Ас-Сухайли сказал: между этими сообщениями нет противоречия, ибо он забрал её от Дихьи до раздела [добычи], а то, чем он возместил её ему, было не в виде продажи, а в виде дополнительной доли (нафль).
Я говорю: в риваяте Хаммада ибн Салямы от Сабита от Анаса, приведённой у Муслима, сказано, что Сафия попала в долю Дихьи, и там же у него сказано: «и купил её у Дихьи за семь голов». Более предпочтительным в способе примирения [этих сообщений] является то, что под «его долей» здесь подразумевается та часть, которую он выбрал для себя, а именно: он попросил Пророка ﷺ дать ему невольницу, и тот разрешил ему взять невольницу, и он взял Сафию. Когда же Пророку ﷺ было сказано, что она — дочь одного из их царей, ему стало ясно, что она не из тех, кого следует дарить одному Дихье, поскольку среди сподвижников было много таких, кто равен Дихье или превосходит его, а таких пленниц, как Сафия по её знатности, было мало. И если бы он оставил её только ему, то это могло бы вызвать перемену в душах некоторых из них. Поэтому во имя общей пользы было забрать её от него обратно и оставить её для самого Пророка ﷺ, ибо в этом было удовлетворение всех, и это не относится к отказу от дарения чего-либо. А что касается употребления слова «покупка» в отношении возмещения, то это в переносном смысле, и, возможно, он возместил ему за неё дочерью её дяди по отцу или дочерью дяди её мужа, но душа его не успокоилась этим, и тогда [Пророк ﷺ] дал ему сверх того из общего числа пленных.
У Ибн Са‘да, через путь Сулеймана ибн аль-Мугиры от Сабита от Анаса — а основа этого есть у Муслима — [сказано]: Сафия оказалась у Дихьи, и люди стали её расхваливать, и Посланник Аллаха ﷺ послал [за ней] и дал за неё Дихье столько, чем тот остался доволен. Нечто из этого уже приводилось в начале книги о молитве, а полное изложение её истории будет приведено в двенадцатом хадисе. Разбор его слов в хадисе: «и сделал её освобождение её брачным даром» будет дан в книге о никахе, если пожелает Всевышний Аллах.
4205 — Нам передал Муса ибн Исмаил: нам передал Абд аль-Вахид от Асима от Абу Усмана от Абу Мусы аль-Аш‘ари (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Когда Посланник Аллаха ﷺ совершал поход на Хайбар — или сказал: когда Посланник Аллаха ﷺ отправился — люди поднялись на возвышенность над долиной и возвысили голоса, произнося такбир: «Аллах велик! Аллах велик! Нет божества, кроме Аллаха!» Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Умерьте себя! Вы призываете не глухого и не отсутствующего — вы призываете Слышащего, Близкого, и Он с вами». Я же был позади верхового животного Посланника Аллаха ﷺ и говорил: «Нет силы и могущества, кроме как от Аллаха». Он услышал меня и сказал мне: «О Абдуллах ибн Кайс!» Я ответил: «Я здесь, о Посланник Аллаха!» Он сказал: «Не указать ли тебе на слово из сокровищ рая?» Я сказал: «Конечно, о Посланник Аллаха, да будут за тебя выкупом мои отец и мать!» Он сказал: «Нет силы и могущества, кроме как от Аллаха»».
Пятый хадис — хадис Абу Мусы аль-Аш‘ари:
Его слово («нам передал Абд аль-Вахид») — это Ибн Абу Зияд, а Асим — это аль-Ахвал, а Абу Усман — это ан-Нахди, и весь иснад до Абу Мусы — басрийцы.
Его слово («когда Пророк ﷺ совершал поход на Хайбар, или сказал: когда отправился») — это сомнение передатчика.
Его слово («люди поднялись на возвышенность над долиной» — и далее приводится хадис до слов Абу Мусы — «он услышал меня, когда я говорил: «нет силы и могущества, кроме как от Аллаха»») — этот порядок изложения создаёт впечатление, что это произошло, когда они направлялись к Хайбару, но это не так. На самом деле это произошло во время их возвращения, поскольку Абу Муса прибыл только после завоевания Хайбара вместе с Джа‘фаром, как это будет ясно показано далее в этой главе из его хадиса. Соответственно, в изложении есть опущение, смысл которого таков: «когда Пророк ﷺ отправился к Хайбару, окружил его, завоевал его, [затем противник] обратился в бегство, и он вернулся, [и тогда] люди поднялись...» и так далее. Разбор матна будет приведён в книге о молитвах-обращениях (ад-Да‘ават), если пожелает Всевышний Аллах.
4202 — Нам передал Кутайба: нам передал Я‘куб от Абу Хазима от Сахля ибн Са‘да ас-Са‘иди (да будет доволен им Аллах): «Посланник Аллаха ﷺ встретился с многобожниками, и они сразились. Когда Посланник Аллаха ﷺ склонился к своему лагерю, а другие склонились к своему лагерю, среди соратников Посланника Аллаха ﷺ был человек, который не оставлял в покое ни одного [из врагов], ни отдельного, ни отставшего, но преследовал его и бил его своим мечом. И было сказано: «Никто из нас сегодня не проявил столько усердия, сколько проявил такой-то». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Однако он — из числа обитателей огня». Тогда один человек из людей сказал: «Я буду следить за ним». И он вышел с ним: когда тот останавливался, он останавливался с ним, а когда тот ускорялся, он ускорялся с ним. Затем этот человек получил тяжёлое ранение, и, желая ускорить смерть, он поставил свой меч на землю, а острие — между своими грудями, затем налёг на свой меч и убил себя. Тогда [следивший за ним] человек вышел к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал: «Свидетельствую, что ты — Посланник Аллаха!» Он спросил: «Что это значит?» Тот ответил: «Тот человек, о котором ты недавно сказал, что он из обитателей огня». Люди были поражены этим, и я сказал: «Я отвечаю перед вами за это». Я вышел, следуя за ним, и он получил тяжёлое ранение и, желая ускорить смерть, поставил лезвие своего меча на землю, а острие — между своими грудями, затем налёг на него и убил себя». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал по этому поводу: «Поистине, человек совершает поступки обитателей рая, как это видится людям, а на самом деле он из обитателей огня; и поистине, человек совершает поступки обитателей огня, как это видится людям, а на самом деле он из обитателей рая»».
4203 — Рассказал нам Абу аль-Йаман: сообщил нам Шуайб от аз-Зухри, сказал: сообщил мне Саид ибн аль-Мусайяб, что Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) сказал: «Мы участвовали в битве при Хайбаре, и Посланник Аллаха ﷺ сказал об одном человеке из числа бывших с ним, который называл себя мусульманином: «Этот — из числа обитателей огня». Когда началось сражение, этот человек сражался яростнее всех, так что получил множество ран, и некоторые люди чуть было не усомнились в словах Пророка ﷺ. Затем он ощутил боль от ран, потянулся рукой к своему колчану, вытащил из него стрелы и заколол себя ими. Тогда несколько мусульман поспешили и сказали: «О Посланник Аллаха, Аллах подтвердил истинность твоих слов — такой-то заколол себя и убил самого себя». Он сказал: «Встань, такой-то, и возвести, что в рай не войдёт никто, кроме верующего. Поистине, Аллах поддерживает эту религию даже нечестивым человеком»». Ему следовал в передаче Мамар от аз-Зухри.
4204 — Сказал Шабиб от Йунуса от Ибн Шихаба: сообщили мне Ибн аль-Мусайяб и Абд ар-Рахман ибн Абдуллах ибн Ка‘б, что Абу Хурайра сказал: «Мы участвовали вместе с Пророком ﷺ в битве при Хунайне». А Ибн аль-Мубарак сказал от Йунуса от аз-Зухри от Саида от Пророка ﷺ. Ему следовал в передаче Салих от аз-Зухри. А аз-Зубайди сказал: сообщил мне аз-Зухри, что Абд ар-Рахман ибн Ка‘б сообщил ему, что Убайдуллах ибн Ка‘б сказал: сообщил мне тот, кто участвовал вместе с Пророком ﷺ в битве при Хайбаре. Аз-Зухри сказал: и сообщили мне Убайдуллах ибн Абдуллах и Саид от Пророка ﷺ.
Шестой хадис — хадис Сахля ибн Са‘да о случае с тем, кто убил самого себя:
Его слово («рассказал нам Йакуб») — это Йакуб ибн Абд ар-Рахман аль-Искандарани, а Абу Хазим — это Салама ибн Динар.
Его слово («он встретился с многобожниками») — в риваяте Ибн Аби Хазима, который приведён немного позже, сказано: «в одном из его военных походов», и я не нашёл указания на то, что это именно Хайбар. Однако это построено на предположении, что случай, изложенный в хадисе Сахля, тождествен случаю в хадисе Абу Хурайры, а в хадисе Абу Хурайры прямо сказано, что это произошло при Хайбаре. Но в этом есть сомнение, ибо в изложении Сахля говорится, что человек, убивший себя, оперся на острие своего меча, так что оно вышло у него из спины, а в изложении Абу Хурайры говорится, что он вытащил стрелы из своего колчана и заколол себя ими.
Кроме того, в хадисе Сахля Пророк ﷺ сказал им, когда ему сообщили об этом случае: «Поистине, человек совершает деяния обитателей рая...» и далее хадис, а в хадисе Абу Хурайры он сказал им, когда ему сообщили о случае: «Встань, о Биляль, и возвести, что в рай не войдёт никто, кроме верующего». Поэтому Ибн ат-Тин склонился к тому, что это два разных случая. Возможно совместить их так, что последнее расхождение не является противоречием, а что касается первого, то возможно, что он заколол себя стрелами, но душа его не покинула тело, хотя он и был на грани смерти, и тогда он оперся на свой меч, торопя смерть.
Однако Ибн аль-Джаузи в своём «Мушкиле» категорично утверждает, что случай, рассказанный Сахлем ибн Са‘дом, произошёл при Ухуде. Он сказал: имя этого человека — Кузман аз-Зуфари, и он отстал от мусульман в день Ухуда, за что женщины его порицали. Тогда он вышел и оказался в первом ряду, и был первым, кто выстрелил стрелой, затем перешёл к мечу и совершил чудеса храбрости. Когда мусульмане были разгромлены, он сломал ножны своего меча и стал говорить: «Смерть лучше бегства». Мимо него прошёл Катада ибн ан-Ну‘ман и сказал ему: «Поздравляю тебя с мученической смертью!» Он ответил: «Клянусь Аллахом, я сражался не за веру, а сражался ради чести своего народа». Затем раны стали его мучить, и он убил самого себя.
Я говорю: то, что он передал, взято из «Магази» аль-Вакиди, а на него нельзя опираться, если он передаёт в одиночку, тем более если он противоречит другим! Впрочем, Абу Йа‘ла привёл через путь Саида ибн Абд ар-Рахмана аль-Кади от Абу Хазима хадис этой главы, начало которого гласит, что Посланнику Аллаха ﷺ было сказано в день Ухуда: «Мы не видели такого, каким проявил себя такой-то — люди бежали, а он не побежал, и не оставил многобожникам ни одного отставшего или уединившегося...» и далее хадис полностью, подобно тому, что в «Сахихе», но там не названо его имя. Саид же — предмет разногласий среди учёных, и я не думаю, что его риваят был скрыт от аль-Бухари; думаю, он просто не обратил на него внимания, потому что в некоторых путях передачи от Абу Хазима сказано: «Мы совершили поход вместе с Посланником Аллаха ﷺ», и внешне это указывает на то, что это не Ухуд, ибо Сахль в то время не был из тех, кто мог сказать о себе такое, по причине своего малолетства. Ведь достоверно известно, что он родился за пять лет до хиджры, и, значит, во время Ухуда ему было десять или одиннадцать лет. Хотя он и запомнил некоторые вещи, связанные с Ухудом, например, как Фатима омывала рану Пророка ﷺ, но из этого не следует, что он мог сказать «мы совершили поход», разве что понимать это в переносном смысле, как будет упомянуто позже относительно Абу Хурайры. Однако это опровергается тем, что приведёт вскоре риваят аль-Кушмихани.
Его слово («когда же Посланник Аллаха ﷺ повернул к своему войску») — то есть вернулся после окончания сражения в тот день.
Его слово («и был среди сподвижников Посланника Аллаха ﷺ человек») — в словах группы тех, кто комментировал эту книгу, встречается, что имя его — Кузман, с даммой над «каф» и сукуном над «за», аз-Зуфари — с даммой над точечной буквой и «фа», по отношению к бану Зуфар, роду из ансаров, и что его кунья была Абу аль-Гайдак — с фатхой над точечной буквой, сукуном над «йа» и «каф» в конце. Но это противоречит тому, что было сказано ранее.
Его слово: («шаззатан ва ля фаззатан» — «ни отклонившейся, ни одинокой»). «Шаззах» с удвоением буквы «за» — то, что отделилось от группы; «фаззах» с «фа» — подобное же значение, то есть то, что не смешалось с ними. Оба слова являются определениями к опущенному слову, то есть «душа» (насама), а буква «та» в обоих словах — для усиления. Смысл в том, что она (стрела) не встречает ничего, чего бы не убила. Говорят также, что под «шаззах» и «фаззах» подразумевается большое и малое; говорят также, что «шазз» — это вышедшее (за пределы), а «фазз» — отдельное; говорят также, что оба слова синонимичны; говорят также, что второе слово — это слово-сопровождение (итбаа).
Его слово: («и сказал») — то есть некий говорящий. Ранее в книге о джихаде это приводилось в форме «и сказали они», а немного далее это придёт по другому пути в форме «и было сказано». Здесь же у аль-Кушмихани встречается: «и сказал я», и если это верно сохранено, то станет известно имя того, кто это сказал.
Его слово: («ма аджза» — с хамзой) — то есть «что избавило от нужды».
Его слово: («и сказал: поистине, он из числа обитателей огня») — в риваяте Ибн Аби Хазима, упомянутом выше: «и сказали они: кто же из нас из обитателей рая, если этот — из обитателей огня!». А в хадисе Актама ибн Аби аль-Джауна аль-Хузаи у ат-Табарани сказано: он сказал: мы сказали: о посланник Аллаха, такой-то избавляет (нас) в сражении. Он сказал: он в огне. Мы сказали: о посланник Аллаха, если такой-то при своём поклонении, усердии и мягкости нрава — в огне, то где же мы? Он сказал: это — злейшее из лицемерия. Он сказал: и мы стали присматривать за ним в бою.
Его слово: («и сказал человек из числа людей: я слежу за ним») — в риваяте Ибн Аби Хазима: «непременно последую за ним». И этот человек — Актам ибн Аби аль-Джаун, как это станет ясно из изложения его хадиса.
Его слово: («и он был тяжело ранен») — в хадисе Актама добавлено: мы сказали: о посланник Аллаха, такой-то принял мученическую смерть. Он сказал: он в огне.
Его слово: («и он воткнул свой меч в землю, а остриё его — между сосков») — в риваяте Ибн Аби Хазима: «и воткнул рукоять своего меча в землю». А в хадисе Актама: «взял свой меч и поставил его между сосками, затем оперся на него, пока он не вышел из его спины. И я пришёл к Пророку ﷺ и сказал: свидетельствую, что ты — посланник Аллаха».
Его слово: («и он из числа обитателей рая») — в хадисе Актама добавлено: «его настигают несчастье и счастье при выходе его души, и ему определяется участь по этому», — разъяснение последних слов придёт в книге о предопределении, если пожелает Всевышний Аллах.
Седьмой хадис — хадис Абу Хурайры:
Его слово: («мы присутствовали при Хайбаре») — имеется в виду его войско из мусульман, потому что достоверно установлено, что он прибыл лишь после того, как Хайбар был завоёван. У аль-Вакиди встречается, что он прибыл после завоевания большей части Хайбара и присутствовал при завоевании последней его части. Однако ранее в книге о джихаде приводилось по пути Анбасы ибн Саида от Абу Хурайры, что он сказал: «я пришёл к посланнику Аллаха ﷺ, когда он был в Хайбаре после того, как завоевал его, и сказал: о посланник Аллаха, выдели мне долю». Обсуждение этого придёт в другом хадисе Абу Хурайры в конце этой главы.
Его слово: («когда наступило сражение») — допустимы и именительный, и винительный падеж.
Его слово: («и сказал он одному человеку из тех, кто был с ним») — то есть «о человеке», ибо предлог «ли» иногда употребляется в значении «ан» («о»), как в словах Всевышнего: «И сказали те, кто не уверовал, о тех, кто уверовал». Возможно также, что он употреблён в значении «фи» («в отношении»), то есть «в его деле», «по его поводу», подобно словам Всевышнего: «И мы установим весы справедливости на день воскресения».
Его слово: («и чуть было некоторые люди не усомнились») — в риваяте Мамара в книге о джихаде: «и чуть было некоторые люди не усомнились» с частицей «ан», введённой перед хабаром «када», что допустимо, хотя и редко.
Его слово: («встань, о такой-то») — это Билял, как это разъяснено в книге о предопределении.
Его слово: («поистине, Аллах поддерживает») — в риваяте аль-Кушмихани: «непременно поддержит». Ан-Навави сказал: допустимы и фатха, и кясра на хамзе слова «инна/анна».
Его слово: («нечестивым человеком») — возможно, что артикль «аль» указывает на определённость и подразумевается упомянутый Кузман, а возможно, что он указывает на родовое значение.
Его слово: («последовал за ним Мамар») — то есть последовал за Шуайбом от аз-Зухри, то есть по этому же иснаду, и это доведено до конца (мавсуль) у автора в конце книги о джихаде, приведённое вместе с риваятом Шуайба от аз-Зухри.
Его слово: («и сказал Шабиб») — то есть ибн Саид («от Юнуса») — то есть ибн Язида («от Ибн Шихаба») — то есть аз-Зухри, по этому же иснаду.
Его слово: («мы присутствовали при Хунайне») — имеется в виду, что Юнус разошёлся с Мамаром и Шуайбом, упомянув вместо Хайбара слово «Хунайн». Этот риваят Шабиба доведён до конца ан-Насаи, ограничившимся лишь частью хадиса, а аз-Зухли привёл его полностью в «аз-Зухрийят», как и Якуб ибн Суфьян в своей «Тарих», оба — от Ахмада ибн Шабиба от его отца полностью. Ахмад — из шейхов аль-Бухари, и он передавал от него и другое, помимо этого. Юнус совпал с Мамаром и Шуайбом в иснаде, но добавил в нём наряду с Саидом ибн аль-Мусаййибом — Абд ар-Рахмана ибн Абдуллаха ибн Кааба ибн Малика, и передал хадис от них обоих от Абу Хурайры.
Его слово: («и сказал Ибн аль-Мубарак от Юнуса от аз-Зухри от Саида от Пророка ﷺ») — то есть он совпал с Шабибом в слове «Хунайн», но разошёлся с ним в иснаде, сделав хадис отправленным (мурсаль). Этот путь Ибн аль-Мубарака доведён до конца в книге о джихаде, но я не видел в нём указания на конкретное название похода.
Его слово: («и последовал за ним Салих») — то есть ибн Кайсан («от аз-Зухри»). Это следование упомянул аль-Бухари в своей «Тарих». Он сказал: сказал мне Абд аль-Азиз аль-Увайси от Ибрахима ибн Саада от Салиха ибн Кайсана от Ибн Шихаба: сообщил мне Абд ар-Рахман ибн Абдуллах ибн Кааб ибн Малик, что некто из тех, кто присутствовал вместе с Пророком ﷺ, сказал: «поистине, Пророк ﷺ сказал одному человеку, бывшему с ним: этот из числа обитателей огня», — и далее хадис. Таким образом стало ясно, что под следованием подразумевается, что Салих последовал за риваятом Ибн аль-Мубарака от Юнуса в отношении отсутствия упоминания названия похода, а не в остальной части матна и не в иснаде. Этот хадис передал также Якуб ибн Ибрахим ибн Саад.
От своего отца, от Салиха, от аз-Зухри, который сказал: «от Абд ар-Рахмана ибн аль-Мусаййаба» в форме мурсаль — и здесь он допустил ошибку; по-видимому, он хотел сказать: «от Абд ар-Рахмана ибн Абдаллаха ибн Ка‘ба и Са‘ида ибн аль-Мусаййаба», но оговорился.
Его слово: («И сказал аз-Зубайди: сообщил мне аз-Зухри, что Абд ар-Рахман ибн Ка‘б сообщил ему, что Убайдаллах ибн Ка‘б сказал: сообщил мне тот, кто присутствовал вместе с Пророком ﷺ при Хайбаре»). Аз-Зухри сказал: «И сообщили мне Убайдаллах ибн Абдаллах и Са‘ид от Пророка ﷺ». А в риваяте ан-Насафи: «Абдаллах ибн Абдаллах». Так аль-Бухари привёл этот путь аз-Зубайди в форме та‘лик, сокращённо, и допустил в этом сокращении упущение, поскольку не разделил между связным (маусуль) риваятом аз-Зухри от Абд ар-Рахмана и его мурсаль-риваятом от Са‘ида и Убайдаллаха ибн Абдаллаха. Он разъяснил это в «Тарихе», а также Абу Нуайм в «Мустахрадже» и аз-Зухли в «аз-Зухриййат» — они привели это через путь Абдаллаха ибн Салима аль-Химси от аз-Зубайди, изложив связной хадис с историей, а затем после него привели: сказал аз-Зубайди: сказал аз-Зухри: «И сообщили мне Абдаллах ибн Абдаллах и Са‘ид ибн аль-Мусаййаб, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «О Биляль, встань и произнеси азан: в рай не войдёт никто, кроме верующего человека, а Аллах поддерживает эту религию нечестивым человеком»». Это изложение аль-Бухари. А в изложении аз-Зухли: сказал аз-Зухри: «И сообщил мне Абд ар-Рахман ибн Абдаллах» — и это более верно, чем «Убайдаллах ибн Абдаллах», на что указал Абу Али аль-Джаяни.
Действие аль-Бухари подразумевает предпочтение риваята Шуайба и Ма‘мара, и он указал, что остальные риваяты допустимы (мухтамаля) — это его обычная практика в отношении различающихся риваятов: если один из них представляется ему предпочтительным, он опирается на него, указывая при этом на остальные, и это не влечёт за собой порочности предпочтённого риваята, поскольку условием «расстройства» (идтираб) является равенство сторон разногласия, при котором ничто не получает предпочтения.
Муслим в «Китаб ат-Тамйиз» упомянул иное разногласие относительно аз-Зухри, сказав: рассказал нам аль-Хасан ибн аль-Халляуани от Йа‘куба ибн Ибрахима ибн Са‘да, от Салиха ибн Кайсана, от Ибн Шихаба: сообщил мне Абд ар-Рахман ибн аль-Мусаййаб, что Пророк ﷺ сказал: «О Биляль, встань и произнеси азан: в рай не войдёт никто, кроме верующего». Аль-Халляуани сказал: я спросил Йа‘куба ибн Ибрахима: кто этот Абд ар-Рахман ибн аль-Мусаййаб? Он ответил: у Са‘ида ибн аль-Мусаййаба был брат по имени Абд ар-Рахман, и был также человек из бану Кинана, которого звали Абд ар-Рахман ибн аль-Мусаййаб; я полагаю, что это именно кинанит.
Муслим сказал: то, что сказал Йа‘куб, ничего не стоит; на самом деле из этого иснада выпал один союз «и» (вав), из-за чего его ошибка стала значительной. В действительности это «от аз-Зухри, от Абд ар-Рахмана и Ибн аль-Мусаййаба», где Абд ар-Рахман — это ибн Абдаллах ибн Ка‘б, а Ибн аль-Мусаййаб — это Са‘ид. Так же передавали от аз-Зухри его племянник, Муса ибн Укба и Йунус ибн Язид. Аллах знает лучше.
Также аз-Зухли предпочёл риваят Шуайба и Ма‘мара, сказав: «Но риваят двух последних не отвергается, потому что аз-Зухри получал этот хадис по нескольким путям, и его товарищи передавали от него в соответствии с этим». Да, он привёл через путь Мусы ибн Укбы и племянника аз-Зухри, от аз-Зухри, согласие с аз-Зубайди относительно передачи концовки хадиса в форме мурсаль.
Аль-Мухалляб сказал: этот человек — из тех, о ком Пророк ﷺ сообщил нам, что на него исполнилась угроза (ва‘ид), обращённая к нечестивцам, но из этого не следует, что каждый, кто убьёт себя, непременно будет осуждён на огонь.
Ибн ат-Тин сказал: возможно, что его слово «он из числа обитателей огня» означает «если Аллах не простит его». А возможно также, что когда его настигла рана, он усомнился и засомневался в вере, или же счёл дозволенным убить себя, и умер неверующим. Это подтверждается словами Пророка ﷺ в продолжении хадиса: «В рай не войдёт никто, кроме души предавшейся (муслима)». На этом решительно остановился Ибн аль-Мунир.
А то, что представляется очевидным, — это что под «нечестивцем» (фаджир) подразумевается более общее понятие, охватывающее как неверующего, так и грешника (фасик), и этому не противоречат слова Пророка ﷺ: «Мы не прибегаем к помощи многобожника», поскольку это относится к тому, кто открыто проявлял неверие, либо это положение отменено (мансух).
В хадисе — сообщение Пророка ﷺ о сокрытом (скрытых вещах), а это относится к его явным чудесам. В нём также — допустимость сообщения праведному человеку о достоинстве, которое в нём есть, и оглашения этого вслух.
(Замечание): призывавший к этому — Биляль. У Муслима в одном из риваятов встречается: «Встань, о сын аль-Хаттаба». А у аль-Байхаки — что призывавшим к этому был Абд ар-Рахман ибн Ауф. Это можно объединить тем, что они призывали все вместе, в разных направлениях.