...«уверовали и не облекли свою веру в несправедливость»» (сура «Скот», 82). И это оказалось тяжело для мусульман, и они сказали: о Посланник Аллаха, кто же из нас не поступает несправедливо по отношению к себе? Он сказал: «Не это имеется в виду, это — многобожие. Разве вы не слышали, что сказал Люкман своему сыну: «О сын мой, не придавай Аллаху сотоварищей, ведь многобожие — это великая несправедливость»?»» Конец.
Ибн Идрис сказал: сначала мне рассказал это мой отец от Абана ибн Тагляба от аль-Амаша, а затем я услышал это от него самого. Конец (1). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возвращение.
«Я хочу лишь исправить то, что могу, и мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
60 — (Глава разъяснения слова Всевышнего: «Если вы обнаружите то, что в ваших душах, или скроете это, Аллах взыщет с вас за это» [Корова: 284]).
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу, да помилует его Аллах Всевышний, упомянутому в начале книги, он сказал:
[336] (125) — (Рассказал мне Мухаммад ибн Минхаль ад-Дарир и Умайя ибн Бистам аль-Айши, — а формулировка принадлежит Умайе, — они сказали: рассказал нам Язид ибн Зурай‘, рассказал нам Рух — то есть ибн аль-Касим — от аль-Аля, от его отца, от Абу Хурайры, который сказал: когда было ниспослано Посланнику Аллаха ﷺ: «Аллаху принадлежит то, что на небесах и то, что на земле. Если вы обнаружите то, что в ваших душах, или скроете это, Аллах взыщет с вас за это, и Он простит, кого пожелает, и накажет, кого пожелает. Аллах способен на всякую вещь» [Корова: 284], — он сказал: это оказалось тяжело для сподвижников Посланника Аллаха ﷺ, и они пришли к Посланнику Аллаха ﷺ, затем опустились на колени и сказали: о Посланник Аллаха, нам были предписаны те деяния, которые мы способны исполнить: молитва, пост, джихад и подаяние, а тебе ниспослан этот аят, и мы не способны исполнить его. Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Вы хотите сказать то, что сказали люди двух писаний до вас: «мы слышали и не подчинились»? Нет, скажите: «мы слышали и подчинились, прощения Твоего, Господь наш, и к Тебе возвращение»». Они сказали: «мы слышали и подчинились, прощения Твоего, Господь наш, и к Тебе возвращение». Когда люди прочитали это, их языки привыкли к этому, и Аллах ниспослал после этого: «Посланник уверовал в то, что ниспослано ему от его Господа, и верующие. Все они уверовали в Аллаха, Его ангелов, Его книги и Его посланников. Мы не различаем между Его посланниками. И они сказали: мы слышали и подчинились, прощения Твоего, Господь наш, и к Тебе возвращение» [Корова: 285]. Когда они сделали это, Аллах Всевышний отменил тот аят и ниспослал Аллах ﷿: «Аллах не возлагает на душу ничего сверх того, что она способна понести. Ей достанется то, что она приобрела, и против неё будет то, что она совершила. Господь наш! Не спрашивай с нас, если мы забыли или ошиблись» — он сказал: да. «Господь наш! Не возлагай на нас тяжелого бремени, какое Ты возложил на тех, кто был до нас» — он сказал: да. «Господь наш! Не возлагай на нас то, что нам не под силу» — он сказал: да. «И помилуй нас, прости нас и пожалей нас. Ты — наш Покровитель. Помоги же нам одержать победу над неверующими людьми» [Корова: 286] — он сказал: да).
Передатчики этого иснада: семь человек:
1 — (Мухаммад ибн Минхаль ад-Дарир) — это Мухаммад ибн аль-Минхаль ат-Тамими аль-Муджаши‘и, Абу Джафар, а по другой версии — Абу Абдуллах аль-Басри ад-Дарир, надёжный, знающий наизусть [10].
Передавал от Язида ибн Зурай‘, Абу Аваны, Джафара ибн Сулеймана ад-Дуба‘и, Мухаммада ибн Абд ар-Рахмана ат-Туфави, Умайи ибн Халида, Абу Бакра аль-Ханафи, Абу Дауда ат-Тайалиси и других.
От него передавали аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, а ан-Насаи передавал от Ахмада ибн Али аль-Марвази от него, а также Абу Бакр аль-Асрам, Харб ибн Исмаил, Усман ибн Хурраз, Мухаммад ибн Ибрахим аль-Бушанджи, Усман ибн Саид ад-Дарими, Абдуллах ибн Абд ар-Рахман ад-Дарими и другие.
Аль-Иджли сказал: басриец, надёжный, у него не было книги; я спросил его: «У тебя есть книга?» Он сказал: «Моя книга — моя грудь». Абу Хатим сказал: Али ибн аль-Мадини записал с его слов книгу Язида ибн Зурай‘. Абу Хатим сказал: он надёжный, знающий наизусть, смышлёный, мне он дороже, чем Умайя ибн Бистам. Абу Зур‘а сказал: я попросил его прочитать мне толкование Абу Раджи по версии Язида ибн Зурай‘, и он продиктовал мне наизусть половину, затем я пришёл к нему в другой день после этого, и он продиктовал мне с того места, где остановился, и сказал: «Возьми», и я удивился этому; он помнил наизусть хадис Язида ибн Зурай‘. Усман ибн Хурраз сказал: самых знающих наизусть, кого я видел, четверо: Мухаммад ибн аль-Минхаль ад-Дарир, Ибрахим ибн Мухаммад ибн Арара, Абу Зур‘а и Абу Хатим. Ибн Ади сказал: я слышал, как Абу Йала возвеличивал его положение и упоминал, что он был самым знающим наизусть в Басре в своё время и наиболее надёжным в передаче от Язида ибн Зурай‘. Ибн аль-Джунайд передал от Ибн Ма‘ина: надёжный, но я не слышал от него ничего. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных».
Умер в Басре в месяце шабан двести тридцать первого года; так передал Ибн Хиббан от Абу Йалы, и в этом же году датировали его смерть Абу Дауд и Муса ибн Харун.
У него в этой книге (11) хадисов (1).
2 — (Умайя ибн Бистам аль-Айши) — с «я» и «ш» с точкой — Абу Бакр аль-Басри, правдивый [10] (умер 231) (Бух, Мус, Насаи), упомянут ранее в «Вере» 7/132.
3 — (Язид ибн Зурай‘) аль-Айши, Абу Му‘авия аль-Басри, надёжный, твёрдый [8] (умер 182) (все шесть), упомянут ранее в «Вере» 7/132.
4 — (Рух ибн аль-Касим) ат-Тамими аль-Анбари, Абу Гияс аль-Басри, надёжный, знающий наизусть [6] (умер 141) (Бух, Мус, Абу Дауд, Насаи, Ибн Маджа), упомянут ранее в «Вере» 7/132.
5 — (аль-Аля) ибн Абд ар-Рахман аль-Хураки, вольноотпущенник их, Абу Шибль аль-Мадани, правдивый, иногда допускал ошибки [5], умер в (несколько после 130) (Зам, Мус, четыре), упомянут ранее в «Вере» 8/135.
6 — (его отец) Абд ар-Рахман ибн Йакуб аль-Джухани аль-Хураки, вольноотпущенник их, надёжный [3] (Зам, Мус, четыре), упомянут ранее в «Вере» 8/135.
7 — (Абу Хурайра) (да будет доволен им Аллах) 2/3. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что он относится к шестизвенным иснадам сочинителя, и в нём у него два шейха, объединённых вместе.
2 — (Из них): что первая его половина сплошь состоит из басрийцев, а вторая половина — из мединцев.
3 — (Из них): что в нём есть передача одного последователя (табии) от другого последователя, и сына от отца: аль-Аля от своего отца.
4 — (Из них): что в нём слово «Бистам» (بسطام) — с кясрой на первой букве, а автор «Аль-Матали‘» передал также его чтение с фатхой.
И в нём слово «аль-Айши» — здесь оно с «ш» с точкой, и ас-Суюти упомянул разницу между ним и «аль-Абси», и «аль-Анси» в «Альфийя аль-хадис», сказав:
«В Басре — аль-Айши, а аль-Анси — в Шаме, а в Куфе скажи — аль-Абси».
5 — (Из них): его слово «а формулировка принадлежит ему», то есть что изложение матна хадиса, которое он привёл здесь, принадлежит его шейху Умайе, а что касается Мухаммада ибн Минхаля, то он передал его по смыслу.
6 — (Из них): что в нём Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) — самый знающий наизусть из тех, кто передавал хадис в своё время; он передал (5374) хадиса. А Аллах Всевышний знает лучше.
Толкование хадиса:
(От аль-Аляъ, от своего отца) Абд ар-Рахмана ибн Йакуба (от Абу Хурайры) — да будет доволен им Аллах, — что он (сказал: «Когда было ниспослано Посланнику Аллаха ﷺ») — по форме «назалят» с действительным залогом, без усиления, и подлежащим является выражение: «Аллаху принадлежит то, что в небесах» — переданное ради самого его звучания; возможно также, что это «нуззилят» с усиленным «зай», в форме страдательного залога, и заместителем подлежащего также является выражение: «Аллаху…» и так далее.
(«Аллаху принадлежит то, что в небесах и то, что на земле. И раскроете ли вы то, что в душах ваших, или утаите — Аллах спросит вас за это. Он прощает, кому желает, и наказывает, кого желает») — Ибн Касир, Нафи‘, Абу Амр, Хамза и аль-Кисаи прочли «фа-йагфиру» и «уа-йу‘аззибу» с усечением (джазм), как продолжение ответной части условного предложения, а Ибн Амир и Асим прочли с именительным падежом в обоих случаях, как самостоятельное предложение, то есть: «то Он прощает, и Он наказывает». Передано от Ибн Аббаса, аль-Аараджа, Абу аль-Алии и Асима аль-Джахдари чтение с винительным падежом в обоих случаях, с подразумеваемым «ан», и в действительности это соединение по смыслу, как в словах Всевышнего: «то Он умножит это ему», а соединение по форме предпочтительнее — ради созвучия, как сказал поэт (размер мадид):
«И когда бы ты ни услышал от тебя речь, он заговорит и ответит тебе разумно».
Ан-Наххас сказал: передано от Тальхи ибн Мусаррифа: «йухасибукум бихи-Ллаху, йагфиру» без «фа», как замена (бадаль). Ибн Атыйя сказал: так же прочли аль-Джу‘фи и Халляд, и передано, что так же было в списке Ибн Мас‘уда — да будет доволен им Аллах. Ибн Джинни сказал: это как замена от «йухасибукум», и это разъяснение (тафсир) содержания расчёта, подобно словам поэта (размер тавиль):
«Погодите немного, сыны Шайбана, с частью вашей угрозы, вы встретите завтра моих всадников у Сафавана.
Вы встретите резвых коней, не отступающих от боя, когда они выступят в тесной схватке».
Это тоже замена, и поэт повторил глагол, ибо польза заключена в том, что следует далее по смыслу. Ан-Наххас сказал: лучше усечения, если бы было без «фа», был бы именительный падеж, стоящий в положении обстоятельства состояния (хал), как сказал поэт (размер тавиль):
«Когда бы ты пришёл к нему, ты бы согрелся при свете его огня, найдёшь лучший огонь, у которого лучший разжигающий его» (1).
(«И Аллах над всякой вещью Могущ» [аль-Бакара: 284]).
Хафиз Ибн Касир сказал: Аллах Всевышний сообщил, что Ему принадлежит владение небесами и землёй и всем, что в них, и что Он осведомлён о том, что в них, — от Него не скрыты ни явное, ни тайное, ни сокрытые помыслы, даже сколь угодно мельчайшие и утаённые. И Он сообщил, что подвергнет Своих рабов расчёту за то, что они совершили, и за то, что утаили в своих сердцах, как сказал Всевышний: «Скажи: если вы утаите то, что в ваших сердцах, или явите это, Аллах знает это, и Он знает то, что в небесах и то, что на земле, и Аллах над всякой вещью Могущ» [Аль Имран: 29]; и сказал: «И если ты возвысишь голос в речи, то ведь Он знает и тайное, и то, что ещё скрытее» [Та Ха: 7]. Аяты подобного смысла весьма многочисленны. И Всевышний сообщил в этом аяте о том, что превышает просто знание, а именно о расчёте за это. Поэтому, когда был ниспослан этот аят, это тяжело подействовало на сподвижников — да будет доволен ими Аллах, — и они устрашились его, а также расчёта Аллаха Всевышнего с ними как за великие, так и за мелкие деяния, и это — от силы их веры и убеждённости (2).
Ибн Джарир сказал: слова Всевышнего: «И Аллах над всякой вещью Могущ» означают: Аллах, славно хваление Его, властен над прощением того, что утаила душа верующего из намерения совершить проступок, и над наказанием неверующего за то, что утаила его душа из сомнения в единобожии Аллаха, свят Он и велик, и в пророчестве Его пророков, и над воздаянием каждому из них за всё, что было от них из этих дел, — Он на это Могущ.
[Замечание]: аль-Куртуби сказал в «аль-Муфхим» при разборе этого аята: «то, что» (ма) в начале аята означает «то, что» (аллязи), и оно охватывает как разумных, так и неразумных существ, и здесь оно всеобщее, без какого-либо ограничения; ибо всё, что в небесах и на земле, и всё, что в них и между ними, — творение Аллаха Всевышнего и Его владение. А это применимо лишь на основе учения людей истины и достоверного знания, которые считают невозможным для Аллаха Всевышнего находиться в небе или на земле; ибо если бы Он был в чём-то, то был бы ограничен и определён, а если бы было так, то был бы возникшим (сотворённым). И на основании этого правила слова Всевышнего: «Уверены ли вы в Том, Кто в небе» [аль-Мульк: 16], и слова невольницы Пророку ﷺ, когда он спросил её: «Где Аллах?», а она сказала: «На небе», — привёл это Муслим (1), и он не осудил её за это; а то, что передано от некоторых из первых поколений (саляф), что они допускали такое употребление, — не в буквальном его смысле, а это истолковано верными истолкованиями, которые изложили многие из учёных в своих книгах. Однако саляф — да будет доволен ими Аллах — избегали толкования неясных (муташабиха) аятов и не касались их, несмотря на своё знание; ибо Аллаху Всевышнему невозможны признаки возникших вещей и свойства сотворённых. А полное рассмотрение этих вопросов — в науке калама. Конец слов аль-Куртуби (2).
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: в том, что упомянул аль-Куртуби, есть спорные моменты с нескольких сторон:
[Первое]: его слово «считают невозможным для Аллаха Всевышнего находиться в небе» и так далее — речь неопределённая; ибо если он имел в виду, что Аллах Всевышний не вознёсся на Трон, то это ложно, ибо Он сообщил нам о Себе, что Он вознёсся на Трон; а если он имел в виду невозможность того, чтобы Он был ограничен, находясь внутри чего-либо в небесах или на земле, то это верно.
[Второе]: не отвергается употребление выражения «Аллах на небе»; на основании слов: «Уверены ли вы в Том, Кто в небе», и слов невольницы: «На небе», которые подтвердил Пророк ﷺ, после того как спросил её: «Где Аллах?» И между этим и аятом о вознесении на Трон нет противоречия; ибо смысл «на небе» — «над небом», как это ясно проницательному.
[Третье]: его слово, что переданное от некоторых саляф употребление этого не в буквальном смысле… и так далее — если он имел в виду, что они толковали смысл иначе, то это неверно; ибо они утверждают смысл, а лишь предоставляют (Аллаху) знание о том, как (каково это качество), и не более того.
[Четвёртое]: его слово «и не касались их» — если он имел в виду, что они не касались понимания их смысла, то это ошибка в отношении них, ибо они знают смысл, знают, что смысл слов Всевышнего: «На Троне вознёсся» [Та Ха: 5] означает возвысился и поднялся, но они предоставляют (Аллаху) знание о том, каково это качество.
Итог таков, что учение саляф, а оно истинно в вопросах аятов о качествах (сифат) и достоверных хадисов о них, состоит в том, что они знают их смыслы и понимают их в буквальном значении, описывая Аллаха Всевышнего тем, чем Он описал Себя, или тем, чем описал Его Его посланник ﷺ в своих достоверных хадисах, — так, как подобает Его величию, свят Он и велик, — без толкования (тавиль), без отрицания (та‘тыль) и без искажения (тахриф), предоставляя знание о том, каково это качество, Ему, свят Он и велик, руководствуясь словами Всевышнего: «Нет никого подобного Ему, и Он — Слышащий, Видящий» [аш-Шура: 11]. Следуй же их путём, ибо это — прямой путь, и не склоняйся к тому, что придумали мутакаллимы и их последователи из толкований и искажений, ибо это — предосудительное заблуждение.
(«Он сказал») — Абу Хурайра, да будет доволен им Аллах. Ан-Навави сказал: он повторил слово «сказал» из-за долготы речи, ибо изначально речь такова: «Когда было ниспослано — усилилось», а когда речь затянулась, стало уместным повторить слово «сказал». Подобное этому уже встречалось в двух местах этой книги, и я разъяснял это, и указывал, что подобное встречается в благородном Коране, в словах Всевышнего: «Обещает ли он вам, что, когда вы умрёте и станете прахом и костями, что вы будете выведены» [аль-Муминун: 35], где повторено «аннакум», и в словах: «И когда пришло к ним писание от Аллаха, подтверждающее то, что с ними» [аль-Бакара: 89], до слов: «то когда пришло к ним». Аллах же Всевышний знает лучше. Конец.
«(и это стало тяжким)» — некоторые из знатоков сказали: «فاء» здесь — соединительный союз, связанный с опущенным [словом], поскольку к ответу «لَمّا» (когда) «فاء» не присоединяется; смысл таков: когда она была ниспослана, мы поняли её значение, и это стало тяжким для нас. «(это)» — то есть то, что содержалось в аяте — «(было тяжко для сподвижников Посланника Аллаха ﷺ, и они пришли к Посланнику Аллаха ﷺ, а затем опустились на колени)» — «بَرَكوا» с двумя фатхами; говорят: «верблюд опустился на колени (برك بُروكًا)», по модели «قَعَدَ» (сидеть) — упал на свою грудь («بَرْك» — это грудь). «(на колени)» — «الرُّكَب» с даммой, затем фатхой — множественное число от «рукба» (колено), то есть сустав, соединяющий нижнюю часть бедра с верхней частью голени.
«(и сказали: о Посланник Аллаха)» — «أَيْ» — частица обращения к близкому, либо к далёкому, либо к среднему [по расстоянию] — в этом есть разногласие, и ас-Суюти отдал предпочтение последнему мнению, сказав в «аль-Каукаб ас-сати‘»:
«أَيْ» — для обращения к среднему по известности,
не к близкому и не к далёкому, а также для разъяснения.
«(нам было предписано)» — в форме страдательного залога, то есть «нам была возложена обязанность»; говорят: «кяллафтуху аль-амра» (я возложил на него это дело), а он «такаллафа-ху» (принял его через тяготу) — когда он взял на себя это с трудностью; «ат-такалиф» — тяготы, единственное число «такляфа»; и «калифту аль-амра», по модели «та‘иба» — я возложил на себя это дело с тяготой, — как сообщил аль-Файюми.
«(из деяний)» — связано с «нам было предписано» либо с его словом: «(то, что мы не в силах)» — «нутику» с даммой в начале, от «аль-итака»; говорят: «атакту аш-шай'а итакатан» — если он был способен на это, а имя [действия] — «ат-така», подобно «ат-та‘а» от «ата‘а» (подчинился). «ما» — относительное местоимение, второе дополнение к «куллифна», а возвратное местоимение опущено, то есть «мы не в силах этого», и его опущение часто встречается, как сказано в «аль-Хуляса»:...................... и опущение у них весьма распространено и явно —
в возвратном местоимении связанном, если оно поставлено в винительном падеже
глаголом или причастием, как «тот, на кого мы надеемся, что он дарует».
И его слова: «(молитву, пост, джихад и садаку)» стоят в винительном падеже как замена «ما» либо как поясняющее приложение к нему; смысл таков: «нам было предписано молитву…» и так далее. «(и уже был ниспослан тебе этот аят)» — то есть Его слово: «И если вы обнаружите то, что в душах ваших, или скроете это, Аллах призовёт вас к ответу за это» [аль-Бакара: 284]. «(а мы не в силах его [исполнить])» — то есть мы не способны выполнить то, что он требует.
«(Посланник Аллаха ﷺ сказал: неужели вы хотите)» — вопрос обличительно-упрёчный, то есть: не подобает вам — «(говорить так, как сказали люди двух Писаний)» — Торы и Евангелия — «(до вас)» — то есть иудеи и христиане — «(мы слышали и не подчинились)»? Это отсылка к Его словам ﷻ: «И вот, взяли Мы с вас завет и воздвигли над вами гору [Синай]: «Возьмите то, что Мы дали вам, с силою, и слушайте!» Они сказали: «Мы слышали и не подчинились»» [аль-Бакара: 93], и к Его словам ﷻ: «Из тех, кто исповедует иудаизм, есть такие, что искажают слова, [меняя] их места, и говорят: «Мы слышали и не подчинились», и «слушай без того, чтобы услышанное было принято», и «Рагина», искривляя своими языками и порочя веру. А если бы они сказали: «Мы слышали и подчинились», и «слушай», и «дай нам отсрочку», это было бы лучше для них и правильнее. Но проклял их Аллах за их неверие, и не веруют они, кроме немногих» [ан-Ниса: 46].
«(но скажите: мы слышали)» — твоё слово — «(и подчинились)» — твоему повелению; и было сказано, что «слышать» здесь в значении «принять», как в [выражении] «сами‘а Аллаху лиман хамидах» (услышал Аллах того, кто восхвалил Его). «(прощения Твоего, Господь наш)» — аль-Фарра сказал: «غفرانك» — отглагольное имя, стоящее в позиции повеления, поэтому оно стоит в винительном падеже; смысл: «Твоё прощение», то есть «прости же нас», а просьба здесь — для мольбы. Аль-Куртуби сказал: «аль-гуфран» — отглагольное имя, подобно «аль-куфран» и «аль-хусран», а управляющий им [глагол] опущен, и подразумевается: «прости прощением Твоим», а было также сказано, что подразумевается «мы просим», или «мы молим о прощении Твоём». А его слово «Господь наш» — обращение с опущенной частицей обращения.
«(и к Тебе — возвращение)» — то есть место возврата, и в этом — признание воскрешения и стояния перед Аллахом Всевышним.
«(они сказали)» — то есть сподвижники, опечаленные этим аятом, когда Пророк ﷺ направил их к тому, что является правильным, в отличие от пути тех, на кого пал гнев, и пути заблудших — «(мы слышали и подчинились)» — то есть мы услышали слово Твоё, о Господь наш, и поняли его, и исполнили его, и подчинились деянию согласно его требованию — «(прощения Твоего, Господь наш)» — то есть прости нас прощением Твоим.
Ибн Джарир сказал: имеется в виду этим — да возвысится хвала Его — что все верующие сказали: мы услышали слово Господа нашего и Его повеление нам о том, что Он повелел нам, и Его запрет о том, что Он запретил нам, и мы подчинились, то есть подчинились Господу нашему в том, что Он обязал нас из Своих предписаний, и в чём Он подчинил нас Своему повиновению, и мы предались Ему.
А Его слово: «прощения Твоего, Господь наш» означает: и сказали они: «прощения Твоего, Господь наш», в смысле «прости нас, Господь наш, прощением Твоим», подобно тому, как говорят «Пречист Ты» в смысле «мы восхваляем Тебя пречистой хвалой»; сказал: «аль-гуфран» и «аль-магфира» — это покрытие от Аллаха грехов того, кому Он прощает, и Его прощение ему за раскрытие его тайны этими [грехами] в этом мире и в будущем, и Его снисхождение к нему. «И к Тебе — возвращение» — то есть место возврата; Ибн Джарир сказал: имеется в виду, да возвысится хвала Его, что они сказали: «и к Тебе, о Господь наш, — наше возвращение и наше место упокоения, так прости же нам грехи наши».
Если кто-то спросит нас: что же поставило в винительный падеж Его слово «غفرانك»?
Ему будет отвечено: то, что оно, будучи отглагольным именем, встало на место повеления, и так же поступают арабы с отглагольными именами и именами [существительными], когда они занимают место повеления и передают смысл повеления, — ставят их в винительный падеж; они говорят: «шукран лиллях, о такой-то», и «хамдан лях», в смысле «возблагодарю Аллаха и восхвалю Его», и «ас-салята-с-салята» в смысле «молитесь»; и говорят про имена: «Аллаха, Аллаха, о люди», хотя, если бы это было поставлено в именительном падеже, в смысле «Он — Аллах» или «это — Аллах», и направлено к сообщению, при этом с толкованием повеления, это было бы также допустимо, как сказал поэт [размером хафиф]:
«Поистине, есть люди, среди них Умайр и подобные Умайру,
а среди них — ас-Саффах,
достойны верности, когда скажет обладатель отваги: «Оружие, оружие»».
И если бы Его слово «прощения Твоего, Господь наш» пришло в чтении в именительном падеже, это не было бы ошибкой, но было бы правильным, согласно тому, что мы описали. Конец [цитаты].
«(и когда люди прочли его)» — то есть прочитали его; аль-Маджд сказал: «прочитал Коран» — значит «прочёл его, декламируя», как и «иктара'а-хи» (прочёл его). Форма «ифти‘аль» здесь для усиления. «(смягчились)» — ответ на «لَمّا», то есть стали мягкими и лёгкими — «(от него)» — то есть от его чтения — «(их языки)» — то есть они откликнулись и подчинились Пророку ﷺ в том, к чему он призвал их и направил их. «(и ниспослал Аллах следом за ним)» — «إثرها» с фатхой на «хамзе» и «сае», либо с касрой на «хамзе» с сукуном на «сае» — два варианта произношения, и местоимение в «إثرها» относится к аяту, который был тяжек для них.
И Его слово: «(«уверовал Посланник»)» — прямое дополнение к «ниспослал», приведённое как цитата ради самого выражения, то есть: подтвердил истинность Посланник — «(в то, что было ниспослано ему от Господа его)» — то есть в великий Коран — «(и верующие)» — то есть и уверовали верующие — «(каждый уверовал в Аллаха)» — Он употребил единственное число, учитывая форму слова «كلّ», а вне Коранического контекста допустимо «уверовали» — по смыслу — «(и ангелов Его, и книги Его)» — Нафи‘, Ибн Касир, Асим в передаче Абу Бакра и Ибн Амир прочитали во множественном числе, а в суре ат-Тахрим прочитали «его Книгу» в единственном числе; Абу Амр прочитал здесь и в ат-Тахрим «и книги Его» во множественном числе; а Хамза и аль-Кисаи прочитали «и Книгу Его» в единственном числе в обоих местах. Тот, кто прочитал во множественном числе, имел в виду множественное число от «книга», а тот, кто [прочитал] в единственном, имел в виду отглагольное имя, которое объединяет всё написанное, что было ниспослано от Аллаха; а в чтении того, кто читал в единственном числе, допустимо также подразумевать множественное число, и тогда «книга» будет именем рода, и оба чтения окажутся равнозначны. Сказал Аллах Всевышний: «И послал Аллах пророков благовестниками и предостерегающими, и ниспослал с ними Книгу» [аль-Бакара: 213].
(«…и посланникам Его») — все чтецы читали с даммой на «син» (رُسُلِ), также «расулюна, расулюкум, расулюка», кроме Абу Амра, от которого передано облегчение (تخفيف) в «расулюна, расулюкум», а относительно «расулюка» от него передано и с удвоением (تثقيل), и с облегчением. Кто читает «расулюка» с удвоением — это исходная форма слова, а кто облегчает, поступает так же, как облегчают в единственном числе, например «унук» и «тунб» (вместо «унук» и «тунуб»), а если облегчение допускается в единственном числе, то оно тем более уместно во множественном, которое тяжелее. Сказал это аль-Куртуби.
Имам Ибн Джарир сказал: слово Всевышнего «Посланник верует в то, что ниспослано ему» — этим Он, велика Его хвала, имеет в виду: Посланник Аллаха ﷺ подтвердил истинность и признал то, что было ниспослано ему от его Господа, — Писание, и то, что в нём содержится из дозволенного и запрещённого, обещания и угрозы, повеления и запрета, и прочих смыслов, которые оно вмещает. И упомянуто, что Посланник Аллаха ﷺ, когда был ниспослан этот аят, сказал: «Ему подобает это».
Он сказал: рассказал нам Бишр, сказал: рассказал нам Йазид, сказал: рассказал нам Саид от Катады относительно слова «Посланник верует в то, что ниспослано ему от его Господа», и упомянуто нам, что Пророк Аллаха ﷺ, когда был ниспослан этот аят, сказал: «И подобает ему верить». Конец цитаты.
(«Мы не различаем между кем-либо из посланников Его») то есть мы не различаем между ними в вере, чтобы верить в одних и отвергать других, как делали обладатели двух Писаний, но мы веруем во всех них. И слово «ахад» (кто-либо) в этом месте имеет значение множественного числа, поэтому здесь употреблено «между» (بين), и подобно этому слово Всевышнего: «Никто из вас не сможет удержать его» [аль-Хакка: 47].
Ибн Джарир сказал: что касается слова Его «Мы не различаем между кем-либо из посланников Его», то Он, велика Его хвала, сообщил этим о верующих, что они говорят это. В речи, согласно чтению того, кто читает «Мы не различаем между кем-либо из посланников Его» с «нун», опущено слово, на которое указывает то, что упомянуто, и это опущенное слово — «они говорят», а толкование речи таково: верующие, каждый из которых уверовал в Аллаха, Его ангелов, Его Писания и Его посланников, говорят: мы не различаем между кем-либо из посланников Его. И опущено упоминание «они говорят», поскольку на это указывает контекст, подобно тому, как опущено его упоминание в словах: «И ангелы входят к ним через каждые врата: мир вам за то, что вы терпели» [ар-Раад: 23–24], в смысле «говоря: мир».
И читала это группа из ранних чтецов: «ля юфаррак байна ахадин мин русулих» с «йа», в смысле: верующие, все они уверовали в Аллаха, Его ангелов, Его Писания и Его посланников, — не различается между кем-либо из посланников Его никем из них, чтобы верить в одних и отвергать других, но они подтверждают истинность всех их и признают, что то, с чем они пришли, было от Аллаха, и что они призывали к Аллаху и к Его
(2) «Тафсир аль-Куртуби» 3/428.
повиновению, отличаясь в этом своём поступке от иудеев, которые признали Мусу и отвергли Ису, и от христиан, которые признали Мусу и Ису и отвергли Мухаммада ﷺ, отвергнув его пророчество, и от тех, кто уподобился им из народов, отвергавших некоторых посланников Аллаха и признававших некоторых из них.
Аль-Куртуби сказал: («Мы не различаем между кем-либо из посланников Его») — большинство людей читали «ля нуфаррику» с «нун», и смысл: они говорят: мы не различаем, — то есть опущено высказывание, а опущение высказывания часто встречается. Сказал Всевышний: «И ангелы входят к ним через каждые врата: мир вам», то есть они говорят: мир вам, и сказал Всевышний: «И размышляют о создании небес и земли: Господь наш! Ты не сотворил это тщетно» [Аль Имран: 191], то есть говорят: Господь наш, — и подобных этому примеров немало. А Саид ибн Джубайр, Йахья ибн Йамар, Абу Зур‘а ибн Амр ибн Джарир и Йакуб читали «ля йуфарраку» с «йа», и это согласуется по форме со словом «кулль» (каждый), и в чтении Ибн Масуда так же: «ля йуфарраку». И сказал: («между кем-либо») в единственном числе, а не сказал «ахад» во множественном («аухад»), потому что слово «ахад» охватывает и единственное, и множественное число, как сказал Всевышний: «Никто из вас не сможет удержать его» [Аль-Хакка: 47], где «удерживающие» — определение к «ахад», поскольку его смысл — множественное число. И сказал ﷺ: «Не были дозволены трофеи никому из чернявых голов, кроме вас», и сказал Ру’ба:
Если дела людей подчинились твоей вере,
Они не боятся никого из твоего рода.
А смысл этого аята таков: верующие не подобны иудеям и христианам в том, что они верят в одних и отвергают других. Конец цитаты.
(2) «Джами ахкам аль-Куран» 3/428–429.
(3) С неточечной «айн»: то есть сговор.
Имам Ибн Джарир сказал: чтение, которое мы у себя не допускаем заменить другим в этом вопросе, — это с «нун»: («Мы не различаем между кем-либо из посланников Его»), потому что это чтение, доказательство которого установлено широко распространённой передачей, при которой исключены сговор, соглашение, забывчивость и ошибка, — то есть то, что мы описали относительно тех, кто говорит: («Мы не различаем между кем-либо из посланников Его»), и не следует возражать на то, доказательство чему установлено передачей и риваятом, ссылаясь на редкое чтение. Конец цитаты.
Он сказал: и упомянуто, что когда этот аят был ниспослан Посланнику Аллаха ﷺ как похвала от Аллаха ему и его общине, Джибриль сказал ему: воистину Аллах, велик Он и славен, воздал прекрасную похвалу тебе и твоей общине, так проси у своего Господа.
Рассказал нам Ибн Хумайд, сказал: рассказал нам Джарир от Байана от Хакима ибн Джабира, который сказал: когда было ниспослано Посланнику Аллаха ﷺ: «Посланник верует в то, что ниспослано ему от его Господа, и верующие — все они уверовали в Аллаха, Его ангелов, Его Писания и Его посланников. Мы не различаем между кем-либо из посланников Его. И они сказали: мы услышали и повинуемся, прости нас, Господь наш, и к Тебе возвращение» (2:285), Джибриль сказал: воистину Аллах, велик Он и славен, воздал прекрасную похвалу тебе и твоей общине, так проси — и тебе будет дано. И он попросил, и было ниспослано: «Не возлагает Аллах на душу ничего, кроме того, что она может понести» — и до конца суры.
(«И они сказали: мы услышали и повинуемся, прости нас, Господь наш, и к Тебе возвращение», и когда они сделали это») то есть откликнулись на то, к чему призвал их Пророк ﷺ и что им повелел, и сказали: мы услышали и повинуемся… и так далее («Аллах, Всевышний, отменил её») то есть устранил то возложение обязанности, которое было для них тяжким.
Аль-Мазари высказал возражение относительно отмены (насх) здесь, сказав: что касается слов передатчика о том, что это было отменено, то в отмене здесь есть сомнение, потому что отмена бывает только тогда, когда построение [текстов] невозможно, и невозможно свести один аят к другому, а слово Всевышнего «И если вы обнаружите то, что в душах ваших, или скроете это, Аллах спросит вас за это» [аль-Бакара: 284] — это общее выражение, которое может охватывать как то, что подвластно [человеку] из помыслов, так и то, что не подвластно, так что другой аят будет уточняющим (мухассис), — если только сподвижники не поняли по контексту ситуации, что закрепилось их обязывание тем, что не подвластно из помыслов, и тогда это будет отменой, потому что это устранение установившегося и утвердившегося положения. Конец слов аль-Мазари.
Кади Аяд возразил ему, сказав: нет основания для отвержения отмены в этом вопросе, а её передатчик передал в этом отмену и указал на неё явно и по смыслу через повеление Пророка ﷺ им верить, слушать и повиноваться, после того как Аллах, велик Он и славен, дал ему знать о том, что Он взыщет с них за это. И когда они сделали...
(١) «Тафсир ат-Табари» 3/153. Разъяснение: это Ибн Бишр аль-Ахмаси, известный надёжный передатчик, а Хаким ибн Джабир ибн Тарик ибнАуф аль-Ахмаси — крупный, надёжный таби‘. В «Тафсире» Ибн Касира это искажено на «Синан, от Хакима, от Джабира», и следует это исправить, на что указал шейх Ахмад Шакир в своей выверке «Тафсира» Ибн Джарира, 6/129.
И вот, когда Аллах Всевышний вложил веру в их сердца, и их языки смирились с покорностью этому — как сказано в самом хадисе, — Аллах избавил их от затруднения и отменил эту тягость другим аятом, как Он сказал. А путь познания насха (отмены) — это либо через сообщение о нём, либо через хронологию, и оба этих признака совпадают в данном аяте.
Слова аль-Мазири: «Насх бывает только тогда, когда невозможно совместить [оба положения]» — это верное утверждение в отношении того, о чём не пришёл прямой текст об отмене. А если он пришёл, то мы останавливаемся на нём. Однако знатоки основ [фикха] разошлись во мнениях относительно слова сподвижника: «Такое-то положение было отменено таким-то», — является ли это доводом, устанавливающим насх, или же насх не устанавливается одним лишь этим его словом? Таково мнение кади Абу Бакра аль-Бакиллани и исследователей из их числа, поскольку это его слово могло основываться на его иджтихаде и толковании, до тех пор пока он прямо не передаст это от Пророка ﷺ (١).
Собиратель [хадисов], да простит его Аллах Всевышний, говорит: по-моему, более предпочтительно мнение об установлении насха словом передатчика-сподвижника: «Такое-то положение было отменено таким-то», — потому что он лучше понимал цели Шариата и был свидетелем откровения и ниспослания [Корана], а значит его слово в подобном случае достойно принятия. Я разъяснил это в «Тухфа аль-марди» и в её толковании, обратись к этому — и обретёшь больше знания. А Аллах Всевышний — Наставляющий на прямой путь.
(Затем Аллах ﷻ ниспослал: «Аллах не возлагает на душу ничего, кроме того, что она может понести») Такляф — это повеление тем, что тяжело для человека; «такаллафа-ль-амра» означает «взял на себя это дело через усилие», как передал аль-Джавхари. А «вус‘» — это способность и достаток. Это категорическое сообщение: Аллах Всевышний прямо указал, что Он не возлагает на рабов, начиная с момента ниспослания этого аята, никакого деяния сердца или органов, кроме как в пределах способности обязанного и в соответствии с его пониманием и природой. Этим было снято затруднение с мусульман в их толковании вопроса о [невольных] помыслах.
В значении этого аята передаётся то, что рассказал Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах): он сказал: «Я не желал бы, чтобы кто-либо из тех, кого родила его мать, был [на месте] Джа‘фара ибн Абу Талиба, кроме него самого. Я как-то последовал за ним, будучи голодным, и когда он дошёл до своего дома, то не нашёл в нём ничего, кроме бурдюка с маслом, в котором остался небольшой остаток. Он разрезал его перед нами, и мы стали слизывать то, что было в нём из масла и патоки (٢), а он говорил:
Аллах не возлагает на душу ничего сверх её способности,
И рука не проявляет щедрости, кроме как тем, что находит».
(٢) с даммой: сгущённый финиковый сироп при варке.
Его слово («ей — то, что она приобрела, и на ней — то, что она заслужила») Абу-ль-Аббас аль-Куртуби сказал: то есть то добро, что она приобрела, — ей за это награда, а то зло, что она заслужила, — на ней за это наказание. «Касабат» и «иктасабат» — синонимы с одним значением, подобно «кадара» и «иктадара». Можно также сказать, что эта буква «та» — буква породы «истиф‘аль», выражающая совершение действия, и она введена в отношении заслуживания зла, но не в отношении приобретения добра, — на указание того, что за зло не взыскивается, кроме как после его совершения и осуществления, а не за одно лишь намерение совершить его, в отличие от добра, которое записывается тому, кто вознамерился его совершить и подумал о нём в своём сердце, как сказано в его словах ﷺ, сообщающих от Аллаха Всевышнего: «Если раб Мой задумает совершить благое дело, то Я запишу ему это как благое дело, даже если он его не совершил; а если он его совершит, то Я запишу ему это в десятикратном размере. А если он задумает совершить дурное дело, то Я прощу ему это, если он его не совершит; а если он его совершит, то Я запишу ему это как одно дурное дело» (١). В другой версии: «Если он вознамерится» вместо «задумает». Конец (٢).
Абу Абдуллах аль-Куртуби сказал: его слово («ей — то, что она приобрела, и на ней — то, что она заслужила») подразумевает добрые и злые дела, как сказали ас-Судди и группа толкователей — среди них нет разногласий в этом, как передал Ибн Атыйя. Это подобно словам: «Не понесёт носящая ношу другой» [аль-Ан‘ам: 164], «И не приобретает каждая душа [зла], кроме как против самой себя» [аль-Ан‘ам: 164]. А мимолётные помыслы и подобное им не относятся к приобретению человека. Выражение в отношении добрых дел пришло со словом «ей» — потому что это то, чему человек радуется, приобретая это, и веселится этим, и это причисляется к его владению. А в отношении злых дел пришло со словом «на ней» — потому что это тяжести, грехи и трудные обязательства, подобно тому, как говорят: «У меня есть имущество» и «На мне есть долг». И повторение действия «касб» с изменением его формы служит для украшения строя речи, подобно тому, как сказано: «Дай же неверующим отсрочку, отсрочь им немного» [ат-Тарик: 17]. Ибн Атыйя сказал: и мне представляется в этом, что добрые дела — это то, что приобретается без усилия, поскольку приобретающий их идёт по прямой дороге повеления Аллаха Всевышнего и предписания Его Шариата, а злые дела приобретаются через форму, выражающую усилие, поскольку приобретающий их берёт на себя труд прорвать завесу запрета Аллаха Всевышнего и переступить через неё к ним. Поэтому в аяте уместно появление обоих словообразований — для сохранения этого смысла. Конец (٣).
(٢) «аль-Мифхам» 1/338-339.
(٣) См.: «Тафсир аль-Куртуби» 3/430-431.
(«Господь наш! Не наказывай нас, если мы забыли или ошиблись») Имам Ибн Джарир сказал: это наставление от Аллаха ﷻ Своим верующим рабам, как им обращаться к Нему с мольбой и что говорить в своих молитвах к Нему. А смысл его: скажите: «Господь наш, не наказывай нас, если мы забыли что-то, что Ты предписал нам исполнить, и мы не исполнили этого, или же ошиблись в совершении чего-то, что Ты запретил нам совершать, и мы совершили это без намерения совершить неповиновение Тебе, но по неведению об этом и по ошибке». Конец (١).
Абу Абдуллах аль-Куртуби сказал: смысл таков: прости грех того, что происходит с нами по этим двум причинам или по одной из них, подобно его словам ﷺ: «С моей общины снят [грех за] ошибку, забывчивость и то, к чему их принудили» (٢) — то есть грех этого.
Он сказал: и в этом не было разногласия, что грех снят, разногласие было лишь в отношении того, что связано с этим из положений [шариата]: снято ли всё это без каких-либо обязательств, или же все связанные с этим предписания остаются обязательными? В этом было разногласие, и верно то, что это различается в зависимости от случаев. Одна часть не отменяется по единому мнению, как возмещение ущерба, вира и обязательные молитвы. Другая часть отменяется по единому мнению, как возмездие (кисас) и произнесение слова неверия. А третья часть — предмет разногласия, как тот, кто по забывчивости ел в Рамадане, или нарушил клятву по невнимательности, и подобное этому из того, что происходит по ошибке и забывчивости, — это известно в разделах частных вопросов [фикха]. Конец.
Собиратель [хадисов], да простит его Аллах Всевышний, говорит: истина в том, что эта часть тоже снимается, исходя из явного смысла этого хадиса, — вдумайся, а Аллах Всевышний знает лучше.
Ибн Джарир сказал: если кто-то скажет нам: разве допустимо, чтобы Аллах ﷻ наказывал своих рабов за то, что они забыли или в чём ошиблись, чтобы они [затем] просили Его не наказывать их за это?
Ответ: забывчивость бывает двух видов: один — по причине небрежности и упущения со стороны раба, а другой — по причине неспособности забывшего сохранить то, что ему было поручено помнить и за что он был ответственен, и слабости его разума перенести это. Что касается того, что происходит от раба по причине его небрежности и упущения, то это оставление нами того, что было велено исполнить, и именно об оставлении наказания за это раб просит Аллаха ﷻ, — это та забывчивость, за которую Аллах ﷻ наказал Адама, мир ему,
(٢) достоверный хадис, приведён Ибн Маджей в его «Сунан» с достоверным иснадом, номер (2035).
И вывел его из Рая, и сказал об этом: «Прежде заповедали Мы Адаму, но он забыл, и не нашли Мы у него твёрдой решимости» (Та-Ха: 115), — и это тот забвение, о котором Всевышний сказал: «В тот день Мы забудем их, как они забыли встречу с этим их днём» (Аль-А‘раф: 51). Стремление раба ко Аллаху ﷿ в его словах «Господь наш, не взыщи с нас, если мы забыли или ошиблись» относится к тому, что было из его забвения того, что ему было велено делать, при описанном нами условии — если оставление им того, что он оставил, не было с его стороны небрежением и упущением, являющимся неверием в Аллаха ﷿. Ибо если это является неверием в Аллаха, то обращение к Аллаху с просьбой не взыскивать за оставление этого недопустимо, поскольку Аллах ﷿ сообщил Своим рабам, что Он не простит им многобожие по отношению к Нему. Так что просьба о том, чтобы совершить то, о чём Он уже сообщил им, что не совершит этого, была бы ошибкой. Просьба же о прощении бывает относительно такого, как забвение Корана после его заучивания вследствие занятости чем-то другим, отвлекающим от него и от его чтения, и подобно забвению молитвы или поста из-за занятости чем-то иным, отвлекающим от них, пока он не упустил их.
Что же касается того, за что раб взыскивается по причине бессилия его натуры удержать это в памяти и недостаточной вместимости его разума для того, что было ему поручено соблюдать, — то это со стороны раба не является грехом, и он в этом не грешен. Это то, относительно чего у раба нет основания просить своего Господа простить ему это, потому что это была бы просьба простить ему то, что не является для него грехом. Пример этого — дело, которое одолевает человека, хотя он усердно стремится помнить его и хранить, подобно человеку, который старательно и усердно стремится заучить Коран, читает его, а затем забывает его не из-за занятости чем-то иным, отвлекающим его от этого, а из-за бессилия его натуры удержать это в памяти и недостаточной вместимости его разума для припоминания того, что он вложил в своё сердце из этого, и тому подобное из забвения. Такое не даёт основания просить Господа о прощении этого, поскольку у раба здесь нет греха, за который его можно было бы простить как за совершённое им деяние.
Подобным образом и ошибка (خطأ) имеет два вида: первый — в отношении того, что рабу было запрещено, а он совершает это намеренно и по собственному желанию. Это ошибка со стороны раба, и он за неё взыскивается. Говорят об этом: «ошибся такой-то» (خَطِئَ فلان) и «допустил ошибку» (أخطأ) в том деянии, которое он совершил, и «согрешил» (أَثِمَ), если он совершил то, в чём есть грех, и взял это на себя. Отсюда слова поэта:
«Люди упрекают правителя, когда они сами ошиблись в правильном пути, а наставляющий не заслуживает упрёка».
То есть: «они ошиблись в правильном пути». Это тот вид, относительно которого раб обращается к своему Господу с просьбой простить грех, который был с его стороны, кроме случаев, когда это является неверием.
Второй вид — то, что произошло по причине незнания об этом и предположения, что ему разрешено это совершать, подобно тому, кто ест ночью в месяце Рамадан, полагая, что заря ещё не наступила, или откладывает молитву в облачный день, ожидая, откладывая её, наступления её времени, но время её выходит, а он полагает, что оно ещё не наступило. Это относится к ошибке, снятой с раба, — грех за которую Аллах ﷿ снял со Своих рабов. Поэтому у раба нет основания просить своего Господа не взыскивать с него за это. Конец слов Ибн Джарира (1).
Его слово: «Он сказал: да» — то есть сказал Аллах Всевышний, отвечая на их молитву, удовлетворяя их просьбу и подтверждая их стремление: «Я уже сделал это», то есть «Я уже дал вам то, что вы просили». Абу-ль-Аббас аль-Куртуби сказал: «да» — это частица ответа, и здесь это ответ на то, о чём они молили, как в другом риваяте от Ибн Аббаса (да будет Аллах доволен ими обоими): «Я уже сделал это» вместо слов здесь «да». Это сообщение от Аллаха Всевышнего о том, что Он ответил им в этих молитвах, так что всякий молящийся, разделяющий с ними их веру, искренность и покорность, получит ответ от Аллаха Всевышнего подобный тому, что получили они, ибо обещание Его Всевышнего — истина, и слово Его — правда. И Му‘аз (да будет доволен им Аллах) завершал эту суру словом «амин», как завершают суру «Аль-Фатиха», и это хорошо. Конец (2).
«И не возлагай на нас бремя» (إصر) — с касрой хамзы и сукуном над непроизносимой «сад»: то есть тяжесть. Малик и ар-Раби‘ сказали: «исрь» — это тяжкое, трудное дело. Са‘ид ибн Джубайр сказал: «исрь» — это суровость деяния и то, что было отягчено для сынов Исраиля из мочи и подобного этому. Ад-Даххак сказал: на них возлагались суровые дела, и это близко к словам Малика и ар-Раби‘. Отсюда слова ан-Набиги:
«О защищающий от притеснения, чтобы оно не постигло их знатных, и снимающий с них бремя после того, как они познали его».
Атаа сказал: «исрь» — это превращение в обезьян и свиней, и это же сказал Ибн Зайд, а от него также передаётся, что это грех, для которого нет покаяния и искупления. «Исрь» же в языке означает «завет», отсюда слова Всевышнего: «И вы взяли на себя ради этого Мой завет (إصري)» (Аль ‘Имран: 81). «Исрь» также означает тесноту, грех и тяжесть. «Исар» — это верёвка, которой связывают грузы и подобное этому. Говорят: «асара йаъсиру асран» — связал его, задержал. «Исрь» с касрой хамзы — отсюда. Аль-Джаухари сказал: место называется «маъсир» и «маъсар», множественное число «маасир», а простонародье говорит «маасир». Конец (3).
Имам Ибн Джарир сказал: толкование слов Всевышнего «Господь наш, не возлагай на нас бремя, как Ты возложил его на тех, кто был до нас» — имеется в виду этим Его, Пресвятого, слова: скажите: «Господь наш, не возлагай на нас бремя (إصر)» — под «исрь» подразумевается завет, как сказал Он, Пресвятой: «Он сказал: признали ли вы и взяли на себя ради этого Мой завет (إصري)?» (Аль ‘Имран: 81). А сказал Он словами «не возлагай на нас бремя»: не возлагай на нас завет, который мы не сможем выполнить и не будем способны исполнить, «как Ты возложил его на тех, кто был до нас», то есть на иудеев и христиан, которым были предписаны деяния и с которых были взяты заветы и обязательства исполнить их, но они не исполнили их, и были они наказаны безотлагательно. Так Аллах ﷿ научил общину Мухаммада ﷺ обращаться к Нему с просьбой не возлагать на них из Его заветов и обязательств такие деяния, что если они упустят их, или ошибутся в них, или забудут их — подобно тому, что было возложено на тех, кто был до них, — то не постигло бы их за их ошибку в этом и упущение этого то же, что постигло тех, кто был до них. Конец (1).
(«как Ты возложил его на тех, кто был до нас») то есть на иудеев и христиан. («Сказал») Аллах ﷻ («да») то есть: «Я уже сделал это и ответил вам».
«Господь наш, не возлагай на нас то, что нам не по силам» — Катада сказал: смысл этого — не отягощай нас, как Ты отяготил тех, кто был до нас. Ад-Даххак сказал: не возлагай на нас деяний, которые мы не в состоянии исполнить, и подобное этому сказал Ибн Зайд. Ибн Джурайдж сказал: не превращай нас в обезьян и свиней. Саллям ибн Сабур сказал: то, что нам не по силам, — это неудержимая страсть (гульма) (2), и это же передал ан-Наккаш от Муджахида и Атаа. Передаётся, что Абу-д-Дарда говорил в своей молитве: «И прибегаю к Тебе от страсти, для которой нет удовлетворения». Ас-Судди сказал: это отягощение и цепи, которые были на сынах Исраиля, — упомянул это аль-Куртуби.
(«Сказал») Аллах ﷾ («да») то есть: «Я уже сделал это». («И извини нас») то есть за наши грехи; говорят: «афавту ‘ан занбихи» — если оставил его и не наказал за него. («И прости нам») то есть покрой наши грехи; «гафр» означает покрытие.
Ибн Джарир сказал: и в этом также из слов Аллаха ﷻ, повествующих о верующих и их просьбе к Нему об этом, — ясное указание на то, что они просили Его облегчить им Его предписания словами: «И не возлагай на нас то, что нам не по силам», ибо они за этим продолжили словами «И извини нас», прося своего Господа простить им упущение, если оно было с их стороны в чём-то из того, что Он повелел им из Своих предписаний, чтобы Он снисходительно отнёсся к этому и не наказывал их за это, даже если то, чем Он обязал их из Своих предписаний, было легко для их тел. Ибн Зайд сказал о словах «И извини нас»: если мы упустили что-то из повеления Твоего, которое Ты повелел нам. Также и слова «И прости нам» означают: и покрой нам оплошность, если мы допустили её в том, что между нами и Тобой, так не открывай её и не позорь нас, обнаружив её. Конец.
«И помилуй нас» — Ибн Джарир сказал: этим Всевышний, чья хвала возвышенна, желает сказать: «Окутай нас Своей милостью, которой Ты спасаешь нас от Своего наказания, ибо никто не спасается от Твоего наказания, кроме как по Твоей милости к нему, независимо от его дел, и не деяния наши спасают нас, если Ты не помилуешь нас, так направь же нас к тому, чем Ты будешь удовлетворён от нас». Конец цитаты.
«Ты наш покровитель» — то есть наш заступник и помощник, — «помоги же нам против неверующего народа». Абу Исхак аз-Заджжадж сказал: то есть «дай нам одержать верх над ними в доводе, в войне и в утверждении религии». Конец цитаты.
Имам Ибн Джарир сказал: словами Всевышнего, чья хвала возвышенна, «Ты наш покровитель» имеется в виду: Ты наш покровитель Своей помощью, а не тех, кто враждует с Тобой и не верует в Тебя; ведь мы веруем в Тебя и повинуемся Тебе в том, что Ты нам повелел и запретил, а Ты — покровитель того, кто повинуется Тебе, и враг того, кто не верует в Тебя и не подчиняется Тебе, — так помоги же нам, ибо мы — Твоя партия против неверующего народа, который отверг Твоё единобожие, поклонялся божествам и соперникам помимо Тебя и повиновался шайтану в неповиновении Тебе. Конец цитаты.
«Сказал» Аллах ﷾ «да». Абу Аваана добавил: за исключением того, что Мухаммад ибн аль-Минхаль переставил часть слов, поместив одну часть впереди, а другую — позже, и сказал: «и прости нас, и помилуй нас», и сказал: «Я уже простил вас и помиловал вас», а хадис весь единый. Конец цитаты. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение, у Него просим помощи, и на Него уповаем.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) относится к тому, что передал только автор.
(Второй вопрос): о его источниках.
Его привёл (автор) здесь в «Книге веры» [60/336] (125), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (2/76 и 77), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (139), (Ибн Джарир) в своём «Тафсире» (3/143), (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (222 и 223), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (325 и 326). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах.
1 — (Из них): разъяснение смысла слов Всевышнего «А если вы обнаружите то, что в душах ваших, или утаите это...» — до конца аята.
2 — (Из них): разъяснение милости Аллаха Всевышнего к этой общине благодаря её Пророку, о величии которого сказал Аллах: «И Мы послали тебя только как милость для миров» [аль-Анбийа: 107] — ﷺ.
3 — (Из них): разъяснение того, чем почтил Аллах Всевышний эту общину — да увеличит Аллах ей почёт, — облегчив ей то, что было наложено на прежние общины из тяжести и оков, то есть тяжести и трудностей.
4 — (Из них): установление наличия отмены (насх) в этом светозарном шариате, и это единогласное мнение среди мусульман.
5 — (Из них): то, чего держались сподвижники (да будет доволен ими Аллах) в поспешности и подчинении предписаниям шариата, а также сила их страха перед тем, что они не выполнят возложенное на них Аллахом Всевышним, и их обращение к своему Пророку ﷺ, преклонив колени перед ним, пока он не попросил своего Господа ﷾ облегчить им тяжесть, и тогда к ним пришло скорое облегчение.
6 — (Из них): то, чем отличался Пророк ﷺ в силе своего страха за свою общину, чтобы она не пошла путём прежних общин в отвержении того, что те принесли из велений Аллаха, сказав: «Мы услышали и не подчинились», за что на них ниспослано наказание. Так он ﷺ предостерёг своих сподвижников от того, чтобы быть подобными им, дабы их не постигло то же, что постигло тех, и Аллах Всевышний наставил их на верный путь, и они ответили, сказав: «Мы услышали и подчинились. Прости нас, Господь наш, и к Тебе возвращение».
7 — (Из них): разъяснение превосходства этой общины над прежними общинами, поскольку те сказали своим пророкам: «Мы услышали и не подчинились», а эта община сказала: «Мы услышали и подчинились», и проявилась истинность слов Всевышнего: «Вы были лучшей из общин, выведенных для людей» [Аль Имран: 110] и до конца аята.
8 — (Из них): то, что сказал Абу Исхак аз-Заджжадж: «Господь наш! Не взыскивай с нас, если мы забыли или ошиблись...» и до конца суры [аль-Бакара: 286] — Аллах Всевышний сообщил об этом от имени Пророка ﷺ и верующих и поместил это в Своей Книге, чтобы это было мольбой для тех, кто придёт после Пророка ﷺ и сподвижников (да будет доволен ими Аллах), так что это из тех молений, которые следует хранить и произносить часто.
И далее у автора в «Книге молитвы» этой книги будет приведён хадис от Абу Мас'уда аль-Ансари (да будет доволен им Аллах), который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Кто прочтёт эти два аята из конца суры аль-Бакара за ночь, они избавят его от нужды», — было сказано: избавят его от стояния в молитве в эту ночь, а было сказано: избавят его от зла в эту ночь. А Аллах Всевышний знает лучше.
9 — (Из них): то, что сказал Ильки ат-Табари: словами Всевышнего «ей — то, что она приобрела, и на ней — то, что она совершила» можно обосновать, что тот, кто убил другого тяжёлым предметом, удушением или утоплением, обязан возместить это либо возмездием, либо выкупом, в отличие от тех, кто возлагает выкуп на родню (акыля), а это противоречит очевидному смыслу. Это также указывает на то, что отпадение возмездия с отца не влечёт его отпадения с его соучастника, а также указывает на обязательность наказания для родни (акыля), если она предоставит безумного самой себе, так что он совершит с ней прелюбодеяние.
Судья Абу Бакр ибн аль-Араби сказал: наши учёные упоминали этот аят в доказательство того, что возмездие (кавад) обязательно для соучастника отца, в отличие от Абу Ханифы, а также для соучастника ошибившегося, в отличие от аш-Шафии и Абу Ханифы, поскольку каждый из них приобрёл убийство. И они сказали: соучастие того, на ком не лежит обязанность возмездия, с тем, на ком она лежит, не является сомнением, устраняющим то, что устраняется сомнением. Конец цитаты.
Сказал составитель, да простит его Аллах Всевышний: то, к чему пришли маликиты об обязательности возмездия для соучастника отца и соучастника ошибившегося, представляется мне более предпочтительным ввиду силы их довода, так что рассмотри это беспристрастно. А Аллах Всевышний знает лучше.
10 — (Из них): то, что сказал аль-Мазари: их беспокойство и их слова «мы не можем это вынести» допускают, что они полагали, будто с них будет спрошено за то, что не в их власти отвратить — за помыслы, которые не приобретаются намеренно, и поэтому они рассматривали это как из разряда того, что невозможно вынести. Если подразумевается это, то хадис служит доказательством того, что на них было возложено то, что невозможно вынести, а по нашему мнению возложение такого возможно разумом, но есть разногласие: имело ли место такое обязывание в шариате на деле, или нет? Конец цитаты.
Аль-Куртуби сказал: этот аят указывает на то, что Аллах Всевышний имеет право возлагать на Своих рабов то, что они могут вынести, и то, что не могут вынести, будь это возможным или невозможным, но Он Всевышний оказал нам милость тем, что не возложил на нас того, что мы не можем вынести и что не в состоянии совершить, и довершил над нами Свою милость снятием тяжести и трудностей, которые были возложены на других, помимо нас. Конец цитаты.
И вывод таков: Аллах ﷾ снял с нас то, что нам не по силам, так хвала Ему и благодарность, и Ему принадлежит милость и благодать, — пречист Ты, мы не можем исчислить хвалу Тебе, Ты таков, каким Сам восхвалил Себя. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение.
(Четвёртый вопрос): о разногласии учёных относительно аята: «А если вы обнаружите то, что в душах ваших, или утаите это, Аллах спросит вас за это» [аль-Бакара: 284]:
(Знай), что они разошлись в этом на пять мнений:
[Первое]: что этот аят отменён (мансух). Так сказали Ибн Аббас, Ибн Мас'уд, Аиша, Абу Хурайра, аш-Ша'би, Ата, Мухаммад ибн Сирин, Мухаммад ибн Ка'б, Муса ибн Убайда и группа сподвижников и последователей (да будет доволен ими Аллах), и что это обязывание оставалось в течение года, пока Аллах не ниспослал облегчение словами: «Аллах не возлагает на душу ничего, кроме того, что она может вынести».
И из доводов этих — упомянутый здесь в главе хадис Абу Хурайры и Ибн Аббаса (да будет доволен ими Аллах), а это явное доказательство, не содержащее неясности, так что это мнение является более предпочтительным, как будет разъяснено далее, если пожелает Аллах Всевышний.
[Второе мнение]: мнение Ибн Аббаса, Икримы, аш-Ша'би и Муджахида: что этот аят непреложен (мухкам) и является особым (специфицированным), а его смысл относится к свидетельству, утаивание которого запрещено, и затем Он сообщил в этом аяте, что тот, кто утаивает свидетельство, скрывая то, что в его душе, будет спрошен за это.
[Третье мнение]: что аят относится к тому, что приходит в душу из сомнения и уверенности, — так тоже сказал Муджахид.
[Четвёртое мнение]: она — сохранённая (мухкама), не отменённая, и Аллах взыщет со своих творений за то, что они сделали, и за то, что не сделали, но что утвердилось в их душах, и что они скрывали в себе, и что задумывали, и что желали. И Он простит верующим, а неверующих и лицемеров взыщет за это. Привёл это ат-Табари от группы учёных, и привёл от Ибн Аббаса нечто подобное этому. Передано от Али ибн Абу Тальхи от Ибн Аббаса, что он сказал: «Она не была отменена, но когда Аллах соберёт творения, Он скажет: «Поистине, Я сообщу вам о том, что вы таили в своих душах». Что касается верующих, то Он сообщит им, а затем простит их. А что касается людей сомнения и подозрения, то Он сообщит им о том, что они скрывали из лжи. Это и есть Его слово: ﴿Аллах взыщет вас за это и простит, кому пожелает, и накажет, кого пожелает﴾ — Он простит верующим и накажет неверующих». Это самое верное, что есть в этом вопросе, и на это указывает хадис о тайной беседе (ан-наджва), разъяснение которого последует далее. И нельзя возразить, что от Пророка ﷺ достоверно установлено: «Поистине, Аллах простил моей общине то, что говорят себе их души, пока они не произнесли этого или не совершили», — ибо мы скажем: это относится к мирским решениям, таким как развод, освобождение раба и продажа, решение которых не вступает в силу, пока человек не произнесёт этого. А то, что упомянуто в аяте, относится к тому, за что раб будет спрошен между собой и Аллахом Всевышним в Последней жизни.
[Пятое мнение]: аят сохранён (мухкам), не отменён — так сказал аль-Хасан и другие. Они сказали: наказание, которое является воздаянием за то, что мелькнуло в душах и сопровождалось размышлением, — это только мирские беды, страдания и прочие неприятности. И передал ат-Табари от Аиши (да будет доволен ею Аллах) нечто подобное этому смыслу.
Ат-Табари счёл более предпочтительным, что аят сохранён, не отменён. Ибн Атыйя сказал: «Это и есть правильное мнение» (1).
Судья Ийяд сказал: люди разошлись во мнениях относительно этого аята. Большинство толкователей из числа сподвижников и последующих поколений склонились к тому, что упомянуто выше об отмене, а некоторые из позднейших учёных отвергли это далеко, сказав: «Ибо это — сообщение (хабар), а отмена не касается сообщений». Но он не постиг сказанное, ибо хотя это и сообщение, но это сообщение о возложении обязанности (таклиф) и о взыскании за то, что таят души, и о поклонении тем, что повелел им Пророк ﷺ в хадисе — говорить: ﴿мы услышали и подчинились﴾. А это — слова и деяния языка и сердца, а затем это было отменено с них через устранение затруднения и взыскания. Конец цитаты (1).
Абу аль-Аббас аль-Куртуби сказал: «ма» в Его слове ﴿И если вы обнаружите то, что в ваших душах﴾ носит общий характер, охватывая всё, что происходит в душе человека из помыслов — то, что можно отвести, и то, что невозможно отвести. Поэтому сподвижники (да будет доволен ими Аллах) устрашились того, что их будут спрашивать за всё это и взыщут с них за это, и они сказали Пророку ﷺ: «Нам возложена обязанность, которую мы способны исполнить, — молитва, пост, а этот аят мы не способны исполнить». В этом — доказательство того, что «ма» установлено для обобщения, и что оно применяется в том, что относится к вероубеждению, как оно применяется в том, что относится к деянию, и что не следует останавливаться в этом для поиска исключающего (мухассис), но нужно сразу применять всеобщность к убеждению, хотя допустимо исключение. Эти вопросы разошлись во мнениях, как мы разъяснили в «Основах».
Когда Пророк ﷺ услышал от них эти слова, он ответил им, сказав: «Хотите ли вы сказать, как сказали люди Писания до вас: «Мы услышали и не подчинились»? Нет, скажите: «Мы услышали и подчинились»». Пророк ﷺ утвердил их в том, что они поняли, и разъяснил им, что Аллах Всевышний может возложить на своих рабов то, что они способны исполнить, и то, что не способны исполнить, и запретил им впадать в то, во что впали заблудшие из людей Писания — в противление, и повелел им слушать и подчиняться, и предаться повелению Аллаха Всевышнего согласно тому, что они поняли. И люди предались этому, и подчинились, и утвердили в себе, что им возложена в этом аяте обязанность, которую они не способны исполнить, и уверовали в это. Они действовали в соответствии с требованием этой всеобщности, и она утвердилась и была установлена. Если предположить, что нечто из этого было отменено, то эта отмена есть насх, а не тахсис (исключение). И согласно этому, слова сподвижника: «Когда они это сделали, Аллах отменил его» — понимаются как настоящий насх, а не как тахсис — в противоречие тем, кому не стало ясным то, что мы упомянули, а таких много среди комментаторов этого хадиса, кто считал, что это относится к тахсису, а не к насху, и толковал слова сподвижника «это насх» так, будто он имел в виду под насхом тахсис, говоря: «они не различали между насхом и тахсисом». И я сам придерживался этого некоторое время, пока мне не стало ясно то, что я упомянул. Осмысли это, ибо это верно, если Аллах Всевышний пожелает.
А его слова о том, что они — то есть сподвижники — не различали между насхом и тахсисом: если он имеет в виду, что они не оговорили это различие словесно, то это признаётся, и таковы же большинство вопросов науки основ [фикха], более того — все они, ибо они не оговорили ничего из этого словесно, но выводили из них разветвления и действовали в соответствии с их требованием без словесного выражения этого и без произнесения этого, пока не пришли те, кто после них, и они уловили это, и выразили это словесно, так что составили известные сочинения, и первым в этом, насколько мы знаем, был аш-Шафии.
А если он имеет в виду этим, что они не знали различия между насхом и тахсисом и не действовали на его основе, то он приписал им то, что немыслимо для них — из-за остроты их разума, правильности их понимания и обильности их знаний, и того, что они более достойны знания этого, чем все, кто пришёл после них. Как же иначе, ведь они — предводители наставления, и им следуют во всех науках, и к ним возвращение, и их слово принимается? Как же может укрыться от них это, будучи одним из явных начал, как мы установили в «Основах»? Конец слов аль-Куртуби (1).
Составитель сказал, да простит его Аллах Всевышний: то, что установил аль-Куртуби, и до него судья Ийяд, — что насх здесь настоящий (хакыка), — это, на мой взгляд, более предпочтительно, ибо сподвижник лучше знает смысл насха и лучше понимает цели Шариата, ведь он присутствовал при ниспослании Откровения и сидел с Пророком ﷺ. Если он сообщает нам, что этот аят был отменён таким-то аятом, то нам следует принять его слова в этом, и не возражать ему тем, что установили позднейшие учёные основ [фикха] в определении насха, что противоречит целям сподвижников.
К тому же насх в обычае предшественников (саляф) применяется к более общему понятию, как это будет разъяснено в следующем вопросе. Так что смотри со справедливостью, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Пятый вопрос): в разъяснении насха:
Он в языке — упразднение и устранение, отсюда «солнце устранило (насаха) тень», и «ветер устранил следы шага». Он также применяется к переносу и перемещению, отсюда «насахту-ль-китаб», то есть «я переписал его [перенёс текст]», и отсюда слово Всевышнего: ﴿Поистине, Мы переписывали (نستنسخ) то, что вы совершали﴾ [аль-Джасия: 29], и отсюда «переход наследства» (танасух аль-маварис).
Что же касается терминологического значения, то в обычае большинства саляфов это — разъяснение (баян), которое включает в себя исключение общего (тахсис аль-амм), ограничение неограниченного (такъйид аль-мутлак), пояснение неясного (табьин аль-муджмаль) и устранение решения целиком, что и есть то, что известно у позднейших учёных как насх.
Имам Ибн аль-Каййим (да помилует его Аллах) сказал: «Целью общего числа саляфов под насихом и мансухом было устранение решения целиком в одном случае — это терминология позднейших учёных, — а в другом случае устранение общего, неограниченного, явного и прочего, будь то через исключение, или ограничение, или отнесение неограниченного к ограниченному, и разъяснение его, и уточнение его, вплоть до того, что они называли исключение (истисна), условие (шарт) и определение (сыфа) насхом, поскольку это включает устранение указания явного смысла и разъяснение подразумеваемого. Насх у них и в их языке — это разъяснение подразумеваемого не тем же самым выражением, а посредством внешнего по отношению к нему [указания]. И кто вдумается в их речь, увидит из этого бесчисленное множество примеров, и с него спадут затруднения, которые вызывало понимание их речи согласно позднейшей возникшей терминологии». Конец цитаты (1).
На это я указал в «ат-Тухфа аль-Мардыйя», сказав:
В языке — перенос, также устранение,
А в терминологии — прими то, что установили.
Это разъяснение в терминологии саляфов,
Оно более общее у них — так знай же.
Оно охватывает исключение общего, а также
Ограничение неограниченного и разъяснение —
Прими же это — неясного, и устранение решения целиком.
Вот в чём цель этих великих [учёных],
А позднейшие ограничили [насх] устранением
Решения Шариата достоверным доказательством.
…с отсрочкой. Далее это охватывает… четыре ограничения, которые принимаются:
Первое из них — снятие самой основы решения, а не ограничение, по мнению понимающего.
Второе — то, что оно относится к области шариата, а не является снятием изначальной непричастности (бара'а аслиййа), которая иногда соблюдается.
Третье из них — то, что доказательство должно быть именно шариатским, не иным, подобно смерти его, что является достоверным.
Четвёртое из них — то, что оно сопровождается отсрочкой, ибо иначе оно являлось бы уточнением (мухассис), которое сопутствует.
Если эти ограничения все налицо, то у них считается, что реальность насха (отмены) имеет место.
Из этого становится ясным, что применение термина «насх» к упомянутому здесь аяту — если мы скажем, что это не насх согласно терминологии позднейших учёных, — соответствует терминологии предшественников (саляф), так что здесь вовсе нет возражения. Обрати на это внимание. А если ты желаешь основательного разбора этого вопроса, обратись к моей книге «аль-Минха ар-радыйя аля-т-Тухфа аль-марзыйя» по основам фикха. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Шестой вопрос): об упоминании разногласия относительно допустимости возложения обязанности сверх сил. Абу Абдуллах аль-Куртуби сказал: люди разошлись во мнениях относительно допустимости возложения того, что невозможно исполнить, в мирских установлениях, после того как они согласились, что это не имеет места в шариате и что этот аят возвестил об отсутствии этого.
Абу-ль-Хасан аль-Аш'ари и группа богословов-мутакаллимов сказали: возложение того, что невозможно исполнить, допустимо разумом, и это не нарушает ничего из основ вероучения шариата; это может служить признаком, указывающим на наказание обязанного и подтверждением этого. В качестве примера рассматривают возложение на живописца обязанности вдохнуть дух в изображённый им колос.
Сторонники допустимости этого разошлись во мнении, имело ли это место в послании Мухаммада ﷺ или нет. Одна группа сказала: это произошло в случае с Абу Лахабом, ибо он был обязан верить во всё содержание Шариата в совокупности, а в число этого входило и то, что он не верует, поскольку было решено о нём, что «руки его пропадут» и что он будет гореть в огне, а это указывает на то, что он не уверует. Таким образом, он был обязан верить в то, что он не верует.
Другая группа сказала: этого не было вовсе, и передан иджма (единодушное мнение) на этот счёт, а слова Всевышнего «будет гореть в огне» означают: если он доживёт до этого. Так передал Ибн Атыйя. На этом заканчиваются слова аль-Куртуби.
Собиратель (простит его Аллах) говорит: я исследовал этот вопрос основательно в «ат-Тухфа аль-марзыйя» и в её толковании «аль-Минха ар-радыйя» по основам фикха. Краткое изложение того, что я там упомянул: одним из условий деяния, возлагаемого как обязанность, является то, что оно должно быть возможным, то есть посильным; ибо требуемое шариатом — это осуществление деяния, а его осуществление невозможно, если оно не представляется мыслимым по своему возникновению. Что же касается невозможного, то его возникновение немыслимо.
В целом, возложение того, что превышает силы, или возложение невозможного делится на два вида:
Первый: невозможное по своей сути, как соединение двух противоположностей одновременно. Это не имеет места в шариате, и возложение такого недопустимо по единодушному мнению, согласно словам Всевышнего: «Аллах не возлагает на душу ничего, кроме того, что она может понести» (аль-Бакара, 286), и Его словам: «На душу не возлагается ничего, кроме того, что она может понести» (аль-Бакара, 233).
Второй: невозможное не по своей сути, а из-за того, что знание Аллаха связано с тем, что оно не осуществится, как, например, вера Абу Лахаба и подобное этому. Ибо его вера, если рассматривать её саму по себе, разумно допустима допустимостью по сущности, поскольку разум допускает как её наличие, так и её отсутствие. И если бы его вера была невозможной разумом по своей сути, то было бы невозможным и в шариате возложение на него обязанности веры, тогда как он был безусловно обязан этим по единодушному мнению. Однако это допустимое разумом по сущности является невозможным с другой стороны — а именно, из-за того, что знание Аллаха Всевышнего изначально связано с тем, что он не уверует, поскольку невозможно изменение того, что было предопределено извечным знанием. И этот вид невозможного допустимо возлагать в шариате, и он действительно имел место по единодушному мнению мусульман.
Из этого становится ясно, что нельзя высказываться безусловно о решении относительно возложения того, что превышает силы, — ни в сторону допустимости, ни в сторону запрета, ибо выражение «возложение того, что превышает силы» относится к неопределённым (муджмаль) выражениям, поскольку оно охватывает оба упомянутых смысла: один из них истинен и утверждён — это невозможное не по своей сути, а из-за связи знания Аллаха с тем, что оно не осуществится; а другой — ложен и не утверждается в шариате — это невозможное по своей сути.
Итоговый вывод: у обязанности, возлагаемой на человека, есть три условия, которые я упомянул в следующих строках:
Первое из условий — чтобы это деяние было несуществующим [пока],
Второе из них — чтобы оно также было известно,
Третье из них — чтобы оно было посильным,
Чтобы его можно было достичь своим усилием, стремясь к нему.
Поэтому возложение невозможного
По своей сути является невозможным
В шариате. А что касается невозможного не по своей сути,
То оно допустимо и имеет место — следуй же этому.
Первое — подобно соединению двух противоположностей,
А второе — вера для обладателей упорства [в неверии].
И отсюда — нельзя высказываться безусловно о возложении
Того, что превышает силы, о проницательный!
Напротив, необходимо разъяснение, подобное тому, что было изложено прежде… …
Если ты желаешь основательного разбора этих условий и их подробностей, обратись к «аль-Минха ар-радыйя аля-т-Тухфа аль-марзыйя» — и будет тебе достаточно, и получишь исцеление, с дозволения Аллаха Всевышнего. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Покровитель!