(один из вас) проснётся ото сна ночью и захочет совершить тахаджуд. Его слово («ночью») означает: в течение ночи, или в какую-то часть ночи. («Пусть начнёт») — от «ифтитах», то есть: пусть начинает («свою молитву с двух лёгких рак‘атов»). В риваяте Абу Дауда добавлено: «а затем пусть удлиняет её, сколько пожелает».
Мудрость облегчения этих двух рак‘атов в том, чтобы благодаря им приобреталась бодрость для последующей молитвы. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, Он — тот, чья помощь испрашивается, и на Него уповаем.
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) относится к тем, что передаёт составитель (да помилует его Аллах) в одиночку.
(Второй вопрос): о его источниках.
Его привёл (составитель) здесь [28/1807] (768), (Абу Дауд) в «Книге молитвы» (1323), (ат-Тирмизи) в «аш-Шамаиль» (268), (Ахмад) в своём «Муснаде» (2/232, 278 и 399), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (1150), (Абу Аваана) в своём «Муснаде» (2241 и 2242), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (1756). Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, Он — наш достаток, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1808] (769) — «Рассказал нам Кутайба ибн Саид, от Малика ибн Анаса, от Абу аз-Зубайра, от Тавуса, от Ибн Аббаса, что Посланник Аллаха ﷺ, вставая на молитву в глубине ночи, говорил: «О Аллах, Тебе хвала, Ты — свет небес и земли, и Тебе хвала, Ты — Поддерживающий небеса и землю, и Тебе хвала, Ты — Господь небес и земли и того, кто в них. Ты — Истина, и обещание Твоё истинно, и слово Твоё истинно, и встреча с Тобой истинна, и Рай истинен, и Огонь истинен, и Час истинен. О Аллах, Тебе я предался, в Тебя уверовал, на Тебя уповаю, к Тебе обращаюсь с покаянием, ради Тебя спорю, и к Тебе обращаюсь за судом. Прости же мне то, что я совершил прежде и что отложил, что утаил и что явил. Ты — мой Бог, нет божества, кроме Тебя»».
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 — (Абу аз-Зубайр) Мухаммад ибн Муслим ибн Тадрус, был упомянут ранее за две главы до этой.
2 — (Тавус) ибн Кайсан аль-Химьяри, вольноотпущенник их рода, Абу Абд ар-Рахман аль-Йамани, надёжный, факих, добродетельный [3] (умер в 106 г.) или позже, (передают все составители шести сборников), был упомянут ранее во «Введении» 4/18.
Остальные упомянуты в главе.
Тонкости этого иснада:
1 — (Среди них): что он относится к пятизвенным иснадам составителя (да помилует его Аллах).
2 — (Среди них): что все его передатчики — передатчики, на которых опирается вся община (аль-джама‘а).
3 — (Среди них): что в нём есть передача одного последователя (табиина) от другого последователя.
4 — (Среди них): что Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах) — один из четырёх «Абдулла» и семи многопередающих сподвижников.
Разбор хадиса:
1 — (От Ибн Аббаса) (да будет доволен ими обоими Аллах) (что Посланник Аллаха ﷺ говорил, вставая на молитву в глубине ночи) — то есть в середине ночи. Внешний смысл контекста указывает на то, что он ﷺ произносил это в самом начале, когда вставал на молитву. Ибн Хузайма (да помилует его Аллах) озаглавил в своём «Сахихе» это место словами: «Довод на то, что Пророк ﷺ произносил это восхваление после того, как произносил такбир», а затем привёл хадис через путь Кайса ибн Сада, от Тавуса, от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ, вставая для тахаджуда, говорил после того, как произносил такбир: «О Аллах, Тебе хвала...»».
У Абу Дауда с этой же стороны передачи: что Посланник Аллаха ﷺ, вставая для тахаджуда, говорил после того, как произносил: «Аллах Велик...».
(«О Аллах, Тебе хвала») — сказуемое поставлено вперёд для указания на исключительность (выделения). («Ты — свет небес и земли») — то есть освещающий их, и благодаря Тебе находит верный путь тот, кто в них. Сказано также, что смысл в том, что Ты пречист от всякого изъяна; говорят: «такой-то мунаввар», то есть свободен от всякого изъяна. Говорят также, что это имя похвалы: говорят «такой-то — свет города», то есть его украшение. Так сказано в «Фатх».
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: то есть освещающий их, согласно мнению аль-Хасана, доводом чему служит чтение Али (да будет доволен им Аллах): «Аллах осветил небеса» с фатхой над «нун» и удвоенным «вав». Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах) сказал: наставник их обитателей на верный путь. Муджахид сказал: устроитель их дел. Сказано также: это тот, кто пречист в небесах и на земле от всякого изъяна, из речи арабов: «женщина наввара», то есть свободная от всякого подозрения. Сказано также: это имя похвалы, говорят: «такой-то — свет города и солнце эпохи», как сказал ан-Набига [из бахра «тавиль»]:
Воистину, ты — солнце, а цари — звёзды,
Когда оно восходит, ни одна из звёзд не показывается.
И сказал другой [также из «тавиль»]:
Если Абдуллах отправится в путь по Мерву ночью,
То вместе с ним отправятся её свет и её красота.
Абу аль-Алия сказал: украшающий небеса солнцем, луной и звёздами, и украшающий землю пророками, приближёнными и учёными. Конец цитаты.
Имам Ибн аль-Каййим (да помилует его Аллах) прекрасно разъяснил слово Всевышнего: «Аллах — свет небес и земли» и последующие аяты [ан-Нур: 35] в своей полезнейшей книге «Иджтима‘ аль-джуйуш аль-исламийя аля газв аль-мутаттиля валь-джахмийя» так, как не найдёшь этого разъяснённым ни в какой другой книге. Обратись к ней (1), и извлечёшь из неё обширное знание. И у Аллаха Всевышнего просим содействия.
(«И Тебе хвала, Ты — Поддерживающий небеса и землю») — «Каййам» — форма усиления, от «кама биш-шай'», то есть подготовил для вещи то, в чём оно нуждается. Говорят также «Каййум», «Каййам» и «Каййим». Умар читал: «Аллах, нет божества, кроме Него, Живой, Каййам» [аль-Бакара: 255], а Алькама читал: «аль-Каййим». Катада сказал: это Тот, Кто устраивает дела Своих творений. Аль-Хасан сказал: Тот, Кто наблюдает за каждой душой и тем, что она приобрела. Ибн Джубайр сказал: Вечносущий. Ибн Аббас сказал: Тот, Кто не меняется и не исчезает. Так сказано в «аль-Муфхим».
В «аль-Мир‘ат» сказано: то есть Устраивающий дела и управление небес, земли и всего прочего. В одной версии — «Каййим», в другой — «Каййум», и это формы усиления, и это одно из имён Аллаха Всевышнего, и смысл их один. Сказано также: «аль-Каййим» означает Устраивающего дела творений и Управляющего миром во всех его состояниях; «аль-Каййам» — Тот, Кто существует Сам по Себе, устраивая Свои творения, поддерживающий существование других; а «аль-Каййум» — одно из перечисленных имён Аллаха Всевышнего, и это Тот, Кто существует Сам по Себе абсолютно, не нуждаясь ни в ком другом, и при этом благодаря Ему существует всё сущее, так что немыслимо существование чего-либо и продолжение его бытия иначе как через Него. Конец цитаты.
Эта фраза служит обоснованием хвалы, как будто он говорит: «Я восхваляю Тебя лишь потому, что именно Ты сохраняешь творения, заботишься о них, даёшь каждой вещи то, чем поддерживается её существование и то, чем она пользуется» и тому подобное. Повторение хвалы с уточнением связано с подчёркиванием её значимости, и чтобы с каждым разом связывался иной смысл.
(«И Тебе хвала, Ты — Господь небес и земли и того, кто в них») — то есть устраивающий их благополучие и благополучие того, кто в них. Взято от «ар-рибба» — растения, на котором пасётся скот благополучно. Говорят: «рабба йарубб раббан», то есть он «рабб» и «раббин»; «рабба йурабби тарбийатан», то есть он «мураббин». Сказал ан-Набига [из «тавиль»]:
И устроил над ним Аллах Свою прекрасную заботу...
И сказал другой [также из «тавиль»]:
Он устраивает то добро, что приходит,
Так что, совершив благодеяние, он приумножает его и завершает.
«Рабб» также означает господина, и тогда смысл будет в том, что Он — господин того, кто на небесах и на земле; «рабб» также означает владельца, то есть Он — владелец их обоих и владелец того, кто в них. Так сказано в «аль-Муфхим».
Сказал кади Ийад (да возвысит его Аллах): учёные сказали: у слова «Рабб» три значения в языке: господин, которому подчиняются; владелец; и устроитель дел. Однако если понимать его в значении «господин, которому подчиняются», то некоторые сказали: это применимо только к тому, кто обладает разумом, и это толкование годится, лишь если понимать слово «миры» в выражении «Господь миров» как относящееся к джиннам и людям. К этому склонился Абу Сулейман, то есть аль-Хаттаби, сказав: нельзя сказать «господин гор и деревьев». Кади Ийад сказал: в этом нет смысла, ибо всё сущее покорно Ему и обращается к Нему, как сказал Всевышний Аллах: «Они сказали: мы пришли покорными» (Фуссылят, 11). На этом заканчиваются слова кади (да помилует его Аллах), и это хорошее возражение, и Аллах Всевышний знает лучше.
Ранее в «Толковании введения» уже упоминалось, что некоторые довели число значений слова «Рабб» до четырнадцати и изложили их в стихах:
Близкий, объемлющий, владыка и устроитель, воспитывающий, желающий добра и дарующий блага,
Наш создатель, объект поклонения, восполняющий наши недостатки,
Наш исправитель и спутник, твёрдо стоящий,
Собирающий нас, и господин — запомни это, ибо таковы
Значения, что пришли для слова «Рабб», и молись за того, кто сложил эти стихи.
Я уже исчерпывающе рассмотрел этот вопрос там, обратись туда — приумножишь знание, и от Аллаха Всевышнего содействие.
Его слово («и тех, кто в них») — он выразился через «ман» («тот, кто»), отдавая предпочтение разумным существам ввиду их достоинства, хотя Он — Господь всякой вещи и её владыка.
(«Ты — истина») то есть: подлинно существующий, утверждённый вне всякого сомнения. Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: то есть обязательно сущий, и корень слова — от «хакка аш-шайу» — «утвердилась вещь», «стала обязательной», отсюда слова Всевышнего: «Разве тот, против кого утвердилось слово о наказании» (аз-Зумар, 19), и Его слова: «но обязательным стало слово от Меня» (ас-Саджда, 13), то есть: утвердилось и стало обязательным.
Это описание принадлежит Аллаху (велик Он и возвышен) по истине и исключительности, и не подобает никому иному; ибо Его существование — само по себе, ему не предшествовало небытие и за ним не последует небытие. А всё прочее, к чему применимо это имя, предшествуемо небытием, и на него может распространиться небытие, а его существование — от того, кто его создал, а не от самого себя. Именно в этом смысле самым правдивым словом, что сказал поэт, было слово Лабида:
«Воистину, всё, кроме Аллаха, — тщетно».
На это указывают слова Всевышнего: «Всякая вещь гибнет, кроме Лика Его; Ему принадлежит суд, и к Нему вы будете возвращены» (аль-Касас, 88). На этом заканчиваются его слова. А Ибн ат-Тин сказал: возможно, смысл его таков: Ты — истина по сравнению с теми, кого именуют божеством, или же в том смысле, что тот, кто назвал Тебя божеством, сказал истину. На этом заканчиваются его слова.
(«И обещание Твоё — истина») то есть: правдиво, невозможно, чтобы оно не исполнилось. Сказано в «Фатхе»: он определил это слово (артиклем), а последующие слова оставил неопределёнными, потому что Его обещание отличается исполнением, в отличие от обещания кого-либо иного, а неопределённость в остальных словах — для возвеличивания, так сказал ат-Тыби (да помилует его Аллах).
А в «Мир'ат» сказано: по-видимому, определённость сказуемого здесь и в его словах «Ты — истина» не для ограничения (касра), а лишь для указания на то, что суждение об этом очевидно и общепризнанно, в нём нет спора, как говорили знатоки риторики о выражении «твои родители — раб», ибо смысл этой речи сводится к тому, что Он Всевышний существует и правдив в обещании, а это то, что признаёт и верующий, и неверующий,
как сказал Всевышний: «И если ты спросишь их, кто сотворил небеса и землю, они непременно скажут: Аллах» (Лукман, 25), и в этом не известен сколько-нибудь значимый спорщик. И как будто именно поэтому он перешёл к неопределённости в остальном, там, где встречается спорящий по этому поводу.
Остаётся отметить, что подходящим было бы сказать «и слово Твоё — истина» (в неопределённой форме), как в риваяте Муслима, так что определённость в риваяте аль-Бухари — ради согласования формы (мушакаля), сказал ас-Синди (да помилует его Аллах).
А ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: он определил сказуемое в обоих случаях и оставил неопределённым в остальных, потому что нет отрицающего — ни из прежних, ни из последующих поколений — того, что Аллах Всевышний есть постоянный, вечный, непреходящий, а всё прочее подвержено исчезновению, как сказал Лабид: «Воистину, всё, кроме Аллаха, — тщетно». И точно так же Его обещание отличается исполнением в отличие от обещания кого-либо иного — либо по замыслу, либо по бессилию, — Аллах превыше того и другого, — а неопределённость в остальных словах — для возвеличивания. На этом заканчиваются его слова.
А аль-Кари (да помилует его Аллах) сказал: если скажешь: почему слово «истина» определено в первых двух случаях, а в остальных — неопределённо?
Отвечу: разница между определённым артиклем родового значения и неопределённой формой невелика, более того, учёные прямо говорят, что их смысл одинаков, и разницы между ними нет, кроме того, что определённая форма указывает на то, что сущность, к которой относится артикль, известна слушающему, а в неопределённой форме такого указания нет, хотя она и может быть известна. На этом заканчиваются его слова.
(«И слово Твоё — истина») то есть: его смысл утверждён. («И встреча с Тобой — истина») это выражение, обозначающее исход творений в мире вечном относительно воздаяния за деяния, и в этом — признание воскрешения после смерти. Сказано также: видение Тебя в мире вечном, где нет препятствий. И сказано: встреча — это воздаяние для счастливых и несчастных.
И сказано: смысл «встреча с Тобой — истина» — это смерть, но ан-Навави (да помилует его Аллах) отверг это.
Его формулировка в его «Толковании»: слова Пророка ﷺ «Ты — истина»: учёные сказали: истина в Его именах (велик Он и возвышен) означает: чьё существование подлинно, и всё, что действительно существует и подтверждено, — истинно, отсюда «аль-Хакка» (Неминуемая) — то есть: то, что происходит поистине, без сомнения, и подобно этому слова Пророка ﷺ в этом хадисе:
«И обещание Твоё — истина, и слово Твоё — истина, и встреча с Тобой — истина, и Рай — истина, и Огонь — истина, и Час — истина», то есть: всё это подлинно, в этом нет сомнения. И сказано: смысл в том, что весть Твоя истинна и правдива. И сказано: Ты — обладатель истины. И сказано: утверждающий истину. И сказано: истинное божество, в отличие от того, что говорят безбожники, как сказал Всевышний: «Это потому, что Аллах есть Истина, а то, чему они поклоняются помимо Него, — ложь» (Лукман, 30). И сказано о словах «и обещание Твоё — истина», то есть: правдиво, а смысл «встреча с Тобой — истина» — это воскрешение, и сказано: смерть, но это мнение ошибочно в данном месте, и я указал на это, чтобы никто не был этим обманут, а верное — это воскрешение, что и требует контекст речи, предшествующей и последующей, и именно этим опровергают безбожника, а не смертью.
(«И Рай — истина») это и последующее входит в состав обещания, однако «обещание» — масдар (отглагольное имя), а последующее — то, что обещано, и возможно, что здесь присоединение частного к общему, подобно тому как упоминание слова после обещания есть присоединение частного после общего. («И Огонь — истина») в этом указание на то, что Рай и Огонь существуют уже сейчас.
В риваяте аль-Бухари добавлено: «и пророки — истина, и Мухаммад ﷺ — истина», он выделил его особым упоминанием ради его возвеличивания, и присоединил его к пророкам, давая знать об отличии, что он превосходит их особыми качествами, присущими лишь ему, ибо различие в описании приравнивается к различию в сущности.
(«И Час — истина») то есть: День воскресения, наступающий без сомнения, а изначально «час» — отрезок времени, но поскольку не было звёзд, которыми можно было бы измерять время, его так назвали.
Употребление имени «истина» ко всем этим вещам означает, что они непременно должны произойти и что в них следует верить, а повторение слова «истина» в этих местах — ради утверждения, возвеличивания и превознесения. На этом заканчиваются его слова.
(«О Аллах, Тебе я предался») то есть: покорился, повиновался и смирился перед Твоим повелением. Ас-Синди (да помилует его Аллах) сказал: по-видимому, вынесение предлога вперёд — ради ограничения (касра) по отношению ко всему прочему, чему поклоняются помимо Аллаха Всевышнего. На этом заканчиваются его слова.
(«И в Тебя уверовал») то есть: уверовал в Тебя и во всё, о чём Ты сообщил, что повелел и что запретил,
(«И на Тебя положился») то есть: вверил своё дело Тебе, а не обычным причинам, хотя я и прибегаю к ним, ибо использование причин не противоречит упованию, противоречит же ему лишь опора на них. («И к Тебе обратился») то есть: повиновался и вернулся к поклонению Тебе, то есть: обратился к нему; и сказано: смысл в том, что вернулся к Тебе в устроении своих дел, то есть: вверил их Тебе.
Он сказал в «аль-Мар‘ат»: «И к Тебе я обратился с покаянием» (وإليك أنبت), то есть: я вернулся к Тебе, обратившись к Тебе сердцем всецело. Сказано: покаяние (тауба) и обращение (инаба) — оба означают возвращение, но степень обращения выше и возвышеннее. Конец цитаты.
(«И благодаря Тебе я спорил») — то есть тем, что Ты даровал мне из доводов и силы, и тем, чему Ты меня научил из доказательств, я спорил с тем, кто упорствовал против Тебя и не уверовал в Тебя, и подавлял его доводом и мечом. («И к Тебе я обращался за судом») — то есть я передавал своё дело на Твой суд, а «мухакама» (обращение за судом) означает передачу дела на рассмотрение судьи.
Аль-Куртуби сказал: смысл этого — «Тебе я вверил вынесение решения», как сказал Всевышний Аллах: «Ты рассудишь между Твоими рабами в том, в чём они расходились» [аз-Зумар: 46].
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: то есть всякого, кто отвергал истину, я передавал на Твой суд и делал Тебя судьёй между собой и им, а не кого-либо иного из того, к чему обращались за судом язычники и другие — идола, прорицателя, огонь, шайтана и прочее, — так что я не удовлетворюсь ничем, кроме Твоего суда, и не полагаюсь ни на что иное.
Сказано в «Фатх»: соединения (силаты) этих глаголов поставлены перед самими глаголами, чтобы указать на исключительность и выразить ограничение (хасп); так же и его слова «и Тебе хвала». Конец цитаты.
(«Прости же мне») — Пророк ﷺ сказал это, будучи прощённым, либо в порядке смирения и принижения себя, и возвеличивания и почитания своего Господа, либо в порядке обучения своей общины, чтобы она следовала его примеру в этом, — так сказано; но правильнее, что это ради того и другого вместе, ибо если бы это было лишь ради обучения, было бы достаточно велеть им говорить это [без того, чтобы он сам это произносил]. Это разъяснено в «Фатх».
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: ранее уже говорилось о непогрешимости пророков и о грехах, приписываемых им, в «Книге очищения». Если исходить из допустимости малых грехов у них, то испрашивание прощения остаётся в своём прямом смысле и внешнем значении; если же мы отвергаем это в отношении них, то его испрашивание прощения — либо чтобы установить это как сунну для своей общины, либо на предположении, что от него всё же имели место некие грехи, дабы он неотступно пребывал в состоянии нужды [в Аллахе] и рабской покорности. Конец цитаты (1).
Ан-Навави сказал: смысл того, что Пророк ﷺ просит прощения, будучи уже прощённым, состоит в том, что он просит об этом из смирения, покорности, благоговения и почитания, и чтобы ему подражали в самой основе мольбы, покорности и прекрасного смиренного обращения в этой конкретной мольбе. И в этом хадисе, как и в других, [видна] его неотступность ﷺ ночью в поминании и мольбе, признании перед Всевышним Аллахом Его прав, подтверждении истинности Его обещания и предостережения, воскрешения, Рая и Ада, и прочего. Конец цитаты (2).
(«Что я совершил прежде») — то есть до этого времени (и «что отложил») — после него; в одной из версий: «и что я отложил» (и «что утаил, и что явил») — в одной из версий: «и что я утаил, и что я явил».
Смысл: прости мне то, что я скрыл, и то, что я обнаружил, или то, о чём я говорил себе, и то, что двигал моим языком. В версии у аль-Бухари добавлено: «и то, что Ты знаешь лучше меня», что относится к упоминанию общего после частного.
В версии аль-Бухари добавлено: «Ты — Выдвигающий вперёд, и Ты — Отодвигающий назад» (المقدم والمؤخر). Аль-Махалляб (да помилует его Аллах) сказал: этим он указал на самого себя, ибо он первым будет воскрешён в День воскресения, но был последним по времени пришествия в этом мире. Конец цитаты.
Кади Ияд (да помилует его Аллах) сказал: сказано, что смысл этого — «Устанавливающий вещи по их местам», выдвигающий вперёд, что пожелает, и отодвигающий назад, что пожелает, возвышающий, кого пожелает, и унижающий, кого пожелает, и сделавший рабов Своих одних выше других по степеням.
И сказано: это по значению — Первый и Последний, ибо всякий предшествующий предшествующему предшествует ему, и всякий отстающий от отстающего следует за ним, и «Выдвигающий вперёд» и «Отодвигающий назад» по смыслу — «Наставляющий на путь» и «Вводящий в заблуждение»: Он выдвигает вперёд, кого пожелает, к покорности Себе за его почёт, и отодвигает назад, кого пожелает, по Своему предопределению за его несчастье. Конец цитаты.
Собиратель (да простит его Всевышний Аллах) говорит: первое из значений, приведённых Ияд(ом) (да помилует его Аллах), представляется мне наиболее очевидным, как это ясно; и Аллах Всевышний знает лучше.
(«Ты — мой Бог») — то есть мой истинный объект поклонения, моя цель, к которой устремлено моё сердце в любовной страсти, и в величии и великолепии которой растерялся мой разум, и от восхваления которой обессилел мой язык, так что предел моего средства к Тебе: «Я не могу перечислить хвалу Тебе, Ты таков, каким Ты Сам восхвалил Себя». («Нет божества, кроме Тебя») — то есть нет истинного объекта поклонения, кроме Тебя, Единого, Единственного, Самодостаточного.
[Примечание]: внешний вид изложения автора (да помилует его Всевышний Аллах) предполагает, что слова «и нет мощи и силы, кроме как от Аллаха» относятся к риваяту Суфьяна от Сулеймана аль-Ахваля, но это не так, ибо аль-Бухари (да помилует его Всевышний Аллах), приведя хадис по пути Суфьяна от Сулеймана, сказал вслед за его словами «нет божества, кроме Тебя», или «нет божества, кроме Тебя» — вот текст: сказал Суфьян: и добавил Абд аль-Карим Абу Умайя: «и нет мощи и силы, кроме как от Аллаха» (1). Конец цитаты.
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: это соединено (мавсуль) с первым иснадом, и ошибся тот, кто утверждал, что это подвешенное (му‘алляк) [сообщение]. Это разъяснил аль-Хумайди в своём «Муснаде» от Суфьяна, который сказал: «рассказал нам Сулейман аль-Ахваль, дядя по матери Ибн Аби Наджиха, я слышал Тавуса», — и привёл хадис, и сказал в конце: сказал Суфьян: и добавил Абд аль-Карим: «и нет мощи и силы, кроме как от Тебя», и не говорил этого Сулейман.
Это привёл также Абу Ну‘айм в своём «Мустахрадже» по пути Исмаила аль-Кади от Али ибн Абдуллы ибн аль-Мадини, шейха аль-Бухари в этом [хадисе], и он сказал в конце: сказал Суфьян: и я, когда говорил Абд аль-Кариму: «последнее в хадисе Сулеймана — «нет божества, кроме Тебя»», он говорил: «и нет мощи и силы, кроме как от Аллаха»; сказал Суфьян: и этого нет в хадисе Сулеймана. Конец цитаты.
Из этого следует, что Абд аль-Карим не привёл иснад для этой добавки, но это лишь по предположению, и из того, что Суфьян не слышал её от Сулеймана, не следует, что Сулейман её не передавал. И некоторые из товарищей Суфьяна ошиблись, включив её в хадис Сулеймана; это привёл аль-Исмаили от аль-Хасана ибн Суфьяна, от Мухаммада ибн Абдуллы ибн Нумайра, от Суфьяна, который привёл её в конце сообщения без разъяснения. Конец слов Хафиза (да помилует его Аллах).
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: этот Абд аль-Карим — это Абд аль-Карим ибн Аби аль-Мухарик — с даммой на «мим» и точечной «ха» — Абу Умайя аль-Му‘аллим аль-Басри, переселившийся в Мекку; имя его отца — Кайс, а по другой версии — Тарик; он слаб [как передатчик], и у него в «Сахихе» аль-Бухари есть только эта добавка. О нём уже упоминалось у автора в «Введении», и мы уже приводили его биографию там [6/69], обратитесь к ней для пользы; и Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и у Него испрашивается помощь, и на Него уповаем.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Вопрос первый): этот хадис Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) согласован [обеими сторонами] (муттафак алейхи).
(Вопрос второй): о его выведении:
Его привёл (автор) здесь [28/1808, 1809 и 1810] (769), и (аль-Бухари) в «Тахаджуд» (1120) и «Мольбах» (6317) и «Единобожии» (7385, 7442 и 7499), и (Абу Дауд) в «Молитве» (771), и (ат-Тирмизи) в «Мольбах» (3418), и (ан-Насаи) в «Ночной молитве» (1619) и «Большом сборнике» (1319) и в «Деяниях дня и ночи» (868), и (Ибн Маджа) в «Совершении молитвы» (1355), и (Малик) в «аль-Муватта» (1/215 и 216), и (Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (2565), и (аль-Хумайди) в своём «Муснаде» (495), и (Ахмад) в своём «Муснаде» (1/358 и 366), и (ад-Дарими) в своих «Сунан» (1/348 и 349), и (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (1152), и (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (2597, 2598 и 2599), и (Абу Аваана) в своём «Муснаде» (2229, 2230, 2231 и 2232), и (Абу Ну‘айм) в своём «Мустахрадже» (1757, 1758 и 1759), и (Ибн ас-Сунни) в «Деяниях дня и ночи» (758), и (ат-Табарани) в «Большом сборнике» (10987), и (Абу Йаля) в своём «Муснаде» (2404), и (аль-Байхаки) в «Большом сборнике» (3/4), и (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (950); и Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): о его пользах:
1 — (Из них): разъяснение того, какими поминаниями открывается ночная молитва.
2 — (Из них): дополнительное [указание на] знание Пророком ﷺ величия своего Господа (велик Он и возвышен) и Его огромного могущества.
3 — (Из них): его неотступность ﷺ в поминании, мольбе и восхвалении своего Господа (могуч Он и велик), признании перед Ним Его прав, и подтверждении истинности Его обещания и предостережения.
4 — (Из них): желательность предпочтения хвалы прошению при всякой просьбе, подражая Пророку ﷺ.
5 - (из их числа): то, что сказал аль-Кирмани (да помилует его Аллах): этот хадис относится к «джавами‘ аль-калим» (словам, вмещающим многие смыслы); ибо слово «Каййум» указывает на то, что существование сущностей и их устойчивость — от Него, а «Свет» указывает на то, что и акциденции — тоже от Него, а «Владыка» указывает на то, что Он властвует над ними, приводя в существование и уничтожая, творя, что желает, и всё это — из милостей Аллаха Своим рабам, поэтому каждое из этих понятий Он сопряг с хвалой и посвятил хвалу Себе. Затем слово «Ты — Истина» указывает на начало, а слово «речь» и подобное — на средства к жизни, а «Час» и подобное — указание на возвращение (к Аллаху). В хадисе также содержится указание на пророчество, на воздаяние наградой и наказанием, на обязательность веры, ислама, упования, обращения к Аллаху, смиренного взывания к Нему и покорности Ему. Конец цитаты. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[1809] (...) — (Передали нам Амр ан-Накид, Ибн Нумайр и Ибн Абу Умар, сказав: передал нам Суфьян (ع), и передал нам Мухаммад ибн Рафи‘, сказав: передал нам, сообщил нам Ибн Джурайдж, — оба они от Сулеймана аль-Ахваля, от Тавуса, от Ибн Аббаса, от Пророка ﷺ. Что касается хадиса Ибн Джурайджа, то его формулировка совпадает с хадисом Малика, и они не разошлись, кроме как в двух словах: Ибн Джурайдж вместо «Каййам» сказал «Каййим», и сказал: «и что я утаил», вместо «и что утаил». А что касается хадиса Ибн Уяйны, то в нём есть некоторое добавление, и он расходится с Маликом и Ибн Джурайджем в некоторых словах).
Передатчики этого иснада — десять человек:
1 — (Абд ар-Раззак) ибн Хаммам, был упомянут в предыдущей главе.
2 — (Амр ан-Накид) — это Амр ибн Мухаммад ибн Букайр, Абу Усман аль-Багдади, надёжный, хранитель [10] (умер в 232 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи), был упомянут во «Введении» 4/23.
3 — (Сулейман аль-Ахвал) — это Сулейман ибн Абу Муслим аль-Макки, дядя Ибн Абу Наджиха по матери; говорят, что имя его отца — Абдуллах, надёжный, надёжный, — так сказал имам Ахмад (да помилует его Аллах) [51] (все шесть сборников), был упомянут в «Вере» 65/368.
Остальные были упомянуты в главе.
Его слова: («оба они от Сулеймана аль-Ахваля») — местоимение относится к Суфьяну ибн Уяйне и Ибн Джурайджу.
[Примечание]: этот риваят Ибн Уяйны от Сулеймана аль-Ахваля привёл аль-Бухари в «Книге пятничной молитвы» своего «Сахиха», сказав:
(1120) Передал нам Али ибн Абдуллах, сказав: передал нам Суфьян, сказав: передал нам Сулейман ибн Абу Муслим, от Тавуса, слышавшего Ибн Аббаса (да будет Аллах доволен ими обоими), который сказал: Пророк ﷺ, когда встававл ночью для тахаджжуда, говорил: «О Аллах, Тебе хвала, Ты — Опора небес и земли и того, что в них, и Тебе хвала, Тебе принадлежит владычество небес и земли и того, что в них, и Тебе хвала, Ты — Свет небес и земли и того, что в них, и Тебе хвала, Ты — Владыка небес и земли, и Тебе хвала, Ты — Истина, и обещание Твоё — истина, и встреча с Тобой — истина, и слово Твоё — истина, и Рай — истина, и Огонь — истина, и пророки — истина, и Мухаммад ﷺ — истина, и Час — истина. О Аллах, Тебе я предался, и в Тебя я уверовал, и на Тебя я уповаю, и к Тебе я обращаюсь, и с помощью Твоей я противостою (противникам), и к Тебе прибегаю за судом. Прости же мне то, что я совершил прежде и что совершу после, и что утаил, и что явил открыто. Ты — Выдвигающий, и Ты — Отодвигающий, нет божества, кроме Тебя», или: «нет божества, кроме Тебя одного». Суфьян сказал: и добавил Абд аль-Карим Абу Умайя: «и нет силы и мощи, кроме как у Аллаха». Конец цитаты.
Что же касается риваята Ибн Джурайджа, то его привёл аль-Бухари в «Книге единобожия» своего «Сахиха» тоже, сказав:
(7499) Передал нам Махмуд, передал нам Абд ар-Раззак, сообщил нам Ибн Джурайдж, сообщил мне Сулейман аль-Ахвал, что Тавус сообщил ему, что он слышал Ибн Аббаса, говорившего: Пророк ﷺ, когда совершал тахаджжуд ночью, говорил: «О Аллах, Тебе хвала, Ты — Свет небес и земли, и Тебе хвала, Ты — Опора небес и земли, и Тебе хвала, Ты — Господь небес и земли и того, что в них. Ты — Истина, и обещание Твоё — истина, и слово Твоё — истина, и встреча с Тобой — истина, и Рай — истина, и Огонь — истина, и пророки — истина, и Час — истина. О Аллах, Тебе я предался, и в Тебя я уверовал, и на Тебя я уповаю, и к Тебе я обращаюсь, и с помощью Твоей я противостою (противникам), и к Тебе прибегаю за судом. Прости же мне то, что я совершил прежде и что совершу после, и что утаил, и что явил открыто. Ты — Бог мой, нет божества, кроме Тебя». Конец цитаты. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[1810] — (...) — (И передал нам Шайбан ибн Фаррух, передал нам Махди — он же Ибн Маймун, — передал нам Имран аль-Касыр, от Кайса ибн Са‘да, от Тавуса, от Ибн Аббаса, от Пророка ﷺ, этот же хадис, причём формулировка близка к их формулировкам).
Передатчики этого иснада — шесть человек:
1 — (Шайбан ибн Фаррух) аль-Убулли, Абу Мухаммад, правдив, но допускает ошибки, и был обвинён в приверженности кадаритскому воззрению, из младших [9] (умер в 236 или 239 г.), и было ему за девяносто с небольшим лет (Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи), был упомянут в «Вере» 12/157.
2 — (Махди ибн Маймун) аль-Аздий аль-Ми‘вали, Абу Яхья аль-Басри, надёжный, из младших [6] (умер в 172 г.) (все шесть сборников), был упомянут в «Вере» 47/297.
3 — (Имран аль-Касыр) — это Имран ибн Муслим аль-Минкари, Абу Бакр аль-Басри аль-Касыр, правдив, но иногда ошибается [6].
Он видел Анаса и передавал от Абу Раджа аль-Аттариди, аль-Хасана, Мухаммада, Анаса ибн Сирина, Атаа ибн Абу Рабаха, Ибрахима ат-Тайми, Абдуллаха ибн Динара, Кайса ибн Са‘да аль-Макки и других.
От него передавали Махди ибн Маймун, ас-Саури, аль-Джарра ибн Малих — отец Вакии‘а, Халид ибн аль-Харис, Яхья аль-Каттан, Яхья ибн Сулайм ат-Таифи, Бишр ибн аль-Муфаддаль, Абдуллах ибн Раджа аль-Макки и другие.
Аль-Каттан сказал: он был прямым в своих хадисах, и я упомянул его только потому, что он передаёт вещи, которые не передаёт никто другой, и от него уединённо передаёт группа (передатчиков) эти хадисы. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных» и добавил: за исключением того, что в риваяте Яхьи ибн Сулайма от него есть некоторые неприемлемые сообщения, и так же в риваяте Суваида ибн Абд аль-Азиза от него. Конец цитаты.
Аль-Бухари различал между Имраном ибн Муслимом аль-Касыром, говоря: Абу Бакр, слышал Абу Раджа и Атаа, и Яхья ибн Са‘ид дал ему кунью, — затем сказал: Имран ибн Муслим, от Абдуллаха ибн Динара, — неприемлемый в хадисах, от него передавал Яхья ибн Сулайм. И так же следовал ему Ибн Абу Хатим в этом
различении между ними, и сказал о том, кто передаёт от Абдуллаха ибн Динара: я слышал моего отца, говорившего: он неприемлемый в хадисах, и он подобен неизвестному, — и так же различал между ними Ибн Абу Хайсама, Якуб ибн Суфьян, Ибн Ади и аль-Укайли. А ад-Даракутни отверг это в «аль-Иляль» в биографии Абдуллаха ибн Динара, от Ибн Умара, и сказал: он и есть он, без сомнения. И сказал Ибн Абу Хатим: рассказал нам Абу Зияд, от Абд ар-Рахмана ибн Махди, упомянувшего Имрана ибн Муслима аль-Джу‘фи, сказав: он был прямым в хадисах. Тогда я спросил моего отца об Имране аль-Касыре, и он сказал: нет в нём вреда. Он сказал: и я спросил моего отца об Имране, который передавал от Анаса, сказавшего: я служил Пророку ﷺ десять лет, а от него (передавал) Джа‘фар ибн Буркан, — он сказал: считают, что это Имран аль-Касыр, но он не слышал от Анаса. А аль-Укайли выделил Имрана ибн Муслима отдельно от Имрана аль-Касыра, от Анаса, и упомянул для него этот хадис. И сказал Ибн Ади в биографии Суваида ибн Абд аль-Азиза: Имран аль-Касыр — это Ибн Муслим, басриец, редкий в хадисах, а Имрана, передающего от Абдуллаха ибн Динара, он отнёс к мекканцам. И сказал Ибрахим ибн аль-Джунайд: я спросил Яхью ибн Ма‘ина о Халиде ибн Раббахе, и он сказал: басриец, нет в нём вреда, он передаёт от Имрана Абу Бакра, и он сказал: это Имран аль-Касыр, он ничего не стоит.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: из вышесказанного стало ясно, что большинство считает, что Имран аль-Касыр, чья биография разбирается здесь, — басриец, и это тот, от кого передавали оба шейха (аль-Бухари и Муслим), и в нём нет вреда, — в отличие от Имрана ибн Муслима аль-Макки, который неприемлем в хадисах. Обрати на это внимание.
Передали от него аль-Бухари, автор (составитель), Абу Дауд, ат-Тирмизи и ан-Насаи, и в этой книге у него всего три хадиса, вот этот под номером (٧٦٩), и (١٢٢٦): «Ниспослан аят о мут'а в книге Аллаха…», и (٢٥٧٦): «Если хочешь — потерпи, и тебе — рай…» — хадис.
4 — (Кайс ибн Са‘д) аль-Макки, Абу Абд аль-Малик, или Абу Абдуллах аль-Хабаши, надёжный [6], умер в сто с небольшим лет (خت م د س ق), упомянут ранее во «Введении» 4/21.
Остальные двое упомянуты в главе.
Его слово (بهذا الحديث — «этим хадисом») означает, что Кайс ибн Са‘д передал этот хадис с иснадом, приведённым ранее, а именно от Тавуса, от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах).
[Внимание]: этот риваят Кайса ибн Са‘да от Тавуса привёл Абу Аваана в своём «Муснаде» (2/39), сказав:
(2232) — рассказал нам Абу Умайя, сказал: рассказал нам Мансур ибн Суфьян (аль-‘Ин) и рассказал нам Язид ибн Синан, от Шайбана аль-Убулли, от Махди ибн Маймуна, сказал: рассказал нам Имран аль-Касыр, от Кайса ибн Са‘да, от Тавуса, от Ибн Аббаса, сказал: пророк ﷺ, когда вставал, произносил такбир, затем говорил: «О Аллах, Тебе хвала, Ты — поддерживающий небеса и землю и тех, кто в них, Ты — свет небес и земли и того, что в них, Тебе хвала, Господь небес и земли и тех, кто в них, Ты — истина, обещание Твоё — истина, встреча с Тобой — истина, рай — истина, огонь — истина, час — истина. О Аллах, Тебе я предался, в Тебя уверовал, на Тебя положился, к Тебе обратился, ради Тебя враждовал, к Тебе обращаюсь за судом, Ты — наш Господь, и к Тебе возвращение. Господь, прости мне то, что я скрыл, и то, что явил, и то, что совершил прежде, и то, что совершу после. Боже мой, нет божества, кроме Тебя»». Конец цитаты. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и место упокоения, и Он достаточен нам, и прекрасен Покровитель.
И с непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да смилуется над ним Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[1811] (775) — «Рассказали нам Мухаммад ибн аль-Мусанна, Мухаммад ибн Хатим, Абд ибн Хумайд и Абу Ма‘н ар-Ракаши, сказали: рассказал нам Умар ибн Юнус, рассказал нам Икрима ибн Аммар, рассказал нам Яхья ибн Абу Касир, рассказал мне Абу Салама ибн Абд ар-Рахман ибн Ауф, сказал: я спросил Аишу, мать верующих, чем начинал пророк Аллаха ﷺ свою молитву, когда вставал ночью? Она сказала: когда он вставал ночью, он начинал свою молитву так: «О Аллах, Господь Джибриля, Микаиля и Исрафиля, Создатель небес и земли, Знающий сокровенное и явное, Ты рассудишь между рабами Твоими в том, в чём они разногласили, направь меня к истине в том, в чём разошлись, с Твоего дозволения, поистине, Ты направляешь, кого пожелаешь, к прямому пути»».
Передатчики этого иснада: девять.
1 — (Абд ибн Хумайд) упомянут ранее, в предыдущей главе.
4 — (Абу Ма‘н ар-Ракаши) это: Зайд ибн Язид ас-Сакафи аль-Басри, надёжный [11] (м), упомянут ранее в «Вере» 57/328.
5 — (Умар ибн Юнус) ибн аль-Касим аль-Ханафи, Абу Хафс аль-Ямами, надёжный [9] (умер 206) (‘айн), упомянут ранее в «Вере» 12/155.
6 — (Яхья ибн Абу Касир) упомянут ранее, в предыдущей главе.
7 — (Абу Салама ибн Абд ар-Рахман ибн Ауф) упомянут ранее, в предыдущей главе.
Остальные упомянуты в главе.
Тонкости этого иснада:
1 — (в их числе): что он из шестизвенных иснадов автора (да смилуется над ним Аллах), и у него в нём четверо из шейхов, объединённых вместе ввиду совпадения формы передачи.
2 — (в их числе): что его передатчики — передатчики «джама‘а», кроме трёх его шейхов: Мухаммад ибн Хатим — им передавал только он и Абу Дауд; Абд ибн Хумайд — аль-Бухари привёл от него в форме «та‘лик», а из основного текста передавали от него только он и ат-Тирмизи; Абу Ма‘н передавал только он; что касается Мухаммада ибн аль-Мусанны, то он — из шейхов шестерых (авторов сборников) без посредника.
3 — (в их числе): что в нём есть риваят табиина от табиина.
4 — (в их числе): что в нём Аиша (да будет доволен ею Аллах) — из семи многопередающих, передала (2210) хадисов.
Толкование хадиса:
(от Абу Саламы ибн Абд ар-Рахман ибн Ауфа), что он (сказал: я спросил Аишу, мать верующих) (да будет доволен ею Аллах) (чем начинал пророк Аллаха ﷺ свою молитву, когда вставал ночью) — то есть: ночью, или в какую-то часть ночи, так что «мин» здесь в значении «фи» («в»), либо указывает на частичность, как было разъяснено ранее (сказала) Аиша (да будет доволен ею Аллах): (он) ﷺ (когда вставал ночью, начинал свою молитву так) — а в риваяте Абу Дауда: «когда он вставал, произносил такбир, и говорил…», и в этом указание, что он произносил это после такбира ихрама, и нет противоречия между этим хадисом и другими хадисами, как хадис Али (да будет доволен им Аллах), который приводится далее, и хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), приведённый ранее: «О Аллах, отдали меня от моих грехов…» — хадис приведён под номером [1352] (598), потому что это следует понимать так, что он ﷺ иногда начинал этим, а иногда тем, и Аллах Всевышний знает лучше. И его слово («О Аллах, Господь Джибриля») — сказанное в качестве подразумеваемого «говоря», то есть: начинал молитву, будучи в состоянии произнесения: «О Аллах… и так далее».
[Внимание]: сказал ат-Тибий (да смилуется над ним Аллах): относительно его слова «Господь Джибриля… и так далее» было сказано: не допускается постановка слова «رب» («Господь») в винительном падеже как определения (сифа), потому что удвоенная «мим» подобна междометиям, а то, к чему она присоединена, не может иметь определения, поэтому подразумевается: «о Господь Джибриля». Сказал аз-Заджжадж: это мнение Сибавейхи, а по-моему, это определение (сифа), ибо как не запрещается определение с «йа» (обращением), так не запрещается и с «мим». Сказал Абу Али: мнение Сибавейхи, по-моему, вернее, потому что среди определяемых имён нет ничего подобного «Аллахумма», и поэтому оно отличается от прочих имён и вошло в разряд того, что не принимает определения, подобно «хаййа-аля», ибо оба они стали подобны звуку, присоединённому к имени, и потому не принимают определения. Конец цитаты.
(и Микаиля, и Исрафиля) — сказали учёные (да смилуется над ними Аллах Всевышний): он выделил их особо, хотя Аллах Всевышний — Господь всех творений, как это установлено в Коране и сунне относительно подобных случаев, то есть присоединение (имени) к каждому великому по положению и большому по значению, а не к тому, что считается ничтожным и малым; так говорится о Нём (Свят Он и Велик): Господь небес и земли, Господь благородного Трона, Господь ангелов и духа, Господь двух востоков и двух западов, Господь людей, Владыка людей, Бог людей, Господь миров, Господь всякой вещи, Господь пророков, Творец небес и земли, Создатель небес и земли, Сделавший ангелов посланниками — и всё это и подобное ему есть описание Его (Свят Он и Велик) через указания на величие, огромное могущество и власть, и это не употребляется в отношении того, что считается ничтожным и малым: не говорится «Господь насекомых», «Творец обезьян и свиней» и тому подобное в единичном виде, а говорится: Творец творений, Творец всякой вещи, и тогда это входит в общее значение, и Аллах Всевышний знает лучше. Сказал это ан-Навави (да смилуется над ним Аллах).
И сказано в «аль-Манхаль»: он выделил особым упоминанием именно этих трёх ангелов из числа других — в знак почёта и возвеличивания их, поскольку через них упорядочиваются дела рабов: ведь Джибриль был поручен откровению и ниспосланию небесных писаний пророкам (мир им и благословение) и обучению шариатам и предписаниям религии; Микаиль поручен всеми дождями, растениями и пропитанием сынов Адама и прочих; а Исрафиль поручен Хранимой Скрижалью, и именно он дует в рог. Конец цитаты.
(Создатель небес и земли) — то есть: их Создатель и Начинатель их творения (Знающий сокровенное и явное) — то есть: то, что скрыто от рабов, и то, что они наблюдают, что явлено им. Сказал аль-Куртуби (да смилуется над ним Аллах): сокровенное — это то, что скрыто от нашего взора, а явное — это то, что мы наблюдаем, то есть узнаём.
…«своим свидетельством». Конец. (Ты рассудишь) то есть: рассудишь в День воскресения, различив между правым и неправым воздаянием и наказанием, (между рабами Твоими в том, в чём они разногласили) то есть: в земной жизни относительно дел своей религии, — Ты накажешь ослушника, если пожелаешь, и вознаградишь покорных. (Наставь меня) то есть: утверди меня на нём, или прибавь мне наставления на прямой путь, подобно словам Всевышнего: «Веди нас прямым путём» (Аль-Фатиха, 6). Аль-Куртуби сказал: то есть: направь меня и укажи мне верное в том, о чём разногласили. (К истине из того, в чём разногласили) — глагол дан в форме страдательного залога.
Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: предлог «ли» здесь в значении «иля» («к»), — говорят: «направил его к тому-то», «для того-то». «Ма» — относительное местоимение. То, о чём разногласили с приходом пророков, — это прямой путь, к которому они призывали людей, а люди разошлись во мнениях относительно него, как сказал Всевышний: «И послал Аллах пророков благовестниками и увещевателями и ниспослал с ними Писание с истиной, чтобы оно рассудило между людьми в том, в чём они разошлись во мнениях» (аль-Бакара, 213). Как будто было сказано: наставь меня на прямой путь, а просьба о наставлении здесь есть просьба о твёрдости на нём, или просьба о прибавлении к дарованным милостям, или о достижении целей, вытекающих из него. Конец.
Его слово (из истины) — пояснение к «ма». (По твоему дозволению) то есть: по Твоему предоставлению возможности и подчинению. Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: смысл «дозволения» здесь — облегчение и упрощение, как иносказание: ведь если скрытый за завесой властитель поднимает завесу, это и есть его дозволение войти к нему. Конец.
(Поистине, Ты наставляешь, кого пожелаешь, на прямой путь) то есть: путь истины, в котором нет кривизны, — это религия ислама. Он назван «сырат» («путь»), потому что он ведёт к цели, подобно тому как чувственно воспринимаемая дорога ведёт к ней же. Это предложение — обоснование просьбы о наставлении, обращённой к Нему (Пречист Он и Возвышен): то есть, потому что Ты наставляешь, кого пожелаешь... и так далее. Аллах же лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и на Него уповаем, и на Него полагаемся.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) — из числа хадисов, приведённых составителем (да помилует его Аллах) в одиночку.
[Замечание]: об этом хадисе учёные высказывались и ослабляли его из-за единоличной передачи Икримы ибн Аммара, — они ослабили его передачу от Яхьи ибн Абу Касира. Хафиз Ибн Раджаб (да помилует его Аллах) сказал в «Шарх Ыляль ат-Тирмизи»: Икрима ибн Аммар аль-Ямами — надёжный (сика), однако его риваят от Яхьи ибн Абу Касира, в частности, спутан, — у него не было записи (китаб) от него, — так сказали Яхья аль-Каттан, Ахмад, аль-Бухари и другие. А его риваят от Ияса ибн Салямы ибн аль-Аква — достоверен (мутканун), — так сказал Ахмад. И сказал в риваяте Харба: он твёрд (сика) во всём, кроме Яхьи. И был осуждён его хадис от Яхьи, от Абу Салямы, от Аиши (да будет доволен ею Аллах) о начале молитвы Пророком ﷺ ночью — то есть именно этот хадис. Конец.
И ранее в «Шарх аль-Мукаддима» уже упоминалось, что этот хадис — из числа тех, которые хафиз Абу-ль-Фадль ибн Аммар (да помилует его Аллах) поставил в упрёк составителю (да помилует его Аллах), — обратись к этому месту и извлечёшь пользу.
Итог таков: этот хадис относится к числу тех, ответ за приведение которых составителем (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе» в качестве основного источника затруднителен, при том что Икрима ибн Аммар передаёт его единолично от Яхьи ибн Абу Касира, а ты уже слышал, как эти имамы ослабили его передачу от него, и я не нахожу для него сопутствующего (мутаби‘), — разве что составитель (да помилует его Аллах), обладая широкой осведомлённостью, нашёл для него сопутствующего. Аллах же лучше знает истину.
(Второй вопрос): о его источниках:
Привёл его (составитель) здесь [28/1811] (770), а также (Абу Дауд) в «Книге молитвы» (767 и 768), (ат-Тирмизи) в «Книге мольб» (3420), (ан-Насаи) в «Книге ночного стояния» (1625) и в «Кубра» (1322), (Ибн Маджа) в «Книге установления молитвы» (1357), (Ахмад) в своём «Муснаде» (6/156), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (1153), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (2600), (Абу Аввана) в своём «Муснаде» (2244 и 2245), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (1760), (аль-Байхаки) в «Кубра» (3/5), (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (952). Аллах же лучше знает.
(Третий вопрос): о пользах, извлекаемых из хадиса:
1 — Из них: разъяснение того, какими поминаниями открывается ночная молитва.
2 — Из них: разъяснение того, что он ﷺ обращался с этой мольбой и подобной ей в ночной молитве из смирения и трепета, и чтобы его община подражала ему в мольбе, смирении и хорошем взывании.
3 — Из них: разъяснение достоинства этих ангелов (мир им) и того, что они превосходят прочих ангелов.
4 — Из них: разъяснение того, что рабу следует просить у Аллаха Всевышнего наставления на путь истины, ибо Он Всевышний — наставляющий на это.
5 — Из них: разъяснение того, что наставление находится в руке Аллаха Всевышнего, и никто, кроме Него (Пречист Он и Возвышен), не властен над этим, — сказал Всевышний: «Поистине, ты не ведёшь прямым путём тех, кого любишь, но Аллах ведёт прямым путём, кого пожелает» (аль-Касас, 56). Аллах же лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — Достаточен нам, и прекрасен Попечитель.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[1812] (771) — (Рассказал нам Мухаммад ибн Абу Бакр аль-Мукаддами, рассказал нам Юсуф аль-Маджишун, рассказал мне мой отец, от Абд ар-Рахмана аль-А‘раджа, от Убайдуллаха ибн Абу Рафи‘, от Али ибн Абу Талиба, от Посланника Аллаха ﷺ, что он, когда вставал на молитву, говорил: «Я обратил своё лицо к Тому, Кто сотворил небеса и землю, будучи ханифом, и я не из числа многобожников. Поистине, моя молитва, мой обряд поклонения, моя жизнь и моя смерть — для Аллаха, Господа миров, у Которого нет сотоварища. Это мне повелено, и я из числа предавшихся (мусульман). О Аллах, Ты — Владыка, нет божества, кроме Тебя, Ты — мой Господь, а я — раб Твой. Я причинил несправедливость самому себе и признал свой грех, — прости же мне все мои грехи, ибо никто не прощает грехи, кроме Тебя. И наставь меня на лучшие из нравов, — никто не наставляет на лучшие из них, кроме Тебя. И отврати от меня дурные из них, — никто не отвращает от меня дурные из них, кроме Тебя. Вот я перед Тобой и в услужении Тебе, и всё благо — в Твоих руках, а зло не восходит к Тебе. Я — благодаря Тебе и к Тебе, благословен Ты и возвышен, прошу у Тебя прощения и каюсь пред Тобой». А когда совершал поясной поклон, говорил: «О Аллах, Тебе я поклонился, и в Тебя уверовал, и Тебе предался; смирились пред Тобой мой слух, мой взор, мой мозг, мои кости и мои жилы». А когда поднимался (из поясного поклона), говорил: «О Аллах, Господь наш, Тебе хвала, полная небес, и полная земли, и полная того, что между ними, и полная того, что Ты пожелаешь ещё, помимо этого». А когда совершал земной поклон, говорил: «О Аллах, Тебе я пал ниц, и в Тебя уверовал, и Тебе предался; пал ниц лицом моим пред Тем, Кто сотворил его и придал ему облик, и разверз его слух и зрение. Благословен Аллах, лучший из творцов». Затем последним из того, что он говорил между ташаххудом и таслимом, было: «О Аллах, прости мне то, что я совершил прежде, и то, что совершу после, и то, что скрыл, и то, что явил, и то, в чём переступил меру, и то, что Тебе ведомо лучше, чем мне. Ты — Выдвигающий вперёд, и Ты — Отодвигающий назад, нет божества, кроме Тебя»).
Передатчики этого иснада: шесть.
1 - («Мухаммад ибн Абу Бакр аль-Мукаддамий») — это: Мухаммад ибн Абу Бакр ибн Али ибн Ата ибн Мукаддам ас-Сакафи, их вольноотпущенник, Абу Абдуллах аль-Басрий, надёжен (сика) [10] (умер в 234 г.) (Бухари, Муслим, Насаи), уже упоминался в «Книге веры» 10/145.
2 - («Юсуф аль-Маджишун») — это: Юсуф ибн Якуб ибн Абу Салама аль-Маджишун, Абу Салама аль-Мадани, надёжен (сика) [8].
Передавал от своего отца, от Салиха ибн Ибрахима ибн Абд ар-Рахмана ибн Ауфа, от Мухаммада ибн аль-Мункадира, аз-Зухри, Саида аль-Макбури, Абдуллаха ибн Урвы ибн аз-Зубайра, Утбы ибн Муслима аль-Мадани и других.
От него передавали Абу аль-Валид ат-Таялиси, Аффан, Арим, Мусаддад, Сурайдж ибн Юнус, Абд аль-Азиз ибн Абдуллах аль-Увайси, Сулейман ибн Дауд аль-Хашими, Яхья ибн Яхья ан-Нисабури, Али ибн аль-Мадини, Ахмад ибн Ханбаль, Убайдуллах ибн Умар аль-Кавариири, Мухаммад ибн Абу Бакр аль-Мукаддами и другие.
Ибн Маин, Абу Дауд и Якуб ибн Шейба сказали: надёжен (сика). Абу Хатим сказал: шейх. Ибн Абу Хайсама передал от Ибн Маина: нет в нём беды, мы приходили к нему, и он рассказывал нам хадисы в одном доме, а его невольницы в другом доме играли на мизафе. Аль-Халили сказал: надёжен, дожил до преклонных лет, так что застал его Али ибн Муслим; он и его братья допускали снисходительность в слушании, но в хадисах они надёжны.
Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных» и сказал: умер в 183 или 184 году, другие же говорят: умер в 185 году. Аль-Бухари в своей «Истории» сказал: рассказал мне Харун ибн Мухаммад, сказал: умер Юсуф ибн аль-Маджишун в 184 или 185 году. Ибн Саад сказал: Юсуф говорил: я родился во времена Сулеймана ибн Абд аль-Малика.
Передавали от него аль-Бухари, автор (Муслим), ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа, и в этой книге у него только четыре хадиса: этот под номером (771), и хадисы (1752), (1932) и (2404).
3 - («Его отец») — Якуб ибн Абу Салама аль-Маджишун ат-Тайми, вольноотпущенник рода аль-Мункадира, Абу Юсуф аль-Мадани; имя Абу Саламы — Динар, а по другой версии — Маймун, правдив (садук) [4].
Передавал от Абу Хурайры, Абу Саида, Ибн Аббаса, Ибн Амра аль-Аараджа, Умара ибн Абд аль-Азиза, Асыма ибн Умара ибн Катады и других.
От него передавали двое его сыновей: Абд аль-Азиз и Юсуф, сын его брата Абд аль-Азиз ибн Абдуллах ибн Абу Салама, и другие.
Ибн Саад упомянул его в третьем поколении (табака) и сказал: имеет кунью Абу Юсуф, он и есть аль-Маджишун, так были прозваны он и его сын; среди них были люди, обладавшие фикхом и передававшие хадисы и знание, а у Якуба немного хадисов. Аль-Бухари передал от Харуна ибн Мухаммада: «аль-Маджишун» на персидском означает «роза». Мусаб аз-Зубайри сказал: он был прозван аль-Маджишуном потому, что обучал пению и держал певиц; он сидел в собраниях с Урвой ибн аз-Зубайром и с Умаром ибн Абд аль-Азизом во время его правления наместником, и Умар находил в нём приятное общество. Когда же Умар стал халифом, тот явился к нему, и Умар сказал ему: «Мы оставили тебя, когда оставили ношение шёлка (хазз)», и тот удалился от него. Аль-Маджишун помогал Раби‘а против Абу аз-Зинада. Якуб ибн Шейба сказал: рассказал нам Абд ар-Рахман ибн Мухаммад ибн Хабиб, рассказал нам Саввар ибн Абдуллах, рассказал мне мой отец, рассказал нам Исхак ибн Иса ибн Муса от Ибн аль-Маджишуна, который сказал: душа моего отца аль-Маджишуна была вознесена, мы положили его на носилки для омовения и сказали: понесём его. Пришёл обмывающий, чтобы обмыть его, и увидел, что жила у него внизу стопы шевелится, и оставил его. Он пробыл так три дня, затем пришёл в себя, сел прямо и сказал: «Принесите мне толокна (сувайк)», и выпил его. Мы спросили: «Расскажи нам, что ты видел?» Он сказал: «Душа моя была вознесена на седьмое небо, и было сказано: кто это? Ответили: аль-Маджишун. Сказано было: ему ещё не время, ему осталось жить столько-то и столько-то. Затем я спустился и увидел Пророка ﷺ, а Абу Бакр — справа от него, Умар — слева от него, а Умар ибн Абд аль-Азиз — перед ним. Я сказал тому, кто был со мной: он ближе всех сидит к Посланнику Аллаха ﷺ. Тот ответил: он поступал по истине во время несправедливости»». Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных».
Ибн Асакир сказал: Абу аль-Хусейн ибн аль-Каввас аль-Варрак сказал: Якуб умер в 164 году, — так он сказал, но это ошибка, на которую Абу аль-Касим не указал; верно же, если пожелает Всевышний Аллах, что это было в 124 году.
Передавали от него Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи и Ибн Маджа, а в этой книге у него только этот хадис.
4 - («Абд ар-Рахман аль-Аарадж») ибн Хурмуз, Абу Дауд аль-Мадани, надёжен, твёрд, факих (сика сабт факих) [3] (умер в 117 г.) (передают все шестеро), уже упоминался в «Книге веры» 23/192.
5 - («Убайдуллах ибн Абу Рафи») аль-Мадани, вольноотпущенник Пророка ﷺ, был писцом Али (да будет доволен им Аллах), надёжен (сика) [3].
Передавал от своего отца, от своей матери Сальмы, от Али (был его писцом), от Абу Хурайры, от Шукрана, вольноотпущенника Пророка ﷺ.
От него передавали его сыновья: Ибрахим, Абдуллах и Мухаммад, аль-Мутамир, аль-Хасан ибн Мухаммад ибн аль-Ханафия, Али ибн аль-Хусейн ибн Али, Салим Абу ан-Надр, Ибн аль-Мункадир, аль-Аарадж и другие.
Абу Хатим и аль-Хатыб сказали: надёжен. Ибн Саад сказал: был надёжен, много передавал хадисов. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных».
Передавала от него вся группа (аль-джама‘а), и в этой книге у него только четыре хадиса: этот под номером (771), и хадисы под номерами (877), (1066) и (2494).
6 - («Али ибн Абу Талиб») ибн Абд аль-Мутталиб ибн Хашим аль-Хашими, праведный халиф, умер (да будет доволен им Аллах) (в 40 году) (передают все шестеро), уже упоминался во «Введении» 2/2.
Тонкости этого иснада:
1 - («Из них») то, что он относится к числу шестизвенных иснадов (судасиййат) автора (да помилует его Аллах).
2 - («Из них») то, что он весь состоит из мединцев по цепочке передатчиков, кроме его собственного шейха, который был басрийцем.
3 - («Из них») то, что в нём трое таби‘инов, передававших друг от друга: аль-Маджишун — от Абд ар-Рахмана аль-Аараджа — от Убайдуллаха ибн Абу Рафи‘, а также передача передатчика от своего отца.
4 - («Из них») то, что его сподвижник — двоюродный брат Пророка ﷺ, муж его дочери, один из четырёх праведных халифов и один из десяти обрадованных раем, — умер тогда, когда умер, будучи наилучшим из ходящих по земле сынов Адама по единогласному мнению людей сунны, а Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса:
(«От Али ибн Абу Талиба») (да будет доволен им Аллах) («от Посланника Аллаха ﷺ, что он, когда вставал на молитву»)
В следующем риваяте: «Посланник Аллаха ﷺ, когда открывал молитву (истафтаха)», то есть начинал её; буквы «син» и «та» здесь избыточны (для усиления значения начала действия). Под молитвой здесь подразумевается то, что охватывает и обязательную, и добровольную молитву; на это указывает риваят Ибн Хиббана: «когда вставал на предписанную молитву», и риваят ад-Даракутни: «когда начинал предписанную молитву», и риваят ан-Насаи: «когда вставал совершать добровольную молитву». В этом ясное указание на то, что эти мольбы желательно (мустахабб) произносить как в обязательной, так и в добровольной молитве, и в этом опровержение тех, кто с этим не согласен и говорит, что это недопустимо в обязательной молитве, — да будет тебе это ясно.
(«Сказал») то есть после такбира открытия (тахрима); ведь в следующем риваяте: «Посланник Аллаха, когда открывал молитву, произносил такбир, а затем говорил: «Обратил я...» и т.д.», и в этом прямое указание на то, что эта мольба произносилась после такбира открытия, и в этом опровержение тех, кто утверждал, что она произносилась до такбира.
(«Обратил я лицо моё») то есть: направил своё лицо и очистил своё поклонение (от всего постороннего), — так сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах).
Аль-Азхари и другие сказали: смысл в том, что «я обратился лицом» (акбальту би-ваджхи), а по другому мнению — «я устремил своё поклонение и единобожие к Нему». Допустимо в слове «ваджхи» (وجهي) как сукун, так и фатха на «йа», и большинство чтецов читают с сукуном.
(«К Тому, Кто сотворил небеса и землю») то есть: положил начало их творению без предшествующего образца. Небеса упомянуты во множественном числе, а земля — нет, хотя земель тоже семь, подобно небесам; это потому, что имелся в виду род земель (в целом), а небеса упомянуты во множественном числе из-за их превосходства. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: это подтверждает верный, избранный мазхаб, которого придерживается большинство, — что небеса превосходят землю. По другому мнению, земли превосходят небеса, поскольку они являются местом пребывания пророков и местом их погребения, но это мнение слабое. Конец.
Сказал собиратель (сего труда), да простит его Аллах Всевышний: подобное исследование относится к излишним речам и к погружению в то, знание чего Аллах Всевышний не возложил на нас в качестве обязанности. Если бы в этом было благо, Аллах Всевышний разъяснил бы это в Своей Книге, или разъяснил бы это Посланник Аллаха ﷺ в своей сунне. Подобающим для мусульманина является воздержание от подобного и передача знания об этом Знающему сокрытое и явное, Могущественному, Мудрому.
Сказал кади Абу ат-Тайиб: небеса упомянуты во множественном числе, а земля — нет, поскольку мы получаем пользу из земель только от первого их слоя, в отличие от небес, ибо солнце, луна и звёзды распределены по ним. Говорят также, что причина в том, что у семи земель есть обитатели; аль-Байхаки передал от Абу ад-Духа от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), что он сказал относительно слов Всевышнего: «И из земли подобное им» (ат-Талак, 12): «Семь земель, и в каждой земле — пророк, подобный вашему пророку, и Адам, подобный вашему Адаму, и Нух, подобный вашему Нуху, и Ибрахим, подобный вашему Ибрахиму, и Иса, подобный вашему Исе». Он сказал: иснад этого достоверен от Ибн Аббаса, но само сообщение является совершенно странным (шазз), я не знаю передатчика, подтверждающего его от Абу ад-Духа. Конец цитаты.
Его слово (حنيفا) — стоит в винительном падеже как обстоятельство образа действия (хал), то есть: «я обратил своё лицо, находясь в состоянии моей приверженности единобожию (ханифийи)». Аль-Азхари и другие сказали: то есть «прямым, устремлённым». А аз-Заджжадж и большинство сказали: «ханиф» — это отклоняющийся, отсюда говорят «ахнаф ар-риджль» (о человеке с искривлённой стопой). Они сказали: здесь подразумевается отклоняющийся к истине, и его назвали так из-за множества противящихся ему. Абу Убайда сказал: «ханиф» у арабов — это тот, кто придерживается религии Ибрахима ﷺ. Конец цитаты.
В «Лисан аль-Араб» сказано: аль-Джаухари сказал: «ханиф» — это мусульманин, и прямоидущего назвали так же, как назвали ворона «одноглазым» (авар). И говорят «таханнафа-р-раджуль», то есть «совершил деяние ханифитов», а также говорят: «сделал обрезание», а также говорят: «отстранился от идолов и предался служению». Джиран аль-Авд сказал (в размере тавиль):
«Когда увидели рассвет, они устремились к его сиянию, подобно бегу куропаток пустыни ал-Батха, а они ещё быстрее.
И застали остатки ночи после того, как совершил молитву поклоняющийся, преданный единобожию».
Религия «ханиф» — это ислам, а «ханифийя» — это община ислама. В хадисе сказано: «Самая любимая Аллахом религия — снисходительная ханифийя». Этим словом описывают, говоря: «община ханифийская». Саалаб сказал: «ханифийя» — это склонность к чему-либо. Ибн Сида сказал: это ничего не значащее утверждение. Аз-Заджжаджи сказал: «ханиф» в эпоху невежества (джахилийи) — это тот, кто совершал хадж к Дому, совершал полное омовение после половой близости и делал обрезание. Когда пришёл ислам, «ханиф» стал означать мусульманина, и его назвали так за его отход от многобожия. Он сказал: Абу Убайд привёл (стих):
«Что подобно Кабу, кроме упорствующего нечестивца, отказавшегося с тех пор, как воссиял ислам, следовать единобожию?»
Абу Зайд сказал: «ханиф» — это прямоидущий, и привёл (стих, в размере вафир):
«Знайте, что вас поведёт к нам прямой путь, не отклоняющийся, ханиф».
Множественное число от «ханиф» — «хунафа».
Его слово (وما أنا من المشركين — «и я не из многобожников») — разъяснение и уточнение значения «ханиф». А «мушрик» (многобожник) применяется к любому неверующему: поклоняющемуся идолу или истукану, иудею, христианину, огнепоклоннику, вероотступнику (зиндику) и прочим.
Его слово (إن صلاتي — «поистине, молитва моя») — аль-Азхари сказал: «салят» — это собирательное название для такбира, чтения (Корана), поясного и земного поклонов, мольбы, свидетельства веры (тахаллуда) и прочего. (ونسكي — «и обряд поклонения мой») — с двумя даммами, и это, как сказал аль-Азхари, — служение (Аллаху), а «насик» — тот, кто посвящает своё служение исключительно Аллаху Всевышнему. Корень этого слова от «насика» — чистый расплавленный и очищенный от всякой примеси слиток серебра. «Насика» также означает жертвенное животное, посредством которого приближаются к Аллаху Всевышнему. Говорят также, что «нусук» — это то, что предписал Шариат. Присоединение этого слова к «моей молитве» относится к присоединению общего к частному.
(ومحياي وممائي — «и жизнь моя, и смерть моя») то есть моя жизнь и моя смерть. В обоих словах допускается как открытие «я» (фатха), так и её сукун, но большинство читает «мухьяя» с фатхой, а «маммати» с сукуном. (لله — «принадлежат Аллаху») то есть Он — их Создатель и Определяющий, или Он — их Владелец и Распорядитель ими, и никто другой не властен над ними. Говорят также: имеется в виду покорность (Аллаху) в жизни и благодеяния, связанные со смертью, как завещание и распоряжение имуществом, или: то, на чём я нахожусь в служении в своей жизни, и то, на чём я умру — всё это чисто посвящено Лику Аллаха Всевышнего. Предлог с последующим словом являются сказуемым (хабар) для «инна».
Его слово (رب العالمين — «Господа миров») — в родительном падеже как определение к «Аллах», либо как поясняющее приложение (атф баян). Аль-Вахиди и другие сказали: это лям принадлежности (лям аль-идафа), и у неё два значения: владение, как в выражении «имущество принадлежит Зайду», и принадлежность по назначению, как «седло — для коня». Оба значения имеются в виду здесь. Ранее в «Толковании введения» было разъяснено значение слова «Рабб» и слова «аль-Аламин» — обратись к этому и извлечёшь обильное знание.
(لا شريك له — «нет у Него сотоварища») — предложение, стоящее в винительном падеже как обстоятельство образа действия (хал) от «Аллах», то есть: в состоянии, когда Он ни с кем не делится (властью) в этих делах.
(وبذلك أمرت — «и этим повелено мне») то есть Аллах Всевышний повелел мне упомянутое единобожие, включающее искренность, как в словах, так и в убеждении. (وأنا من المسلمين — «и я из числа предавшихся») то есть покорившихся велению Аллаха, смиренных перед Ним, следующих Его повелениям.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: то есть мусульманин из числа мусульман, укоренившихся в предании себя (Аллаху), тех, кто предал огню (себя), — как это сделал Ибрахим, — и своё имущество гостям, и своих детей — для жертвоприношения, и вверил все свои дела Милостивому. Конец цитаты.
В следующем риваяте: «И я первый из мусульман». Аш-Шафии сказал: потому что он ﷺ был первым мусульманином этой общины.
Хафиз Ибн Касир (да помилует его Аллах) сказал: и слова Его (Свят Он и Велик): «И я первый из мусульман» (аль-Анам, 163) — Катада сказал: то есть из этой общины, и это верно, ибо все пророки до него призывали к исламу, а основа его — служение Аллаху одному, без сотоварища. Конец цитаты.
Знаток-хафиз аш-Шаукани (да помилует его Аллах) сказал: сказано в «аль-Интисар»: тот, кто не является Пророком ﷺ, должен говорить: «И я из числа мусульман». Это ошибка, происхождение которой — предположение, что смысл слов «И я первый из мусульман» — «я первый человек, обладающий этим качеством, после того как люди были далеки от него». Это не так, а смысл — в поспешности исполнения того, что ему повелено, и подобно этому: «Скажи: если бы у Милостивого был сын, то я первым из поклоняющихся» (аз-Зухруф, 81), и сказал Муса (мир ему): «И я первый из верующих» (аль-Араф, 143).
Сказал собиратель (сего труда), да простит его Аллах Всевышний: возражение аш-Шаукани не является ясным, и то, что сказано в «аль-Интисар», является явным смыслом (захир), тем более что достоверно установлено от него ﷺ, что он говорил это, как было указано выше, а Аллах Всевышний знает лучше.
Он сказал: явный смысл общего утверждения (итлак) таков, что нет различия в его словах «И я из числа мусульман» и «И я не из числа многобожников» между мужчиной и женщиной, и это верно, если иметь в виду сам человек (личность). А в «аль-Мустадрак» аль-Хакима, в риваяте Имрана ибн Хусайна, (сообщается), что Пророк ﷺ сказал Фатиме (да будет доволен ею Аллах): «Встань и присутствуй при своём жертвоприношении, и скажи: «Поистине, молитва моя и обряд поклонения мой»» — до слов «И я из числа мусульман», что подтверждает то, что мы упомянули. Конец слов аш-Шаукани (да помилует его Аллах), и это хорошее исследование.
Его слово (اللهم — «О Аллах») — аль-Азхари сказал: относительно этого слова есть два мнения грамматистов. Аль-Фарра сказал: изначально это было «йа Аллах, умма-на би-хайр» («О Аллах, направь нас к добру»), затем это выражение стало часто употребляться в речи и смешалось, и стали говорить «Аллахумма», подобно тому как говорят «халумма» («иди сюда»), изначально это «хал», к которому присоединили «умма», а затем оставили с открытым «мим». Аль-Халиль сказал: смысл этого слова — «йа Аллах», а удвоенное «мим» — замена звательной частицы «йа», и «мим» открыто из-за того, что перед ним стоящий «мим» с сукуном, и нельзя объединять их обоих, поэтому нельзя сказать «йа Аллахумма». Конец цитаты.
Сказал собиратель (сего труда), да простит его Аллах Всевышний: иногда их объединяют в поэзии, как в стихе (в размере раджаз):
«Поистине, когда случается со мной беда, я говорю: «О Аллах, о Аллах!»».
На это указал Ибн Малик своими словами:
«Только по необходимости выделено сочетание «йа» и «аль», кроме как со словом «Аллах» и передаваемыми выражениями (предложениями).
И чаще всего «Аллахумма» употребляется с заменой («йа» на «мим»), и редко встречается «йа Аллахумма» в поэзии».
Полезное замечание: некоторые из исследователей упомянули, что слово «Аллахумма» употребляется в трёх видах:
«Один из них»: чистый зов, например: «О Аллах, вознагради нас».
«Второй»: чтобы отвечающий упомянул её для закрепления ответа в сознании слушающего, например: «О Аллах, да», в ответ на вопрос: «Зейд стоит?»
«Третий»: чтобы она использовалась как указание на редкость, малую вероятность упоминаемого; например: «Я навещу тебя, о Аллах, если ты меня не позовёшь», ведь посещение при отсутствии просьбы редко; из этого же — слова составителей: «о Аллах, разве что будет сказано так-то». Сказано: в этих двух случаях она остаётся неизменяемой формой, ни в положении с падежным окончанием, ни построенной, поскольку выходит за рамки обращения-зова, то есть не является составной конструкцией. Однако выдающийся учёный ас-Саббан (да помилует его Аллах) в своём «Хашия на аль-Ашмуни» счёл более обоснованным сохранение за ней значения зова наряду с указанием на закрепление или редкость, так что она получает падежное окончание, как и в первом случае; а если даже принять иное мнение, то говорится, что это «обращаемое частицей избыточности», и на него распространяется соответствующее правило. Конец.
(«Ты — Владыка») то есть: способный на всё, истинный Владелец всех творений. («Нет божества, кроме Тебя») то есть: нет никого, достойного поклонения по праву, кроме Тебя. («Ты — мой Господь») то есть: мой Владелец, мой Господин, распоряжающийся всеми моими делами. («А я — Твой раб») то есть: признающий, что Ты — мой Владелец и мой Управитель, и что Твоё веление надо мной исполняется. А его слова: («Я причинил несправедливость самому себе и признаю свой грех») — это признание в том, что влечёт умаление достоинства души из-за соприкосновения с грехами, в порядке проявления смирения. Под «нафс» здесь подразумевается сущность, включающая в себя дух. Аль-Азхари (да помилует его Аллах) сказал: это признание в грехе, предшествующее просьбе к Аллаху (Свят Он и Велик) о прощении, подобно тому, как Адам (мир ему) был научен сказать при своём проступке: «Господь наш! Мы поступили несправедливо по отношению к самим себе, и если Ты не простишь нас и не помилуешь, то мы непременно окажемся в числе потерпевших убыток» (сура «Преграды», 23), и сказал Всевышний, повествуя об Адаме (мир ему): «И принял Адам от своего Господа слова, и Он принял его покаяние» (сура «Корова», 37). Конец.
(«Прости же мне все мои грехи») то есть: сокрой их Своим прощением и не взыскивай с меня за них. А его слова: («Поистине Он») с касрой, поскольку это стоит в положении начала новой фразы, и местоимение указывает на положение дел вообще, («не прощает грехи никто, кроме Тебя») — предложение, объясняющее причину его просьбы простить ему все грехи; то есть: потому что никто не прощает все грехи, кроме Тебя.
(«И направь меня к наилучшим нравственным качествам») то есть: наставь меня на путь правильных нравов, помоги мне обрести их и утверди меня в них.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слова «и направь меня к наилучшим нравственным качествам», то есть к самым совершенным и превосходным из них — это правильный нрав и воздержание от дурного. Сказано также: это означает исполнение прав и прощение непокорности, как сказано: «чтобы ты давал тому, кто лишил тебя, и прощал того, кто поступил с тобой несправедливо» (передал Ахмад в своём «Муснаде», 4/148–158). И Аллах Всевышний ответил на мольбу Своего Пророка ﷺ об этом, собрав для него то, что рассеяно среди обитателей миров, так что Аллах Всевышний сказал ему: «И поистине ты — на великом нраве» (сура «Перо», 4). Конец («аль-Муфхим», 2/401).
А его слова: («никто не направляет к наилучшим из них, кроме Тебя») — предложение, объясняющее причину просьбы о наставлении, как было упомянуто ранее. («И отврати от меня их дурное») то есть: удали от меня их порочное. А его слова: («никто не отвращает от меня их дурное, кроме Тебя») — также предложение, объясняющее причину.
(«Ляббайка») ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: учёные сказали: смысл этого — я пребываю в покорности Тебе, пребывание за пребыванием. Конец. Аль-Азхари (да помилует его Аллах) сказал: то есть я утвердился в покорности Тебе, утверждение за утверждением. Говорят: «либба би-ль-макан» и «альабба» — когда кто-то утвердился в месте, «либба» и «ильбаб» — это масдары. Изначальная форма «ляббайка» — «ляббайни», затем нун была отброшена ввиду присоединения, как сказал Ибн Малик в «Хуляса»:
«Нун, следующая за падежным окончанием или танвином, из того, к чему присоединяется — отбрось, как в случае с «Тур Сина»».
А «аль-лябб» — это пребывание в покорности. Сказал это аль-Азхари (да помилует его Аллах).
Выдающийся учёный ар-Рады (да помилует его Аллах) сказал: изначальная форма «ляббайка» — «уляббу ляка ильбабейн», то есть: я пребываю в покорности Тебе, отвечая Тебе, двумя пребываниями, от «альабба би-ль-макан» — когда кто-то утвердился в месте; затем глагол был отброшен, и масдар поставлен на его место, так получилось «ильбабейни ляка», затем были отброшены его добавочные буквы и предлог, и он был присоединён к местоимению — всё это для того, чтобы отвечающий поспешил услышать обращение своего зовущего. Конец.
(«И са‘дайка») то есть: я делаю счастливым Твоё веление и следую ему счастливым следованием за счастливым следованием, и следованием Твоей религии, которую Ты одобрил, следованием за следованием. Это выражение не употребляется иначе как после «ляббайка», поскольку является усилением к нему.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: «ляббайка» означает: ответ Тебе за ответом, а «са‘дайка» означает: содействие за содействием; оба они из масдаров, которые не употребляются иначе как в присоединённой и двойственной форме. Конец («аль-Муфхим», 2/401).
Сказал собиратель (да простит его Аллах Всевышний): он имел в виду, что «ляббай» и «са‘дай» не употребляются иначе как присоединёнными к местоимению, и редкостным исключением является присоединение «ляббай» к слову «йадай» (руки), как в стихе поэта [из размера мутакариб]:
«Я воззвал в беде моей к Мисвару, и он ответил, ответил рукам Мисвара».
Также редкостным исключением является присоединение её к местоимению отсутствующего лица в словах:
«И я сказал: «ляббайхи» тому, кто меня зовёт».
На это указал Ибн Малик (да помилует его Аллах) в «Хуляса», сказав:
«И некоторые из того, что присоединяется обязательно, не допускает присоединения явного имени, где бы оно ни встретилось, — как «вахда», «ляббай» и «давалай», «са‘дай», и редкостным исключением стало присоединение «йадай» к «ляббай»».
(«И всё благо в Твоих руках») смысл этого: признание того, что всякое благо, доходящее до рабов, и то, чьё достижение ожидается ими, — оно в Его (Свят Он и Велик) руках.
Аш-Шафии добавил, передавая от Муслима ибн Халида, от Мусы ибн Укба: «А ведомый по прямому пути — от того, кого Ты наставил». Аль-Хаттаби и другие сказали: в этом содержится указание на манеру поведения в восхвалении Аллаха Всевышнего и восхвалении Его тем, что к Нему причисляются прекрасные вещи, а не дурные, из соображений учтивости. Конец.
(«А зло не к Тебе») аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: то есть: оно не причисляется к Тебе в обращении и приписывании, из учтивости, хотя оно, как и благо, происходит по предопределению и творению Аллаха Всевышнего, как сказал Аллах Всевышний: «Скажи: всё от Аллаха» (сура «Женщины», 78), и сказал: «Если Аллах коснётся тебя бедой, то никто не устранит её, кроме Него, а если Он коснётся тебя благом, то Он способен на всякую вещь» (сура «Скот», 17). Конец («аль-Муфхим», 4/401–402).
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: это относится к тому, что необходимо толковать иносказательно, поскольку учение приверженцев истины состоит в том, что все происходящие явления — деяние Аллаха Всевышнего и Его творение, будь то благо или зло их, и потому необходимо это истолковать. Относительно этого у учёных пять мнений:
«Первое»: смысл в том, что этим не приближаются к Тебе. Так сказали аль-Халиль ибн Ахмад, ан-Надр ибн Шумайль, Исхак ибн Рахавайх, Яхья ибн Ма‘ин, Абу Бакр ибн Хузайма, аль-Азхари и другие.
«Второе»: передал шейх Абу Хамид от аль-Музани, и сказали также другие: смысл в том, что оно не приписывается Тебе в отдельности; не говорится: «о создатель обезьян и свиней», «о господь зла» и тому подобное, хотя Он — Создатель всякой вещи и Господь всякой вещи, и в этом случае зло входит в общее.
«Третье»: смысл в том, что зло не восходит к Тебе; восходит лишь доброе слово и праведное деяние.
«Четвёртое»: смысл в том, что зло не является злом по отношению к Нему, ибо Ты сотворил его по глубокой мудрости, и оно является злом лишь по отношению к творениям.
«Пятое»: передал аль-Хаттаби, что это подобно твоему выражению: «такой-то к роду такого-то», когда его причисляют к ним или он присоединился к ним. Конец.
Сказал собиратель (да простит его Аллах Всевышний): наиболее верным из этих мнений мне представляется первое, поскольку на него указывает контекст речи; за ним следует третье мнение, поскольку его смысл близок к первому. А Аллах Всевышний знает лучше.
(«Я через Тебя и к Тебе») то есть: моя опора — через Тебя, и моё прибежище и принадлежность — к Тебе. Аль-Азхари сказал: смысл этого — я прибегаю к защите через Тебя, ищу убежища у Тебя и обращаюсь к Тебе за прибежищем, как если бы он сказал: «Тобою я укрываюсь, к Тебе я прибегаю». Конец.
(«Благословен Ты») то есть: Ты заслужил хвалу; сказано также: у Тебя утверждено благо. Ибн аль-Анбари сказал: рабы обретают благословение через единобожие Тебе. Так сказал ан-Навави (да помилует его Аллах).
Ибн Манзур (да помилует его Аллах) сказал: слова «تبارك اللَّه» означают: Он свят, чист, превознесён, велик — этим качеством не обладает никто иной. Абу аль-Аббаса спросили о толковании «تبارك اللَّه», и он ответил: «поднялся высоко», а «متبارك» — это «возвышенный». Аз-Заджжадж сказал: «تبارك» — форма «تفاعل» от корня «البركة» (благословение), так говорят знатоки языка. Ибн аль-Анбари сказал: «تبارك اللَّه» означает: «испрашивается благословение Его именем во всяком деле». Конец слов Ибн Манзура, вкратце.
(«и Ты возвысился») то есть: Ты пречист от всего, что не подобает Твоему величию. («прошу у Тебя прощения») то есть: прошу Тебя скрыть мои грехи. Ар-Рагиб аль-Асфахани (да помилует его Аллах) сказал: «الغفر» — это облачение того, что оберегает от загрязнения; отсюда говорят «اغفر ثوبك في الوعاء» — «убери свою одежду в сосуд», и «اصبغ ثوبك فإنه أغفر للوسخ» — «окрась свою одежду, ибо это лучше скрывает грязь». А «الغفران» и «المغفرة» от Аллаха — это ограждение раба от того, чтобы его коснулось наказание. Конец.
(«и обращаюсь к Тебе с покаянием») то есть: возвращаюсь к покорности Тебе и обращаюсь к Тебе. Кающийся — это возвращающийся к покорности своему Господу после совершённого им греха и провинности, как сказал аль-Азхари (да помилует его Аллах).
Ар-Рагиб (да помилует его Аллах) сказал: покаяние — это оставление греха наилучшим образом, и это самый совершенный вид извинения, ведь извинение бывает трёх видов: либо извиняющийся говорит «я этого не делал», либо говорит «я сделал это по такой-то причине», либо говорит «я сделал, поступил дурно, но уже отступился» — четвёртого не бывает, и последнее из этого и есть покаяние. Покаяние же в шариате — это оставление греха из-за его безобразия, раскаяние в том, что было упущено, твёрдое намерение не возвращаться к нему и возмещение того, что возможно возместить из деяний повторным их совершением. Когда собираются эти четыре условия, покаяние становится полным. Конец.
[Замечание]: шейх Изз ад-Дин ибн Абд ас-Салям (да помилует его Аллах) сказал: если скажут: это обещание испросить прощение, ведь смысл «أستغفرك» — «прошу у Аллаха Всевышнего прощения», поскольку форма «استفعل» означает просьбу совершить действие; значит, это обещание, что мы будем просить у Него, а из обещания просить не следует непременное достижение искомого, то есть самой просьбы. Точно так же «أتوب إليك» — обещание покаяться, а не само покаяние по сути.
Ответ таков: это не обещание и не сообщение (хабар), а высказывание-побуждение к действию (иншаа). Разница между сообщением и таким высказыванием состоит в том, что сообщение указывает на то, что его содержание произошло до его произнесения или произойдёт после произнесения, тогда как высказывание-побуждение — это выражение, указывающее, что его содержание осуществляется одновременно с последней буквой этого выражения либо непосредственно после неё, — по этому вопросу есть разногласие среди учёных. Конец слов шейха Ибн Абд ас-Саляма (да помилует его Аллах).
(«А когда совершал поясной поклон, говорил: «О Аллах, Тебе я поклонился поясным поклоном»») то есть: смирился перед Тобой, а не перед кем-то иным, ибо смысл поясного поклона — это смирение, как передал в «Лисан аль-‘араб» от Са‘лаба. В вынесении вперёд предложного дополнения во всех этих фразах — указание на исключительность и ограничение. («и в Тебя») а не в кого-то иного («уверовал») то есть: удостоверился в истинности. («и Тебе») а не кому-то иному («предался») то есть: смирился и подчинился в покорности Тебе. («смирился перед Тобой») то есть: стал скромным и покорным перед Тобой, а не перед кем-то иным («мой слух») так что он не слышит ничего, кроме того, на слушание чего Ты дал разрешение («и моё зрение») так что оно не видит ничего, кроме того, на видение чего Ты дал разрешение. Слух и зрение выделены особо среди прочих органов чувств, потому что большинство бедствий связаны именно с ними; когда они смиряются, уменьшаются наваждения, а также потому, что обретение как переданного, так и умозрительного знания происходит через них. («и мой мозг») с даммой над «мим» и удвоенной «ха» — жировое вещество внутри кости, а также самое чистое в каждой вещи; иногда мозгом (в этом же слове) называют и головной мозг, как сказано в «аль-Мисбах». («и моя кость, и мои жилы») с двумя фатхами — сухожилия суставов, множественное число «а‘сааб», подобно «сабаб» — «асбааб».
Смысл: покорилось Тебе моё тело внутренне, как покорилось оно и внешне; этими тремя словами обозначено всё тело целиком, поскольку его существование опирается на них, а цель всего этого — усилить выражение покорности и смирения перед Аллахом (свят Он и велик).
Ас-Синди (да помилует его Аллах) сказал вкратце: приписывание смирения этим частям тела — иносказание о полноте смирения и покорности, то есть смирение достигло своего предела, так что его влияние проявилось в этих органах, и они стали смиренными перед своим Господом. Конец.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: смысл в том, что каждый из этих органов взял свою долю покорности и смирения, то есть успокоился и стал нуждающимся, хотя основа смирения — в сердце, однако его плод проявляется на членах и органах тела, и потому это было названо смирением, как сказал Всевышний: «Ты видишь землю смиренной» (Фуссилят, 39), то есть покорной и нуждающейся в воде, которой она оживает, — либо это в смысле достижения предела и уподобления, как сказано в стихе:
Нет во мне органа, в котором не было бы любви,
Как будто все мои органы были созданы сердцами.
Он сказал: и это тот свет, о котором просил Пророк ﷺ в упомянутом ранее хадисе Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах). Конец.
(«А когда поднимался, говорил: «О Аллах, Господь наш»») слово «Раббана» стоит в форме звательного падежа с опущенной звательной частицей, как сказал аль-Хариири (да помилует его Аллах) в «Мульхат аль-и‘раб»:
И опущение «йа» допустимо в обращении,
Как в их словах: «Раббу, ответь на мой зов».
(«Тебе хвала») — это подлежащее и сказуемое, причём сказуемое поставлено вперёд для выражения исключительности и ограничения, то есть: только Тебе, а не кому-то иному. А в следующем риваяте: «Раббана, ва лака-ль-хамд» («Господь наш, и Тебе хвала»); риваяты разошлись относительно добавления слова «Аллахумма», а также относительно наличия этого «и» (вав) или его отсутствия; разошлись также относительно того, является ли это «и» соединительным, избыточным или же выражающим обстоятельство (хал).
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал в «Шарх аль-Мухаззаб»: в достоверных хадисах, во многих риваятах, установлено: «Раббана лака-ль-хамд»; в других многочисленных риваятах — «Раббана ва лака-ль-хамд» с «вав»; в иных риваятах — «Аллахумма Раббана ва лака-ль-хамд»; а в других — «Аллахумма Раббана лака-ль-хамд», и всё это в «Сахихе».
Аш-Шафи‘и и сторонники его школы сказали: все эти варианты допустимы. Аль-Асма‘и сказал: я спросил Абу Амра о «вав» в словах «Раббана ва лака-ль-хамд», и он ответил: это избыточное «вав»; арабы говорят: «продай мне эту одежду», и собеседник отвечает: «да, она твоя за дирхем», — здесь «вав» избыточно.
[Я говорю]: возможно также, что оно соединительное, присоединённое к опущенному, то есть: «Раббана, мы покорились Тебе и восхвалили Тебя, и Тебе хвала». Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышнего).
Хафиз (Ибн Хаджар, да помилует его Аллах) сказал: слова «Аллахумма Раббана» установлены в большинстве путей передачи именно так, а в некоторых — без «Аллахумма»; наличие этого слова предпочтительнее, но оба варианта допустимы; при его наличии получается повторение обращения, как если бы он сказал: «О Аллах, о Господь наш».
А его слова «ва лака-ль-хамд» — так установлено добавление «вав» в многочисленных путях передачи, а в некоторых оно отсутствует. Ан-Навави сказал: избранное мнение таково, что нет предпочтения одного варианта перед другим. Ибн Дакык аль-Ыйд сказал: как будто наличие «вав» указывает на дополнительный смысл, ибо тогда получается подразумеваемое: «Господь наш, ответь [на молитву], и Тебе хвала», так что фраза охватывает и смысл мольбы, и смысл сообщения. Конец.
Это основано на том, что «вав» соединительное; сказано также, что оно избыточное; сказано также, что это «вав хал» (обстоятельства), как утверждал Ибн аль-Асир, ослабивший прочие мнения.
Он сказал: большинство учёных предпочли вариант с наличием этого «вав». Аль-Асрам сказал: я слышал, как Ахмад утверждал наличие «вав» в «Раббана ва лака-ль-хамд» и говорил: это установлено в нескольких хадисах. Конец слов хафиза (да помилует его Аллах) с некоторым сокращением.
(«полны небеса и полна земля») с кясрой на «мим»; допускается также нанесение фатхи или рафа на последнюю букву; среди тех, кто упомянул оба варианта, — Ибн Халавайх и другие; передано от аз-Заджжаджа, что допустим только раф, но Ибн Халавайх и большинство учёных отдали предпочтение насбу, и это же известно в риваятах хадиса; оно стоит в насбе как обстоятельство (хал), то есть: «наполняя», а смысл таков: если бы это было телом, оно заполнило бы [небеса и землю целиком], — сказал ан-Навави (да помилует его Аллах).
Составитель (да простит его Аллах) говорит: допустим насб слова «мил’» как определения к опущенному масдару, то есть: «хвалой, [равной] по наполнению»; либо как дополнение к опущенному глаголу, то есть: «я имею в виду»; а раф — как определение к «хвале» либо как сказуемое к опущенному подлежащему, то есть: «она [хвала]».
А «аль-мил’» с кясрой — это то, что вбирает в себя сосуд, когда он наполняется.
Аль-Хаттаби (да помилует его Аллах) сказал: это — уподобление и приближение к пониманию, а имеется в виду умножение числа, так что если бы это было представлено в виде тел, они заполнили бы собой [упомянутое]. А другой сказал: имеется в виду возвеличивание, подобно тому как говорят: «это слово заполняет собой все слои земли». И было сказано: имеется в виду награда и воздаяние за это. Конец.
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: по-моему, предпочтительнее оставить слова хадиса в их явном смысле, и что мешает тому, чтобы хвала была чем-то, заполняющим небеса и землю? Ведь многочисленными текстами установлено, что деяния будут взвешены в День воскресения, а известно, что взвешивается лишь то, что является чем-то ощутимым, — так нет нужды в тех натянутых толкованиях, которые они привели.
(«И заполнение того, что между ними») — в одной версии: «заполнение небес, и заполнение земли, и того, что между ними», то есть того, что находится между небесами и землёй.
(«И заполнение того, что Ты пожелаешь, помимо этого») — «заполнение» присоединено к первому [«заполнение»] и присоединено к «ма» относительному, а «пожелаешь» — его придаточное предложение, а «из вещи» — пояснение к «ма», а «помимо» — из наречий, построенных [неизменяемо] из-за его отсечения от изафета при сохранении в виду его смысла, и оно построено на дамме по сходству с предельными частицами, подобно «хайсу» и «мунзу». Сказано в «Хуляса»:
«И огласуй даммой построение [слова], если ты лишился того, к чему оно присоединяется, имея в виду то, чего лишился, — «кабль» подобно «гайр», «ба‘ду» — «хасбу», «аввалу», «дуна» и стороны света также, и «‘алу»».
А подразумеваемый [и опущенный] изафет здесь — это «небеса, земля и то, что между ними», и наречие связано с опущенным определением к слову «вещь». А под словами «из вещи» имеется в виду Трон (Арш), Подножие (Курси) и тому подобное из того, что во власти Аллаха (Свят Он и Велик).
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: возможно, что смысл его — «из чего-либо, что Он может сотворить, большее, чем небеса и земля», и возможно, что имеются в виду Трон и Подножие, ведь в хадисе [сказано]: «Поистине, небеса и земля в Подножии подобны кольцу, брошенному в пустыне земли, а Подножие и то, что в нём, в Троне подобны кольцу, брошенному в пустыне» — а Аллах Всевышний знает лучше. Он сказал: цель этого хадиса — довести до предела умножение хвалы и восхваления. Конец.
(«А когда совершал земной поклон, говорил: «О Аллах, Тебе я совершил земной поклон») то есть Тебе, а не кому-либо иному, и в выдвижении дополнения вперёд заключена идея ограничения и исключительности («и в Тебя уверовал») то есть в Тебя, а не в кого-либо иного я поверил, и здесь то же, что было сказано выше («и Тебе я предался») то есть покорился и подчинился, и Твоему повелению отдался («поклонился мой лик») то есть смирился, унизился и покорился («Тому, Кто сотворил его») то есть привёл его из небытия в бытие и излил на него благодеяния («и придал ему образ») то есть упорядочил его в определённой форме, как пожелал.
Хафиз Ибн Касир (да помилует его Аллах) относительно слов Всевышнего: «Он — Аллах, Творец, Создающий из небытия, Придающий форму» [аль-Хашр: 24] сказал буквально следующее: сотворение — это установление меры (такдир), а «бар'» — это «фарй», то есть исполнение и вывод к бытию того, что было определено и установлено, и не каждый, кто установил меру чего-либо и упорядочил это, способен исполнить это и привести в бытие, кроме Аллаха (Свят Он и Велик и Всевышен). Поэт сказал, восхваляя другого [размером «камиль»]:
«И поистине, ты исполняешь то, что определил, а некоторые из людей определяют, но не исполняют».
То есть: ты исполняешь то, что сотворил, то есть определил, в отличие от других, ибо они не способны на то, что желают. Итак, «хальк» — это установление меры, а «фарй» — исполнение, отсюда говорят: «палач определил, затем исполнил», то есть отрезал согласно тому, что определил, сообразно тому, чего желал. А слова Всевышнего «Творец, Создающий из небытия» означают: Тот, Кто, если пожелает чего-либо, скажет ему «будь!», и оно возникнет в том облике, который Он желает, в той форме, которую Он избирает, подобно словам Всевышнего: «В каком угодно облике Он тебя составил» [аль-Инфитар: 8]. И поэтому Он сказал: «Придающий форму», то есть Тот, Кто исполняет то, что желает привести в бытие, в том облике, который желает. Конец.
(«И расщепил его слух и зрение») то есть создал в нём слух и зрение. Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: этим присоединением слуха к лицу может воспользоваться в качестве довода тот, кто говорит, что уши являются частью лица, и потому их следует омывать вместе с ним омовением лица, но в этом нет довода, поскольку это противоречит его словам ﷺ: «А когда он протирает свою голову, грехи выходят из его головы, пока не выйдут из его ушей», — сделав ухо пределом для головы, значит, оно относится к ней, ибо мы утверждаем это в силу этого и различаем между слухом и ухом, ведь слух — это восприятие, находящееся в ухе, а не само ухо, и потому что лицо не включает в себя оба уха, как было сказано ранее. Конец.
(«Благословен Аллах») — то есть Он пречист, свят, возвышен и величествен, Аллах (Свят Он и Велик) («Лучший из творцов») с раф‘ом, будучи заменой (бадаль) от имени величия, то есть: Он — Лучший из придающих форму и устанавливающих меру, ибо Он — Творец истинный, единственно способный к сотворению и наделению [бытием], тогда как иные лишь производят обманчивые формы, в которых нет ничего от подлинного сотворения, при том что Он Всевышний — Творец всякого мастера и его изделия, как сказал Всевышний: «Аллах сотворил вас и то, что вы делаете» [ас-Саффат: 96].
Учёный аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: «Лучший из творцов» — искуснейший из мастеров, ведь тому, кто изготовил что-либо, говорят: «он сотворил это». Поэт сказал, восхваляя другого [размером «камиль»]:
«И поистине, ты исполняешь то, что определил, а некоторые из людей определяют, но не исполняют».
Он сказал: некоторые люди пошли по пути отрицания этого слова в отношении людей, полагая, что творение приписывается только Аллаху Всевышнему.
А Ибн Джурайдж сказал: Он сказал «Лучший из творцов» лишь потому, что Он Всевышний позволил Исе (мир ему) творить. И некоторые смутились в этом вопросе.
И слово это не отрицается в отношении людей в значении изготовления, а отрицается лишь в значении изобретения и приведения в бытие из небытия. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах).
Собиратель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: итог таков, что применение слова «сотворение» к кому-то, кроме Аллаха (Возвышен Он), в значении «изготовление» допустимо, поскольку это встречается в речи Аллаха Всевышнего, как в Его словах (Свят Он и Велик): «Благословен Аллах, Лучший из творцов» [аль-Му'минун: 14], где Он присоединил «лучший» к «творцам», и как в Его словах Всевышнего при перечислении того, чем Аллах облагодетельствовал Своего пророка Ису (мир ему): «И вот ты создаёшь из глины подобие птицы» [аль-Ма'ида: 110]. И если это встречается в Коране, то нет ни колебания, ни возражения — «и не сообщит тебе никто подобно Сведущему» [Фатыр: 14], а Аллах Всевышний лучше знает истину.
(«Затем») то есть после завершения поясного и земного поклонов («он произносил из последнего, что говорил») сочетание [предлога с существительным] служит выдвинутым вперёд сказуемым «якуну», предшествующим его имени, которым являются слова: «О Аллах, прости мне...» и так далее, а «ма» — относительное, и «якулю» — его придаточное предложение, из которого опущено возвратное местоимение, то есть: то, что он говорил («между ташаххудом и таслимом»), и его слова: («О Аллах, прости мне») — имя «якуну», приведённое как прямая цитата ввиду намерения передать сами эти слова («что я совершил ранее») то есть из дурного, а «ма» — относительное, дополнение к «прости» («и что отложил») то есть из деяния, то есть: всё, что было упущено мной, — сказал ат-Тыби; и было сказано: «что я совершил» — до пророчества, а «что отложил» — после него; и было сказано: «что отложил» — в Твоём знании из того, что Ты предопределил в отношении меня; и было сказано: смысл его в том, что если случится с ним в будущем какой-либо грех, то пусть он будет сопряжён с Твоим прощением, так что смысл испрашивания прощения до совершения [греха] в том, чтобы он был прощён, когда произойдёт («и что утаил, и что обнародовал») то есть все мои грехи, ибо они либо тайные, либо явные («и в чём я преступил меру») то есть в чём перешёл границу («и что Ты лучше знаешь, чем я») то есть мои грехи, которых я не знаю ни по числу, ни по количеству, ни по качеству («Ты — Выдвигающий вперёд, и Ты — Отодвигающий назад») было сказано: смысл его — «выдвигаешь вперёд, к кому пожелаешь, содействием к достижению ступеней опередивших, и отодвигаешь назад от их степеней того, кого пожелаешь, как того требует Твоя мудрость»; и было сказано: «выдвигаешь вперёд того из Своих приближённых, кого возлюбил, над остальными рабами Своими, и отодвигаешь назад от них того, кого удалил», так что нет выдвигающего вперёд то, что Он отодвинул назад, и нет отодвигающего назад то, что Он выдвинул вперёд.
И сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): то есть выдвигаешь вперёд, кого желаешь, — делаешь их пророками, приближёнными угодниками, учёными и добродетельными людьми, а отставляешь назад, кого желаешь, — делаешь его фараоном или Абу Джахлем; или даёшь власть, кому желаешь, и отнимаешь власть у кого желаешь. В целом всякое выдвижение и отставление — от Него. Конец цитаты (1).
Его слово («нет божества, кроме Тебя») — то есть нет истинного объекта поклонения, кроме Тебя, преславен Ты, мы не можем исчислить хвалы Тебе, Ты таков, как Сам восхвалил Себя. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — тот, у кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Вопрос первый): этот хадис Али (да будет доволен им Аллах) — из числа единичных передач составителя (да помилует его Аллах).
(Вопрос второй): о его выведении:
Его вывели: составитель здесь [28/1812 и 1813] (771), Абу Дауд в «Книге молитвы» (744, 760, 761 и 2509), ат-Тирмизи в «Книге молитвы» (266) и в «Книге молений» (3421, 3422 и 3423), ан-Насаи (2/129 и 220), Ибн Маджа в «Книге установления молитвы» (864 и 1054), Абу Аваана в своём «Мустадраке» (1607
и 1608), Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (1761 и 1762), ат-Таялиси в своём «Мусанаде» (152), Ибн Абу Шейба в своём «Мусаннафе» (1/232), Ахмад в своём «Мусанаде» (1/94, 102 и 103), ад-Дарими в своих «Сунан» (2/282), Ибн аль-Джаруд в «аль-Мунтака» (179), ат-Тахави в «Маани аль-асар» (1/199) и в «Мушкиль аль-асар» (1/488), Ибн Хузайма в своём «Сахихе» (462, 463 и 743), ад-Даракутни в своих «Сунан» (1/296), Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (1771, 1772 и 1773), аль-Байхаки в «аль-Кубра» (2/32), аль-Багави в «Шарх ас-сунна» (572). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): о его пользах:
1 — Из их числа: разъяснение некоторых поминаний, которыми открывается молитва, и это относится как к обязательной молитве, так и к дополнительной. Ат-Тирмизи, Абу Дауд и Ибн Хиббан вывели этот хадис с уточнением, что он относится к обязательной молитве, и в их формулировке: «Когда он встаёт на обязательную молитву». А в риваяте ад-Даракутни: «Когда он начинал обязательную молитву». Так же передал аш-Шафии, и он также уточнил, что речь идёт об обязательной молитве. Поэтому мнение о том, что это поминание относится исключительно к дополнительной молитве, как утверждают ханафиты, отвергается; а то, что аль-Муслим привёл этот хадис здесь в «Главе о ночной молитве», не указывает на его исключительную принадлежность к ней. Что же касается того, что встречается у ан-Насаи в формулировке: «Когда он встаёт совершать дополнительную молитву, он говорил: Аллах велик, я обратил лицо своё... и так далее», то в этом также нет довода на его исключительность для дополнительной молитвы, поскольку уточнение об обязательной молитве присутствует в большинстве риваятов Али (да будет доволен им Аллах).
Что же касается ответа некоторых ханафитов о том, что это было в обязательной молитве в начале дела, как сказано в «Шарх аль-Мунйа» Ибн Амира Хаджа, то это неверно, поскольку на это нет довода, так что вдумайся.
2 — Из их числа: имам Ибн Хиббан (да помилует его Аллах) привёл этот хадис в доказательство допустимости мольбы в молитве тем, чего нет в Коране, и возразил тому, кто утверждал иное. Он сказал в своём «Сахихе»: «Упоминание сообщения, ниспровергающего слова того, кто утверждал, что мольба в молитвах тем, чего нет в Писании Аллаха, делает молитву недействительной», после чего привёл этот хадис Али (да будет доволен им Аллах).
3 — Из их числа: то, что сказал ан-Навави (да помилует его Аллах): его слово («поклонилось лицо моё Тому, кто создал его, придал ему образ и раскрыл его слух») содержит довод в пользу мнения аз-Зухри о том, что уши относятся к лицу. Группа учёных сказала: они относятся к голове. Другие сказали: верхняя их часть относится к голове, а нижняя — к лицу. Ещё другие сказали: то, что обращено к лицу, относится к лицу, а то, что позади, относится к голове. Аш-Шафии и большинство учёных сказали: это два самостоятельных органа, не относящиеся ни к голове, ни к лицу, но они очищаются отдельной водой, и их протирание — сунна, в отличие от мнения шиитов.
Большинство ответило на аргумент аз-Зухри двумя ответами:
Первый: имеется в виду под «лицом» вся сущность целиком, как в словах Всевышнего: «Всё гибнет, кроме Лика Его», и это подтверждается тем, что земной поклон совершается и другими членами вместе с лицом.
Второй: вещь присоединяется к тому, что к ней прилегает, как говорят: «сады города». А Аллах знает лучше. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах) (1).
Сказал составитель, да простит его Аллах: вопрос о том, относится ли голова к лицу или нет, я подробно разобрал в «Шарх ан-Насаи» и отдал предпочтение мнению тех, кто говорит, что они относятся к голове, ввиду силы его доводов, обратись туда (2), извлечёшь пользу, и с Аллахом Всевышним содействие.
4 — Из их числа: в нём — желательность мольбы открытия молитвы тем, что содержится в этом хадисе, если только он не является имамом для людей, которые не предпочитают удлинение.
5 — Из их числа: в нём — желательность поминания при поясном поклоне, земном поклоне, выпрямлении и мольбы перед приветствием.
6 — Из их числа: разъяснение того, что зло не приписывается Аллаху. Уже приводились разногласия учёных о его смысле, и весьма удачно высказался имам Ибн аль-Каййим (да помилует его Аллах), сказав в своей книге «Шифа аль-алиль» в двадцать первой главе об очищении божественного предопределения от зла, при разборе аята: «Ты даёшь власть, кому пожелаешь» (Аль Имран, 26), буквально следующее: «Аят охватил Его власть в отдельности, Его распоряжение и всеобщность Его могущества, и заключил в себе, что все эти действия — в Его руке, и что все они — благо. Так лишение власти того, кого Он желает, и унижение того, кого Он желает, — благо, хотя это зло по отношению к лишённому, униженному, ибо это распоряжение вращается между справедливостью, милостью, мудростью и пользой и не выходит за их пределы, и всё это — благо, за которое Господь восхваляется и Ему воздаётся хвала, как Ему воздаётся хвала и восхваление за то, что Он очищен от зла и что оно не относится к Нему, как установлено в «Сахихе Муслима», что Посланник Аллаха ﷺ восхвалял своего Господа этим в мольбе открытия молитвы, в его словах: «Вот я перед Тобою, готов служить Тебе, и благо в Твоих руках, а зло не от Тебя, я через Тебя и к Тебе, благословен Ты и превознесён». Итак, Он преславен и превознесён от приписывания Ему зла, напротив, всё, что приписывается Ему, — благо, а зло стало злом лишь из-за прекращения его приписывания и отнесения к Нему; если бы оно относилось к Нему, оно не было бы злом. И Он, преславен Он, — Творец блага и зла, но зло — в некоторых Его творениях, а не в Его творении и действии, ибо Его творение, действие, предопределение и мера — всё это благо. Поэтому Он, преславен Он, очищен от несправедливости, суть которой — постановка вещи не на своё место, ибо Он не ставит вещи иначе как на подобающие им места, и это всё — благо, а зло — постановка вещи не на своё место; если же она поставлена на своё место, это не будет злом. Отсюда известно, что зло не относится к Нему, и Его прекрасные имена свидетельствуют об этом».
Затем он сказал: «Если ты скажешь: почему же Он сотворил его, если оно — зло? — я скажу: сотворение Им его и Его действие — благо, а не зло, ибо творение и действие связаны с Ним, преславен и возвышен Он, а зло невозможно связать с Ним и приписать Ему в качестве атрибута. А то зло, что есть в творении, — из-за неотнесения и неприписывания его к Нему, тогда как действие и творение относятся к Нему, и потому оно — благо». Конец слов Ибн аль-Каййима (да помилует его Аллах) (1), и это в высшей степени ценное исследование.
И сказал учёный-хафиз Ибн Абу аль-Изз (да помилует его Аллах) в «Шарх аль-акида ат-Тахавия», разъясняя смысл слов «а зло не от Тебя»: то есть Ты не творишь чистого зла, но во всём, что Ты творишь, есть мудрость, и с этой точки зрения это — благо, хотя в нём может быть зло для некоторых людей, и это частичное, относительное зло. А что касается общего или абсолютного зла, то Господь, преславен и возвышен Он, очищен от него, и это то зло, которое не от Него. Поэтому зло никогда не приписывается Ему в отдельности само по себе, но либо входит во всеобщность творений, как в словах Всевышнего: «Аллах — Творец всякой вещи» (Ар-Раад, 16), «всё от Аллаха» (Ан-Ниса, 78), либо приписывается причине, как в словах: «от зла того, что Он сотворил» (Аль-Фаляк, 2), либо его действующее лицо опускается, как в словах джиннов: «Мы не знаем, зло ли задумано для тех, кто на земле, или Господь их желает им блага» (Аль-Джинн, 10). И не всегда, когда сотворено то, чем страдает какое-либо живое существо, в этом нет мудрости, напротив, Аллах — из милости и мудрости такой, что меру Его никто не может измерить, кроме Аллаха Всевышнего. И не всегда, когда в творениях возникает то, что является частичным относительным злом, оно становится всеобщим абсолютным злом, — напротив, всеобщие, общие дела бывают только благом, или
(2) Смотри: «Захира аль-укба фи шарх аль-Муджтаба», 2/366-381.
(1) «Шифа аль-алиль», 1/179-180....пользой для рабов, подобно всеобщему дождю или посланию всеобщего посланника. Это указывает на то, что не допускается, чтобы Аллах подкреплял лжеца теми же чудесами, которыми Он подкреплял правдивых, ибо это было бы всеобщим злом для людей, вводящим их в заблуждение и портящим им их религию, их мирскую жизнь и их вечную жизнь. И это не подобно несправедливому правителю или врагу, ведь несправедливый правитель — через него Аллах непременно отводит зла больше, чем содержится в его несправедливости. Сказано: «шестьдесят лет с несправедливым правителем лучше одной ночи без правителя». А если предположить, что его несправедливость велика, то и в этом есть благо для религии, подобно тому как беды становятся искуплением грехов, а люди вознаграждаются за терпение перед ними, обращаются в них к Аллаху, просят у Него прощения и каются перед Ним. То же самое относится и к тому врагу, которого насылают на людей. Поэтому Аллах нередко даёт многим несправедливым правителям продолжительное владычество, тогда как лжепророкам Он не продлевает владычества надолго, а непременно губит их, ибо их порча всеобща — в религии, в мирской жизни и в вечной жизни. Всевышний сказал: «А если бы он [Мухаммад] сочинил про Нас некоторые слова, Мы схватили бы его за правую руку, а затем непременно перерезали бы ему аорту» [аль-Хакка: 44-46]. Здесь заканчивается речь Абу аль-Изза (да помилует его Аллах) — это весьма ценное исследование. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — достаточен нам, и прекрасен Покровитель.
По непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[1813] (…) — «И передал нам его Зухайр ибн Харб: передал нам Абд ар-Рахман ибн Махди (х), и передал нам Исхак ибн Ибрахим: сообщил нам Абу-н-Надр, — оба они сказали: передал нам Абд аль-Азиз ибн Абдуллах ибн Абу Салама от своего дяди аль-Маджишуна ибн Абу Саламы от аль-А‘раджа с этим же иснадом, и он сказал: посланник Аллаха ﷺ, когда открывал молитву, произносил такбир, затем говорил: «Я обратил своё лицо…», и говорил: «и я первый из мусульман», и говорил: а когда поднимал голову из поясного поклона, говорил: «услышал Аллах того, кто восхвалил Его; Господь наш, Тебе хвала», и говорил: «и придал ему образ, и прекраснейшим образом придал ему облик», и говорил: а когда произносил приветствие, говорил: «О Аллах, прости мне то, что я совершил прежде…» — до конца хадиса, и не упомянул, что между ташаххудом и приветствием он что-то говорил».
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — Зухайр ибн Харб, Абу Хайсама ан-Насаи, затем аль-Багдади, надёжный (сика), твёрдый [10-й слой] (умер в 234 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа), уже упоминался в «Мукаддиме», 2/3.
2 — Абд ар-Рахман ибн Махди аль-Анбари, их вольноотпущенник, Абу Саид аль-Басри, надёжный (сика), твёрдый (сабт), довод (худжа), имам [9-й слой] (умер в 198 г.) (все шестеро), уже упоминался в «Шарх аль-Мукаддима», ч. 1, с. 388.
3 — Исхак ибн Ибрахим ибн Рахавайх аль-Ханзали, Абу Йакуб аль-Марвази, надёжный (сика), твёрдый (сабт), факих, имам [10-й слой] (умер в 238 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), уже упоминался в «Мукаддиме», 5/28.
4 — Абу-н-Надр Хашим ибн аль-Касим ибн Муслим аль-Лайси, их вольноотпущенник, аль-Багдади, по прозвищу Кайсар, надёжный (сика), твёрдый (сабт) [9-й слой] (умер в 207 г.) (все шестеро), уже упоминался в «Мукаддиме», 6/36.
5 — Абд аль-Азиз ибн Абдуллах ибн Абу Салама аль-Маджишун аль-Мадани, переселившийся в Багдад, надёжный (сика), факих, автор сочинений [7-й слой] (умер в 164 г.) (все шестеро), уже упоминался в «Аль-Иман», 81/437.
6 — Его дядя аль-Маджишун ибн Абу Салама — это Абдуллах ибн Абу Салама ат-Тайми, их вольноотпущенник, аль-Мадани, надёжный (сика) [3-й слой] (умер в 106 г.) (Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи), уже упоминался в «ат-Тахара», 4/555.
Его слово («с этим иснадом») означает: с иснадом аль-А‘раджа, приведённым ранее, то есть от Убайдуллаха ибн Абу Рафи‘ от Али ибн Абу Талиба (да будет доволен им Аллах).
Его слово («и сказал: а когда произносил приветствие, говорил…» и т. д.) — нет противоречия между этими двумя риваятами, ибо смысл слов «а когда произносил приветствие, говорил…» таков: когда он намеревался произнести приветствие, — подобно словам Всевышнего: «А когда ты читаешь Коран, прибегай к защите Аллаха» [ан-Нахль: 98], то есть: когда ты намереваешься читать Коран. Таким образом, слова «О Аллах, прости мне…» и т. д. произносились перед приветствием.
При этом не исключено, что он произносил их в обоих местах — и перед приветствием, и после него.
[Примечание]: этот риваят Абд аль-Азиза ибн Абдуллаха ибн Абу Саламы от его дяди аль-Маджишуна привёл имам Ахмад (да помилует его Аллах) в своём «Муснаде», сказав:
(05) Передал нам Хашим ибн аль-Касим: передал нам Абд аль-Азиз — ибн Абдуллах ибн Абу Салама — от своего дяди аль-Маджишуна ибн Абу Саламы от аль-А‘раджа от Убайдуллаха ибн Абу Рафи‘ от Али ибн Абу Талиба (да будет доволен им Аллах), что Пророк ﷺ, когда открывал молитву, произносил такбир, затем говорил: «Я обратил своё лицо к Тому, Кто сотворил небеса и землю, единобожно, и я не из многобожников; поистине, моя молитва, мои обряды поклонения, моя жизнь и моя смерть — для Аллаха, Господа миров, нет у Него сотоварища; так мне повелено, и я первый из мусульман. О Аллах, Ты — Владыка, нет божества, кроме Тебя, Ты — мой Господь, а я — Твой раб, я причинил несправедливость самому себе и признаю свой грех, прости же мне все мои грехи, ведь никто не прощает грехи, кроме Тебя. О Аллах, наставь меня к наилучшим нравам, никто не наставляет к наилучшим из них, кроме Тебя, отврати от меня их скверные проявления, никто не отвращает их от меня, кроме Тебя. Вот я перед Тобою, и весь удел в Твоих руках, а зло не восходит к Тебе. Я — благодаря Тебе и к Тебе, Ты благословен и превознесён, прошу у Тебя прощения и каюсь перед Тобой». А когда совершал поясной поклон, говорил: «О Аллах, Тебе я поклонился, в Тебя уверовал, Тебе предался, смирились перед Тобой мой слух, моё зрение, мой мозг и мои кости и жилы». А когда поднимал голову, говорил: «Услышал Аллах того, кто восхвалил Его; Господь наш, Тебе хвала, полнотою небес и земли и того, что между ними, и полнотою всего, что Ты пожелаешь после этого». А когда падал ниц, говорил: «О Аллах, Тебе я пал ниц, в Тебя уверовал, Тебе предался; моё лицо пало ниц перед Тем, Кто создал его и придал ему облик, и прекраснейшим образом придал ему облик, и раскрыл его слух и зрение; благословен же Аллах, лучший из творцов». А завершив молитву и произнеся приветствие, говорил: «О Аллах, прости мне то, что я совершил прежде, и то, что отложил, и то, что скрыл, и то, что явил, и то, в чём преступил меру, и то, что Тебе ведомо обо мне лучше, чем мне самому; Ты — Выдвигающий вперёд, и Ты — Отодвигающий назад, нет божества, кроме Тебя».
Абдуллах (сын имама Ахмада) сказал: до нас дошло от Исхака ибн Рахавайха от ан-Надра ибн Шумайля, что он сказал об этом хадисе относительно слов «а зло не восходит к Тебе»: имеется в виду, что злом не приближаются к Тебе.
Передал нам Худжайн: передал нам Абд аль-Азиз от своего дяди аль-Маджишуна ибн Абу Саламы от Абд ар-Рахмана аль-А‘раджа от Убайдуллаха ибн Абу Рафи‘ от Али ибн Абу Талиба (да будет доволен им Аллах), от Посланника Аллаха ﷺ, что он, когда открывал молитву, произносил такбир, затем говорил: «Я обратил своё лицо…» — и привёл подобное, только сказал: «и отврати от меня их скверные проявления». Здесь заканчивается изложение, и Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах, и мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
Говорит составитель, бедный раб, нуждающийся в милости своего Господа, Богатого, Могущественного, Мухаммад, сын шейха, выдающегося учёного Али ибн Адама ибн Мусы, слуги знания в Мекке благородной:
я завершил написание тринадцатой части «Толкования на достоверный сборник имама Муслима», названного «Аль-Бахр аль-мухит ас-Саджджадж — толкование достоверного сборника имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа», в то время как муэдзин призывал к вечерней молитве в благословенный понедельник, 21/1/1427 г. хиджры, соответствующий 20 февраля 2006 г.
Прошу Аллаха Всевышнего, Господа великого Трона, сделать это чистым ради Его благородного Лика и причиной обретения садов блаженства для меня и для каждого, кто примет это со здравым сердцем; поистине, Он милостив и милосерден к Своим рабам.
И последняя наша молитва: «Хвала Аллаху, Господу миров» [Йунус: 10].
«Хвала Аллаху, Который направил нас к этому, и мы не последовали бы прямым путём, если бы Аллах не направил нас» [аль-Араф: 43].
«Пречист Господь твой, Господь величия, от того, что они приписывают Ему! И мир посланникам! И хвала Аллаху, Господу миров!» [ас-Саффат: 180-183].
«О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада, как благословил Ты род Ибрахима, поистине, Ты — Достохвальный, Славный. О Аллах, ниспошли благодать Мухаммаду и роду Мухаммада, как ниспослал Ты благодать роду Ибрахима, поистине, Ты — Достохвальный, Славный».
«Мир Пророку, и милость Аллаха, и Его благословения».
Далее, если пожелает Всевышний Аллах, следует четырнадцатая часть, начинающаяся главой (29) — «Глава о желательности продления чтения в ночной молитве», хадис номер [1814] (772).
«Пречист Ты, о Аллах, и хвала Тебе, свидетельствую, что нет божества, кроме Тебя, прошу у Тебя прощения и каюсь пред Тобой».
(29) — (ГЛАВА О ЖЕЛАТЕЛЬНОСТИ ПРОДЛЕНИЯ ЧТЕНИЯ В НОЧНОЙ МОЛИТВЕ)
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1814] (772) — («И передал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, передал нам Абдуллах ибн Нумайр, и Абу Муавия (переход иснада), и передал нам Зухайр ибн Харб, и Исхак ибн Ибрахим, — все от Джарира, все они от аль-Амаша (переход иснада), и передал нам Ибн Нумайр, и текст принадлежит ему, передал нам мой отец, передал нам аль-Амаш, от Саада ибн Убайды, от аль-Мустаурида ибн аль-Ахнафа, от Сылы ибн Зуфара, от Хузайфы, который сказал: «Я молился с Пророком ﷺ однажды ночью, и он начал читать суру «аль-Бакара». Я подумал: он совершит поясной поклон при достижении ста аятов, но он продолжил. Тогда я подумал: он прочтёт её целиком в одном ракяте, но он продолжил. Тогда я подумал: он совершит поясной поклон после неё. Затем он начал читать суру «ан-Ниса», и прочёл её. Затем начал читать суру «Аль Имран» и прочёл её, читая неспешно: когда проходил через аят, содержащий возвеличивание Аллаха, произносил возвеличивание; когда проходил через аят с мольбой, обращался с мольбой; когда проходил через аят с прошением защиты, просил защиты. Затем он совершил поясной поклон и стал говорить: «Пречист Господь мой Великий», и его поясной поклон был близок по продолжительности к его стоянию. Затем сказал: «Услышал Аллах того, кто восхвалил Его», затем стоял долго, почти столько же, сколько совершал поясной поклон. Затем совершил земной поклон и сказал: «Пречист Господь мой Всевышний», и его земной поклон был близок по продолжительности к его стоянию». Он [передатчик] сказал: «А в хадисе Джарира есть дополнение: он сказал: «Услышал Аллах того, кто восхвалил Его, Господь наш, Тебе хвала»»).
Передатчики этого иснада: их двенадцать:
1 — (Абу Бакр ибн Абу Шейба) — это: Абдуллах ибн Мухаммад ибн Абу Шейба Ибрахим ибн Усман аль-Куфи, васитского происхождения, надёжный (сика), хафиз, автор сочинений [10-й слой] (ум. 235) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа), был упомянут ранее во «Введении» 1/1.
2 — (Абдуллах ибн Нумайр) аль-Хамдани, Абу Хишам аль-Куфи, надёжный (сика), твёрдый (сабит), приверженец сунны, из старших представителей [9-го слоя] (ум. 199) в возрасте 84 лет (передают все шестеро авторов сборников), был упомянут ранее во «Введении» 2/5.
3 — (Абу Муавия) Мухаммад ибн Хазим ад-Дарир аль-Куфи, надёжный (сика), лучше всех людей запоминавший хадисы аль-Амаша, но иногда допускавший ошибки в хадисах от других, обвинялся в приверженности мурджиитскому учению, из старших представителей [9-го слоя] (ум. 195) в возрасте 82 лет (передают все шестеро), был упомянут ранее в «Книге веры» 4/117.
4 — (Зухайр ибн Харб) Абу Хайсама ан-Насаи, поселившийся в Багдаде, надёжный (сика), твёрдый (сабит) [10-й слой] (ум. 234) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа), был упомянут ранее во «Введении» 2/3.
5 — (Исхак ибн Ибрахим) ибн Рахавайх аль-Ханзали, Абу Якуб аль-Марвази, надёжный (сика), твёрдый (сабит), факих, имам [10-й слой] (ум. 238) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), был упомянут ранее во «Введении» 5/28.
6 — (Джарир) ибн Абд аль-Хамид ибн Курт ад-Дабби, Абу Абдуллах аль-Куфи, поселившийся в Райе и бывший там судьёй, надёжный (сика), с точной книгой [8-й слой] (ум. 188) (передают все шестеро), был упомянут ранее во «Введении» 6/50.
7 — (Аль-Амаш) Сулейман ибн Михран аль-Асади аль-Кахили, вольноотпущенник их, Абу Мухаммад аль-Куфи, надёжный (сика), твёрдый (сабит), хафиз, довод (худжжа), богобоязненный, однако практиковал тадлис [5-й слой] (ум. 147 или 148) (передают все шестеро), был упомянут ранее в «Разъяснении введения», часть 1, с. 297.
8 — (Ибн Нумайр) — это: Мухаммад ибн Абдуллах ибн Нумайр аль-Хамдани, Абу Абд ар-Рахман аль-Куфи, надёжный (сика), хафиз, добродетельный [10-й слой] (ум. 234) (передают все шестеро), был упомянут ранее во «Введении» 2/5.
9 — (Саад ибн Убайда) ас-Сулями, Абу Хамза аль-Куфи, надёжный (сика) [3-й слой], умер во время правления Умара ибн Хубайры в Ираке (передают все шестеро), был упомянут ранее во «Введении» 5/120.
10 — (Аль-Мустаурид ибн аль-Ахнаф) аль-Куфи, надёжный (сика) [3-й слой].
Передавал от Хузайфы, Ибн Масуда, Маакыля ибн Амира и Сылы ибн Зуфара.
От него передавали Саад ибн Убайда, Алькама ибн Марсад, Салама ибн Кухайль и Абу Хасин аль-Асади.
Ибн аль-Мадини сказал: надёжный (сика); Ибн Хиббан упомянул его в «Достоверных» («ас-Сикат»); Ибн Саад сказал в первом слое куфийцев: он был надёжным, и у него есть хадисы; аль-Иджли сказал: куфиец, табиин, надёжный.
Составитель [Муслим] и авторы четырёх сборников привели через него хадисы, и в этой книге у него только этот хадис.
11 — (Сыла ибн Зуфар) аль-Абси, Абу аль-Аля, а по другой версии Абу Бакр аль-Куфи, надёжный (сика), из старших табиинов [2-й слой].
Передавал от Аммара ибн Ясира, Хузайфы ибн аль-Йамана, Ибн Масуда, Али и Ибн Аббаса.
От него передавали Абу Ваиль, который старше его, Риби ибн Хираш, его современник, аль-Мустаурид ибн аль-Ахнаф, Абу Исхак ас-Субайи, Айюб ас-Сахтияни и другие.
Ибн Хираш сказал: куфиец, надёжный; аль-Хатыб сказал: был надёжным; Шуба сказал: сердце Сылы — из золота; Ибн Хиббан упомянул его в «Достоверных»; Халифа сказал: умер во время правления Мусаба ибн аз-Зубайра, то же сказал Ибн Саид, добавив: и был надёжным, и у него есть хадисы; Исхак ибн Мансур передал от Ибн Маина: надёжный; Ибн Халфун передал о признании его надёжности от Ибн Нумайра и Ибн Салиха, то есть аль-Иджли; Абу Ваиль сказал: я встретил Сылу, и, насколько я знал, он был благочестив; Ибн Абу Хатим передал через путь Шубы, от Абу Исхака, от Сылы, от Хузайфы (да будет доволен им Аллах), который сказал: сердце Сылы ибн Зуфара — из золота, — то есть оно светится подобно золоту.
Все составители сборников приводили через него хадисы, и в этой книге у него только два хадиса: этот, под номером (772), и хадис (2420): «Я непременно пошлю к вам верного человека...».
12 — (Хузайфа) ибн аль-Йаман, имя аль-Йамана — Хисль или Хусайль аль-Абси, союзник ансаров, сподвижник, сын сподвижника (да будет доволен ими обоими Аллах), умер в начале халифата Али (да будет доволен им Аллах) в 36 году (передают все шестеро), был упомянут ранее в «Разъяснении введения», часть 2, с. 457.
Тонкости этого иснада:
1 — (Среди них): этот хадис относится к «сюбаиятам» составителя (да помилует его Аллах) [то есть иснадам из семи звеньев], и у него в этой передаче три иснада, которые он объединил через приём «переход» (тахвиль). Его слово «все вместе» (جميعًا) относится к двум его шейхам — Зухайру и Исхаку, оба из которых передавали от Джарира ибн Абд аль-Хамида. А его слово «все они» (كلهم) относится к трём — шейхам его шейхов: Абдуллаху ибн Нумайру, Абу Муавии и Джариру ибн Абд аль-Хамиду, — все трое передавали от аль-Амаша.
2 — (Среди них): этот иснад состоит целиком из куфийцев, кроме Зухайра, который багдадец, и Исхака, который марвазиец.
3 — (Среди них): в нём присутствуют четверо табиинов, передававших друг от друга: аль-Амаш от Саада ибн Убайды, от аль-Мустаурида, от Сылы ибн Зуфара.
4 — (Среди них): сподвижник, о котором идёт речь, — сын сподвижника (да будет доволен ими обоими Аллах), и он был хранителем тайны Посланника Аллаха ﷺ, которому тот сообщил о том, что было и что будет вплоть до наступления Часа, как об этом говорится в «Сахихе» Муслима. И Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса:
(От Хузайфы) — да будет доволен им Аллах, — что он (сказал: «Однажды ночью я молился вместе с Пророком ﷺ») то есть в одну из ночей (и он начал с суры «Корова»), то есть начал чтение с суры «Корова» после «Фатихи», а её он не назвал потому, что она общеизвестна. (Я подумал: он совершит поясной поклон при достижении сотого аята, но он продолжил читать, и я подумал: он прочтёт её всю за один ракат») — в другой версии: «прочтёт её за один ракат» без предлога «в», и смысл таков: я предположил, что он прочтёт её всю, разделив на два раката, и под «ракатом» он имел в виду молитву целиком, состоящую из двух ракатов. Такое толкование необходимо, чтобы последующие слова были связными. Соответственно, слова «затем он продолжил» означают: он прочитал большую часть суры так, что у меня сложилось твёрдое предположение, что он совершит поясной поклон в первом ракате только в конце суры «Корова». Тогда я подумал: он совершит поясной поклон первого раката на ней, но он миновал её и начал суру «Женщины». Так сказал ан-Навави, да помилует его Аллах.
(Но он продолжил) то есть продолжал своё чтение (и я подумал: он совершит поясной поклон на ней), то есть я предположил, что он совершит поясной поклон в конце суры «Корова» (затем он начал суру «Женщины»), то есть продолжил после завершения «Коровы», начав читать суру «Женщины» (и прочитал её), то есть прочитал всю суру (затем начал суру «Семейство Имрана» и прочитал её), то есть целиком.
Кади Ияд, да помилует его Аллах, сказал: в этом — довод для тех, кто считает, что порядок сур установлен усердием мусульман при записи мусхафа, и что это не было установлено Пророком ﷺ, а было предоставлено им его общине после него. Он сказал: таково мнение Малика и большинства учёных, и его избрал кади Абу Бакр аль-Бакилляни. Ибн аль-Бакилляни сказал: это более достоверное из двух мнений, хотя оба возможны. Он сказал: мы говорим следующее: порядок сур не является обязательным ни в записи, ни в молитве, ни в изучении, ни в обучении и заучивании, и от Пророка ﷺ не было в этом отношении текста или предела, нарушение которого было бы запретным. Поэтому мусхафы до мусхафа Усмана, да будет доволен им Аллах, различались по порядку. Он сказал: Пророк ﷺ и община после него во все века допускали оставление порядка сур в молитве, изучении и заучивании.
Он сказал: что же касается мнения тех учёных, кто говорит, что это было установлено Пророком ﷺ по указанию свыше, определившим для них порядок так, как он утвердился в мусхафе Усмана, да будет доволен им Аллах, а различие в мусхафах было лишь потому, что до них ещё не дошло это указание и последнее чтение, — то согласно этому мнению чтение им ﷺ сначала суры «Женщины», а затем здесь суры «Семейство Имрана» толкуется так, что это было до установления указания и порядка, и эти две суры были расположены именно так в мусхафе Убаййа, да будет доволен им Аллах. Он сказал: нет разногласия в том, что молящемуся дозволено во втором ракате читать суру, предшествующую той, что он прочитал в первом ракате, — порицается это лишь в пределах одного раката, а также для того, кто читает Коран вне молитвы. Он сказал: некоторые это дозволяли и истолковывали запрет предшественников на чтение Корана «в обратном порядке» как относящийся к тому, кто читает суру с конца к началу. Он сказал: нет разногласия в том, что порядок аятов внутри каждой суры установлен указанием свыше от Аллаха Всевышнего в том виде, в каком он ныне представлен в мусхафе, и именно так это передала община от своего Пророка ﷺ. Конец слов кади Ияда, да помилует его Аллах.
Собиратель [этих строк], да простит его Аллах, говорит: наиболее предпочтительным мне представляется мнение тех, кто утверждает, что порядок сур в том виде, в каком он существует ныне, был установлен указанием от Пророка ﷺ, и это — последнее представление [Корана], которое он ﷺ провёл перед Джибрилем, мир ему, подобно тому, как единогласно признано в отношении порядка аятов, — и здесь нет различия между тем и другим. Что же касается достоверно установленного факта его чтения ﷺ суры «Женщины» перед сурой «Семейство Имрана» и тому подобного, то это следует понимать как разъяснение дозволенности и того, что порядок в чтении не является обязательным, — обязательным он является лишь в написании и записи, — так что дозволено читать сурой ту, что предшествует другой по написанию.
Возможно также, что это было до того, как ему было ниспослано откровение об их расположении в том виде, в каком оно существует ныне. Что же касается расхождения мусхафов сподвижников, да будет доволен ими Аллах, в их порядке, то это объясняется тем, что до них ещё не дошло знание об указании Пророка ﷺ относительно порядка. И Аллах Всевышний лучше знает истину.
(Читая неспешно) то есть мягко, размеренно, — от выражения «на твоей рисль», то есть «в твоём спокойствии». Аль-Куртуби сказал: это продление и такой способ, что исходил от него ﷺ в этой молитве, было связано с обстоятельствами того времени, которое он застал, и с тем состоянием духовного погружения, которое он обрёл, так что он наслаждался тем, в чём пребывал, и это поглощало его от всего остального. Это согласуется с тем, что сказано в другом хадисе: «Если кто-то из вас становится имамом, пусть облегчает, а если молится один, пусть удлиняет, сколько пожелает» (согласовано [аль-Бухари и Муслимом]). Конец.
(Если он проходил мимо аята, содержащего восхваление [Аллаха], он произносил восхваление) — то есть если он ﷺ читал аят, в котором упоминается восхваление, подобно словам Всевышнего: «Так восхваляй же имя Господа твоего Великого» [аль-Вакиа: 74] или Его словам: «Восхваляй имя Господа твоего Всевышнего» [аль-Аля: 1], — он восхвалял Аллаха ﷻ. (А если проходил мимо мольбы, он просил) — то есть если читал аят, побуждающий к обращению к Аллаху ﷻ с мольбой, он обращался с мольбой. В версии Абу Дауда: «И не проходил он мимо аята о милости, не остановившись на нём и не попросив, и не мимо аята об наказании, не остановившись на нём и не прибегнув к защите». (А если проходил мимо [аята] прибежища) то есть аята, в котором есть [упоминание] прибежища, — упоминается ли в нём огонь [ада] или угроза, — (он прибегал к защите), то есть прибегал к защите Аллаха Всевышнего от Его наказания.
(Затем он совершил поясной поклон и стал) то есть начал (говорить: «Пречист мой Господь Великий», и его поясной поклон был по продолжительности близок к его стоянию) — то есть он ﷺ оставался в поясном поклоне долго, приближаясь по продолжительности к своему стоянию. (Затем сказал: «Услышал Аллах того, кто восхвалил Его», затем стоял долго, близко к тому, сколько был в поясном поклоне, затем совершил земной поклон и сказал: «Пречист мой Господь Всевышний») — говорят, мудрость в том, что поясной поклон особо отмечен словом «Великий», а земной поклон — словом «Всевышний», заключается в следующем: поскольку в земном поклоне заключена крайняя степень смирения — из-за того, что в нём лоб, самый благородный из органов, кладётся на место, куда ступают ноги, — то он более совершенен и более выразителен в смирении, чем поясной поклон. Поэтому уместно было отметить его словом в форме превосходной степени, а именно «Всевышний», в отличие от «Великий», — чтобы наиболее выразительное соответствовало наиболее выразительному, а обычное — обычному. Кроме того, достоверно установлено от него ﷺ: «Ближе всего раб к своему Господу, когда он совершает земной поклон», и здесь можно было бы предположить близость расстояния, поэтому было предписано [говорить] «Пречист мой Господь Всевышний» — чтобы отвести это предположение. Кроме того, в земном поклоне — крайняя степень принижения раба, и потому уместно, чтобы в нём он описывал своего Господа возвышенностью (см. «аль-Мираат» 3/195). И Аллах Всевышний лучше знает.
(И его земной поклон был близок по продолжительности к его стоянию) то есть по длительности.
(Сказал) — в другой версии: «сказал Муслим», то есть автор книги, — (а в хадисе Джарира), то есть Ибн Абд аль-Хамида, (есть добавление, а именно: он сказал: «Услышал Аллах того, кто восхвалил Его, Господь наш, Тебе хвала»). Добавлением являются слова «Господь наш, Тебе хвала», ибо слова «Услышал Аллах того, кто восхвалил Его» установлены во всех их версиях, как было упомянуто выше. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и на Него уповаем, и на Него полагаемся.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Хузайфы, да будет доволен им Аллах, относится к тем, что приводит только автор [Муслим], да помилует его Аллах.
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл (автор) здесь [29/1814] (772), (Абу Дауд) в «Книге молитвы» (871), (ат-Тирмизи) в «Книге молитвы» (262), (ан-Насаи) в «Книге открытия [молитвы]» (1008, 1009, 1046, 1133, 1664, 1665) и в «аль-Кубра» (1080, 1081), (Ибн Маджа) в «Установлении молитвы» (897, 1351), (Ибн Аби Шейба) в своём «Мусаннафе» (1/248), (ат-Таялиси) в своём «Муснаде» (415), (Ахмад) в своём «Муснаде» (5/97, 382, 384, 389, 394), (ад-Дарими) в своих «Сунан» (1/299), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (604, 668), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (1897, 2604), (ат-Тахави) в «Шарх маани аль-асар» (1/235), (ад-Даракутни) в своих «Сунан» (1/334), (Абу Аваана) в своём «Муснаде» (1706, 1801, 1818), (Абу Нуайм) в своём «Мустахридже» (1763, 1764), (аль-Байхаки) в «аль-Кубра» (2/309, 310), (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (622). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 - (из их числа): разъяснение желательности продления чтения в ночной молитве.
2 - (из их числа): желательность неспешности (тартиля) при чтении.
3 - (из их числа): разъяснение желательности произнесения «субхана» при прохождении мимо аята, содержащего прославление, обращения с мольбой при чтении аята, содержащего просьбу, и обращения за защитой при прохождении мимо аята, содержащего упоминание наказания. Это общее правило для всякого чтеца — как в молитве, так и вне её. К этому склонились шафииты, сказав: в этом нет разницы между тем, является ли молящийся имамом, следующим за имамом или молящимся в одиночестве, а также между обязательной и добровольной молитвой.
Ханафиты же считают, что это относится к добровольной молитве, а не к обязательной. Того же мнения придерживались маликиты, сказав: обращение с мольбой во время чтения в обязательной молитве порицаемо, кроме как для следующего за имамом — ему дозволено произносить благословение Пророку ﷺ, если при чтении имама упоминается о нём, просить Рай, если упоминается о нём в аяте, и просить защиты от Огня, если упоминается о нём в аяте (см. «аль-Манхаль аль-‘азб аль-маврут», 5/317-318).
Составитель, да простит его Аллах, говорит: наиболее предпочтительным для меня является мнение о желательности произнесения прославления, просьбы и обращения за защитой для всякого чтеца в добровольной молитве, но не в обязательной, как это является мазхабом маликитов и ханафитов, поскольку именно это передано от Пророка ﷺ, а в отношении обязательной молитвы это от него не передано. Поэтому предпочтительнее ограничиться тем, на что указывает текст. К тому же имаму велено сокращать молитву, поэтому ему не предписано узаконенное продление посредством упомянутого. Что же касается следующего за имамом, то ему нет препятствия поступать так, поскольку ему не велено сокращать молитву, как имаму. Пусть это будет учтено (в «Шарх ан-Насаи» я ранее отдавал предпочтение мнению шафиитов о желательности этого для всякого молящегося — будь то обязательная или добровольная молитва, однако теперь мне представляется более предпочтительным то, что я изложил здесь. Пусть это будет учтено, и Аллах Всевышний лучше знает истину), и Аллах Всевышний знает лучше.
4 - (из их числа): разъяснение желательности повторения слов «Пречист Господь мой Великий» в поясном поклоне и «Пречист Господь мой Всевышний» в земном поклоне. Ан-Навави, да помилует его Аллах, сказал: это наш мазхаб, а также мазхаб аль-Аузаи, Абу Ханифы, куфийцев, Ахмада и большинства учёных. Малик же сказал: произнесение прославления не является обязательным определённым словом. Конец цитаты.
5 - (из их числа): в этом содержится довод на дозволенность продления выпрямления после поясного поклона — таково мнение большинства учёных, и в этом опровержение шафиитов, поскольку они не дозволяют этого, более того, считают это нарушающим молитву. Это удивительно при наличии множества достоверных хадисов, подтверждающих, что он ﷺ продлевал это. Пусть это будет замечено, и Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — достаточен нам, и прекрасен Он как Покровитель.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа, да помилует его Аллах, упомянутого в начале книги, он сказал:
[1815] (773) - (И передал нам Усман ибн Абу Шейба и Исхак ибн Ибрахим, оба от Джарира — Усман сказал: передал нам Джарир — от аль-Амаша, от Абу Ваиля, который сказал: сказал Абдуллах: я молился вместе с Посланником Аллаха ﷺ, и он продлил молитву настолько, что я замыслил недоброе дело. Он сказал: было сказано (в одной версии: «я сказал»): что же ты замыслил? Он сказал: я замыслил сесть и оставить его).
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 - (Усман ибн Абу Шейба) — это Усман ибн Мухаммад ибн Абу Шейба Ибрахим ибн Усман аль-Абси, Абу аль-Хасан аль-Куфи, надёжный, хафиз, известный [10] (умер в 239 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа), уже упоминался в «Книге веры», 35/246.
2 - (Абу Ваиль) — Шакык ибн Салама аль-Асади аль-Куфи, надёжный, из числа мухадрамов [2], умер в правление Умара ибн Абд аль-Азиза, прожив сто лет (все шесть авторов сборников), уже упоминался во «Введении», 6/57.
3 - (Абдуллах) — ибн Масуд ибн Гафиль ибн Хабиб аль-Хузали, Абу Абд ар-Рахман, великий сподвижник, умер, да будет доволен им Аллах, в 32 году или ранее (все шесть авторов сборников), уже упоминался во «Введении», 3/11.
Остальные упомянуты ранее.
Тонкости этого иснада:
1 - (из их числа): что этот хадис относится к пятизвенным иснадам составителя, да помилует его Аллах, и у него здесь два шейха, которых он объединил, а затем разделил из-за различия в форме передачи.
2 - (из их числа): что его передатчики — передатчики «Аль-Джама‘а», кроме двух его шейхов: у первого выводил хадисы ат-Тирмизи, а у второго — Ибн Маджа.
3 - (из их числа): что иснад целиком состоит из куфийцев, кроме его шейха Исхака, который из Мерва.
4 - (из их числа): что здесь передача от табиина от табиина-мухадрама.
5 - (из их числа): что здесь имя «Абдуллах» дано без уточнения, и правило таково: если иснад куфийский, как здесь, то это Ибн Масуд, да будет доволен им Аллах; если басрийский — то это Ибн Аббас; если мединский — то это Ибн Умар; если мекканский — то это Ибн аз-Зубайр; если египетский или шамский — то это Ибн Амр ибн аль-Ас, да будет доволен ими Аллах. Это уже упоминалось не раз.
6 - (из их числа): что сподвижник, о котором идёт речь, да будет доволен им Аллах, — один из опередивших в принятии ислама, из числа великих учёных сподвижников и их чтецов, обладатель многочисленных достоинств, и Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(от Абу Ваиля) Шакыка ибн Саламы, что он (сказал: сказал Абдуллах) ибн Масуд, да будет доволен им Аллах, (я молился вместе с Посланником Аллаха ﷺ) — а в риваяте аль-Бухари через путь Шу‘бы от аль-Амаша: «однажды ночью» (и он продлил) то есть стояние (пока я не замыслил) то есть не захотел и не решился — говорят: «хамамту би-ш-шай’» «хамман» по образцу «насара», когда кто-то хочет что-то сделать, но ещё не сделал (см. «аль-Мисбах», 2/641). (недоброе дело) со словом «амр», добавленным к слову «сау’» (в родительном падеже), как сказано в «Фатхе». А в «Мисбахе» сказано: «асаа Зайдун фи фи‘лихи» — Зайд поступил дурно, и «фа‘ала су’ан» с даммой — совершил дурной поступок, а имя действия — «ас-суа» по образцу «фу‘ла». И говорят «раджулу сау’ин» с фатхой и изафой, и «‘амалу сау’ин». Если же определить первое слово, то говорят: «ар-раджулу-с-сау’у» и «аль-‘амалу-с-сау’у» как определение по образцу прилагательного. Конец цитаты (см. «аль-Мисбах аль-мунир», 1/298).
В «аль-Камус» сказано: нет блага в словах «кавли-с-сау’» с фатхой и даммой; при фатхе смысл — «в дурном слове», а при дамме смысл — «в том, что ты скажешь дурное». И читают аят «Над ними — круг зла» (ат-Тауба, 98) с обоими вариантами чтения, то есть поражения, зла, гибели и порчи. Подобно этому: «пролил на них дождь зла» — при дамме имеется в виду вред, а при фатхе — порча и огонь. Отсюда: «затем концом тех, кто творил зло, стало наихудшее» (ар-Рум, 10) в одном из чтений. И говорят «раджулу сау’ин» и «ар-раджулу-с-сау’у» с фатхой и изафой. Конец цитаты (см. «аль-Камус аль-мухит», 1/18).
Составитель, да простит его Аллах, говорит: из сказанного выше стало ясно, что «недоброе дело» здесь употреблено в форме изафы, поэтому «сау’» не является определением к «амр». Пусть это будет замечено, и Аллах Всевышний знает лучше.
(сказал) Абу Ваиль (было сказано) — а в одной версии: «я сказал», а в риваяте аль-Бухари: «мы сказали» (что же ты замыслил?) то есть какое дело ты хотел сделать по отношению к нему ﷺ? (сказал) Ибн Масуд, да будет доволен им Аллах, (я замыслил сесть и оставить его) то есть оставить молитву вместе с ним. В «Фатхе» сказано: в хадисе содержится довод на то, что Пророк ﷺ предпочитал продление ночной молитвы. Ибн Масуд же, да будет доволен им Аллах, был силён и строго придерживался следования за Пророком ﷺ, и он не замыслил сесть иначе как после весьма долгого стояния, к которому он не привык. Муслим вывел от Джабира, да будет доволен им Аллах, восходящий хадис: «Лучшая молитва — та, в которой долгое смирение (кунут)», и на основании этого делается вывод в пользу указанного мнения. Возможно, что под «кунутом» в хадисе Джабира, да будет доволен им Аллах, подразумевается смирение (хушу).
Многие из сподвижников, да будет доволен ими Аллах, и другие склонились к мнению, что множество поясных и земных поклонов предпочтительнее. Муслим также вывел от Саубана, да будет доволен им Аллах, что он спросил Пророка ﷺ о самом любимом Аллахом деле, и тот сказал: «Совершай побольше земных поклонов ради Аллаха...» и далее по тексту хадиса.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: мне представляется — как и представлялось хафизу, да помилует его Аллах, — что это различается в зависимости от разных людей и обстоятельств: кто силён на продление стояния, поясного и земного поклона, как это было в большинстве действий Пророка ﷺ, для того это предпочтительнее в его случае; а кто не способен на это, и множество поясных и земных поклонов легче для него, для того это предпочтительнее в его случае. Таким образом совмещаются хадисы Джабира и Саубана, да будет доволен ими обоими Аллах, и Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возвращение и прибежище.
(Третий вопрос): о его пользах.
1 - (из их числа): разъяснение желательности продления ночной молитвы.
2 - (и из их числа): разъяснение допустимости следования за имамом в молитвах, не являющихся обязательными.
3 - (и из их числа): что подобает проявлять учтивость по отношению к имамам и старшим, и не противоречить им ни делом, ни словом, пока это не является запретным. Учёные единогласны в том, что если следующему за имамом становится тяжело стоять в обязательной или добровольной молитве и он не в силах на это, ему дозволяется сесть. А то, что Ибн Мас'уд (да будет доволен им Аллах) не сел, объясняется его учтивостью по отношению к Пророку ﷺ, — сказал ан-Навави (да помилует его Аллах).
4 - (и из их числа): что противоречие имаму в его действиях причисляется к дурным поступкам.
5 - (и из их числа): допустимость того, чтобы спрашивать имама и главу людей, если не понят его смысл, ибо сподвижники Ибн Мас'уда (да будет доволен им Аллах) не поняли, что он имел в виду под своими словами «я вознамерился сделать дурное дело», пока не спросили его об этом, и он не порицал их за этот вопрос. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — достаточен нам, и прекрасен Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1816] (...) — (И передал нам это также Исма‘иль ибн аль-Халиль и Сувайд ибн Са‘ид от Али ибн Мусхира от аль-А‘маша с тем же иснадом подобным образом).
Передатчики этого иснада: четверо:
1 - (Исма‘иль ибн аль-Халиль) аль-Хаззаз — через огласовки с точками — Абу Абдуллах аль-Куфи, надёжный (сика) [10].
Передавал от Али ибн Мусхира, Абд ар-Рахима ибн Сулеймана, Хафса ибн Гияса и других.
От него передавали аль-Бухари, Муслим, а Абу Дауд передал через посредство аз-Зухли один хадис, а также ад-Дарими, ас-Сан‘ани, аль-Фасави, Я‘куб ибн Шайба и другие.
Абу Хатим сказал: он был из числа надёжных, аль-‘Иджли сказал: надёжный, приверженец сунны, Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных», Мутаййан сказал: он был надёжным, Ибн Нумайр записывал от него, умер в (225) году, а Абу Ну‘айм аль-Истарабади упомянул, что он умер в (224) году.
От него передавали аль-Бухари, автор этого сборника, а Абу Дауд — в «Аль-Кадар», и в этой книге у него всего три хадиса: этот, под номером (773), и (2263): «Сон мусульманина, который он видит или который видят для него...», и (2416): «Да будут за тебя выкупом мой отец и моя мать».
2 - (Сувайд ибн Са‘ид) аль-Харави по происхождению, затем аль-Хадасани, называемый также аль-Анбари, Абу Мухаммад, правдивый (садук), ослеп, и ему стали подсказывать (заучиваемое), из старейших [10] (умер в 240 году), прожив сто лет (М, Т), — упомянут ранее во «Введении» 6/87.
3 - (Али ибн Мусхир) аль-Кураши аль-Куфи, судья Мосула, надёжный (сика) [8] (умер в 189 году) (‘Айн) — упомянут ранее во «Введении» 2/6.
А «аль-А‘маш» упомянут перед этим.
Его слова: (с этим же иснадом подобным образом), то есть с иснадом аль-А‘маша, приведённым ранее, а именно: от Абу Ва’иля, от Абдуллаха ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах).
[Замечание]: этот риваят Али ибн Мусхира привёл Ибн Маджа (да помилует его Аллах) в своём «Сунане», сказав:
(1418) Рассказал нам Абдуллах ибн Амир ибн Зурара и Сувайд ибн Са‘ид, они сказали: рассказал нам Али ибн Мусхир от аль-А‘маша, от Абу Ва’иля, от Абдуллаха, он сказал: я молился однажды ночью вместе с Посланником Аллаха ﷺ, и он всё стоял, пока я не вознамерился сделать дурное дело. Я сказал: а что это за дело? Он сказал: я вознамерился сесть и оставить его (стояние). Конец цитаты. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу лишь исправления, насколько могу; и помощь моя только от Аллаха, на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
(30) - (Глава разъяснения нежелательности того, чтобы человек проспал всю свою ночь, не совершая в ней молитвы, и разъяснения того, что это относится к воздействию шайтана)
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1817] (774) - (Рассказал нам Усман ибн Абу Шейба и Исхак, — Усман сказал: рассказал нам Джарир от Мансура, от Абу Ва’иля, от Абдуллаха, он сказал: при Посланнике Аллаха ﷺ был упомянут человек, проспавший ночь до самого утра. Он сказал: «Это человек, в уши которого помочился шайтан», — или сказал: «в ухо его»).
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 - (Мансур) ибн аль-Му‘тамир ибн Абдуллах ас-Сулами, Абу Аттаб аль-Куфи, надёжный, твёрдый, довод (сика сабт худжжа) [6] (умер в 132 году) (‘Айн) — упомянут ранее в «Толковании введения» ч. 1 с. 296.
Остальные упомянуты в предыдущей главе, равно как и тонкости иснада.
Разъяснение хадиса:
(от Абдуллаха) ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), что он (сказал: было упомянуто) в форме страдательного залога (при Посланнике Аллаха ﷺ о человеке). Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: я не нашёл его имени, однако Са‘ид ибн Мансур передал от Абд ар-Рахмана ибн Язида ан-Наха‘и, от Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) то, из чего можно понять, что это был он сам, и текст его после изложения хадиса подобным образом: «И клянусь Аллахом, шайтан помочился в ухо вашего товарища однажды ночью», имея в виду самого себя. Конец цитаты. (проспал ночь до утра) то есть вошёл в утро, и «асбаха» здесь употреблено в полном значении (не как связка), подобно словам Всевышнего: «Пречист Аллах, когда вы встречаете вечер и когда встречаете утро» [ар-Рум: 17].
[Замечание]: из внешнего смысла того, как автор (да помилует его Аллах) привёл этот хадис среди хадисов о ночной молитве, следует, что он истолковал его как оставление ночной молитвы, и так же поступил аль-Бухари (да помилует его Аллах), приведя его в «Книге ат-тахаджжуд».
Возможно также, что речь идёт об оставлении молитвы аль-‘иша, и Ибн Хиббан в своём «Сахихе» передал от Суфьяна ас-Саури, что тот сказал: это, на наш взгляд, похоже на то, что он проспал обязательную молитву. Конец цитаты.
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: первое предположение представляется мне более близким к истине, а Аллах Всевышний знает лучше.
В риваяте аль-Бухари через путь Абу аль-Ахваса от Мансура: «Он всё спал, пока не наступило утро, не вставая на молитву». В «Фатхе» сказано: подразумевается родовое понятие (общий смысл), но возможно также, что имеется в виду определённая молитва — либо ночная, либо обязательная. Конец цитаты.
(Он сказал ﷺ: «Это человек, в уши которого помочился шайтан») в двойственном числе (или) — что указывает на сомнение передатчика (сказал: «в ухо его») в единственном числе.
Относительно мочи шайтана есть разногласие: одни говорят, что это следует понимать буквально, и аль-Куртуби и другие сказали: нет препятствия для этого, поскольку в этом нет ничего невозможного, ведь установлено, что шайтан ест, пьёт и вступает в половую связь, поэтому нет препятствия и тому, что он мочится. Другие говорят: это иносказание о том, что шайтан заткнул ухо того, кто проспал молитву, чтобы он не слышал поминания (Аллаха). Третьи говорят: смысл в том, что шайтан наполнил его слух пустословием,
(2) «Аль-Фатх» 3/35.
тем самым заслонив его слух от поминания. Есть также мнение, что это иносказание о презрении шайтана к нему. Ещё говорят: смысл в том, что шайтан овладел им и пренебрёг им до такой степени, что использовал его подобно отхожему месту, предназначенному для мочеиспускания, поскольку в обычае того, кто презирает вещь, — мочиться на неё. Ещё говорят: это притча, приведённая для того, кто небрежен в исполнении обязанности вставать на молитву из-за тяжести сна, подобно тому, у кого моча попала в ухо, отяжелив его слух и испортив его чувство. А арабы иносказательно обозначают порчу словом «моча», как сказал стихотворец в раджазе:
«Помочился Сухайль в финиковый напиток, и тот испортился».
Он иносказательно назвал этим восход звезды Сухайль, поскольку это время, когда портится финиковый напиток, и он выразил это словом «моча».
Собиратель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: на мой взгляд, первое мнение верно, и моча шайтана в ухе этого спящего должна пониматься буквально, поскольку нет препятствия для этого, как уже было сказано от аль-Куртуби и других, поэтому нет необходимости отклонять явный смысл текста в сторону этих истолкований, которые они привели, ибо в этом есть натяжка, так прими это к сведению, а Аллах Всевышний знает лучше.
В риваяте аль-Хасана от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) в этом хадисе у Ахмада встречается: «Аль-Хасан сказал: поистине, его моча, клянусь Аллахом, тяжела». А Мухаммад ибн Наср передал через путь Кайса ибн Абу Хазима от Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах): «Достаточно человеку в качестве неудачи и зла того, что он спит до утра, а шайтан уже помочился ему в ухо», и это — маукуф (остановленное на сподвижнике сообщение) с достоверным иснадом, как сказано в «Аль-Фатхе».
Ат-Тыйби (да помилует его Аллах) сказал: «Он выделил именно ухо для упоминания, хотя глаз более уместен в отношении сна, — это указание на тяжесть сна, ведь именно слух является тем органом, через который приходит пробуждение. А мочу он выделил особо, потому что она легче проникает в полости тела и быстрее проходит по сосудам, вследствие чего порождает вялость во всех органах». Конец цитаты (2). А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и место прибежища, у Него испрашивается помощь, и на Него упование.
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абдуллаха ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) относится к числу единогласно принятых (муттафак алейхи).
(Второй вопрос): о его цепочках передачи (иснадах):
(2) «Аль-Кашиф ‘ан хакаик ас-сунан», 4/1202.