплений (каффарат)» — то есть препираются об искуплениях, и «искупления» — подлежащее, а сказуемое к нему — «пребывание в мечети» и далее. Названы эти деяния «искуплениями», потому что они искупают грехи совершающего их, и они относятся к...