- أَنْشُدُكُمُ
- (نَشَدَ) (нашада)
В нём (хадисе): «И не разрешается находка её (Мекки) иначе как для того, кто разыскивает (владельца)».
Говорят: «نَشَدْتُ الضَّالَّةَ» (нашадту-д-далля) — я разыскивал заблудившееся животное, я «نَاشِدٌ» (нашид) — когда ты его ищешь; и «أَنْشَدْتُهَا» (аншадтуха) — я «مُنْشِدٌ» (муншид), когда ты его оповещаешь (о находке).
Отсюда же и хадис: он сказал человеку, разыскивавшему заблудившееся животное в мечети: «О ищущий, не ты найдёшь (его здесь)».
Он сказал это в качестве наставления ему за то, что он искал своё заблудившееся животное в мечети, и это от «النَّشِيدِ» (нашид) — «повышение голоса».
И это (слово) неоднократно встречается в хадисах.
И в нём: «Заклинаю тебя Аллахом и родственной связью», то есть «прошу тебя ради Аллаха и ради родственной связи».
Говорят: «نَشَدْتُكَ اللَّهَ» (нашадтука-Лляха), «أَنْشُدُكَ اللَّهَ» (аншудука-Лляха), «وَبِاللَّهِ» (би-Лляхи), и «نَاشَدْتُكَ اللَّهَ وَبِاللَّهِ» (нашадтука-Лляха ва би-Лляхи): то есть «я просил тебя и заклинал тебя».
И (говорят): «نَشَدْتُهُ» (нашадтуху) — «نِشْدَةً» (нишда), «نِشْدَانًا» (нишдан) и «مُنَاشَدَةً» (мунашада) (отглагольные имена).
И переход этого глагола к двум дополнениям — либо потому что он подобен глаголу «دَعَوْتُ» (да‘ауту, «я призвал»), когда говорят: «نَشَدْتُكَ اللَّهَ وَبِاللَّهِ» (нашадтука-Лляха ва би-Лляхи), как говорят: «دَعَوْتُ زَيْدًا وَبِزَيْدٍ» (да‘ауту Зайдан ва би-Зайдин), либо потому что они вложили в него значение «ذَكَّرْتُ» (заккарту, «я напомнил»).
А что касается «أَنْشَدْتُكَ بِاللَّهِ» (аншадтука би-Лляхи), то это ошибка.
Отсюда же и хадис Кайлы: «И я заклинала его, и попросила у него сопровождения», то есть «я потребовала от него».
И в хадисе Абу Са‘ида: «Поистине, все органы (тела) смиряются перед языком, говоря: заклинаем тебя Аллахом относительно нас».
«النِّشْدَةُ» (нишда) — это отглагольное имя, как мы упомянули, а что касается «نِشْدُكَ» (нишдука), то говорят, что из него была отброшена «та» (та марбута) и оно было поставлено на место глагола.
А говорят, что это самостоятельная (образованная особым способом) форма, подобная «قِعْدَكَ اللَّهَ» (ки‘дака-Лляха) и «عَمْرَكَ اللَّهَ» (‘амрака-Лляха).
Сибавайх сказал: их слова «عَمْرَكَ اللَّهَ» (‘амрака-Лляха) и «قِعْدَكَ اللَّهَ» (ки‘дака-Лляха) подобны «نِشْدَكَ اللَّهَ» (нишдака-Лляха).
Хотя (само выражение) «نِشْدَكَ اللَّهَ» (нишдака-Лляха) не употреблялось (в речи), но аль-Халиль утверждал, что это (лишь) пример, которым он воспользовался (для сравнения), и, возможно, передатчик исказил его из «نَنْشُدُكَ اللَّهَ» (наншудука-Лляха), либо Сибавайх и аль-Халиль имели в виду редкость его употребления в речи, а не полное его отсутствие, либо до них не дошло, что оно встречается в хадисе, и (в хадисе) был опущен глагол «أَنْشُدُكَ» (аншудука), а на его место было поставлено отглагольное имя, присоединённое к «каф» (то есть местоимению «тебя»), которое было первым дополнением.
Отсюда же и хадис Усмана: «И ответили ему люди», то есть они ответили ему.
Говорят: «نَشَدْتُهُ فَأَنْشَدَنِي» (нашадтуху фа-аншадани), «أَنْشَدَ لِي» (аншада ли): то есть «я спросил его, и он мне ответил».
И эта «алиф» называется «алиф устранения».
Говорят: «قَسَطَ الرَّجُلُ» (касата ар-раджулю) — когда он поступил несправедливо. А «أَقْسَطَ» (аксата) — когда он поступил справедливо, как если бы он устранил свою несправедливость; и так же здесь — он устранил свой призыв (нашид, то есть просьбу).
И это слово многократно повторяется в хадисах в различных своих формах.
- مُقَطَّعًا
- (КАТА‘А)
В хадисе: «Что к нему пришёл человек, на котором были его «мукатта‘ат»» — то есть короткая одежда, названная так потому, что она «обрезана» и не доходит до полной длины. Говорят также, что «мукатта‘» из одежды — это всё, что выкраивается и шьётся, как рубаха и подобное, в отличие от того, что не кроится, как изары и накидки.
К первому значению относится хадис Ибн ‘Аббаса, да будет доволен Аллах им обоими, о времени молитвы ад-духа: «Когда тени укоротятся» — то есть станут короче, поскольку утром они бывают протянутыми, и чем выше поднимается солнце, тем короче они становятся.
Ко второму значению относится хадис Ибн ‘Аббаса об описании пальм Рая: «Из них — их «мукатта‘ат» и их одежды» — и он не описывал их как короткие, поскольку это было бы недостатком. Говорят также, что у слова «мукатта‘ат» нет формы единственного числа: короткую джуббу не называют «мукатта‘а», и рубаху не называют «мукатта‘», а словом «мукатта‘ат» называют совокупность коротких одежд, единственное же число — «саубун» (одежда).
В хадисе: он запретил носить золото, кроме как «мукатта‘ан» — он имел в виду небольшое его количество, как кольцо, серьгу и тому подобное, и порицал большое количество, что является обычаем расточительных, высокомерных и гордецов. Малое количество — это то, с чего не обязательна закят. Похоже, что порицание использования большого количества связано с тем, что его владелец, возможно, поскупится выплатить с него закят и тем самым впадёт в грех, по мнению тех, кто считает закят с этого обязательным.
В хадисе Абйада ибн Хаммаля: «Что он попросил выделить ему в качестве надела соль, что в Ма’рибе» — то есть попросил, чтобы это было закреплено за ним в исключительное владение, чтобы он им единолично распоряжался и обладал; «икта‘» (надел) может быть как передачей в собственность, так и без неё.
Отсюда же и хадис: «Когда он прибыл в Медину, он расселил людей по домам» — то есть поселил их в домах ансаров.
Отсюда же и хадис: «Что он выделил аз-Зубайру пальмовую рощу в надел» — похоже, что он дал ему это из пятой части (хумс), которая была его долей, поскольку пальмы — имущество с явной ценностью и наличной пользой, и его нельзя выделять в надел (в обычном смысле). Некоторые толковали наделение Пророком, да благословит его Аллах и приветствует, мухаджиров домами в смысле временного предоставления (‘арийя).
Отсюда же и хадис: «Они были либо людьми реестра (дивана), либо «мукта‘ин»» — с фатхой над «та», а передаётся также «муктати‘ин» — поскольку воины не выходят за пределы этих двух положений.
В хадисе о клятве: «Или отхватит ею имущество мусульманина» — то есть возьмёт его себе, присваивая, и это форма «ифтиа‘ал» от «кат‘» (отрезание).
Отсюда же и хадис: «Мы опасались, что он будет отторгнут от нас» — то есть будет взят и обособлен.
Отсюда же и хадис: «А если бы мы пожелали, мы бы отторгли их у себя».
В хадисе: «Когда он хотел выделить отряд» — то есть обособить группу людей, которых он отправлял в поход, отделяя их от прочих.
В хадисе о поддержании родственных связей: «Это место прибегающего к Тебе от «аль-кати‘а»» — «аль-кати‘а» — это разрыв и отчуждение; это форма «фа‘иля» от «кат‘», и имеется в виду оставление благодеяния и добра по отношению к семье и родственникам, что противоположно поддержанию родственных связей.
В хадисе ‘Умара, да будет доволен им Аллах: «Нет среди вас того, перед кем «отсекались бы шеи», подобно Абу Бакру» — то есть нет среди вас никого, опережающего в благих делах настолько, чтобы шеи его соперников «отсекались», и никто не мог бы его догнать, подобно Абу Бакру, да будет доволен им Аллах. Говорят о резвом коне: «Шеи коней перед ним отсекались» — то есть они не могли его догнать.
Отсюда же и хадис Абу Зарра, да будет доволен им Аллах: «И вот перед ней марево словно отсекается» — то есть она мчится настолько стремительно, обгоняя и опережая, что мираж показывается позади неё, то есть за ней, из-за её удалённости в пустыне.
В хадисе Ибн ‘Умара, да будет доволен Аллах им обоими: «Что его постигло «кут‘»» — «аль-кут‘» — это прерывание и стеснение дыхания.
В нём же: «Иудеи были народом, у которого были плоды, которых не касалась «кут‘а»» — то есть жажда от прекращения воды у них; говорят: «Людей постигла «кут‘а»» — то есть воды их колодцев иссякли.
В нём же: «Поистине, перед Часом будут смуты, подобные отрезкам тёмной ночи» — «кит‘у-ллейль» — это часть ночи, также «кит‘а», а множественное число «кит‘а» — «кита‘», и имеется в виду мрачная, чёрная смута, ради усиления значимости её положения.
В хадисе Ибн аз-Зубайра и джинна: «И он пришёл, находясь на «аль-кит‘» и стряхнул его» — «аль-кит‘», с касрой, — это войлочная подстилка, находящаяся под седлом на плечах верблюда.
В нём же: «Что он сказал, когда аль-‘Аббас ибн Мирдас прочитал ему свои стихи на «айн»: «Отсеките мне его язык»» — то есть дайте ему и удовлетворите его, чтобы он замолчал, и он иносказательно назвал речь «языком».
Отсюда же и хадис: «К нему пришёл человек и сказал: «Поистине, я поэт», и он сказал: «О Билял, отсеки его язык», и он дал ему сорок дирхемов»». Аль-Хаттаби сказал: похоже, что это был один из тех, кто имел право на долю из казны, как путник и подобные ему, и он обратился к нему со стихами, и тот дал ему по праву его или по нужде его, а не за его стихи.
В нём же: «Что вор украл и ему отсекли (руку), и он стал воровать своей «ката‘атихи»» — «аль-ката‘а», с двумя фатхами, — это отрезанная часть руки; произносится также с даммой на «каф» и сукуном на «та».
В хадисе делегации ‘Абд аль-Кайс: «Они бросали в него из «аль-кутайя’»» — это разновидность фиников, а также говорят, что это незрелые финики до их созревания.