7348 — передал нам Кутайба: передал нам аль-Лейс от Са‘ида, от его отца, от Абу Хурайры, который сказал: пока мы находились в мечети, вышел Посланник Аллаха ﷺ и сказал: «Отправляйтесь к иудеям». Мы вышли с ним, пока не пришли к их дому учения (бейт аль-мидрас). Пророк ﷺ встал и обратился к ним с призывом: «О община иудеев, примите ислам — и будете в безопасности!» Они сказали: «Ты передал послание, о Абу-ль-Касим». Он сказал: тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал им: «Этого я и хочу — примите ислам, и будете в безопасности!» Они сказали: «Ты уже передал послание, о Абу-ль-Касим». Посланник Аллаха ﷺ сказал им: «Этого я и хочу». Затем он повторил это в третий раз и сказал: «Знайте, что земля принадлежит Аллаху и Его Посланнику, и я хочу изгнать вас с этой земли. Кто из вас найдёт покупателя на своё имущество, пусть продаст его, а если не найдёт, то знайте, что земля принадлежит Аллаху и Его Посланнику».
Его слово: («Глава: «и был человек более всего склонен к спору» и слово Всевышнего: «и не спорьте с людьми Писания, кроме как тем, что лучше»»). В ней приведены два хадиса: хадис Али о словах Пророка ﷺ: «Разве вы не молитесь?» — и ответе Али словами: «Наши души во власти Аллаха», а также о чтении Пророком ﷺ этого аята, что связано с первым элементом заголовка. И хадис Абу Хурайры об обращении Пророка ﷺ к иудеям в их доме учения, что связано со вторым элементом заголовка, как я укажу далее.
Аль-Кирмани сказал: спор (джидаль) — это тяжба (хисам), и он бывает дурным, хорошим и наилучшим. То, что ведётся ради обязательного (фараид) — наилучшее; то, что ради желательного (мустаххабат) — хорошее; а то, что ради прочего — дурное. Он сказал: или же он подчинён способу (ведения спора), и в зависимости от этого он разделяется на разные виды, и это более очевидно. Конец цитаты.
Из первого подхода следует, что спор о дозволенном (мубах) окажется дурным, и он упустил разделение дурного на ещё худшее — то, что ведётся ради запрещённого (харам). Разбор хадиса Али уже приводился в разделе о мольбах (ад-да‘ават), и из него следует, что Али оставил исполнение наилучшего, хотя то, чем он обосновал свой ответ, было уместным. Именно поэтому Пророк ﷺ прочитал этот аят, но при этом не обязал его встать на молитву. А если бы он подчинился и встал, это было бы предпочтительнее.
Из этого также следует указание на степени спора: если спор касается того, без чего невозможно обойтись, то необходима поддержка истины истиной; и если тот, кому возражают, выходит за пределы повеленного, ему приписывается упущение. А если спор касается дозволенного, то достаточно простого повеления и указания на оставление предпочтительного.
В этом также содержится указание на то, что человек по природе склонен защищать себя словом и делом, и что ему следует принуждать себя принимать наставление, даже если оно касается не обязательного, и не отвечать иначе как умеренным путём, без излишества и без небрежения.
Ибн Баттал передал от аль-Мухаллаба, вкратце, следующее: у Али не было права отвергать то, к чему призвал его Пророк ﷺ — молитву — такими словами; напротив, ему следовало держаться его слов, ибо ни у кого нет доказательства для оставления повеленного. Конец цитаты. Но откуда ему известно, что Али не подчинился тому, к чему его призвали? В самом рассказе нет прямого указания на это; Али лишь ответил приведёнными словами в качестве извинения за то, что не встал из-за одолевшего его сна, и не исключено, что он совершил молитву вслед за этим разговором, поскольку в сообщении нет ничего, что отрицало бы это.
Аль-Кирмани сказал: Пророк ﷺ побудил их (к молитве), исходя из понятия усердия (касб) и способности к деянию, а Али ответил, исходя из понятия предопределения и судьбы (када и кадар). Он сказал: и Пророк ﷺ ударил себя по бедру, удивляясь быстроте ответа Али, а возможно, это было выражением согласия с тем, что он сказал.
Шейх Абу Мухаммад ибн Абу Джамра сказал: в этом хадисе среди пользы — законность напоминания невнимательному, особенно родственнику и близкому товарищу, ибо забывчивость свойственна человеческой природе; поэтому человеку следует заботиться о себе и о тех, кого он любит, напоминая им о благе и помогая в этом. В нём также содержится указание, что на возражение, основанное на мудрости (хикма), не подобает отвечать доводом, основанным на предопределённой способности (кудра); и что учёному, если он говорит согласно требованию мудрости о деле, не являющемся обязательным, достаточно того, что собеседник в своём возражении сослался на предопределение. Первое берётся из того, что Пророк ﷺ ударил себя по бедру, а второе — из того, что он не выразил явного словесного возражения.
Он сказал: и Пророк ﷺ не обратился к нему прямо словами «и был человек более всего склонен к спору», зная, что Али не мог не знать, что ответ, основанный на (ссылке на) предопределённую способность, не соответствует мудрости; но возможно, что у них (Али и его жены) была причина, мешавшая им совершить молитву, и Али постыдился упомянуть её, желая избавить себя и свою семью от смущения, и потому привёл в качестве довода предопределённую способность. Это подтверждается тем, что Пророк ﷺ поспешно ушёл от них. Он сказал: возможно также, что Али своими словами хотел вызвать такой ответ, из которого извлёк бы дополнительную пользу.
В этом также содержится указание на допустимость того, чтобы человек разговаривал сам с собой о том, что касается другого, а также допустимость того, чтобы он ударял себя по какой-либо части тела в состоянии удивления, а равно и печали. Из этого рассказа также извлекается, что рабской покорности (убудийя) подобает, при наличии требования шариата, не искать себе извинения, кроме признания упущения и обращения к испрашиванию прощения.
В этом также — явное достоинство Али, проявляющееся в величии его смирения, поскольку он передал этот хадис, несмотря на то, что в нём может почудиться тому, кто не знает его положения, повод для сильнейшего упрёка; но он не обратил на это внимания и передал его ради содержащейся в нём религиозной пользы. Конец цитаты, вкратце.
Его слово во втором иснаде: «Рассказал мне Мухаммад» — у ан-Насафи встречается без указания родословной, а у Абу Зарра и других — с указанием: Мухаммад ибн Саллям и Аттаб (с «айном» без точки и удвоенной «та» с точкой снизу, оканчивается на «ба»), а его отец — Башир (с «ба» с точкой снизу и «шин» с точками, по форме — как «Азым»). Исхак у ан-Насафи и Абу Зарра — без указания родословной, а у остальных указан — ибн Рашид. Матн приведён по его формулировке. Ранее, в книге о ночной молитве (тахаджуд), он приводился по формулировке Шуайба ибн Абу Хамзы, а в книге о единобожии придёт по пути Шуайба и Ибн Абу Атика вместе, и там он приведёт его по формулировке Ибн Абу Атика.
Его слово («постучал к нему и к Фатиме») — Шуайб добавил: «ночью».
Его слово («разве вы не молитесь?») — в риваяте Шуайба: «разве вы не молитесь оба?» в форме двойственного числа, а первый вариант толкуется как включение того, кто следует за ними обоими, либо это форма величания, либо потому что наименьшее множественное число — два. А его слово «когда сказал ему это» содержит переход от одного лица к другому (ильтифат); ранее в риваяте Шуайба это было в форме: «когда я сказал ему». Точно так же его слово «услышал его» — в риваяте Шуайба: «я услышал его». А его слово «и он уходя» — с даммой в начале и кясрой на «ба» с точкой снизу, то есть «отворачивающийся» с удвоенной «лям», как в риваяте Шуайба; здесь же у аль-Кушмихани встречается: «и он удаляющийся».
Его слово («сказал Абу Абдуллах») — то есть автор («говорят: то, что приходит к тебе ночью, — это «тарик»») — так у Абу Зарра, а у ан-Насафи это опущено, у остальных же присутствует, но без слова «говорят». Об этом уже говорилось ранее в толковании суры «ат-Тарик».
Второй хадис. Его слово («от Саида») — это Саид ибн Абу Саид аль-Макбури.
Его слово («дом мидраса») — об этом уже говорилось ранее, в книге о принуждении. А его слово в конце («это я хочу») — с даммой в начале, в форме настояще-будущего времени от «желания» (ирада), то есть: «я хочу, чтобы вы признали, что я довёл (послание)», поскольку именно доведение (таблиг) было тем, что ему было велено. В риваяте Абу Зайда аль-Марвази, как передал аль-Кабиси, встречается с фатхой в начале и с «за» с точкой, и все сошлись на том, что это искажение (тасхиф); однако некоторые истолковали это в том смысле, что значение — «я повторяю свои слова, усердствуя в доведении». Аль-Мухалляб сказал, после того как установил, что это относится ко второму столпу заголовка: смысл в том, что он довёл до иудеев (послание) и призвал их к исламу и к держанию за него, и они сказали: «Ты довёл», но не покорились его повелению, и тогда он усердствовал в доведении до них и повторял его, а это — «препирательство тем, что лучше», и в этом он согласен со словами Муджахида о том, что аят был ниспослан о тех из них, кто не уверовал, но у кого был договор (о защите); это передал ат-Табари. А от Абд ар-Рахмана ибн Зайда ибн Аслама передано, что он сказал: имеется в виду тот из них, кто поступил несправедливо, продолжая упорствовать в своём деле. А от Катады передано, что этот аят отменён аятом меча. На этом заканчивается (цитата).
А то, что передал ат-Табари с достоверным иснадом от Муджахида: «если они скажут дурное, то отвечайте добрым, кроме тех из них, кто поступил несправедливо, — от таких защищайтесь». И с иснадом, в котором есть слабость, он передал, что тот сказал: «кроме того, кто поступил несправедливо — того, кто сражался и не платил джизью». И передал с хорошим иснадом от Саида ибн Джубайра, что он сказал: «это — люди войны; с тем из них, у кого нет договора, препирайся мечом». А по пути Абд ар-Рахмана ибн Зайда ибн Аслама — имеется в виду: тот из людей Писания, кто уверовал, — запрещено препираться с ним о том, что они рассказывают из Писания, ибо, возможно, это правда, которую ты не знаешь, и не подобает препираться, кроме как с тем из них, кто упорствует в своей религии. И с достоверным иснадом от Катады: этот аят отменён аятом «Бараа» — о том, что с ними следует сражаться, пока они не засвидетельствуют, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — посланник Аллаха, либо пока они не станут платить джизью. Ат-Табари же отдал предпочтение мнению тех, кто сказал, что имеется в виду тот, кто отказывается платить джизью, сказав: а тот, кто платит её, даже если он несправедлив к самому себе, продолжая пребывать в неверии, — но в этом аяте имеется в виду тот, кто поступил несправедливо по отношению к людям ислама, воюя с ними, и отказался и от ислама, и от уплаты джизьи. И он возразил тем, кто утверждал об отмене (насх), поскольку она не устанавливается иначе как доказательством, а Аллах знает лучше. Суть же того, чему он отдал предпочтение, — что было велено препираться с людьми Писания разъяснением и доводом, путём справедливости, с теми из них, кто упорствует, и, следовательно, из смысла аята вытекает: допустимость препирательства с ним не тем способом, что лучше, то есть препирательства мечом. А Аллах знает лучше.