3 — (Мис‘ар) ибн Кидам, известный хафиз, о котором говорилось в предыдущей главе; таковы же и остальные передатчики, упомянутые в предыдущем иснаде.
Его слово (فما سمعت أحدا أحسن صوتا منه — «я не слышал никого, у кого голос был бы прекраснее его голоса») указывает на то, что Пророк ﷺ обладал прекрасным голосом. Ат-Тирмизи привёл в «Шамаиль» от Катады слова: «Аллах не посылал ни одного пророка, у которого не был бы прекрасен голос», и добавил: «а ваш пророк был прекрасен лицом и прекрасен голосом».
Хафиз аль-‘Иракы (да помилует его Аллах) сказал в «Тахридж ахадис аль-Ихья»: «Мы передаём это с непрерывным иснадом в «аль-Гайланийят» через передачу Катады от Анаса, но правильным является первый вариант», — так сказал ад-Даракутни. Ибн Мардавайх передал это в «Тафсире» через хадис Али ибн Абу Талиба (да будет доволен им Аллах), но все пути этой передачи слабы. Конец (сноска 1). Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему — возвращение и прибежище, и Он — наша опора и Он — лучший Покровитель.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, сказано:
[1045] (465) — Рассказал мне Мухаммад ибн Аббад, рассказал нам Суфьян, от Амра, от Джабира, который сказал: «Му‘аз молился вместе с Пророком ﷺ, а затем приходил и возглавлял молитву своего народа. И вот однажды ночью он совершил с Пророком ﷺ молитву аль-‘иша, а затем пришёл к своему народу и стал их имамом, и начал с суры «аль-Бакара». Тогда один человек отвернулся, произнёс приветствие (салям) и совершил молитву отдельно, а затем ушёл. Ему сказали: «Ты стал лицемером, о такой-то?» Он ответил: «Нет, клянусь Аллахом! Я непременно пойду к Посланнику Аллаха ﷺ и расскажу ему». И он пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал: «О Посланник Аллаха! Мы — люди, у которых верблюды для полива, мы работаем днём, а Му‘аз совершил с тобой молитву аль-‘иша, а затем пришёл и начал читать суру «аль-Бакара»». Тогда Посланник Аллаха ﷺ обратился к Му‘азу и сказал: «О Му‘аз, ты искушаешь людей? Читай то-то и читай то-то»». Суфьян сказал: «Я сказал Амру: «Абу аз-Зубайр передал нам от Джабира, что он сказал: «Читай ‘Клянусь солнцем и его сиянием’ (91:1), ‘Клянусь утром’ (93:1), ‘Клянусь ночью, когда она покрывает’ (92:1) и ‘Славь имя Господа твоего Всевышнего’ (87:1)»»». Амр сказал: «Нечто подобное этому».
Передатчики этого иснада: четверо.
1 — (Мухаммад ибн Аббад) ибн аз-Зибрикан аль-Макки, переселившийся в Багдад, правдив, но допускает ошибки [10] (умер 234) (аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи, Ибн Маджа). Упоминался в «Введении» 4/19.
(2) В одной из версий: «фа-фтатаха сурата аль-бакара».
(3) В одной из версий: «сумма атана».
(4) В одной из версий: «фа-фтатаха сурата аль-бакара».
2 — (Суфьян) ибн Уяйна, упоминался в предыдущей главе.
3 — (Амр) ибн Динар аль-Асрам аль-Джумахи, вольноотпущенник этого рода, Абу Мухаммад аль-Макки, надёжный, твёрдый передатчик [4] (умер 226) (передавали все составители шести сборников). Упоминался в «аль-Иман» 21/184.
4 — (Джабир) ибн Абдуллах ибн Амр ибн Харам аль-Ансари ас-Салями, сподвижник, сын сподвижника (да будет доволен ими обоими Аллах), умер после семидесяти лет, в возрасте 94 лет (передавали все составители шести сборников). Упоминался в «аль-Иман» 4/117.
Тонкости этого иснада:
1 — Из них: этот хадис относится к «руба‘иййат» (четвероступенным иснадам) автора (да помилует его Аллах), и это самый высокий из его иснадов; он 54-й среди «руба‘иййат» книги.
2 — Из них: все передатчики этого иснада — передатчики, признанные всей общиной (аль-джама‘а), за исключением его непосредственного учителя, от которого не передавал Абу Дауд.
3 — Из них: этот иснад «мусальсаль» (непрерывно однородный) по признаку мекканского происхождения передатчиков, а Джабир (да будет доволен им Аллах) — из тех, кто переселился в Мекку. Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса:
(От Амра ибн Динара) аль-Джумахи аль-Макки (да помилует его Аллах).
[Замечание]: Знай, что этот хадис передали от Джабира (да будет доволен им Аллах) Амр ибн Динар, Абу аз-Зубайр, Мухариб ибн Дисар и Убайдуллах ибн Миксам. Что касается передачи Амра, то её привёл автор (да помилует его Аллах) здесь от Суфьяна ибн Уяйны, а аль-Бухари — от Шу‘бы, а в его «аль-Адаб» — от Салима ибн Хаййана, и все трое передают от Джабира (да будет доволен им Аллах).
Что касается передачи Абу аз-Зубайра, то это следующая передача у автора.
Что касается передачи Мухариба ибн Дисара, то она есть у аль-Бухари, а также у ан-Насаи, соединённая с передачей Абу Салиха.
Что касается передачи Убайдуллаха, то она есть у Ибн Хузаймы, и у него есть и другие пути передачи, помимо этого; хафиз (да помилует его Аллах) в «аль-Фатх» проследил то, что нужно было из них, приписав их источникам. Я вкратце изложу это здесь, если пожелает Аллах Всевышний. Он сказал: «Я упомянул это заранее, чтобы облегчить ссылку на это» (сноска 1).
(От Джабира) ибн Абдуллаха (да будет доволен им Аллах), что он (сказал: «Му‘аз») ибн Джабаль ибн Амр ибн Аус аль-Ансари аль-Хазраджи, Абу Абд ар-Рахман, известный сподвижник, участвовавший в битве при Бадре и последующих событиях; к нему восходил предел знания в области хадисов и чтений Корана; умер (да будет доволен им Аллах) в Шаме в 18 году. Упоминался в «аль-Иман» 7/130. (Молился вместе с Пророком ﷺ) — молитва разъяснена в следующей передаче через путь Мансура от Амра, где сказано: «Он молился с Посланником Аллаха ﷺ последнюю молитву аль-‘иша». Хафиз сказал: «Как будто именно молитва аль-‘иша была той, в которой он постоянно совершал молитву дважды». Конец. (Затем приходил) — а в передаче Мансура упомянуто: «затем возвращался к своему народу». (И возглавлял молитву своего народа) — в передаче Мансура: «и совершал с ними эту молитву», и в этом есть возражение тем, кто утверждал, что имеется в виду, будто молитва, которую он совершал с Пророком ﷺ, была иной, чем та, что он совершал со своим народом. В передаче аль-Хумайди от Ибн Уяйны: «затем возвращался к бану Салима и совершал её с ними», и здесь нет противоречия, поскольку его народ — это и есть бану Салима. В передаче аш-Шафи‘и от него: «затем возвращался и совершал её со своим народом в бану Салима», а у Ахмада: «затем возвращался и возглавлял нашу молитву». (И совершил) то есть Му‘аз (однажды ночью с Пророком ﷺ молитву аль-‘иша) то есть последнюю молитву аль-‘иша. (Затем пришёл к своему народу) то есть к бану Салима — с фатхой над «син» неточечной и кясрой над «лям» — (и стал их имамом) то есть в этой молитве, как разъяснено в упомянутой передаче Мансура. В передаче аль-Бухари: «и совершил молитву аль-‘иша». В «аль-Фатх» сказано: «Так — в большинстве передач, но в одной из передач Абу Аваны и ат-Тахави через путь Мухариба сказано: «совершил со своими товарищами магриб», и так же у Абд ар-Раззака через передачу Абу аз-Зубайра. Если это отнести к повторению истории, как будет упомянуто далее, или к тому, что под «магриб» метафорически подразумевается «‘иша», — вопрос решён; иначе то, что в достоверном (сборнике), достовернее». Конец (сноска 1), и это ценное исследование.
(И начал с суры «аль-Бакара») — а в одной из версий: «и начал суру «аль-Бакара»»; то есть приступил к чтению суры «аль-Бакара» после чтения «аль-Фатихи», а упоминание последней было пропущено, поскольку она известна и общеизвестна. У аль-Бухари это встречается в форме: «и прочитал «аль-Бакара»», и в этом нет доказательства для тех, кто считает нежелательным говорить «аль-Бакара», настаивая на «сура аль-Бакара», ведь это лишь особенность выражения передатчиков.
В передаче Мухариба: «и прочитал суру «аль-Бакара» или «ан-Ниса»» — с сомнением. У ас-Сарраджа через передачу Мис‘ара от Мухариба: «и прочитал «аль-Бакара» и «ан-Ниса»». Хафиз сказал:
«Так я видел это написанное почерком аз-Заки аль-Бурзали, с союзом «и»; если он выверил это точно, то возможно, что в первой (молитве) он читал «аль-Бакара», а во второй — «ан-Ниса»».
У Ахмада встречается через хадис Бурайды с сильным иснадом: «и прочитал «Приблизился Час» (54:1)», но это редкая (шазза) передача, если только не отнести её к повторению истории.
(Тогда отвернулся человек) то есть отклонился от ряда и вышел из него; говорят: «инхарафа ‘ан кяза» — отклонился от чего-то, — сказал аль-Файюми (да помилует его Аллах) (сноска 1).
[Если скажешь]: следовало бы сказать: «человек произнёс приветствие, затем отвернулся», ведь отклонение происходит после приветствия.
[Отвечу]: на это отвечают, что смысл таков: «он хотел отклониться, затем произнёс приветствие».
У аль-Бухари встречается в форме: «и удалился этот человек» с определённым артиклем, и артикль здесь указывает на мысленную известность (аль-‘ахд аз-зихни), но возможно также, что подразумевается родовое значение, как если бы было сказано: «один из людей», ведь определённость родового значения подобна в своём значении неопределённости.
[Замечание]: Сказал в «Фатхе»: не встречается ни в одном из приведённых выше путей передачи имени этого человека, однако Абу Дауд ат-Тайалиси в своём «Мусанаде», а также аль-Баззар передали через него, от Талиба ибн Хабиба, от Абд ар-Рахмана ибн Джабира, от его отца, который сказал: «Хазм ибн Убайй ибн Ка‘б прошёл мимо Му‘аза ибн Джабаля, который совершал со своими соплеменниками молитву ‘атама (ночную), и он начал с длинной суры, а с Хазмом было его верблюд-водонос...» — и далее хадис. Аль-Баззар сказал: мы не знаем никого, кто назвал бы его по имени, передавая от Джабира, кроме Ибн Джабира. Конец цитаты.
Абу Дауд передал это в «Сунан» другим путём, от Талиба, но сделал это от Ибн Джабира, от Хазма — героя истории, причём Ибн Джабир не застал Хазма, и у него встречается «молитва магриб», что подобно упомянутому выше разногласию в риваяте Мухариба.
Ибн Лахи‘а передал это от Абу аз-Зубайра, от Джабира, и назвал его Хазимом — по-видимому, это искажение (тасхиф); это привёл Ибн Шахин через него.
Ахмад, ан-Насаи, Абу Йа‘ла и Ибн ас-Сакан передали с достоверным иснадом от Абд аль-Азиза ибн Сухайба, от Анаса, который сказал: «Му‘аз имамствовал перед своим народом, и вошёл Харам, желая напоить свою пальмовую рощу...» — и далее хадис. Так у него — с «ра», после которой «алиф», и некоторые предположили, что это Харам ибн Милхан, дядя Анаса по матери, и на этом определённо утвердился аль-Хатыб в «аль-Мубхамат». Хафиз сказал: но я не видел его в риваяте с указанием на родословную, и возможно, что это искажение от «Хазм», и тогда эти риваяты совпадают; на это намекает и подход Ибн Абд аль-Барра, ибо он упомянул среди сподвижников Харама ибн Убаййа ибн Ка‘ба и привёл для него эту историю, приписав его имя риваяту Абд аль-Азиза ибн Сухайба от Анаса, хотя я не нашёл в риваяте Абд аль-Азиза упоминания имени его отца, — как будто он построил это на том, что имя было искажено, а отец — один и тот же: его назвал Джабир, а Анас не назвал.
Есть и другое мнение о его имени, которое также привёл Ахмад через риваят Му‘аза ибн Рифа‘а от человека из бану Салима, которого звали Сулайм, что он пришёл к Пророку ﷺ и сказал: «О Пророк Аллаха, поистине мы весь день заняты своими делами, и приходим, когда наступает вечер, и совершаем молитву, и приходит Му‘аз ибн Джабаль, и призывает к молитве, и мы приходим к нему, а он затягивает нам...» — и далее хадис, где сказано, что он был убит при Ухуде. Это — мурсаль, ибо Му‘аз ибн Рифа‘а не застал его.
Ат-Тахави и ат-Табарани передали это тем же путём, от Му‘аза ибн Рифа‘а, что человек из бану Салима — и упомянули это как мурсаль.
Аль-Баззар передал другим путём, от Джабира, и тоже назвал его Сулаймом, но у Ибн Хазма этим же путём встречается, что его имя — Салм (с фатхой в начале и сукуном на «ляме»), что, по-видимому, тасхиф. Аллах Всевышний знает лучше.
Некоторые объединили это разногласие тем, что это были два разных случая, подтверждая это разногласием относительно молитвы — была ли это ‘иша или магриб, и разногласием относительно суры — была ли это «аль-Бакара» или «Иктарабат», и разногласием относительно причины оправдания человека — была ли она только из-за затягивания, поскольку он пришёл с работы уставшим, или потому что он хотел напоить свою пальмовую рощу в тот момент, или потому что он боялся за воду в пальмовой роще, как в хадисе Бурайды.
Это объединение вызвало возражение, ибо не подобает предполагать о Му‘азе (да будет доволен им Аллах), что Пророк ﷺ велел ему сократить [молитву], а затем он вернулся к затягиванию.
На это отвечают предположением, что он сначала читал «аль-Бакару», а когда ему запретили, он стал читать «Иктарабат», которая длинна по сравнению с сурами, которые ему велели читать, как об этом будет сказано далее.
Также возможно, что запрет изначально был вызван опасением отпугнуть некоторых из тех, кто входит в ислам, а затем, когда их души успокоились в исламе, он решил, что препятствие устранено, и стал читать «Иктарабат», поскольку он слышал, как Пророк ﷺ читал в магрибе суру «ат-Тур», и так он натолкнулся на занятого человека.
Ан-Навави объединил это предположением, что он читал в первый раз «аль-Бакару», и один человек ушёл, а затем прочитал «Иктарабат» во второй раз, и ушёл другой.
Собиратель [этой книги], да простит его Аллах, говорит: по-моему, то, чем объединил ан-Навави (да помилует его Аллах), более очевидно и близко [к истине], и суть этого в том, что оба случая произошли до того, как Пророк ﷺ запретил ему [затягивать], а затем, когда оба человека пожаловались одновременно или почти одновременно, он ﷺ запретил ему затягивать и велел ему читать те суры, которые он ему упомянул. А что касается предположения о повторении случая с промежуточным запретом между ними, то это далеко [от истины], ибо Му‘аз (да будет доволен им Аллах) — один из самых сведущих в фикхе сподвижников (да будет доволен ими Аллах), и не подобает предполагать о нём, что он стал бы противоречить тому, что велел ему Пророк ﷺ относительно чтения тех сур, которые он ему назвал, или подобных им. Вникни же в это. Аллах Всевышний знает лучше.
В риваяте Абу аз-Зубайра, следующем у автора, встречается: «И ушёл один человек из нас», а это указывает на то, что он был из бану Салима, и это укрепляет риваят того, кто назвал его Сулаймом, — сказал Хафиз.
Собиратель [этой книги], да простит его Аллах, говорит: мне не стало ясным основание для укрепления версии о его имени как Сулайм, ибо нет соответствия между тем, что он был из бану Салима, и тем, что его звали Сулайм. Вникни же в это. Аллах Всевышний знает лучше.
(«И он произнёс салям») — то есть завершающий салям при выходе из молитвы. («Затем совершил молитву один») — то есть он начал молитву заново после того, как прервал её саламом, и завершил её самостоятельно. Это — очевидный смысл, на который указывает его слово «и произнёс салям», так что это не может служить доводом для тех, кто говорит, что он отделился намерением и завершил молитву без возобновления, ибо салям противоречит этому. Однако если сказать: если прерывание молитвы и её возобновление допустимы, то отделение намерением и завершение самостоятельно допустимо тем более, — то это не выглядит далёким [от истины]. Аллах Всевышний знает лучше.
(«И удалился») — то есть вышел из мечети к себе домой или по своим делам. В риваяте Салима ибн Хаййана встречается: «И [этот] человек поспешил и совершил облегчённую молитву».
Далее, риваят автора очевидно указывает на то, что он прервал молитву, однако аль-Байхаки упомянул, что Мухаммад ибн Аббад, шейх Муслима, единолично передал от Ибн Уяйны слова «затем он произнёс салям», и что хафизы среди учеников Ибн Уяйны, а также среди учеников его шейха Амра ибн Динара, а также среди учеников Джабира, не упоминали саляма. Как будто он понял, что это выражение указывает на то, что человек прервал молитву, ибо саламом выходят из молитвы, тогда как остальные риваяты указывают на то, что он лишь прервал следование за имамом и не вышел из молитвы, а продолжил её самостоятельно.
Ар-Рафи‘и сказал в «Шарх аль-Мусанад», говоря о риваяте аш-Шафи‘и от Ибн Уяйны в этом хадисе: «И отступил в сторону человек, стоявший позади него, и совершил молитву один» — это по формулировке допускает, что он прервал молитву, отступил от места своей молитвы и возобновил её для себя, однако это не следует так толковать, ибо обязательную молитву не прерывают после того, как в неё вступили. Конец цитаты.
Поэтому шафииты сослались на это как на доказательство того, что молящемуся за имамом позволено прервать следование за имамом и завершить свою молитву самостоятельно.
Ан-Навави возразил на это, сказав: в этом нет указания [на это], ибо там не сказано, что он отделился от него и продолжил на основе [прежней] своей молитвы; напротив, в риваяте, где сказано, что он произнёс салям, есть доказательство того, что он прервал молитву полностью, а затем возобновил её, что указывает на допустимость прерывания молитвы и её аннулирования по причине оправдания.
Собиратель [этой книги], да простит его Аллах, говорит: по-моему, то, что сказал ан-Навави (да помилует его Аллах), более правильно ввиду ясности его доказательства, и к этому склонился ан-Насаи, когда назвал главу словами: «Выход человека из молитвы имама и завершение своей молитвы в другой части мечети», а затем привёл хадис главы, где сказано: «И удалился этот человек, и совершил молитву в другой части мечети», что явно указывает на то, что он прервал молитву и возобновил её для себя. Вникни же в это. Аллах Всевышний знает лучше.
(«Они сказали ему») — то есть сподвижники Му‘аза сказали тому человеку, который прервал следование за ним и совершил молитву самостоятельно: («Разве ты стал лицемером?») — то есть: разве ты стал упорствовать в лицемерии или уподобился лицемерам? Основа слова «нифак» (лицемерие) производна от «нафак» (с двумя фатхами) — подземного хода в земле, имеющего выход в другом месте. Говорят: «нафака аль-йарбу‘» (тушканчик вырыл нафика) — если он направился к запасному выходу. Отсюда говорят: «нафака ар-раджуль» (человек лицемерил) — если он проявлял ислам перед своими близкими, скрывая при этом что-то иное, чем ислам, и приходил к своим близким с этим, тем самым как бы выходя из ислама через этот [запасной ход]. Место же лицемерия — сердце, — сказал аль-Файюми.
Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: его слово («разве ты стал лицемером?») — то есть: сделал ли ты то, что делает лицемер, — отклонение и отход от общины, и облегчение в молитве, как их описал Аллах Всевышний...
К его словам: «А когда встают на молитву, встают ленивыми» [ан-Ниса, 142] — они сказали это в порядке усиления и отягчения [упрёка]. Конец цитаты (1).
(О такой-то) — иносказательное упоминание имени человека; его назвали иносказательно, чтобы скрыть его [имя]. В следующем риваяте Абу аз-Зубайра: «И Муаз рассказал о нём, сказав: он — лицемер». В риваяте Салима ибн Хайяна: «И это дошло до Муаза, и он сказал: он — лицемер». В риваяте аль-Бухари: «И Муаз задел его», то есть упомянул его дурно, а именно сказал о нём: он — лицемер.
Согласовать эти риваяты можно так: сначала Муаз сказал это сам, а затем это же сказали товарищи Муаза тому человеку.
(Сказал) человек: (нет), то есть: я не лицемерил, (клянусь Аллахом) — он поклялся, чтобы усилить своё отрицание. А его слова (и я непременно приду к Посланнику Аллаха ﷺ) — либо связаны сочинительной связью с ответом клятвы, то есть: клянусь Аллахом, я не лицемерю, и я непременно приду к Посланнику Аллаха ﷺ; либо это начало новой клятвы, а то, чем клянутся, подразумевается, то есть: клянусь Аллахом, я непременно приду к нему ﷺ.
(И непременно сообщу ему), то есть о словах Муаза о нём: он — лицемер. В следующем риваяте Абу аз-Зубайра: «И когда это дошло до того человека, он вошёл к Посланнику Аллаха ﷺ и сообщил ему то, что сказал Муаз». В риваяте ан-Насаи: «Муаз сказал: если я доживу до утра, то непременно расскажу об этом Посланнику Аллаха ﷺ, — и рассказал ему об этом, и тот послал за ним и сказал: что побудило тебя сделать то, что ты сделал? Он сказал: о Посланник Аллаха, я работал на своём верблюде для перевозки воды...» — и далее приводится хадис. Муаз опередил его с жалобой, и когда за тем человеком послали, он пришёл и пожаловался на Муаза.
(И он пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал: о Посланник Аллаха, мы) — с кясрой хамзы, поскольку она стоит в начале [предложения] — (владельцы верблюдов для водоноски) — множественное число от «насих» (ناضح) — это верблюды, на которых возят воду для полива. Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал: «насаха аль-ба‘иру аль-ма’» — из глаголов породы «дараба» и «нафаа» — понёс воду из реки или колодца для полива посева, и он называется «насих», а самка — «насиха» с «та мярбута». Назван «насих», потому что он «янзиху-ль-‘аташ», то есть увлажняет жажду водой, которую несёт. Это исходное значение, а затем слово «насих» стало применяться к любому верблюду, даже если он не носит воду. Конец цитаты (2).
(2) «Аль-Мисбах аль-мунир», 2/609-610.
(Работаем днём), то есть трудимся в нём земледелием и поливом пальм с помощью верблюдов-водоносов ради пропитания. Этот человек хотел этим извиниться перед Пророком ﷺ тем, что он человек работы и тяжёлого труда днём, а кто таков, тот не в состоянии удлинять молитву.
В риваяте ан-Насаи: «И он пришёл к Пророку ﷺ и сказал: о Посланник Аллаха, Муаз молится с тобой, а потом приходит к нам и предстоит нам имамом. А ты вчера вечером задержал молитву, и он молился с тобой, потом вернулся и предстоял нам имамом, начав с суры «Аль-Бакара». Когда я это услышал, я отстал и молился [отдельно], ведь мы — владельцы верблюдов-водоносов, работаем своими руками».
В другом риваяте: «Я работал на своём верблюде-водоносе днём, потом пришёл, а молитва уже была начата, и я вошёл в мечеть и вошёл с ним в молитву, а он читал такую-то и такую-то суру и удлинял, и я вышел и молился в стороне мечети».
(А ведь Муаз) — с кясрой хамзы в «инна», связанной сочинительно с первой «инна» — (молился с тобой [молитву] аль-‘иша, потом пришёл) — а в одной версии: «потом пришёл к нам» — (и начал с «суры «Аль-Бакара»»)» — а в одной версии: «и начал суру «Аль-Бакара»».
Сказал собиратель (да простит его Аллах): по всей видимости, Муаз (да будет доволен им Аллах) хотел прочитать её целиком в той молитве, но возможно также, что он хотел прочитать только часть её, а потом совершить поклон, и человек предположил, что он хочет завершить её целиком, поэтому прервал свою молитву. И Посланник Аллаха ﷺ упрекнул его за то, что он позволил создать такое впечатление, ведь это стало причиной отвращения [людей от молитвы].
Однако это предположение маловероятно, учитывая осуждение [этого] Пророком ﷺ и его упрёк за это: ведь если бы Муаз хотел прочитать только часть суры, он разъяснил бы это Пророку ﷺ, и тот извинил бы его и не стал бы его упрекать. И Аллах Всевышний знает лучше.
(И Посланник Аллаха ﷺ обратился к Муазу и сказал): (о Муаз) — обращение с упрёком — (неужели ты искуситель?) — подлежащее и сказуемое, а хамза [вопросительная] выражает отрицающий и укоряющий вопрос, то есть: ты отвращаешь [людей] от религии и препятствуешь ей, — имеется в виду, что тебе не следует и не подобает так поступать.
В следующем риваяте Абу аз-Зубайра: «Ты хочешь быть искусителем, о Муаз?» В риваяте ан-Насаи: «Искуситель, о Муаз, искуситель, о Муаз, искуситель, о Муаз?» — с трёхкратным повторением в форме подлежащего [«фаттанун»], а в «Аль-Кубра» у него же: «искусителем, о Муаз?» — с трёхкратным повторением и в форме винительного падежа [«фаттанан»]. У Ахмада в упомянутом ранее хадисе Муаза ибн Рифа‘а: «О Муаз, не будь искусителем», и добавлено в хадисе Анаса: «не удлиняй им [молитву]».
Смысл искушения здесь в том, что удлинение [молитвы] становится причиной их выхода из молитвы и появления у них отвращения к совместной молитве.
Аль-Байхаки передал в «Аш-Шу‘аб» с достоверным иснадом от Умара (да будет доволен им Аллах), что он сказал: «Не внушайте людям Аллаха ненависть к Аллаху — [ведь бывает так, что] кто-то из вас становится имамом и удлиняет людям молитву, пока не внушит им отвращение к тому, чем они заняты».
Ад-Давуди сказал: возможно, что под словом «фаттан» он имел в виду «мучитель», поскольку тот подверг их мучению удлинением [молитвы]. Отсюда слова Всевышнего: «Поистине, те, которые мучили верующих» [Аль-Бурудж, 10] — говорят, смысл их: «мучили их».
(Читай такую-то [суру], и читай такую-то [суру]». Суфьян сказал) — то есть ибн Уяйна — (я сказал Амру) — то есть ибн Динару — (что Абу аз-Зубайр) — Мухаммад ибн Муслим аль-Макки — (передал нам от Джабира) (да будет доволен им Аллах), (что он сказал): «Читай «И солнцем и его сиянием», «Клянусь утром», «Клянусь ночью, когда покрывает» и «Хвали имя Господа твоего Высочайшего»». В риваяте аль-Бухари, через путь аль-Хумайди, от Ибн Уяйны, добавлено к первым трём: «Клянусь небом, обладающим созвездиями», «Клянусь небом и ночным путником». А в риваяте аль-Лайса от Абу аз-Зубайра, приведённом здесь далее: «Читай «И солнцем и его сиянием», и «Хвали имя Господа твоего Высочайшего», и «Читай во имя Господа твоего», «Клянусь ночью, когда покрывает»».
(Амр сказал): (нечто подобное этому), то есть подобное тому, что упомянул Абу аз-Зубайр. В риваяте аль-Бухари: «И велел ему [читать] две суры из середины муфассаля. Амр сказал: я не помню их обе», то есть Амр ибн Динар сказал: я не помню две суры, которые он велел ему читать. Похоже, он сказал это во время своей передачи хадиса Шу‘бе, иначе в риваяте Салима ибн Хайяна от Амра [сказано]: «Читай «И солнцем и его сиянием» и «Хвали имя Господа твоего Высочайшего» и подобные им». Ранее уже приводилось разногласие о том, что имеется в виду под муфассалем, и в «Аль-Фатх» подтверждено, что это от начала суры «Каф» до конца Корана.
Его слова «средние» допускают, что он имел в виду срединные [суры] и приведённые в пример суры относятся к коротким из средних; а допускают также, что он имел в виду умеренные, то есть подходящие для данного случая из муфассаля, — сказал так автор «Аль-Фатх» (1). И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и конечный возврат, Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Джабира (да будет доволен им Аллах) — согласован [между аль-Бухари и Муслимом].
(Второй вопрос): о его извлечении [из источников]:
Его привёл (составитель) здесь [37/1045, 1046, 1047 и 1048] (465), и (аль-Бухари) в «Аль-Азан» (700, 701, 711), и в «Аль-Адаб» (6106), и (Абу Дауд) в «Ас-Салят» (599, 600, 790), и (ат-Тирмизи) (583), и (ан-Насаи) там же (2/102), и (Ибн Маджа) там же (836), и (Абу Дауд ат-Таялиси) в своём «Мусанаде» (1694), и (аш-Шафии) в «Аль-Мусанад» (1/143), и (аль-Хумайди) в своём «Мусанаде» (1246), и (Ахмад) в своём «Мусанаде» (3/308 и 369), и (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (1524 и 1840), и (ат-Тахави) в «Ма‘ани аль-асар» (1/213), и (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (1774, 1775, 1776, 1777, 1778, 1779, 1780), и (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (1026, 1027, 1028, 1029), и (Ибн аль-Джаруд) в «Аль-Мунтака» (327), и (ад-Даракутни) в своих «Сунан» (1/274-275), и (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (857). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — (из их числа): разъяснение допустимости чтения (Корана) в вечерней молитве (‘иша), и это положение является предметом единогласия (иджма‘).
2 — (из их числа): допустимость того, чтобы совершающий обязательную молитву молился позади того, кто совершает добровольную молитву; ведь Му‘аз (да будет доволен им Аллах) совершал обязательную молитву с Посланником Аллаха ﷺ, тем самым исполняя свой долг, а затем повторно молился со своим народом, и эта вторая молитва была для него добровольной, а для них — обязательной. Об этом прямо сказано в версиях, не входящих в «Сахих» Муслима. Это допускается у аш-Шафи‘и (да помилует его Аллах) и других, но не допускали этого Раби‘а, Малик, Абу Ханифа и куфийцы (да помилует их Аллах всевышний). Они истолковали хадис Му‘аза (да будет доволен им Аллах) так, что он молился с Пророком ﷺ добровольную молитву, а некоторые из них истолковали это так, что Пророк ﷺ об этом не знал, а некоторые сказали: хадис Му‘аза относится к раннему периоду, а затем это было отменено. Ан-Навави сказал: все эти толкования — не более чем утверждения без основания, и явный смысл хадиса не должен быть оставлен ради них. Конец цитаты.
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: то, что сказал ан-Навави (да помилует его Аллах), есть истина, и подробный разбор этого вопроса последует в следующем разделе, если Аллах всевышний пожелает.
3 — (из их числа): допустимость выхода следующего за имамом (ма’мума) из его молитвы и совершения молитвы отдельно по причине наличия оправдания. Что же касается выхода без оправдания, то некоторые обосновывали это данным хадисом, но это было подвергнуто критике. Ибн аль-Мунир сказал: если бы это было так, то не было бы пользы в повелении имамам облегчать молитву. Но в этом есть сомнение, ибо польза повеления облегчать молитву состоит в сохранении коллективной молитвы, и это не противоречит допустимости молиться отдельно. Это подобно тому, как некоторые обосновывали этим рассказом обязательность коллективной молитвы, и в этом есть подобное же сомнение, как сказано в «Фатх аль-Бари».
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: наши сподвижники (шафииты) и другие обосновывали этим хадисом то, что ма’муму допустимо прервать следование за имамом и завершить молитву отдельно, не выходя из неё. По этому вопросу у наших сподвижников есть три мнения: наиболее достоверное — что это допустимо и по причине оправдания, и без него; второе — что это недопустимо вовсе; третье — что допустимо по причине оправдания, но недопустимо без него. Согласно этому мнению, оправданием является то, из-за чего с человека изначально снимается обязанность коллективной молитвы, и он получает прощение за отставание от неё по этой причине. Затягивание чтения — оправдание согласно наиболее достоверному мнению, исходя из истории с Му‘азом (да будет доволен им Аллах).
Он сказал: но это обоснование слабое, ибо в хадисе нет указания на то, что человек отделился от него и продолжил свою молитву самостоятельно, — напротив, в первой версии сообщается, что он произнёс таслим, полностью прервал молитву и затем начал её сначала. В этом нет доказательства для упомянутого вопроса, а лишь указание на допустимость прерывания и отмены молитвы по причине оправдания. И Аллах знает лучше. Конец цитаты.
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: по-моему, наиболее предпочтительным является то, что допустимо прервать следование за имамом и молиться отдельно по причине оправдания, исходя из хадиса о случае с Му‘азом (да будет доволен им Аллах), поскольку Пророк ﷺ утвердил поступок человека, который прервал следование за ним и молился отдельно. А если это не по причине оправдания, то нет, исходя из его слова ﷺ: «Разве две молитвы вместе?» — это достоверный хадис, приведённый Маликом и Абу Даудом. Он ﷺ осудил того, кто молится отдельно после того, как объявлено начало (коллективной) молитвы.
Вывод таков, что прервать следование за имамом по причине оправдания допустимо, а без оправдания — нет. И Аллах всевышний знает лучше.
4 — (из их числа): желательность облегчения молитвы с учётом состояния следующих (ма’мумов). Что касается тех, кто говорит, что затягивание не является предосудительным, если известно согласие следующих на это, то на них возникает затруднение: имам может не знать о состоянии того, кто придёт и присоединится к нему после начала молитвы, как в хадисе главы. Исходя из этого, затягивание является предосудительным во всех случаях, кроме случая, когда предполагается, что имам молится с ограниченным кругом людей, согласных на затягивание, в месте, куда не входят посторонние.
5 — (из их числа): что нужда в делах мирских является оправданием для облегчения молитвы.
6 — (из их числа): допустимость повторения одной и той же молитвы дважды в один день.
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: так они сказали, но это не абсолютно, а лишь при наличии причины, как в случае того, кто молился отдельно или в группе, а затем застал другую группу и молится с ней, или был имамом и молился с одной группой, а затем пошёл в свою мечеть и молился со своим народом также, как поступил Му‘аз (да будет доволен им Аллах), и тому подобное. А что касается повторения одной молитвы без причины, то это требует доказательства. И Аллах всевышний знает лучше.
7 — (из их числа): допустимость молитвы отдельно молящегося в мечети, в которой совершается коллективная молитва, если это по причине оправдания.
8 — (из их числа): осуждение в мягкой форме, поскольку оно выражено в форме вопроса.
9 — (из их числа): из этого извлекается, что наказание (та‘зир) применяется к каждому в соответствии с его положением.
10 — (из их числа): достаточность словесного порицания в качестве наказания (та‘зир).
11 — (из их числа): осуждение в отношении нежелательных (макрух) поступков, как сказано; но здесь есть замечание: почему бы это не относилось и к запретным (харам) поступкам?
12 — (из их числа): допустимость троекратного повторения в осуждении для усиления; ведь аль-Бухари в своём «Сахихе» приводит от Анаса (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ, что он, когда произносил слово, повторял его трижды, чтобы оно было понято, и когда приходил к людям и приветствовал их, приветствовал их трижды.
13 — (из их числа): в этом содержится оправдание того, кто внешне совершил ошибку, и допустимость обращения к тому, кто внешне впал в предосудительное, даже если у него есть скрытое оправдание, — ради отвращения от совершения подобного, и что нет упрёка тому, кто сделал это, будучи в заблуждении относительно толкования.
14 — (из их числа): что отставание от коллективной молитвы — свойство лицемеров. И Аллах всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Четвёртый вопрос): о разногласии учёных относительно допустимости молитвы того, кто совершает обязательную молитву, позади того, кто совершает добровольную молитву:
Имам ат-Тирмизи (да помилует его Аллах) сказал в своём «Джами‘» после приведения хадиса следующее:
Практика согласно этому — у наших сподвижников: аш-Шафи‘и, Ахмада и Исхака. Они сказали: если человек становится имамом людей в обязательной молитве, а сам он уже совершил её ранее, то молитва того, кто последовал за ним, действительна. Они приводили в доказательство хадис Джабира об истории с Му‘азом, а это достоверный хадис, переданный различными путями от Джабира. Также передано от Абу ад-Дарды, что его спросили о человеке, который вошёл в мечеть, когда люди молились послеполуденную молитву (аср), а он думал, что это полуденная молитва (зухр), и присоединился к ним. Он сказал: его молитва действительна.
Некоторые из куфийцев сказали: если люди присоединились к имаму, который молится молитву аср, думая, что это зухр, и он молился с ними, а они последовали за ним, то молитва последовавшего недействительна, поскольку намерение имама и намерение ма’мума различаются. Конец цитаты.
Имам Абу Бакр ибн аль-Мунзир (да помилует его Аллах) сказал: учёные разошлись в этом вопросе. Одна группа придерживалась явного смысла истории с Му‘азом (да будет доволен им Аллах) и истории о молитве во время опасности.
Среди тех, кто придерживался этого мнения, — Атаа ибн Абу Рабах и Тавус; так же сказал аш-Шафи‘и, Ахмад ибн Ханбаль, Сулейман ибн Харб и Абу Саур; подобного мнения придерживался и аль-Аузаи.
Другая группа сказала: всякий, чьё намерение отличается от намерения имама в чём-либо в молитве, — то, что он молился с ним, не засчитывается, и он должен начать заново. Это мнение Малика ибн Анаса, и подобное передано от аль-Хасана аль-Басри и Абу Кыляба, и так же сказал аз-Зухри, Раби‘а и Яхья ибн Са‘ид. Абу Саур передал от куфийца (по-видимому, имеется в виду имам Абу Ханифа, да помилует его Аллах), что он сказал: если имам совершает добровольную молитву, то молитва тех, кто за ним следует и совершает обязательную молитву, недействительна; а если имам совершает обязательную молитву, а те, кто за ним, совершают добровольную, то их молитва действительна.
Атаа и Тавус говорили о человеке, который приходит к людям, совершающим стояние (кыям) в рамадане, а сам он ещё не совершил обязательную молитву: он молится с ними два рак‘ата, затем добавляет к ним ещё два рак‘ата, и это засчитывается ему как вечерняя молитва (‘атама). Против этого выступили Са‘ид ибн аль-Мусайиб и аз-Зухри, сказав: он молится с ними, а затем молится вечернюю молитву отдельно.
Затем Ибн аль-Мунзир отдал предпочтение мнению тех, кто говорит о допустимости, руководствуясь хадисом главы.
Он сказал в «Аль-Фатх» при разборе хадиса главы следующее: «Этим хадисом обосновывается допустимость того, чтобы совершающий обязательную молитву следовал за тем, кто совершает добровольную; исходя из того, что Муаз (да будет доволен им Аллах) в первой молитве имел намерение совершить обязательную молитву, а во второй — добровольную. На это указывает то, что передали Абд ар-Раззак, аш-Шафии, ат-Тахави, ад-Даракутни и другие через путь Ибн Джурайджа, от Амра ибн Динара, от Джабира (да будет доволен им Аллах), в хадисе главы, с добавлением: «Она для него добровольная, а для них — обязательная»».
Аль-Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: это достоверный хадис, его передатчики — передатчики достоверных сборников, и Ибн Джурайдж в риваяте Абд ар-Раззака прямо указал на то, что слышал его, так что обвинение его в тадлисе отпадает.
Таким образом, слово Ибн аль-Джаузи: «он не достоверен» — отвергается, а обоснование ат-Тахави тем, что Ибн Уяйна передал этот хадис от Амра более полно, чем передача Ибн Джурайджа, и не упомянул этого добавления, — не подрывает его достоверности; ибо Ибн Джурайдж старше по возрасту, выше по положению и раньше начал перенимать (хадисы) от Амра, чем Ибн Уяйна. А даже если бы это было не так, то это добавление надёжного и хафиза передатчика, не противоречащее риваяту того, кто более сведущ в хадисах, чем он, и не превосходит его числом (передатчиков), так что нет смысла сомневаться в признании его достоверности.
Что касается отвержения этого ат-Тахави из-за возможности того, что это может быть вставкой (мудрадж), то ответ на это таков: изначальное положение — отсутствие вставки, пока не установлено разделение; так что всё, что присоединено к хадису, относится к нему, особенно если передано с двух путей, а здесь дело именно так: ведь аш-Шафии привёл это добавление другим путём, от Джабира, в качестве сопутствующей передачи Амру ибн Динару от него.
А слово ат-Тахави: «это предположение Джабира» — отвергается; ибо Джабир был из тех, кто молился с Муазом, поэтому это следует понимать так, что он слышал это от него самого, и не следует подозревать Джабира в том, что он сообщает о ком-то то, чего не наблюдал, кроме как если этот человек сам сообщил ему об этом.
Он сказал: что касается аргументации наших (то есть шафиитских) товарищей этим его словом (ﷺ): «Когда объявлена молитва, нет молитвы, кроме предписанной», — то это не является убедительным; ибо суть этого — запрет вступать в молитву, отличную от той, что объявлена, без указания на намерение совершить обязательную или добровольную молитву. И если бы намерение обязательной молитвы было непременным, то Муазу было бы запрещено совершать вторую молитву со своим народом, поскольку в тот момент она не была для него обязательной.
Он сказал: также и слово некоторых наших товарищей: «нельзя предполагать о Муазе, что он оставил бы достоинство обязательной молитвы позади наилучшего из имамов, в мечети, которая из наилучших мечетей», — хотя в этом есть некое предпочтение, но противник может сказать: если это было по велению Пророка (ﷺ), то не исключено, что он получил бы достоинство именно через следование (велению).
Также и слово аль-Хаттаби: что слово «вечерняя» (аль-иша) в его выражении «он молился с Пророком (ﷺ) вечернюю молитву» буквально означает предписанную молитву, так что нельзя сказать, что он имел намерение совершить её добровольно; ибо противник может сказать: это не противоречит тому, что он мог иметь намерение совершить её добровольно.
Что же касается слова Ибн Хазма: противники не позволяют тому, на ком лежит обязательная молитва, когда она объявлена, совершать её добровольно, так как же они приписывают Муазу то, что у них самих не допускается? Если это так, как он сказал, то это сильное возражение, и самый безопасный ответ — опора на упомянутое ранее добавление.
Что касается слова ат-Тахави: в этом нет доказательства, поскольку это не было по велению Пророка (ﷺ), ни по его утверждению (таквир), —
то ответ на это таков: они не расходятся во мнении о том, что мнение сподвижника, если ему не противоречит другой, является доказательством, а здесь дело именно так, ведь те, с кем молился Муаз, все были сподвижниками, и среди них были тридцать участников присяги при Акабе и сорок участников битвы при Бадре, как сказал Ибн Хазм. Он сказал: и не сохранилось от других сподвижников запрещения этого, напротив, за допустимость этого высказались вместе с ними Умар, Ибн Умар, Абу ад-Дарда, Анас и другие.
Что касается слова ат-Тахави: даже если мы примем всё это, в этом нет доказательства из-за возможности того, что это было в то время, когда обязательная молитва совершалась дважды, то есть это может быть отменённым (насх), —
то Ибн Дакык аль-Ид возразил на это, что это подразумевает утверждение отмены на основании одной лишь возможности, что недопустимо, и что это обязывает его представить доказательство того, что он утверждает о повторении обязательной молитвы. Конец.
Аль-Хафиз сказал: как будто он не ознакомился с его книгой, ведь в ней он привёл доказательство этому, а именно хадис Ибн Умара, переданный им от Пророка: «Не молитесь одну молитву дважды в день», а также другим путём, в форме мурсаль: жители аль-Алии молились в своих домах, затем молились с Пророком (ﷺ), и когда это дошло до него, он запретил им это.
Он сказал: в опоре на это, при условии его достоверности, есть сомнение; ибо возможно, что запрет был именно на то, чтобы молиться дважды как обязательную молитву, и на этом решительно утверждал аль-Байхаки, примиряя между двумя хадисами. Более того, если бы кто-то сказал: этот запрет отменён хадисом Муаза, — это не было бы далёким от истины.
И нельзя сказать: эта история — давняя, поскольку её участник был убит в битве при Ухуде; ибо мы отвечаем: Ухуд произошёл в конце третьего года (хиджры), так что не исключено, что запрет был в первом году, а разрешение — например, в третьем.
И Пророк (ﷺ) сказал двум людям, которые не молились с ним: «Если вы совершили молитву в своих жилищах, а затем пришли в мечеть, где есть собрание, то помолитесь с ними, и это будет для вас добровольной молитвой», — этот хадис привели составители «Сунан» через передачу Язида ибн аль-Асвада аль-Амири, и его признал достоверным Ибн Хузайма и другие, и это было во время прощального хаджа, в конце жизни Пророка (ﷺ).
На допустимость также указывает его (ﷺ) повеление тому, кто застанет имамов, которые придут после него и будут откладывать молитву от её времени: «Помолитесь в своих домах в положенное время, а затем совершите её с ними как добровольную».
Что касается доводов ат-Тахави о том, что Пророк (ﷺ) запретил Муазу это своим словом в хадисе Сулайма ибн аль-Хариса: «Либо молись со мной, либо сокращай (молитву) со своим народом», и его утверждения, что смысл этого: либо молись со мной и не молись со своим народом, либо сокращай со своим народом и не молись со мной, — в этом есть сомнение; ибо противник может сказать: напротив, смысл таков: либо молись со мной только, если не сокращаешь, либо сокращай со своим народом, но при этом молись со мной, и это более предпочтительно в толковании, ввиду противопоставления в нём сокращения оставлению сокращения, поскольку именно об этом был вопрос и в этом заключался спор.
Что касается усиления некоторыми этого доводом об отмене, поскольку молитва страха совершалась много раз в форме, содержащей явное отклонение через действия, несовместимые в состоянии безопасности, так что если бы было допустимо совершение обязательной молитвы позади добровольной, Пророк (ﷺ) молился бы с ними дважды в форме, не содержащей несовместимости, а поскольку он этого не сделал, это указывает на запрет, —
то ответ на это таков: установлено, что он (ﷺ) молился с ними молитву страха дважды, как это привёл Абу Дауд от Абу Бакры явно, и у Муслима от Джабира — нечто подобное. А что касается его молитвы с ними в форме некоторого отклонения, то это было для разъяснения допустимости.
Что касается слова некоторых, что поступок Муаза был вызван необходимостью, ввиду малочисленности чтецов (Корана) в то время, то это слабо, как сказал Ибн Дакык аль-Ид; ибо тот объём чтения, который достаточен в молитве, знали наизусть многие, а сверх этого не является причиной для совершения того, что запрещено шариатом в молитве. Конец (1).
Составитель, да простит его Аллах, сказал: из вышеизложенного изложения мнений и их доказательств выяснилось, что наиболее предпочтительным является мнение тех, кто допускает следование совершающего обязательную молитву за совершающим добровольную, и наоборот; на основании хадиса главы и прочего из ранее упомянутого. А те, кто это запрещал, не привели убедительного доказательства, способного соперничать с доводами допускающих, и поэтому ас-Синди аль-Ханафи (да помилует его Аллах) сказал в «Шарх ан-Насаи»: указание хадиса о истории Муаза (да будет доволен им Аллах) на допустимость следования совершающего обязательную молитву за совершающим добровольную — явное, а ответ на это очень затруднителен, и они отвечали тем, что не является убедительным, а я подробно разобрал это в «Хашия Ибн аль-Хумам». Конец.
Это — из его беспристрастности (да помилует его Аллах), и так должно поступать каждому приверженцу мазхаба — быть на стороне доказательств, даже если это противоречит его мазхабу, более того — мазхабам большинства; ибо истина более достойна того, чтобы за ней следовали: «Если же вы станете спорить о чём-либо, то обращайтесь по этому поводу к Аллаху и Посланнику, если вы веруете в Аллаха и Последний день. Так будет лучше и прекраснее по исходу» (сура «Ан-Ниса», аят 59).
Итог таков: допустимо следование совершающего обязательную молитву за совершающим добровольную, и наоборот, ввиду ясности доказательств этого, так что взгляни с беспристрастностью и не будь пленником слепого следования, а Аллах Всевышний лучше знает об истине, и к Нему возврат и прибежище, и Он — достаточен для нас, и прекрасен Он как покровитель.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1046] (…) — «И передал нам Кутайба ибн Саид, [сказав]: передал нам Лейс», сказал: (переход иснада) «И передал нам Ибн Румх, [сказав]: сообщил нам аль-Лейс от Абу аз-Зубайра, от Джабира, что он сказал: совершил Муаз ибн Джабаль аль-Ансари с товарищами вечернюю молитву и затянул её, и один человек из нас ушёл и совершил молитву [отдельно]. Об этом сообщили Муазу, и он сказал: «Он — лицемер». Когда это дошло до того человека, он пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и сообщил ему, что сказал Муаз. Пророк ﷺ сказал ему: «Хочешь ли ты быть искусителем, о Муаз? Когда ты предстоишь людям [как имам], читай: «Клянусь солнцем и его сиянием... (сура «Аш-Шамс» полностью)», и «Славь имя Господа твоего Всевышнего» (сура «Аль-Аля»), и «Читай во имя Господа твоего», [и] «Клянусь ночью, когда она покрывает» (сура «Аль-Лейль»)».
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 — (Ибн Румх) — это Мухаммад ибн Румх ибн аль-Мухаджир ат-Туджиби, вольноотпущенник их, египтянин, надёжный, твёрдый передатчик [10] (умер в 242 г.) (М, К), упомянут ранее в «Книге веры», 16/168.
2 — (Абу аз-Зубайр) — это Мухаммад ибн Муслим ибн Тадрус аль-Асади, вольноотпущенник их, мекканец, правдивый, [но] прибегает к тадлису [4] (умер в 126 г.) (все шесть), упомянут ранее в «Книге веры», 4/119.
Остальные упомянуты ранее в этой главе, а «Лейс» с определённым артиклем и без него — это Лейс ибн Саад.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада то, что он относится к четвероступенным иснадам автора (да помилует его Аллах), и это самый высокий из его иснадов для этого хадиса; это (55)-й из четвероступенных иснадов книги. Ан-Насаи и Ибн Маджа согласны с ним в обоих иснадах: ан-Насаи привёл его от Кутайбы под номером (998), а Ибн Маджа — от Мухаммада ибн Румха под номером (986).
(«И ушёл человек из нас») то есть из ансаров, и это уже было подробно рассмотрено в толковании прошлого хадиса, и от Аллаха — содействие.
Его слово: («И совершил молитву») то есть тот человек совершил молитву один после того, как прервал свою молитву с Муазом (да будет доволен им Аллах).
Его слово: («И сообщили об этом Муазу») в форме страдательного залога, то есть некоторые люди сообщили Муазу (да будет доволен им Аллах) о том, что сделал тот человек, [прервав] свою молитву. Его слово: («Когда это дошло до того человека») то есть до него дошли слова Муаза о том, что он — лицемер.
Его слово: («Когда ты предстоишь людям») то есть когда ты совершаешь с ними молитву в качестве имама. Полное толкование хадиса и его вопросов было изложено в прошлом хадисе, обратись к нему — и извлечёшь пользу, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — достаточен нам, и прекрасен Покровитель.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1047] (…) — «Передал нам Йахья ибн Йахья, [сказав]: сообщил нам Хушайм от Мансура, от Амра ибн Динара, от Джабира ибн Абдуллаха, что Муаз ибн Джабаль совершал с Посланником Аллаха ﷺ последнюю вечернюю молитву, затем возвращался к своему народу и совершал с ними эту же молитву».
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 — (Йахья ибн Йахья) ат-Тамими, упомянутый в прошлой главе.
2 — (Хушайм) ибн Башир, упомянутый перед [этой] главой.
3 — (Мансур) ибн Зазан аль-Васити, упомянутый также перед [этой] главой, а остальные двое упомянуты перед [этим] хадисом.
Его слово: («Последнюю вечернюю молитву») в этом — допустимость выражения «последняя вечерняя молитва», и об этом уже было сказано вкратце ранее, а также о мнении аль-Асмаи, отвергавшего это выражение, и о ложности его мнения, так что обрати внимание, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — достаточен нам, и прекрасен Покровитель.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1048] (…) — «Передали нам Кутайба ибн Саид и Абу ар-Рабиа аз-Заграни, — сказал Абу ар-Рабиа: передал нам Хаммад, [сказав]: передал нам Аюб от Амра ибн Динара, от Джабира ибн Абдуллаха, [который] сказал: Муаз совершал с Посланником Аллаха ﷺ вечернюю молитву, затем приходил в мечеть своего народа и совершал с ними [эту молитву]».
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 — (Абу ар-Рабиа аз-Заграни) — это Сулейман ибн Дауд аль-Атаки аль-Басри, переселившийся в Багдад, надёжный, никто не подвергал его критике с доказательством [10] (умер в 234 г.) (Б, М, Д, Н), упомянут ранее в «Книге веры», 23/190.
2 — (Хаммад) ибн Зайд ибн Дархам аль-Азди аль-Джахдами, Абу Исмаил аль-Басри, надёжный, твёрдый, знаток права, из числа старших [8] (умер в 179 г.) (все шесть), упомянут ранее в «Введении», 5/26.
3 — (Аюб) ибн Абу Тамима Кайсан ас-Сахтияни, Абу Бакр аль-Басри, надёжный, твёрдый, авторитетный, из числа старших знатоков права и подвижников [5] (умер в 132 г.) (все шесть), упомянут ранее в «Толковании введения», т. 1, с. 305.
Остальные упомянуты перед этим [хадисом].
Его слово: («И совершал с ними») то есть ту же молитву, которую он совершал с Пророком ﷺ, а именно вечернюю, как было разъяснено в прошлых риваятах.
[Замечание]: Абу Масуд ад-Димашки (да помилует его Аллах) высказался об этом иснаде, сказав: Кутайба в своём хадисе говорит: «от Хаммада, от Амра», не упоминая в нём Аюба, и Муслиму следовало бы обратить на это внимание.
Ответ за Муслима: он не упомянул об этом лишь потому, что изложил риваят, идущий от одного только Абу ар-Рабиа, как это разъяснил ан-Навави (да помилует его Аллах).