И по непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, упомянутому в начале книги, он сказал:
[269] (89) — (Рассказал мне Харун ибн Саид аль-Айли: рассказал нам Ибн Вахб, сказал: рассказал мне Сулейман ибн Биляль, от Саура ибн Зейда, от Абу аль-Гайса, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Избегайте семи губящих грехов». Спросили: «О Посланник Аллаха, а какие они?» Он сказал: «Придание Аллаху сотоварищей, колдовство, убийство души, которую Аллах запретил убивать, иначе как по праву, поедание имущества сироты, поедание лихвы, бегство с поля боя в день сражения и обвинение в прелюбодеянии целомудренных, беспечных верующих женщин»).
Передатчики этого иснада: их шесть:
1 — (Харун ибн Саид аль-Айли) — с фатхой над хамзой и сукуном над «я» — ас-Саади, вольноотпущенник их рода, Абу Джафар, поселившийся в Египте, надёжный, достойный передатчик [10] (253) (М, Д, С, К), упомянут ранее в «Книге веры», 29/225.
2 — (Ибн Вахб) — это: Абдуллах ибн Вахб ибн Муслим аль-Кураши, вольноотпущенник их рода, Абу Мухаммад аль-Мисри, правовед, надёжный, знающий наизусть, благочестивый [9] (умер в 197 г.) (аль-джамаа), упомянут ранее в «Предисловии», 3/10.
3 — (Сулейман ибн Биляль) ат-Тайми, вольноотпущенник их рода, Абу Мухаммад, или Абу Айюб аль-Мадани, надёжный [8] (умер в 177 г.) (аль-джамаа), упомянут ранее в «Книге веры», 14/160.
4 — (Саур ибн Зейд) ад-Дейли — с кясрой под «даль» неточечной, после которой стоит «я» — аль-Мадани, надёжный [6].
Передавал от Салима Абу аль-Гайса, от Абу аз-Зинада, от Саида аль-Макбури, от Икримы, от аль-Хасана аль-Басри и других, и передавал в форме мурсаль от Ибн Аббаса.
Передавали от него Малик, Сулейман ибн Биляль, Ибн Аджлян, Абдуллах ибн Саид ибн Аби Хинд, ад-Дарауарди и группа других.
(2) Хафиз сказал: его слово «передавал в форме мурсаль от Ибн Аббаса» противоречит словам Ибн аль-Хиза, который упомянул его в «Передатчиках «Муватты»», приведя от Ибн аль-Барки, что Малик пропустил упоминание Икримы между Ибн Аббасом и Сауром. Конец. «Тахзиб ат-тахзиб», 1/276.
Ахмад и Абу Хатим сказали: приемлемый в передаче хадисов. Ибн Маин, Абу Зур‘а и ан-Насаи сказали: надёжный. Ибн Абд аль-Барр сказал: он правдив, и никто не обвинял его во лжи, хотя его приписывали к воззрениям хариджитов и к учению о предопределении (кадар), однако он никогда не призывал к этому. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных», а аль-Аджурри сказал: спросили Абу Дауда о нём, и он ответил: «Он подобен Шарику», то есть Ибн Аби Намиру. Хафиз сказал: и я читал в почерке аз-Дахаби в «Мизане»: Ибн аль-Барки обвинил его в приверженности кадару, но, возможно, ему это было спутано с Сауром ибн Язидом. Конец.
Хафиз сказал: а аль-Барки не обвинял его, но рассказал в «Табакат», что Малика спросили: как ты передаёшь от Дауда ибн аль-Хусайна и Саура ибн Зейда, и упомянул других, ведь их обвиняли в приверженности кадару? Он ответил: «Для них упасть с неба на землю было бы легче, чем солгать хоть одну ложь». Аль-Мизи упомянул также, что Малик передавал и от Саура ибн Язида аш-Шами, так что, возможно, его спросили именно о нём. Ибн аль-Мадини упомянул его в девятом разряде передатчиков от Нафи‘.
Ибн Абд аль-Барр сказал в «Тамхиде»: он умер в 135 году, в этом нет разногласий.
Его хадисы приводит вся группа (аль-джамаа), и в этой книге у него девять хадисов: этот хадис, и хадис (115): «Поистине, накидка возгорится на нём огнём…», и (2546): «Если бы вера была у Плеяд…», и (2863): «Поистине, пот в День воскресения будет доходить…», и (2909): «Обладатель двух малых голеней из числа абиссинцев разрушит Дом Аллаха…», и (2910): «Не наступит Час, пока не выйдет человек из Кахтана…», и (2920): «Слышали ли вы о городе, часть которого на суше…», и (2982): «Заботящийся о вдове и бедняке подобен воину…», и (2983): «Опекающий сироту, своего или чужого, я и он подобны этим двум…».
5 — (Абу аль-Гайс) — это: Салим, вольноотпущенник Ибн Мути‘, аль-Мадани, надёжный [3].
Передавал от Абу Хурайры, а от него передавали Саур ибн Зейд ад-Дейли, Саид аль-Макбури, Исхак ибн Салим, Сафван ибн Суляйм, Умар ибн Ата, Усман ибн Умар ибн Муса ат-Тайми и Язид ибн Хусайфа.
Ахмад сказал: я не знаю никого, кто передавал бы от него, кроме Саура, и его хадисы близки друг к другу по содержанию. Ад-Дури передал от Ибн Маина: надёжный, его хадисы записывались. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных». Ибн Саад сказал: он был надёжным, с хорошими хадисами. Ибн Шахин упомянул, что слова Ахмада ибн Ханбаля о нём различались.
Его хадисы приводит вся группа (аль-джамаа), и в этой книге у него те же девять хадисов, что упомянуты ранее в жизнеописании Саура ибн Зейда.
6 — (Абу Хурайра) — да будет доволен им Аллах — упомянут ранее в «Предисловии», 2/4. И Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что этот хадис относится к шестизвенным (судасийят) у автора, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, и в нём присутствуют оба выражения передачи — «рассказал» (тахдис) и «от» (ан‘ана).
2 — (И из них): что все его передатчики — передатчики группы (аль-джамаа), кроме его шейха, у которого хадисы приводят аль-Бухари и ат-Тирмизи.
3 — (И из них): что он представляет собой цепочку мединцев, кроме его шейха, который айлиец, а затем египтянин.
4 — (И из них): что в нём присутствует Абу Хурайра, да будет доволен им Аллах, — глава семи многопередающих (мукассирин), передавший 5374 хадиса. И Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(От Абу Хурайры), да будет доволен им Аллах, (что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Избегайте) — то есть отдаляйтесь, и это выражение более сильное, чем «оставьте», — (семи) — учёные, да будет милостив к ним Аллах Всевышний, сказали: тяжкие грехи не ограничены упомянутым числом. Передано от Ибн Аббаса, да будет доволен им Аллах, что его спросили о тяжких грехах: «Их семь?» Он ответил: «Ближе к семидесяти», а по другой передаче — «к семистам».
Ан-Навави, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: что касается его слова ﷺ «тяжкие грехи — семь», то имеется в виду, что среди тяжких грехов есть семь. Ведь эта форма выражения, хотя и является всеобщей по построению, несомненно, ограничена по смыслу. Ограничение этими семью произошло, а в другой передаче — тремя, а в другой — четырьмя, потому что они относятся к наиболее отвратительным из тяжких грехов при их частой распространённости, особенно в том, что было характерно для доисламского невежества (джахилийи), и в одних передачах не упомянуто то, что упомянуто в других. Это ясно указывает на то, что я упомянул: что имеется в виду лишь часть тяжких грехов. И после этого пришло упоминание, что оскорбление человеком своих родителей, сплетни (намима) и отсутствие очищения от мочи (истибра) также относятся к тяжким грехам. И пришло у не-Муслима, что к тяжким грехам относится также ложная клятва (ямин гамус) и попытка сделать разрешённым запретный Дом Аллаха. Конец.
(Губящих (аль-мубикат)») — с буквой «ба» с точкой снизу, затем «каф»: то есть погибельных, множественное число от «мубика», от «аубака-ху» — «погубил его». В «Камусе» сказано: «вабака» — по образцу «ва‘ада», «ваджиля», «вариса» — «вубукан», «маубикан»: погиб, подобно «истаубака»; а по образцу «маджлис» — место гибели, обещанное место, место заключения, долина в Аду, и всё, что стоит между двумя вещами; а «аубака-ху» — заключил его, и погубил его. Конец.
Сказал аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах Всевышний): «Губительные» (الموبقات) — это уничтожающие, множественное число от «губящая» (موبقة), от «أوبق» и «وابقه» — действительное причастие от «وَبَقَ يَبِقُ وُبُوقًا», когда [что-то] погибло. А «الموبق» — форма «مفعل» от этого корня, подобно «الموعد» — форма «مفعل» от «الوعد» (обещание). Отсюда же слова Всевышнего: «﴿И устроили Мы между ними погибель (موبقًا)﴾» [Пещера: 52]. Есть в этом слове второй говор: «وَبِقَ» с кясрой на «ب», «يَوْبَقُ» с фатхой, масдар «وَبَقًا»; и третий говор: «وَبِقَ يَبِقُ» с кясрой в обоих случаях. А «أوبقه» — погубил его. И названы эти большие грехи «губительными», потому что они губят совершившего их в этом мире через следующие за ними наказания, а в будущей жизни — через мучения. И нет сомнения, что больших грехов больше, чем этих семи, на что указывают хадисы, упомянутые в этой главе и в других. Поэтому Ибн Аббас (да будет доволен им Аллах), когда его спросили о больших грехах, сказал: «Они ближе к семидесяти, чем к семи». А в другом риваяте от него: «Они ближе к семистам, чем к семи». Исходя из этого, ограничение Пророком ﷺ в данном хадисе этими семью может объясняться тем, что именно о них было сообщено в то время через откровение, а затем сообщено и о других; либо тем, что именно эти семь были тем, в чём нуждались в то время, или о чём был задан вопрос в то время. И так же следует рассуждать о каждом хадисе, где выделено определённое число больших грехов. И Аллах Всевышний знает лучше». Конец слов аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах Всевышний).
Его слово («сказано: о посланник Аллаха, а что это?») — то есть семь губительных грехов? «Он сказал» — ﷺ — («ширк с Аллахом») — сказуемое для опущенного [подлежащего], на которое указывает вопрос, то есть: они — ширк с Аллахом Всевышним; допустимо также поставить его в винительном падеже как замену слову «семь» либо как дополнение к подразумеваемому глаголу, то есть «я имею в виду» и подобное этому, и так же следует разбирать то, что идёт после.
А то, что ширк относится к большим грехам, более того — является самым большим из них безусловно, — прямо явствует из текста Корана, где Он ﷻ сказал: «﴿И вот сказал Лукман своему сыну, наставляя его: о сын мой, не приобщай сотоварищей к Аллаху — поистине, ширк — великая несправедливость﴾» [Лукман: 13]. И уже приводился ранее хадис Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), переданный согласно (аль-Бухари и Муслимом): я спросил: о посланник Аллаха, какой грех самый великий? Он ответил: «Чтобы ты придал Аллаху равного, тогда как Он создал тебя…» — и далее в хадисе: и ниспослал Аллах подтверждение слов Пророка ﷺ: «﴿И те, которые не призывают вместе с Аллахом другого бога﴾» [Различение: 68].
И сказал ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах Всевышний): что касается омерзительности неверия и того, что оно относится к самым большим из больших грехов, то это было известно среди них, и никто из людей киблы не сомневается в этом. Конец.
«И колдовство» (السحر) — с кясрой на «س» и сукуном на «ح» — обе буквы без точек. Сказал Ибн Фарис: это — выведение лжи в облике истины, и говорят: это обман. «سحره بكلامه» — привлёк его своей речью через её изящество и красоту построения. Сказал имам Фахр ад-Дин в «Тафсире»: и слово «сихр» в шариатском обычае относится к каждому делу, причина которого скрыта, и представляется не в своём истинном виде, и происходит подобно обману и хитрости. Сказал Всевышний: «﴿Представлялось ему из-за их колдовства, что она движется﴾» [Та Ха: 66]. Когда это слово употребляется без ограничения, порицается его совершающий, а иногда употребляется с ограничением в отношении того, что хвалится и одобряется, подобно словам его ﷺ: «Поистине, в красноречии есть колдовство», то есть некоторое красноречие подобно колдовству, потому что его обладатель разъясняет неясную вещь и раскрывает её суть красотой своего изложения, привлекая тем сердца, подобно тому как привлекают колдовством. Сказал некто: поскольку в красноречии присутствует изобретательность построения и необычность сочетания слов, что притягивает слушающего и доводит его до состояния, в котором он почти забывает обо всём остальном, — это было сравнено с настоящим колдовством. И сказано: это дозволенное колдовство. Упомянул это аль-Фаюми.
И сказал ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах Всевышний): что касается отнесения им ﷺ колдовства к большим грехам, то это довод в пользу нашего правильного известного мазхаба и мазхаба большинства, что колдовство запретно и относится к большим грехам — как его совершение, так и его изучение и обучение ему. А некоторые из наших сказали: изучение его не запретно, более того, дозволено, чтобы познать его и отвергнуть его совершающего, и отличить его от чудес, [даруемых] святым (аулия). И этот говорящий может отнести данный хадис к совершению колдовства. И Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов ан-Навави.
«И убийство души, которую запретил Аллах, кроме как по праву» — то есть, например, если ты умышленно убьёшь невинного, за что тебе отмщают [возмездием], либо совершишь прелюбодеяние, будучи состоящим в браке, за что тебя побивают камнями. «И поедание имущества сироты» — с фатхой на нижней «ي» и кясрой на верхней «ت»; говорят: «يَتُمَ يَيْتُمُ» по образцам «تعب» и «قرب», масдар «يُتْمًا» с даммой или фатхой на «ي», однако сиротство среди людей — со стороны отца, поэтому говорят: «мальчик-сирота» (يتيم), множественное — «أيتام» и «يتامى»; «девочка-сирота» (يتيمة), множественное — «يتامى»; а среди прочих существ [сиротство] — со стороны матери. «أيتمت المرأة إيتامًا» — [говорится о женщине], ставшей «موتم»: её дети стали сиротами. Если умерли оба родителя, ребёнок называется «لطيم», а если умерла только мать — «عجيّ». Сказал это аль-Фаюми.
Имеется в виду уничтожение его имущества, а поедание было выделено особо, потому что оно является величайшей целью из [использования] имущества. Сказал Аллах ﷻ: «﴿Поистине, те, кто поедает имущество сирот несправедливо, — они поедают лишь огонь в своих утробах, и будут они гореть в пламени (10)﴾» [Женщины: 10].
«И поедание рибы» — имеется в виду извлечение прибыли от рибы, а поедание было выделено особо, потому что оно составляет большую часть того, для чего это приобретается, и охватывает и рибу излишка, и рибу отсрочки. Сказал Всевышний: «﴿Те, которые поедают риба, не встанут иначе, как встаёт тот, кого поразил сатана прикосновением﴾» и далее аят [Корова: 275].
«И бегство в день сражения» — то есть бегство от джихада и встречи с врагом в бою. А «الزَّحْفُ» — войско, которое движется («يزحفون») к врагу, то есть идёт; говорят: «زحف إليه يزحف زحفًا» по образцу «منع» — когда пошёл в его сторону. Привёл это Ибн аль-Асир в «ан-Нихая».
И сказал Абу аль-Аббас аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах Всевышний): «الزحف» — сражение, а его исходное значение — медленная, тяжёлая ходьба, как у младенца, ползущего («يزحف») прежде чем начнёт ходить, и как у верблюда, когда он устал и тащит свою ступню. И войско было названо «зехф», потому что в нём двигаются медленно («يزحف»). А бегство от боя становится большим грехом только тогда, когда бегут не к [своему] отряду, и когда враг вдвое [по численности] превосходит мусульман, как будет разъяснено далее в главе «Джихад» — если пожелает Аллах Всевышний. Конец.
И сказал ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах Всевышний): что касается отнесения им ﷺ бегства в день сражения к большим грехам, то это прямой довод в пользу мазхаба всех учёных о том, что оно является большим грехом, кроме того, что передаётся от аль-Хасана аль-Басри (да будет милостив к нему Аллах Всевышний), который сказал: это не относится к большим грехам, — сказав, что благородный аят по этому поводу был ниспослан лишь об участниках Бадра особо. А правильно то, что сказало большинство: что [это положение] остаётся [в силе]. Конец.
И сказал Абу Абдуллах аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) относительно слов Всевышнего: «﴿О те, которые уверовали! Когда вы встретите тех, которые не веровали, наступающих [в сражении], то не обращайтесь к ним спиной (15)﴾» [Трофеи: 15] — вот текст его: приказал Аллах ﷻ в этом аяте, чтобы верующие не обращали тыл перед неверующими, и этот приказ ограничен условием, оговорённым в отношении удвоенного числа верующих [против врага]: если встретится отряд верующих с отрядом многобожников, вдвое превосходящих верующих по численности, то предписано, чтобы они не бежали перед ними; кто побежит от двоих, тот — беглец от сражения, а кто побежит от троих, тот не является беглецом от сражения, и не относится к нему угроза. А бегство — большой губительный грех согласно очевидному смыслу Корана и согласию большинства имамов.
Некоторая группа учёных, среди них — Ибн аль-Маджишун в «аль-Вадиха», сказала: следует учитывать слабость, силу и подготовленность, и, согласно их словам, дозволено обратиться в бегство ста всадникам от ста всадников, если они знают, что доблесть и отвага, имеющиеся у многобожников, вдвое превышают их собственные. А согласно словам большинства учёных, бегство ста воинов дозволено лишь от того, что превышает двести, то есть если против каждого мусульманина стоит более двух врагов, то дозволено отступление, хотя стойкость лучше. И войско в битве при Муте, состоявшее из трёх тысяч человек, устояло против двухсот тысяч, из которых сто тысяч были римлянами, а сто тысяч — арабизированными из племён Лахм и Джузам.
Он сказал: в истории завоевания Андалусии сообщается, что Тарик, вольноотпущенник Мусы ибн Нусайра, выступил в поход на Андалусию с тысячью семьюстами воинами; это произошло в раджабе девяносто третьего года хиджры. Он встретился с царём Андалусии Лудриком, у которого было семьдесят тысяч всадников. Тарик двинулся на него и проявил стойкость, и Аллах разгромил тирана Лудрика, и свершилось завоевание.
Ибн Вахб сказал: я слышал, как Малика спрашивали о людях, которые встречают врага, или находятся в карауле, охраняя (позиции), и к ним приходит враг, а их мало — должны ли они сражаться, или им следует отступить, чтобы известить своих товарищей? Он сказал: если они способны сражаться с ними — пусть сражаются, а если нет — пусть отступят к своим товарищам и известят их. Конец слов аль-Куртуби, да будет милостив к нему Аллах Всевышний (2).
(2) «аль-Джами‘ ли ахкам аль-Куран» 7/380-381.
Собиратель, да простит его Аллах, сказал: из вышесказанного явствует, что слова большинства учёных о том, что бегство дозволено лишь тогда, когда враг превышает удвоенную численность, являются истинными в силу очевидности их доказательства. А Аллах Всевышний знает лучше.
(«и обвинение целомудренных беспечных верующих женщин») то есть обвинение их в прелюбодеянии. «Ихсан» здесь означает целомудрие, воздержание от мерзостей, а «гафилят» (беспечные) означает — беспечные относительно того, в чём их обвиняют, то есть они непричастны к этому, у них нет об этом никакого сведения, — сказал аль-Куртуби (1).
Ан-Навави, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: что касается слов «целомудренные беспечные» (المحصنات الغافلات), то есть два чтения среди семи (канонических): с касрой и с фатхой (буквы ص). Аль-Кисаи читал с касрой, а остальные — с фатхой. Под «мухсанат» здесь подразумеваются целомудренные женщины, а под «гафилят» — беспечные относительно мерзостей и того, в чём их обвиняют. Конец (2).
[Полезное замечание]: ан-Навави, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: «ихсан» в шариате делится на пять видов:
[Первый]: ихсан в отношении прелюбодеяния, который обязывает подвергнуть прелюбодея забиванию камнями — это половая связь в браке.
[Второй]: ихсан в отношении обвиняемого (в прелюбодеянии) — это целомудрие, которое обязывает наказать обвинившего его восьмидесятью ударами плети.
[Третий]: ихсан в значении свободы (от рабства).
[Четвёртый]: ихсан в значении вступления в брак.
[Пятый]: ихсан в значении принятия ислама.
Что касается ихсана в отношении прелюбодеяния, то о нём не упоминается в благородном Коране, кроме как в словах Всевышнего: «Женящихся, а не распутничающих» — они сказали: смысл этого — вступающих в половую связь посредством брака, а не прелюбодеяния.
Что же касается остальных четырёх, то они упомянуты в благородной Книге. Что касается ихсана в отношении обвиняемого, то это подразумевается в словах Аллаха, велик Он и возвышен: «А те, которые обвиняют целомудренных женщин, а потом не приводят четырёх свидетелей» — и в словах Всевышнего: «Воистину, те, которые обвиняют целомудренных женщин» [ан-Нур: 23].
Что касается ихсана в значении свободы (от рабства), то это подразумевается в словах Всевышнего: «И замужние из верующих женщин,
(2) «Шарх Муслим» 2/84.
и замужние из тех, кому было даровано Писание до вас» [аль-Маида: 5], и в словах Всевышнего: «А кто из вас не в состоянии по причине неимения средств жениться на свободных верующих женщинах» [ан-Ниса: 25].
Что касается ихсана в значении вступления в брак, то это подразумевается в словах Всевышнего: «Запрещены вам ваши матери, и ваши дочери» [ан-Ниса: 23], до слов Его: «и замужние женщины, кроме тех, кем вы овладели (как рабынями)».
Что касается ихсана в значении принятия ислама, то это подразумевается в словах Всевышнего: «Если же они вступят в ислам, то, если они совершат мерзость...».
Учёные разошлись во мнениях о том, что подразумевается под «ухсинна» здесь: одни сказали — приняли ислам, другие — вышли замуж. Есть два чтения среди семи (канонических) — с фатхой и с дамма на хамзе. Аль-Вахиди сказал: тот, кто читает с дамма, подразумевает: были взяты в жёны, то есть вышли замуж — так сказали Ибн Аббас, да будет доволен им и его отцом Аллах Всевышний, Саид ибн Джубайр, Муджахид и Катада, да помилует их всех Аллах Всевышний. А тот, кто читает с фатхой, подразумевает: приняли ислам — так сказали Ибн Умар, Ибн Мас‘уд, да будет доволен ими Аллах Всевышний, аш-Шааби, Ибрахим и ас-Судди, да помилует их всех Аллах Всевышний.
Что касается условия для «мухсана», которого подвергают забиванию камнями за прелюбодеяние, то это — достигший половой зрелости, разумный, свободный, вступивший в половую связь в действительном браке в состоянии своей правоспособности и свободы.
Что касается «мухсана», обвинившего которого наказывают восьмидесятью ударами плети, то это — достигший половой зрелости, разумный, свободный, мусульманин, целомудренный. И если хочешь, скажи в обоих случаях «правоспособный» вместо «достигший половой зрелости, разумный», но первое предпочтительнее, чтобы не исключить пьяного и спящего, ведь они оба неправоспособны.
Имам аль-Вахиди сказал: «ихсан» в языке в своей основе означает препятствование, преграду; отсюда и «хасана» (крепость, неприступность), отсюда — «укреплённый город», «неприступная кольчуга», то есть защищающая своего владельца от ранения; «хисн» — укреплённое место, названное так за то, что оно защищает; «хисан» (с касрой на «ха») — конь, названный так за то, что он защищает своего хозяина от гибели; «хасан» (с фатхой на «ха») — целомудренная женщина, названная так за то, что она защищает свой срам от порока. Говорят «хасанат аль-мар'а тахсуну хуснан», и она — «хасан», подобно «джабунат таджбуну джубнан», и она — «джабан».
Аль-Файйуми сказал: «аль-хасан» (с фатхой) — целомудренная женщина, множественное число — «хусун». Говорят «хасинат» с тремя вариантами гласной на «сад», и она — «баййинату аль-хасана» (с фатхой), то есть целомудрие. «Ахсана ар-раджулу» (с добавлением алифа) — женился (мужчина). Правоведы добавляют к этому: вступил в половую связь в действительном браке. Аш-Шафии сказал: если свободный, достигший половой зрелости, вступил в половую связь со своей женой, или свободная, достигшая половой зрелости, была взята в жёны посредством брака, то это — «ихсан» и в исламе, и в язычестве, и подразумевается — в действительном браке. Причастие действительного залога от «ахсана» — при вступлении в брак — «мухсин» (с касрой), по аналогии, как сказал Ибн аль-Каттаа, и «мухсан» (с фатхой) — не по аналогии, и женщина — «мухсана» (с фатхой) также не по аналогии; отсюда слова Всевышнего: «И замужние из женщин» — то есть запрещены вам замужние. А что касается «ахсанат аль-мар'а фарджаха» — то есть была целомудренна, то она — «мухсина» (и с фатхой, и с касрой) также, и так читалось среди семи (канонических чтений); отсюда слова Всевышнего: «А кто из вас не в состоянии по причине неимения средств жениться на свободных целомудренных верующих женщинах» — подразумеваются свободные целомудренные, и слова Его: «И замужние из верующих женщин, и замужние из тех, кому было даровано Писание до вас» — подразумеваются также свободные. Конец слов аль-Файйуми (1).
Аль-Вахиди сказал: что касается «ихсан», то он употребляется в значениях, которые сводятся к одному смыслу: среди них — свобода (от рабства), целомудрие и то, что женщина замужняя. Так «ихсан» — это оберегание вещи и препятствование (посягательству на неё); свободная женщина ограждает саму себя, и её ограждают также; целомудрие препятствует прелюбодеянию, и целомудренная женщина ограждает себя от прелюбодеяния; ислам препятствует мерзостям; а «мухсана» — замужняя, потому что муж ограждает её.
Аль-Вахиди сказал: чтецы разошлись в отношении слов Всевышнего «И замужние из женщин» — они читали с фатхой и с касрой на «сад» во всём Коране, кроме первого случая в суре «ан-Ниса»: «И замужние из женщин», относительно которого они единогласны в чтении с фатхой, — сказал Абу Убайда. Конец слов аль-Вахиди (2).
Собиратель, да простит его Аллах Всевышний, сказал: я изложил пять значений «ихсан» в стихотворной форме следующими своими словами:
(2) См.: «Тахзиб аль-асма ва-ль-лугат»; я опустил часть этого текста по причине его слабости в изложении и добавил вместо опущенного отрывок из «аль-Мисбах аль-мунир».
Термин «ихсан» встречается в шариате в пяти значениях, о которых поведали благородные учёные:
целомудрие, брак, ислам,
свобода, женитьба на той, кого желаешь.
Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, Он — Тот, к Кому обращаются за помощью, и на Него уповают.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Вопрос первый): этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) — согласованный (между аль-Бухари и Муслимом).
(Вопрос второй): о его цепочках передачи:
Его привёл автор здесь, в «Книге веры» [40/269] (89), а также аль-Бухари в «Завещаниях» (2766), «Медицине» (5764), «Установленных наказаниях» (6857), Абу Дауд в «Завещаниях» (2874), ан-Насаи в «Завещаниях» (3698) и в «Большом сборнике» (6498), Абу Аваана в своём «Мусанаде» (148 и 149), Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (262), Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (5561), аль-Байхаки в «Большом сборнике» (8/249), ат-Тахави в «Мушкиль аль-асар» (1/382), аль-Багави в «Шарх ас-сунна» (45). Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): о его пользах:
1 — В том числе разъяснение мерзости придания Аллаху сотоварищей, и в этом состоит смысл упоминания этого здесь, поскольку многобожие есть противоположность веры и противоречит ей, поэтому необходимо знать его виды, чтобы верующий не впал в него по невежеству, и тогда его вера окажется испорченной.
2 — В том числе разъяснение того, что грехи делятся на большие и малые.
3 — В том числе разъяснение обязательности избегания этих семи губительных деяний, которые губят того, кто в них впутался, и низвергают его в геенну — да упасёт нас Аллах Всевышний от них по Своей милости.
4 — В том числе сильное стремление Пророка ﷺ предостеречь свою общину от совершения того, что её губит и низвергает, и это есть подтверждение слов Всевышнего: «Пришёл к вам Посланник из вас самих; тяжко ему то, что вас удручает; он заботится о вас, к верующим милостив и милосерден» (ат-Тауба, 128).
5 — В том числе запрет бегства с поля битвы. Учёные разошлись во мнениях: относится ли запрет бегства в день сражения только ко дню Бадра, либо это общее правило для всех сражений до Дня воскресения?
Передаётся от Абу Саида аль-Худри (да будет доволен им Аллах), что это относится только ко дню Бадра; так же сказали Нафи, аль-Хасан, Катада, Язид ибн Абу Хабиб, ад-Даххак, а также Абу Ханифа, — что это относится именно к участникам Бадра, ибо им не позволялось отступать, а если бы они отступили, то присоединились бы к многобожникам, так как в тот день на земле не было других мусульман, кроме них, и у мусульман не было иной группы поддержки, кроме Пророка ﷺ. Что же касается времени после этого, то одна часть мусульман стала группой поддержки для другой. Аль-Кийа сказал: в этом есть спор, поскольку в Медине было множество ансаров, которым Пророк ﷺ не велел выходить, и они не считали, что будет сражение, полагая, что это лишь караван; и вышел Посланник Аллаха ﷺ с теми, кто выступил с ним налегке.
Передаётся от Ибн Аббаса и большинства учёных, что этот аят остаётся в силе до Дня воскресения.
Первые обосновывали свою позицию тем, что упомянуто, а также словами Всевышнего «в тот день», говоря, что это указание именно на день Бадра, и что решение аята было отменено аятом об удвоении сил, а решение о бегстве с поля битвы осталось не относящимся к большим грехам; ведь люди бежали в день Ухуда, и Аллах простил их, а о дне Хунайна Аллах сказал: «Затем вы обратились в бегство» (ат-Тауба, 25), и за это не было упрёка.
Большинство же учёных сказали: это указание относится к дню сражения, о котором говорится в словах Всевышнего «когда вы встретите», и решение аята остаётся в силе до Дня воскресения при условии удвоения сил, которое Аллах разъяснил в другом аяте, и в аяте нет отмены.
Доказательством этому служит то, что аят был ниспослан после сражения, по завершении войны и минования того дня со всем, что в нём было. К этому склонились Малик, аш-Шафии и большинство учёных. В «Сахихе» Муслима передаётся от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Избегайте семи губительных деяний», и там же: «и бегства с поля сражения», и это прямое указание по данному вопросу. Что же касается дня Ухуда, то люди бежали от более чем удвоенного противника, и тем не менее их упрекнули; а в день Хунайна те, кто бежал, отступили лишь перед превосходящей численностью. Конец слов аль-Куртуби (1).
Собиратель говорит, да простит его Аллах Всевышний: из вышеизложенного становится ясно, что верным является мнение большинства о том, что аят не отменён, и что данное решение является общим, не ограничивающимся днём Бадра, ввиду очевидности их доказательства. Аллах Всевышний знает лучше.
[Польза]: бегство с поля сражения относится к большим грехам, как было сказано выше, поэтому тому, кто бежал, следует просить прощения у Аллаха ﷻ, согласно тому, что привёл ат-Тирмизи от Биляля ибн Йасара ибн Зайда, который сказал: «Рассказал мне мой отец от моего деда, что он слышал, как Пророк ﷺ говорил: «Кто скажет: «Прошу прощения у Аллаха, кроме Которого нет божества, Живого, Вседержащего, и обращаюсь к Нему с покаянием», — тому будет прощено, даже если он бежал с поля сражения»» (1).
Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище.
(Вопрос четвёртый): об упоминании переданных сообщений относительно губительных деяний и о том, что сказали по этому поводу учёные:
Хафиз, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: под «губительным» здесь подразумевается большой грех, как это установлено в хадисе Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) через другой путь передачи, приведённый аль-Баззаром и Ибн аль-Мунзиром через Умара ибн Абу Саламу ибн Абд ар-Рахмана, от его отца, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), с возведением к Пророку: «Большие грехи — это придание Аллаху сотоварищей, убийство человека…» и далее хадис, подобный риваяту Абу аль-Гайса, за исключением того, что вместо «колдовства» упомянуто: переход к бедуинскому образу жизни после переселения (хиджры).
Ан-Насаи, ат-Табарани привели, а Ибн Хиббан и аль-Хаким признали достоверным, через путь Сухайба, вольноотпущенника аль-Утвариев, от Абу Хурайры и Абу Саида (да будет доволен ими обоими Аллах), которые сказали: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Нет раба, который совершает пять молитв и избегает семи больших грехов, кроме того, что для него открываются врата Рая», — и далее хадис, но там нет разъяснения этих грехов.
Опорой в их разъяснении является то, что содержится в риваяте Салима, чему соответствует также послание Амра ибн Хазма, которое привели ан-Насаи, Ибн Хиббан в своём «Сахихе» и ат-Табарани через путь Сулеймана ибн Дауда, от аз-Зухри, от Абу Бакра ибн Мухаммада ибн Амра ибн Хазма, от его отца, от его деда, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ написал послание о предписанных долях наследства, о выкупах за кровь и о сунне, и отправил его с Амром ибн Хазмом в Йемен», — и далее долгий хадис, в котором сказано: «И было в послании: величайший из больших грехов — многобожие», — и далее упомянуто подобно хадису Салима в точности. У ат-Табарани же есть хадис Сахля ибн Абу Хасмы от Али (да будет доволен им Аллах), возведённый к Пророку: «Избегайте семи больших грехов», — и он их перечислил, но упомянул «переход к бедуинскому образу жизни после хиджры» вместо «колдовства»,
а в «Аль-Аусат» есть подобный хадис от Абу Саида (да будет доволен им Аллах), где сказано: «Возвращение к бедуинам после хиджры». У Исмаила аль-Кади есть путь через аль-Муталлиба ибн Абдуллаха ибн Хантаба, от Абдуллаха ибн Амра, который сказал: «Пророк ﷺ поднялся на минбар и сказал: «Радуйтесь! Кто совершает пять молитв и избегает семи больших грехов, тому будет провозглашено из врат Рая»», — и его спросили: «Слышал ли ты, как Пророк ﷺ их упоминал?» Он ответил: «Да», — и перечислил подобно хадису Али в точности. Абд ар-Раззак сказал: «Сообщил нам Ма’мар от аль-Хасана, который сказал: «Большие грехи — это придание Аллаху сотоварищей»», — и перечислил подобно основным версиям (1) в точности, за исключением того, что он сказал «ложная клятва» вместо «колдовства».
От Ибн Амра, в том, что привели аль-Бухари в «Аль-адаб аль-муфрад», ат-Табари в «Тафсире», Абд ар-Раззак и аль-Хараити в «Масавиъ аль-ахляк», а также Исмаил аль-Кади в «Ахкам аль-Куран», как в возведённом, так и в остановленном виде, он сказал: «Больших грехов девять», — и перечислил упомянутые семь, добавив: «отступление от веры в запретной территории (Харам) и непочтительность к родителям».
У Абу Дауда и ат-Табарани, через риваят Убайда ибн Умайра ибн Катады аль-Лайси, от его отца, с возведением к Пророку: «Поистине, приближённые Аллаха — это совершающие молитву и избегающие больших грехов», — они спросили: «Что такое большие грехи?» Он сказал: «Их девять, самый великий из них — придание Аллаху сотоварищей», — и перечислил подобно хадису Ибн Умара в точности, за исключением того, что «отступление от веры в запретной территории» он выразил как «дозволение для себя запретного Дома (Каабы)».
Исмаил аль-Кади привёл с достоверным иснадом от Саида ибн аль-Мусаййиба, который сказал: «Их десять», — и перечислил семь, упомянутых в основе, добавив: «непочтительность к родителям, клятва, приносящая ложное обвинение (ямин гамус), и питьё вина».
У Ибн Абу Хатима — от Малика ибн Хурайса, от Али (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Великие грехи», и перечислил девять, кроме имущества сироты, добавив непочтительность к родителям, переход к бедуинскому образу жизни после переселения (хиджры), разрыв с общиной и нарушение присяги.
У ат-Табарани — от Абу Умамы: они обсуждали великие грехи и сказали: многобожие, [присвоение] имущества сироты, бегство с поля битвы, колдовство, непочтительность к родителям, лживое свидетельство, присвоение военной добычи и прелюбодеяние. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «А куда вы отнесёте тех, кто продаёт завет с Аллахом за малую цену?»
У Абд ар-Раззака и ат-Табарани — от Ибн Мас'уда (да будет доволен им Аллах): «Величайшие из великих грехов — придание Аллаху сотоварищей, чувство безопасности от хитрости Аллаха, отчаяние в милости Аллаха и безнадёжность в облегчении от Аллаха» — это риваят приостановленный (маукуф).
Исмаил передал с достоверным иснадом, через Ибн Сирина, от Абдуллаха ибн Амра, подобное хадису из основного текста (¹), но сказал «клевета» вместо колдовства и ложного обвинения в прелюбодеянии; его спросили об этом, и он ответил: клевета включает в себя [и то, и другое].
В «Муватта» — от ан-Ну'мана ибн Мурры, в виде мурсаль: «Прелюбодеяние, воровство и питьё вина — это мерзости», и этому есть подтверждение (шахид) из хадиса Имрана ибн Хусайна у аль-Бухари в «аль-Адаб аль-муфрад», у ат-Табарани и аль-Байхаки, с хорошим (хасан) иснадом. Далее в разделе «Очищение» будет приведён хадис Ибн Аббаса о сплетнях, и тот, кто передал его со словом «злословие» и об оставлении очищения от [следов] мочи.
У Исмаила аль-Кади — из мурсаля аль-Хасана — упоминание «прелюбодеяния и воровства», и у него же — от Абу Исхака ас-Саби'и — «оскорбление Абу Бакра и Умара», а это же передано у Ибн Абу Хатима как слово аль-Мугиры ибн Миксама.
Ат-Табари привёл от него с достоверным иснадом: «Причинение вреда через завещание — из великих грехов», и от него же: «Объединение двух молитв без оправдания» — в виде рафи' (возведённого к Пророку ﷺ), и этому есть подтверждение, приведённое Ибн Абу Хатимом от Умара как его собственное слово. У Исмаила — от Ибн Умара — упоминание грабежа, из хадиса Бурайды у аль-Баззара — запрет [давать] излишек воды и запрет [давать] случать самца [животного]. Из хадиса Абу Хурайры у аль-Хакима: «Молитвы искупают [грехи], кроме трёх: придания Аллаху сотоварищей, нарушения присяги и оставления сунны», затем он разъяснил нарушение присяги как выступление против имама, а оставление сунны — как выход из общины; это привёл аль-Хаким. Из хадиса Ибн Умара у Ибн Мардавайха: «Величайший из великих грехов — дурное мнение об Аллахе».
Из слабого в этом отношении — забвение Корана. Это привели Абу Дауд и ат-Тирмизи от Анаса (да будет доволен им Аллах), возведя к Пророку ﷺ: «Я посмотрел на грехи и не увидел большего, чем сура из Корана, данная человеку, а он забыл её», и хадис: «Кто пришёл к менструирующей женщине или к прорицателю, тот совершил неверие» — привёл ат-Тирмизи.
Сказал хафиз (да помилует его Всевышний Аллах): это всё, что я обнаружил из того, что пришло с явным указанием, что это из великих грехов или из величайших великих грехов, — достоверное и слабое, возведённое (марфу') и приостановленное (мауакуф), и я проследил это самым тщательным образом. В некоторых из этого — то, что пришло как частное, но входит в общее значение другого, как, например, содействие проклятию родителей — оно входит в непочтительность к родителям; убийство ребёнка — оно входит в убийство души; прелюбодеяние с женой соседа — оно входит в прелюбодеяние; грабёж и присвоение [военной добычи] — понятие измены охватывает их, и всё это входит в воровство; обучение колдовству — входит в колдовство; лживое свидетельство — входит в лживое слово; клятва, ведущая ко греху (ямин гамус), — входит в грешную клятву; отчаяние в милости Аллаха подобно безнадёжности в облегчении от Аллаха.
Опорой во всём этом является то, что пришло в виде рафи' без пересечения [значений], достоверным путём, а это семь [грехов], упомянутых в хадисе главы, [а также]: переход от переселения [обратно к неверию], прелюбодеяние, воровство, непочтительность к родителям, грешная клятва, нечестие в запретной территории (харам), питьё вина, лживое свидетельство, сплетни, оставление очищения от [следов] мочи, присвоение [военной добычи], нарушение присяги и разрыв с общиной. Итого это двадцать пунктов, и их степени различаются. То, о чём есть согласие в отношении отнесения его к этому [числу], сильнее того, о чём есть разногласие, кроме того, что подкреплено Кораном или единогласным мнением (иджма') — оно присоединяется к тому, что выше него. И из возведённого (марфу') и приостановленного (мауакуф) собирается то, что приближается к этому числу.
При этом требуется ответ на вопрос о мудрости ограничения семью [грехами].
Отвечают, что подразумеваемое числом не является доводом [на ограничение], но это слабый ответ.
И [отвечают], что сначала было сообщено об упомянутых, а затем было сообщено о добавленных, поэтому необходимо принять добавленное; либо что ограничение произошло применительно к ситуации по отношению к спрашивающему или к тому, с кем произошёл случай, и тому подобное.
Ат-Табари и Исмаил аль-Кади привели от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах), что ему сказали: великих грехов семь, и он ответил: их больше семи, и семь [десятков]. В одном риваяте от него: они ближе к семидесяти, а в другом риваяте — к семистам.
Его слова следует понимать как усиление по отношению к тому, кто ограничился семью, — как если бы тот, кто ограничился ими, опирался на упомянутый хадис главы. Конец слов хафиза (да помилует его Всевышний Аллах) (¹). Это очень ценное исследование, и Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возвращение.
(Пятый вопрос): о разногласии учёных относительно разделения грехов на малые и великие.
Предшественники (саляф) разошлись во мнениях относительно великих и малых грехов. Большинство (джумхур) склонилось к тому, что среди грехов есть великие, а есть малые.
Отклонилась от этого группа из них — Абу Исхак аль-Исфараини, — сказавший: среди грехов нет малых, но всё, что запретил Аллах, — великое. Это передано также от Ибн Аббаса, и аль-Кади Ияд рассказал это от исследователей (мухаккикун); они приводили в качестве доказательства то, что всякое противоречие Аллаху является великим по отношению к Его величию. Конец.
Ибн Баттал приписал это ашаритам, сказав: разделение грехов на малые и великие — это мнение общей массы правоведов (фукаха), а из ашаритов противоречили им в этом Абу Бакр ибн ат-Тайиб и его сторонники, сказав: все прегрешения — великие грехи, но некоторые из них называются малыми лишь в сравнении с тем, что больше их, подобно тому, как говорят: запретный поцелуй — малый в сравнении с прелюбодеянием, но по сути все они — великие. Они сказали: у нас нет греха, который прощался бы обязательно из-за избегания другого греха, — но всё это великий грех, и совершивший его находится в [сфере] воли [Аллаха простить или наказать], помимо неверия, — согласно словам Всевышнего: «Поистине, Аллах не прощает придания Ему сотоварищей, но прощает то, что ниже этого, кому пожелает» [ан-Ниса, 48]. Они ответили на аят, которым аргументировали сторонники первого мнения, — слова Всевышнего: «Если вы будете избегать великих грехов из того, что вам запрещено» [ан-Ниса, 31], — что под этим подразумевается многобожие.
Аль-Фарра сказал: кто читает «великие грехи» [во множественном числе], то подразумевается [единственное] великое, а великий грех — это многобожие. Форма множественного числа иногда употребляется, а подразумевается единственное, как в словах Всевышнего: «Народ Нуха счёл посланников лжецами» [аш-Шуара, 105], хотя к ним был послан только один Нух (мир ему). Они сказали: возможность наказания за малый грех подобна возможности наказания за великий грех. Конец.
Ан-Навави сказал: доводы из Книги и сунны в совокупности указывают на первое мнение. Аль-Газали сказал в «аль-Басит»: отрицание различия между малым и великим грехом не подходит правоведу.
Сказал хафиз: имам аль-Харамайн уточнил переданное от ашаритов мнение и избрал его, разъяснив, что оно не противоречит тому, что сказало большинство. Он сказал в «аль-Иршад»: удовлетворительным для нас является то, что всякий грех, которым не подчиняются Аллаху, — великий, но иное дело считается малым по сравнению с равными [людьми], тогда как в отношении царя это было бы великим, а Господь величайший из тех, кому не подчиняются. Так что всякий грех велик по отношению к неподчинению Ему, но грехи, хотя и велики, различаются по своим степеням.
Некоторые люди подумали, что разногласие носит словесный характер, и сказали: истина в том, что у великого греха есть два аспекта: по отношению к сравнению одних с другими они, безусловно, различаются, а по отношению к Повелевающему и Запрещающему все они — великие грехи. Конец. Истина же в том, что разногласие носит смысловой характер, и оно возникло из принятия буквального смысла аята и хадиса, указывающего на то, что малые грехи искупаются избеганием великих грехов, как было упомянуто ранее. И Аллах Всевышний знает лучше.
Аль-Куртуби сказал: я не думаю, что достоверно передано от Ибн Аббаса, что всё, что запретил Аллах Всевышний, является большим грехом, поскольку это противоречит явному смыслу Корана, различающего малые и большие грехи, — в словах Его: «Те, которые избегают больших грехов и мерзостей, помимо мелких проступков» (ан-Наджм, 32), и в словах Его: «Если вы будете избегать больших грехов из того, что вам запрещено, Мы простим вам ваши малые грехи» (ан-Ниса, 31). Так Он установил, что среди запрещённого есть малые и большие грехи, и различил их по решению, ибо поставил прощение малых грехов в аяте в зависимость от избегания больших, и исключил мелкие проступки из числа больших грехов и мерзостей. Как же такое могло остаться скрытым от толкователя Корана?
Хафиз (Ибн Хаджар) сказал: это подтверждается тем, что будет приведено далее от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) в толковании понятия «лямам» (мелкий проступок). Однако упомянутая передача от него приведена Исмаилом аль-Кади и ат-Табари с достоверным иснадом, соответствующим условию двух шейхов (аль-Бухари и Муслима), восходящим к Ибн Аббасу. Поэтому предпочтительнее считать, что под его словами «то, что запретил Аллах» подразумевается особый запрет — тот, к которому присоединена угроза наказания, как это уточнено в другом риваяте от Ибн Аббаса. Таким образом, безусловное высказывание толкуется через ограниченное, чтобы согласовать оба его высказывания.
Ат-Тыби сказал: малый и большой грех — понятия относительные, и им необходимо соотноситься с чем-то одним из трёх: покорностью (Аллаху), непокорностью или воздаянием. Что касается покорности, то всё, что искупается, например, молитвой, относится к малым грехам, а всё, что искупается лишь Исламом или переселением (хиджрой), относится к большим. Что касается непокорности, то всякий грех, за который его совершитель заслуживает угрозы наказания или наказания более сурового, чем угроза или наказание за другой грех, является большим. Что касается воздаяния, то если совершивший грех принадлежит к числу приближённых (к Аллаху), то малый грех по отношению к нему становится большим, — ведь порой упрёк обращался к некоторым пророкам за вещи, которые у других не считались грехом вовсе. Конец цитаты.
Его слова, касающиеся угрозы наказания и самого наказания, ограничивают общий смысл утверждения тех, кто безусловно говорил, что признаком большого греха является наличие угрозы наказания или самого наказания в отношении его совершителя. Однако из этого следует, что, например, само убийство человека — большой грех, хотя в отношении него, даже если и содержится угроза или наказание, есть более суровая угроза и наказание в отношении убившего собственное дитя. Правильным же является то, что сказало большинство учёных: что упомянутый пример и подобные ему делятся на «большой» и «более большой». Конец слов хафиза (да помилует его Аллах Всевышний) (1) — это весьма ценное исследование. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Шестой вопрос): о разногласии учёных относительно определения большого греха:
Ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: учёные разошлись в определении большого греха и его отличии от малого. Передано от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах): всё, что запретил Аллах, является большим грехом, — и это мнение высказал устаз Абу Исхак аль-Исфараини, шафиитский правовед. Кади Ияд (да помилует его Аллах Всевышний) передал это мнение от знатоков-исследователей (мухаккикин).
Придерживающиеся этого мнения аргументируют тем, что всякое нарушение по отношению к величию Аллаха Всевышнего является большим (грехом).
Большинство же учёных из числа предшественников и последующих поколений, из всех течений, склонились к тому, что грехи делятся на малые и большие, и это также передано от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах). На это указывают многочисленные доводы из Книги и Сунны, а также практика предшественников общины и её последующих поколений. Абу Хамид аль-Газали в своей книге «аль-Басит» сказал: отрицание различия между малым и большим грехом не подобает правоведу, — ведь оба этих понятия постигаются из источников шариата. То же самое по смыслу говорили и другие. Нет сомнения, что нарушение весьма отвратительно по отношению к величию Аллаха Всевышнего, однако одни грехи больше других, и в этом отношении они делятся на те, что искупаются пятью молитвами, постом Рамадана, хаджем, умрой, омовением, постом дня Арафа, постом Ашуры, совершением доброго дела или иным, о чём говорится в достоверных хадисах,
и на те, что не искупаются этим, как установлено в «Сахихе»: «пока не совершит большой грех», — то есть шариат назвал то, что искупается молитвой и подобным ей, малыми грехами, а то, что не искупается этим, — большими. Нет сомнения в правильности этого, и это не выводит малый грех из числа отвратительных по отношению к величию Аллаха Всевышнего, ибо он мал лишь относительно того, что выше него, будучи менее отвратительным и легче искупаемым. Аллах Всевышний знает лучше.
Установив, что грехи делятся на малые и большие, учёные разошлись в их определении весьма широко и разнообразно.
Передано от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах), что он сказал: большие грехи — это всякий грех, который Аллах Всевышний завершил (упоминанием) огня, гнева, проклятия или наказания. Подобное же передано от аль-Хасана аль-Басри.
Другие сказали: это то, за что Аллах угрожает огнём или (устанавливает) наказание (хадд) в этом мире.
Хафиз сказал: среди тех, кто определённо высказался за последнее мнение, — имам Ахмад, как передал кади Абу Йаля, а из шафиитов — аль-Маварди, чьи слова таковы: большой грех — это то, за что установлено наказание (хадд) или за что направлена угроза. То, что передано от Ибн Аббаса, привёл Ибн Абу Хатим с иснадом, в котором нет проблем, кроме разрыва (в цепочке); также приведено другим, непрерывным путём, чьи передатчики также не вызывают возражений, от Ибн Аббаса, который сказал: всё, чем Аллах угрожает огнём, — большой грех. Многие шафииты определяли большие грехи иными критериями. Среди них — слова имама аль-Харамайн: всякое преступление, указывающее на малую заботу его совершителя о религии и слабость благочестия. Слова аль-Хулайми: всё запрещённое само по себе, запрещённое из-за некоего смысла в самом себе. Ар-Рафии сказал: это то, что влечёт наказание (хадд). Сказано также: это то, к чему угроза присоединена в отношении его совершителя текстом Книги или Сунны. Таково большинство того, что можно найти у сторонников (шафиитской школы), и они более склоняются к предпочтению первого мнения, однако второе более согласуется с тем, что они говорили при подробном разборе больших грехов. Конец его слов.
Возникло затруднение в связи с тем, что многое из того, о чём в текстах говорится как о большом грехе, не влечёт наказания (хадд), как, например, непочтительность к родителям (укук).
Некоторые имамы ответили, что имелось в виду говорящим определение того, о чём не пришло текста, называющего это большим грехом.
Ибн Абд ас-Салям в «аль-Кава'ид» сказал: я не нашёл ни у одного из учёных определения большого греха, свободного от возражения. Предпочтительнее определять его тем, что указывает на пренебрежение его совершителя своей религией, подобное указанию на самый малый из тех больших грехов, о которых прямо сказано в текстах.
Хафиз сказал: это хорошее определение (1).
Абу Хамид аль-Газали в «аль-Басит» сказал: всеобъемлющим смысловым определением большого греха является то, что всякий грех, на который человек идёт без всякого предчувствия страха и опасения раскаяния, подобно тому, кто пренебрегает его совершением и дерзает на него по привычке, — если такое указывает на подобное пренебрежение и небрежение, то это большой грех. А то, что относится к минутным слабостям души или языка, к ослаблению бдительности богобоязненности, и не обходится без раскаяния, смешанного с омрачением наслаждения грехом, — это не лишает справедливости (адаля) и не является большим грехом.
Шейх имам Абу Амр ибн ас-Салях (да помилует его Аллах Всевышний) в своих фатвах сказал: большой грех — это всякий грех, который велик и огромен настолько, что к нему правомерно применимо название «большой» и определение его как безусловно огромного. Он сказал: таково определение большого греха, а затем у него есть признаки. Среди них: обязательность наказания (хадд); угроза наказанием огнём и подобным ему в Книге или Сунне; прямое описание его совершителя как нечестивца (фасик); проклятие, как в словах: «Проклял Аллах того, кто изменил межевые знаки земли».
Шейх-имам Абу Мухаммад ибн Абд ас-Салям, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал в своей книге «Каваид»: «Если ты хочешь узнать разницу между малым и большим грехом, то сопоставь порочность (мафсада) данного греха с порочностью тех больших грехов, что упомянуты прямым текстом. Если она окажется меньше наименьшей из порочностей больших грехов, то это малый грех, а если она равна наименьшей из порочностей больших грехов или превосходит её, то это большой грех.
Так, кто оскорбил Господа ﷾, или Его Посланника ﷺ, или проявил пренебрежение к посланникам, или счёл кого-либо из них лжецом, или измазал Каабу нечистотами, или бросил свиток Корана в грязь, — это относится к величайшим из больших грехов, хотя Шариат прямо не назвал это «большим грехом». Точно так же, если кто-то удерживал замужнюю женщину для того, кто хочет совершить с ней прелюбодеяние, или удерживал мусульманина для того, кто хочет его убить, — нет сомнения, что порочность этого превосходит порочность поедания имущества сироты, хотя последнее и относится к большим грехам. Также если кто-то указал неверным на слабые места мусульман, зная, что благодаря его указанию они уничтожат их, возьмут в плен их женщин и детей и захватят их имущество как трофеи, — то отнесение этого к порочным деяниям более значительно, чем бегство с поля битвы без оправдания, хотя последнее и относится к большим грехам. Точно так же если кто-то солгал на человека такой ложью, о которой знает, что из-за неё того убьют, — это тяжелее, чем если он солгал на него так, что из-за этого у того лишь отберут финик, — такая ложь не относится к большим грехам».
Он сказал: «Шариат прямо указал, что лжесвидетельство и поедание имущества сироты относятся к большим грехам. Если это происходит в отношении значительного имущества, то это очевидно; а если в отношении незначительного имущества, то допустимо считать это большим грехом как отучение от подобных порочных деяний — подобно тому, как употребление капли вина отнесено к большим грехам, даже если реальная порочность (в малом количестве) не подтверждается в полной мере. Допустимо также ограничивать это нормой (нисаб) кражи».
Он сказал: «Судебное решение не по праву — большой грех, ибо лжесвидетель — причина, а судья — исполнитель; и если причина считается большим грехом, то исполнение — тем более».
Он сказал: «Некоторые учёные определили большие грехи так: это всякий грех, сопряжённый с угрозой (наказанием), или установленной карой (хадд), или проклятием. Согласно этому, всякий грех, о котором известно, что его порочность равна порочности того, с чем сопряжена угроза, кара или проклятие, либо превосходит её, — является большим грехом».
Затем он сказал: «Предпочтительнее определять большой грех через то, что указывает на небрежение совершающего его в своей религии подобно тому, как это указывает наименьший из прямо названных больших грехов. И Аллах знает лучше». Этим заканчивается речь шейха Ибн Абд ас-Саляма, да будет милостив к нему Аллах Всевышний.
Имам Абу-ль-Хасан аль-Вахиди, толкователь Корана, и другие сказали: «Верно, что предел большого греха неизвестен точно, однако Шариат описал некоторые виды прегрешений как большие, некоторые — как малые, а некоторые не описал вовсе, и они включают в себя как малые, так и большие грехи. Мудрость же в отсутствии ясного разъяснения этого состоит в том, чтобы раб удерживался от совершения греха из страха, что он может оказаться большим». Они сказали: «Это подобно скрытости Ночи предопределения, часа пятницы, часа принятия молитвы ночью, величайшего имени Аллаха и тому подобного, что было скрыто». И Аллах Всевышний лучше знает истину. Этим заканчивается речь ан-Навави.
Хафиз, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, также сказал в «Фатх» в «Книге установленных кар», после упоминания хадисов, пришедших о больших грехах, следующее: «Когда это установлено, становится ясной ошибочность мнения тех, кто определяет большой грех как то, за что полагается установленная кара, поскольку в большинстве упомянутых случаев установленная кара не полагается».
Ар-Рафии сказал в «аш-Шарх аль-кабир»: «Большой грех — это то, что обязывает к установленной каре». Согласно другому мнению — это то, к совершившему что угроза (в тексте Коране или сунне) прилагается прямым текстом. Это мнение чаще всего встречается у последователей (аш-Шафии), и они больше склоняются к предпочтению первого, однако второе более соответствует тому, что они упоминают при подробном разборе больших грехов. Это подтверждено в «ар-Равда», и это наводит на мысль, что среди шафиитов не встречается сочетание обоих определений, но это не так, ибо аль-Маварди сказал в «аль-Хави»: «Это то, что обязывает к установленной каре, либо то, к чему обращена угроза», и «или» в его словах используется для перечисления разновидностей, а не для выражения сомнения. И как может учёный говорить, что большой грех — это лишь то, за что установлена кара, тогда как в «двух Сахихах» прямо указано на непочтительность к родителям, на клятвопреступную ложную клятву, на лжесвидетельство и прочее?
Основой того, что упомянул ар-Рафии, служат слова аль-Багави в «ат-Тахзиб»: «Кто совершил большой грех, будь то прелюбодеяние, содомия, употребление вина, грабёж, воровство или убийство без права на это, — его свидетельство отклоняется, даже если он совершил это лишь однократно». Затем он сказал: «Итак, всякое прегрешение, обязывающее к установленной каре, — большой грех; согласно другому же мнению — это то, к чему прилагается угроза совершившему по прямому тексту Корана или сунны». Конец цитаты. Первое высказывание не подразумевает исчерпывающего ограничения, а второе — является предпочитаемым (мутамад).
Ибн Абд ас-Салям сказал: «Я не нашёл определения большого греха», то есть свободного от возражений, — сказал он, — «предпочтительнее определять его через то, что указывает на небрежение совершающего его подобно тому, как это делает наименьший из прямо названных больших грехов». Он сказал: «А некоторые определили его как всякий грех, сопряжённый с угрозой или проклятием».
Хафиз сказал: «Это более всеобъемлюще, чем прочие определения, и ему не вредит то, что оно не охватывает случаи установленной кары, поскольку всё, за что установлена кара, непременно сопряжено также и с угрозой за его совершение. В это определение входит и оставление немедленно обязательных предписаний в общем смысле, а также отложенных предписаний, когда время их исполнения сужается».
Ибн ас-Салах сказал: «У большого греха есть признаки:
— среди них: обязательность установленной кары;
— среди них: угроза наказанием огнём и подобным этому, в Коране или сунне;
— среди них: описание совершившего его как нечестивца (фасик);
— среди них: проклятие».
Хафиз сказал: «Это шире предыдущего определения».
Исмаил аль-Кади привёл с иснадом, в котором есть Ибн Лахиа, от Абу Саида (да будет доволен им Аллах) как восходящий хадис: «Большие грехи — это всякий грех, вводящий совершившего его в Огонь», а также с достоверным иснадом от аль-Хасана аль-Басри его слова: «Всякий грех, который Аллах Всевышний связал с Огнём, — большой грех».
Одним из лучших определений являются слова аль-Куртуби в «аль-Муфхим»: «Всякий грех, названный прямым текстом Корана, сунны или единогласным мнением (иджма) большим или великим, либо о котором сообщается о суровости наказания, либо к которому привязана установленная кара, либо в отношении которого проявлено усиленное осуждение, — является большим грехом».
Хафиз сказал: «Согласно этому следует прослеживать всё, о чём пришла угроза, проклятие или обвинение в нечестии, из Корана и достоверных и хороших хадисов, и присоединять это к тому, о чём прямо сказано в Коране и достоверных и хороших хадисах, что это — большой грех. И сколько бы всего этого собралось, из этого станет известно точное число этих грехов. Я уже приступил к собиранию этого, и прошу Аллаха о помощи в его завершении по Его милости и щедрости».
Аль-Хулайми сказал в «аль-Минхадж»: «Нет греха, в котором не было бы и малой, и большой формы, и малый грех может превратиться в большой из-за сопутствующего обстоятельства, а большой может превратиться в мерзкий (фахиша) таким же образом, — кроме неверия в Аллаха, ибо оно самое мерзкое из больших грехов и не имеет малой формы».
Хафиз сказал: «И при этом оно делится на мерзкое и наимерзейшее». Затем аль-Хулайми привёл примеры сказанного. Второе — как убийство души без права, которое является большим грехом; но если убит родитель, потомок, родственник, либо убийство произошло в запретной территории (харам) или в запретном месяце, — это мерзкий грех (фахиша). Прелюбодеяние — большой грех, но если оно совершено с женой соседа, с родственницей, в месяце Рамадан, в запретной территории или совершено открыто, — это мерзкий грех.
Первое — как касание бёдрами посторонней женщины, что является малым грехом; но если это происходит с женой отца, женой сына или родственницей — это большой грех. Кража того, что ниже нормы (нисаб), — малый грех, но если у обворованного нет иного имущества и его отсутствие приводит его к обнищанию, — это большой грех. Он подробно приводил примеры этому, и в большей их части есть то, что подлежит оговорке, но таков был его подход, и это хороший метод, который можно принять во внимание без ущерба, и его основа заключается в тяжести или лёгкости порочности. И Аллах Всевышний знает лучше». Этим заканчивается речь хафиза, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, и это ценное исследование.
(Седьмой вопрос): учёные, да будет милостив к ним Аллах Всевышний, сказали: настойчивое повторение малого греха превращает его в большой. Передано от Умара, Ибн Аббаса и других (да будет доволен ими Аллах): «Нет большого греха при наличии покаяния (истигфар), и нет малого греха при упорном повторении». Смысл этого в том, что большой грех стирается покаянием, а малый грех превращается в большой через упорное его повторение.