Его слово: («нет ничего дурного в пере мертвечины») — то есть оно не считается нечистым, и вода не оскверняется при соприкосновении с ним, будь то перо съедобного животного или иного. Это сообщение (асар) передал с непрерывным иснадом Абд ар-Раззак от Ма‘мара от него.
Его слово: («аз-Зухри сказал о костях мёртвых животных, подобных слону и прочим») — то есть из числа тех, что не употребляются в пищу («я застал людей») — то есть многих, и танвин здесь указывает на множественность.
Его слово: («и они умащивались [этим жиром]») — с удвоением буквы «даль», от формы «ифти‘аль»; допустимо также произносить с даммой в начале и сукуном на «даль». Это указывает на то, что они считали это чистым, и мы вскоре упомянём разногласие по этому вопросу.
Его слово: («и сказал Ибн Сирин и Ибрахим») — ас-Сарахси не упомянул Ибрахима в своей передаче, как и большинство передатчиков от аль-Фарабри. Сообщение Ибн Сирина передал с непрерывным иснадом Абд ар-Раззак в формулировке, что он не видел ничего дурного в торговле слоновой костью. Это указывает на то, что он считал её чистой, поскольку он не разрешал продажу нечистого и того, что осквернено и не поддаётся очищению, — на что указывает его известная история о масле. А «аль-‘адж» — это бивень слона. Ибн Сида сказал: ничто иное не называется «аль-‘адж». Аль-Каззаз сказал: аль-Халиль отрицал, что что-либо, кроме бивня слона, называется «аль-‘адж». Ибн Фарис и аль-Джаухари сказали: «аль-‘адж» — это кость слона, и не ограничили это бивнем. Аль-Хаттаби, следуя за Ибн Кутайбой, сказал: «аль-‘адж» — это «аз-забль», то есть панцирь морской черепахи, но в этом есть сомнение, ибо в «ас-Сихах» сказано: браслет из «аль-‘адж» или из «аз-забль», — то есть между ними проведено различие. Однако аль-Кали сказал: арабы называют «аль-‘адж» всякую кость. Если это подтверждается, то в упомянутом сообщении нет довода на чистоту кости слона. Но приведение этого аль-Бухари вслед за сообщением аз-Зухри о кости слона указывает на признание того, что сказал аль-Халиль.
Учёные разошлись относительно кости слона, исходя из вопроса, наполняется ли кость жизнью или нет. К первому мнению склонился аш-Шафи‘и, приведя в качестве довода слова Всевышнего: «Он сказал: «Кто оживит кости, которые истлели?» Скажи: «Оживит их Тот, Кто создал их в первый раз»» — это явно указывает на то, что кость наполняется жизнью. Ко второму мнению склонился Абу Ханифа, считая кости чистыми безусловно. Малик сказал: она чиста, если животное было зарезано надлежащим образом (заколото), исходя из его положения о том, что не съедобное животное становится чистым посредством надлежащего заклания, — и это же мнение Абу Ханифы.
235 — Рассказал нам Исмаил, сказал: рассказал мне Малик от Ибн Шихаба от Убайдуллаха ибн Абдуллаха ибн Утбы ибн Мас‘уда от Ибн Аббаса от Маймуны, что Посланника Аллаха ﷺ спросили о мыши, упавшей в топлёное масло. Он сказал: «Выбросьте её и то, что вокруг неё, а остальное масло ешьте».
[Хадис 235 — его иные версии в: 5540, 5539, 5538, 136]
Его слово: («рассказал нам Исмаил») — это Исмаил ибн Аби Увайс.
Его слово: («от Маймуны») — это дочь аль-Харис, тётя Ибн Аббаса по матери.
Его слово: («спросили о мыши») — с сукуном на хамзе; спрашивающей об этом была сама Маймуна. В передаче Яхьи аль-Каттана и Джувайрии от Малика в этом хадисе сказано, что Маймуна обратилась за фетвой; это передал ад-Даракутни и другие.
Его слово: («упала в топлёное масло») — ан-Насаи добавил в передаче Абд ар-Рахмана ибн Махди от Малика: «в застывшее топлёное масло», а автор (аль-Бухари) добавил в «Книге о закалывании животных» в передаче Ибн Уяйны от Ибн Шихаба: «и умерла».
Его слово: («и то, что вокруг неё») — то есть из топлёного масла.
236 — Рассказал нам Али ибн Абдуллах, сказал: рассказал нам Ма‘н, сказал: рассказал нам Малик от Ибн Шихаба от Убайдуллаха ибн Абдуллаха ибн Утбы ибн Мас‘уда от Ибн Аббаса от Маймуны, что Пророка ﷺ спросили о мыши, упавшей в топлёное масло. Он сказал: «Возьмите её и то, что вокруг неё, и выбросьте это». Ма‘н сказал: рассказывал нам Малик бесчисленное множество раз, говоря: «от Ибн Аббаса от Маймуны».
Его слово: («рассказал нам Ма‘н») — это Ма‘н ибн Иса аль-Каззаз.
Его слово: («возьмите её и то, что вокруг неё, и выбросьте это») — то есть всё это, а оставшееся ешьте, как на это указывает первая передача.