Хадис № 4727

Сказал: и сообщил мне Абдуллах ибн Усман ибн Хусайм от Саида ибн Джубайра: что это была девочка. Ибн Джурайдж сказал: и дошло до меня, что мать его в тот день, когда он был убит, была беременна мальчиком. А Якуб ибн Асим — это брат Давуда, и они оба — сыновья Асима ибн Урвы ибн Масуда ас-Сакафи, и каждый из них — надёжный передатчик из младших последователей (табиин). В хадисе, помимо того что было упомянуто прежде, содержится ряд полезных сведений: желательность стремления к приращению знания и путешествия ради этого, встреч с шейхами и претерпевания трудностей на этом пути, использования помощников в этом деле; употребление слова «отрок» (فتى) в значении «слуга-последователь»; допустимость того, что свободный человек нанимается на службу; покорность слуги тому, кому он служит; извинительность забывчивого; допустимость принятия дара от немусульманина. Этим хадисом обосновывается также, что аль-Хидр — пророк, по нескольким соображениям, на которые я уже указывал прежде, как то: его слово «и не делал я этого по своему велению»; следование Мусы, посланника Аллаха, за ним, чтобы учиться у него; прямое указание, что он знает больше Мусы; его решимость убить человека, о чём он разъяснил впоследствии, и прочее. Что же касается тех, кто на основании этого хадиса обосновывает допустимость отвращения более тяжкого из двух видов вреда посредством более лёгкого, и терпимости к некоторым порицаемым вещам из страха, что из этого проистечёт нечто худшее, и порчи части имущества для сохранения большей его части — подобно тому, как животное подвергают кастрации для набора веса или обрезают ему ухо, чтобы отличить его, — а из этого рода — примирение опекуна сироты с правителем на части имущества сироты из страха, что тот отнимет всё, — то это верно, но лишь в том, что не противоречит прямому предписанию шариата. Не допускается решаться на убийство человека, от которого ожидается, что он убьёт многих людей, прежде чем он совершит что-либо из этого. Аль-Хидр же совершил то, что совершил, потому что Аллах Всевышний открыл ему это знание. Ибн Баттал сказал: слово аль-Хидра «что касается отрока, то он был неверующим» — это с учётом того, к чему привело бы его дело, если бы он дожил до зрелости, а желательность подобного убийства не знает никто, кроме Аллаха, и Аллаху принадлежит право выносить о Своих творениях суд по Своей воле — до достижения зрелости и после неё. Конец цитаты. Допустимо также, что дозволенность возложения обязанностей на различающего (мумайиз) ребёнка до достижения зрелости имела место в том шариате, и тогда затруднение снимается. В хадисе также содержится дозволенность сообщать об усталости, а к этому присоединяется и боль от болезни и подобного этому, при условии, что это делается без ропота на предопределённое. В нём также указание на то, что тому, кто направляется к своему Господу, оказывается помощь, так что усталость и голод не спешат настичь его, — в отличие от того, кто направляется к иному, — как в истории Мусы при его направлении к назначенному сроку встречи с его Господом: это было в повиновении его Господу, и не передано о нём, что он утомился, или просил еды, или сопутствовал кому-либо. А при направлении его в Мадйан он был занят собственной нуждой, и голод настиг его; и при направлении его к аль-Хидру, тоже ради собственной нужды, он утомился и проголодался. В хадисе также дозволенность просить пропитание и просить гостеприимства. В нём же — установление извинительности при однократном забвении и установление доказательства при повторном. Ибн Атыйя сказал: похоже, что это — основа для того принципа Малика, по которому он назначал сроки в решениях в размере трёх дней, и в отношении промедления и подобного этому. В хадисе также — благовоспитанность по отношению к Аллаху, состоящая в том, чтобы не приписывать Ему того, выражение чего может показаться неподобающим, хотя всё и происходит по Его предопределению и творению; на это указывает слово аль-Хидра о корабле: «и захотел я испортить его», а о стене: «и захотел твой Господь». Подобно этому и слово Пророка ﷺ: «Благо — в Твоей руке, а зло не восходит к Тебе». 4 — Глава: «Когда же они миновали её, он сказал своему отроку: «Принеси нам наш обед, поистине, мы утомились от этого нашего путешествия»» — до слов «...рассказ». «Труд» (صنعا) — деяние; «возвращение» (حِوَلًا) — переход обратно; «он сказал: это то, чего мы желали, и они вернулись по своим следам, рассказывая»; «дело» (إمرا) и «беда» (نكرا) — несчастье; «обрушиться» (ينقض) — обваливаться, как обваливается зуб; «взял бы» (لتخذت) и «взял» (واتخذت) — одно и то же; «родство» (رحما) — от слова «رُحْم», и это более сильное выражение, чем «رحمة» (милость); полагают, что оно происходит от «الرحيم»; и Мекку называют «мать милости» («أم رحم»), то есть милость ниспосылается в ней. Глава: слово его «видел ли ты, как мы укрылись у скалы». 4727 — рассказал мне Кутайба ибн Саид: рассказал мне Суфьян ибн Уяйна от Амра ибн Динара, от Саида ибн Джубайра, который сказал: Я сказал Ибн Аббасу: поистине, Науф аль-Бакали утверждает, что Муса из сынов Исраиля — не тот Муса, который встретился с аль-Хидром. Он сказал: солгал враг Аллаха! Рассказал нам Убайй ибн Каб от Посланника Аллаха ﷺ, что он сказал: встал Муса, обращаясь с проповедью к сынам Исраиля, и его спросили: кто из людей самый знающий? Он сказал: я. И Аллах упрекнул его за то, что он не возвратил знание к Нему, и внушил ему откровение: нет, есть раб из Моих рабов у места слияния двух морей, он более знающий, чем ты. Он сказал: о Господь, как мне найти путь к нему? Он сказал: возьми рыбу в корзине, и там, где ты потеряешь рыбу, последуй за ней. Он сказал: и вышел Муса, а с ним его отрок Йушаа ибн Нун, и с ними обоими была рыба, пока они не достигли скалы, и там они остановились. Он сказал: и положил Муса свою голову и заснул. Суфьян сказал: а в хадисе, переданном не от Амра, сказано: и у основания скалы был источник, называемый «жизнь», и никто не касался его воды без того, чтобы не оживал; и коснулась рыба воды того источника. Он сказал: и она задвигалась и выскользнула из корзины, и вошла в море. Когда же Муса проснулся, он сказал «своему отроку: принеси нам наш обед» — этот аят. Он сказал: и он не почувствовал усталости, пока не миновал то место, которое ему было велено. Сказал ему его отрок Йушаа ибн Нун: «видел ли ты, как мы укрылись у скалы, поистине, я забыл рыбу» — этот аят. Он сказал: и они вернулись, следуя по своим следам, и обнаружили в море как бы свод — след прохода рыбы, и это было для его отрока удивительным, а для рыбы — подземным ходом. Он сказал: когда же они достигли скалы, вот они видят человека, укрытого одеждой, и Муса поприветствовал его. [Мыслящий человек] сказал: «Разве в твоей земле есть мир?» Тот ответил: «Я — Муса». Он спросил: «Муса сынов Исраиля?» Тот сказал: «Да». Он спросил: «Могу ли я последовать за тобой, чтобы ты научил меня тому верному пути, которому был научен?» Хадир сказал ему: «О Муса, поистине, у тебя есть знание из знания Аллаха, которому научил тебя Аллах, а я его не знаю, а у меня есть знание из знания Аллаха, которому научил меня Аллах, а ты его не знаешь». Он сказал: «Нет, я последую за тобой». Хадир сказал: «Если ты последуешь за мной, то не спрашивай меня ни о чём, пока я сам не заговорю с тобой об этом». И они отправились, идя вдоль побережья, и мимо них проплыл корабль. Хадира узнали и взяли их обоих на корабль без платы, то есть без вознаграждения. Они сели на корабль. И вот воробей сел на край корабля и обмакнул клюв в море. Хадир сказал Мусе: «Твоё знание, моё знание и знание всех творений по сравнению со знанием Аллаха — не более чем то, что этот воробей обмакнул своим клювом». Не успел Муса опомниться, как Хадир взял тесло и продырявил корабль. Муса сказал ему: «Люди взяли нас без платы, а ты взялся за их корабль и продырявил его, чтобы потопить его обитателей? Ты совершил нечто ужасное» — до конца аята. Затем они пошли дальше, и вот они увидели мальчика, играющего с другими мальчиками, и Хадир взял его за голову и отсёк её. Муса сказал ему: «Неужели ты убил невинную душу без права возмездия за душу? Ты совершил вещь скверную». Хадир сказал: «Разве я не говорил тебе, что ты не сможешь сохранять терпение со мной?» — и так до слов: «Они отказались принять их как гостей». И они нашли там стену, которая была готова обрушиться. Хадир сделал рукой вот так и выправил её. Муса сказал ему: «Мы вошли в это селение, а они не приняли нас как гостей и не накормили нас, если бы ты захотел, ты мог бы взять за это плату». Хадир сказал: «Это — разлука между мной и тобой. Сейчас я сообщу тебе толкование того, к чему ты не смог проявить терпения». Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Мы хотели бы, чтобы Муса проявил терпение, чтобы нам было рассказано побольше об их деле». Передаётся, что Ибн Аббас читал: «А впереди них был царь, который силой отбирал каждый исправный корабль», а что касается мальчика, то он был неверующим. Его слово: «Глава: «Когда же они миновали это место, он сказал своему слуге: «Принеси нам наш обед» — до слов — «рассказом»». В этой главе он приводит историю Мусы от Кутайбы, от Суфьяна, и я уже указал на дополнительную пользу, содержащуюся в ней, в предыдущем разделе. А его слово, переданное от Амра ибн Динара, было приведено на главу ранее в риваяте аль-Хумайди от Суфьяна: «Рассказал нам Амр ибн Динар». Ат-Тирмизи передал через путь Али ибн аль-Мадини, который сказал: «Я совершил один хадж, и не было у меня иной цели, кроме как услышать от Суфьяна этот хадис [в форме прямой передачи], пока не услышал, как он сказал: «Рассказал нам Амр»», — тогда как до этого он передавал его в форме «ан‘ана» (без прямого указания на слышание). Его слово: (ينقض — يَنقاض, как говорят о зубе, что он ينقاض) — так у Абу Зарра, а у других — «эта вещь» с точками над буквами «ض» и «ي», и это мнение Абу Убайды. Он сказал относительно слов «желающей рухнуть» (يُريد أن ينقضّ): то есть упасть; говорят: «дом обрушился» (انقضّت الدار), если он разрушился. Он сказал: некоторые читали это как «ينقاض», то есть выламывается из своего основания, подобно тому как говорят: «зуб выломался» (انقاضت السنّ), если он выпал из своего корня. Это подтверждает риваят Абу Зарра. Чтение «ينقاض» передаётся от аз-Зухри. Разошлись во мнениях относительно буквы «ض» в нём: одни говорят, что она с усилением (تشديد) по образцу «يحمارّ», и это более выразительно, чем «ينقضّ», которое по образцу «يفعلّ» от «انقضاض» птицы, когда она падает на землю; другие говорят, что она без усиления, и на это указывает тот смысл, который упомянул Абу Убайда. От Али передаётся, что он читал «ينقاص» с буквой «ص» без точки. Ибн Халавайх сказал: говорят «انقاصت السنّ», если он раскололся вдоль, а также говорят это, если он треснул как бы то ни было. Ибн Фарис сказал: сказано, что смысл этого подобен тому, что с точкой, а также сказано, что это раскол вдоль. Ибн Дурайд сказал: «انقاض» с точкой — означает «сломался», а без точки — «треснул». Аль-А‘маш читал, следуя за Ибн Мас‘удом: «يريد لينقضّ» с огласовкой «ла» под «лям», «йа» с даммой сверху, «каф» с фатхой и без усиления «ض», от корня «накд» (разрушение). Его слово: («نُكرًا» — «беда») — так в тексте, но у Абу Убайды относительно слов «Ты совершил вещь скверную» (لقد جئت شيئا إمرا) сказано: «беда», а «نُكرًا» — значит «великое». Разошлись во мнениях, какое из двух слов более выразительно: одни говорят, что «إمرا» более выразительно, чем «نُكرًا», потому что оно было сказано по поводу пробития корабля, которое ведёт к гибели множества душ, тогда как то слово было сказано по поводу одной души. Другие говорят, что «نُكرًا» более выразительно, поскольку вред в этом случае был непосредственным, в отличие от «إمرا», где вред был лишь ожидаемым. Это подтверждается тем, что относительно «نُكرًا» он сказал: «Разве я не говорил тебе?», а относительно «إمرا» этого не сказал. Его слово: («لتخِذت» и «واتخذت» — одно и то же) — это мнение Абу Убайды. В риваяте Муслима от Амра ибн Мухаммада, от Суфьяна, в этом хадисе передаётся, что Пророк ﷺ читал это как «لتخِذت», и это чтение Абу Амра, а в риваяте других — «لاتخذت». Его слово: («رُحمًا» от «الرُّحم», а оно более выразительно по значению, чем «رحمة»; и полагают, что оно от «الرحيم», а Мекку называют «Умм рухм», то есть «милость нисходит на неё») — это из речи Абу Убайды, и приведено оно у него в разбитом виде; это уже было упомянуто в предыдущем хадисе. Суть его слов в том, что «رُحمًا» — от «الرحم», означающего родство, и это более выразительно, чем «رحمة», означающее мягкость сердца, поскольку родство обычно влечёт за собой мягкость, но не наоборот. Его слово «полагают» построено в форме страдательного залога. Его слово «производное от رحمة» означает то, от чего произведено «الرحيم». Его слово «Умм рухм» — с даммой над «ра» и без гласной после — означает, что милость нисходит на неё; в этом содержится подтверждение того, что он выбрал, а именно что «الرُّحم» — от родства, а не от мягкости сердца. его слово: («глава: слова Всевышнего: «сказал он: не видел ли ты, как мы укрылись у скалы»» и далее) — это заглавие установлено у Абу Зарра, и в этой главе приведён рассказ о Мусе и аль-Хидре от Кутайбы от Суфьяна ибн Уяйны. Ранее этот же рассказ уже приводился от Абдуллаха ибн Мухаммада от Суфьяна ибн Уяйны в «книге знания». Его слова в конце: («сказал посланник Аллаха ﷺ: мы хотели бы, чтобы Муса проявил терпение, чтобы Аллах поведал нам об их деле») — ранее в «книге знания» это приводилось в формулировке: («да помилует Аллах Мусу, как бы мы хотели, чтобы он проявил терпение»). А в «хадисах о пророках» это же приводилось от Али ибн Абдуллаха ибн аль-Мадини от Суфьяна так же, как у Кутайбы, но там после этого сказано: («сказал Суфьян: сказал посланник Аллаха ﷺ: да помилует Аллах Мусу» и далее). Это допускает два толкования: либо это добавление — то есть «да помилует Аллах Мусу» — не было у Ибн Уяйны в этом иснаде, и он передал его в форме мурсаль; либо Али слышал это от него дважды — один раз с этим добавлением, другой раз без него, и это толкование предпочтительнее. Ведь это привёл Муслим от Исхака ибн Рахавейхи, Амра ибн Мухаммада ан-Накида, Ибн Абу Умара и Убайдуллаха ибн Саида, а ат-Тирмизи — от Ибн Абу Умара, а ан-Насаи — от Ибн Абу Умара, и все они передают от Суфьяна в формулировке: («да помилует Аллах Мусу» и далее), связанной с самим хадисом. И привёл это Муслим через путь Ракабы от Абу Исхака от Саида ибн Джубайра с добавлением, в формулировке которого сказано: («а если бы он проявил терпение, то увидел бы удивительное»), и что он, когда упоминал кого-либо из пророков, начинал с себя: («милость Аллаха на нас и на такого-то моего брата»). И привели это ат-Тирмизи и ан-Насаи через путь Хамзы аз-Зайята от Абу Исхака в сокращённом виде, а Абу Дауд — с этой же стороны в развёрнутом виде, и его формулировка: («и он, когда обращался с мольбой, начинал с себя и говорил: милость Аллаха на нас и на Мусу»).