Он сказал: что же касается хадиса Рифаы, то он ясно указывает на то, что опережение (в записи), от которого возникло достоинство, было связано именно с добавлением, произнесённым этим человеком. Однако поскольку упомянутое добавление представляет собой описание восхваления (тахмид), выступающее по отношению к нему как усиление, необходимо признать, что основа (тахмид) является причиной этого достоинства или причиной причины, и тем самым достоинство утверждается. И Аллах знает лучше. Некоторые дали этому (хадису) заглавие «глава о кунуте», но я не встречал этого ни в одном из наших риваятов.
Его слово («передал нам Хишам») — это Хишам ад-Дастувани, а Яхья — это Ибн Абу Касир.
Его слово («от Абу Салямы») — в риваяте Муслима через путь Муаза ибн Хишама от его отца от Яхьи сказано: «рассказал мне Абу Саляма».
Его слово («я непременно приближу вам молитву Пророка ﷺ») — в упомянутом риваяте Муслима: «я непременно приближу вам», а у аль-Исмаили: «поистине я из вас наиболее приближен по молитве к Посланнику Аллаха ﷺ».
Его слово («и был Абу Хурайра...» и до конца) — сказано: то, что возводится (марфу) в этом хадисе, — это само существование кунута, а не его совершение именно в упомянутых молитвах, ибо это (последнее) является остановленным (мавкуф) на Абу Хурайре. Это проясняется тем, что придёт далее в толковании суры «Женщины» из риваята Шайбана от Яхьи, где возведённое (марфу) ограничено молитвой аль-иша. У Абу Дауда в риваяте аль-Авзаи от Яхьи: «Посланник Аллаха ﷺ совершал кунут в молитве аль-атама (аль-иша) в течение месяца», и подобное же у Муслима. Однако это не противоречит тому, что он ﷺ совершал кунут и в других молитвах, помимо аль-иша, и внешний смысл повествования хадиса главы указывает, что всё оно возведено (марфу). Возможно, именно в этом заключается смысл того, что автор (аль-Бухари) далее приводит хадис Анаса, указывая на то, что кунут при бедствии не ограничивается определённой молитвой. Затруднительным представляется ограничение месяцем в риваяте аль-Авзаи, поскольку установлено, что это было связано с историей тех, кто убил сподвижников у колодца Мауна, как придёт далее в конце глав о витре. И придёт далее в толковании суры «Семейство Имрана» из риваята аз-Зухри от Абу Салямы в этом хадисе, что под верующими подразумеваются те, кто был пленён в Мекке, а под неверующими — курайшиты, и что срок этот был долгим. Отсюда возможно, что ограничение месяцем в хадисе Абу Хурайры относится к особому виду мольбы, а именно к его словам: «усиль Свою хватку на мудар».
Его слово («в другом ракяте») — в риваяте аль-Кушмайхани: «в последнем». И придёт после (следующей) главы из риваята аз-Зухри от Абу Салямы, что это было после руку. И придёт далее в толковании суры «Семейство Имрана» разъяснение разногласия о продолжительности мольбы против них и указание на положение тех из них, кто был поимённо назван. Яхья сократил повествование этого хадиса от Абу Салямы, а аз-Зухри изложил его пространно, как придёт после (следующей) главы. И придёт в главе о мольбах (ад-Даават) с иснадом, который упомянул автор, более полно, чем изложено здесь, если пожелает Аллах Всевышний.
798 — Передал нам Абдуллах ибн Абу аль-Асвад, сказал: передал нам Исмаил, от Халида аль-Хаззаа, от Абу Килябы, от Анаса (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Кунут был в магрибе и фаджре».
Его слово («Исмаил») — это известный как Ибн Улайя, и весь иснад состоит из басрийцев. Абдуллах ибн Абу аль-Асвад назван по имени деда своего отца, а имя его отца — Мухаммад ибн Хумайд.
Его слово («кунут был») — то есть в начале дела. Этим доводом пользуются в подтверждение того, что слово сподвижника «мы делали то-то» имеет статус возведённого (марфу), даже если он не ограничил это временем Пророка ﷺ, как это мнение аль-Хакима. Оба шейха (аль-Бухари и Муслим) сошлись на приведении этого хадиса в достоверном муснаде без такого ограничения. Мы упомянем разногласие в передаче от Анаса о кунуте — о его месте в молитве, о том, в каких молитвах он был узаконен, продолжался ли он безусловно, или определённый срок, или в одном положении, но не в другом, — там, где автор привёл часть этого в конце глав о витре, если пожелает Аллах Всевышний.
799 — Передал нам Абдуллах ибн Масляма от Малика, от Нуайма ибн Абдуллах аль-Муджмира, от Али ибн Яхьи ибн Халляда аз-Зураки, от его отца, от Рифаы ибн Рафи аз-Зураки, который сказал: «Однажды мы молились позади Пророка ﷺ. Когда он поднял голову из ракята, он сказал: «Услышал Аллах того, кто восхвалил Его». Один человек позади него сказал: «Господь наш, и Тебе хвала, хвала многая, благая, благословенная в ней». Когда он завершил (молитву), он сказал: «Кто говорил?» Тот ответил: «Я». Он сказал: «Я видел более тридцати ангелов, которые спешили наперегонки, кто из них запишет её первым»».
Его слово («аль-Муджмир») — с родительным падежом, это определение к Нуайму и к его отцу.
Его слово («от Али ибн Яхьи») — в риваяте Ибн Хузаймы (сказано), что Али ибн Яхья рассказал ему. Весь иснад состоит из мединцев. В нём — передача старших от младших, поскольку Нуайм старше по возрасту, чем Али ибн Яхья, и раньше слышал (хадисы). В нём также трое таби‘инов подряд, находящихся между Маликом и сподвижником. Это с точки зрения передачи, а что касается достоинства сподвижничества, то Яхья ибн Халляд, отец Али, упоминается среди сподвижников, поскольку сказано, что Пророк ﷺ дал ему тахник (пожевал финик и потёр им нёбо младенца), когда тот родился.
Его слово («когда он поднял голову из ракята, он сказал: «Услышал Аллах того, кто восхвалил Его»») — внешний смысл этого таков, что произнесение слов услышания (тасми) произошло после поднятия головы из руку, то есть это относится к поминаниям положения выпрямления (иътидаль). Однако ранее в хадисе Абу Хурайры и других приводилось то, что указывает на то, что он произносил это при переходе, — и это (толкование) более известное. Возможно совместить оба мнения тем, что смысл его слов «когда он поднял голову» означает: «когда он начал поднимать голову», он начал произносить упомянутые слова и завершил их после того, как выпрямился.
Его слово: («сказал человек») — аль-Кушмихани добавил: «позади него». Ибн Башкуваль сказал: этот человек — Рифаа ибн Рафи, передатчик хадиса. Затем он привёл в доказательство то, что передали ан-Насаи и другие от Кутайбы, от Рифаа ибн Йахьи аз-Зуракы, от брата его отца Муаза ибн Рифаа, от его отца, который сказал: «Я молился позади Пророка ﷺ и чихнул, и сказал: «Хвала Аллаху»…» — и привёл хадис целиком. Однако против такого толкования возразили ввиду различия в изложении повода и самой истории. Ответ же таков, что противоречия между ними нет; напротив, это следует понимать так, что его чихание случилось при поднятии головы Посланником Аллаха ﷺ (из поясного поклона), и нет препятствия к тому, чтобы он говорил о себе иносказательно, желая скрыть своё деяние, либо иносказательность возникла из-за того, что кто-то из передатчиков забыл его имя. Что же касается прочих расхождений, то они содержат лишь добавления, которые, возможно, передатчик сократил, как мы разъясним далее. Бишр ибн Умар аз-Зухрани в своём риваяте от Рифаа ибн Йахьи сообщил, что та молитва была молитвой магриб.
Его слово: («благословенно в нём»). Рифаа ибн Йахья добавил: «благословенно на нём, как любит наш Господь и как Ему угодно». Что касается слов «благословенно на нём», то возможно, что это подтверждение (первого выражения), и это очевидное толкование. Также говорят: первое означает приумножение, а второе — сохранение (постоянство). Всевышний Аллах сказал: «И благословил её, и распределил в ней её пропитание» — это подходит применительно к земле, ибо здесь имеется в виду рост и приумножение, а не сохранение, поскольку земля подвержена изменению. И сказал Всевышний: «И благословили Мы его и Исхака» — это подходит применительно к пророкам, ибо благословение остаётся при них постоянно. А поскольку к хвале (хамду) подходят оба значения, они были объединены. Так изложил это один из толкователей, но недостаток такого объяснения очевиден. Что же касается слов «как любит наш Господь и как Ему угодно», то в них — прекрасное вверение дела Всевышнему Аллаху в высшей степени искренности намерения.
Его слово: («кто говорящий?»). Рифаа ибн Йахья добавил: «во время молитвы, и никто не заговорил; затем он повторил это во второй раз, и никто не заговорил; затем он сказал это в третий раз, и тогда Рифаа ибн Рафи сказал: «Я». (Пророк ﷺ) спросил: «Как ты сказал?» И тот пересказал». Затем он сказал: «Клянусь Тем, в Чьей руке моя душа…» — и привёл хадис целиком.
Его слово: («более тридцати с чем-то») — в этом опровержение мнения тех, кто утверждал, подобно аль-Джаухари, что слово «бид‘» (несколько) применимо только к числу менее двадцати.
Его слово: («кто из них запишет её первым») — в упомянутом риваяте Рифаа ибн Йахьи: «кто из них вознесёт её первым», а у ат-Табарани в хадисе Абу Айюба: «кто из них поднимет её». Ас-Сухайли сказал: передано слово «авваль» (أَوَّلَ) с даммой как несклоняемое, поскольку оно является наречием, отсечённым от изафета, а также с фатхой в значении обстоятельства (хал). На этом заканчивается его слово.
Что касается слова «айюхум» (кто из них), то мы передаём его с раф‘ом, и оно является подлежащим (мубтада), а сказуемым (хабар) — «йактубуха» (запишет её). Так сказал ат-Тыби и другие, следуя за Абу аль-Бака в разборе грамматики слов Всевышнего: «Они бросали свои письменные трости [в знак жребия], кто из них будет опекать Марьям». Он сказал: это находится в положении винительного падежа (насб), а действующим является то, на что указывает слово «йулькуна» (бросали); а «айй» — вопросительное слово, и подразумевается: «сказано о них: кто из них запишет её». Также допустимо в «айихим» винительное склонение, если предположить опущенное слово, так что получится: «они смотрят, кто из них…». А по мнению Сибавейхи, «айй» — относительное местоимение, и подразумевается: «они спешат к тому, кто запишет её первым». Группа басрийцев отвергла это. Противоречия же между риваятами «йактубуха» (запишет её) и «йасъаду биха» (вознесёт её) нет, поскольку это понимается так, что они сначала записывают её, а затем возносят. По-видимому, эти ангелы отличны от ангелов-хранителей (хафаза), и это подтверждается тем, что содержится в обоих «Сахихах» от Абу Хурайры, возводимо к Пророку ﷺ: «Поистине, у Аллаха есть ангелы, которые обходят дороги, разыскивая людей, поминающих Аллаха…» — и хадис целиком. На основании этого сделан вывод о том, что некоторые благие деяния может записывать не только ангел-хранитель.
Возникло затруднение относительно того, почему Рифаа медлил с ответом Пророку ﷺ, когда тот трижды повторил свой вопрос, тогда как ответ был обязателен для него, более того — для каждого, кто слышал Рифаа, ведь Пророк ﷺ не спрашивал одного лишь говорившего. Ответ на это таков: поскольку Пророк ﷺ не указал конкретно на одного человека, то не было определённой обязанности спешить с ответом именно у говорившего или у какого-то конкретного лица; поэтому они, как бы, ждали, что кто-то другой ответит. Побуждало же их к этому опасение, что в отношении сказавшего может обнаружиться что-то (неподобающее), поскольку они предполагали, что он допустил ошибку в том, что сделал, и надеялись, что ему будет прощено.
И, по-видимому, Пророк ﷺ, увидев их молчание, понял это и дал им знать, что тот не сказал ничего плохого. На это указывает то, что в риваяте Саида ибн Абд аль-Джаббара от Рифаа ибн Йахьи, приведённом у Ибн Кани, Рифаа сказал: «Я пожелал бы отдать своё имущество, лишь бы не присутствовать вместе с Пророком ﷺ на той молитве». А у Абу Дауда в хадисе Амира ибн Раби‘а сказано: он спросил: «Кто сказавший это слово? Ведь он не сказал ничего плохого». Тот ответил: «Я сказал это, не желая этим ничего, кроме блага». А у ат-Табарани в хадисе Абу Айюба: «И человек замолчал, и решил, что от Посланника Аллаха ﷺ на него обрушилось нечто, что ему не понравится».