А остальные двое были упомянуты ранее.
[Замечание]: этот риваят Зайда ибн Асляма от Абу Салиха привёл Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (3/91), сказав:
(2271) — «Рассказал нам Абу Амр ибн Хамдан, рассказал нам аль-Хасан ибн Суфьян, рассказал нам Ахмад ибн Иса, рассказал нам Ибн Вахб, рассказал нам Хишам ибн Саад, рассказал мне Зайд ибн Асльям от Абу Салиха от Абу Хурайры (х); и рассказал нам Абу Мухаммад ибн Хайян, рассказал нам Мухаммад ибн Курайб, рассказал нам Ибрахим ибн Мухаммад ибн аль-Хасан, рассказал нам Ахмад ибн Саид, рассказал нам Ибн Вахб, сообщил нам Хишам ибн Саад, рассказал мне Зайд ибн Асльям от Абу Салиха от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Никто не подаёт садаку из благого приобретения, чтобы Аллах не принял её от него Своей правой рукой, и вырастил её так, как один из вас растит своего жеребёнка или верблюжонка, пока финик не станет подобным горе»». Конец цитаты. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Покровитель.
И по непрерывному санаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2346] (1015) — «Рассказал мне Абу Курайб Мухаммад ибн аль-Аля, рассказал нам Абу Усама, рассказал нам Фудайль ибн Марзук, рассказал мне Адий ибн Сабит, от Абу Хазима, от Абу Хурайры, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «О люди! Поистине, Аллах благ (тайиб) и не принимает, кроме благого. И поистине, Аллах повелел верующим то же, что повелел посланникам, сказав: «О посланники! Ешьте из благого и совершайте праведные деяния, поистине, Я знаю то, что вы совершаете» (Верующие: 51), и сказал: «О те, которые уверовали! Ешьте из благого, которым Мы вас наделили» (Корова: 172)». Затем он упомянул человека, который долго странствует в пути, взъерошенный, покрытый пылью, воздевает руки к небу: «О Господь мой, о Господь мой!», а еда его — запретна, питьё его — запретно, одежда его — запретна, и питается он запретным, — как же будет ему отвечено?»»
Передатчики этого иснада — шестеро:
1 — (Фудайль ибн Марзук) аль-Агарр ар-Рикаши, Абу Абд ар-Рахман аль-Куфи, правдив, но допускает ошибки, и был обвинён в приверженности шиизму [7]. Умер около (160) года (и, м, 4). Упомянут ранее в «Мечетях и местах молитвы» 36/1430.
2 — (Адий ибн Сабит) аль-Ансари аль-Куфи, надёжен, был обвинён в приверженности шиизму [4] (116) (все). Упомянут ранее в «Вере» 35/244.
Остальные упомянуты ранее в предыдущей главе. «Абу Усама» — это Хаммад ибн Усама, а «Абу Хазим» — это Салман аль-Ашджаи.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что он относится к шестизвенным иснадам составителя (да помилует его Аллах).
2 — (Из них): что его передатчики — передатчики «джамаа» (группы шести имамов), кроме Фудайля ибн Марзука, у которого не приводил аль-Бухари.
3 — (Из них): что он весь состоит из куфийцев, кроме сподвижника, который мединец.
4 — (Из них): что его шейх — один из шейхов «джамаа» без посредника, а их девять, и они уже упоминались неоднократно.
5 — (Из них): что в нём есть риваят табиина от табиина.
Разбор хадиса:
(От Абу Хурайры) (да будет доволен им Аллах), что он (сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «О) — с опущением буквы призыва, то есть «йа айюха» (люди! Поистине, Аллах благ) — то есть очищен от недостатков и пороков и наделён совершенными качествами.
Имам Ибн Раджаб (да помилует его Аллах) сказал: его слово ﷺ «поистине, Аллах благ» — это также передано в хадисе Саада ибн Абу Ваккаса (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ, который сказал: «Поистине, Аллах благ и любит благое, чист и любит чистоту, щедр и любит щедрость». Это привёл ат-Тирмизи, и в его иснаде есть слабость, — а «благой» здесь означает «чистый», и смысл в том, что Аллах (велик Он и свят) свят и очищен от всех недостатков и пороков, подобно тому, как в словах Всевышнего: «И благие женщины — для благих мужчин, а благие мужчины — для благих женщин; они очищены от того, что о них говорят» (Свет: 26), а имеется в виду очищенные от скверны мерзостей и их грязи. Конец цитаты.
(Не принимает) — а в другой версии: «и не принимает», с союзом «и» (кроме благого) — то есть не принимает из садака и подобных им деяний, кроме благого, то есть очищенного от шариатских недостатков и порочных целей в намерении.
Судья аль-Байдави (да помилует его Аллах) сказал: «благое» — противоположность «скверному», и когда этим качеством описывается Аллах Всевышний, имеется в виду, что Он очищен от недостатков, свят от изъянов и пороков; а когда этим качеством описывается раб в общем смысле, имеется в виду, что он свободен от порочных нравов и мерзких деяний и облачён в противоположное этому; а когда этим качеством описывается имущество, имеется в виду, что оно дозволенное, из лучших видов имущества.
Смысл хадиса в том, что Он Всевышний очищен от пороков, и потому не принимает и не подобает приближаться к Нему, кроме как тем, что соответствует этому смыслу, а именно лучшим из вашего дозволенного имущества, как сказал Всевышний: «Вы не достигнете благочестия, пока не будете расходовать из того, что любите» (Семейство Имрана: 92). Конец цитаты.
Хафиз Ибн Раджаб (да помилует его Аллах) сказал: его слово «не принимает, кроме благого» — смысл этого пришёл в хадисе о садаке, и его текст: «никто не подаёт садаку из благого приобретения, чтобы Аллах не принял её, ведь Аллах принимает только благое», — этот хадис согласован (между аль-Бухари и Муслимом), и имеется в виду, что Он Всевышний принимает из садака только то, что было благим, дозволенным.
Было сказано, что смысл в этом хадисе, который мы сейчас разбираем, в словах «не принимает, кроме благого», — более общий, а именно: Он не принимает из деяний, кроме того, что было благим, чистым от всех порочащих его вещей, таких как показное благочестие и самолюбование, и не принимает из имущества, кроме того, что было благим, дозволенным, ведь качеством «благое» описываются деяния, слова и убеждения, и все они делятся на благие и скверные.
Было также сказано, что в это входит смысл слов Всевышнего: «Скажи: не равны скверное и благое, даже если тебя удивляет обилие скверного» (Трапеза: 100), — всё это. И Аллах Всевышний разделил слово на благое и скверное, сказав: «Аллах привёл притчу: благое слово подобно благому дереву» (Ибрахим: 24), «А притча дурного слова подобна дурному дереву» (Ибрахим: 26), и сказал Всевышний:
«К Нему восходит благое слово, и праведное деяние возносит его» (Творец: 10), и Посланник описан как разрешающий благое и запрещающий скверное.
Было сказано, что в это входят также слова, деяния и убеждения, и Аллах Всевышний описал верующих качеством «благие», сказав: «тех, чьи души забирают ангелы благими» (Пчёлы: 32), и что ангелы говорят при смерти: «выйди, о благая душа, что была в благом теле», и что ангелы приветствуют их при входе в Рай, говоря им: «Вы были благими» (Толпы: 73). И пришло в хадисе, что когда верующий посещает своего брата ради Аллаха, ангелы говорят ему: «Ты был благим, и путь твой был благим, и ты обрёл жилище в Раю». Так весь верующий — благ: сердце его, язык его и тело его, — благодаря тому вере, что покоится в его сердце, поминанию, что проявляется на его языке, и праведным деяниям на его органах, которые являются плодом веры и входят в само это понятие. И все эти благие вещи принимает Аллах (велик Он и свят).
И одно из величайших того, что делает деяния верующего благими, — благость его пропитания и то, что оно из дозволенного, ибо этим очищается его деяние.
Он сказал: в этом хадисе содержится указание на то, что деяние не принимается и не очищается иначе как через питание дозволенным, и что употребление запретного портит деяние и препятствует его принятию. Ведь после утверждения о том, что «Аллах принимает только благое», он сказал: «И поистине, Аллах повелел верующим то же, что повелел посланникам», сказав: Всевышний: «О посланники, ешьте из благого и совершайте праведное» (аль-Муминун, 51), и сказал: «О те, которые уверовали, ешьте из благого, чем Мы вас наделили, и благодарите Аллаха, если вы Ему служите» (аль-Бакара, 172).
Смысл этого в том, что посланники и их народы получили повеление есть из благого, что есть дозволенное, и совершать праведные деяния. Если пища дозволена, то праведное деяние принимается; а если пища не дозволена, то как может деяние быть принятым? А то, что он упомянул далее о мольбе и о том, как она может быть принята при наличии запретного, — это пример, показывающий неправдоподобность принятия деяний при питании запретным. Конец.
Его слово («и поистине Аллах повелел верующим то же, что повелел посланникам») — «то, что» (ما) является относительным местоимением, и под ним подразумевается употребление дозволенного и улучшение имущества. (Он сказал), начав с того, чем закончил, из соображения предпочтения посланников и их первенства перед верующими как по существованию, так и по положению: «О посланники, ешьте из благого и совершайте праведное, поистине Я знаю о том, что вы делаете» (аль-Муминун, 51). Аль-Кари (да помилует его Аллах) сказал: этот призыв обращён ко всем пророкам, но не в том смысле, что к ним обратились этим одновременно, ведь они были посланы в разные времена, а в том смысле, что каждый из них был обращён этим в своё время. Возможно также, что этот призыв прозвучал в день завета — в отношении именно пророков, либо с учётом того, что у Всевышнего нет ни утра, ни вечера. В этом содержится тонкое указание на то, что дозволенность благого — это древнее установление шариата, и возражение против монашества в их отказе от наслаждений, а также указание на то, что употребление благой пищи порождает праведное деяние, которым приближаются к Всевышнему Аллаху. Конец.
(И сказал) Всевышний: («О те, которые уверовали, ешьте») — повеление здесь означает дозволение, либо обязательность, как в случае, когда человеку грозит гибель, либо желательность, как согласие с гостем и использование пищи для содействия в повиновении. («из благого, чем Мы вас наделили») то есть из дозволенного вам, или из того, чем вы наслаждаетесь. А завершение аята: «и благодарите Аллаха, если вы Ему служите» (аль-Бакара, 172).
В этом содержится указание на то, что Всевышний Аллах создал все вещи для Своих рабов, как сказал Всевышний: «Он тот, кто создал для вас всё, что на земле» (аль-Бакара, 29), и что Он создал Своих рабов для познания Его и служения Ему, как сказал Всевышний: «Я не создал джиннов и людей иначе как чтобы они служили Мне. Я не желаю от них никакого пропитания и не желаю, чтобы они Меня кормили» (аз-Зарийат, 56–57).
(Затем упомянул) Пророк ﷺ (человека) — в форме винительного падежа как дополнение. Аль-Кари (да помилует его Аллах) сказал: а в одной из версий (то есть версии «Мишкат») — в форме именительного падежа, как подлежащее, а то, что после него, — сказуемое, и всё предложение занимает позицию винительного падежа как дополнение.
Ат-Тиби (да помилует его Аллах) сказал: его слово «затем упомянул человека» — передатчик хочет сказать, что Посланник Аллаха ﷺ завершил свою речь упоминанием описанного человека, показывая неправдоподобность того, что Всевышний Аллах примет мольбу того, кто ест запретное, — из-за Его ненависти к запретному и отдалённости соотнесённости этого со Своей Пресвятой Стороной. Поэтому он поставил своё действие в отношении «человека» и сделал его винительным падежом. А если бы он передал слово Посланника ﷺ так, что «человек» стоит в именительном падеже как подлежащее, а сказуемым было бы «затягивает», — по аналогии с тем, что процитировано в «аль-Кашшаф»:
«Мы нашли в книге бану Тамим, что наиболее достойны скачки заимствованные кони» —
ведь его слово «наиболее достойны кони», если поставить в именительном падеже, было бы прямой цитатой, а если в винительном — было бы дополнением к «нашли».
Он сказал: и его слово «взъерошенный, запылённый» — два обстоятельства, следующие друг за другом, относящиеся к действующему лицу «затягивает», то есть протягивает руки, говоря: о Господь. А его слово «и пища его, и питьё его, и одежда его, и вскормлен он был» — обстоятельство, относящееся к действующему лицу слова «говорящий», и все эти обстоятельства указывают на предел достойности молящегося для ответа на его мольбу, а этот отказ указывает на то, что отвращающий фактор силён, а препятствующая причина — серьёзное препятствие. Конец.
Аль-Кари возразил ему в отношении его слов «и все эти обстоятельства... и так далее», сказав, что это расширительное толкование, ибо упоминание его пищи и т.д. выходит за эти рамки, — ведь эти обстоятельства указывают на достойность молящегося именно неполучения ответа, как сказано: «то как же будет дан ему ответ?»
(Затягивает путешествие) то есть его время, и много совершает его в актах служения, таких как хадж, умра, джихад, изучение науки и прочие виды благих дел.
Так что предложение «затягивает путешествие» занимает позицию винительного падежа как определение к слову «человек», ибо определённое артиклем «аль» в родовом смысле равносильно неопределённому имени, подобно словам Всевышнего: «подобно ослу, который несёт свитки» (аль-Джума, 5), и подобно стиху:
«И я прохожу мимо низкого, что поносит меня, и я иду дальше, затем говорю: он не имеет значения для меня».
А его слово (взъерошенный, запылённый) — два обстоятельства, идущие друг в друге или следующие друг за другом, относящиеся к действующему лицу «затягивает», а то, что следует за ними из обстоятельств, — все они вложены друг в друга. Так, его слово (протягивает) — с фатхой в начале и даммой на третьей букве, от корня «мадд» в форме трёхбуквенного глагола — обстоятельство, относящееся к местоимению в слове «взъерошенный» (руки свои), то есть в состоянии протягивания рук своих, поднимая их (к небу). А его слово (о Господь, о Господь), повторённое, — обстоятельство, относящееся к действующему лицу «протягивает», то есть протягивает руки свои, говоря: о Господь, о Господь.
В этом содержится указание на то, что мольба со словом «Господь» влияет на её принятие, ибо это выражает признание того, что существование молящегося проистекает из Его воспитания, Его благодеяния, Его щедрости и Его милости. Поэтому передают от некоторых, что он сказал: кто озаботился делом и сказал пять раз «Господь наш», того Аллах спасёт от того, чего он боится, и даст ему то, что он желает, — ибо Всевышний Аллах передал в суре «Али Имран» об обладателях разума, что они сказали «Господь наш» пять раз, и Всевышний сказал: «И ответил им их Господь» (Али Имран, 195).
(И пища его) — масдар в форме причастия места (мимий) в значении страдательного причастия, либо имя места, либо имя времени его питания, и это подлежащее, сказуемое которого — его слово (запретна), и всё предложение — обстоятельство, относящееся к действующему лицу «говорящий», и так же его слово (и питьё его запретно, и одежда его запретна, и вскормлен он был запретным) — с даммой над «гайн» и кясрой над облегчённым «даль» без усиления, — так огласовал ан-Навави (да помилует его Аллах). Аль-Кари (да помилует его Аллах) сказал: а в версиях «аль-Масабих» это встречается с усилением (ташдид), как упомянул это ат-Тиби (да помилует его Аллах), и так же в некоторых версиях «Мишкат».
А смысл: был воспитан на запретном, то есть с детства своего до взросления. Аль-Ашраф (да помилует его Аллах) сказал: упоминание его слов «и вскормлен он был запретным» после его слов «и пища его запретна» — либо потому, что из того, что пища запретна, не обязательно следует, что он был вскормлен ею, либо в качестве указания на равенство двух его состояний, то есть на то, что он тратит в состоянии взрослости и на него тратилось в состоянии детства, в отношении проникновения запретного в его внутренность. Так он указал словами «и пища его запретна» на состояние его взрослости, а словами «и вскормлен он был запретным» — на состояние его детства, и это указывает на то, что в союзе «и» (وَ) нет порядка следования.
Аль-Мазхар (да помилует его Аллах) склонился ко второму толкованию, а ат-Тиби (да помилует его Аллах) отдал предпочтение первому толкованию. Аль-Кари сказал: нет препятствия для их объединения, так что это будет указанием на то, что неполучение ответа на мольбу связано именно с тем, что он упорствует в облачении в запретное. И Аллах Всевышний знает лучше.
(Так как же) то есть каким образом, или откуда (будет дан ответ на это?) — вопрос здесь выражает неправдоподобность получения ответа. Ат-Тиби (да помилует его Аллах) сказал: его слово «на это» может подразумевать указание на человека, как сказал Всевышний: «И Мы ответили ему» (аль-Анбия, 84), и тогда смысл: как может быть дан ответ этому человеку, облачённому в эти запретные вещи? А может подразумевать указание на то, что...
…его еда, питьё, одежда и пропитание — запретны, а смысл в том, что ему не отвечают на молитву из-за упомянутого — того, что он облечён в запретное.
Аль-Ашраф (да помилует его Аллах) сказал: в этом есть указание на то, что дозволенность еды и питья входит в число условий, от которых зависит принятие мольбы, и поэтому сказано: «У мольбы два крыла: поедание дозволенного и правдивость слова» (1).
Ибн Раджаб (да помилует его Аллах) сказал: смысл слов «как же ему будет отвечено на это» — это как ему может быть отвечено? Это вопрос, выражающий удивление и признание невероятности, а не прямое указание на невозможность и полное недопущение ответа на мольбу (2).
Ат-Турбишти (да помилует его Аллах) сказал: он имел в виду человека, паломника, на которого воздействовало путешествие, взявшее с него труд, поразившее его в виде растрёпанности волос и покрывшее его пылью, и он принялся молить Аллаха в таком состоянии, полагая, что и то, и другое — из признаков принятия мольбы, но ему не отвечают, и не придают значения его бедствию и страданию, поскольку он облечён в запретное, расходуя средства не из дозволенного их источника.
Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: если таково положение паломника, находящегося на пути Аллаха, то что говорить о положении других? И в этом же значении — положение сражающегося на пути Аллаха, ввиду его слова ﷺ: «Благо рабу, взявшемуся за поводья своего коня на пути Аллаха, с растрёпанной головой и запылёнными ногами». Конец цитаты (3). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и на Него упование, и на Него надежда.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) относится к тем, что автор (да помилует его Аллах) передаёт в одиночку.
[Замечание] Этот хадис достоверен, как это и подано у автора (да помилует его Аллах), и его передатчики — надёжные, передатчики двух шейхов (аль-Бухари и Муслима), кроме Фудайля ибн Марзука, который из передатчиков Муслима, и большинство считают его надёжным: его признали надёжным Суфьян ас-Саури, Ибн Маин — в наиболее достоверных риваятах от него, аль-Иджли, Якуб ибн Суфьян, Ибн Хираш. Ахмад сказал: «Не знаю о нём ничего, кроме хорошего». Аль-Бухари сказал: «Близок по хадису [к надёжным]». Муслим признал его надёжным, поскольку приводил в довод его хадисы
(2) «Джами' аль-'улюм ва-ль-хикам» 1/275.
(3) «аль-Кашиф» 7/2097.
в своём «Сахихе». Ибн Ади сказал: «Надеюсь, что в нём нет вреда». Ибн Раджаб сказал: «Фудайль ибн Марзук — надёжный передатчик среднего уровня, у него приводил Муслим, но не аль-Бухари» (1).
Что же касается ослабления его — то это сделал ан-Насаи, а Ибн Хиббан упомянул его в «ас-Сикат» и в «аль-Маджрухин». Абу Хатим сказал: «Правдив, хадис его хороший, но часто ошибается; хадис его записывается, но не приводится в довод».
Составитель (да простит его Аллах) говорит: из вышеприведённого выяснилось, что большинство считают Фудайля ибн Марзука надёжным, и одно из удивительнейших наблюдений — то, что некто из писавших примечания на «Сахих Муслима» (2) указал на сомнение в достоверности этого хадиса, сказав: «Привёл его Муслим, а также аль-Бухари в «Джуз раф' аль-йадайн», ат-Тирмизи и Ахмад через путь Фудайля ибн Марзука, а он слаб», — и затем упомянул только слова тех, кто его ослабил, не упомянув никого из тех, кто признал его надёжным, и это удивительно и есть смелость по отношению к «Сахиху Муслима».
А истина в том, что хадис достоверен, как и мнение автора, поскольку большинство считают Фудайля надёжным, так что вдумайся, а Аллах Всевышний лучше знает.
(Второй вопрос): о его выведении:
Привёл его (автор) здесь [9/2346] (1015), (аль-Бухари) в «Джуз раф' аль-йадайн» (91), (ат-Тирмизи) в «ат-Тафсир» (2989), (Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (5/20), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (2/328), (Исхак ибн Рахавайх) в своём «Мусанаде» (1/241), (ад-Дарими) в своих «Сунан» (2/389), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (3/91), (аль-Байхаки) в «аль-Кубра» (3/346). А Аллах Всевышний лучше знает.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — (Из них): указание на то, что принимается садака из благого приобретения.
2 — (Из них): побуждение к дозволенному заработку и избеганию запретного.
3 — (Из них): указание на то, что садака из запретного имущества не принимается, равно как и молитва в захваченной или украденной одежде, и хадж на запретные деньги, и прочие
(2) Это шейх Муслим ибн Махмуд ибн Усман аль-Асари. См. его выведение к «Сахих Муслим» 2/159.
виды поклонения, совершаемые за счёт запретных денег, — детальное разъяснение этого придёт в пятом вопросе, если пожелает Аллах Всевышний.
4 — (Из них): указание на то, что дело не принимается и не очищается, кроме как поеданием дозволенного, и что поедание запретного портит дело и препятствует его принятию.
5 — (Из них): указание на то, что Аллах Всевышний отличил верующих и возвысил их положение, обратившись к ним с тем же, с чем обращался к посланникам, и повелел им то же, что повелел им, сказав Всевышний: «О посланники! Ешьте из благого и совершайте праведные дела», — аят [аль-Муминун: 51], и сказал: «О те, которые уверовали! Ешьте из благого, чем Мы вас наделили, и благодарите Аллаха, если вы Ему служите» (172) [аль-Бакара: 172].
6 — (Из них): указание на то, что мольба заграждена от того, кто ест запретное.
7 — (Из них): указание на важнейшие правила этикета мольбы, где он сказал: «Затем он упомянул человека, который долго путешествует…» и так далее, как будет разъяснено в шестом вопросе, если пожелает Аллах Всевышний. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Четвёртый вопрос): о разногласии учёных относительно хаджа на запретные деньги, а также молитвы, садаки и подобного этому:
Имам Ибн Раджаб (да помилует его Аллах) сказал: учёные разошлись во мнениях относительно того, кто совершил хадж на запретные деньги, и того, кто молился в запретной одежде, — спадает ли с него этим обязанность молитвы и хаджа? По этому вопросу от имама Ахмада (да помилует его Аллах) передаются два риваята. И эти упомянутые хадисы указывают на то, что дело не принимается при совершении запретного, но принятие может подразумевать удовлетворённость делом, похвалу совершившего его и хвалу ему среди ангелов, и похвальбу им; а может подразумеваться получение награды и вознаграждения за него; а может подразумеваться падение обязанности с человека этим делом. Если здесь подразумевается принятие в первом или втором смысле, то это не препятствует тому, что обязанность спадает этим с человека, — как передано, что не принимается молитва беглого раба, и женщины, чей муж на неё гневается, и того, кто пришёл к прорицателю, и того, кто пил вино сорок дней, — а имеется в виду, и Аллах лучше знает, отрицание принятия в первом или во втором смысле; и это же, и Аллах лучше знает, подразумевается в словах Всевышнего: «Аллах принимает только от богобоязненных» [аль-Маида: 27]. Поэтому этот аят вызывал у праведных предшественников сильный страх за самих себя: они боялись, что не окажутся среди тех богобоязненных, от кого Аллах принимает.
Составитель (да простит его Аллах) говорит: его слова «отрицание принятия и так далее» — по-моему, более верно понимать отрицание принятия в смысле падения обязанности, поскольку это соответствует явному смыслу текстов, а от их явного смысла не отходят без доказательства, так что вдумайся, а Аллах Всевышний лучше знает.
Он сказал: и спросили Ахмада о смысле слова «богобоязненных» в этом аяте, и он сказал: тот, кто остерегается вещей и не впадает в то, что недозволено.
Абу Абдуллах ан-Наббаджи аз-Захид (да помилует его Аллах) сказал: пять качеств, которыми завершается дело: вера через познание Аллаха Всевышнего, знание истины, чистосердечность дела ради Аллаха, совершение дела по сунне и поедание дозволенного. Если отсутствует одно из них, дело не возносится. Это так: если ты познал Аллаха Всевышнего, но не познал истину, ты не получишь пользы; если ты познал истину, но не познал Аллаха, ты не получишь пользы; если ты познал Аллаха и познал истину, но не был чистосердечен в деле, ты не получишь пользы; если ты познал Аллаха, познал истину и был чистосердечен в деле, но оно не было по сунне, ты не получишь пользы; и если все четыре условия выполнены, но пища не была из дозволенного, ты не получишь пользы (1).
Вахб ибн аль-Вард сказал: если бы ты стоял на месте этой колонны [непрерывно в молитве], тебе ничего не поможет, пока ты не посмотришь, что входит в твой живот — дозволенное или запретное? (2).
А что касается садаки из запретного имущества, то она не принимается, как в «Сахихе Муслима» от Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах) от Пророка ﷺ: «Не принимает Аллах молитву без очищения, и не принимает садаку из присвоенного [обманным путём]». А в «обоих Сахихах» от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ он сказал: «Не подавал раб садаку из благого имущества — а Аллах принимает только благое, — чтобы Милостивый не взял её Своей правой рукой…» — и он привёл хадис.
В «Мусанаде» имама Ахмада —да помилует его Аллах— передаётся от Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ, что он сказал: «Не приобретает раб имущество из запретного, чтобы истратить из него — и оно не будет благословенным; и не подаёт из него милостыню — и она не будет принята от него; и не оставляет его позади себя — а оно становится его припасом в Огонь. Поистине, Аллах не изглаживает дурное дурным, но изглаживает дурное добрым; поистине, скверное не изглаживает скверное».
И передаётся из хадиса Дарраджа от Ибн Худжайры от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ, что он сказал: «Кто приобрёл запретное имущество и подал из него милостыню, тому не будет за это награды, а грех его останется на нём», — этот хадис привёл Ибн Хиббан в своём «Сахихе», а некоторые передали его как остановленный на Абу Хурайре (да будет доволен им Аллах).
А в мурсалях аль-Касима ибн Мухаймиры сказано: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Кто заполучил имущество через грех, а затем поддержал через него родство, или подал из него милостыню, или израсходовал его на пути Аллаха, — Аллах соберёт всё это вместе, а затем бросит это в огонь Геенны».
Передаётся от Абу ад-Дарды и Йазида ибн Майсары, что они оба уподобляли того, кто заполучил имущество не дозволенным путём, а затем подал из него милостыню, тому, кто взял имущество сироты и одел в него вдову.
Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими) спросили о том, кто находился на службе, притеснял людей и брал запретное, а затем покаялся и совершает хадж, отпускает рабов и подаёт милостыню из этого имущества, — он ответил: «Поистине, скверное не искупает скверное». Так же сказал Ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах): «Поистине, скверное не искупает скверное, но благое искупает скверное». А аль-Хасан сказал: «О ты, кто подаёт милостыню бедняку из милосердия к нему, — прояви милосердие к тому, кого ты притеснил!» Конец цитаты.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: из приведённых слов учёных и их доводов становится ясно, что деяние подчинения, совершённое посредством запретного имущества, не принимается, и что более верным представляется мнение о том, что оно не освобождает от обязанности [закята и т.п.] в силу явного смысла текстов; вдумайся же в это, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Пятый вопрос): о словах учёных о том, кто подал милостыню из запретного имущества.
Имам Ибн Раджаб —да помилует его Аллах— сказал: «Знай, что подача милостыни из запретного имущества бывает двух видов:
Первый: когда изменник, захватчик или подобный им подаёт из этого имущества милостыню от собственного имени. Именно это подразумевается в упомянутых хадисах, говорящих, что она не принимается от него, то есть что он не получает за это награды, но, напротив, грешит своими действиями с чужим имуществом без разрешения владельца, и владельцу за это не полагается никакой награды, поскольку у него не было ни намерения, ни воли на это. Так сказала группа учёных, среди них Ибн Акыль из ханбалитов.
В книге Абд ар-Раззака передаётся от Зайда ибн аль-Ахнаса аль-Хузаи, что он спросил Са‘ида ибн аль-Мусаййиба: «Я нашёл потерянную вещь — подать ли мне её как милостыню?» Тот ответил: «Ты не получишь за это награды, и владелец её не получит награды». Возможно, он имел в виду случай, когда она подаётся как милостыня прежде обязательного её объявления [о находке].
А если правитель или кто-то из его наместников возьмёт из казны имущество, на которое имеет право, и подаст из него милостыню, или отпустит раба, или построит мечеть или что-то иное, приносящее пользу людям, то, согласно переданному от Ибн Умара (да будет доволен Аллах ими обоими), он подобен захватчику, когда тот подаёт милостыню из захваченного. Так он сказал Абдаллаху ибн Амиру, эмиру Басры, когда люди собрались у него в момент его смерти, восхваляя его благочестие и добродетели, а Ибн Умар молчал. Когда его попросили высказаться, он привёл ему хадис: «Не принимает Аллах милостыню из добычи, взятой обманным путём», — а затем сказал ему: «А ты был правителем Басры».
Асад ибн Муса в «Книге о богобоязненности» сказал: рассказал нам аль-Фудайль ибн Ийяд от Мансура от Тамима ибн Салямы, что Ибн Амир сказал Абдаллаху ибн Умару: «Как ты думаешь об этих потоках, которые мы прокладываем, и источниках, которые мы открываем, — есть ли нам в этом награда?» Ибн Умар ответил: «Разве ты не знаешь, что скверное никогда не искупает скверное?»
Рассказал нам Абд ар-Рахман ибн Зияд от Абу Малиха от Маймуна ибн Михрана, что Ибн Умар, когда Ибн Амир спросил его об освобождении рабов, сказал ему: «Пример твой подобен человеку, который украл верблюдов у паломников, а затем сражался на них на пути Аллаха, — посмотри, будет ли это принято от него?»
Некоторые из строгих в благочестии, как Тавус и Вухайб ибн аль-Вард, избегали пользоваться тем, что устраивали подобные правители.
Что же касается имама Ахмада —да помилует его Аллах—, то он дал послабление в отношении того, что делали правители из общественных благ, как мечети, мосты, сооружения, поскольку они содержатся из имущества фей (военной добычи, поступающей в казну); разве что если достоверно известно, что они сделали нечто из этого на запретное имущество, как налоги [незаконные], захваты и подобное, — тогда следует избегать пользования тем, что построено на запретное имущество. Возможно, Ибн Умар (да будет доволен Аллах ими обоими) осуждал их именно за то, что они брали имущество казны себе, а затем заявляли, что то, что они сделали из этого имущества после, — это их милостыня; ведь это подобно захваченному имуществу. Именно так следует понимать осуждение некоторых учёных строительства правителями мечетей.
Абу аль-Фарадж Ибн аль-Джаузи —да помилует его Аллах— сказал: «Я видел, как некоего из ранних [учёных] спрашивали о том, кто заработал имущество, дозволенное или запретное, у правителей и эмиров, а затем построил ханаки и мечети, — есть ли ему за это награда? Он дал фетву, обеспечивающую спокойствие сердца дающего, и сказал, что в передаче в вакф того, что ему не принадлежит, есть своего рода посредничество, поскольку конкретные лица, у которых было отнято имущество, неизвестны, чтобы вернуть им его». Он [Ибн аль-Джаузи] сказал: «Я сказал: удивительно, что люди, восседающие для выдачи фетв, не знают основ шариата! Следовало бы сначала рассмотреть положение этого дающего: если он правитель, то то, что выходит из казны, имеет известные направления расходования, — как же он лишает тех, кто имеет на это право, и занимает это бесполезным делом, строительством медресе или ханаки? А если он из числа эмиров или наместников правителей, то он обязан вернуть в казну то, что обязан вернуть; а если это запретное или захваченное, то любое распоряжение им запретно, и обязательно вернуть его тому, у кого оно было взято, или его наследникам; если же это неизвестно, то вернуть в казну, чтобы расходовать на общественные нужды или на милостыню, а взявший это не получит ничего, кроме греха». Конец цитаты.
И его речь касается лишь тех правителей, которых он застал в своё время, которые лишали имеющих право на это доли из фея и распоряжались им для себя подобно владельцам, строя из него медресе, ханаки и подобное, что порой не является необходимым, и выделяли этим одних людей в ущерб другим. А если предположить справедливого имама, который раздаёт людям их права из фея, а затем строит для них то, в чём они нуждаются, — мечеть, медресе, госпиталь и подобное, — то это допустимо. И если некто, взявший имущество для себя из казны, построит на взятое необходимое в данный момент строение, то строительство из казны допустимо, но он приписывает это себе; это можно вывести по аналогии с разногласием о захватчике, который возвращает имущество тому, у кого оно захвачено, в виде милостыни или дарения, — освобождается ли он этим от ответственности или нет?
Всё это при условии, что строительство соответствует размеру нужды, без излишеств и украшений. Умар ибн Абд аль-Азиз повелел отремонтировать мечеть Басры из казны, но запретил превышать то, что в ней разрушилось, и сказал: «Я не нашёл в имуществе Аллаха права на [излишнее] строительство». И передаётся от него, что он сказал: «Нет у мусульман нужды в том, что причиняет вред их казне».
Знай, что среди учёных есть те, кто ставит распоряжение захватчика и подобного ему чужим имуществом в зависимость от разрешения его владельца: если он разрешит его действие, оно становится дозволенным. Некоторые из последователей Ахмада —да помилует его Аллах— передали от него, что тот, кто выплатил закят из захваченного имущества, а затем владелец это одобрил, — это допустимо, и закят с него снимается. Также Ибн Абу ад-Дунья вывел передачу от Ахмада, что если человек отпустил чужого раба от своего имени, обязуясь возместить его стоимость из своего имущества, а затем владелец это одобрил, то это допустимо и освобождение раба действительно, — хотя это противоречит явному тексту Ахмада.
Передаётся от ханафитов, что если человек захватил овцу и зарезал её для своей ‘умры или кырана, а затем владелец это одобрил, — это ему достаточно [заменяет жертвоприношение].
Второй вид распоряжений захватчика захваченным имуществом: когда он подаёт его как милостыню от имени владельца, если не в состоянии вернуть его ему или его наследникам. Это допустимо у большинства учёных, среди них — Малик, Абу Ханифа, Ахмад и другие.
Ибн Абд аль-Барр сказал: аз-Зухри, Малик, ас-Саури, аль-Авзаи и аль-Лейс придерживались того, что если укравший из военной добычи (غالّ), когда войско разошлось и не может дойти до него, отдаёт имаму пятую часть этого, а оставшееся раздаёт как садаку. Это передано от Убады ибн ас-Самита, Муавии и аль-Хасана аль-Басри, и это похоже на мазхаб Ибн Мас‘уда и Ибн Аббаса (да будет доволен ими Аллах), которые считали, что имущество, чей владелец неизвестен, следует раздать как садаку. Он сказал: учёные единодушны в отношении находки (лукъата), что её разрешается раздать как садаку после объявления о ней и утраты надежды на владельца, причём если владелец объявится, ему предоставляется выбор между наградой и возмещением. Так же и в отношении присвоенного силой (магсуб). Конец цитаты.
Передано от Малика ибн Динара, который сказал: я спросил Атаа ибн Абу Рабаха о том, у кого есть запретное имущество, чьи владельцы неизвестны, и он хочет освободиться от него. Он сказал: пусть раздаст его как садаку, но я не говорю, что это освобождает его от ответственности. Малик сказал: эти слова Атаа были для меня дороже, чем вес золота.
Суфьян сказал о том, кто купил у людей нечто присвоенное силой: он должен вернуть это им, а если не может их найти — раздать как садаку, соблюдая осторожность, и не брать назад свои затраты. Так же он сказал о том, кто продал что-то тому, с кем нежелательно иметь дело из-за сомнительности его имущества: он раздаёт цену как садаку. Ибн аль-Мубарак не согласился с ним и сказал: он раздаёт как садаку только прибыль. Ахмад сказал: он раздаёт как садаку прибыль, — и так же он сказал о том, кто унаследовал имущество от своего отца, а отец продавал тому, с кем нежелательно иметь дело: он раздаёт как садаку часть, равную прибыли, а оставшееся берёт себе.
Подобное передано от группы сподвижников (да будет доволен ими Аллах), среди них: Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) и Абдуллах ибн Язид аль-Ансари (да будет доволен им Аллах). Известное мнение аш-Шафии (да будет доволен им Аллах) о запретном имуществе — что его следует сохранять, не раздавая как садаку, до тех пор, пока не объявится тот, кто имеет на него право. Аль-Фудайль ибн Ийяд считал, что тот, у кого есть запретное имущество с неизвестным владельцем, должен уничтожить его, бросив в море, а не раздавать как садаку, и говорил: приближение к Аллаху возможно только чистым имуществом. Но правильным является [мнение о том, что следует] раздать его как садаку, ибо уничтожение и растрата имущества запрещены, а бесконечное его удержание подвергает его риску уничтожения и захвату несправедливыми людьми. Раздача его как садаки не совершается от имени приобретшего его, чтобы это не было приближением к Аллаху посредством скверного, — это садака от имени владельца, чтобы польза от неё была ему в будущей жизни, поскольку в этом мире он не может воспользоваться этим имуществом (1).
Составитель [книги], да простит его Аллах, говорит: из приведённых мнений учёных и их доводов стало ясно, что наиболее предпочтительным является мнение тех, кто сказал: тот, у кого имеется запретное имущество, а владелец его или наследники неизвестны, должен раздать его как садаку от его имени — ради избавления от него, а не в надежде на награду за это, — и не должен оставлять его у себя, чтобы оно пропало и испортилось, ибо Аллах Всевышний запретил растрачивать имущество. И Аллах Всевышний более знающ о правильном, и к Нему возврат и место упокоения.
(Шестой вопрос): его слово («затем он упомянул человека, который подолгу находится в пути, растрёпанного, покрытого пылью, простирающего руки к небу: «О Господь! О Господь!» — а еда его запретна, питьё его запретно, одежда его запретна, и питался он запретным, — как же будет ему дан ответ на это?»).
Имам Ибн Раджаб (да помилует его Аллах) сказал: в этих словах Пророк ﷺ указал на этикет мольбы (дуа) и на причины, способствующие её принятию, а также на то, что препятствует её принятию. Он упомянул четыре причины, способствующие принятию мольбы:
[Первая]: продолжительность пути. Сам по себе путь способствует принятию мольбы, как в хадисе Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ, который сказал: «Три мольбы принимаются несомненно: мольба притеснённого, мольба путника и мольба родителя за своего ребёнка». Этот хадис привели Абу Дауд, Ибн Маджа и ат-Тирмизи (2), а у него [в другой версии]: «мольба родителя против своего ребёнка». Подобное же передано со слов Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) как его собственное высказывание.
И чем дольше путь, тем ближе принятие мольбы, ибо это предполагает возникновение сокрушённости души от продолжительной оторванности от родных мест и перенесения тягот, а сокрушённость — одна из величайших причин принятия мольбы.
(2) Хадис, признанный достоверным Ибн Хиббаном; у него есть подтверждение из хадиса Укбы ибн Амира (да будет доволен им Аллах) у Ахмада в «Мусанаде» (4/154).
[Второй]: наличие небрежности во внешнем виде и одежде, растрёпанность и покрытость пылью, что также относится к причинам, способствующим принятию мольбы, как в известном хадисе от Пророка ﷺ: «Сколько растрёпанных, покрытых пылью, в двух ветхих одеждах, отталкиваемых от дверей, — если бы он поклялся Аллахом [о чём-то], Аллах исполнил бы его клятву» (1).
Когда Пророк ﷺ вышел для молитвы о дожде (истиска), он вышел небрежно одетым, смиренным, взывающим с покорностью (2). А Мутарриф ибн Абдуллах, когда для него был заключён под стражу племянник, надел свою ветхую одежду и взял в руку посох. Его спросили: что это? Он ответил: я смиряюсь перед своим Господом — быть может, Он даст мне заступничество за моего племянника.
[Третья]: воздевание рук к небу, что относится к этикету мольбы, благодаря которому надеются на её принятие. В хадисе Салмана (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ: «Поистине, Аллах Всевышний Стыдливый и Щедрый, стыдится, если человек воздевает к Нему руки, вернуть их пустыми и разочарованными». Этот хадис привели имам Ахмад, Абу Дауд, ат-Тирмизи и Ибн Маджа (3), и подобное передано из хадиса Анаса, Джабира и других.
Пророк ﷺ поднимал руки при молитве о дожде так, что было видно белизну его подмышек (4), и он поднял руки в день Бадра, прося у Аллаха победы над многобожниками, так что его накидка упала с его плеч (5).
Передано от Пророка ﷺ о разных видах поднятия рук в мольбе: среди них — что он иногда указывал только указательным пальцем; передано, что он делал это на минбаре (6), и делал это, когда сел на свою верховую животину (7).
Группа учёных считала, что в мольбе-кунут в молитве следует указывать пальцем, среди них аль-Авзаи, Саид ибн Абд аль-Азиз и Исхак ибн Рахавайх. Ибн Аббас и другие говорили: это есть искренность в мольбе, а Ибн Сирин сказал: когда ты воздаёшь хвалу Аллаху, указывай одним пальцем.
(2) Привели Ахмад, ат-Тирмизи, ан-Насаи, Ибн Маджа и Абу Дауд из хадиса Ибн Аббаса (да будет доволен ими Аллах), и Ибн Хиббан признал его достоверным.
(3) Ибн Хиббан признал его достоверным (876 и 880), также аль-Хаким (1/497), и с ним согласился аз-Захаби; Хафиз [Ибн Хаджар] назвал его иснад добротным в «Фатх» (11/143).
(4) Согласованный хадис (мутафак алейхи).
(5) Привёл Муслим.
(6) Привёл Муслим.
(7) Привёл Муслим в длинном хадисе Джабира.
Среди других видов — что он поднимал руки так, что их тыльная сторона была обращена к кибле, а он стоял к ней лицом, а внутренняя сторона рук была обращена к его лицу. Этот вид передан от Пророка ﷺ в мольбе о дожде (истиска) (1), и некоторые учёные считали предпочтительным поднятие рук в истиска именно таким образом, среди них аль-Джузджани. Некоторые из ранних учёных говорили: поднятие рук таким образом есть смиренная покорность (тадарруу).
Среди других видов — противоположное этому, что также передано от Пророка ﷺ в истиска (2), и передано от группы ранних учёных, что они так молились, и некоторые из них говорили: поднятие рук таким образом есть искание защиты у Аллаха и обращение к Нему за прибежищем; среди них Ибн Умар, Ибн Аббас и Абу Хурайра (да будет доволен ими Аллах).
Передано от Пророка ﷺ, что он, когда искал защиты (истиаза), поднимал руки именно таким образом (3).
Среди других видов — поднятие рук так, чтобы ладони были обращены к небу, а тыльная сторона рук — к земле. Пришло повеление делать так при просьбе к Аллаху (Свят Он и Велик) в нескольких хадисах, и от Ибн Умара, Абу Хурайры и Ибн Сирина передано, что это есть мольба и просьба к Аллаху (Свят Он и Велик).
Среди других видов — противоположное этому, а именно: перевернуть ладони так, чтобы их тыльная сторона была обращена к небу, а внутренняя — к земле. В «Сахихе» Муслима от Анаса (да будет доволен им Аллах) [сказано]: «что Пророк ﷺ просил дождя и указал тыльной стороной своих ладоней к небу», и привёл этот хадис имам Ахмад (да помилует его Аллах), с формулировкой: «и он раскрыл свои руки, и сделал их тыльную сторону обращённой к небу», и привёл его Абу Дауд с формулировкой: «просил дождя вот так», то есть Пророк ﷺ вытянул руки, и сделал их внутреннюю сторону обращённой к земле.
Привёл имам Ахмад из хадиса Абу Саида аль-Худри (да будет доволен им Аллах), который сказал: был...
(2) В «Сунан» Абу Дауда (1171) из хадиса Анаса (да будет доволен им Аллах): Пророк ﷺ просил дождя вот так, вытянув руки и сделав их внутреннюю сторону обращённой к земле, так что я видел белизну его подмышек, — и это достоверный хадис.
(3) Привёл Ахмад в своём «Мусанаде», и в его иснаде [есть] Ибн Лахиа, о котором говорили [критически].
Пророк ﷺ, стоя на Арафате, обращался с мольбой вот так, и поднимал руки на уровень своих грудных мышц, обратив внутренние стороны ладоней к земле. Так же описал поднимание рук Пророком ﷺ на Арафате Хаммад ибн Салама. Передано от Ибн Сирина, что это есть «истиджара» (испрашивание защиты), а аль-Хумайди сказал: это есть «ибтихаль» (усердное смиренное моление).
[Четвёртое]: настойчивое обращение к Аллаху (свят Он и велик) с повторением упоминания Его господства (рубубийя) — это одно из величайших средств, которыми испрашивается принятие мольбы. Аль-Баззар привёл хадис от Аиши, матери верующих (да будет доволен ею Аллах), восходящий к Пророку ﷺ: «Когда раб говорит: «О Господь!» четыре раза, Аллах говорит: «Вот я перед Тобой, раб Мой, проси — и тебе будет дано»».
Ат-Табарани и другие привели хадис от Саада ибн Хариджи о том, что некие люди пожаловались Пророку ﷺ на засуху, и он сказал: «Встаньте на колени и говорите: «О Господь, о Господь», и поднимите указательный палец к небу». И их напоили дождём настолько, что они возжелали, чтобы дождь прекратился.
В «Мусаде» и в других сборниках передано от аль-Фадля ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ, что он сказал: «Молитва (ночная добровольная) совершается по два рак‘ата, и после каждых двух рак‘атов произносится ташаххуд, и проявляй смирение, и покорность, и униженность, и вытягивай руки твои — то есть поднимай их — к твоему Господу, обратив ими своё лицо, и говори: «О Господь, о Господь». А кто не сделает этого, та молитва неполноценна (хидаж)».
Язид ар-Ракаши передал от Анаса, восходя к Пророку ﷺ: «Нет такого раба, который скажет: «О Господь, о Господь, о Господь», чтобы его Господь не ответил ему: «Вот Я перед тобой, вот Я перед тобой»».
Передано от Абу ад-Дарды и Ибн Аббаса (да будет доволен ими Аллах), что они говорили: величайшее имя Аллаха — это «Рабб, Рабб» (Господь, Господь).
От Атаа передано, что он сказал: не бывало, чтобы раб сказал: «О Господь, о Господь» трижды, чтобы Аллах не взглянул на него. Об этом упомянули аль-Хасану, и он сказал: разве вы не читаете Коран? — и прочёл слова Всевышнего: «Те, которые помнят Аллаха стоя, сидя и лёжа на боку и размышляют о создании небес и земли: Господь наш! Ты не сотворил всё это без пользы. Пречист Ты! Защити нас от мучений в Огне. Господь наш! Тех, кого Ты ввергнешь в Огонь, Ты опозоришь, и нет для беззаконников помощников. Господь наш! Мы слышали зовущего, который призывал к вере: «Уверуйте в вашего Господа!» — и мы уверовали. Господь наш! Прости нам наши грехи, избавь нас от наших злодеяний и упокой нас вместе с благочестивыми. Господь наш! Дай нам то, что Ты обещал нам через Своих посланников, и не позорь нас в День воскресения. Воистину, Ты не нарушаешь обещаний. Господь их ответил им: «Я не погублю деяний ни одного из вас, будь то мужчина или женщина. Вы — один от другого. А тем, которые переселились, были изгнаны из своих домов и подверглись мучениям на Моём пути, сражались и были убиты, Я непременно простру грехи и введу их в Райские сады, в которых текут реки». Это будет вознаграждением от Аллаха, а ведь у Аллаха есть наилучшее вознаграждение» (Аль ‘Имран: 191–195).
Кто рассмотрит мольбы, упомянутые в Коране, обнаружит, что они, как правило, начинаются с имени «Рабб» (Господь), подобно словам Всевышнего: «Господь наш! Дай нам добро в этом мире и добро в Последней жизни и защити нас от мучений в Огне» (аль-Бакара: 201), «Господь наш! Не наказывай нас, если мы забыли или ошиблись. Господь наш! Не возлагай на нас то, что Ты возложил на тех, кто был до нас. Господь наш! Не возлагай на нас то, что нам не под силу» (аль-Бакара: 286), и слова Его: «Господь наш! Не уклоняй наши сердца в сторону после того, как Ты наставил нас на прямой путь» (Аль ‘Имран: 8). Подобного в Коране много.
Малика и Суфьяна спросили о том, кто говорит в мольбе: «О господин мой (я саййиди)», и он сказал: разве не сказать ему: «О Господь (я Рабб)»? Малик добавил: как говорили пророки в своих мольбах.
Что же касается того, что препятствует принятию мольбы, то Пророк ﷺ указал, что это — чрезмерность в запретном в еде, питье, одежде и пропитании. В хадисе Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) сказано, что Пророк ﷺ сказал Сааду: «Сделай пропитание своё дозволенным, и твоя мольба будет принята».
Таким образом, вкушение запретного, питьё его, ношение его и пропитание им — причина, обуславливающая непринятие мольбы.
Икрима ибн Аммар передал: рассказал нам аль-Асфар, что Саада ибн Абу Ваккаса спросили: почему твоя мольба принимается из числа всех сподвижников Посланника Аллаха ﷺ? Он ответил: я не подносил ко рту ни одного куска, не зная, откуда он пришёл и откуда вышел.
От Вахба ибн Мунаббиха передано, что он сказал: кто желает, чтобы Аллах принимал его мольбу, пусть сделает своё пропитание дозволенным. От Сахля ибн Абдуллаха передано: кто ест дозволенное сорок дней, того мольба будет принята. От Юсуфа ибн Асбата передано: дошло до нас, что мольба раба удерживается от достижения небес из-за дурного пропитания.
Его слово (فأنى يستجاب لذلك) — «так как же будет принята его мольба?» — означает: как же ему будет отвечено? Это вопрос, выраженный в форме удивления и признания неправдоподобности, но не является прямым указанием на невозможность принятия мольбы и полное её отрицание. Отсюда извлекается, что чрезмерность в запретном и пропитание им — из числа препятствий принятию мольбы, однако может найтись то, что устраняет действие этого препятствия. Совершение запретных деяний также может быть препятствием к принятию мольбы, равно как и оставление обязательного, как в хадисе о том, что оставление повеления к одобряемому и запрещения предосудительного препятствует принятию мольбы благочестивых людей, а совершение деяний повиновения обуславливает принятие мольбы. Поэтому, когда те, кто вошли в пещеру, и на них обвалился камень, обратились с посредничеством своих праведных деяний, которые они совершали искренне ради Аллаха Всевышнего, и обратились к Аллаху с мольбой через них, их мольба была принята.
Вахб ибн Мунаббих сказал: подобен тому, кто молится без деяния, тот, кто стреляет без тетивы. И от него же передано: праведное деяние доносит мольбу до цели, — затем он прочёл слова Всевышнего: «К Нему восходит доброе слово, и праведное деяние возносит его» (Фатыр: 10).
От Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах) передано, что он сказал: благочестивой воздержанностью от того, что запретил Аллах, принимаются Аллахом мольба и восхваление (тасбих).
От Абу Зарра (да будет доволен им Аллах) передано, что он сказал: с благочестием довольно немного мольбы, как с едой довольно немного соли.
Мухаммад ибн Васи‘ сказал: с благочестивой воздержанностью довольно немного мольбы. Суфьяну сказали: если бы ты помолился Аллаху? Он ответил: оставление грехов — вот и есть мольба.
Аль-Лайс сказал: Муса (мир ему) увидел человека, поднявшего руки и усердно просящего Аллаха, и Муса (мир ему) сказал: о Господь, раб Твой обратился к Тебе с мольбой так, что я даже пожалел его, а Ты — Милостивейший из милостивых, что же Ты сделал с его нуждой? Аллах ответил: о Муса, если бы он поднимал руки до тех пор, пока они не отвалились бы, Я не взглянул бы на его нужду, пока он не посмотрит на Моё право (на него).
Ат-Табарани привёл со слабым иснадом от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) хадис, восходящий к Пророку ﷺ, с этим же смыслом.
Малик ибн Динар сказал: сынов Исраиля поразила беда, и они вышли на открытое место...