...после его смерти.
[Хадис 4456 — см. также: 5709]
Восемнадцатый хадис: хадис Ибн Аббаса и Аиши о том, что Абу Бакр поцеловал Пророка ﷺ после его смерти. Ранее, в предыдущем хадисе, говорилось, что он открыл лицо его, затем склонился над ним и поцеловал его. А в риваяте Язида ибн Бабануса от неё (Аиши) сказано: он подошёл к нему со стороны головы, опустил свои уста, поцеловал его лоб и сказал: «О пророк!» — затем поднял голову, снова опустил уста, поцеловал его лоб и сказал: «О избранник!» — затем снова поднял голову, опустил уста, поцеловал его лоб и сказал: «О возлюбленный друг!» А у Ибн Абу Шейбы от Ибн Умара: он приложил свои уста ко лбу Посланника Аллаха ﷺ и стал целовать его и плакать, говоря: «Отец мой и мать моя за тебя! Ты был благ живым и благ мёртвым». А у ат-Табарани из хадиса Джабира сообщается, что Абу Бакр поцеловал его лоб. И у него же из хадиса Салима ибн Атика сообщается, что Абу Бакр вошёл к Пророку ﷺ и коснулся его, и люди сказали: «О товарищ Посланника Аллаха, умер ли Посланник Аллаха ﷺ?» Он ответил: «Да».
4458 — Передал нам Али, передал нам Яхья, и добавил: сказала Аиша: «Мы дали ему лекарство через уголок рта во время его болезни, и он стал показывать нам знаками, чтобы мы не давали ему лекарство так. Мы сказали: «Это из-за отвращения больного к лекарству». Когда же он пришёл в себя, он сказал: «Не запрещал ли я вам давать мне лекарство таким образом?» Мы ответили: «Из-за отвращения больного к лекарству». Тогда он сказал: «Пусть не останется никто в доме, кому не дали бы лекарство так же, как мне, притом что я буду смотреть на это, — кроме аль-Аббаса, ибо он не присутствовал при этом с вами»». Передал это Ибн Абу аз-Зинад от Хишама, от его отца, от Аиши, от Пророка ﷺ.
[Хадис 4458 — см. также: 5712, 6886, 6897]
Девятнадцатый хадис. Его слово («Передал нам Али, передал нам Яхья, и добавил: сказала Аиша: «Мы дали ему лекарство через уголок рта во время его болезни»»): что касается Али, то это Али ибн Абдуллах аль-Мадини, а что касается Яхьи, то это Яхья ибн Саид аль-Каттан. Имеется в виду, что Али согласуется с Абдуллахом ибн Абу Шейбой в его риваяте от Яхьи ибн Саида в отношении предыдущего хадиса, но добавил к нему рассказ о лекарстве через уголок рта.
Его слово («лададнаху» — «мы дали ему лекарство через уголок рта») означает: мы поместили ему в уголок рта лекарство без его согласия. Это и есть «аль-людуд» (лекарство через уголок рта). А то, что вливается прямо в горло, называется «аль-вуджур». У ат-Табарани в хадисе аль-Аббаса сообщается, что они растопили кустус (некое благовонное растение) — то есть с маслом — и напоили его этим через уголок рта.
Его слово («и он стал показывать нам знаками, чтобы мы не давали ему лекарство так, и мы сказали: «Это из-за отвращения больного к лекарству»»): Ийад сказал: «Мы зафиксировали это слово (كراهية) в форме именительного падежа (بالرفع), то есть «это с его стороны — отвращение»». Абу аль-Бака сказал: «Это сказуемое при опущенном подлежащем, то есть «этот отказ — отвращение»». Возможна также форма винительного падежа (بالنصب) в значении обстоятельства причины, то есть «он запретил нам это из-за отвращения к лекарству». Возможно также, что это отглагольное имя (масдар), то есть «он проявил отвращение — отвращение к лекарству, подобное отвращению больного». Ийад сказал: «Именительный падеж предпочтительнее винительного падежа в значении масдара».
Его слово («Пусть не останется никто в доме, кому не дали бы лекарство так же, как мне, притом что я буду смотреть на это, — кроме аль-Аббаса, ибо он не присутствовал при этом с вами»): было сказано, что в этом содержится указание на законность возмездия (кисас) за всё, чем человек был умышленно поражён. Но в этом есть сомнение, поскольку не все они совершили это действие сами — это было сделано с ними в качестве наказания за то, что они не подчинились его запрету. Что касается того, кто непосредственно это совершил, то это очевидно; а что касается тех, кто не совершал этого сам, то они были наказаны за то, что не удержали друг друга от того, что он им запретил. Отсюда извлекается польза, что отдалённое толкование (та’виль) не служит оправданием для того, кто на него ссылается. Но в этом также есть сомнение, поскольку тот, кто пошёл против запрета, — как сказал Ибн аль-Араби, — хотел, чтобы они не явились в День воскресения с долгом перед ним (Пророком ﷺ), из-за чего попали бы в великое затруднение. На это возразили, что можно было бы простить их, поскольку он (Пророк ﷺ) не мстил за себя лично. То, что представляется верным, — это что он хотел таким образом наставить их, чтобы они не повторяли этого впредь; так что это было наставлением (та’диб), а не возмездием и не отмщением.
Было сказано: он выразил неприятие лекарства через уголок рта, хотя сам обычно лечился, потому что он был уверен, что умрёт от этой болезни, а тому, кто уверен в этом, лечение не рекомендуется. Я же говорю: в этом есть сомнение. То, что представляется верным, — это что это было до того, как ему был предоставлен выбор (между жизнью и смертью) и до полной уверенности (в смерти), и что он отверг именно это лечение, потому что оно не подходило к его болезни: они предположили, что у него плеврит (зат аль-джанб), и лечили его тем, что подходит для этой болезни, тогда как у него этого не было, — как это ясно видно из контекста хадиса, как ты можешь заметить. И Аллах знает лучше.