Передал нам Мусаддад, передал нам Яхья, от Имрана Абу Бакра, который сказал: рассказал мне Ата ибн Абу Рабах, что Ибн Аббас сказал мне: «Хочешь, я покажу тебе женщину из обитательниц Рая?» Я ответил: «Да». Он сказал: «Это чернокожая женщина, которая пришла к Пророку ﷺ и сказала: «Я страдаю от припадков, и я обнажаюсь (во время них), помолись Аллаху за меня». Он сказал: «Если хочешь, ты будешь терпелива, и Рай будет твоим, а если хочешь, я помолюсь Аллаху, чтобы исцелил тебя». Она сказала: «Я буду терпелива». Потом сказала: «Я обнажаюсь, помолись Аллаху, чтобы я не обнажалась». Тогда он помолился за нее».
Передал нам Мухаммад, сообщил нам Махлад, от Ибн Джурейджа, что Ата сообщил ему, что он видел Ум Зуфар — ту высокую чернокожую женщину у завесы Каабы.
Его слова: «Глава о достоинстве того, кто страдает от припадков ветра» — задержка ветра может быть причиной припадков, и это причина, которая препятствует нормальному функционированию главных органов, но не полностью. Причина — густой ветер, задерживающийся в отверстиях мозга, или плохой пар, поднимающийся к нему из некоторых органов. За этим может следовать судорога в органах, и человек не остается стоять, а падает и пускает пену из-за густоты влаги. Припадки могут быть вызваны джиннами, и происходят они только от дурных душ среди них, либо из-за симпатии к некоторым человеческим образам, либо для причинения вреда. Первая причина подтверждается всеми врачами, которые упоминают лечение, а вторая отрицается многими, некоторые же признают ее, но не знают лечения, кроме сопротивления добрым и возвышенным духам, чтобы изгнать влияние злых низменных духов и нейтрализовать их действия. Среди тех, кто настаивал на этом, был Абу Крат, который сказал, говоря о лечении страдающего припадками: «Это помогает только при причинах, связанных с телесными соками, а при духах — нет».
Слова: «Яхья» — это Ибн Саид аль-Каттан.
Слова: «От Имрана Абу Бакра» — это известный по прозвищу Касир, имя его отца — Муслим, он был басрийским табиином-младшим.
Слова: «Хочешь, я покажу» — с облегчением лам перед ней и с открытой хамзой.
Слова: «Эта чернокожая женщина» — в риваяте Джафара аль-Мустафири в книге о сподвижниках, который привел Абу Муса в конце своего пути, а затем в риваяте Ата аль-Хорасани от Ата ибн Абу Рабах в этом хадисе, он показал мне эфиопку желтоватого цвета и сказал: «Это Суайра аль-Асадия».
Слова: «Она сказала: «Во мне эта му’ута»» (المؤتة) — с даммой на мим и с хамзой после нее, означающая безумие. Ибн Мардувайх привел это в толковании с этой стороны, сказав в своем риваяте: «Во мне эта му’ута означает безумие», и добавил в своем риваяте, как и Ибн Манда, что она собирала шерсть, волосы и волокна, и когда у нее собирался большой комок, она разбивала его, и в нем нисходила: «И не будьте как та, которая распустила пряжу свою» (аят). Ранее в толковании суры «Нахль» говорилось, что это была другая женщина.
Слова: «И я обнажаюсь» — с удвоением и шаддой от корня «такашшуф», и с нуном спокойной, облегченной от «инкшаф», имеется в виду, что она боялась, что ее нагота проявится, хотя она этого не чувствовала.
Слова в другом пути: «Передал нам Мухаммад» — это Ибн Салам, и он прямо указал на это в книге «Адаб аль-Муфрад», а Махлад — это Ибн Язид.
Слова: «Что он видел Ум Зуфар» — с даммой на зай и с фатхой на фа.
Слова: «Та женщина» — в риваяте аль-Кушмехини «та женщина».
Слова: «У завесы Каабы» — с касрой на мухмаля, то есть сидящая на ней, опирающаяся, и возможно, что это относится к слову «видел». Затем я нашел хадис в «Адаб аль-Муфрад» аль-Бухари, и он привел его с этим же иснадом, сказав «на лестнице Каабы», и Аллах знает лучше.
У аль-Баззара есть другой риваят от Ибн Аббаса в подобной истории, что она сказала: «Я боюсь дурного, чтобы он не оголил меня», он помолился за нее, и когда она боялась, что он придет к ней, она приходила к завесам Каабы и держалась за них. Абдурраззак привел этот хадис подробно от Ибн Джурейджа, а Ибн Абд аль-Барр в «Аль-Истиъаб» от пути Хаджжаджа ибн Мухаммада, от Ибн Джурейджа, от аль-Хасана ибн Муслима, что он слышал, как Таус говорил: «К Пророку ﷺ приводили безумных, и он бил по груди одного из них, и он исцелялся. Привели безумную женщину, которую звали Ум Зуфар, он бил по ее груди, но она не исцелилась». Ибн Джурейдж сказал: «Ата сообщил мне, как здесь», и Ибн Манда привел это в «Аль-Ма’рифа» от пути Ханзалы ибн Аби Суфьяна, от Тауса, добавив, что он хорошо отзывался о ней и в конце сказал: «Если она последует за ней в этом мире, то у нее будет благо в Последней жизни». Из того, что я привел, известно, что ее имя Суайра, уменьшительно с двумя мухмалями, и в риваяте Ибн Манды с кафом вместо ‘айн, а в другом у аль-Мустафири с кафом. Ибн Саад и Абд аль-Гани в «Аль-Мубхамат» от пути Зубайра сказали, что эта женщина — это расчесывающая Хадиджу, которая посещала Пророка ﷺ, как будет упомянуто в книге «Адаб», если пожелает Аллах Всевышний. Из путей, которые я привел, можно понять, что то, что было с Ум Зуфар, было припадками от джиннов, а не от телесных соков.
Аль-Баззар и Ибн Хиббан привели от Абу Хурайры похожий рассказ, в котором говорится: «Пришла женщина с припадками к Посланнику Аллаха ﷺ и сказала: «Помолись Аллаху». Он сказал: «Если хочешь, я помолюсь Аллаху, чтобы исцелил тебя, а если хочешь, ты будешь терпелива, и не будет на тебя наказания». Она сказала: «Я буду терпелива, и не будет на меня наказания»». В хадисе говорится о достоинстве того, кто страдает припадками, и что терпение в испытаниях этого мира ведет к Раю, и что принятие трудностей лучше, чем принятие облегчений для того, кто знает свои силы и не ослабел в соблюдении трудностей. В нем есть доказательство дозволенности отказа от лечения, и в нем говорится, что лечение всех болезней молитвой и обращением к Аллаху эффективнее и полезнее, чем лечение лекарствами, и что влияние этого и воздействие тела от него сильнее, чем влияние телесных лекарств. Но это помогает при двух условиях: первое — со стороны больного, то есть искренность намерения, и второе — со стороны лечащего, то есть сила его сосредоточения и сила его сердца с богобоязненностью и упованием на Аллаха. Аллах знает лучше.
Глава 7. О достоинстве того, чей взор устремлён