…камня, а иначе, кто в состоянии, целует камень, и не ограничивается в отношении руки только касанием ею. То, что мы упомянули о рекомендуемости поцелуя руки после касания для неспособного [коснуться камня непосредственно], — это наш мазхаб и мазхаб большинства учёных. Аль-Касим ибн Мухаммад, известный представитель поколения таби‘инов, сказал: «Поцелуй не является рекомендуемым», — и этого же мнения придерживался Малик в одном из двух своих высказываний. Конец цитаты.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: то, что передано от аль-Касима и Малика об отсутствии предписанности поцелуя, отвергается этим достоверным хадисом, так что вдумайся, а Аллах Всевышний знает лучше.
Хафиз Абу Умар ибн Абд аль-Барр, да помилует его Аллах, сказал: «Учёные не расходятся во мнении, что поцелуй Чёрного камня во время обхода относится к сунам хаджа для того, кто способен на это. А кто не способен поцеловать его, кладёт на него руку и поднимает её к устам. А если и это невозможно из-за скопления людей, то произносит слова величания [Аллаху акбар], обращаясь к нему лицом. А кто не сделает этого, на нём нет греха. Но тому, кто способен на это, не подобает оставлять это, следуя примеру Посланника Аллаха ﷺ и его сподвижников после него».
Его слово («с тех пор, как я увидел, что Посланник Аллаха ﷺ делает это») — аль-Кари, да помилует его Аллах, сказал: то есть касание в общем смысле, или в частном смысле, поскольку от него ﷺ достоверно установлены и касание, и поцелуй, как в обоих «Сахихах». Конец цитаты.
Сказано также: очевидно, что местоимение относится к касанию в общем смысле, но допустимо, что оно относится к касанию упомянутым частным образом, а именно тому, что он коснулся камня рукой, а затем поцеловал свою руку. Первое — более верное толкование, вдумайся. Конец цитаты. Автор «Аль-Мир‘ат» сказал: очевидное, даже более очевидное, по-моему, — это второе. Конец цитаты, и это хорошее уточнение.
Хадис передан согласно обоим шейхам [аль-Бухари и Муслиму], а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возвращение.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу, да помилует его Аллах, упомянутому в начале книги, он сказал:
[3067] (1269) — «И передал мне Абу ат-Тахир: сообщил нам Ибн Вахб: сообщил нам Амр ибн аль-Харис, что Катада ибн Ди‘ама передал ему, что Абу ат-Туфайль аль-Бакри передал ему, что он слышал Ибн Аббаса, говорящего: «Я не видел, чтобы Посланник Аллаха ﷺ касался чего-либо, кроме двух йеменских углов»».
Передатчики этого иснада — шесть:
1 — Амр ибн аль-Харис ибн Якуб аль-Ансари, их вольноотпущенник, египтянин, надёжный, твёрдый, знаток фикха, хафиз [7-е поколение], умер до (150 г. х.) (передавали все составители шести сборников), упомянут ранее в книге «Аль-Иман», 16/169.
2 — Катада ибн Ди‘ама ас-Садуси, Абу аль-Хаттаб аль-Басри, надёжный, твёрдый, практиковал тадлис, из старших представителей [4-го поколения] (умер в 117 г. х.) (передавали все составители шести сборников), упомянут ранее во «Введении», 6/70.
Остальные упомянуты в этой главе и в предыдущей главе. А «Абу ат-Туфайль аль-Бакри» — это Амир ибн Васила аль-Лейси. Хафиз Абу Али аль-Джаяни, да помилует его Аллах, сказал: «Чаще всего в его родословной встречается «аль-Лейси», от бану Лейс ибн Бакр ибн Абд Манаф, а кто говорит «аль-Бакри», тот относит его к Бакру ибн Абд Мана ибн Кинана, а не к Бакру ибн Ваиль». Конец цитаты.
Его слово («я не видел, чтобы Посланник Аллаха ﷺ касался чего-либо, кроме двух йеменских углов») — так составитель, да помилует его Аллах, ограничился только возведённой к Пророку частью хадиса, тогда как в хадисе есть история, случившаяся с Ибн Аббасом и Муавией, да будет доволен ими обоими Аллах. Имам Ахмад, ат-Тирмизи и аль-Хаким передали через путь Абдуллаха ибн Усмана ибн Хусайма от Абу ат-Туфайля, который сказал: «Я был с Ибн Аббасом и Муавией, и Муавия не проходил ни мимо одного угла, чтобы не коснуться его. Тогда Ибн Аббас сказал: «Поистине, Посланник Аллаха ﷺ касался только Камня и йеменского [угла]». Муавия ответил: «Нет ничего в Доме, что было бы оставлено без внимания»».
Этот хадис был передан и в перевёрнутом виде: Ахмад передал через путь Шу’бы от Катады от Абу ат-Туфайля, который сказал: «Муавия и Ибн Аббас совершали хадж, и Ибн Аббас стал касаться всех углов. Тогда Муавия сказал: «Поистине, Посланник Аллаха ﷺ касался только этих двух йеменских углов». Ибн Аббас ответил: «Ни один из его углов не оставлен без внимания»».
Абдуллах ибн Ахмад в книге «Аль-Иляль» сказал: «Я спросил своего отца об этом, и он сказал: «Шу’ба перевернул его. Шу’ба говорил: «Люди противоречат мне в этом, но я слышал это от Катады именно так»»». Конец цитаты.
Это же передал Са’ид ибн Абу Аруба от Катады в верном виде, и это также передал Ахмад, а также передал подобное этому через путь Муджахида от Ибн Аббаса.
Аш-Шафи’и передал через путь Мухаммада ибн Ка’ба аль-Курази, что Ибн Аббас касался йеменского угла и Камня, а Ибн аз-Зубайр касался всех углов и говорил: «Нет ничего в Доме, что было бы оставлено без внимания», на что Ибн Аббас отвечал: «Был для вас в Посланнике Аллаха прекрасный пример»[Коран, 33:21].
А текст упомянутого риваята Муджахида от Ибн Аббаса: он совершал обход с Муавией, и Муавия сказал: «Нет ничего в Доме, что было бы оставлено без внимания». Ибн Аббас сказал ему: «Был для вас в Посланнике Аллаха прекрасный пример». Муавия сказал: «Ты сказал верно».
Хафиз сказал: «Из этого становится ясной слабость мнения тех, кто отнёс это к повторению случая, и что каждый из них изменил своё мнение под влиянием того, что осудил в другом».
Он сказал: «Я сказал это, поскольку источник обоих хадисов один — это Катада от Абу ат-Туфайля, а Ахмад категорически утверждал, что Шу’ба перевернул его, так что отпадает умозрительная возможность [двух разных случаев]».
Ибн Абу Шейба передал через путь Аббада ибн Абдуллаха ибн аз-Зубайра, что он видел своего отца касающимся всех углов, и он говорил: «Поистине, нет ничего из него, что было бы оставлено без внимания». Аш-Шафи’и передал нечто подобное от него другим путём, как было упомянуто ранее.
В «Аль-Муватта» от Хишама ибн Урвы ибн аз-Зубайра [передано], что его отец, когда совершал обход Дома, касался всех углов.
Са’ид ибн Мансур передал через ад-Дарауарди от Хишама с формулировкой: «Когда начинал, касался всех углов, и когда заканчивал».
Оба шейха [аль-Бухари и Муслим] передали хадис Ибн Умара, который сказал: «Я не видел, чтобы Пророк ﷺ касался чего-либо из Дома, кроме двух йеменских углов».
От Ибн Умара, да будет доволен ими обоими Аллах, передано: «Поистине, Посланник Аллаха ﷺ оставил касание сирийских углов, потому что Дом не был завершён на основаниях Ибрахима, мир ему». На этом же основании Ибн ат-Тин, следуя за Ибн аль-Каттаром, объяснил касание Ибн аз-Зубайром обоих [сирийских углов]: поскольку он, когда восстанавливал Каабу, завершил Дом на основаниях Ибрахима. Конец цитаты.
Некоторые толкователи возразили на это тем, что Ибн аз-Зубайр совершал обход с Муавией и касался всех [углов].
Хафиз сказал: «Он не обратил внимания на это сообщение, ибо это случилось с Муавией и Ибн Аббасом, а что касается Ибн аз-Зубайра, то аль-Азраки передал в книге «Мекка», сказав: «Когда Ибн аз-Зубайр закончил строительство Дома, включил в него часть Хиджра, которая была из него исключена, и вернул оба угла на основания Ибрахима, он вышел в ат-Тан’им, совершил умру, обошёл Дом и касался всех четырёх углов. И Дом оставался в состоянии постройки Ибн аз-Зубайра, так что тот, кто совершал обход, касался всех углов вместе, до тех пор, пока Ибн аз-Зубайр не был убит»».
Он передал через путь Ибн Исхака, который сказал: «Дошло до меня, что когда Адам совершал хадж, он касался всех углов, и что Ибрахим и Исмаил, когда закончили строительство Дома, обошли его семь раз, касаясь [всех] углов».
Ад-Дауди сказал: «Муавия предположил, что это два угла того Дома, который был установлен изначально, но это не так, ввиду того, что было упомянуто ранее из хадиса Аиши, да будет доволен ею Аллах. Большинство же придерживается того, на что указывает хадис Ибн Умара, да будет доволен ими обоими Аллах».
Ибн аль-Мунзир и другие передали также касание всех углов от Джабира, Анаса, аль-Хасана и аль-Хусейна из сподвижников, и от Суваида ибн Гафаля из числа таби‘инов.
Он сказал: «Может подразумевать то, что было упомянуто ранее из хадиса Убайда ибн Джурайджа, который сказал Ибн Умару: «Я видел, что ты делаешь четыре вещи, которые я не видел, чтобы кто-либо из твоих товарищей делал», и упомянул среди них: «И я видел, что ты не касаешься углов, кроме двух йеменских…» — [весь] хадис, — что те, кого видел Убайд ибн Джурайдж из сподвижников и таби‘инов, не ограничивались в касании только двумя йеменскими углами».
Некоторые учёные сказали: «Особое отношение к двум углам разъяснено сунной, а основанием для обобщения [касания всех углов] служит аналогия [кыяс]».
Аш-Шафии (да будет милостив к нему Аллах) ответил на слова того, кто сказал: «Нет ничего в Доме [Каабе], что было бы оставлено без внимания», следующим образом: мы не оставили касание их [двух углов] из-за пренебрежения Домом — и как можно пренебрегать им, если он совершает обход вокруг него? Но мы следуем сунне — в её исполнении или оставлении. И если бы оставление касания их считалось пренебрежением ими, то оставление касания того, что между углами, тоже было бы пренебрежением этим, а никто так не говорит. Отсюда извлекается [правило] соблюдения степеней, предоставления каждому обладателю права его права и определения каждому его надлежащего места. Конец того, что в «Фатхе». Это весьма ценное рассуждение, и Аллах Всевышний знает лучше.
Два вопроса, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) относится к тем, что передал сам автор (Муслим) в одиночку.
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл автор здесь [37/3067] (1269), ат-Тирмизи в «Хадже» (858), Ахмад в своём «Мусанаде» (1/246, 332, 372), Абу Аваана в своём «Мусанаде» (2/359), Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (3/357), ат-Табарани в «аль-Аусат» (1/304) и «аль-Кабир» (10/271), аль-Байхаки в «аль-Кубра» (5/76), и Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах, и в успехе моём — только от Аллаха, на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
(38) — (Глава о желательности целования Чёрного камня во время обхода)
По цепочке, восходящей к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3068] (1270) — «И передал мне Харамала ибн Йахья, [сказав]: сообщил нам Ибн Вахб, сообщил мне Йунус, и Амр (Х), и передал мне Харун ибн Саид аль-Айли, [сказав]: передал мне Ибн Вахб, сообщил мне Амр, от Ибн Шихаба, от Салима, что отец его передал ему, сказав: поцеловал Умар ибн аль-Хаттаб камень, затем сказал: «О, клянусь Аллахом, я поистине знаю, что ты — камень, и если бы я не видел, как Посланник Аллаха ﷺ целует тебя, я не поцеловал бы тебя». Харун добавил в своём риваяте: сказал Амр: и передал мне подобное этому Зайд ибн Аслам, от отца своего Аслама».
Передатчики этого иснада: девять:
1 — (Харун ибн Саид аль-Айли) ас-Саади, их вольноотпущенник, Абу Джафар, поселившийся в Египте, надёжный, достойный [10] (умер в 253 г.) в возрасте (83) лет (М, Д, С, К), упомянут ранее в «Имане» 29/225.
2 — (Умар ибн аль-Хаттаб) ибн Нуфайль аль-Адави, Абу Хафс, известный сподвижник, принял мученическую смерть в месяце зуль-хиджа в (23) году (Все шестеро), упомянут ранее в «Мукаддиме» 3/9.
Остальные упомянуты в предыдущей главе, а «Амр» — это Ибн аль-Харис, а «Йунус» — это Ибн Язид аль-Айли.
Тонкости этого иснада:
1 — (Среди них): что он относится к шестизвенным иснадам автора (Муслима), да будет милостив к нему Аллах, и у него в этом хадисе два иснада, разделённые переходом (тахвиль).
2 — (Среди них): что его передатчики — передатчики [признанные] всей группой [шести], кроме двух его непосредственных шейхов; первого передавали в одиночку он [Муслим] и ан-Насаи, и Ибн Маджа, а второго — те, у кого его хадисы приводили аль-Бухари и ат-Тирмизи.
3 — (Среди них): что первая половина его — цепочка из египтян, а вторая — из мединцев.
4 — (Среди них): что в нём есть передача одного последователя (табии) от другого табии, и одного сподвижника от другого сподвижника, и сына от отца — два раза.
5 — (Среди них): что его сподвижник обладает многочисленными достоинствами: он один из праведных халифов, один из десяти обрадованных Раем, тот, на языке которого говорят ангелы, он — «мухаддас» (тот, кому внушается истина), и шайтан избирает путь, отличный от его пути; он принял мученическую смерть в месяце зуль-хиджа (23 г. по хиджре) и правил халифатом десять с половиной лет.
Разбор хадиса:
Его слово («от Салима, что отец его») — Абдуллах ибн Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) — («передал ему, сказав: поцеловал Умар ибн аль-Хаттаб») (да будет доволен им Аллах) («камень») то есть Чёрный камень («затем сказал: о, клянусь Аллахом, я поистине знаю, что ты — камень») — а в грядущем риваяте: «и я поистине знаю, что ты — камень, и ты не вредишь и не приносишь пользы». Ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах) сказал: Умар (да будет доволен им Аллах) сказал это лишь для того, чтобы не впали в заблуждение некоторые из тех, кто недавно принял ислам и был привычен к поклонению камням, их почитанию, надежде на их пользу и страху перед вредом от небрежения их почитанием, — а время было близко к тому [языческому периоду]. Умар (да будет доволен им Аллах) опасался, что кто-то из них увидит, как он целует его и уделяет ему внимание, и это может ввести его в заблуждение, поэтому он разъяснил, что камень сам по себе не приносит вреда и не приносит пользы, хотя следование тому, что было предписано в отношении него, приносит пользу через награду и воздаяние. Смысл в том, что у камня нет власти ни приносить пользу, ни причинять вред, и что он — сотворённый камень, подобный прочим творениям, которые не вредят и не приносят пользы. И Умар распространил это [заявление] во время сезона [хаджа], чтобы это засвидетельствовали [люди] в разных странах и запомнили от него люди сезона, прибывшие из различных краёв. И Аллах знает лучше. Конец.
(«и если бы я не видел, как Посланник Аллаха ﷺ целует тебя, я не поцеловал бы тебя») ат-Табари (да будет милостив к нему Аллах) сказал: Умар (да будет доволен им Аллах) сказал это лишь потому, что люди были недавно [обращены] от поклонения идолам, и Умар опасался, что невежественные люди подумают, что касание камня относится к разряду почитания некоторых камней, как делали арабы в эпоху джахилии. Умар хотел научить людей, что касание его — это следование действию Посланника Аллаха ﷺ, а не потому, что камень сам по себе приносит пользу или вред, как полагала джахилия относительно идолов.
Аль-Мухалляб (да будет милостив к нему Аллах) сказал: этот хадис Умара отвергает слова того, кто говорит, что камень — это правая рука Аллаха на земле, которой Он обменивается пожатием со Своими рабами, — да упасёт Аллах от того, чтобы у Него был орган! Целование его было предписано лишь как избранное действие, чтобы через наблюдение узнавалось повиновение того, кто повинуется, и это подобно истории Иблиса, когда ему было велено пасть в поклоне перед Адамом.
Аль-Хаттаби (да будет милостив к нему Аллах) сказал: смысл того, что он — правая рука Аллаха на земле, состоит в том, что тот, кто обменивается с ним пожатием на земле, получает от Аллаха завет; а по обычаю, завет заключает царь через пожатие руки с тем, кого он желает сделать своим приближённым и особо отметить, — и [Пророк ﷺ] обратился к ним тем, что им было привычно понимать. А аль-Мухибб ат-Табари сказал: смысл в том, что каждый царь, когда к нему прибывает посланец, целует его правую руку; и поскольку паломник, впервые прибывая [в Мекку], — ему предписано целовать [камень], — он приравнен к правой руке царя, и Аллаху принадлежит высочайший пример. Конец.
Его слова («Харун добавил в своём риваяте») разъясняют различие между его двумя шейхами: то, что было приведено выше, — это формулировка его шейха Харамалы ибн Йахьи, а его шейх Харун добавил к этому слова («сказал Амр») то есть Ибн аль-Харис, и это соединено с предыдущим иснадом, а не является отдельно передаваемым («и передал мне подобное этому») то есть подобное этой истории («Зайд ибн Аслам») аль-Адави («от отца своего Аслама») вольноотпущенника Умара (да будет доволен им Аллах), то есть Умара — имеется в виду, что у Амра ибн аль-Хариса в этом хадисе два иснада: один — от Ибн Шихаба, от Салима, от отца его, от Умара (да будет доволен им Аллах), а второй — от Зайда ибн Аслама, от отца его Аслама, от Умара (да будет доволен им Аллах). И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — помощь, и на Него упование.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Умара (да будет доволен им Аллах) — согласованный [приведённый и у аль-Бухари, и у Муслима].
[Замечание]: Хафиз Ибн Абд аль-Барр (да будет милостив к нему Аллах) сказал в «ат-Тамхиде»: Абу Бакр аль-Баззар утверждал, что этот хадис передали от Умара с иснадом четырнадцать человек. Абу Умар сказал: наилучшим из них и наиболее достоверным, хотя все они достоверны, — является хадис аз-Зухри, от Салима, от отца его. Конец.
(Второй вопрос): о его источниках:
Этот хадис привёл (автор) здесь [38/3068, 3069, 3070 и 3071] (1270), а также (аль-Бухари) в «Хадже» (1605, 1610 и 1597), (Абу Дауд) в «Манасик» (2/175), (ат-Тирмизи) в «Хадже» (860), (ан-Насаи) в «Манасик аль-хадж» (5/227) и в «Кубра» (2/400–401), (Ибн Маджа) в «Манасик» (2943), (Малик) в «Муватта» (1/367), (Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (9033 и 9034), (Ибн Абу Шейба) в своём «Мусаннафе» (3/342), (ат-Таялиси) в своём «Мусаннаде» (1/11 и 21), (аль-Хумайди) в своём «Мусаннаде» (9), (Ахмад) в своём «Мусаннаде» (1/21, 34, 35, 39, 50, 51, 53, 54), (ад-Дарими) в своём «Сунане» (1864 и 1865), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (4/212), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (3821), (Абу Йаля) в своём «Мусаннаде» (189 и 218), (Абд ибн Хумайд) в своём «Мусаннаде» (1/38), (ат-Табарани) в «Аль-авсат» (2/201, 243, 293), (аль-Баззар) в своём «Мусаннаде» (1/249, 295), (Абу Аваны) в своём «Мусаннаде» (2/361–362), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (3/357–358), (Ибн аль-Джаруд) в «Аль-мунтака» (1/118), (аль-Байхаки) в «Аль-кубра» (5/74), в «Ас-сугра» (4/161) и в «Аль-マарифа» (4/51), (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (1905). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о пользах этого хадиса:
1 — (в их числе): указание на желательность целования Чёрного камня во время обхода после его касания; также желательно совершить над камнем земной поклон, то есть приложить к нему лоб. Поэтому желательно коснуться его, затем поцеловать, а затем приложить к нему лоб — согласно тому, что об этом передано. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: это наш мазхаб и мазхаб большинства учёных. Ибн аль-Мунзир передал это от Умара ибн аль-Хаттаба, Ибн Аббаса, Тавуса, аш-Шафии и Ахмада, и сказал: и я так говорю. Он сказал: и мы передали об этом от Пророка ﷺ. Один только Малик отделился от учёных, сказав: земной поклон на нём — новшество (бид‘а). Кадий Ияд аль-Малики признал, что в этом вопросе Малик отступил от единодушия учёных.
Что касается йеменского угла (ар-рукн аль-йамани), то его касаются, но не целуют, а целуют руку после касания его. Это наш мазхаб, и так говорили Джабир ибн Абдуллах, Абу Саид аль-Худри и Абу Хурайра. Абу Ханифа сказал: его не касаются вовсе. Малик и Ахмад сказали: касаются, но не целуют после этого руку. От Малика передана риваят, что он целует его, и от Ахмада передана риваят, что он целует его. И Аллах знает лучше. Конец цитаты.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: достоверно установленное от него ﷺ относительно йеменского угла — это только его касание. А что касается его целования или целования руки после этого — на это нет доказательства, так что обрати внимание. И Аллах Всевышний знает лучше.
2 — (в их числе): в словах Умара (да будет доволен им Аллах) — покорность установлениям Законодателя в делах религии и надлежащее следование в том, смысл чего не раскрыт. Это великое правило следования Пророку ﷺ в том, что он совершает, даже если мудрость этого неизвестна.
3 — (в их числе): в этом — отвержение того заблуждения, в которое впали некоторые невежды, полагая, что в самом Чёрном камне как таковом заключена некая особая сила.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: а слова Умара (да будет доволен им Аллах) он имел в виду разъяснение побуждения к следованию Посланнику Аллаха ﷺ в целовании камня, и указал на то, что если бы не следование ему ﷺ, он не сделал бы этого. Конец цитаты.
4 — (в их числе): в этом — разъяснение сунн словом и делом.
5 — (в их числе): что имаму, если он опасается, что чьё-то действие приведёт к порче убеждения, следует поспешить с разъяснением дела и прояснить его.
6 — (в их числе): указание на то, что не установлено законом целование того, о целовании чего не пришло указание в шариате. Что касается слов аш-Шафии: «Что бы ни поцеловал [паломник] из Дома, это хорошо (хасан)», — то он не имел в виду желательность (истихбаб), ибо дозволенное (мубах) относится, по мнению знатоков основ (усулистов), к разряду хорошего. Так сказано в «Фатх».
Составитель, да простит его Аллах, говорит: толкование того, что передано от аш-Шафии (да помилует его Аллах), тем способом, который приведён в «Фатх», неприемлемо. Скорее, ему следует найти оправдание в том, что это было его мнение, подобное мнению некоторых сподвижников, что ничто в Доме не является оставленным без внимания (то есть всё в нём достойно почитания). А от аш-Шафии (да помилует его Аллах) передан и ответ на этот вопрос, как об этом уже было сказано ранее.
В итоге: касание частей Дома и их целование, кроме того, о чём пришло указание в сунне, равно как и почитаемых мест, таких как могилы праведников и мечети, — недопустимо, так что следует обратить на это внимание, ибо многие люди относятся к этому с удивительной небрежностью и проводят ложные аналогии (кыяс батиль). Да поможет Аллах против тех, кто противоречит истине и устанавливает то, чего Аллах не дозволил. О Аллах, покажи нам истину истиной и дай нам последовать за ней, покажи нам ложь ложью и дай нам избегать её, амин. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Четвёртый вопрос): о том, что пришло относительно достоинства Чёрного камня:
(В их числе): то, что привели имам Ахмад, ат-Тирмизи, Ибн Маджа и другие с достоверным иснадом от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими), который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «У этого камня есть язык и две губы, он будет свидетельствовать по праву в День воскресения за того, кто коснулся его». Хадис достоверный, признан достоверным Ибн Хузаймой, Ибн Хиббаном и аль-Хакимом.
(В их числе): то, что привели ат-Тирмизи и Ибн Маджа с достоверным иснадом, и признали достоверным Ибн Хузайма и Ибн Хиббан, от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими) в возведённом (марфу‘) виде: «Этот камень непременно явится в День воскресения, у него будут два глаза, которыми он видит, и язык, которым он говорит, и он будет свидетельствовать по праву за того, кто коснулся его».
(В их числе): то, что привели Ахмад и ат-Тирмизи, и признал достоверным Ибн Хиббан и аль-Хаким от Абдуллаха ибн Амра (да будет доволен Аллах ими обоими), который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Угол и место стояния (Макам) — два яхонта из яхонтов Рая, Аллах погасил их свет, и если бы не это, они осветили бы всё между востоком и западом».
В его иснаде — Айюб ибн Сувайд, а он правдив, но ошибается.
(В их числе): то, что привёл ан-Насаи от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими), что Пророк ﷺ сказал: «Чёрный камень из Рая», и это достоверный хадис.
(В их числе): то, что привели Ахмад и ат-Тирмизи, признав достоверным, и Ибн Хузайма от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими), который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Чёрный камень был низведён из Рая, и он был белее молока, но грехи сынов Адама сделали его чёрным».
Сказано в «Аль-Миркат»: то есть грехи сынов Адама, которые касаются камня, стали причиной его чёрного цвета. Более явным представляется понимание хадиса в его буквальном смысле, поскольку этому не препятствует ни передаваемый текст, ни разум. Некоторые из толкователей нашего мазхаба (то есть ханафитов) сказали: этот хадис может подразумевать усиление в возвеличивании значения камня и в изображении тяжести греховных проступков. Смысл в том, что камень в силу присущей ему почётности, достоинства, благодати и благословенности разделил свойства драгоценностей Рая, как если бы он был низведён оттуда, и что грехи сынов Адама почти воздействуют на неживую материю, превращая белое в чёрное — что же говорить об их сердцах? Или же потому, что он, будучи искупителем грехов и стирателем проступков, подобен тому, что из Рая, и от обилия принимаемых им на себя тягот грехов сынов Адама он был как бы чрезвычайно бел, а затем грехи сделали его чёрным.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: то, что сказали некоторые ханафиты, неверно, ибо если тексты достоверны, то обязательно понимать их в соответствии с тем, что предполагает их явный смысл, если только этому не препятствует какое-либо препятствие. А здесь нет ни передаваемого, ни разумного препятствия для понимания в буквальном смысле, поэтому обязательно понимать буквально. И Аллах Всевышний знает лучше.
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: некоторые из вольнодумцев (мулхидов) возразили на этот хадис, сказав: как же грехи многобожников почернили его, но при этом дела благочестия единобожников не отбелили его?
Ответ был дан такой, какой дал Ибн Кутайба (да помилует его Аллах): если бы Аллах желал, так и было бы, но Аллах установил обычай так, что чёрный цвет окрашивает, но не окрашивается, в отличие от белого.
Аль-Мухибб ат-Табари (да помилует его Аллах) сказал: в том, что он остался чёрным, есть наставление для того, у кого есть проницательность, ибо если грехи повлияли на твёрдый камень, то их влияние на сердце ещё сильнее.
Он сказал: и передано от Ибн Аббаса: «Он изменился к чёрному только для того, чтобы обитатели этого мира не смотрели на украшение Рая». Если это подтверждается, то это и есть ответ.
Хафиз сказал: это привёл аль-Хумайди в «Достоинствах Мекки» со слабым иснадом. Конец цитаты.
[Замечание]: что касается того, что передал аль-Хаким от Абу Саида, что Умар, когда сказал свои слова...
[Продолжение] предыдущего [предания], где Али ибн Абу Талиб сказал ему: «Поистине, он вредит и приносит пользу», и упомянул, что Аллах, когда взял завет с потомками Адама, записал это на свитке и вложил его в камень. Он сказал: «И я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «В День воскресения будет принесён Чёрный камень, и у него будет красноречивый язык, который засвидетельствует в пользу того, кто коснулся его, о единобожии»».
В иснаде этого [предания] — Абу Харун аль-Абдий, а он крайне слаб, поэтому нельзя опираться на него, так что будь внимателен. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывной цепи передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал: [3069] (…) — (Передал нам Мухаммад ибн Абу Бакр аль-Мукаддамий: передал нам Хаммад ибн Зейд от Аюба от Нафи‘а от Ибн Умара, что Умар поцеловал камень и сказал: «Поистине, я целую тебя, и поистине, я знаю, что ты — камень, но я видел, как Посланник Аллаха ﷺ целовал тебя»).
Передатчики этого иснада: шесть.
1 — (Мухаммад ибн Абу Бакр аль-Мукаддамий) — Абу Абдуллах ас-Сакафий, их вольноотпущенник, басриец, надёжный [10] (234) (Бухари, Муслим, Насаи), упоминался ранее в «Книге веры», 10/145.
Остальные упомянуты в этой главе и в двух главах перед ней.
[Замечание]: имам ад-Даракутни (да помилует его Аллах) упомянул в «ат-Татаббу‘», что относительно этого хадиса возникли разногласия касательно Аюба и Хаммада ибн Зейда. Мусаддад и аль-Хаудый передали его непрерывным (соединённым) от Хаммада, а им противоречили Сулейман, Абу ар-Раби‘ и Арим, которые передали его с обрывом (инода мурсаль) от Хаммада. Ибн Улейя передал от Аюба: «Мне сообщили, что Умар...», без упоминания Нафи‘а и Ибн Умара. Он сказал: «И достоверно [это] из хадиса Суваида ибн Гафаля, Абиса ибн Раби‘а и Ибн Сарджи от Умара». Конец [цитаты] (сноска: см. «ат-Татаббу‘» в издании шейха Раби‘ аль-Мадхали, с. 234–238).
Суть того, на что указал ад-Даракутни (да помилует его Аллах), заключается в том, что относительно этого иснада возникло разногласие между соединённой (мавсуль) и прерванной (мункати‘) передачей: соединили его аль-Мукаддамий, Мусаддад ибн Мусархад и Хафс ибн Умар аль-Хаудый — все от Хаммада; а прервали его Сулейман ибн Харб, Абу ар-Раби‘ аз-Зухраний и Арим Мухаммад ибн аль-Фадль ас-Судусий — трое от Хаммада. Ибн Улейя сказал от Аюба: «Мне сообщили», сделав его прерванным.
Однако хадис достоверен, и предпочтение отдаётся риваяту тех, кто передал его соединённым, поскольку он установлен также через передачу Суваида ибн Гафаля, Абиса ибн Раби‘а и Абдуллаха ибн Сарджиса — все от Умара (да будет доволен им Аллах).
Итак, хадис достоверен и передан непрерывно не одним путём, так что вдумайся. Аллах Всевышний знает лучше.
Хадис передан согласно [обоим] — аль-Бухари и Муслимом, и разбор его, а также разъяснение связанных с ним вопросов уже приводились в предыдущем хадисе. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывной цепи передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал: [3070] (…) — (Передали нам Халаф ибн Хишам, аль-Мукаддамий, Абу Камиль и Кутайба ибн Са‘ид — все от Хаммада. Халаф сказал: передал нам Хаммад ибн Зейд от Асима аль-Ахваля от Абдуллаха ибн Сарджиса, который сказал: «Я видел лысого», то есть Умара ибн аль-Хаттаба, «целующего камень и говорящего: «Клянусь Аллахом, поистине я целую тебя, и поистине я знаю, что ты — камень, и что ты не вредишь и не приносишь пользы, и если бы я не видел, как Посланник Аллаха ﷺ целовал тебя, я не поцеловал бы тебя»». А в риваяте аль-Мукаддамия и Абу Камиля: «Я видел лысоватого»).
Передатчики этого иснада: восемь.
1 — (Халаф ибн Хишам) аль-Баззар аль-Мукри аль-Багдадий, надёжный [10] (умер 229) (Муслим, Абу Давуд), упоминался ранее в «Книге веры», 26/124.
2 — (Асим аль-Ахваль) ибн Сулейман, Абу Абд ар-Рахман аль-Басрий, надёжный [4], умер после (140) (все шесть), упоминался ранее в «Введении», 5/27.
3 — (Абдуллах ибн Сарджис) аль-Музаний, союзник рода Бану Махзум, сподвижник, проживавший в Басре (Муслим, четыре сборника), упоминался ранее в «Молитве путника и её сокращении», 10/1651.
(Сноска: в другой версии — «лаа‘лам».)
Остальные упомянуты в этой главе и в двух главах перед ней. «Аль-Мукаддамий» — это Мухаммад ибн Абу Бакр, упомянутый ранее, а «Абу Камиль» — это Фудайль ибн Хусайн аль-Джахдарий.
Его слово (я видел лысого) — а в риваяте Абу Камиля: «я видел лысоватого» с уменьшительной формой. Говорят: «облысела голова облысением», по образцу [глагола] «устал»: волосы отступили от передней части [головы], а место это называется «алопецией» (ас-салаа), с фатхой на «лям». Некоторые говорят, что и сукун [на «лям»] — допустимый вариант, но знатоки языка это отвергли. Мужчина — «асляъ» (лысый), женщина — «саляъаъ», голова — «асляъ» или «салиъ». Ибн Сина сказал: «Облысение не происходит у женщин из-за обилия влаги в их организме, и не происходит у евнухов из-за близости их телесной природы к природе женщин». Так сказал аль-Фаюми (да помилует его Аллах) (сноска: «аль-Мисбах аль-мунир», 1/345–346).
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: «В этом [хадисе указание], что нет вреда в упоминании человека по его прозвищу и по описанию, которое ему неприятно, даже если другому человеку подобное было бы неприятно». Конец [цитаты] (сноска: «Шарх ан-Навави», 9/17).
Собиратель [этих строк] — да простит его Аллах — говорит: упоминание человека по прозвищу, которое ему неприятно, допускается лишь тогда, когда это делается с целью опознания (та‘риф), и предпочтительно избегать этого, если есть [другой] путь [к опознанию]. А если такого пути нет, то нет препятствия при условии, что цель — опознание, а не порицание. На это указано в «Альфийя аль-хадис», где сказано:
«Упоминание его по описанию, или по прозвищу, или по ремеслу — нет вреда, если не имеется в виду порицание».
Смысл слов «если не имеется в виду порицание» — то есть если не хотел его опорочить, а хотел лишь опознания его, так пусть будет замечено.
Хадис передан согласно [обоим] — аль-Бухари и Муслимом, и разбор его уже проводился ранее. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывной цепи передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал: [3071] (…) — (Передали нам Яхья ибн Яхья, Абу Бакр ибн Абу Шейба, Зухайр ибн Харб и Ибн Нумайр — все от Абу Му‘авии. Яхья сказал: сообщил нам Абу Му‘авия от аль-А‘маша от Ибрахима от Абиса ибн Раби‘а, который сказал: «Я видел Умара, целующего камень и говорящего: «Поистине я целую тебя и знаю, что ты — камень, и если бы я не видел, как Посланник Аллаха ﷺ целует тебя, я не поцеловал бы тебя»»).
Передатчики этого иснада: девять.
1 — (Абу Му‘авия) Мухаммад ибн Хазим ад-Дарир аль-Куфий, надёжный, наиболее хорошо помнивший хадисы аль-А‘маша среди людей, хотя мог ошибаться в хадисах других [передатчиков], был обвинён в приверженности [учению] ирджа, из числа старших [передатчиков] [9] (умер 195) в возрасте (82) лет (все шесть), упоминался ранее в «Книге веры», 4/117.
2 — (аль-А‘маш) Сулейман ибн Михран аль-Кахилий, их вольноотпущенник, Абу Мухаммад аль-Куфий, надёжный, твёрдый, хафиз, практиковал тадлис [5] (умер 147 или 148) (все шесть), упоминался ранее в разборе «Введения», часть 1, с. 297.
3 — (Ибрахим) ибн Язид ибн Кайс ан-Наха‘ий, Абу Имран аль-Куфий, надёжный, правовед, часто передавал с обрывом (ирсаль) [5] (умер 96) (все шесть), упоминался ранее во «Введении», 6/52.
4 — (Абис ибн Раби‘а) ан-Наха‘ий аль-Куфий, надёжный, из «мухадрамун» (застал и джахилию, и ислам) [2].
Передавал от Умара, Али, Хузайфы, Аиши.
От него передавали его дети: Абд ар-Рахман, Ибрахим, Асма, а также Абу Исхак ас-Саби‘ий, Ибрахим ибн Язид ан-Наха‘ий.
Аль-Аджурри передал от Абу Давуда: «человек эпохи джахилии, слышавший от Умара». Ан-Насаи сказал: «надёжный». Ибн Са‘д сказал: «он из [племени] Мазхидж, был надёжным, у него немного хадисов». Ибн Хиббан упомянул его в «ас-Сикат» («Надёжных»).
Вывели от него [хадисы] все [составители шести сборников], и у него в этой книге только два хадиса: этот, под номером (1270), и хадис (2970): «Семья Мухаммада не наедалась пшеничным хлебом досыта более трёх [дней подряд]».
Остальные упомянуты в этой главе и в предыдущей.
Его слово (и знаю, что ты — камень) — а в некоторых списках: «и поистине я знаю, что ты — камень».
Хадис передан согласно [обоим] — аль-Бухари и Муслимом, и разбор его, а также разъяснение связанных с ним вопросов уже приводились ранее. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
И по непрерывному санаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3072] (1271) — «Рассказали нам Абу Бакр ибн Абу Шайба и Зухайр ибн Харб, оба со слов Ваки‘а, — Абу Бакр сказал: рассказал нам Ваки‘, — от Суфьяна, от Ибрахима ибн Абд аль-А‘ля, от Суваида ибн Гафаля, который сказал: «Я видел, как Умар поцеловал Камень и обнял его, и сказал: «Я видел, как Посланник Аллаха ﷺ был заботлив к тебе»»».
Передатчики этого иснада: семь человек:
1 — Ваки‘ ибн аль-Джарра ар-Руасий, Абу Суфьян аль-Куфий, надёжный, хафиз, благочестивый, из числа старших [9-го разряда] (умер в 196 или 197), (входит во все шесть сводов), упоминался ранее во «Введении» 1/1.
2 — Суфьян ибн Са‘ид ибн Масрук ас-Саврий, Абу Абдуллах аль-Куфий, надёжный, твёрдый, хафиз, имам, довод, иногда практиковал тадлис, из числа старших [7-го разряда] (умер в 161), (входит во все шесть сводов), упоминался ранее во «Введении» 1/1.
3 — Ибрахим ибн Абд аль-А‘ля аль-Джу‘фий, вольноотпущенник их, аль-Куфий, надёжный [6-го разряда].
Он передавал от своей бабушки, от её отца, у которого была сподвижническая связь, а также от Суваида ибн Гафаля, Тарика ибн Зияда и других.
От него передавали Исраиль, ас-Саврий и другие.
Ахмад и ан-Насаи сказали: «надёжный»; Ибн Ма‘ин сказал: «в нём нет вреда»; Абу Хатим сказал: «хороший, его хадис записывается»; Абд ар-Рахман ибн Махди передал от Исраиля: «Шу‘ба написал мне: «Напиши мне хадис Ибрахима ибн Абд аль-А‘ля своим почерком», и я послал их ему»; Я‘куб ибн Суфьян сказал: «в нём нет вреда»; Ибн Абу Хайсама передал от Ибн Ма‘ина: «хороший»; аль-‘Иджлий сказал: «надёжный»; Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных»; ан-Насаи в «ат-Тамйиз» сказал: «надёжный».
Его хадисы приводили автор [Муслим], Абу Дауд, ан-Насаи и Ибн Маджа, и в этой книге у него нет ничего, кроме этого хадиса.
4 — Суваид ибн Гафаля (*) аль-Джу‘фий, Абу Умайя аль-Куфий, надёжный, из числа старших последователей, застигших языческую и мусульманскую эпохи (мухадрам), прибыл в Медину в день, когда был похоронен Пророк ﷺ, и был мусульманином при его жизни, затем поселился в Куфе и умер в 80 году хиджры в возрасте 130 лет, (входит во все шесть сводов), упоминался ранее во «Введении» 6/84.
(*) С фатхой на «гайн» и «фа».
Остальные упомянуты выше.
Его слово («и обнял его») — то есть обнял его. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: «В этом указание на то, что мы упоминали ранее относительно рекомендуемости совершения суджуда на нём (Камне)». Конец цитаты.
Его слово («я видел Посланника Аллаха ﷺ был заботлив к тебе») — слово «الحفيّ» (аль-хафий) — форма «фа‘иль» в значении «фа‘иль» (действующего лица), то есть тот, кто заботится о чём-то, благочестив к нему. От этого же корня слова Всевышнего: «Поистине, Он был заботлив ко мне» (Марьям, 47). Множественное число — «ахфия».
Смысл таков: Пророк ﷺ проявлял заботу в отношении Камня — целовал его и касался рукой. И хотя обращение по форме адресовано Камню, цель заключалась в том, чтобы дать услышать это присутствующим, чтобы они знали, что цель — следование [Пророку ﷺ], а не возвеличивание Камня, как это делали язычники со своими идолами. Требуемое же — это возвеличивание повеления Господа и следование Его Пророку ﷺ.
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Умара (да будет доволен им Аллах) относится к числу тех, что приводит только автор [Муслим] (да помилует его Аллах) [из шести сводов].
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл автор [Муслим] здесь [38/3072 и 3073] (1271); ан-Насаи в «Обрядах хаджа» (5/226) и в «аль-Кубра» (2/400); Абд ар-Раззак в своём «Мусаннафе» (5/72); ат-Тайалиси в своём «Мусанаде» (1/8); Ахмад в своём «Мусанаде» (1/39 и 54); Абу Ауана в своём «Мусанаде» (2/361); Абу Ну‘айм в своём «Мустахрадже» (3/358); ат-Табарани в «аль-Авсат» (5/191); Абу Я‘ля в своём «Мусанаде» (1/169); аль-Баззар в своём «Мусанаде» (1/478); аль-Байхаки в «аль-Кубра» (5/74). Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
И по непрерывному санаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3073] (…) — «И рассказал мне это Мухаммад ибн аль-Мусанна: рассказал нам Абд ар-Рахман, от Суфьяна, с этим же иснадом, [Умар] сказал: «Но я видел, как Абу-ль-Касим ﷺ был заботлив к тебе», — и не сказал: «и обнял его»».
Передатчики этого иснада: три человека:
1 — Абд ар-Рахман ибн Махди ибн Хассан аль-Анбарий, Абу Са‘ид аль-Басрий, надёжный, твёрдый, хафиз, довод, критик, имам [9-го разряда] (умер в 198), (входит во все шесть сводов), упоминался ранее в «Комментарии к Введению», ч. 1, с. 388.
[Замечание]: этот риваят Абд ар-Рахмана ибн Махди от Суфьяна привёл имам Ахмад (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде» 1/39, сказав: (274) — «Рассказал нам Абдуллах: рассказал мне мой отец: рассказал нам Абд ар-Рахман, от Суфьяна, от Ибрахима ибн Абд аль-А‘ля, от Суваида ибн Гафаля, который сказал: «Я видел Умара (да будет доволен им Аллах), целующего Камень и говорящего: «Поистине, я знаю, что ты — камень, не приносящий вреда и не приносящий пользы, но я видел, как Абу-ль-Касим ﷺ был заботлив к тебе»»». Конец цитаты. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу только исправления, насколько это в моих силах. Успех мой лишь от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
(39) — Глава о допустимости совершения обхода на верблюде и ином [животном], и касания Камня посохом или подобным для всадника
И по непрерывному санаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3074] (1272) — «Рассказал мне Абу-т-Тахир и Харамала ибн Яхья, оба сказали: сообщил нам Ибн Вахб: сообщил мне Юнус, от Ибн Шихаба, от Убайдуллаха ибн Абдуллаха ибн Утбы, от Ибн Аббаса: что Посланник Аллаха ﷺ совершил обход во время Прощального хаджа на верблюде, касаясь угла [Каабы] посохом».
Передатчики этого иснада: семь человек:
1 — Убайдуллах ибн Абдуллах ибн Утба ибн Мас‘уд аль-Хузалий, Абу Абдуллах аль-Мадани, надёжный, твёрдый, знаток фикха [3-го разряда] (умер в 94), (входит во все шесть сводов), упоминался ранее во «Введении» 3/14.
Остальные упомянуты в трёх предыдущих главах, равно как и тонкости иснада.
Разбор хадиса:
(«от Убайдуллаха ибн Абдуллаха ибн Утбы») — сказано в «аль-Фатх»: так передал Юнус, но с ним разошлись аль-Лейс, Усама ибн Зайд и Зам‘а ибн Салих, которые передали от аз-Зухри так: «дошло до меня от Ибн Аббаса». Из-за этой особенности аль-Бухари подкрепил [своё изложение] путём племянника аз-Зухри, сказав: «за ним последовал ад-Дарауарди, от племянника аз-Зухри». Эту сопутствующую передачу привёл аль-Исма‘или от аль-Хусайна ибн Суфьяна, от Мухаммада ибн Аббада, от Абд аль-Азиза ад-Дарауарди, изложив её, но не сказав «в Прощальном хадже» и не сказав «на верблюде». Конец цитаты.
Собиратель [этих строк], да простит его Аллах, говорит: то, что упомянул автор «аль-Фатх» о наличии разногласия в иснаде этого хадиса, до него упомянул хафиз Ибн Аммар аш-Шахид, умерший в 317 году хиджры (да помилует его Аллах), и уже приводилось то, что он сказал, во введении к «Курра ‘айн аль-мухтадж». И он сказал в конце: «Итак, эти трое — то есть аль-Лейс, Усама ибн Зайд и Зам‘а ибн Салих — согласны в этой передаче, и передача тех, кто передал её как «мурсаль» [без указания источника Ибн Аббаса], более достоверна на наш взгляд». Конец резюме того, что он сказал.
Собиратель говорит: однако этот хадис привели оба шейха [аль-Бухари и Муслим] в своих «Сахихах», отдавая предпочтение передаче Ибн Вахба, поскольку она представляет собой дополнение надёжного хафиза, и за ним в этом последовал ад-Дарауарди, чем подтверждается непрерывность и достоверность иснада. Вдумайся в это. Аллах Всевышний знает лучше.
(«от Ибн Аббаса» (да будет доволен ими обоими Аллах)) («что Посланник Аллаха ﷺ совершил обход во время Прощального хаджа») — с фатхой на «вав»: имя действия от «прощания» (ат-тауди‘), подобно тому как «аль-калям» — от «ат-таклим» — («на верблюде») — с фатхой на «ба» (иногда встречается и с касрой): взрослый верблюд-самец, достигший полной силы, или молодой верблюд, а иногда это слово применяется и к самке, как сказано в «аль-Камус».
Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал: слово «аль-ба‘ир» подобно слову «аль-инсан» — применяется и к самцу, и к самке; говорят: «я подоил своего ба‘ира». «Аль-джамаль» соответствует слову «ар-раджуль» — относится только к самцу, а «ан-нака» соответствует слову «аль-имра’а» — относится только к самке. «Аль-бакр» и «аль-бакра» подобны словам «аль-фата» и «аль-фатат», а «аль-калус» подобно слову «аль-джария». Так передала группа [учёных], среди них: Ибн ас-Сиккит, аль-Азхари и Ибн Джинни, затем он сказал...
Аль-Азхари сказал: это речь арабов, но её знают только избранные знатоки языка. И встречается в словах аш-Шафии (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) относительно завещания: если сказал: «отдайте ему бейр» — им не следует давать ему верблюдицу («нака»), так что «бейр» он отнёс к самцу верблюда («джамаль»). Обоснование этому в том, что завещание строится на обычном употреблении людей, а не на языковых возможностях, которые известны только избранным.
И в книге «Кифаят аль-мутахаффиз» он передал смысл вышесказанного, а затем сказал: слова «джамаль» и «нака» употребляются, когда верблюду исполнилось четыре года, а до этого говорят: «каъуд», «бакр», «бакра», «калус». Множественное число от «баъир» — «абъира», «абаъир» и «буъран» (с даммой). Конец цитаты.
Далее его слово «объехал на верблюде» не противоречит тому, что было сказано ранее, — что он ﷺ обошёл пешком, пробежав («рамаль») в первых трёх кругах и идя обычным шагом в четырёх остальных, — поскольку это относится к обходу освобождения (тавваф аль-ифада) или обходу прощания, а то, о чём говорилось ранее, относится к обходу прибытия (тавваф аль-кудум), как на это указывает пространный хадис Джабира (да будет доволен им Аллах), приведённый ранее.
Ас-Синди (да помилует его Аллах) сказал: передано, что он совершил это — то есть обход верхом — из-за болезни или из-за скопления людей. Было сказано: это относится к его особым качествам ﷺ, поскольку возможно, что его верховое животное было по его милости избавлено от загрязнения в знак почёта ему, поэтому другим нельзя уподобляться ему в этом. И это потому, что предписанное словами Всевышнего: «И пусть обходят вокруг древнего Дома» (сура «Хадж», 29) — это обход человека, поэтому обход животного не может заменить обход человека, кроме как в случае необходимости. Конец цитаты.
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: то, что сказал ас-Синди, неверно; напротив, обход верхом дозволен, если в этом есть необходимость, а утверждение об особом характере этого не имеет доказательства. И то, что он сказал о том, что предписанное — это обход человека… и так далее — несостоятельно, поскольку верховое животное не заменяло обход человека, а он сам обходил, сидя на нём; поэтому Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах) сказал: «Посланник Аллаха ﷺ обошёл на верблюде», а не сказал: «верблюд обошёл за него». Это предельно ясно, и полное рассмотрение этого вопроса будет дано далее, в четвёртом вопросе, если пожелает Аллах Всевышний.
Его слово («касается угла») — то есть указывает на угол своей палкой, пока не коснётся его. «Истилям» — форма «ифтиаль» от «ас-салям» (с фатхой) — приветствие. Так сказал аль-Азхари. А по другому мнению — от «ас-силям» (с касрой) — камни.
В «Лисан аль-Араб» сказано: аль-Джаухари сказал: «истальма аль-хаджар» — коснулся его, либо поцелуем, либо рукой; хамза здесь не произносится, поскольку слово взято от «ас-силям», то есть камня, подобно тому как говорят «истанвака аль-джамаль» (верблюд стал похож на верблюдицу), хотя некоторые произносят хамзу. Конец цитаты.
Под «углом» имеется в виду угол Чёрного камня.
(Михджан) — с касрой на «м», сукуном на «х» и фатхой на «дж», после которой «н» — это палка с изогнутым концом. «Хаджн» — искривлённость, отсюда название горы «аль-Хаджун».
Слова ан-Навави (да помилует его Аллах): «михджан» — изогнутая палка, которой всадник поднимает то, что упало у него, и подгоняет ею верблюда для движения, слегка касаясь его концом. Конец цитаты.
Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал: «михджан» по образцу «миквад» — деревяшка с искривлением на конце, подобная посоху («савладжан»). Ибн Дурайд сказал: всякая палка с изогнутым концом называется «михджан», множественное число — «махаджин». А «аль-Хаджун» по образцу «расуль» — возвышающаяся гора в Мекке. Конец цитаты.
В хадисе Абу ат-Туфайля, который будет приведён далее, добавлено: «и целовал михджан», а ранее приводился хадис Ибн Умара о том, что он «коснулся камня рукой, затем поцеловал её», и это возведено к Пророку (марфу). У Саида ибн Мансура по пути передачи через Атаа сказано: «Я видел Абу Саида, Абу Хурайру, Ибн Умара и Джабира — когда они касались камня, они целовали свои руки». Спросили: «А Ибн Аббас?» Он ответил: «И Ибн Аббас», — и, полагаю, он сказал: «часто». На этом основании большинство учёных считают, что сунна заключается в том, чтобы касаться угла и целовать свою руку; если же он не может коснуться его рукой, то касается его чем-либо в своей руке и целует эту вещь; если же и это невозможно, то указывает на него и этим ограничивается. От Малика в одном из риваятов передано: не целует руку, — так же сказал аль-Касим. А в другом риваяте от маликитов: прикладывает руку ко рту без поцелуя. Так сказано в «Фатх аль-Бари».
И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возвращение и прибежище, и Он — тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах) приведён согласованно (обоими шейхами).
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл составитель здесь [39/3074] (1272), а также аль-Бухари в «Книге хаджа» (1607), Абу Дауд в «Обрядах» (1877 и 1881), ан-Насаи в «Молитве» (2/47), «Обрядах хаджа» (5/233) и «Большом сборнике» (1/162 и 2/401), Ибн Маджа в «Обрядах» (2948), аш-Шафии в своём «Мусанаде» (1/345–346), Абд ар-Раззак в своём «Мусаннафе» (8935), Ахмад в своём «Мусанаде» (1/214, 237, 248, 304), Ибн Хузайма в своём «Сахихе» (2780), Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (3829), Ибн аль-Джаруд в «Аль-Мунтака» (463), ат-Табарани в «Большом сборнике» (12070 и 12080), Абу Аваана в своём «Мусанаде» (2/357), Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (3/357), аль-Байхаки в «Большом сборнике» (5/99) и «Аль-Маарифа» (4/86), ат-Табари в «Тахзиб аль-Асар» (1/59), аль-Багави в «Шарх ас-сунна» (1907). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — (Из них): указание на желательность касания Чёрного камня и его поцелуя, если это возможно, а если нет — касается его михджаном или подобным предметом, а затем целует этот предмет.
2 — (Из них): что сторонники Малика и Ахмада приводили этот хадис в доказательство чистоты мочи и помёта животных, чьё мясо разрешено к употреблению, поскольку от верблюда это неизбежно, и если бы это было нечистым, то мечеть не подвергалась бы этому. Ан-Навави сказал: наш мазхаб, мазхаб Абу Ханифы и других считает это нечистым, и этот хадис не содержит доказательства, поскольку из него не следует необходимость того, что он мочился или испражнялся во время обхода — это лишь возможно, и при возможности такого случая мечеть очищается от этого, подобно тому как он ﷺ разрешал вводить малых детей в мечеть, хотя от их мочи нет гарантии, более того, это действительно случалось. И если бы это было заведомо предполагаемым, то мечеть была бы избавлена от этого, независимо от того, нечисто это или чисто, поскольку это отвратительно. Конец цитаты.
Ибн Батталь (да помилует его Аллах) сказал: в этом указание на допустимость введения в мечеть скота, чьё мясо разрешено к употреблению, если в этом есть необходимость, поскольку его моча не делает мечеть нечистой, в отличие от прочего скота.
Хафиз (Ибн Хаджар) сказал: на это возразили, что в хадисе нет указания на недопустимость этого при наличии необходимости, но дело обстоит в зависимости от загрязнения или его отсутствия: там, где опасаются загрязнения, вход запрещается. И было сказано: что верблюдица его ﷺ была «муннавака», то есть выдрессирована и обучена, поэтому от неё была гарантия отсутствия того загрязнения, которого опасаются, пока она идёт. Конец цитаты.
Аль-Айни (да помилует его Аллах) возразил на это, сказав: в этом — то есть в его словах «там, где опасаются загрязнения» и так далее — есть сомнение, поскольку слова его ﷺ, сказанные Умм Саламе, когда она сказала ему, что жалуется на болезнь: «обходи позади людей, будучи верхом», — не указывает на то, что допустимость и недопустимость зависят от загрязнения, но, напротив, явный смысл этого указывает на допустимость в целом при необходимости.
И относительно его слов о том, что верблюдица его ﷺ была «муннавака» и так далее, он сказал буквально следующее: я говорю: допустим мы это в отношении верблюдицы Пророка ﷺ, но что сказать о верблюдице, на которой была Умм Салама, совершая обход? И если сказать, что это была верблюдица Пророка ﷺ, то ему следует ответить, что это требует доказательства. Конец цитаты.
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: аль-Айни превосходно возразил в этом замечании. Затем то, что они говорили о загрязнении и прочем, строится на нечистоте мочи, а мы ранее в «Книге очищения» указывали, что более достоверным мнением является чистота мочи животных, чьё мясо разрешено к употреблению, — если только не имеется в виду отвращение без нечистоты, подобно тому как запрещают мокроту и слюну в мечети из-за отвращения, а не из-за нечистоты. Подумай об этом. И Аллах Всевышний знает лучше.
3 — (Из них): допустимость обхода верхом, и в этом нет предосудительности. Аль-Айни сказал: если человек не является тем, кому это оправдано (по необходимости), то это учитывается по нашему мнению (то есть не одобряется), а по мнению аш-Шафии это недопустимо, согласно словам его ﷺ: «обход Дома есть молитва…». А наш аргумент — общность слов Всевышнего: «И пусть обходят вокруг древнего Дома» (сура «Хадж», 29) — это общее предписание, а хадис приведён для сравнения (тешбих), поэтому не имеет общего значения. И так же сказали Ибн аль-Мунзир и группа учёных.
И сказал аль-Куртуби: «Большинство учёных считают это нежелательным (карахатан). Мы говорим: мы также считаем это нежелательным, до такой степени, что он повторяет [обряд], пока находится в Мекке». Конец цитаты.
Сказал собиратель, да простит его Аллах: утверждение о нежелательности нуждается в доказательстве, так что вникни, а Аллах Всевышний знает лучше.
4 — (Из их числа): дозволенность называть его «прощальным хаджем» (хаджжат аль-вада'); мы уже упоминали, что некоторые учёные считали нежелательным называть его так, и это — ошибка, а правильное — дозволенность называть его «прощальным хаджем», как сказал ан-Навави. И Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возврат и прибежище.
(Вопрос четвёртый): о разногласии людей знания относительно решения о совершении обхода (тавафа) верхом на верховом животном или подобном ему. Учёный аль-Куртуби, да помилует его Аллах, сказал: «Нет разногласия в дозволенности обхода больного верхом по причине оправдывающего обстоятельства (узра). Разошлись же во мнениях относительно обхода верхом того, у кого нет оправдывающего обстоятельства: одни дозволили это, среди них — Ибн аль-Мунзир, опираясь на то, что он ﷺ совершал обход верхом; большинство же считают это нежелательным и запрещённым, придерживаясь явного смысла слов Всевышнего: «И пусть обходят вокруг древнего Дома» [аль-Хаджж: 29], явный смысл которых состоит в том, что совершающий обход должен обходить сам, а тот, кто обходит верхом, тем обходят [на нём], и он не обходит сам по себе; и [опираясь] на то, что сподвижники, да будет доволен ими Аллах, оправдывали его ﷺ обход верхом и разъясняли причину этого, что является доводом на то, что, по их мнению, основа предписанности обхода — не быть верхом». Конец слов аль-Куртуби.
И сказал ан-Навави, да помилует его Аллах: «Сказали наши товарищи [шафииты]: предпочтительнее совершать обход пешком, и не садиться верхом, кроме как по причине оправдывающего обстоятельства — болезни или подобного, либо если он из тех, кому необходимо показаться, чтобы у него спрашивали фетвы и следовали его примеру. Если же это без оправдывающего обстоятельства, то это дозволено без нежелательности, но это против предпочтительного».
И сказал имам аль-Харамайн: «Кто вводит животное, от загрязнения которым мечеть не защищена, то если возможно обеспечить предохранение [от загрязнения], то это [допустимо], а если нет, то введение его в мечеть нежелательно».
И группа наших товарищей категорически утверждала нежелательность обхода верхом без оправдывающего обстоятельства, среди них: аль-Маварди, аль-Банданиджи, Абу ат-Таййиб и аль-Абдари. Известное же мнение — первое [то есть дозволенность без нежелательности]. Женщина и мужчина в этом равны, а несомый на плечах подобен всаднику. Так сказал Ахмад, Давуд и Ибн аль-Мунзир.
И сказали Малик и Абу Ханифа: «Если он совершил обход верхом по причине оправдывающего обстоятельства, это засчитывается ему, и на нём ничего нет; если же без оправдывающего обстоятельства, то на нём — жертвенное животное (дам)». Сказал Абу Ханифа: «И если он находится в Мекке, то повторяет обход».
Если же он совершил обход, ползком, будучи способным стоять, то это действительно, но нежелательно. И сказал Абу ат-Таййиб в «ат-Та'лика»: «Его обход ползком подобен его обходу пешком выпрямившись, между ними нет различия».
И оправдывали верховую езду Пророка ﷺ тем, что люди столпились вокруг него и обступили его так, что девушки-подростки выходили из домов, чтобы посмотреть на него ﷺ, либо потому что у него испрашивали фетвы, либо потому что он был болен, — как передал Абу Дауд в своих «Сунан»: «Пришёл Пророк ﷺ в Мекку, будучи больным, и совершил обход на своей верблюдице; когда он приблизился к углу [Каабы], он коснулся его посохом с крючком (михджан); когда же он завершил свой обход, он опустил на колени [верблюдицу] и совершил два рак'ата молитвы».
Сказал собиратель, да простит его Аллах Всевышний: упомянутый хадис Абу Дауда слабый (да'иф), потому что в его иснаде — Язид ибн Абу Зияд, а он слабый. Далее, утверждение о нежелательности обхода верхом не имеет явного доказательства, и то, чем оправдывали его ﷺ обход верхом, не может служить доводом на запрет, потому что от него ﷺ не пришёл запрет на обход верхом, чтобы нуждаться в оправдании его поступка, а в аяте нет запрета на это, наоборот, его поступок ﷺ — разъяснение его смысла, а именно того, что он обязывает обход в общем виде.
Так истина в том, что обход верхом дозволен, если он не причиняет никому вреда, хотя предпочтительнее не садиться верхом. И Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возврат и прибежище.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа, да помилует его Аллах, упомянутого в начале книги, он сказал: [3075] (1273) — (Передал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, сказал: передал нам Али ибн Мусхир от Ибн Джурайджа от Абу аз-Зубайра от Джабира, [который] сказал: «Обошёл Посланник Аллаха ﷺ вокруг Дома в прощальном хадже на своей верховой верблюдице, касаясь Камня своим посохом с крючком, чтобы люди видели его, и чтобы он был на виду, и чтобы они могли спрашивать его, ибо люди обступили его толпой»).
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — (Али ибн Мусхир) аль-Курайши аль-Куфи, судья Мосула, надёжный (сика) [8-е поколение] (умер в 189 г.) (передают все составители «шести книг»), уже упоминался в «Введении» 2/6.
2 — (Ибн Джурайдж) Абд аль-Малик ибн Абд аль-Азиз ибн Джурайдж, уже упоминался за две главы до этой.
3 — (Абу аз-Зубайр) Мухаммад ибн Муслим ибн Тадрус аль-Асади, вольноотпущенник их, мекканец, правдивый (садук), возможно, практиковал тадлис [4-е поколение] (умер в 226 г.) (передают все составители «шести книг»), уже упоминался в «Книге веры» 4/119.
4 — (Джабир) ибн Абдуллах, да будет доволен ими обоими Аллах, уже упоминался за две главы до этой.
А его шейх упоминался перед [этим] хадисом.
И его слово (на своей верховой верблюдице) — нет противоречия между этим и хадисом Ибн Аббаса, да будет доволен ими обоими Аллах, который был перед ним: «на верблюде», потому что «рахиля» означает: верховое животное из верблюдов, самца или самку, как указано в «аль-Мисбахе».
И его слово (чтобы люди видели его) то есть чтобы они следовали его примеру.
И его слово (и чтобы он был на виду — لِيُشْرِفَ) в форме действительного залога, то есть чтобы он следил за делами людей, чтобы они не впадали в ошибку; говорят: «ашрафту ‘алейхи» — если я наблюдал за ним свысока. И возможно, что смысл: «чтобы он был возвышен», то есть чтобы возвышаться над людьми, чтобы они не причиняли ему вреда; говорят: «ашрафа-ль-маканй» — если место возвысилось, как это указывает выражение в «аль-Мисбахе».
И его слово (ибо люди обступили его толпой — غَشُوهُ) с фатхой на «гайн» и даммой на «шин»: то есть они столпились вокруг него и было их много.
И сказал аль-Куртуби, да помилует его Аллах: «Правильный риваят — с даммой на «шин», и это правильное, потому что его первоначальная форма — «гашийюху», [затем] показалась тяжёлой самма на «йа», и её перенесли на «шин», так что «йа» стала сакин, а когда она встретилась с сакин «вав», «йа» была устранена из-за встречи двух сукунов; есть и другое объяснение, но то, что мы упомянули, предпочтительнее». Конец цитаты.
И сказал ан-Навави, да помилует его Аллах: «Его слово: «чтобы люди видели его» и далее — это разъяснение причины его верховой езды ﷺ, и также было сказано: для разъяснения дозволенности. И пришло в «Сунан Абу Дауда», что он ﷺ во время этого своего обхода был болен, и на этот смысл указал аль-Бухари, да помилует его Аллах, назвав главу: «Глава о том, что больной совершает обход верхом», так что возможно, что он ﷺ совершил обход верхом по всем этим причинам». Конец цитаты.
Два вопроса, относящихся к этому хадису:
(Вопрос первый): этот хадис Джабира, да будет доволен им Аллах, — из числа [хадисов], передаваемых только составителем [«Сахиха»], да помилует его Аллах, [и никем другим из авторов основных сборников].
(Вопрос второй): о его выведении [в сборниках хадисов]:
Его вывел (составитель) здесь [39/3075 и 3076] (1273), и (Абу Дауд) в «Обрядах [хаджа]» (1880), и (ан-Насаи) в «Обрядах хаджа» (5/241), и (Ахмад) в своём «Мусанаде» (3/317 и 333), и (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (2778), и (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (3/359), и (аль-Байхаки) в «аль-Кубра» (5/100) и «ас-Сугра» (4/200). И Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возврат и прибежище.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа, да помилует его Аллах, упомянутого в начале книги, он сказал: [3076] (…) — (И передал нам Али ибн Хашрам, сообщил нам Иса ибн Юнус от Ибн Джурайджа (х) и передал нам Абд ибн Хумайд, сообщил нам Мухаммад, то есть ибн Бакр, сказал: сообщил нам Ибн Джурайдж, сообщил мне Абу аз-Зубайр, что он слышал Джабира ибн Абдуллаха, говорящего: «Обошёл Пророк ﷺ в прощальном хадже на своей верховой верблюдице вокруг Дома, а также [обошёл между] Сафа и Марва, чтобы люди видели его, и чтобы он был на виду, и чтобы они могли спрашивать его, ибо люди обступили его толпой». И не упомянул Ибн Хашрам слов: «и чтобы они могли спрашивать его», лишь [это]).
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — (Али ибн Хашрам) по весу подобно «Джа'фар», аль-Марвази, надёжный (сика), из младших [10-го поколения] (умер в 357 г.) или позже этого, дожив почти до ста лет (передают Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи), уже упоминался в «Введении» 4/25.
2 — (Иса ибн Юнус) ибн Абу Исхак ас-Субаи аль-Куфи, переселившийся в Шам, укрепившийся [там], надёжный, заслуживающий доверия (сика ма'мун) [8-е поколение] (умер в 187 г.) (передают все составители «шести книг»), уже упоминался в «Введении» 5/28.
3 - («Абд ибн Хумайд») аль-Касси, говорят, что его имя — Абд аль-Хамид, Абу Мухаммад, надёжный (сика), хафиз [11] (умер в 249 г.) (خت م ت), упомянут ранее в «Книге веры» 7/131.
4 - («Мухаммад ибн Бакр») аль-Бурсани, упомянут незадолго до этого.
Остальные упомянуты до него.
Этот хадис относится к тем, что передал только автор, и его разбор, и разъяснение его вопросов уже приведены в предыдущем хадисе. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3077] (1274) - («Передал мне аль-Хакам ибн Муса аль-Кантари, передал нам Шуайб ибн Исхак, от Хишама ибн Урвы, от Урвы (1), от Аиши, она сказала: «Пророк ﷺ во время прощального хаджа обошёл вокруг Каабы верхом на своём верблюде, касаясь угла [Каабы], избегая того, чтобы люди были оттеснены от него»).
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 - («аль-Хакам ибн Муса аль-Кантари») Абу Салих аль-Багдади, надёжный (сика) [10] (умер в 232 г.) (خت م مد س ق), упомянут ранее в «Книге веры» 46/294.
[Примечание]: «аль-Кантари» — с фатхой на «каф», сукуном на «нун», фатхой на «та» (не точечная), и заканчивается на «ра»: ас-Самани сказал: это от «Кантара Бардан», это квартал в Багдаде. Конец цитаты (2).
2 - («Шуайб ибн Исхак») ибн Абд ар-Рахман аль-Умави, их вольноотпущенник, басриец, затем дамаскинец, надёжный (сика), но был обвинён в приверженности иджа, из числа старших [9] (189 г.) (خ م د س ت), упомянут ранее в «Книге о мечетях и местах молитвы» 34/1418.
Остальные упомянуты четырьмя главами ранее.
Тонкости этого иснада:
1 - (Из них): что этот хадис относится к пятизвенным иснадам (хумасиййат) автора (да будет милостив к нему Аллах).
2 - (Из них): что его передатчики — передатчики [сборников] «Джамаа», кроме его шейха и Шуайба, как я уже упомянул ранее.
3 - (Из них): что он мусальсаль (непрерывно связан одной характеристикой) мединцами, начиная от Хишама.
4 - (Из них): что в нём есть передача сына от отца, от его тётки [по матери], и передача одного последователя (табиина) от другого последователя, и в нём Урва — один из семи факихов, а Аиша — одна из семи многопередающих [хадисы], Аллах Всевышний знает лучше.
(2) См.: «Шарх ан-Навави» 9/19, и «аль-Лубаб фи тахзиб аль-ансаб» 2/228.
Разбор хадиса:
(«От Аиши») (да будет доволен ею Аллах), что она (сказала: «Пророк ﷺ во время прощального хаджа») с фатхой на «вав» («обошёл вокруг Каабы») стоит в форме винительного падежа как обстоятельство места, связанное с [глаголом] «обошёл», и так же его слово: («верхом на своём верблюде») — уже было сказано, что это слово читается с фатхой на «ба», а также допускается кясра, («касаясь») то есть прикасаясь («угла») то есть Чёрного камня, в риваяте ан-Насаи добавлено: «своим погонялом» («избегая того, чтобы люди были оттеснены от него») ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах) сказал: так это в большинстве списков — «юдраб» с точечной «ба», а в некоторых — «юсраф» с непроставленной «сад» и «фа», и оба варианта верны. Конец цитаты.
Итак, его слово «избегая» стоит в винительном падеже как обстоятельство причины, а «юдраб» стоит в форме страдательного залога, то есть Пророк ﷺ поступил так только из-за нежелания, чтобы люди были оттеснены перед ним.
Возвратное местоимение в его словах «люди отстраняются от него» может относиться либо к углу [Каабы], то есть, если бы он совершал обход пешком, люди отстранялись бы от камня каждый раз, когда Посланник Аллаха ﷺ проходил к нему, из почтения к нему, чтобы не создавать столпотворения.
Или может относиться к Пророку ﷺ, то есть, если бы он не сел верхом, люди отстранялись бы от него, потому что каждый, кто хотел бы подойти к нему для вопроса, или чтобы увидеть его, или последовать его примеру, не смог бы этого сделать из-за множества людей вокруг него, и уходил бы, не достигнув своей цели. Это толкование более очевидное, поскольку оно согласуется с тем, на что указывает хадис Джабира (да будет доволен им Аллах), где он упомянул эту причину словами: «касался угла своим погонялом, чтобы люди видели его, и чтобы он мог наблюдать за ними, и чтобы они могли задавать ему вопросы» (1).
[Если скажут]: как совместить между хадисом Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими): «Посланник Аллаха ﷺ обходил Дом верхом на своей верблюдице, и когда он достигал угла, он указывал на него», и этим хадисом Аиши (да будет доволен ею Аллах)?
[Отвечу]: ответ даётся тем, что то, на что указывает хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) о касании погонялом, относится к случаю, когда он находился близко, и это потому, что он был в безопасности от причинения ему вреда людьми, а то, на что указывает хадис Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими) об указании на угол, относится к случаю, когда он находился далеко от него из опасения причинения вреда ими. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — Тот, к Кому обращаются за помощью, и на Него упование.
Два вопроса, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) относится к тем, что передал только автор (да будет милостив к нему Аллах).
(Второй вопрос): о его выведении:
Его привёл (автор) здесь [39/3077] (1274), и (ан-Насаи) в «Обрядах хаджа» (5/224) и в «аль-Кубра» (3923), и (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадж» (3/359), и (аль-Байхаки) в «аль-Ма'рифа» (4/87). Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3078] (1275) - («И передал нам Мухаммад ибн аль-Мусанна, передал нам Сулейман ибн Дауд (1), передал нам Маруф ибн Харрабуд, он сказал: я слышал Абу ат-Туфайля, говорящего: я видел Посланника Аллаха ﷺ, обходящего вокруг Дома и касающегося угла погонялом, что было при нём, и целующего погоняло»).
Передатчики этого иснада: четверо:
1 - («Мухаммад ибн аль-Мусанна») упомянут в предыдущей главе.
2 - («Сулейман ибн Дауд») ибн аль-Джаруд, Абу Дауд ат-Тайалиси аль-Басри, надёжный (сика), хафиз [9] (умер в 204 г.) (خت م ٤), упомянут ранее во «Введении» 6/73.
3 - («Маруф ибн Харрабуд») аль-Макки, вольноотпущенник рода Усмана, правдивый (садук), но иногда допускал ошибки (вахм), был знатоком сообщений (ахбари), учёным-энциклопедистом (алламатан) [5].
Он передавал от Абу ат-Туфайля Амира ибн Василя, и Абу Джафара Мухаммада ибн Али ибн аль-Хусейна, и Мухаммада ибн Амра ибн Утбы ибн Абу Лахаба, и Абу Абдаллаха, вольноотпущенника Ибн Аббаса, и других.
От него передавали аль-Фадль ибн Муса ас-Синани, и Вакиа, и Абу Дауд ат-Тайалиси, и Абу Бакр ибн Айяш, и Абдаллах ибн Дауд аль-Хурайби, и Убайдуллах ибн Муса, и Абу Асим, и другие.
Ибн Абу Хайсама передал от Ибн Маина: слабый (заиф). Абу Хатим сказал: его хадис записывают. Он сказал: и говорят, что люди заучивали от него стихи Бадиля. Ибн Хиббан упомянул его в «ас-Сикат» (надёжных), а Ахмад сказал: не знаю, каков его хадис? Ас-Саджи сказал: правдивый (садук). Ибн Хиббан в «аз-Зуафа» (слабых) сказал: он покупал книги и передавал по ним хадисы, затем его память изменилась, и он стал передавать по предположению. Хафиз [Ибн Хаджар] сказал: похоже, это относится к другому лицу, ибо это качество не обнаружено в хадисах Маруфа. Конец цитаты.
От него передавали аль-Бухари, автор [Муслим], Абу Дауд и Ибн Маджа. У аль-Бухари его хадис от Абу ат-Туфайля, от Али (да будет доволен им Аллах), в «Книге знания», а у остальных — этот хадис в разделе хаджа только.
[Примечание]: слово «Харрабуд» — с фатхой на точечной «ха», и удвоенной «ра», либо с сукуном на ней, затем «ба» с точечками, с даммой, и «вав» с сукуном, и «даль» с точечками, как сказано в «ат-Такриб».
Ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах) сказал: это с точечной «ха» с фатхой, и с даммой, и фатха более известна. Из тех, кто передавал оба варианта, — кади Ийяд в «аль-Машарик», а тот, кто говорил с даммой, — это Абу аль-Валид аль-Баджи, а большинство говорит с фатхой, и после «ха» — «ра» с фатхой и удвоением, затем «ба» с точечками и даммой, затем «вав», затем «даль» с точечками. Конец цитаты (1).
4 - («Абу ат-Туфайль») Амир ибн Василя (да будет доволен им Аллах), упомянут двумя главами ранее.
[Примечание]: из тонкостей этого иснада то, что он относится к четырёхзвенным иснадам (руба'иййат) автора (да будет милостив к нему Аллах), и это (190)-й из четырёхзвенных иснадов книги.
Его слово: («и касается угла погонялом, что при нём, и целует погоняло») — в этом довод на желательность касания Чёрного камня, и что если человек не может коснуться его рукой, будучи, например, верхом или по иной причине, он касается его палкой или подобным ей, а затем целует то, чем коснулся. Аллах Всевышний знает лучше.
Два вопроса, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Абу ат-Туфайля (да будет доволен им Аллах) относится к тем, что передал только автор (да будет милостив к нему Аллах).
(Второй вопрос): о его выведении:
Привёл его (автор) здесь [39/3078] (1275), а также (Абу Дауд) в «Обрядах паломничества» (1879), (Ибн Маджа) в «Обрядах паломничества» (2949), (ан-Насаи) в «Большом сборнике» (2/402), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (5/454), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (3/360), (ад-Дыя) в «Избранном» (8/105). Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3079] (1276) — Рассказал нам Йахья ибн Йахья, сказал: я прочитал Малику, от Мухаммада ибн Абд ар-Рахмана ибн Науфаля, от Урвы, от Зейнаб бинт Абу Сальма, от Умм Сальмы: она сказала: «Я пожаловалась Посланнику Аллаха ﷺ на то, что болею, и он сказал: «Совершай обход позади людей, будучи верхом»». Она сказала: «И я совершила обход, а Посланник Аллаха ﷺ в это время молился у стороны Дома и читал суру «ат-Тур» и «Писание начертанное»».
Передатчики этого иснада: их шесть.
1 — Йахья ибн Йахья ат-Тамими, о нём уже говорилось в предыдущей главе.
2 — Малик ибн Анас, имам обители переселения (Медины), о нём уже говорилось за две главы до этого.
3 — Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ибн Науфаль аль-Асади, Абу аль-Асвад, воспитанник Урвы, мединец, надёжный (сика) [6-й разряд], умер в году сто тридцать с небольшим (130+), (передавали от него все составители шести сводов), о нём уже говорилось в «Книге очищения» 9/573.
4 — Зейнаб бинт Абу Сальма, Абд Аллаха ибн Абд аль-Асада аль-Махзуми, падчерица Пророка ﷺ, умерла в 73 году, (передавали от неё все составители шести сводов), о ней уже говорилось в «Книге о менструации» 2/689.
5 — Умм Сальма, Хинд бинт Абу Умайя Хузайфы или Сухайля ибн аль-Мугиры ибн Абд Аллаха ибн Умара ибн Махзум аль-Махзуми, мать верующих (да будет доволен ею Аллах), умерла в 62 году согласно наиболее достоверному мнению, (передавали от неё все составители шести сводов), о ней уже говорилось во «Введении» ч. 2, с. 473.
А об «Урве» упоминалось перед предыдущим хадисом.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что этот иснад относится к числу шестизвенных иснадов автора (да будет милостив к нему Аллах).
2 — (Из них): что его передатчики — передатчики, на которых опирается вся община учёных (риджаль аль-джама‘а), кроме его непосредственного шейха, от которого передавали Абу Дауд и Ибн Маджа.
3 — (Из них): что он весь состоит из цепочки мединцев, начиная с Малика, кроме его шейха, который нишапурец.
4 — (Из них): что в нём есть Урва — один из семи мединских правоведов-фукаха.
5 — (Из них): что в нём содержится риваят одной сподвижницы от другой сподвижницы, причём дочь передаёт от своей матери. Аллах Всевышний знает лучше.
[Примечание]: сказал в «Фатхе»: «В иснаде есть два табиина: Мухаммад и Урва, и две сподвижницы: Зейнаб и её мать Умм Сальма». Конец цитаты.
Сказал собиратель (да простит его Аллах Всевышний): в отношении отнесения Мухаммада ибн Абд ар-Рахмана к табиинам есть сомнение, разве что у тех, кто довольствуется для признания человека табиином лишь одновременным существованием (муасара) без более строгих условий, ведь не установлено, что он передавал от кого-либо из сподвижников, как это разъяснено в его биографии в «Тахзиб ат-тахзиб». А в «Такрибе» он отнесён к шестому разряду — разряду тех, кто был современником сподвижников, но не встречался ни с кем из них. Обрати на это внимание. Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса:
Его слово (от Умм Сальмы (да будет доволен ею Аллах)): «она сказала: я пожаловалась Посланнику Аллаха ﷺ на то, что я болею» — с фатхой на хамзе в слове «анни», поскольку оно в значении масдара является дополнением к «шакауту» (я пожаловалась). Говорят: «иштака удвом мин а‘дааихи» — «он пожаловался на боль в одном из своих органов», а «шакауту фуланан» — «я сообщил о его плохом поступке по отношению ко мне». В версии ан-Насаи: «она сказала: о Посланник Аллаха, клянусь Аллахом, я не совершила обход выхода...», то есть прощальный обход.
Его слово (он сказал ﷺ: «совершай обход позади людей») — то есть позади молящихся за ним ﷺ. Сказал ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах): он ﷺ повелел ей совершать обход позади людей по двум причинам:
[Первая]: что сунна для женщин — держаться поодаль от мужчин при обходе.
[Вторая]: что при её приближении есть опасение, что люди пострадают от её верхового животного, так же как если бы мужчина совершал обход верхом. А совершила она обход именно во время молитвы Пророка ﷺ, чтобы это было для неё более скрытным (более целомудренным), и эта молитва была утренней молитвой. Конец цитаты.
Его слово («будучи верхом») — в версии ан-Насаи добавлено: «на своём верблюде», и это именное предложение стоит в винительном падеже в качестве обстоятельства образа действия (хал) для действующего лица.
Его слово (сказала — Умм Сальма (да будет доволен ею Аллах): «и я совершила обход, а Посланник Аллаха ﷺ») — предложение обстоятельственное, то есть: и было так, что Посланник Аллаха ﷺ (молился) — то есть совершал утреннюю молитву. В версии аль-Бухари через путь Хишама ибн Урвы, от его отца: «когда объявлялся азан к утренней молитве, совершай обход на своём верблюде, пока люди молятся».
Его слово («у стороны Дома») — то есть Каабы, ибо слово «Дом» стало для неё именем собственным в силу преобладания использования.
Сказал аль-Кирмани (да будет милостив к нему Аллах): если скажешь: молитва совершается лицом к Дому, так какая же польза в упоминании «стороны»? Отвечу: смысл в том, что он молился с некоторого расстояния от стороны Дома, то есть близко к нему, а не далеко. Конец цитаты. А Ибн Абд аль-Барр (да будет милостив к нему Аллах) сказал: его молитва у стороны Дома была из-за того, что Макам (Ибрахима) в то время был прилеплен к самому Дому, прежде чем Умар (да будет доволен им Аллах) перенёс его с этого места во двор мечети. Конец цитаты.
Его слово («и читал суру ат-Тур и Писание начертанное») — то есть суру «ат-Тур», и, возможно, она не упомянула союз клятвы «уа» (и), потому что слово «ат-Тур» как бы стало собственным именем для этой суры. Так сказал аль-Айни.
А аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах) сказал: его слово (Клянусь горой (1)) — «гора» на сирийском языке, а Ибн Аббас сказал: «всякая гора, на которой растут растения, называется «тур»». (И Писанием) — то есть написанным, а (свитком развёрнутым) — это выделанная кожа, приготовленная для письма. Наилучшее из сказанного о нём — что это Коран, записанный в свитках (мусхафах), и это клятвы, которыми поклялся Аллах Всевышний, возвеличивая их. Конец цитаты. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — тот, у кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Умм Сальмы (да будет доволен ею Аллах) приведён согласно единому мнению обоих (аль-Бухари и Муслима).
(Второй вопрос): о его извлечении из источников:
Привёл его (автор) здесь [39/3079] (1276), а также (аль-Бухари) в «Книге молитвы» (464), «Книге хаджа» (1619, 1626 и 1633) и «Книге толкования» (4853), (Абу Дауд) в «Обрядах паломничества» (1882), (ан-Насаи) в «Обрядах хаджа» (5/223) и «Большом сборнике» (3903, 3904 и 3943), (Ибн Маджа) в «Обрядах паломничества» (2961), (Малик) в «Муватта» (832), (Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (9021), (Ахмад) в остальной части своего «Мусанада» (6/290 и 319), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (2776), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (3830 и 3833), (Ибн Рахавайх) в своём «Мусанаде» (4/182), (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (2/358), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (3/360), (ат-Табарани) в «Большом сборнике» (23/804), (аль-Байхаки) в «Большом сборнике» (5/78 и 101) и «Аль-Марифа» (4/89), (аль-Багави) в «Толковании сунны» (1911). Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о пользах, извлекаемых из хадиса:
1 — (Из них): разъяснение допустимости совершения обхода верхом, и уже приводилось разъяснение разногласий учёных по этому вопросу.
2 — (Из них): разъяснение того, каким образом совершает обход больной — то есть верхом.
3 — (Из них): что женщины совершают обход позади мужчин и не смешиваются с ними, ибо это более целомудренно для них, а также потому, что обход подобен молитве, а из сунны молитвы — что женщины отстают от рядов мужчин, так же и в обходе. Сказал в «Фатхе»: «он повелел ей совершать обход позади людей, чтобы это было более целомудренным для неё, а также чтобы она не пересекала их ряды и не причиняла им вреда своим верховым животным». Конец цитаты.
4 — (Из них): что тот, кто совершает обход во время коллективной молитвы по уважительной причине, должен совершать обход только позади людей, а не между молящимися и Домом, чтобы не отвлекать имама и людей и не причинять им вреда.
5 — (Из них): что всадник должен, насколько возможно, избегать пути следования людей и не смешиваться с идущими пешком, чтобы не причинять им вреда.
6 — (Из них): допустимость введения верховых животных в мечеть, и уже приводились мнения учёных по этому поводу.
7 — (Из них): желательность близости имама к Дому во время молитвы.
8 - (из их числа): дозволенность произнесения чтения вслух в утренней молитве. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу только исправления, насколько это в моих силах, и мой успех только от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
(40) - (Глава о разъяснении того, что бег между Сафой и Марвой является столпом, без которого хадж не действителен)
(Знай): что «Сафа» и «Марва» — это два холма, между которыми совершается бег (саъй), пробегая от одного к другому. «Сафа» в первоначальном значении — это множественное число от «сафа», то есть скала, гладкий камень. «Марва» же изначально — это белый блестящий камень; и говорят также, что это камень, из которого высекают огонь.
Сказал Абу Абдуллах аль-Куртуби (да помилует его Аллах) в своём «Тафсире»: изначально слово «сафа» в языке означает гладкий камень, а здесь это известный холм в Мекке; так же и «Марва» — тоже холм, и поэтому оба названы с определённым артиклем. Слово «Сафа» — мужского рода, потому что на нём стоял Адам (мир ему), и он был назван по нему; а Хавва стояла на Марве, и она была названа именем женщины, поэтому оно женского рода.
Сказал аш-Шааби: на Сафе стоял идол по имени Исаф, а на Марве — идол по имени Наиля, и отсюда пошло разграничение по роду — мужскому и женскому, причём мужской упоминается первым. И это хорошее объяснение, поскольку упомянутые хадисы указывают на этот смысл, и нежелательность обхода между ними у тех, кто это не любил, была связана именно с этим — пока Аллах не устранил в этом затруднение.
Люди Писания утверждали, что эти двое совершили прелюбодеяние в Каабе, и Аллах превратил их в два камня, которые были положены на Сафу и Марву в качестве назидания; но когда прошло много времени, им стали поклоняться помимо Аллаха.
«Сафа» — слово с усечённым алифом (макъсур): множественное число от «сафат», то есть гладких камней. Некоторые говорят, что «сафа» — единственное число, а множественное от него — «суфий» (с даммой над «сад») и «асфа», по образцу «архаа». Сказал стихотворец в раджазе:
Как будто спина его из-за худобы —
Следы птиц на гладких камнях.
Говорят также, что условиями (принадлежности к) «сафа» являются белизна и твёрдость, а происхождение слова от «сафа — йасфу», то есть очистился от земли и глины.
«Марва» — единственное число от «марв», то есть маленькие камни, обладающие мягкостью; говорят также, что это твёрдые камни. Правильным же является то, что «марв» — это камни, среди которых есть твёрдые и есть рыхлые, которые раскалываются, и края которых становятся тонкими; и в этом смысле говорят: «марв» — множественное число, и применяется также к твёрдому. Сказал поэт (размером рамаль):
И пошёл по земле лёгким шагом, увядшим,
И когда встретился с «марв», раздавил его.
Сказал Абу Зуайб (размером камиль):
Пока я не стал, для превратностей судьбы, подобен камню «марва»
На скале аль-Мушаккир, который каждый день бьют.
Говорят также, что это чёрные камни; говорят также, что это белые блестящие камни, в которых бывает огонь. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах), а Аллах Всевышний лучше знает истину.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, сказал: [3080] (1277) - (Рассказал нам Яхья ибн Яхья, рассказал нам Абу Муавия, от Хишама ибн Урвы, от его отца, от Аиши, сказал: я сказал ей: я думаю, что если человек не совершит обход между Сафой и Марвой, это не повредит ему. Она сказала: почему? Я сказал: потому что Аллах Всевышний говорит: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха» — до конца айата. Она сказала: не завершил Аллах хадж человека и его умру, если он не обошёл между Сафой и Марвой; и если было бы так, как ты говоришь, то не было бы греха на том, кто не совершил обход между ними. И знаешь ли ты, в связи с чем это было? Это было потому, что ансары в языческую эпоху взывали к двум идолам на берегу моря, которых называли Исаф и Наиля, а затем приходили и обходили между Сафой и Марвой, а затем брили головы. Когда пришёл ислам, они стали избегать обхода между ними из-за того, что делали в языческую эпоху. Она сказала: и Аллах ниспослал: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха» — до конца айата. Она сказала: и они совершили обход).
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 - (Абу Муавия) Мухаммад ибн Хазим ад-Дарир, о нём говорилось перед предыдущей главой. Остальные упомянуты до него.
Тонкости этого иснада:
1 - (из них): что это одна из «пятизвенных» цепочек составителя (да помилует его Аллах).
(2) В другой версии: «сообщил нам».
(из них): что все передатчики этого иснада — люди, на которых опирается «джамаа» [то есть шесть авторитетных сборников], кроме его шейха, у которого передавали Абу Дауд и Ибн Маджа.
3 - (из них): что этот иснад — сплошь мединский, кроме его шейха: тот нишапурец, а Абу Муавия — куфиец.
4 - (из них): что в нём есть передача сына от отца, от своей тётки, и передача таби'и от таби'и.
5 - (из них): что Урва — один из семи знаменитых мединских правоведов (факыхов).
6 - (из них): что в нём Аиша (да будет доволен ею Аллах) — одна из семи наиболее передававших хадисы, она передала 2210 хадисов, а Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса:
(от Хишама ибн Урвы, от его отца) Урвы ибн аз-Зубайра (от Аиши) (да будет доволен ею Аллах) (сказал) Урва (я сказал ей), то есть Аише (да будет доволен ею Аллах): (я думаю, что если человек не совершит обход между Сафой и Марвой, это) «ма» здесь отрицательная (не повредит ему), то есть не повредит ему в действительности его хаджа отсутствие обхода между Сафой и Марвой. (Она сказала) Аиша (да будет доволен ею Аллах): (почему?) это вопросительное «ма», у которого допустимо опущение алифа, поскольку, как сказано в «аль-Хуляса»:
«И «ма» в вопросе, если находится в родительном падеже, у неё опускается алиф,
и присоединяется к ней «ха», если ты делаешь паузу;
и это не обязательно кроме как при понижении
именем, как в твоём выражении: «во исполнение того, что было исполнено».
(я сказал: потому что Аллах Всевышний говорит: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха» — до конца айата) — итог слов Урвы (да помилует его Аллах) в том, что он приводил в качестве доказательства своего мнения о дозволенности бега между Сафой и Марвой и отсутствии его обязательности то, что айат ограничился снятием греха; ведь если бы это было обязательным, то не было бы достаточно этого, поскольку снятие греха является признаком дозволенного, а желательное усиливается указанием на награду, а обязательное усиливается указанием на наказание для того, кто оставил его.
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): именно так понял это Урва из явного смысла слов Всевышнего: «то нет греха на нём, чтобы обойти между ними», и смысл его понимания в том, что снятие затруднения с действия указывает лишь на его дозволенность, а не на обязательность, и это то, что требует явный смысл айата, если не учитывать причину его ниспослания; но если обратить внимание на причину его ниспослания, то станет ясно, к чему он относится: что он пришёл именно для снятия затруднения с того, кто испытывал затруднение по поводу обхода между ними, как будет разъяснено далее.
И разошлись в этом слова Аиши (да будет доволен ею Аллах), и разошлись передатчики от неё в этом: в некоторых риваятах от неё — что из числа жителей Медины были те, кто взывал к Мана; такой не обходил между ними, и, по-видимому, эти люди оставались после принятия ислама в этом воздержании, пока не был ниспослан айат. А в некоторых из них — что тот, кто взывал к Исафу и Наиле, приходил и обходил между ними, и эти люди, когда с принятием ислама прекратилось взывание к Исафу и Наиле, боялись, что это не будет предписано тому, кто не взывал к ним, и Аллах устранил все эти предположения словами: «то нет греха на нём». И упомянул Абу Бакр ибн Абд ар-Рахман при услышанном им слове Аиши то, что указывает на два других повода, ясно обозначенных в тексте хадиса, и затруднение снимается, и становится возможным согласовать эти различные риваяты тем путём, которым пошёл Абу Бакр ибн Абд ар-Рахман, когда сказал: и полагаю, что он был ниспослан относительно этих и тех, — и мы говорим: айат был ниспослан в ответ всем этим, чьи причины были упомянуты, и в качестве снятия затруднения с них, а Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах).
(Она сказала) — Аиша (да будет доволен ею Аллах): (не) — отрицательная частица (Аллах не сделает полным хадж человека и его умру), а его слово: (кто не совершил обход между Сафой и Марвой) — это предложение в положении родительного падежа, являющееся определением к слову «человек»; (если бы дело было так, как ты говоришь) — то есть об отсутствии обязательности, (то было бы: «нет греха на нём, если он не совершит обход между ними»), то есть тогда текст самого аята, требующий этого, гласил бы: «нет греха…» и так далее. Итак, её слова «нет греха…» и т. д. являются сказуемым глагола «кяна», а его подлежащим служит местоимение, возвращающееся к подразумеваемому смыслу, то есть: «тогда текст аята был бы…» и т. д. Возможно также, что «нет греха…» и т. д. является подлежащим, а сказуемое опущено, то есть: «текст аята» или «ниспосланное».
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: учёные говорят: это относится к тонкому знанию Аиши (да будет доволен ею Аллах), её проницательному пониманию и глубокому знанию тонкостей формулировок; ведь благородный аят своим текстом указывает лишь на снятие греха с того, кто совершает обход между ними, но не содержит указания ни на необязательность обхода (сай), ни на его обязательность. Так Аиша (да будет доволен ею Аллах) сообщила ему, что аят не содержит указания ни на обязательность, ни на её отсутствие, и разъяснила причину его ниспослания и мудрость его построения: он был ниспослан относительно ансаров, когда они стали испытывать стеснение при совершении сай между Сафой и Марвой в исламе. И если бы дело было так, как говорит Урва, то текст гласил бы: «нет греха на нём, если он не совершит обход между ними». А ведь действие может быть обязательным, при этом человек может полагать, что его совершение в определённой форме запрещено — подобно тому, кто должен совершить полуденную молитву и полагает, что нельзя совершать её на закате солнца, и спрашивает об этом; тогда в ответ ему говорят: «нет греха на тебе, если ты совершишь её в это время» — и это будет правильным ответом, не подразумевающим отрицания обязательности полуденной молитвы. Конец цитаты.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: её слова «если бы дело было так, как ты говоришь, то было бы: «нет греха на нём, если он не совершит обход между ними»» указывают на то, что переданное — будто в списке Убаййя стояло «чтобы не обходил их» с добавлением частицы «ألا» — не является достоверным; ведь если бы это было так, то Аиша была бы наиболее осведомлённой об этом среди людей, и это не осталось бы скрытым ни от неё, ни от других, кто внимательно относится к Корану. Конец цитаты.
В «Фатхе» сказано: суть ответа Аиши (да будет доволен ею Аллах) в том, что аят молчит об обязательности и её отсутствии, а прямо говорит лишь о снятии греха с совершающего действие. Что касается дозволенности (мубах), то она требует снятия греха и с того, кто оставляет действие. Мудрость же в такой формулировке — в соответствии ответа вопросу спрашивающих: они полагали, что, поскольку они делали это в доисламские времена, это не будет продолжаться в исламе, поэтому ответ вышел соответствующим их вопросу. А обязательность выводится из другого доказательства, и нет препятствия тому, чтобы действие было обязательным, при этом человек полагал бы, что его совершение в определённой форме запрещено, и ему говорят: «нет греха на тебе в этом», что не влечёт отрицания обязательности. И из отрицания греха с совершающего действие не следует отрицание греха с оставляющего его; ведь если бы имелась в виду абсолютная дозволенность, то был бы отрицаем грех и с оставляющего.
Встречается в некоторых редких чтениях та же формулировка, что произнесла Аиша, — что если бы аят означал дозволенность, то он гласил бы именно так. Это передали ат-Табари и Ибн Абу Дауд в «Аль-Масахиф», а также Ибн аль-Мунзир и другие от Убаййя ибн Каба, Ибн Масуда и Ибн Аббаса.
Ат-Табари ответил на это тем, что это относится к общеизвестному чтению.
Ат-Тахави также сказал: нет доказательства для того, кто утверждает, что сай является рекомендуемым (мустахабб), в словах Всевышнего: «А кто добровольно совершит доброе дело…» (аль-Бакара, 158), — ведь это относится к самому хаджу и умре, а не именно к сай, поскольку мусульмане единодушны в том, что добровольное совершение сай тем, кто не совершает хадж или умру, не установлено шариатом. Конец цитаты.
Затем она разъяснила ему причину ниспослания аята, сказав: (а знаешь ли ты, по какому поводу это было?) — то есть по какому поводу был ниспослан этот благородный аят? (Это было связано лишь с тем, что ансары в доисламские времена совершали обряд «ихляль» (بضم الياء — «йухиллюна», от «ихляль») в честь двух идолов на берегу моря (شط — с фатхой над «шин» и с шаддой над «та» — означает «сторона», множественное число — «шутут», как «фульс» — «фулюс»), называемых Исаф (с кясрой над «хамза») и Наиля.
Кади Ияд (да помилует его Аллах) сказал: так это передано в этом риваяте, но, по его словам, это ошибка, а верное — то, что пришло в других риваятах данной главы: «они совершали ихляль в честь Мана», а в другом риваяте: «в честь Мана-тирана, что находится в аль-Мушалляле». Он сказал: это и есть известное. Мана — это идол, которого установил Амр ибн Лухайй в стороне моря, в аль-Мушалляле, недалеко от Кудайда, и так же это разъяснено в этом хадисе в «Аль-Муватта». Азд и Гассан совершали в честь него ихляль для хаджа.
Ибн аль-Калби сказал: Мана — это скала для племени Хузайль в Кудайде, а что касается Исафа и Наили, то они никогда не находились в стороне моря, а были, как говорят, мужчиной и женщиной: мужчину звали Исаф ибн Бака, а по другой версии — ибн Амр, а женщину звали Наиля бинт Зиб, а по другой версии — бинт Сахль. Говорят, что они были из племени Джурхум и совершили прелюбодеяние внутри Каабы, за что Аллах превратил их в два камня, которые были установлены возле Каабы, а по другой версии — на Сафе и Марве, чтобы люди брали с них пример и получали урок. Затем Кусайй ибн Килаб перенёс их: одного поставил рядом с Каабой, а другого — у Замзама; по другой версии, он поставил обоих у Замзама, приносил там жертвы и повелел им поклоняться. Когда же Пророк ﷺ завоевал Мекку, он разбил их. Конец слов кади Ияда (да помилует его Аллах).
(Затем они приходили) то есть в Мекку (и совершали обход между Сафой и Марвой, затем брили) свои головы (Когда же пришёл ислам, они стали испытывать неприязнь к обходу между ними) то есть между Сафой и Марвой (из-за того, что они делали это в доисламские времена) то есть поскольку это было делом времён невежества, они боялись, что это будет запрещено в исламе, и спросили об этом Пророка ﷺ. (Она сказала: тогда Аллах ниспослал: «Поистине, Сафа и Марва — из знамений Аллаха») то есть из вех Его религии и мест совершения обрядов поклонения Ему. Аль-Азхари сказал: «шаа’ир» — это вехи, к которым Аллах призвал и повелел придерживаться их.
В «Ан-Нихая» сказано: «шаа’ир аль-хаджж» — это его следы и знаки, множественное число от «шаира»; также говорят, что это всё, что относится к его обрядам, как стояние (вукуф), обход (таваф), сай, бросание камешков, жертвоприношение и прочее.
В «Ас-Сихах» сказано: «шаа’ир» — это обряды хаджа и всё, что сделано знаком для повиновения Аллаху. Аль-Асмаи сказал: единственное число — «шаира», а некоторые говорят «шаара»; «маша’ир» — это места совершения обрядов.
Хафиз Ибн Касир (да помилует его Аллах) сказал: Аллах Всевышний разъяснил, что обход между Сафой и Марвой является одним из знамений Аллаха, то есть тем, что Аллах Всевышний установил для Ибрахима в обрядах хаджа. В хадисе Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах) подтверждено, что первоначально это восходит к тому, как Хаджар обходила и переходила между Сафой и Марвой в поисках воды для своего ребёнка, когда у них закончилась вода и запасы, которые оставил им Ибрахим (мир ему), когда покинул их там, а рядом не было никого из людей. Когда она испугалась за своего ребёнка, что он погибнет, и у них закончилось всё, что было, она встала искать помощи у Аллаха и продолжала переходить в этом благословенном месте между Сафой и Марвой, смиренная, испуганная, встревоженная, нуждающаяся в Аллахе, пока Аллах не устранил её беду, утешил её в одиночестве, разрешил её тяготу и не пробил для неё Замзам, вода которого — «пища для питающегося и исцеление для больного». Поэтому совершающему сай между ними следует помнить о своей бедности, униженности и нужде в Аллахе для наставления своего сердца, исправления своего состояния и прощения своего греха, и обращаться с прошением к Аллаху, чтобы Он устранил его недостатки и изъяны, наставил его на прямой путь, утвердил его на нём до самой смерти и перевёл его из состояния грехов и непослушания в состояние совершенства, прощения, правильности и прямоты, как Он сделал с Хаджар (мир ей). Конец слов Ибн Касира (да помилует его Аллах).
А его слово (до конца его) связано с подразумеваемым глаголом, то есть: читай аят до конца его.
В риваяте аль-Бухари этот аят передан словом «Аят» («аль-аяту»), и здесь допустимы три способа огласовки-разбора: именительный падеж — как подлежащее с опущенным сказуемым, то есть «аят читается до конца»; винительный падеж — как дополнение при подразумеваемом глаголе, то есть «читай аят полностью»; и родительный падеж — что редко — как управляемое подразумеваемым предлогом, то есть «читай до конца аята».
(Её слово) — Аиша (да будет доволен ею Аллах) (сказала) (и они совершили обход) — то есть эти ансары, которые испытывали затруднение относительно обхода, то есть хождения между Сафой и Марвой, из-за упомянутой ими причины, совершили его, когда Аллах ниспослал этот благородный аят.
В следующем риваяте, переданном через Ибн Шихаба от Урвы: «Аиша сказала: Посланник Аллаха ﷺ установил сунной хождение между ними, так что никому не дозволено оставлять хождение между ними», а в риваяте ан-Насаи: «И совершил обход Посланник Аллаха ﷺ, и мы обошли с ним, и это стало сунной», то есть хождение между ними стало сунной; форма женского рода здесь обусловлена сказуемым. Она имела в виду этим утверждение этого установления через сунну, и что это требуется шариатом, и что это не относится к тому, оставление чего не влечёт ответственности, как она разъяснила это в своих словах: «Посланник Аллаха ﷺ установил сунной хождение между ними, так что никому не дозволено оставлять хождение между ними».
Она имела в виду под «сунной» — обязательное предписание (фард), то есть это один из обязательных элементов хаджа, а не имелась в виду сунна в значении противоположности обязательному, о чём свидетельствуют её слова: «так что никому не дозволено...» и её слова: «Аллах не завершит хадж человека и его умру, если он не совершил хождение между Сафой и Марвой». Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него уповают.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) передан согласно обоим (аль-Бухари и Муслиму).
(Второй вопрос): о его выведении:
Его привёл (автор) здесь [40/3080, 3081, 3082, 3083, 3084] (1277), и (аль-Бухари) в «Хадже» (1643) и «Умре» (1790) и «Тафсире» (4495 и 4861), и (Абу Дауд) в «Обрядах» (1901), и (ат-Тирмизи) в «Тафсире» (2965), и (ан-Насаи) в «Обрядах хаджа» (2968 и 2969), и (Ибн Маджа) в «Обрядах» (2986) и в «Большой» (3960 и 3961), и (Малик) в «Муватта» (838), и (аль-Хумайди) в «Мусанаде» (219), и (Ахмад) в «Мусанаде» (6/144 и 227), и (Ибн Хузайма) в «Сахихе» (2769), и (Ибн Хиббан) в «Сахихе» (3839 и 3840), и (Абу Аввана) в «Мусанаде» (2/306 и 330), и (Абу Нуайм) в «Мустахридже» (3/361), и (аль-Байхаки) в «Большой» (5/96) и «Аль-Ма‘рифа» (4/84), и (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (1920) и «Тафсире» (1/133). Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о разногласии учёных относительно предписания о хождении (сай) между Сафой и Марвой:
(Знай), что они разошлись в этом вопросе на несколько направлений:
(Первое направление): что это столп (рукн) хаджа, без которого он недействителен, и точно так же в умре. Это мнение Малика, аш-Шафии и Ахмада согласно известному от него мнению. Ан-Навави передал это от большинства учёных из числа сподвижников, последователей и тех, кто пришёл после них. Ибн Абу Шейба передал в своём «Мусаннафе» от Аиши (да будет доволен ею Аллах), а также от Муджахида и Ибрахима ан-Наха‘и, что они оба сказали: если человек забыл обойти между Сафой и Марвой, будучи паломником, то на нём хадж, а если он был совершающим умру, то на нём умра, и не засчитывается ему иначе как обход между ними. Ибн аль-Мунзир передал это от Исхака ибн Рахавайха и Абу Саура, и таково же мнение Ибн Хазма.
Эти учёные приводили доводы в пользу обязательности несколькими путями. (Первый из них): то, что передали аш-Шафии, Ахмад в своём «Мусанаде», ад-Даракутни, аль-Байхаки и другие через риваят Сафии бинт Шейба, которая сказала: рассказала мне дочь Абу Тиджра (1), что она слышала, как Посланник Аллаха ﷺ, обратившись лицом к людям на месте хождения (мас‘а), сказал: «О люди, совершайте сай, ибо сай предписан вам как обязательный» (2).
(2) Его текст в «Мусанаде» 6/421: рассказал нам Абдуллах, рассказал мне мой отец, рассказал нам Юнус, сказал: рассказал нам Абдуллах ибн аль-Му’аммаль, от Умара ибн Абд ар-Рахмана, сказал: рассказал нам Ата, от Хабибы бинт Абу Тиджра, которая сказала: мы вошли в дом Абу Хусейна среди группы женщин из курайшитов, а Пророк ﷺ обходил между Сафой и Марвой. Она сказала: он совершал сай, так что его изар кружился от силы хождения, и он говорил своим соратникам: «Совершайте сай, ибо Аллах предписал вам сай».
Рассказал нам Абдуллах, рассказал мне мой отец, рассказал нам Сурайдж, сказал: рассказал нам Абдуллах ибн аль-Му’аммаль, от Аты ибн Абу Рабаха, от Сафии бинт Шейба, от Хабибы бинт Абу Тиджра, которая сказала: я видела Посланника Аллаха ﷺ, обходящего между Сафой и Марвой, а люди перед ним, и он позади них, совершая сай, так что я видела его колени от силы хождения, и его изар кружился, и он говорил: «Совершайте сай, ибо Аллах предписал вам сай». Конец.
Сказал хафиз Вали ад-Дин: и упомянул ан-Навави в «Шарх аль-Мухаззаб» в начале своих слов первый путь и сказал: он не силён, и его иснад слаб. Сказал Ибн Абд аль-Барр в «аль-Истиаб»: в нём есть противоречивость (идтираб). Затем он упомянул второй путь в конце своих слов и сказал: его иснад хороший (хасан). Наш шейх Джамал ад-Дин Абд ар-Рахим аль-Исная в «аль-Мухиммат» посчитал это противоречием и сказал: слова ан-Навави разошлись в этом. Ответ на это в том, что это касается двух разных путей: в первом есть Абдуллах ибн аль-Му’аммаль, а во втором его нет, поэтому первый был признан слабым, а второй хорошим.
Сказал Ибн аль-Мунзир в «аль-Ишраф»: если хадис дочери Абу Тиджра достоверен, то обязательность сая устанавливается, а если недостоверен, то я не знаю доказательства, обязывающего его. А тот, который передал Абдуллах ибн аль-Му’аммаль, — о его хадисе высказывались критически. Конец. И на это указал аль-Исная в остальной части своих слов, сказав: и признал его хорошим также шейх Заки ад-Дин в своих словах о хадисах «аль-Мухаззаб», однако упомянутый хадис передан двумя иснадами. Конец. И тем не менее, в признании их двумя путями, и в ослаблении первого, и в признании хорошим второго есть сомнение, ибо это один хадис, ось которого — Сафия бинт Шейба, и разногласие произошло именно в нём. Этим путём пошёл аль-Байхаки и другие. И было приведено ранее слово Ибн Абд аль-Барра, что в нём есть противоречивость, однако он сказал в «аль-Истизкар»: разошлись в нём, кроме аш-Шафии и Абу Нуайма аль-Фадля ибн Дукайна, относительно Абдуллаха ибн аль-Му’аммаля, и они улучшили его иснад и смысл, и передал его вместе с Ибн аль-Му’аммалем и другой, и Ибн аль-Му’аммаля не критиковал никто, кроме как за плохую память, и никто иной не противоречил ему в этом, так что выясняется в этом его плохая память. Сказал хафиз в «аль-Фатх»: я говорю: у него есть другой путь в «Сахихе Ибн Хузаймы» в сокращённом виде, и у ат-Табарани от Ибн Аббаса подобный первому, и если он присоединяется к первому, то усиливается им. И разошлись относительно Сафии бинт Шейба в имени сподвижницы, которая сообщила ей это, и возможно, что она взяла это от группы людей, ведь у ат-Табарани от неё встречается: «сообщили мне женщины из рода Бану Абд ад-Дар», так что разногласие не вредит. Конец.
Сказал аш-Шафии (да помилует его Аллах): и это, по нашему мнению — а Аллах знает лучше — обязывает сай между Сафой и Марвой, поскольку этот хадис не допускает иного, кроме сая между ними, либо сая в глубине долины (вади), и если обязателен сай в глубине долины, а это лишь часть действия, то он обязателен и во всей своей полноте. Конец.
(Второй): аль-Байхаки привёл в качестве доказательства этого хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах), упомянутый в этой главе, и её слова в нём: «Затем Посланник Аллаха ﷺ установил сунной обход между ними, так что никому не дозволено оставлять обход между ними», а также её слова также в «Сахихе Муслима»: «Клянусь своей жизнью, Аллах не завершил хадж того, кто не обошёл между Сафой и Марвой».
(Третий): аль-Байхаки, Ибн Абд аль-Барр, ан-Навави и другие также привели в качестве доказательства этого то, что он ﷺ совершал сай между ними в своём хадже и в своей умре, и сказал: «Берите от меня свои обряды».
(Четвёртый): аль-Байхаки также привёл в качестве доказательства то, что в «обоих Сахихах» от Амра ибн Динара, который сказал: мы спросили Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах) о человеке, который прибыл для совершения умры, обошёл вокруг Дома, но не совершил хождение между Сафой и Марвой — может ли он приблизиться к своей жене? Он ответил: прибыл Пророк ﷺ, обошёл вокруг Дома семь раз, совершил молитву в два рак‘ата за Макамом, и обошёл между Сафой и Марвой семь раз, и сказал: «Действительно, был для вас в Посланнике Аллаха прекрасный пример» [аль-Ахзаб: 21]. И сказал Амр: мы спросили Джабира? Он ответил: пусть не приближается к ней, пока не обойдёт между Сафой и Марвой.
(Пятое): Ибн Хазм приводит в качестве доказательства то, что содержится в обоих «Сахихах» от Абу Мусы аль-Ашари (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Я явился к Посланнику Аллаха ﷺ, когда он расположился на привал в аль-Батха, и он спросил: «Совершил ли ты хадж?» Я ответил: «Да». Он спросил: «С каким тальбия ты вошёл в ихрам?» Я сказал: «Лаббайка с тальбия, подобным тальбия Посланника Аллаха ﷺ». Тогда он сказал: «Ты поступил хорошо. Обойди Дом, соверши сай между Сафа и Марва, и выйди из ихрама»». Ибн Хазм сказал: «Этим хадисом сай между Сафа и Марва в умре становится обязательным (фард)». Конец цитаты.
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: это доказательство, которое привёл Ибн Хазм (да помилует его Аллах), является самым сильным доводом в этом вопросе. Даже если бы не было других доводов, кроме него, вместе со словами Пророка ﷺ: «Перенимайте от меня обряды хаджа», этого было бы достаточно для обязательности сая между Сафа и Марва. Что уж говорить, когда к нему присоединяются упомянутые ранее доводы? Аллах Всевышний знает лучше.
(Второй мазхаб): сай является обязательным (ваджиб), а его оставление возмещается кровной жертвой (дам), и хадж действителен без него. Это мазхаб Абу Ханифы и один из риваятов от Ахмада, и ан-Навави указал, что это наиболее достоверное мнение, передаваемое от него.
Ибн Абу Шейба передал это в своём «Мусаннафе» от аль-Хасана аль-Басри и Атаа ибн Абу Рабаха, а Ибн аль-Мунзир передал это от Катады и Суфьяна ас-Саури. Ибн Абд аль-Барр передал от ас-Саури, что если человек забыл о сае, пока не вернулся в свою страну, ему достаточно принести кровную жертву. От Абу Ханифы и двух его учеников передано: если человек оставил сай умышленно или по забвению, на нём кровная жертва. Автор «аль-Хидая» из числа ханафитов упомянул, что слова Всевышнего «нет греха» подобны тому, что используется для указания на дозволенность, тем самым отрицая столпность и обязательность. Также он указал, что столпность не устанавливается иначе как безусловным доводом, а такового не найдено. Затем он сказал, что смысл переданного «предписано» указывает на желательность (истихбаб), как в словах Всевышнего: «Предписано вам, когда приблизится смерть к кому-либо из вас…» (аль-Бакара, 180). Конец цитаты.
Хафиз Вали ад-Дин (да помилует его Аллах) сказал: [Если ты скажешь]: он сначала сказал об обязательности, как же затем он сказал о желательности?
[Я скажу]: он не сказал впоследствии о желательности, а лишь сказал, что подобная форма выражения — «предписано» — используется для указания на желательность, как в приведённом им аяте. Однако он сам спорит относительно того, что упомянул об этом аяте: на самом деле этот аят сохраняет своё изначальное значение обязательности и был ниспослан до аята о наследстве, а затем был отменён им (насх), как это установлено в тафсире. Аллах знает лучше. Конец цитаты.
(Третий мазхаб): сай является сунной, не являясь ни столпом, ни обязательным действием. Это один из риваятов от Ахмада. Ибн Абу Шейба передал от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими), что он сказал: «Если пожелает, совершит сай, а если пожелает — не совершит». От Атаа передано, что он не считал что-либо обязательным для того, кто не совершил сай. Ему сказали: «Ведь он оставил нечто из сунны Посланника Аллаха ﷺ». Он ответил: «На нём ничего нет», хотя публично он давал фетву о необходимости кровной жертвы. Ибн аль-Мунзир сказал: Анас ибн Малик, Абдуллах ибн аз-Зубайр и Ибн Сирин (да будет доволен ими Аллах) говорили, что это добровольное действие (татавву‘). Также передано, что в свитке Убайя ибн Кааба и Ибн Масуда было: «то нет греха на нём, если он не обойдёт их обоих». Ибн Хазм рассказал, что Ибн Аббас читал: «то нет греха на нём, если он не обойдёт их обоих», а затем сказал: «Это слова самого Ибн Аббаса, а не то, что было включено им в Коран». Затем Ибн Хазм передал это же чтение от Анаса и сказал, что это также мнение Атаа, Муджахида и Маймуна ибн Михрана. Аль-Байхаки в «аль-Магрифа» передал это чтение от Ибн Аббаса вместе с его словами: «Затем этот аят был отменён аятом: «А кто отвращается от религии Ибрахима, кроме того, кто выказывает скудоумие своей душе» (аль-Бакара, 130). Когда он был ниспослан, они стали обходить между Сафа и Марва». Аль-Байхаки сказал: «Этот риваят, если он достоверен, указывает на то, что дело в этом вопросе перешло к обязательности».
(Четвёртый мазхаб): тот, кто оставил сай, должен совершить умру. Это передал Ибн Абу Шейба от Тавуса, и то же самое передал от него Ибн аль-Мунзир.
(Пятый мазхаб): если человек оставил четыре круга из сая, на нём кровная жертва, а если оставил меньше того, то за каждый круг полагается половина са‘. Это передал Ибн аль-Мунзир от сторонников умозрительного мнения (ахль ар-ра’й), а ад-Дарими из числа шафиитов передал это от Абу Ханифы. Он сказал: Ибн аль-Каттан передал от Абу Али мнение, подобное мазхабу Абу Ханифы. Ан-Навави в «Шарх аль-Мухаззаб» сказал: «Это мнение является редким и ошибочным».
Ибн аль-Мунзир сказал: «От Атаа передавались разные мнения: передано от него, что на оставившем сай ничего нет; передано от него, что он сказал: «На нём кровная жертва»; и передано от него, что он сказал: «Он накормит бедняков или зарежет овцу, которой накормит бедняков»». Конец цитаты. Этот последний риваят от Атаа представляет собой шестое мнение.
Знай, что Ибн аль-Араби в «Шарх ат-Тирмизи» передал единогласие общины (иджма) относительно того, что сай является столпом в умре, а разногласие сделал относительно только хаджа.
Хафиз Вали ад-Дин сказал: «Я не видел, чтобы кто-то другой касался этого вопроса, и явно противоречат этому слова Ибн Хазма, ведь он передал разногласие относительно умры, и передал от Ибн Аббаса, что тот сказал: «Умра — это обход Дома». Также Ибн Абд аль-Барр передал разногласие от Абу Ханифы и двух его учеников относительно хаджа и умры». Конец цитаты.
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: из приведённого изложения мазхабов и рассмотрения их доводов стало ясно, что наиболее предпочтительным мазхабом является первый мазхаб — мазхаб большинства (джумхур), согласно которому сай между Сафа и Марва является одним из столпов хаджа и умры, ввиду силы его доводов, как это было разъяснено выше.
Итог таков: мнение о столпности сая является истиной, в которой нет сомнения, и у его противников нет надёжного доказательства, на которое можно было бы опереться. Прояви же справедливость в понимании этого. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывной цепи передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал: [3081] (…) — (Передал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, передал нам Абу Усама, передал нам Хишам ибн Урва, сообщил мне мой отец, сказавший: я сказал Аише: «Я не считаю, что на мне лежит грех, если я не совершу обход между Сафа и Марва». Она спросила: «Почему?» Я ответил: «Потому что Аллах Всемогущий говорит: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядовых знаков Аллаха»» (и далее аят). Она сказала: «Если было бы так, как ты говоришь, то формулировка была бы: «то нет греха на нём, если он не обойдёт их обоих». Этот аят был ниспослан относительно людей из ансаров, которые, когда входили в ихрам во времена невежества (джахилийи), делали это ради Мана, и им не дозволялось обходить между Сафа и Марва. Когда же они прибыли с Пророком ﷺ для совершения хаджа, они упомянули ему об этом, и Аллах Всевышний ниспослал этот аят. Клянусь моей жизнью, Аллах не завершил хадж того, кто не совершил обход между Сафа и Марва»).
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — (Абу Бакр ибн Абу Шейба) — упомянут в предыдущей главе.
2 — (Абу Усама) — Хаммад ибн Усама, упомянут недавно.
Остальные упомянуты ранее.
Его слово (أَنْ لَا أَتَطَوَّفَ и далее) означает «в том, чтобы не совершать обход» или «относительно того, чтобы не совершать обход», то есть здесь подразумевается предлог.
Её слова (لَوْ كَانَ كَمَا تَقُولُ и далее), то есть: если бы имелось в виду текстом то, что ты говоришь, а именно отсутствие обязательности, то формулировка была бы такой: «то нет греха на нём, если он не обойдёт их обоих». Она хочет сказать, что то, что используется для указания именно на отсутствие обязательности, — это снятие греха с оставления действия. А что касается снятия греха с совершения действия, то это может использоваться и в отношении дозволенного (мубах), и в отношении желательного (мандуб), а также обязательного (ваджиб) — исходя из того, что обращаемый может опасаться греха в этом действии, и потому к нему обращаются со снятием греха, хотя само действие по сути обязательно. И в нашем случае дело именно так: если бы целью в данном контексте было указание именно на отсутствие обязательности, то подобающей этому указанию формулировкой было бы сказать: «то нет греха на нём, если он не совершит обход между ними». Так сказал ас-Синдди (да помилует его Аллах) в «Шарх ан-Насаи».
Ас-Суйути (да помилует его Аллах) сказал в «Шарх ан-Насаи»: это относится к тонкости её понимания фикха, ибо внешний смысл аята — снятие греха с того, кто совершает обход между Сафа и Марвой, но это не является прямым указанием на отпадение обязательности. Она сообщила ему, что это допускает двоякое толкование, и если бы это было прямым указанием на отпадение обязательности, то было бы сказано: «то нет греха на нём, если он не совершит обход», ибо это подразумевало бы снятие греха с того, кто оставил обход. Затем она сообщила ему, что это было связано с тем, что ансары испытывали стеснение по поводу этого места в исламе, и им было сообщено, что на них нет греха. Конец цитаты.
Его слово («то не дозволено им совершать обход между Сафа и Марвой») — сказано в «Фатхе»: внешний смысл этого таков, что они в языческие времена не совершали обход между Сафа и Марвой, ограничиваясь обходом вокруг Мана, и они спросили о положении в исламе относительно этого. На это прямо указывает следующий риваят Суфьяна со словами: «а это относилось лишь к тем, кто провозглашал ихрам ради Мана-тирана, который был в Мушалляле, — они не совершали обход между Сафа и Марвой». А в риваяте Ма'мара от аз-Зухри: «мы не совершали обход между Сафа и Марвой из почитания Мана», приведённом аль-Бухари в форме та'лик, а с полным иснадом — Ахмадом и другими. А в риваяте Юниса от аз-Зухри, который приводится далее у Муслима после двух хадисов: «ансары до того, как приняли ислам, они и гассаниты, провозглашали ихрам ради Мана, и потому испытывали стеснение совершать обход между Сафа и Марвой, и это было сунной их отцов: кто провозгласил ихрам ради Мана, тот не совершал обход между Сафа и Марвой». Таким образом, пути передачи от аз-Зухри согласуются друг с другом.
Разногласие возникло относительно этого хадиса от Хишама ибн Урвы, от его отца: Малик передал от него подобно риваяту Шуайба от аз-Зухри, а Абу Усама передал от него со словами: «Аллах ниспослал это только относительно людей из ансаров, которые, когда провозглашали ихрам ради Мана в языческие времена, — то не дозволялось им совершать обход между Сафа и Марвой», — это привёл Муслим, то есть этот риваят.
Внешний смысл этого риваята согласуется с риваятом аз-Зухри, и это категорически утверждал Мухаммад ибн Исхак в том, что передал аль-Факихи через путь Усмана ибн Ваксаджа от него: «Амр ибн Лухайй установил Ману на морском берегу со стороны Кудайда, и племена Азд и Гассан совершали к нему хаджж и почитали его: когда они совершали обход вокруг Дома, устремлялись от Арафата и заканчивали дела в Мине, они приходили к Мана и провозглашали там ихрам, и кто провозглашал там ихрам, тот не совершал обход между Сафа и Марвой». Он сказал: «Мана принадлежал Аусу, Хазраджу, Азду из Гассана и тем, кто следовал их религии из жителей Ясриба». Это согласуется с риваятом аз-Зухри.
Он сказал: Муслим привёл через путь Абу Муавии — то есть тот риваят, что упомянут выше, — от Хишама этот хадис, который противоречит всему вышеизложенному. Его текст: «это было лишь потому, что ансары в языческие времена провозглашали ихрам ради двух идолов на берегу моря, называемых Исаф и Наиля, и совершали обход между Сафа и Марвой, а затем выходили из ихрама; когда пришёл ислам, они не пожелали совершать обход между ними из-за того, что они делали в языческие времена». Этот риваят предполагает, что их стеснение было связано с тем, чтобы не совершать в исламе того, что они делали в языческие времена, ибо ислам отменил деяния язычества, кроме того, на что дал разрешение шариат, и они опасались, что это относится к делам язычества, отменённым шариатом. Толкование этого риваята очевидно, в отличие от риваята Абу Усамы, который предполагает, что стеснение относительно обхода между Сафа и Марвой было связано с тем, что они не совершали этого в языческие времена, а из того, что они оставляли какое-то действие в языческие времена, не следует, что они должны испытывать стеснение совершать его в исламе. И если бы не добавление, которое содержится в пути Юниса, где он сказал: «и это была сунна их отцов» и так далее, то можно было бы объединить оба риваята, сказав: в риваяте аз-Зухри имеется опущение, смысл которого таков: они провозглашали ихрам ради Мана в языческие времена, а затем совершали обход между Сафа и Марвой, и потому тот, кто провозглашал ихрам — то есть после этого в исламе — испытывал стеснение совершать обход между Сафа и Марвой, чтобы не уподобляться деянию язычества.
Также возможно, что в риваяте Абу Усамы имеется опущение, смысл которого таков: они, когда провозглашали ихрам ради Мана в языческие времена, а затем пришёл ислам, полагали, что он отменил это, поэтому не дозволялось им.
Это разъясняет упомянутый риваят Абу Муавии, где он сказал: «когда пришёл ислам, они не пожелали совершать обход между ними из-за того, что они делали в языческие времена», — однако в нём допущена ошибка помимо этой, на которую указал Ийад, сказав: его слово «ради двух идолов на берегу моря» — ошибка, ибо эти два идола никогда не были на берегу моря, а находились на Сафа и Марве; лишь Мана располагался со стороны моря. Конец цитаты.
Также в его риваяте упущено то, что они сначала провозглашали ихрам ради Мана, — как будто они провозглашали ихрам ради Мана, начиная с него, а затем совершали обход между Сафа и Марвой ради Исафа и Наили, и потому они испытывали стеснение совершать обход между ними в исламе.
Он сказал: это подтверждает хадис Анаса, приведённый у аль-Бухари со словами: «вы не любили бег между Сафа и Марвой?» — он ответил: «да, потому что это было из обрядов язычества».
Ан-Насаи передал с сильным иснадом от Зайда ибн Харисы, который сказал: «на Сафа и Марве были два медных идола, называемые Исаф и Наиля; многобожники, когда совершали обход, прикасались к ним…» — хадис. Ат-Табарани и Ибн Абу Хатим в «Тафсире» передали с хорошим иснадом от хадиса Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), который сказал: «ансары сказали: бег между Сафа и Марвой — из дел язычества. Тогда Всевышний Аллах ниспослал: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха»» (аят) [«Корова»: 158].
Аль-Факихи и Исмаил аль-Кади в «аль-Ахкам» передали с достоверным иснадом от аш-Ша'би, который сказал: «на Сафа был идол, называемый Исаф, а на Марве истукан, называемый Наиля; люди язычества совершали бег между ними, а когда пришёл ислам, их отбросили, и сказали: это делали люди язычества ради своих идолов, — и они удержались от бега между ними». Он сказал: «Тогда Всевышний Аллах ниспослал: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха»» (аят) [«Корова»: 158]».
Аль-Вахиди упомянул в «Асбаб» от Ибн Аббаса нечто подобное этому, добавив: люди Писания утверждают, что эти двое совершили прелюбодеяние в Каабе, и были превращены в два камня, и их поставили на Сафа и Марву в поучение; когда прошло много времени, их стали почитать как богов, — и остальное подобным образом.
Аль-Факихи передал с достоверным иснадом от Абу Миджляза нечто подобное.
В «Китаб Макка» Умара ибн Шабба с сильным иснадом от Муджахида об этом аяте сказано: ансары сказали: бег между этими двумя камнями — из дел язычества, — тогда он был ниспослан.
А через путь аль-Кальби сказано: люди, когда впервые приняли ислам, не любили обход между ними, потому что на каждом из них был идол, — тогда был ниспослан этот аят. Всё это разъясняет силу риваята Абу Муавии и его первенство перед риваятами других.
Возможно также, что ансары в языческие времена были двумя группами: одни совершали обход между ними, как это предполагает риваят Абу Муавии, а другие не приближались к ним, как это предполагает риваят аз-Зухри, и обе группы сошлись в исламе на воздержании от обхода между ними, поскольку это у них всех считалось деянием язычества. Так можно объединить оба риваята этим способом, и на нечто подобное этому объединению указал аль-Байхаки (да помилует его Аллах). Конец цитаты.
Составитель (да простит его Аллах) сказал: это последнее объединение — наилучшее и наиболее близкое, вдумайся в это. И Аллах Всевышний знает лучше. Хадис приведён в обоих сборниках, и полное исследование по нему уже было приведено в предыдущем хадисе. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
И с непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа - да помилует его Аллах, - упомянутого в начале книги, он сказал: [3082] (…) — Рассказали нам Амр ан-Накид и Ибн Абу Умар, все от Ибн Уйайны, - Ибн Абу Умар сказал: рассказал нам Суфьян, - сказал: слышал я аз-Зухри, передающего от Урвы ибн аз-Зубайра, который сказал: сказал я Аише, жене Пророка ﷺ: «Не считаю я, что на том, кто не совершил обхода между Сафой и Марвой, лежит какая-либо обязанность, и мне безразлично, обойду я между ними или нет». Она сказала: «Плохо ты сказал, сын моей сестры! Обошёл Посланник Аллаха ﷺ, и обошли мусульмане, и стало это сунной. А не совершали обход между Сафой и Марвой лишь те, кто посвящал жертвы Манате-тагут, что находилась в аль-Мушалляле. Когда пришёл ислам, мы спросили об этом Пророка ﷺ, и Аллах ниспослал: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядовых знаков Аллаха, и тот, кто совершает хадж к Дому или умру, не совершает греха, обходя их» [аль-Бакара: 158]. И если было бы так, как ты говоришь, было бы сказано: «не совершает греха, не обходя их»».
Аз-Зухри сказал: я рассказал об этом Абу Бакру ибн Абд ар-Рахману ибн аль-Харису ибн Хишаму, и это понравилось ему, и он сказал: «Поистине, это — знание! И я слышал, как мужи из числа знающих людей говорили: те из арабов, кто не совершал обход между Сафой и Марвой, говорили: «Поистине, наш обход между этими двумя камнями — из дел времён невежества»». А другие из числа ансаров говорили: «Нам было велено обходить Дом, но не было велено обходить между Сафой и Марвой». И ниспослал Аллах: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядовых знаков Аллаха».
Абу Бакр ибн Абд ар-Рахман сказал: «И я полагаю, что был он ниспослан относительно и тех, и этих».
Передатчики этого иснада: шесть.
1 — (Амр ан-Накид) — это Амр ибн Мухаммад ибн Букайр, о нём упоминалось три главы назад.
2 — (Ибн Абу Умар) — это Мухаммад ибн Яхья ибн Абу Умар аль-Адани, о нём также упоминалось три главы назад.
3 — (Суфьян) ибн Уйайна, о нём также упоминалось три главы назад.
4 — (аз-Зухри) Мухаммад ибн Муслим, о нём упоминалось в прошлой главе.
Об остальных двух упоминалось прежде.
Её слово («плохо ты сказал, сын моей сестры») — ан-Навави, да помилует его Аллах, сказал: так это приведено в большинстве списков с буквой «та» (женского рода — «сестры»), а в некоторых — «брата» без «та», и оба варианта верны, но первый — более верный и более известный, и он общепринят в других риваятах, помимо этого. Конец цитаты.
Её слово («Манате-тагут») — с фатхой над «мим» и лёгкой «нун»: идол, существовавший в эпоху невежества. Ибн аль-Кальби сказал: это была скала, которую установил Амр ибн Лухай для племени Хузайль, и они поклонялись ей. А «тагут» — это исламское определение, данное ей (позднее).
Её слово («что в аль-Мушалляле») — с даммой в начале, фатхой над «шин» и двумя «лям», первая из которых с фатхой и удвоенная: это возвышенность, обращённая к Кудайду. А в риваяте аль-Бухари: «Они посвящали жертвы Манате, а Мана та находилась напротив Кудайда», то есть против него. А «Кудайд» — с «каф» в уменьшительной форме — это большое селение между Меккой и Мединой, богатое водой, как сказал Абу Убайд аль-Бакри.
Её слово («мы спросили Пророка ﷺ об этом») — то есть спросили сподвижники, да будет доволен ими Аллах.
Его слово (аз-Зухри сказал: я рассказал об этом) — то есть о том, что рассказал ему Урва от Аиши из упомянутой истории.
Его слово (Абу Бакру ибн Абд ар-Рахману ибн аль-Харису ибн Хишаму) ибн аль-Мугире аль-Махзуми аль-Мадани: говорят, что имя его — Мухаммад, а говорят — аль-Мугира, а говорят — Абу Бакр и есть его имя, а кунья его — Абу Абд ар-Рахман, мадинец, знаток фикха, благочестивый подвижник, скончавшийся в 94 г.х., хотя говорят и иначе. О нём упоминалось в «Книге веры» 26/210.
Его слово («поистине, это — знание») — ан-Навави, да помилует его Аллах, сказал: так это приведено во всех списках нашей местности. Кади Ияд, да помилует его Аллах, сказал: передаётся также «поистине, это — истинное знание» с танвином, и оба варианта верны. Смысл первого: это — совершенное знание, и смысл его — одобрение слов Аиши, да будет доволен ею Аллах, и её красноречия в толковании благородного аята. Конец цитаты.
А в «Фатхе» сказано: его слово «поистине, это — знание» — так у большинства, то есть: поистине, это — прочное, глубокое знание. А у аль-Кушмихани: «поистине, это — знание» с фатхой над усилительной «лям» и танвином, как сказуемое.
Его слово («и я слышал мужей из числа знающих людей говорящих и так далее») — а в риваяте аль-Бухари: «И я слышал мужей из числа знающих людей, упоминающих, что люди, кроме тех, о ком упомянула Аиша из числа посвящавших жертвы Манате, все совершали обход между Сафой и Марвой. Когда же Аллах Всевышний упомянул обход вокруг Дома и не упомянул Сафу и Марву в Коране, они сказали: «О Посланник Аллаха, мы обходили между Сафой и Марвой, а Аллах ниспослал об обходе вокруг Дома, не упомянув Сафу. Есть ли на нас грех, если мы будем обходить между Сафой и Марвой?» И ниспослал Аллах Всевышний: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядовых знаков Аллаха» [аль-Бакара: 158].
Абу Бакр сказал: «Полагаю, что этот аят был ниспослан относительно обеих групп сразу: тех, кто во времена невежества испытывал грех, обходя Сафу и Марву, и тех, кто обходил, а затем во времена ислама начал испытывать грех, обходя их, из-за того что Аллах повелел обход вокруг Дома, не упомянув Сафу, пока не упомянул это после упоминания обхода вокруг Дома»».
Сказано в «Фатхе»: его слово «кроме тех, о ком упомянула Аиша» — это исключение оказалось возможным для него, хотя мужи, сообщившие ему это, говорили обобщённо, потому что известие у него подкреплялось риваятом аз-Зухри об этом от Урвы от неё.
Итог того, что сообщил Абу Бакр ибн Абд ар-Рахман: препятствием для них к обходу между этими двумя (холмами) было то, что они обходили вокруг Дома и между Сафой и Марвой в эпоху невежества. Когда же Аллах ниспослал об обходе вокруг Дома, не упомянув обход между ними, они подумали, что это положение отменено, и спросили, есть ли на них грех, если они станут делать это, основываясь на своём предположении, что обход между ними — из дел эпохи невежества.
Его слово «пока не упомянул это после упоминания обхода вокруг Дома» — имеется в виду, что ниспослание аята суры «аль-Бакара» о Сафе и Марве было позже аята о хадже, а именно слов Всевышнего: «И пусть они совершают обход вокруг древнего Дома» [аль-Хадж: 29]. Конец цитаты.
Его слово («и я полагаю, что был он ниспослан относительно и тех, и этих») — приведено с даммой над «хамзой», от «аراها», и с фатхой, но дамма — лучше и известнее, то есть: полагаю я это.
А в упомянутом риваяте аль-Бухари: «полагаю я, что этот аят был ниспослан относительно обеих групп».
Смысл его речи в том, что причина ниспослания аята в этом виде состояла в опровержении обеих групп: тех, кто испытывал грех, обходя между ними, считая это делом эпохи невежества, и тех, кто отказывался от обхода между ними, потому что они не были упомянуты (в аяте о хадже).
Хадис передан и аль-Бухари, и Муслимом, и разбор его был уже проведён полностью в предыдущем хадисе, а Аллах Всевышний более всего знает об истине, и к Нему возврат и прибежище.
И по непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу — да помилует его Аллах, — упомянутому в начале книги, он сказал: [3083] (…) — «Рассказал мне Мухаммад ибн Рафи‘, [он сказал]: рассказал нам Худжайн ибн аль-Мусанна, [он сказал]: рассказал нам Лейс, от ‘Укайля, от Ибн Шихаба, что он сказал: сообщил мне ‘Урва ибн аз-Зубайр, [он] сказал: я спросил Аишу, — и он передал хадис в том же смысле, и сказал в хадисе: когда они спросили Посланника Аллаха ﷺ об этом, они сказали: о Посланник Аллаха, мы избегали обхода между Сафой и Марвой, и Аллах ниспослал: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха. Кто совершает хадж к Дому или умру, тому нет греха, если он обойдёт их». Аиша сказала: Посланник Аллаха ﷺ установил обход между ними как сунну, и никому не позволено оставлять обход между ними».
Передатчики этого иснада: семеро.
1 — (Мухаммад ибн Рафи‘) ан-Нисабури, упомянут ранее, за три главы до этой.
2 — (Худжайн ибн аль-Мусанна), Абу ‘Умайр аль-Йамамий, поселился в Багдаде, был судьёй Хорасана, надёжный [9], умер в Багдаде в (205) году или ранее (Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), упомянут ранее в «Книге веры» 81/437.
3 — (Лейс) ибн Са‘д ибн Абд ар-Рахман аль-Фахми, Абу-ль-Харис аль-Мисри, известный имам, надёжный, твёрдый, знаток фикха, довод [7] (умер 175), (все шесть сборников), упомянут ранее в разъяснении введения, том 2, с. 412.
4 — (‘Укайль) ибн Халид аль-Айли, Абу Халид аль-Умави, их вольноотпущенник, поселился в Медине, затем в Шаме, затем в Египте, надёжный, твёрдый [6] (умер 144) по достоверному мнению, (все шесть сборников), упомянут ранее в «Книге веры» 8/133.
Остальные упомянуты ранее.
Его слово («и он передал хадис в том же смысле») — деятель здесь — местоимение, указывающее на ‘Укайля, то есть ‘Укайль передал хадис от Ибн Шихаба в том же изложении, что и Ибн ‘Уяйна от него. Её слово («мы избегали») означает: мы сторонились греха. Аль-Фаюми — да помилует его Аллах — сказал: «харыджа-р-раджулю», по образцу «та‘иба»: совершил грех, и человек «харыдж» — грешник; а «тахарраджа-ль-инсану тахарруджан» — из тех слов, чья форма противоречит их смыслу, и подразумевается: совершил действие, которым сторонился греха, подобно тому как говорят «таханнаса»: когда поступает так, чтобы избежать клятвопреступления. Ибн аль-А‘раби сказал: у арабов есть глаголы, чьи значения противоречат их формам; они говорят «тахарража», «таханнаса», «та’ассама», «тахаджджада» — когда оставляют ночное бодрствование (то есть сон). К этому же разряду относится и то, что приходит в форме мольбы, но не подразумевает мольбу, а подразумевает побуждение и подстрекательство, как в его словах: «да покроются пылью твои руки» и «да лишится она сына и заплачет» и тому подобное. Конец цитаты.
Её слово («Посланник Аллаха ﷺ установил как сунну» и т. д.) означает: сделал это обязательным и установил как столп посредством сунны, и не подразумевается ею отрицание обязательности этого; и это подтверждает её слово: «не завершил Аллах хадж того, кто не обошёл между Сафой и Марвой», и в другой формулировке: «не завершил Аллах хадж человека и его умру, [если] он не обошёл между Сафой и Марвой».
Аль-Куртуби — да помилует его Аллах — сказал: её слово «Посланник Аллаха ﷺ установил» обход между ними как сунну — «сунна» здесь в значении «установил и разъяснил», и это обязательный столп из столпов хаджа и умры по мнению большинства предшественников и учёных-правоведов последующих поколений, как было упомянуто ранее, и он не возмещается жертвоприношением; а кто оставил его, или один круг из него, возвращается к нему, если не вступил в близость с женщинами; если же вступил, то возобновляет на следующий год хадж или умру.
Большинство привело в качестве доказательства то, что Аллах Всевышний сделал это одним из обрядов, и Пророк ﷺ совершал это, и сказал: «Берите от меня свои обряды», а также хадис Хабибы бинт Абу Тиджра аш-Шейбийи, которая сказала: я видела Посланника Аллаха ﷺ обходящим между Сафой и Марвой, и он говорил: «Совершайте сай, ибо Аллах предписал вам сай», однако этот хадис передал единолично Абдуллах ибн аль-Му’аммаль, а он слаб в памяти, и об этом уже говорилось ранее.
[Замечание]: этот риваят Лейса от Ибн Шихаба привёл ат-Табари — да помилует его Аллах — в своём «Тафсире» 2/47, сказав: рассказал мне аль-Мусанна, [он] сказал: рассказал нам Абдуллах ибн Салих, [он] сказал: рассказал мне Лейс, [он] сказал: рассказал мне ‘Укайль, от Ибн Шихаба, [он] сказал: рассказал мне ‘Урва ибн аз-Зубайр, [он] сказал: я спросил Аишу и сказал ей: как ты думаешь о слове Аллаха: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха. Кто совершает хадж к Дому или умру, тому нет греха, если он обойдёт их», и я сказал Аише: клянусь Аллахом, нет греха на том, кто не обойдёт между Сафой и Марвой. Аиша сказала: как плохо ты сказал, сын моей сестры! Если бы этот аят был таким, как ты его толкуешь, то он был бы: «нет греха на том, кто не обойдёт их», но он был ниспослан относительно ансаров: они до принятия ислама возглашали тальбию для Мана, идола-тирана, которому они поклонялись у аль-Мушалляля, и тот, кто возглашал тальбию для него, избегал обхода между Сафой и Марвой. Когда же они спросили Посланника Аллаха ﷺ об этом и сказали: о Посланник Аллаха, мы избегали обхода между Сафой и Марвой, — Аллах Всевышний ниспослал: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха. Кто совершает хадж к Дому или умру, тому нет греха, если он обойдёт их». Аиша сказала: затем Посланник Аллаха ﷺ установил обход между ними как сунну, и никому не позволено оставлять обход между ними. Конец цитаты. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
И по непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу — да помилует его Аллах, — упомянутому в начале книги, он сказал: [3084] (…) — «Рассказал нам Харамала ибн Яхья, [он сказал]: сообщил нам Ибн Вахб, [он сказал]: сообщил мне Юнус, от Ибн Шихаба, от ‘Урвы ибн аз-Зубайра, что Аиша сообщила ему, что ансары до принятия ислама, они и Гассан, возглашали тальбию для Мана и избегали обхода между Сафой и Марвой, и это было сунной у их отцов: кто вступал в ихрам для Мана, не обходил между Сафой и Марвой. И они спросили Посланника Аллаха ﷺ об этом, когда приняли ислам, и Аллах ниспослал по этому поводу: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха. Кто совершает хадж к Дому или умру, тому нет греха, если он обойдёт их. А кто добровольно совершит доброе дело, то, поистине, Аллах — Благодарный, Знающий (158)»».
Передатчики этого иснада: шестеро, и все они упомянуты ранее в этой главе и в предыдущей.
Её слово («и Гассан») — с фатхой над «гайн» с точкой, и «син» без точки, удвоенной, и последняя буква «нун» — название племени из Азда, как сказано в «аль-Лубаб».
Хадис — согласованный (у аль-Бухари и Муслима), и разъяснение его и рассмотрение его вопросов уже приведено недавно. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
И по непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу — да помилует его Аллах, — упомянутому в начале книги, он сказал: [3085] (1278) — «Рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шайба, [он сказал]: рассказал нам Абу Му‘авия, от ‘Асима, от Анаса, [он] сказал: ансары не любили обходить между Сафой и Марвой, до тех пор, пока не был ниспослан [аят]: «Поистине, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха. Кто совершает хадж к Дому или умру, тому нет греха, если он обойдёт их»».
Передатчики этого иснада: четверо.
1 — (‘Асим) ибн Сулейман аль-Ахвал, упомянут ранее, за одну главу до этой.
2 - (Анас) ибн Малик — известный сподвижник (да будет доволен им Аллах), о нём говорилось недавно.
Остальные двое упомянуты в главе.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада то, что он относится к «четверичным» иснадам составителя (да помилует его Аллах), и это (191)-й из четверичных иснадов книги.
Его слово («ансары не любили обходить между Сафой и Марвой») — а в риваяте аль-Бухари от Ибн аль-Мубарака, от Асыма, сказано: я спросил Ибн Малика (да будет доволен им Аллах): «Не любили ли вы совершать саъй между Сафой и Марвой?» Он ответил: «Да, потому что это было из обрядов джахилии, пока Аллах не ниспослал: «Воистину, Сафа и Марва — из обрядов Аллаха. Кто совершает хадж к Дому или совершает умру, не совершит греха, если обойдёт их»» [аль-Бакара: 158]. Полное разъяснение хадиса приводилось в предыдущем хадисе.
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Анаса ибн Малика (да будет доволен им Аллах) передан согласованно (аль-Бухари и Муслимом).
(Второй вопрос): о его источниках: его приводит (составитель) здесь [40/3085] (1278), (аль-Бухари) в «Хадже» (1648) и «Тафсире» (4496), (ат-Тирмизи) в «Тафсире» (2966), (ан-Насаи) в «Кубра» (3959), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (2768), (Абу Аваны) в своём «Мусанаде» (2/331), (аль-Багави) в своём «Тафсире» (1/33). Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я лишь хочу исправить, что могу, а мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
(41) - (Глава о разъяснении того, что саъй не повторяется)
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3086] (1279) - (Рассказал мне Мухаммад ибн Хатим, рассказал нам Яхья ибн Саид, от Ибн Джурайджа, сообщил мне Абу аз-Зубайр, что он слышал Джабира ибн Абдуллаха, говорящего: «Пророк ﷺ и его сподвижники не обходили между Сафой и Марвой более одного раза»).
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 - (Мухаммад ибн Хатим) ибн Маймун, о нём говорилось недавно.
2 - (Яхья ибн Саид) аль-Каттан, о нём говорилось три главы назад.
Остальные двое упоминались главой назад.
Разъяснение хадиса:
(От Ибн Джурайджа) Абдуль-Малика ибн Абдуль-Азиза ибн Джурайджа, что он сказал: (сообщил мне Абу аз-Зубайр) Мухаммад ибн Муслим ибн Тадрус аль-Макки (что он слышал Джабира ибн Абдуллаха) ибн Амра ибн Харама аль-Ансари ас-Салями, сподвижника, сына сподвижника (да будет доволен ими обоими Аллах), (говорящего: «не совершал таваф») то есть не совершал саъй (Пророк ﷺ и его сподвижники между Сафой и Марвой более одного раза»). В следующем риваяте добавлено: «свой первый обход». Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: «В этом довод на то, что саъй в хадже или умре не повторяется, но ограничивается одним разом, и повторение его нежелательно, ибо это новшество. В этом также довод в пользу того, что мы приводили ранее, — что Пророк ﷺ совершал хадж кыран, и что кариу (совершающему кыран) достаточно одного тавафа и одного саъй. Ранее приводилось разногласие Абу Ханифы и других в этом вопросе». Конец цитаты (1).
Имам Ибн аль-Каййим (да помилует его Аллах) сказал: этот хадис Джабира (да будет доволен им Аллах) соответствует мнению тех, кто говорит, что мутаматтиу достаточно одного саъй, как это один из двух риваятов от Ахмада (да помилует его Аллах),
зафиксированный в риваяте его сына Абдуллаха и других. На основании этого можно сказать: Аиша подтвердила (наличие двух обходов), а Джабир отрицал, а утверждающий имеет приоритет перед отрицающим. Либо можно сказать: имеется в виду те, кто совершал кыран вместе с Пророком ﷺ и гнал жертвенный скот, как Абу Бакр, Умар, Тальха и Али (да будет доволен ими Аллах), а также обладатели достатка, — они совершили только один саъй, и это не относится ко всем сподвижникам (да будет доволен ими Аллах) в общем. Либо можно объяснить хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) тем, что та добавка в нём является вставленной (мудрадж) от слов Хишама. Таковы три пути людей в отношении её хадиса. Аллах знает лучше. Конец слов Ибн аль-Каййима (да помилует его Аллах).
Составитель говорит, — да простит его Аллах, — что толкование хадиса Джабира (да будет доволен им Аллах) в том смысле, что имеются в виду те, кто совершал кыран вместе с Пророком ﷺ, а не все сподвижники (да будет доволен ими Аллах), совершавшие кыран и таматту, — является более предпочтительным и близким. Обдумай это. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и у Него просим помощи, и на Него упование.
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Джабира ибн Абдуллаха (да будет доволен ими обоими Аллах) относится к тому, что передал составитель (да помилует его Аллах) один, без других.
(Второй вопрос): о его источниках: его приводит (составитель) здесь [41/3086 и 3087] (1279), (Абу Дауд) в «Манасик» (1895), (ан-Насаи) в «Манасик» (5/244) и «Кубра» (2/416 и 462), (Ибн Маджа) в «Манасик» (2972 и 2973), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (2768), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (3819 и 3914), (Ибн Абу Шайба) в своём «Мусаннафе» (3/292), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (3/317), (Абу Яъла) в своём «Мусанаде» (2012), (Абу Аваны) в своём «Мусанаде» (2/327), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (3/313 и 363), (ат-Табарани) в «аль-Кабир» (11/55), (Ибн Рахавайх) в своём «Мусанаде» (2/342), (ат-Тахави) в «Шарх маани аль-асар» (2/204), (ад-Даракутни) в своём «Сунане» (2/258-259), (аль-Байхаки) в «аль-Кубра» (5/106) и «ас-Сугра» (4/202 и 289) и «аль-Маарифа» (4/96). Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3087] (...) - (И рассказал нам Абд ибн Хумайд, сообщил нам Мухаммад ибн Бакр, сообщил нам Ибн Джурайдж этим же иснадом подобное, и сказал: «...более одного обхода — своего первого обхода»).
Передатчики этого иснада: трое:
1 - (Абд ибн Хумайд) аль-Кисси, о нём говорилось главой назад.
2 - (Мухаммад ибн Бакр) аль-Бурсани, о нём также говорилось главой назад.
А «Ибн Джурайдж» упомянут перед ним.
Его слово («свой первый обход» — طَوَافَهُ الْأَوَّلَ) стоит в форме винительного падежа (насб) как замена (бадаль) от слова «обход» (طَوَافًا).
[Замечание]: риваят Мухаммада ибн Бакра от Ибн Джурайджа привёл Абу Авана (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде» 2/327, сказав:
(3315) - рассказал нам Аммар ибн Раджа, рассказал нам Мухаммад ибн Бакр аль-Бурсани, сообщил нам Ибн Джурайдж, сказал: рассказал мне Абу аз-Зубайр, что он слышал Джабира, говорящего: «Пророк ﷺ и его сподвижники не обходили между Сафой и Марвой более одного раза — своего первого обхода». Конец цитаты. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я лишь хочу исправить, что могу, а мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
(42) - (Глава о желательности того, чтобы паломник продолжал произносить тальбию до тех пор, пока не бросит камешки в Джамрат аль-Акаба в день жертвоприношения)
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3088] (1280) - (Рассказали нам (1) Яхья ибн Аюб, и Кутайба ибн Саид, и Ибн Худжр, сказали: рассказал нам Исмаил (ع) — и рассказал нам Яхья ибн Яхья, и это его слова, — сказал: сообщил нам Исмаил ибн Джафар, от Мухаммада ибн Абу Хармалы, от Курайба, вольноотпущенника Ибн
Аббас передал от Усамы бин Зейда, который сказал: «Я ехал верхом позади Посланника Аллаха ﷺ от Арафата, а когда Посланник Аллаха ﷺ достиг левого ущелья, что перед Муздалифой, он остановил верблюда, помочился, затем подошёл, и я полил ему воду для омовения. Он совершил лёгкое омовение, тогда я сказал: «Молитва, о Посланник Аллаха?» Он ответил: «Молитва впереди тебя». Затем Посланник Аллаха ﷺ сел верхом и доехал до Муздалифы, где совершил молитву. Затем поутру в Джам‘ (Муздалифе) позади Посланника Аллаха ﷺ ехал верхом аль-Фадль».
Курайб сказал: «Мне сообщил Абдуллах бин Аббас от аль-Фадля, что Посланник Аллаха ﷺ не переставал произносить тальбию, пока не достиг Джамры».
Передатчики этого иснада — восемь:
1 — (Йахья бин Айюб) аль-Мукабири, Абу Закария аль-Багдади, надёжный, благочестивый [10] (умер в 234 г.) (ھخ, м, д, ‘с), упомянут ранее в «Книге веры» 2/110.
2 — (Кутайба бин Са‘ид) ас-Сакафи, Абу Раджа аль-Баглани, надёжный, твёрдый [10] (умер в 240 г.) (‘) упомянут ранее в «Введении» 6/50.
3 — (Ибн Худжр) — это: Али бин Худжр ас-Са‘ди аль-Марвази, надёжный, знаток, из младших [9] (умер в 244 г.), достигнув почти или превысив сто лет (х, м, т, с), упомянут ранее в «Введении» 2/6.
4 — (Йахья бин Йахья) ат-Тамими, Абу Закария ан-Нишапури, надёжный, твёрдый, имам [10] (226 г.) по достоверному мнению (х, м, т, с), упомянут ранее в «Введении» 3/9.
5 — (Исма‘иль бин Джа‘фар) бин Абу Касир аль-Ансари аз-Зурки, Абу Исхак аль-Мадани аль-Кари, надёжный, твёрдый [8] (умер в 180 г.) (‘), упомянут ранее в «Книге веры» 2/110.
6 — (Мухаммад бин Абу Хармала) аль-Кураши аль-Мадани, вольноотпущенник Ибн Хувайтиба, надёжный [6], умер в году с чем-то за 130 г. (х, м, д, т, с), упомянут ранее в «Молитве путника и её сокращении» 54/1934.
7 — (Курайб, вольноотпущенник Ибн Аббаса) сын Абу Муслима аль-Хашими, их вольноотпущенник, аль-Мадани, надёжный [3] (умер в 98 г.) (‘), упомянут ранее в «Книге о менструации» 2/688.
8 — (Усама бин Зейд) бин Хариса бин Шарахиль аль-Кальби, эмир, Абу Мухаммад, он же Абу Зейд, известный сподвижник, умер (да будет доволен им Аллах) в Медине в 54 году, в возрасте 75 лет (‘), упомянут ранее в «Книге веры» 43/284.
Тонкости этого иснада:
1 — (Среди них): этот иснад относится к пятиричным иснадам автора (да будет милостив к нему Аллах), и в нём у него четыре шейха, троих из которых он объединил, поскольку способ получения и передачи у них был одинаков — они слышали из уст Исма‘иля, поэтому сказали: «хаддасана» («передал нам»), а одного выделил отдельно, поскольку он отличался от них в этом — он слышал чтение чтеца перед своим шейхом, поэтому сказал: «ахбарана» («сообщил нам»). Это относится к предпочтительным способам передачи, но не является обязательным, как сказано в «Альфийе хадиса»:
«И сочли предпочтительным для одного [передатчика] — «хаддасани» («передал мне»), а для того, кто сам читал, — «ахбарани» («сообщил мне»)... А если передавал группе — «хаддасана», а если слышал от чтеца — «ахбарана».»
2 — (Среди них): этот иснад — цепочка, состоящая из мединцев, за исключением его шейхов, как я уже упоминал ранее.
3 — (Среди них): в нём есть передача одного таби‘и от другого таби‘и.
Разбор хадиса:
(«От Мухаммада бин Абу Хармалы») — это аль-Мадани, вольноотпущенник рода Хувайтиб, имя его отца неизвестно. Хусайф передавал от него, говоря: «Мухаммад бин Хувайтиб передал мне», и Ибн Хиббан упомянул, что Хусайф приписывал его к деду его покровителей, как сказано в «Фатх аль-Бари» (1).
(«От Курайба, вольноотпущенника Ибн Аббаса, от Усамы бин Зейда») (да будет доволен ими обоими Аллах).
[Примечание]: то, что этот риваят передаётся от Курайба от Усамы без упоминания посредника между ними, — это то, что содержится в «Двух Сахихах» и других сборниках. А в риваяте ан-Насаи через путь Суфьяна бин Уяйны от Ибрахима бин Укба и Мухаммада бин Абу Хармалы, оба от Курайба, от Ибн Аббаса, от Усамы бин Зейда, — с упоминанием посредника Ибн Аббаса между Курайбом и Усамой. Первое — достоверное, как указал на это хафиз аль-Мизи (да будет милостив к нему Аллах), сказав после упоминания указанного риваята ан-Насаи: «Так он сказал, но достоверное — от Усамы». Конец цитаты (2).
(«Он сказал: «Я ехал верхом позади Посланника Аллаха ﷺ»») — с касрой над «даль»: то есть я ехал верхом позади него. В этом — указание на дозволенность верховой езды при движении с Арафата, а также на возможность двойной посадки на верховое животное, при условии что оно способно это выдержать, и на посадку позади себя людей достоинства — это считается почётом для того, кто едет позади, а не проявлением дурного этикета («от Арафата») — связано со словом «я ехал позади».
(«А когда Посланник Аллаха ﷺ достиг ущелья») — с касрой над «шин» и сукуном над «айн»: дорога, а по другому мнению — дорога в горе. Здесь имеется в виду известное ущелье, которым проходят паломники, как он описал его словами: («левого») — в форме винительного падежа как определение к слову «ущелье», и так же его слово: («что перед Муздалифой») то есть до прибытия к ней («он остановил верблюда») — говорят: «анахту-ль-джамаля» — «я заставил верблюда опуститься на колени», значит верблюд опустился сам. В этом — использование глагола «афъаля» и как непереходного, и как переходного, что часто встречается. Ибн аль-А‘раби сказал: говорят «анаха» в четырёхбуквенной форме, а не говорят «наха» в трёхбуквенной, как сказано в «Тадж» (1).
Аль-Файюми сказал: «анаха ар-раджулю аль-джамаля инахатан» — говорят, но не говорят в качестве возвратного глагола «наха», а говорят «барака» и «таннаваха», а иногда говорят «истанаха». А «аль-мунах» с даммой над «мим» — место, где заставляют животное опуститься на колени. Конец цитаты (2).
(«Помочился, затем подошёл») то есть с места, где мочился («и я полил ему воду для омовения») — с фатхой над «вав», это вода, которой совершают омовение. Ранее упоминалось, что есть также вариант произношения с даммой, но это не имеет основания.
Он сказал: в этом — доказательство дозволенности прибегать к помощи при совершении омовения. Наши учёные сказали: обращение за помощью в этом деле бывает трёх видов:
[Первый]: обращение за помощью в принесении воды из колодца, дома и подобного этому, и подаче её ему — это дозволено, и не говорится, что это противоречит предпочтительному.
[Второй]: обращение за помощью к тому, кто омывает члены тела за него — это нежелательно по степени умеренной нежелательности (карахат танзих), кроме случая, когда он имеет оправдание из-за болезни или иного.
[Третий]: обращение за помощью к тому, кто поливает на него воду. Если это из-за оправдания, то нет в этом проблемы, а иначе это противоречит предпочтительному. Является ли это нежелательным? — по этому вопросу у наших учёных два мнения, наиболее верное из которых — что это не является нежелательным, поскольку не установлен запрет на это. А что касается обращения Пророка ﷺ за помощью к Усаме, и к аль-Мугире бин Шу‘бе в походе на Табук, и к ар-Рубайи‘ бинт Му‘аввиз, то это было для разъяснения дозволенности, и это становится наилучшим в его случае в это время, поскольку ему было велено разъяснять. И Аллах знает лучше». Конец слов ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах) (3).
Собиратель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: в его словах о втором виде — «нежелательно по степени умеренной нежелательности» — есть очевидное затруднение, поскольку явное [решение] — что это вовсе не дозволено, потому что изначально предписано, чтобы обязанный [к омовению] сам омывал свои члены. И как никто не совершает молитву за другого, так и омовение, кроме случаев, когда есть довод на противоположное, например, поливание водой и подобное этому. А в данном случае довода не найдено, поэтому дело остаётся на изначальном положении. Уже было произведено исследование этого в «Книге очищения» этого толкования, обратись к нему, извлечёшь пользу, и от Всевышнего Аллаха — содействие.
(«Он совершил лёгкое омовение») то есть облегчил его, совершив омовение однократным омыванием каждого члена, либо облегчил использование воды по сравнению со своим обычным обыкновением ﷺ. Это — смысл его слов в риваяте Малика, который приведён далее после главы, в формулировке: «и не совершил полного омовения» («лам юсбигъ аль-вудуа»). Ибн Абд аль-Барр допустил странность, сказав: смысл его слов «и не совершил полного омовения» — то, что он подмылся этой водой (истинджа), а название «омовение» применено к этому в языковом смысле, поскольку оно происходит от «аль-вадаа» — чистоты, а смысл «исбаг» — завершение, то есть он не завершил своё омовение, чтобы совершить его для молитвы. Он сказал: было сказано, что он совершил лёгкое омовение, но основы отвергают это, поскольку не предписывается совершать омовение для одной молитвы дважды, и этого нет в риваяте Малика. Затем он сказал: было также сказано, что смысл его слов «и не совершил полного омовения» — то, что он не омыл все члены омовения, а ограничился лишь некоторыми из них, и он назвал это слабым мнением. Конец цитаты.
Ибн Батталь передал, что Иса ибн Динар, один из старых сторонников их (маликитской) школы, предвосхитил Ибн Абд аль-Барра в том, что тот выбрал сначала, однако это мнение опровергается этим ясным риваятом. За Мухаммадом ибн Абу Хармалой в передаче этого риваята последовал Мухаммад ибн Укба, брат Мусы — его привёл Муслим спустя одну главу с таким же текстом. Также за ними обоими последовал Ибрахим ибн Укба, тоже брат Мусы — его привёл Муслим также спустя одну главу со словами: «И совершил омовение, не доводя его до полноты».
В риваяте аль-Бухари в «Книге очищения», через путь Язида ибн Харуна от Йахьи ибн Саида от Мусы ибн Укбы, сказано: «И я стал лить на него воду, а он совершал омовение», — и не было в обычае Пророка ﷺ, чтобы кто-либо прикасался к нему во время истинджа (подмывания).
Это разъясняет то, что привёл также Муслим спустя одну главу через путь Атаа, вольноотпущенника Ибн Сабаа, от Усамы, в этом же рассказе, где сказано: «Он пошёл по нужде, а когда вернулся, я налил на него воды из сосуда».
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: толкователи разошлись во мнениях относительно его слова «и не совершил омовение полностью» — имеется ли в виду, что он ограничился омовением некоторых частей тела, и тогда это будет омовение в языковом смысле, или же он ограничился неполным числом (повторений омовения каждой части), и тогда это будет омовение в шариатском смысле? Он сказал: оба толкования возможны, но второе подтверждается словами в другом риваяте «омовение лёгкое», ибо о неполном омовении не говорят «лёгкое». Из разъясняющих это также слова Усамы (да будет доволен им Аллах), обращённые к нему: «Молитва!» — это указывает на то, что он увидел, как Пророк ﷺ совершает омовение, подобное омовению перед молитвой, и поэтому сказал ему: «Разве ты будешь молиться?» Так сказал Ибн Батталь, но в этом есть спорный момент, ибо ничто не мешает ему сказать это, допуская, что он имел в виду: «Хочешь ли ты молиться? Почему же ты не совершил омовение для неё полностью?» А ответ его «молитва впереди тебя» означает, что вечернюю молитву не совершают здесь, поэтому нет нужды в омовении для молитвы. Похоже, что Усама (да будет доволен им Аллах) подумал, что Пророк ﷺ забыл про вечернюю молитву и увидел, что время её почти истекло или истекло, и Пророк ﷺ сообщил ему, что в эту ночь предписано откладывать её, чтобы объединить с ночной молитвой в Муздалифе, а Усама до этого не знал этой сунны.
Что касается возражения Ибн Абд аль-Барра о том, что омовение не совершается дважды для одной молитвы, то это не является обязательным условием, ибо возможно, что он совершил повторное омовение по причине наступившего осквернения, и не является условием то, что обновление омовения не предписывается кроме как для того, кто совершил с ним обязательную или добровольную молитву по единогласному мнению — напротив, группа учёных склонилась к дозволенности этого, хотя более верным является противоположное.
Составитель (да простит его Аллах) сказал: исследование этого вопроса уже приводилось в «Книге очищения», и там указывалось, что более предпочтительным является мнение о предписанности обновления омовения, даже если с ним не совершалось никакого поклонения, ибо омовение, хотя и является средством для молитвы, само по себе представляет собой самостоятельное поклонение, которым искупаются грехи, как уже приводилось в хадисе: «Когда мусульманский раб совершает омовение и умывает своё лицо, из его лица выходит каждый грех, на который он смотрел своими глазами...» и далее по тексту хадиса. Обратись к разъяснению этого хадиса, и извлечёшь оттуда обильное знание. И у Аллаха Всевышнего просим содействия.
Он сказал: и совершил он омовение сначала лишь для того, чтобы поддерживать состояние ритуальной чистоты, особенно в том положении, из-за большой нужды в упоминании Аллаха в это время, а облегчил омовение из-за недостатка воды в тот момент.
Аль-Хаттаби (да помилует его Аллах) сказал: он оставил доведение омовения до полноты, когда спустился в ущелье, лишь для того, чтобы сохранять состояние чистоты в пути, и допустил в этом послабление, поскольку не намеревался совершать с этим молитву; а когда спустился и захотел совершить молитву, довёл омовение до полноты. Конец цитаты.
(Затем я сказал: «Молитва, о Посланник Аллаха?») слово «молитва» (ас-саляту) в форме винительного падежа как побуждение (игра), либо с опущением глагола, то есть: «хочешь ли ты молитву?» Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: «Это подтверждается его словами в одном из риваятов: «Разве ты будешь молиться, о Посланник Аллаха?»» Возможен и именительный падеж с подразумеваемым: «наступила молитва» или «настало время молитвы», например.
(Он ﷺ сказал: «Молитва впереди тебя») слово «молитва» (ас-саляту) в именительном падеже как подлежащее, а сказуемое — «впереди тебя» (амамака), с фатхой на хамзе, то есть «перед тобой». Далее возможно, что это слово стоит в винительном падеже как обстоятельство места, и тогда оно связано с опущенным сказуемым о подлежащем; а возможен и именительный падеж на том основании, что это само сказуемое, ибо это одно из наречий, допускающих изменение (тасарруф), как сказано в «Хуляса»:
«И то, что видится наречием и не-наречием, — то обладает изменяемостью в узусе».
То есть смысл в том, что молитва будет совершена перед тобой, либо название молитвы применено к её месту, то есть к месту совершения молитвы перед тобой, либо смысл «впереди тебя» означает «не упустишь её, застанешь её». В этом содержится напоминание последователем предводителю о том, что тот оставил, чтобы он это сделал, либо извинился за это, либо разъяснил ему правильность своего поступка — так сказано в «Фатхе».
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: смысл в том, что Усама напомнил ему о вечерней молитве и подумал, что Пророк ﷺ забыл её, отложив её сверх обычного времени, известного в другие ночи, и Пророк ﷺ сказал ему: «Молитва впереди тебя», то есть молитва в эту ночь предписана перед тобой, то есть в Муздалифе. В этом содержится довод на желательность напоминания последователем предводителю о том, что тот оставил в противоречие обычаю, чтобы он это сделал, либо извинился за это, либо разъяснил ему правильность своего поступка и что причина его противоречия обычаю такая-то и такая-то.
А что касается его слов ﷺ «молитва впереди тебя», то в них содержится указание на то, что сунна в этом месте в эту ночь состоит в откладывании вечерней молитвы до ночной и объединении их в Муздалифе, и это так по единогласному мнению мусульман, но это не обязательно, а является сунной. Если бы он совершил обе молитвы в пути, или совершил каждую в её (обычное) время, это было бы допустимо. Некоторые из сторонников Малика сказали: если он совершит вечернюю молитву в её обычное время, то обязан повторить её — но это мнение редкое и слабое. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах).
Составитель (да простит его Аллах) сказал: его слова «редкое и слабое» вызывают вопрос, не остающийся скрытым, — напротив, это верное мнение, на которое указывают достоверные доводы, из деяния Пророка ﷺ и его слов, так что вникни.
Аль-Хаттаби (да помилует его Аллах) сказал: он имеет в виду, что место этой молитвы — Муздалифа, и оно перед тобой, и это есть выделение из общего смысла установленных времён для пяти молитв, для разъяснения деяния Пророка ﷺ. В этом содержится довод на то, что паломник не совершает эту молитву, когда отправляется с Арафата, пока не достигнет Муздалифы, и что он обязан объединить её с ночной молитвой в Джам' (Муздалифе), согласно тому, что установил Посланник ﷺ своим деянием и разъяснил своим словом. И если бы она была действительна в другом месте, он не откладывал бы её от установленного для неё времени, как это делается в остальные дни. Конец слов аль-Хаттаби (да помилует его Аллах), и это ценное исследование.
Аль-Кирмани, возражая аль-Хаттаби, сказал: в этом нет довода на то, что это недопустимо, ибо само его деяние без сопутствующих указаний указывает лишь на желательность, а обязательность условного следствия в его словах «он не отложил бы её» является недоказанной, ибо это (деяние) может служить разъяснением дозволенности отложения, либо разъяснением желательности отложения, поскольку изначально предполагается недопустимость.
Аль-Айни возразил ему, сказав: мы не признаём отрицание довода на недопустимость, ибо его деяние сопровождалось его словом, что указывает на недопустимость (совершения в другое время); и слова аль-Кирмани были бы применимы лишь если бы Усама знал эту сунну, но он не знал этого, ибо Пророк ﷺ первым установил её в прощальном хадже, а это место было местом нужды в разъяснении. Поэтому сопряжение его деяния с его словом является доводом на недопустимость и обязательность отложения её до времени, отличного от обычного, а Аллах знает лучше. Конец слов аль-Айни (да помилует его Аллах).
Составитель (да простит его Аллах) сказал: то, что сказал аль-Айни, возражая словам аль-Кирмани, представляет собой исследование, достойное принятия, ибо это то, что подтверждается достоверными доводами, так что вникни.
Учёный-исследователь Ибн Хазм (да помилует его Аллах) сказал: что касается нашего утверждения, что «вечерняя молитва в эту ночь действительна только в Муздалифе, и обязательно, и после захода вечерней зари, и обязательно», то это на основании того, что мы передали через путь аль-Бухари: рассказал нам Ибн Салям, рассказал нам Язид ибн Харун, от Йахьи ибн Саида аль-Ансари, от Мусы ибн Укбы, от Курайба, вольноотпущенника Ибн Аббаса, от Усамы ибн Зайда, который сказал: когда Посланник Аллаха ﷺ отправился с Арафата, он свернул в ущелье и справил там свою нужду, а я стал лить на него воду, и он совершал омовение. Тогда я сказал: «О Посланник Аллаха, разве ты будешь молиться?» Он ответил: «Место молитвы впереди тебя», — и далее приводится остальная часть хадиса.
Затем он сказал: «Итак, поскольку он — ﷺ — намеревался отложить молитву магриб и сообщил, что место молитвы — впереди, и что молитва — впереди, то ‹место молитвы› и есть место совершения молитвы. Он тем самым сообщил, что и место молитвы, и время молитвы — впереди. Отсюда достоверно следует, что всё, что до этого времени и до этого места, не является ни местом молитвы, ни молитвой, совершённой там, действительной молитвой». Конец слов Ибн Хазма (да помилует его Аллах), и это — весьма ценное исследование.
В итоге: молитва магриб в ту ночь допустима только в Муздалифе, объединённая с молитвой ‹иша›, как разъяснил Пророк — ﷺ — словом и делом. Кто совершил её раньше, тому следует повторить её там. Вдумайся в это, а Аллах Всевышний лучше знает истину.
Сказано в «Умде»: [Если ты скажешь]: «Молитва впереди тебя» — это предложение с предикативной связкой, так как же верна такая связка? Ведь молитва не находится «впереди».
[Отвечаю]: здесь опущено определяемое слово, подразумевается: «время молитвы впереди тебя», ведь сама молитва не существует до её совершения, а при её совершении она уже не будет «впереди» него. Сказано также: смысл — «место молитвы впереди тебя», то есть место совершения молитвы, — и это относится к разряду упоминания состояния при подразумевании места, а это [«впереди»] шире, чем просто место или время. Конец.
(Тогда Посланник Аллаха — ﷺ — сел верхом, доехал до Муздалифы и совершил молитву) — то есть не начинал ничем прежде молитвы. В риваяте Ибрахима ибн Укбы, которая приводится далее после главы, сказано: «Затем он двинулся, пока не достиг Джам‘а, и совершил магриб и ишу». Это разъяснено также в риваяте Малика, которая приводится там же, в такой формулировке: «Он сел верхом, а когда прибыл в Муздалифу, спустился, совершил омовение и сделал его полным, затем была возглашена молитва, и он совершил магриб, затем каждый человек поставил на колени своего верблюда у своего места, затем была возглашена молитва иша, и он совершил её, не совершая между ними ничего». А в риваяте Ибрахима ибн Укбы от Курайба разъяснено, что они не прибавили между двумя молитвами ничего, кроме укладывания верблюдов на колени. Формулировка такова: «Он сел верхом, пока мы не прибыли в Муздалифу, и он возгласил магриб, затем люди поставили верблюдов на колени у своих мест и не расседлывали их, пока не была возглашена последняя молитва иша, и они совершили молитву, а затем расседлали». Видимо, они поступили так из заботы о верховых животных, или
для того, чтобы обезопасить их от беспокойства из-за расседлывания. В этом также содержится указание на то, что он сократил чтение в обоих молитвах, а также на то, что не возбраняется небольшое действие между двумя молитвами, которые совмещаются, и это не прерывает совмещения. Так разъяснено в «Фатхе».
(Затем аль-Фадль сел позади Посланника Аллаха — ﷺ —) то есть сел верхом позади Посланника Аллаха — ﷺ —. Это аль-Фадль ибн аль-Аббас ибн Абд аль-Муталлиб ибн Хашим аль-Хашими, двоюродный брат Пророка — ﷺ — и старший из сыновей аль-Аббаса. Он был убит мучеником во время правления Умара (да будет доволен им Аллах). Его биография приводилась ранее в «Книге поста», 13/2589.
В риваяте Ибрахима ибн Укбы, которая приводится далее, сказано: «Курайб сказал: я спросил Усаму: как вы поступили, когда наступило утро? Он ответил: аль-Фадль ибн аль-Аббас сел позади него, а я побежал вместе с состязающимися из курайшитов на своих ногах, то есть в сторону Мины». Этот хадис приводится как доказательство совмещения молитв с отсрочкой, и это единогласно принято в отношении Муздалифы, однако у шафиитов и некой группы — по причине путешествия, а у ханафитов и маликитов — по причине обряда. Так сказано в «Фатхе».
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: ранее уже отдавалось предпочтение мнению, что это связано с обрядом, так не забывай об этом, а Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово (утром в Джам‘) стоит в винительном падеже как обстоятельство времени, связанное со словом «сел позади». «Джам‘» — с фатхой над «джим» и сукуном над «мим» — это Муздалифа; она названа так либо потому, что там собираются люди, либо потому, что там встретились (собрались) Адам и Хавва.
Его слово (сказал Курайб) продолжает предыдущий иснад, а не является передачей с обрывом иснада (та‘лик), обрати на это внимание. (Мне сообщил Абдуллах ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах)) (со слов аль-Фадля), то есть со слов своего брата аль-Фадля ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), (что Посланник Аллаха — ﷺ — не переставал произносить тальбию, пока не достиг Джамры). Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: в этом содержится доказательство того, что тальбию продолжают произносить до тех пор, пока не приступят к бросанию камешков в джамрат аль-Акаба утром в день жертвоприношения. Таково мнение аш-Шафии, Суфьяна ас-Саури, Абу Ханифы, Абу Саура и большинства учёных из числа сподвижников, последователей, правоведов разных стран и тех, кто пришёл после них. Аль-Хасан аль-Басри сказал: он произносит тальбию, пока не совершит утреннюю молитву в день Арафы, а затем прекращает. От Али, Ибн Умара, Аиши, Малика и большинства правоведов Медины передаётся, что он произносит тальбию, пока
солнце не начнёт клониться в день Арафы, и не произносит её после начала стояния [на Арафате]. Ахмад, Исхак и некоторые из ранних учёных сказали: он произносит тальбию, пока не закончит бросание камешков в джамрат аль-Акаба.
Доводом аш-Шафии и большинства служит этот достоверный хадис вместе с хадисами, приведёнными после него, и у остальных нет довода для противоречия им, поэтому необходимо следовать сунне.
Он сказал: что же касается его слова в грядущей риваяте: «он не переставал произносить тальбию, пока не бросил камешки в джамрат аль-Акаба», то этим могут аргументироваться Ахмад и Исхак в пользу своего мнения, а большинство отвечает на это тем, что подразумевается «пока не приступил к бросанию», чтобы согласовать обе риваяты. Конец.
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: то, к чему склонились Ахмад и Исхак, более предпочтительно ввиду этого хадиса, а толкование большинства вызывает сомнение, которое не скрыто: почему бы не толковать наоборот? Подумай об этом, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и у Него просим помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Усамы ибн Зейда и аль-Фадля ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах) приводится согласованно [аль-Бухари и Муслимом].
(Второй вопрос): относительно его извлечения: его привёл (составитель) здесь [42/3088, 3089, 3100, 3101, 3102, 3103, 3104, 3105] (1280 и 1281), (аль-Бухари) в «Омовении» (139, 181) и «Хадже» (1670, 1672), (Абу Дауд) в «Обрядах» (1925), (ан-Насаи) в «Микатах» (1/292) и «Обрядах» (5/259) и «аль-Кубра» (2/426-427), (Ибн Маджа) в «Обрядах» (2/1005), (Малик) в «аль-Муватта» (1/400-401), (Ибн Абу Шейба) в «своём Мусанаде» (1/115), (Ахмад) в «своём Мусанаде» (1/210 и 5/199), (ад-Дарими) в «своих Сунан» (2/58), (Ибн Хузайма) в «своём Сахихе» (2885), (Абу Аввана) в «своём Мусанаде» (2/364, 375, 376, 378), (Абу Нуайм) в «своём Мустахрадже» (3/363, 367,
368), (Ибн Хиббан) в «своём Сахихе» (3857), (ат-Табарани) в «аль-Кабир» (386) и «аль-Аусат» (7/198), (Абу Йала) в «своём Мусанаде» (12/98), (аль-Баззар) в «своём Мусанаде» (7/45), (ат-Тахави) в «Шарх ма‘ани аль-асар» (2/214), (аль-Байхаки) в «аль-Кубра» (5/122) и «аль-Ма‘рифа» (4/112), (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (1937), а Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — (в их числе): разъяснение, что произнесение тальбии желательно до бросания камешков в джамрат аль-Акаба; некоторые с этим не согласны, как будет указано в следующем вопросе, если пожелает Аллах Всевышний.
2 — (в их числе): разъяснение допустимости посадки второго всадника на верховое животное, если оно способно это выдержать.
3 — (в их числе): допустимость обращения за помощью при омовении в поливании водой.
4 — (в их числе): установленность облегчения (сокращения) при омовении.
5 — (в их числе): желательность омовения для постоянного поддержания чистоты, даже если с ним не была совершена молитва, поскольку это — акт поклонения, за которым следует искупление грехов. Поэтому мнение тех, кто считает нежелательным совершение омовения сразу после омовения, если с первым не была совершена молитва, не имеет под собой довода. Это уже было разъяснено в «Книге о чистоте», обратись туда — и обретёшь больше знания.
6 — (в их числе): что молитва магриб в пути, до прибытия в Муздалифу, недействительна, согласно предпочитаемому мнению, ввиду его слова — ﷺ —: «Молитва впереди тебя».
7 — (в их числе): что перерыв между двумя молитвами для укладывания поклажи и подобного этому не вредит совмещению.
8 — (в их числе): что не установлено разделять их совершением сунны магриба, ввиду его слова: «и не совершал между ними [ничего]», как в риваяте Малика, которая приводится далее после главы, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Вопрос четвёртый): о разногласии учёных относительно того, в какой момент прекращается тальбия. Большинство пошло по тому пути, на который указывает хадис главы, сказав: паломник продолжает произносить тальбию, пока не бросит камешки в джамрат аль-акаба, а после этого приступает к тахаллюлю (выходу из состояния ихрама). Ибн аль-Мунзир передал с достоверным иснадом от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах), что он говорил: «Тальбия — это отличительный знак хаджа; если ты паломник, то произноси тальбию до начала своего выхода из ихрама, а начало твоего выхода из ихрама — это когда ты бросаешь камешки в джамрат аль-акаба».
Саид ибн Мансур передал от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах), что он сказал: «Я совершал хадж с Умаром одиннадцать раз, и он произносил тальбию, пока не бросал камешки в джамрат аль-акаба». О продолжении тальбии до этого момента говорили аш-Шафии, Абу Ханифа, ас-Саури, Ахмад, Исхак и их последователи.
Другая группа учёных считала, что находящийся в ихраме прекращает тальбию, когда входит в пределы Харама — это мазхаб Ибн Умара, однако он возобновлял тальбию, когда выходил из Мекки в направлении Арафата.
Ещё одна группа считала, что тальбия прекращается, когда паломник отправляется к месту стояния (Арафат). Это передали Ибн аль-Мунзир и Саид ибн Мансур с достоверными иснадами от Аиши, Саада ибн Абу Ваккаса и Али (да будет доволен ими Аллах). Этого мнения держался Малик, но он ограничил это моментом захода солнца в зенит в день Арафата. Это же мнение аль-Аузаи и аль-Лейса. От аль-Хасана аль-Басри передано подобное же, но он сказал: «Когда совершит утреннюю молитву в день Арафата», что по смыслу совпадает с первым мнением. Ат-Тахави передал с достоверным иснадом от Абд ар-Рахмана ибн Язида, который сказал: «Я совершал хадж с Абдаллахом (ибн Масудом), и когда он направился в Джам (Муздалифу), то стал произносить тальбию. Один человек спросил: «Он бедуин, что ли?» Абдаллах ответил: «Люди забыли (сунну) или заблудились?»» Ат-Тахави указал, что все, от кого передано оставление тальбии со дня Арафата, оставляли её из-за занятости другим поминанием (зикром), а не потому, что она не предписана, и таким образом он примирил разошедшиеся сообщения.
Составитель (да простит его Всевышний Аллах) говорит: то, к чему пришло большинство — продолжение тальбии до бросания камешков в джамрат аль-акаба — есть истина, ввиду достоверности хадисов на это, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возврат.
(Вопрос пятый): также о разногласии учёных относительно того, прекращается ли тальбия с первым камешком или по завершении всего броска.
Большинство пошло по первому пути, а Ахмад и некоторые сторонники аш-Шафии — по второму. На их сторону указывает то, что передал Ибн Хузайма через путь Джафара ибн Мухаммада, от его отца, от Али ибн аль-Хусейна, от Ибн Аббаса, от его брата аль-Фадля, который сказал: «Я отправился вместе с Пророком ﷺ от Арафата, и он не переставал произносить тальбию, пока не бросил камешки в джамрат аль-акаба, произнося такбир с каждым камешком, а затем прекратил тальбию с последним камешком». Ибн Хузайма (да помилует его Аллах) сказал: это достоверный хадис, разъясняющий то, что осталось неясным в других риваятах, и что подразумевается под его словами «пока не бросил камешки в джамрат аль-акаба» — то есть завершил их бросание. Конец цитаты (сноска: см. «Фатх» 4/632).
Составитель (да простит его Всевышний Аллах) говорит: по-моему, то, к чему пришли Ахмад и некоторые из шафиитов — что прекращение тальбии происходит при завершении броска — есть истина, ввиду достоверности упомянутого хадиса аль-Фадля у Ибн Хузаймы (да помилует его Аллах). Это разъясняющий хадис, на который должны опираться другие хадисы, так что смысл его слов «пока не бросил камешки в джамрат аль-акаба» — до того, как завершил их бросание последним камешком. Вдумайся в это. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возврат.
По непрерывной цепочке передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал: [3089] (1281) — «Рассказали нам Исхак ибн Ибрахим и Али ибн Хашрам — оба от Исы ибн Юнуса; Ибн Хашрам сказал: сообщил нам Иса от Ибн Джурайджа: сообщил мне Атаа: сообщил мне Ибн Аббас, что Пророк ﷺ посадил аль-Фадля позади себя (на верблюде), когда выехал из Джама. Он сказал: сообщил мне Ибн Аббас, что аль-Фадль сообщил ему, что Пророк ﷺ не переставал произносить тальбию, пока не бросил камешки в джамрат аль-акаба».
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — (Исхак ибн Ибрахим) ибн Рахавайх аль-Ханзали, Абу Мухаммад аль-Марвази, надёжный, твёрдый, знающий наизусть, самостоятельно выносящий решения [10] (умер в 238 г.), дожил до 72 лет (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), упомянут ранее в «Введении» 5/28.
2 — (Али ибн Хашрам) — упомянут ранее, за две главы до этой.
3 — (Иса ибн Юнус) — упомянут ранее также за две главы до этой.
4 — (Ибн Джурайдж) Абд аль-Малик ибн Абд аль-Азиз ибн Джурайдж, упомянут в прошлой главе.
5 — (Атаа) ибн Абу Рабах Аслам, упомянут недавно.
Остальные двое упомянуты ранее.
Его слово (пока не бросил камешки в джамрат аль-акаба) — то есть пока не закончил с этим, согласно тому, что было упомянуто выше из риваята Ибн Хузаймы в его «Сахихе» с формулировкой: «и он не переставал произносить тальбию, пока не бросил камешки в джамрат аль-акаба, произнося такбир с каждым камешком, а затем прекратил тальбию с последним камешком». Это ясный текст, отдающий предпочтение мнению тех, кто считает, что прекращение тальбии происходит с последним камешком, как мы это уже разъяснили. Обрати на это внимание.
Хадис согласован (между аль-Бухари и Муслимом), и полное разъяснение его и разбор связанных с ним вопросов уже прошли в предыдущем хадисе. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возврат.
По непрерывной цепочке передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал: [3090] (1282) — «Рассказал нам Кутайба ибн Саид: рассказал нам Лейс (по другому пути) — и рассказал нам Ибн Румх: сообщил мне Лейс, от Абу аз-Зубайра, от Абу Маабада, вольноотпущенника Ибн Аббаса, от Ибн Аббаса, от аль-Фадля ибн Аббаса, который был посажен позади Посланника Аллаха ﷺ (на верблюде), что он сказал вечером в день Арафата и утром в Джаме людям, когда они отправились в путь: «Придерживайтесь спокойствия», сдерживая при этом свою верблюдицу, пока не вошёл в (долину) Мухассир, которая относится к Мине. Он сказал: «Придерживайтесь камешков размера для бросания, которыми бросают в джамру». И сказал: Посланник Аллаха ﷺ не переставал произносить тальбию, пока не бросил камешек» (сноска: в одной из версий: «пока не бросил камешки в джамрат аль-акаба»)».
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — (Лейс) ибн Саад, упомянут за главу до этой.
2 — (Абу аз-Зубайр) Мухаммад ибн Муслим ибн Тадрус, упомянут в прошлой главе.
3 — (Абу Маабад, вольноотпущенник Ибн Аббаса) — его имя Нафиз аль-Макки, надёжный [4] (умер в 104 г.) (упоминается всеми составителями шести сборников), упомянут в «Иман» 7/130.
Остальные упомянуты в главе.
Тонкости этого иснада:
1 — (среди них): что этот иснад — из шестизвенных цепочек составителя (да помилует его Аллах).
2 — (среди них): что его передатчики — передатчики, упомянутые всей общиной (сборников), кроме его шейха Ибн Румха, ибо в этом с ним совпадает только Ибн Маджа.
3 — (среди них): что в нём есть передача сподвижника от сподвижника, и брата от брата, и последователя от последователя. А Аллах Всевышний лучше знает.
Разъяснение хадиса:
(От Фадля ибн Аббаса) (да будет доволен им Аллах) — он родной брат Абдуллаха, передающего от него, и он старший из детей Аббаса (да будет доволен им Аллах), и по нему давалась кунья; он погиб мучеником в период правления Умара (да будет доволен им Аллах), как было изложено недавно. (И он ехал позади Посланника Аллаха ﷺ) то есть сидел верхом за ним от Муздалифы до Мины, и это предложение вставное. (Что он) то есть Посланник ﷺ (сказал в вечер Арафата) — это он слышал от него ﷺ, и это не тот случай, когда он ехал позади него, потому что ехавшим позади него в то время был Усама ибн Зейд (да будет доволен им Аллах), как было изложено в упомянутом перед этим хадисе Усамы (да будет доволен им Аллах). (И утром в Джам') — с фатхой на «джим» и сукуном на «мим»: имя Муздалифы, то есть утром той ночи в Муздалифе, когда Фадль ехал позади него ﷺ. (Людям) — относится к слову «сказал», равно как и его слово: (когда они двинулись) то есть возвращались с Арафата в Муздалифу, а оттуда в Мину. («Держитесь спокойствия») то есть придерживайтесь его, и это предложение в позиции винительного падежа как переданные слова. Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах): это наставление к этикету и сунне в движении в ту ночь, и к этому же присоединяются все прочие места скопления народа. Конец цитаты. (А он) ﷺ (удерживая свою верблюдицу) — с усиленной «ф», имя действующего лица от «удержания» (аль-каффу), то есть недопущения её ускорения при скоплении народа, и это предложение в позиции винительного падежа как обстоятельство состояния действующего лица. (Пока, войдя в Мухассир) — в форме имени действующего лица от «тахсир»: говорят «хассартуху» — с усилением — «я вверг его в скорбь»; имя долины между Муздалифой и Миной, названной так потому, что там обессилел и устал слон Абрахи, и он своим поступком вверг своих спутников в скорбь и печаль, — привёл это аль-Фаюми. (А она от Мины) — то есть долина Мухассир входит в состав Мины, и внешне это означает, что она входит в её границы; согласно этому, повеление удаляться от неё связано с тем, что это место скорби спутников слона.
Сказано также, что она относится к Муздалифе, а верное мнение — что она подобна перешейку между Муздалифой и Миной, и что смысл его слов «а она от Мины» — это место, близкое к Мине, в конце Муздалифы. Разъяснение этого уже было приведено в комментарии к длинному хадису Джабира (да будет доволен им Аллах). (Сказал) ﷺ («Держитесь камешков хазф») — с «х» и «заль» (обе с точками), то есть придерживайтесь камешков для бросания, подразумеваются мелкие камешки. Сказал аль-Фаюми (да помилует его Аллах): «хазафа-ль-хасата» и подобное — «хазфан», из раздела «дараба»: бросил её кончиками большого и указательного пальцев; а их выражение «берёт камешки хазф» означает камешки для бросания, подразумеваются мелкие камешки, но это употреблено метафорически. Конец цитаты. И сказал ан-Навави (да помилует его Аллах): учёные сказали: камешки хазф — это примерно с зерно боба; сказали наши (шафииты): если бросить крупнее их или мельче — это допустимо, но нежелательно. Конец цитаты.
И его слово (который бросается им в джамру) — определение для «камешков хазф», глагол построен в страдательном залоге, а «джамра» в именительном падеже — заместитель подлежащего. (И сказал: Посланник Аллаха ﷺ не переставал произносить тальбию, пока не бросил в джамру) то есть до тех пор, пока не завершил бросание в джамру аль-Акаба в день заклания. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение, и на Него упование, и на Него полагание.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Фадля ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) — согласованный (между аль-Бухари и Муслимом).
(Второй вопрос): его извлечение:
Привёл его (автор) здесь [42/3090 и 3091] (1282), и (аль-Бухари) в «Хадже» (1544 и 1685), и (Абу Дауд) в «Обрядах» (1815), и (ат-Тирмизи) в «Хадже» (918), и (ан-Насаи) в «Обрядах хаджа» (5/258 и 267) и «Большом» (2/434—435), и (Ибн Маджа) в «Обрядах» (3040), и (Ахмад) в своём «Муснаде» (1/210 и 213), и (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (2843, 2860 и 2873), и (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (3872), и (ат-Табарани) в «Большом» (18/686), и (ад-Дарими) в своих «Сунан» (1891 и 1902), и (Абу Аваана) в своём «Муснаде» (2/389), и (Абу Нуайм) в своём «Мустахридже» (3/364—365), и (Абу Яъла) в своём «Муснаде» (12/92), и (аль-Баззар) в своём «Муснаде» (6/103), и (аль-Байхаки) в «Большом» (5/127), и Аллах Всевышний лучше знает.
(Третий вопрос): исследование, связанное с его словами: «удерживая свою верблюдицу, пока не вошёл в Мухассир, а она от Мины»: знай, что я видел послание учёного-мухаддиса, исследователя Абд ар-Рахмана ибн Яхьи аль-Му'аллими аль-Йамани, умершего в (1386 г. х.), в котором он прекрасно исследовал вопрос, связанный с движением Пророка ﷺ в его хадже между стоянками, и когда было его ускорение, а также рассуждение о долине Мухассир и причине ускорения там. Я захотел привести это здесь из-за обилия его пользы и множества его достоинств.
Сказал он, да помилует его Аллах Всевышний и да принесёт нам пользу от его знаний… амин:
Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного
В «двух Сахихах» и других (сборниках) от Хишама ибн Урвы от его отца, он сказал: «Спросили Усаму, а я сидел рядом: каким было (движение) Посланника Аллаха ﷺ в прощальном хадже, когда он двинулся? Он сказал: он двигался обычным широким шагом (аль-'анак), а когда находил простор, ускорялся (насс)». Это слова аль-Бухари, и добавлено в другой версии: «Сказал Хишам: а насс — это выше, чем 'анак».
Известно, что 'анак — это движение, в котором есть ускорение, но этому противоречит то, что в версии «Сахиха Муслима» от Усамы: «и он не переставал двигаться в своём (обычном) состоянии», а передаётся также: «в своей размеренности, пока не пришёл в Джам'», и в версии в «Муснаде» с достоверным иснадом: «и он стал сдерживать своё верховое животное, так что почти уши её касались передней части седла, говоря: о люди, держитесь спокойствия и достоинства, ибо благочестие не в том, чтобы гнать верблюдов вскачь», и в другой версии с достаточным иснадом: «и Посланник Аллаха ﷺ, когда люди сгущались вокруг него, ускорялся, а когда находил простор, двигался быстрее». И в «Муснаде», и в «Сахихе Муслима» в хадисе Джабира: «и он натянул поводья аль-Касва так, что её голова почти касалась переднего края его седла, говоря: о люди, спокойствие, спокойствие; каждый раз, когда приходил к какому-либо подъёму, отпускал ей поводья, пока она не поднималась…», и в этом же смысле есть другие сообщения.
Так какое же может быть ускорение у выученной верблюдицы, с крепко натянутым поводом, среди сгущённых пеших и всадников?
Может быть дан ответ, что 'анак изначально, как в «аль-Фаике», — это широкий шаг, и скорость в нём — со стороны широты шага, а не со стороны скорости его следования, а верблюды по своей природе широко шагают.
И в «Фикх аль-люга» ас-Саалиби: «Раздел о порядке движения верблюдов: от ан-Надра ибн Шумайля — первое движение верблюдов — дабиб, затем тазайюд, затем замиль, затем расим…», раздел
в подобном же смысле от аль-Асмаи: «'Анак — из движений растянутых и ровных, а когда поднимается над ним немного, это тазайюд, а когда поднимается над этим — замиль, а когда поднимается над этим — расим», и логика этого такова, что первое движение верблюдов называется 'анак, а позже уже стало известно по описанию истинное движение его верблюдицы ﷺ при столкновении со скоплением.
Что же касается насса, то он, как сказал Хишам, — выше этого; как если бы он ﷺ, когда находил простор, то есть свободу от скопившихся, отпускал повод, и она немного ускорялась по своей природе, а сподвижники не уточнили мест этих просторов, потому что конкретное место не имеет значения в этом деле, а мерилом является отсутствие скопления, как было указано.
И уже стало известно из вышесказанного, что от Арафата до Муздалифы Пророк ﷺ не ускорялся сверх обычного, и что между ними нет места, где было бы предписано замедление или обычное ускорение, а мерило — это скопление народа и его отсутствие.
Что же касается пути от Муздалифы до джамры аль-Акаба, то в «Муснаде» с достоверным иснадом от Усамы: «Когда он двинулся от Арафата… он удерживал голову своего верхового животного, так что её голова касалась средней части седла или почти касалась, показывая людям рукой: спокойствие, спокойствие, пока не пришёл в Джам', затем посадил позади себя Фадля ибн Аббаса… и сказал Фадль: он не переставал двигаться мягким движением, подобным его движению накануне, пока не пришёл к долине Мухассир, и там он двинулся быстрее, пока земля не выровнялась под ним».
В хадисе Джабира (да будет доволен им Аллах), приведённом в «Муснаде», «Сахихе» Муслима и других сборниках: «пока не дошёл до долины Мухассир, и там немного пришпорил (верблюдицу)». А в «Сунан ан-Насаи» из хадиса Абу аз-Зубайра от Джабира: «Посланник Аллаха ﷺ отправился в путь со спокойствием и велел им (сохранять) спокойствие, а в долине Мухассир прибавил ходу…» — этот же хадис есть в «Муснаде» и в остальных «Сунанах»; ат-Тирмизи сказал: «хороший, достоверный (хасан сахих)». В некоторых риваятах этого хадиса в «Муснаде» и в «Сунан Ибн Маджа»: «и сказал: пусть моя община возьмёт (усвоит) свои обряды, ибо я не знаю, может быть, я не встречусь с ними после этого моего года».
А в «Муснаде» и в «Сунан ат-Тирмизи», из хадиса Али: «…затем он отправился в путь, пока не достиг долины Мухассир, и пришпорил свою верблюдицу, и она пошла быстрым шагом, пока не пересекла долину» — таков текст ат-Тирмизи, который сказал: «хороший, достоверный».
В этих хадисах (содержится указание на то), что Пророк ﷺ выделил долину Мухассир среди прочих (мест, находившихся) до и после неё тем, что пришпорил там свою верблюдицу, чтобы она пошла быстрее обычного, и для этого не было природной причины. Сподвижники (да будет доволен ими Аллах) поняли, что это связано с шариатским установлением и что подобное убыстрение движения предписано именно в этом месте. Поэтому они особо отметили это, исполняя возложенную на них обязанность передавать (знание), и действовали так после Пророка ﷺ. Это передано от Умара и Ибн Умара, и община приняла это (в качестве практики), так что это — установленная сунна.
Аль-Муаллими (да помилует его Аллах) сказал: предписывается ли подобное убыстрение при прохождении Мухассира при восхождении к Арафату, и при прохождении через него не в связи с хаджем? Я не нашёл особого доказательства на этот счёт. Можно привести довод в пользу отсутствия (такого предписания в этих случаях) тем, что не передано, что он ﷺ убыстрял ход там при своём восхождении к Арафату.
Но этому можно возразить возможностью того, что во время восхождения ему ещё не было велено убыстрять ход, поэтому он оставил это, так как это тогда ещё не было предписано (2), либо же он, возможно, убыстрял ход, но это не было передано, потому что (сподвижники) не проявили такой заботы об описании его движения при восхождении, как они проявили заботу об описании его движения при возвращении (со стоянки), — довольствуясь тем, что указание на убыстрение хода там при возвращении указывает на то, что убыстрение хода там предписано безусловно (в любом случае прохождения). В чём же смысл этого указания? Он зависит от того значения, ради которого было предписано убыстрение хода, а по этому поводу есть несколько мнений:
[Первое]: что эта долина является пристанищем для шайтанов. Как будто это заимствовано из истории о долине, в которой Пророк ﷺ и его сподвижники проспали утреннюю молитву, а когда они проснулись и солнце уже взошло, он велел им выйти оттуда, объяснив это тем, что там (обитает) шайтан, и они повели своих верховых животных, пока не вышли оттуда, а затем он совершил с ними молитву. Этому возражают тем, что выход был обусловлен интересами (совершения) молитвы, а не неприязнью к пребыванию в этой долине (3), ведь они там ночевали и спали; и также тем, что он не убыстрял ход и не велел им убыстрять ход при выходе оттуда.
(2) Составитель говорит: эта возможность представляется мне наиболее вероятной, что же касается следующей за ней, то её отдалённость (от истины) не скроется от проницательного (человека), так что вдумайся.
(3) Составитель говорит: напротив, очевидно, что их выход был вызван неприязнью к пребыванию в этой долине, ведь он ﷺ объяснил это своими словами: «пусть каждый человек возьмёт (верблюдицу) за голову, ибо это стоянка, на которой нас застал шайтан» =
[Второе]: что христиане имели обычай останавливаться в Мухассире, и Пророк ﷺ прибавил там ходу в противодействие им. Как будто это заимствовано из того, что передано, что Умар (да будет доволен им Аллах), когда прибавлял ходу, говорил:
К Тебе она мчится, тревожно (натянут) её повод,
В её утробе плод её лежит поперёк,
Отличаясь (тем самым) от веры христиан, её вера.
Не скроется (от внимания), что этот бейт не указывает на то, что христиане останавливались в Мухассире, и для смысла этого бейта достаточно противодействия христианам в их многобожии и в том, что они не совершали хадж. Кроме того, даже если бы было доказано, что они там останавливались, то противодействие им достигалось бы отсутствием остановки (там), а это не требует убыстрения хода.
[Третье]: что многобожники останавливались там, похваляясь своими отцами. Как будто это построено на предыдущем (мнении), но поскольку утверждение об остановке там христиан не имело опоры, его заменили многобожниками, поскольку передано нечто подобное этому в толковании слов Всевышнего: «А когда завершите свои обряды, то помните Аллаха, как вы помните своих отцов, или даже более того» [Бакара: 200]. Этому возражают тем, что если аят указывает на это, то он указывает на то, что это происходило при завершении обрядов, и большинство риваятов согласуются с этим, а именно что они похвалялись (своими предками) в Мине; в некоторых (риваятах) — у джамры; в некоторых — в день жертвоприношения; и ни в одном из риваятов не упоминается Мухассир. Кроме того, противодействие им в этом не требует убыстрения хода.
[Четвёртое], и это (мнение) общеизвестное: что долина Мухассир — это место, где было ниспослано наказание. Ибн аль-Кайим сказал в «аль-Хади»: «Когда он дошёл до долины Мухассир, он пришпорил свою верблюдицу и убыстрил ход, и это было его обычаем в тех местах, где кара Аллаха постигла Его врагов, ибо там постигло владельцев слона то, что рассказал нам об этом Аллах, и поэтому эта долина была названа долиной Мухассир, потому что слон там «хасара», то есть выбился из сил и не смог более идти. Так же он поступал, проходя через аль-Хиджр и земли самудян: он закрывал себя одеждой и убыстрял ход. А Мухассир — перешеек (барзах)…» — далее приводится продолжение его слов.
Это мнение приемлемо, и его подтверждение — убыстрение хода на земле самудян — является переданным (фактом),
= передал Муслим и другие, что указывает на то, что их выход был вызван неприязнью к этой долине, поскольку там присутствовал шайтан. Что же касается их ночёвки там, то они не знали о присутствии там шайтана, и это стало им ясно только после того, как было упущено время утренней молитвы, так что вдумайся в это внимательно.
И разумно, что пребывание в местах гнева Аллаха вызывает неприязнь сверх того минимума быстрого прохождения, которое неизбежно, подобно тому, как желательно пребывание и задержка в местах благодати Аллаха, таких как Мекка и Медина. И этому разумному объяснению не вредит то, что мы не знаем в точности, каким было наказание, ниспосланное в Мухассире, ибо то, что они упомянули о том, что это наказание владельцев слона и что слон был там остановлен, подвергается критике тем, что известное в известиях, стихах и преданиях — что это произошло в аль-Мугаммасе (2).
И что слон был остановлен до (вступления в) харам, но нет препятствия тому, чтобы передовой отряд владельцев слона опередил слона и войско и достиг Мухассира; и есть мнение, что наказанием было то, что некий человек охотился там (в харамском заповеднике), и на него ниспал огонь и сжёг его.
Ты уже понял, что весомость четвёртого мнения не подрывается неизвестностью точного определения (характера) наказания.
И если это значение верно, то нет сомнения, что требование убыстрения хода в Мухассире из-за неприязни к пребыванию там сверх неизбежного быстрого прохождения не ограничивается паломником, отправляющимся из Муздалифы, так что к нему по аналогии присоединяется и всякий другой (проходящий там), — и Аллах знает лучше.
[Раздел]: Если установлено, что пребывание в Мухассире вызывает неприязнь сверх неизбежного быстрого прохождения, то необходимо, чтобы он не являлся частью той местности, в которой предписано ночевать в ночи ташрика и пребывать в оставшуюся часть дня восьмого (числа), ночь девятого, день жертвоприношения и дни ташрика, а это — Мина. Так что Мухассир не относится к Мине в шариатском отношении (хукм). Что же касается названия, то есть указания на то, что он относится к Муздалифе по названию, хотя выходит из неё по хукму; и есть указания на то, что он относится к Мине по названию; и есть указания на то, что он не относится ни к Мине, ни к Муздалифе.
Что касается первого, то Ибн Джарир привёл в своём «Тафсире» от Зайда ибн Аслама от Пророка ﷺ, что он сказал: «Арафат весь является местом стояния, кроме Уран, и Джам (Муздалифа) весь является местом стояния, кроме Мухассира». И он привёл от Ибн аз-Зубайра: «Вся Муздалифа — место стояния, кроме долины Мухассир», и подобное же от Урвы ибн аз-Зубайра.
А сообщение Абдуллаха ибн аз-Зубайра приведено в «Муватта» от Хишама ибн Урвы от него, и по общему правилу
(2) После слова «аль-Мугаммас» стоит неясное слово, которое, полагаю — а Аллах знает лучше — «против Арафата». Конец. Составитель.
исключение подразумевает связность (с тем, из чего исключается), так что Мухассир входит в Муздалифу по названию, но выходит из неё по хукму. Согласно этому, он также не относится к Мине по названию.
Если скажут: следствие этого — что Урана входит в название «Арафа», хотя она и исключена из неё в отношении хукма (постановления). Отвечу: нет препятствия к этому, более того, это подтверждается тем, что упомянул автор «Аль-Кыра» и другие после приведения определения Ибн Аббаса для Арафы, а именно, что в неё входит Урана; и согласуется с этим хадис Ибн Умара в «Мусаде» и «Сунан» Абу Дауда: «Посланник Аллаха ﷺ отправился поутру… пока не прибыл на Арафу и остановился в Намире, а это место стоянки имама, где он останавливается на Арафе…», а Намира относится к Уране.
Что касается второго, то на это указывает то, что приведено в «Мусаде», «Сахихе» Муслима и «Сунан» ан-Насаи из хадиса Лейса ибн Саада, от Абу аз-Зубайра, от Абу Ма‘бада, вольноотпущенника Ибн Аббаса, от Ибн Аббаса, от его брата аль-Фадля, который был спутником Посланника Аллаха ﷺ на верблюде, что он сказал вечером на Арафе и утром в Джам‘е (Муздалифе), когда люди двинулись: «Соблюдайте спокойствие», удерживая свою верблюдицу, пока не вошёл в Мухассир — а это часть Мины, — сказав: «Соблюдайте камешки для метания, которыми бросают в джамру», и сказал: не переставал Посланник Аллаха ﷺ произносить тальбию, пока не бросил джамру. Это формулировка Муслима.
В «Мусаде» и «Сунан» ан-Насаи: «...пока не вошёл...», затем Муслим привёл это через путь Ибн Джурайджа, от Абу аз-Зубайра, но не привёл матн полностью. А привёл его имам Ахмад в «Мусаде», и в нём: «...пока не вошёл в Мину, когда сошёл в Мухассир, сказал: соблюдайте камешки для метания…». И целью аль-Фадля было лишь сообщить о том, что было с Пророком ﷺ на его пути из Муздалифы к джамрат аль-Акаба, без учёта постановления о ночёвке. Максимум, что можно извлечь из его сообщения — что Мухассир относится к Мине по названию. А Муслим привёл этот хадис в своём «Сахихе» среди хадисов о продолжении тальбии до бросания джамрат аль-Акаба, и не привёл его в месте, относящемся к постановлению о ночёвке; а между этими двумя местами четырнадцать глав в разбивке ан-Навави.
Я не нашёл этого сообщения от Абу Ма‘бада, кроме как через риваят Абу аз-Зубайра, а его передавала группа помимо Абу Ма‘бада, от Ибн Аббаса, и передавала группа помимо Ибн Аббаса, от аль-Фадля, и я не видел (примечание: сказавший «и я не видел и т.д.» — это шейх аль-Му‘аллими, да помилует его Аллах) ни в одной из этих их риваятов этого слова или его смысла, что Мухассир относится к Мине. А Абу аз-Зубайр — его признавали надёжным одни, и считали слабым другие; аш-Шафии сказал: «Абу аз-Зубайр нуждается в опоре». И не исключено, что слова «а он относится к Мине», которые есть в риваяте, единодушно приведённом по формулировке имамом Ахмадом, Муслимом и ан-Насаи, являются вставкой (мудрадж) от слов Абу аз-Зубайра, и что передатчик другого риваята не заметил этой вставки и передал по смыслу. Аллах знает лучше.
Что касается третьего — то есть что Мухассир не входит ни в название Мина, ни в название Муздалифа, — то это известное мнение. В «Истории» аль-Азраки, 2/155: «Рассказал мне мой дед, рассказал нам Муслим ибн Халид от Ибн Джурайджа… я сказал Атаа: где Муздалифа? Он сказал: Муздалифа — это когда ты спускаешься от двух узких проходов (маазимай) Арафы, и это до Мухассира». И там же, на с. 139, по этой же цепочке от Ибн Джурайджа: он сказал: «Я сказал Атаа: где Мина? Он сказал: от Акабы до Мухассира». Атаа сказал: «Я не желаю, чтобы кто-либо останавливался иначе как между Акабой и Мухассиром». Это единое сообщение, которое было разделено на части. А Ибн Джурайдж передал в своём «Тафсире» первую часть: «Рассказал нам Ханнад, сказал: рассказал нам Ибн Абу Заида, сказал: сообщил нам Ибн Джурайдж, сказал: я сказал Атаа…», и его иснад достоверен. А что касается иснада аль-Азраки, то в нём Муслим ибн Халид, в котором есть слабость, но он был фикихом Мекки своего времени, и это постановление из тех, которыми занимаются фикихи Мекки. А его шейх Ибн Джурайдж — имам, и он также фиких Мекки своего времени, и он из тех, кто передал предыдущий хадис Абу аз-Зубайра, но, кажется, он не полагался на то, что в нём указывает на то, что Мухассир относится к Мине. А Атаа — имам, и он фиких Мекки своего времени, и он передал от Ибн Аббаса хадис аль-Фадля и другое. Затем пришёл фиких своего времени имам аш-Шафии, а он мекканец, взявший от Муслима ибн Халида и других, и сказал в «Аль-Умм», 2/179: «А Муздалифа — от того места, где спускаются от двух узких проходов Арафы, — а эти два узких прохода не относятся к Муздалифе, — до того, как достигнет Карн Мухассир». И сказал на с. 182: «А Мина — это то, что между Акабой, — а Акаба не относится к Мине, — и долиной Мухассира, — а долина Мухассира не относится к Мине». И это мнение, то есть что Мухассир не относится ни к Муздалифе, ни к Мине, является известным в книгах фикха и обрядов паломничества в четырёх мазхабах.
И сказал Ибн Хазм в «Аль-Мухалля», 7/188, вопрос (853): «А Арафа вся является местом стояния, кроме долины Уран, и Муздалифа вся является местом стояния, кроме долины Мухассир; потому что Арафа — из Хилля, а долина Уран — из Харама, так что она не входит в Арафу; а Муздалифа — это Аль-Маш‘ар аль-Харам, и она из Харама, а долина Мухассир — из Хилля, так что она не входит в Муздалифу». И нет сомнения, что Мина, по его мнению, из Харама, значит она не то же, что Мухассир, который по его мнению из Хилля. И он допустил странность в своём утверждении, что долина Уран из Харама, а ещё более странно его утверждение, что Мухассир из Хилля. Ибн Хазм привёл довод в различии двух мест — что одно из Хилля, а другое из Харама — для их разграничения и различия (примечание: здесь слово, которое я не смог разобрать, почти похоже на «их постановление», Аллах знает лучше. Конец. Писавший), и это был бы довод, если бы то различие было верным.
И сказал шейх-уль-ислам Ибн Таймия в своих «Обрядах»: «А Муздалифа вся называется Аль-Маш‘ар аль-Харам, и это то, что между двумя узкими проходами Арафы до долины Мухассир; ведь между каждыми двумя мешара (священными местами) есть граница, не относящаяся ни к одному из них; ибо между Арафой и Муздалифой — долина Уран, а между Муздалифой и Миной — долина Мухассир». Как будто он посмотрел на формулировку Ибн Хазма и оставил без внимания содержащуюся в ней ошибку.
А Ибн аль-Каййим разъяснил это, сказав в «Аль-Хади»: «А Мухассир — перешеек между Миной и Муздалифой, не относящийся ни к той, ни к этой; а Уран — перешеек между Арафой и Аль-Маш‘ар аль-Харам, так что между каждыми двумя мешара есть перешеек, не относящийся ни к одному из них. Так, Мина — из Харама, и она мешар (священное место); а Мухассир — из Харама, но не мешар; а Муздалифа — Харам и мешар; а Уран — не мешар, и она из Хилля; а Арафа — Хилль и мешар». И нет сомнения, что оба шейха были знакомы с хадисом Абу аз-Зубайра от Абу Ма‘бада, и, несмотря на это, оба они решительно утверждали, что Мухассир не относится к Мине. И в этом есть сильная опора для того, что было сказано ранее об этом. Аллах знает лучше.
Конец послания, и хвала Аллаху, по чьей милости завершаются благие дела.
Составитель сборника, да простит его Аллах, сказал: шейх аль-Му‘аллими, да помилует его Аллах, прекрасно исполнил это исследование и принёс пользу; да воздаст ему Аллах наилучшим воздаянием за служение сунне. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
И по цепочке, восходящей к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу, да помилует его Аллах, упомянутому в начале книги, он сказал: [3091] (…) И рассказал мне это Зухайр ибн Харб, рассказал нам Яхья ибн Саид, от Ибн Джурайджа, сообщил мне Абу аз-Зубайр по этому же иснаду, за исключением того, что он не упомянул в хадисе: «и не переставал Посланник Аллаха ﷺ произносить тальбию, пока не бросил джамру», но добавил в своём хадисе: «а Пророк ﷺ указывал своей рукой, как человек бросает камешек (яхзифу)».
Передатчики этого иснада — четверо:
1 — Зухайр ибн Харб — упоминался три главы назад.
Остальные упомянуты в этой главе и предыдущей главе. А «Яхья ибн Саид» — это аль-Каттан.
Его слово («как человек бросает камешек») — он имел этим в виду указание на малый размер камешков.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: «Имеется в виду разъяснение и уточнение того, что размер брошенных камешков должен быть с камешек для метания (хазф), но не подразумевается, что сам бросок должен совершаться в манере хазф. Хотя некоторые из наших сподвижников (шафиитов) высказывались о желательности этого, однако это ошибка. Правильно, что не желательно совершать бросок в манере хазф, ибо достоверно установлен хадис Абдуллаха ибн аль-Мугаффаля (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ о запрете хазфа. Смысл же этого указания — то, что мы изложили ранее». Конец цитаты.
[Замечание]: этот риваят Яхьи ибн Саида аль-Каттана от Абу аз-Зубайра привёл ан-Насаи в «аль-Муджтаба» 5/267, сказав:
(3052) — Передал нам Убайдуллах ибн Саид, сказал: передал нам Яхья от Ибн Джурайджа, сказал: сообщил мне Абу аз-Зубайр от Абу Ма‘бада от Абдуллаха ибн Аббаса от аль-Фадля ибн Аббаса, сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ, когда они двинулись вечером Арафата и утром Джам‘а (Муздалифы): «Держитесь спокойствия», — и он сдерживал свою верблюдицу, — до тех пор пока не вошёл в Мину, когда спустился в Мухассир, сказал: «Держитесь камешков для метания (хазф), которыми бросают в джамру». Он сказал: и Пророк ﷺ показывал рукой, как человек делает при метании хазфом. Конец. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
И по непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3092] (1283) — Передал нам Абу Бакр ибн Абу Шайба, передал нам Абу аль-Ахвас от Хусайна от Касира ибн Мудрика от Абдуррахмана ибн Язида, сказал: сказал Абдуллах,
— и мы были в Джам‘е (Муздалифе): «Слышал я того, кому была ниспослана сура «аль-Бакара», говорящим в этом месте стояния: «Ляббайка-Аллахумма, ляббайк»».
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 — (Абу Бакр ибн Абу Шайба) упомянут ранее, перед этой главой.
2 — (Абу аль-Ахвас) Салям ибн Сулайм аль-Ханафи аль-Куфи, надёжный (сика), точный, знаток хадиса [7] (ум. 179) (аль-джама‘а), упомянут ранее в «Книге веры» 4/115.
3 — (Хусайн) ибн Абдуррахман ас-Сулами, Абу аль-Хузайль аль-Куфи, надёжный, но память его ослабла к концу жизни [5] (ум. 136) (аль-джама‘а), упомянут ранее в «Книге веры» 43/285.
4 — (Касир ибн Мудрик) Абу Мудрик аль-Ашджаи аль-Куфи, надёжный [2].
Передавал от Алкамы и от двух сыновей его брата: аль-Асвада и Абдуррахмана, сыновей Язида ан-Наха‘и.
От него передавали Абу Малик аль-Ашджаи, Мансур ибн аль-Му‘тамир и Хусайн ибн Абдуррахман.
Аль-Иджли сказал: куфиец, надёжный, и Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных».
У Муслима от него один хадис в качестве подтверждающего (мутаба‘а) по теме тальбии. Я говорю: аль-Иджли сказал: куфиец, надёжный.
Единолично передал от него составитель, Абу Дауд и ан-Насаи, и в этой книге у него нет ничего, кроме хадиса данной главы в качестве подтверждающего, и он повторил его трижды.
5 — (Абдуррахман ибн Язид) ибн Кайс ан-Наха‘и, Абу Бакр аль-Куфи, надёжный, из старших [3] (ум. 83) (аль-джама‘а), упомянут ранее в «Книге веры» 46/295.
6 — (Абдуллах) ибн Мас‘уд, известный сподвижник (да будет доволен им Аллах), умер в (32) году (аль-джама‘а), упомянут ранее во «Введении» 3/11. И Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что этот иснад — из шестизвенных (судасият) у составителя (да помилует его Аллах).
2 — (Из них): что все его передатчики — передатчики «группы» (аль-джама‘а), кроме его шейха, от которого не передавал ат-Тирмизи.
3 — (Из них): что он весь, от начала до конца, состоит из куфийцев (мусалсаль).
4 — (Из них): что в нём трое из числа последователей (табиин), передававших один от другого: Хусайн — от Касира, а тот — от Абдуррахмана, причём передача Касира от Абдуррахмана представляет собой передачу старших от младших. И Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(От Абдуррахмана ибн Язида) ан-Наха‘и, что он (сказал: сказал Абдуллах) ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах) (а мы были в Джам‘е) — это предложение находится в положении обстоятельства образа действия (халь), то есть: и при этом мы находились, остановившись в Джам‘е, а это — Муздалифа (я слышал того, кому была ниспослана сура «аль-Бакара») — то есть Пророка ﷺ, и это предложение — сказуемое к «сказал». Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: «В этом — довод на допустимость говорить «сура аль-Бакара», «сура ан-Ниса» и тому подобное. Некоторые из ранних учёных считали это нежелательным и говорили, что следует говорить: «сура, в которой упоминается корова», «сура, в которой упоминаются женщины» и подобное этому. Правильным же является допустимость говорить «сура аль-Бакара», «сура ан-Ниса», «сура аль-Маида» и прочие, и на этом сходится большинство учёных из числа сподвижников, последователей и тех, кто был после них, и это подтверждается достоверными хадисами как из слов Пророка ﷺ, так и из слов сподвижников (да будет доволен ими Аллах), как, например, хадис: «Кто прочитает два последних аята суры «аль-Бакара» ночью, ему будет достаточно этого»».
Он сказал: «Что же касается слов Абдуллаха ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах): «Я слышал того, кому была ниспослана сура «аль-Бакара»», то он особо выделил «аль-Бакару», потому что большая часть предписаний обрядов хаджа содержится именно в ней, как если бы он сказал: это — место стояния того, кому были ниспосланы предписания обрядов, от кого был взят шариат и кем разъяснены установления, так опирайтесь же на него. И этим он хотел возразить тому, кто говорит о прекращении тальбии при стоянии на Арафате. И таков смысл его слов во втором риваяте: «Что Абдуллах произнёс тальбию, когда двинулся из Джам‘а, и было сказано: «Разве это бедуин?»» — на что Ибн Мас‘уд сказал то, что сказал, — в порицание возразившему и в ответ ему». Конец цитаты.
И его слово (говорящим) — предложение, являющееся обстоятельством образа действия по отношению к дополнению (в этом месте стояния), а в формулировке ан-Насаи: «в этом месте», то есть в Муздалифе, и его слово («Ляббайка-Аллахумма, ляббайк») — сказуемое к «говорящим». В этом — довод на желательность продолжения тальбии после стояния на Арафате и в Муздалифе в ночь жертвоприношения и утром её, и что она не прерывается, кроме как когда человек бросит камешки в джамрат аль-Акаба в этот день, и это — предпочитаемый мазхаб (мнение), как было изложено ранее в хадисе аль-Фадля ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах). И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и у Него просим помощи, и на Него уповаем.
Два вопроса, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) — из числа хадисов, единолично переданных составителем (да помилует его Аллах).
(Второй вопрос): о его выведении (тахридж):
Его вывел (составитель) здесь [42/3092, 3093, 3094 и 3095] (1283), и (ан-Насаи) в «Обрядах хаджа» (5/265) и в «аль-Кубра» (4053), и (Ибн Абу Шайба) в своём «Мусанаде» (1/139), и (Ахмад) в своём «Мусанаде» (1/374 и 419), и (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (2/388), и (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (3/365), и (аль-Байхаки) в «аль-Кубра» (5/112) и в «аль-Ма‘рифа» (4/106). И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
И по непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3093] (…) — Передал нам Сурайдж ибн Юнус, передал нам Хушайм, сообщил нам Хусайн от Касира ибн Мудрика аль-Ашджаи от Абдуррахмана ибн Язида, что Абдуллах произнёс тальбию, когда двинулся из Джам‘а, и было сказано: «Разве это бедуин?» — на что Абдуллах сказал: «Разве люди забыли или заблудились? Я слышал того, кому была ниспослана сура «аль-Бакара», говорящим в этом месте: «Ляббайка-Аллахумма, ляббайк»».
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 — (Сурайдж ибн Юнус) ибн Ибрахим, Абу аль-Харис аль-Багдади, по происхождению из Мерва, надёжный, благочестивый [10] (ум. 235) (аль-Бухари, Муслим, ан-Насаи), упомянут ранее в «Книге веры» 25/209.
2 — (Хушайм) ибн Бушайр ас-Сулами, Абу Му‘авийа ибн Абу Хазим аль-Васити, надёжный, твёрдый в передаче, много применявший тадлис и скрытое опущение (ирсаль хафи) [7] (ум. 183), и достиг почти восьмидесяти лет (аль-джама‘а), упомянут ранее во «Введении» 3/9.
Остальные упомянуты ранее.
Его слово: (разве это бедуин?) — указывается на Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), то есть: разве этот человек — бедуин из жителей пустыни, невежественный в делах своей религии?
Его слово: (сказал Абдуллах) — то есть Ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах), выражая порицание тому, кто выразил ему порицание за тальбию, когда он двинулся из Джам‘а.
Его слово (أَنَسِيَ النَّاسُ، أَمْ ضَلُّوا؟) — «забыли ли люди, или же они впали в заблуждение?» — то есть: забыли ли они сунну Пророка ﷺ в отношении произнесения тальбии в подобном месте, так что осудили меня за это, или же они оставляют сунну, зная о ней? Ибо осуждать его может лишь один из двух: либо тот, кто не знает сунны, либо тот, кто небрежен в отношении неё. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3094] (…) — «И передал нам это Хасан аль-Хулваний, [сказав]: передал нам Йахья ибн Адам, [сказав]: передал нам Суфьян от Хусайна с этим же иснадом».
Передатчики этого иснада — четверо:
1 — (Хасан аль-Хулваний) ибн Али ибн Мухаммад аль-Халляль, Абу Али, проживавший в Мекке, надёжный (сика), хафиз, имел сочинения [11] (умер в 242 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, Ибн Маджа), упомянут ранее во «Введении» 4/24.
2 — (Йахья ибн Адам) ибн Сулейман, упомянут недавно.
3 — (Суфьян) ас-Саури, упомянут три главы назад.
А «Хусайн» упомянут перед ним.
[Замечание]: этот риваят Суфьяна ас-Саури от Хусайна привёл Абу Нуайм (да помилует его Аллах) в своём «Мустахридже» 3/365, сказав:
(2955) — передал нам Абу Бакр ибн Малик, [сказав]: передал нам Абдуллах ибн Ахмад ибн Ханбаль, [сказав]: передал мне мой отец, [сказав]: передал нам Йахья ибн Адам, [сказав]: передал нам Суфьян от Хусайна (по другому пути) — и передал нам Абдуллах ибн Мухаммад ибн Джафар, [сказав]: передал нам Абдуллах ибн Мухаммад ибн Имран, [сказав]: передал нам аль-Хулваний, [сказав]: передал нам Йахья ибн Адам, [сказав]: передал нам Суфьян от Хусайна, от Касира ибн Мудрика, от Абд ар-Рахмана ибн Язида, от Абдуллаха, что он произносил тальбию в ночь Джамъ, а затем сказал: «Здесь я видел того, кому ниспослана сура «Корова», как он произносит тальбию». Конец цитаты. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3095] (…) — «И передал мне это Юсуф ибн Хаммад аль-Ма‘ний, [сказав]: передал нам Зияд, то есть аль-Баккаий, от Хусайна, от Касира ибн Мудрика аль-Ашджаи, от Абд ар-Рахмана ибн Язида и аль-Асвада ибн Язида, которые сказали: мы слышали, как Абдуллах ибн Масуд говорил в Джамъ: «Я слышал, как тот, кому ниспослана сура «Корова», говорил здесь: «Вот я перед Тобой, о Аллах, вот я перед Тобой», — затем он произнёс тальбию, и мы произнесли тальбию вместе с ним».
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — (Юсуф ибн Хаммад аль-Ма‘ний) — с фатхой над «мим», сукуном над «айном» и затем «нун» — Абу Якуб аль-Басри, надёжный (сика) [10] (умер в 245 г.), упомянут ранее в «Молитве» 52/1143.
2 — (Зияд аль-Баккаий) — это Зияд ибн Абдуллах ибн ат-Туфайль аль-Амири, Абу Мухаммад аль-Куфи, правдивый (садук), твёрдый в передаче военных походов, а в передаче от других, кроме Ибн Исхака, есть слабость [8] (183) (аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, Ибн Маджа), упомянут ранее в «Молитве» 52/1143.
3 — (аль-Асвад) ибн Язид ибн Кайс ан-Нахаи, Абу Амр или Абу Абд ар-Рахман аль-Куфи, из числа муханзаримов (застигших и Джахилию, и Ислам), надёжный (сика), многопередающий, знаток фикха, он — брат Абд ар-Рахмана, упомянутого вместе с ним [2] (умер в 74 или 75 г.) (все шестеро составителей канонических сборников), упомянут ранее в «Очищении» 32/674.
Остальные упомянуты ранее.
Этот хадис — из числа единичных передач составителя (Муслима), и разбор его уже приводился перед предыдущим хадисом. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу лишь исправить то, что могу, и мой успех — только от Аллаха. На Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
(43) — Глава о произнесении тальбии и такбира при движении из Мины к Арафату в день Арафы
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3096] (1284) — «Передали нам Ахмад ибн Ханбаль и Мухаммад ибн аль-Мусанна, оба сказав: передал нам Абдуллах ибн Нумайр (по другому пути) — и передал нам Саид ибн Йахья аль-Умави, [сказав]: передал мне мой отец, — оба сказали вместе: передал нам Йахья ибн Саид от Абдуллаха ибн Абу Салямы, от Абдуллаха ибн Абдуллаха ибн Умара, от его отца, который сказал: «Мы отправились утром вместе с Посланником Аллаха ﷺ из Мины к Арафату; среди нас были произносящие тальбию, и среди нас были произносящие такбир»».
Передатчики этого иснада — девять:
1 — (Ахмад ибн Ханбаль) — имам, выдающийся учёный, признанный авторитет, глава [10] (умер в 241 г.) (все шестеро), упомянут ранее в «Вере» 80/427.
2 — (Мухаммад ибн аль-Мусанна) упомянут три главы назад.
3 — (Абдуллах ибн Нумайр) упомянут недавно.
4 — (Саид ибн Йахья аль-Умави) Абу Усман аль-Багдади, надёжный (сика), возможно, иногда ошибался [10] (249) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), упомянут ранее в «Вере» 16/171.
5 — (Его отец) Йахья ибн Саид ибн Абан ибн Саид ибн аль-Ас аль-Умави, Абу Аюб аль-Куфи, проживавший в Багдаде, по прозвищу аль-Джамаль, правдивый (садук), передающий редкие сообщения, из числа старших [9] (умер в 194 г.) в возрасте восьмидесяти лет (все шестеро), упомянут ранее в «Вере» 16/171.
6 — (Йахья ибн Саид) ибн Кайс аль-Ансари, судья, Абу Саид аль-Мадани, надёжный (сика), твёрдый, знаток фикха [5] (умер в 144 г.) (все шестеро), упомянут ранее во «Введении» 6/36.
7 — (Абдуллах ибн Абу Саляма) аль-Маджишун ат-Тайми, вольноотпущенник их, аль-Мадани, надёжный (сика) [3] (умер в 106 г.) (Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи), упомянут ранее в «Очищении» 4/555.
8 — (Абдуллах ибн Абдуллах ибн Умар) ибн аль-Хаттаб, Абу Абд ар-Рахман аль-Мадани, был исполнителем завещания своего отца, надёжный (сика) [3] (умер в 105 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), упомянут ранее в «Пятнице» 1/1952.
9 — (Его отец) Абдуллах ибн Умар ибн аль-Хаттаб (да будут довольны ими обоими Аллах), упомянут недавно.
Тонкости этого иснада:
1 — (В их числе) то, что он относится к шестизвенным иснадам составителя (да помилует его Аллах), и у него в этом хадисе два иснада, соединяющихся через «переход» (тахвиль), которые сходятся в Йахье ибн Саиде аль-Ансари: и Абдуллах ибн Нумайр, и Йахья ибн Саид аль-Умави передают от Йахьи ибн Саида аль-Ансари, — и в этом смысл слов составителя: «оба сказали вместе: передали нам и т. д.».
2 — (В их числе) то, что все его передатчики являются передатчиками, [на которых опирается] вся община (джамаа), кроме тех, кого мы упомянули в биографиях.
3 — (В их числе) то, что он идёт цепочкой мадинцев, начиная от Йахьи аль-Ансари, а остальные — багдадцы, и Ибн аль-Мусанна — басриец.
4 — (В их числе) то, что в нём есть трое из числа последователей (табиин), которые передавали друг от друга.
5 — (В их числе) то, что в нём есть передача сына от отца, и в нём есть Ибн Умар (да будут довольны ими обоими Аллах), из числа четырёх Абдуллахов и семи многопередающих. А Аллах Всевышний лучше знает.
Разбор хадиса:
(От Абдуллаха ибн Абдуллаха ибн Умара, от его отца) — Абдуллаха ибн Умара ибн аль-Хаттаба (да будут довольны ими обоими Аллах).
[Замечание]: такова передача составителя (да помилует его Аллах) этого хадиса по пути Абдуллаха ибн Нумайра и Йахьи аль-Умави, — оба они [передают] от Йахьи ибн Саида аль-Ансари, — с введением «Абдуллаха ибн Абдуллаха ибн Умара» между Абдуллахом ибн Абу Саляма и Ибн Умаром. И вслед за Йахьей ибн Саидом аль-Ансари так же передал Умар ибн Хусайн, от Абдуллаха ибн Абу Саляма, от Абдуллаха ибн Абдуллаха ибн Умара, от его отца.
А ан-Насаи передал это по пути Хаммада ибн Зайда, от Йахьи аль-Ансари, от Абдуллаха ибн Абу Саляма, от Ибн Умара, опустив «Абдуллаха ибн Абдуллаха». И вслед за Хаммадом так же передал Хушайм от Йахьи аль-Ансари.
Очевидно, что оба пути сохранены (махфузан), а Аллах Всевышний лучше знает.
(Он сказал: «мы отправились утром» (غَدَوْنَا)) — от формы «када‘а», в значении «мы пошли утром» (غُدْوَة) — а это [время] между молитвой утра и восходом солнца; множественное число «гудва» — «гуда», подобно «мудья» и «муда», это его исходное значение, а затем оно стало часто употребляться в значении «отправление, движение» в любое время, каким бы оно ни было; и от этого — его слово ﷺ: «Отправляйся (اغدُ), о Унайс», — то есть «иди», как сказал аль-Файюми (да помилует его Аллах). («Вместе с Посланником Аллаха ﷺ, из Мины к Арафату») — в форме множественного числа, название известного места. Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал:
«Арафат» — место стояния паломников; говорят, что расстояние между ним и Меккой составляет около девяти миль. Слово склоняется по образцу «муслимат» и «му'минат», и танвин в нём подобен танвину «мукабаля», как в разделе о «муслиматин», а не является танвином полной склоняемости, поскольку налицо причина, препятствующая полному склонению, — это принадлежность к именам собственным (аль-'аламийя) и женский род (ат-та'нис); поэтому к нему не присоединяются «аль-» (артикль). Некоторые говорят: «Арафа» — это гора, а «Арафат» — форма множественного числа от «Арафа» по смысловому допущению, так как говорят и «стоял в Арафа», и «стоял в Арафат». Конец цитаты.
На такое склонение слов, подобных «Арафат», указал Ибн Малик (да помилует его Аллах) в «Хуляса», где сказал:
«То, что образовано с «та» и «алиф» во множественном числе, — при родительном и винительном падеже принимает касру, так же и «улят», и то, что стало собственным именем, как «Азри'ат» — в нём это также принято».
Составитель, да простит его Аллах, говорит: то, на что указал в «Хуляса» — что слова, подобные «Азри'ат» (имя селения в Шаме), а также «Арафат», склоняются по образцу множественного числа женского рода, — это правильный мазхаб. Но существуют ещё два других мазхаба:
Первый: слово ставится в именительном падеже с даммой, а в винительном и родительном — с касрой, без танвина, например: «хазихи 'Арафату» (это Арафат), «раайту 'Арафати» (я видел Арафат), «вакафту би-'Арафати» (я стоял в Арафате) — без танвина.
Второй: слово ставится в именительном падеже с даммой, а в винительном и родительном — с фатхой, без танвина, например: «хазихи 'Арафату», «раайту 'Арафата», «вакафту би-'Арафата». И передаётся стих (размер тавиль):
«Я разглядел её из Азри'ат, а её люди — в Ясрибе, ближайшее к её дому — высокое зрение».
Слово читается с касрой на «та», как в первом мазхабе, и с двумя касрами, как во втором мазхабе, и с фатхой без танвина, как в первом мазхабе.
(«Из нас — произносящий тальбию, и из нас — произносящий такбир») — то есть они сочетали тальбию и такбир: то одни произносили тальбию, а другие — такбир, то наоборот, так что в каждый момент верно было, что часть произносит такбир, а часть — тальбию. И, по всей видимости, они делали так только потому, что видели, что Пророк ﷺ поступал подобным образом. Ахмад, Ибн Абу Шейба и ат-Тахави передали хадис от Абдуллаха ибн Мас'уда (да будет доволен им Аллах) через путь Муджахида от Абу Ма'мара, от него, который сказал: «Я вышел вместе с Посланником Аллаха ﷺ, и он не оставлял тальбию до тех пор, пока не бросил камни в Джамрат аль-Акаба, разве что смешивал её с такбиром».
Это ясный текст, указывающий, что он ﷺ произносил тальбию в большинстве своих состояний, а такбир — иногда. Поэтому желательно паломнику совмещать оба поминания, но при этом чаще произносить тальбию, а такбир вставлять в её ходе, как это явствует из его ﷺ действия.
А в следующем риваяте, переданном через путь Умара ибн Хусайна, от Абдуллаха ибн Абу Салямы, от Абдуллаха ибн Абдуллаха ибн Умара, от его отца, сказано: «Мы были с Посланником Аллаха ﷺ утром дня Арафа, и из нас были произносящие такбир, и из нас были произносящие тахлиль (слова «ля иляха илля Ллах»), а мы — так мы произносили такбир. [Абдуллах ибн Абу Саляма] сказал: Я сказал: «Клянусь Аллахом, удивительно мне на вас — как же вы не спросили его: что ты видел, как делал Посланник Аллаха ﷺ?»».
Абдуллах ибн Абу Саляма имел этим в виду выяснение наилучшего из двух вариантов, поскольку хадис указывает на то, что был предоставлен выбор между такбиром и тальбией, судя по тому, что ﷺ утвердил это за ними; поэтому он хотел узнать, что делал сам Пророк ﷺ, чтобы понять, какой из двух вариантов предпочтительнее. Так сказано в «Фатх».
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: однако из упомянутого нами хадиса Ибн Мас'уда (да будет доволен им Аллах) уже прояснилось, что делал Пророк ﷺ: он произносил тальбию преимущественно, а такбир — в её ходе. Поэтому наилучшим для паломника является сочетание обоих поминаний с преобладанием тальбии, как я упомянул ранее.
В хадисе — довод на желательность произнесения тальбии и такбира при движении из Мины к Арафату в день Арафа, но тальбия предпочтительнее, поскольку он ﷺ придерживался её постоянно, смешивая с такбиром. И в этом — возражение тому, кто говорит о прекращении тальбии после утра дня Арафа. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему — обращение и возвращение, Он — тот, у кого просят помощи, и на Него — упование.
Два вопроса, связанных с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абдуллаха ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах) относится к тем, что передал составитель (да помилует его Аллах) в единственном числе (из отдельных передач).
(Второй вопрос): о его источниках:
Его передали (составитель) здесь [43/3096 и 3097] (1284), (Абу Дауд) в «Обрядах хаджа» (1816), (ан-Насаи) в «Обрядах хаджа» (5/250) и в «Кубра» (2/418), (Малик) в «Муватта» (741), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (2/22 и 30), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (2805), (ад-Дарими) в своих «Сунан» (1876), (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (2/370), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (3/366), (ат-Табарани) в «аль-Кабир» (12/345) и «аль-Аусат» (5/63), (аль-Байхаки) в «аль-Кубра» (5/112). Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему — обращение и возвращение.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, сказал: [3097] (…) — (И передал мне Мухаммад ибн Хатим, и Харун ибн Абдуллах, и Я'куб ад-Даураки, они сказали: сообщил нам Язид ибн Харун, сообщил нам Абд аль-Азиз ибн Абу Саляма, от Умара ибн Хусайна, от Абдуллаха ибн Абу Саляма, от Абдуллаха ибн Абдуллаха ибн Умара, от его отца, который сказал: «Мы были с Посланником Аллаха ﷺ утром дня Арафа, и из нас были произносящие такбир, и из нас были произносящие тахлиль, а мы — так мы произносили такбир». [Он] сказал: Я сказал: «Клянусь Аллахом, удивительно мне на вас — как же вы не спросили его: что ты видел, как делал Посланник Аллаха ﷺ?»»).
Передатчики этого иснада: их девять:
1 — (Мухаммад ибн Хатим) ибн Маймун, упомянут ранее, перед этой главой.
2 — (Харун ибн Абдуллах) Абу Муса аль-Хаммаль, багдадец, надёжный (сикатун) [10] (умер 243) (М 4), упомянут ранее в «Имане» 64/361.
3 — (Я'куб ад-Даураки) ибн Ибрахим ибн Касир аль-Абди, их вольноотпущенник, Абу Юсуф аль-Багдади, надёжный [10] (умер 252, дожив до 96 лет) (Аъ), упомянут ранее в «Имане» 25/209.
4 — (Язид ибн Харун) упомянут недавно.
5 — (Абд аль-Азиз ибн Абу Саляма) — это Абд аль-Азиз ибн Абдуллах ибн Абу Саляма аль-Маджишун аль-Мадани, переселившийся в Багдад, вольноотпущенник рода аль-Худайр, надёжный, знаток фикха, автор сочинений [7] (умер 164) (Аъ), упомянут ранее в «Имане» 81/437, и он — сын Абдуллаха ибн Абу Салямы, шейха его шейха.
6 — (Умар ибн Хусайн) ибн Абдуллах аль-Джумахи, их вольноотпущенник, Абу Кудама аль-Макки, судья Медины, надёжный [4].
Передавал от своей госпожи Аиши бинт Кудама ибн Маз'ун, от Абдуллаха ибн Абу Салямы аль-Маджишуна, и от Ибн Умара.
От него передавали Ибн Исхак, Абд аль-Азиз ибн Абу Саляма, Абд аль-Азиз ибн аль-Мутталиб ибн Хантаб, Малик, Ибн Абу Зиб и другие.
Ан-Насаи сказал: надёжный. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных» («Сикат»). Яхья ибн Са'ид аль-Ансари причислял его к знатокам фикха Медины, о чём передал аль-Бухари в «Тарих». Ибн Вахб передал от Малика, что он сказал: Умар был человеком из числа обладателей достоинства, знания фикха и совета в делах, и поклонения, и он более всех прочих был скромен по отношению к самому себе. Малик сказал: сообщил мне некто, присутствовавший при его смерти, что он услышал, как тот произносил: «Для подобного этому пусть трудятся труждающиеся» (Коран, 37:61). Ибн аль-Касим передал от Малика, что он сказал: Умар ибн Хусайн был подвижником, и мне рассказал человек, что слышал его читающим Коран каждый день по вечерам, и его спросили: он завершал чтение каждый день и ночь? Тот ответил: да.
Только составитель и ат-Тирмизи передали от него, и в этой книге у него нет иного хадиса, кроме этого.
Остальные упомянуты ранее.
Его слово («и из нас — произносящий тахлиль») — то есть говорящий: «ля иляха илля Ллах».
Его слово («сказал: я сказал») — говорящий «я сказал» — это Абдуллах ибн Абу Саляма.
Его слово («клянусь Аллахом, удивительно мне на вас») — слово «удивительно» (‘аджабан) — прямое дополнение (маф'уль мутлак) для подразумеваемого глагола, то есть «удивляюсь удивлением».
Его слово: («Как же вы не сказали ему» и далее) — ранее в хадисе Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) приводилось разъяснение того, что делал Пророк ﷺ, где сказано: «И он — то есть Пророк ﷺ — не оставлял тальбию, пока не бросил камешки в джамрат аль-‘акаба, разве что примешивал к ней такбир». Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возврат.
По непрерывному санаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, сказано: [3098] (1285) — «И передал нам Яхья ибн Яхья, сказал: я читал (текст) Малику, от Мухаммада ибн Абу Бакра ас-Сакафи, что он спросил Анаса ибн Малика — а они оба направлялись поутру из Мины в Арафат: «Как вы поступали в этот день с Посланником Аллаха ﷺ?» Он сказал: «Возвышающий голос тальбией из нас возвышал его, и его за это не осуждали, а произносящий такбир из нас произносил его, и его за это не осуждали»».
Передатчики этого иснада — четверо:
1 — (Яхья ибн Яхья) — упомянут в прошлой главе.
2 — (Малик) ибн Анас, имам обители переселения (Медины), упомянут за три главы до этого.
3 — (Мухаммад ибн Абу Бакр ас-Сакафи) — это Мухаммад ибн Абу Бакр ибн Ауф ибн Рабах, хиджазец, надёжный (сика) [4].
Передавал от Анаса, а от него передавали его сын Абу Бакр, Муса ибн Укба, его брат Мухаммад ибн Укба, Букайр ибн аль-Ашадж, Шу‘ба, Малик, ад-Даххак ибн Усман аль-Хизами и другие.
Ан-Насаи сказал: надёжный (сика). Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных» («ас-Сикат»). Аль-‘Иджли сказал: мединец, таби‘и, надёжный.
Его хадисы приводили аль-Бухари, составитель (Муслим), ан-Насаи и Ибн Маджа, и у них от него нет ничего, кроме этого хадиса, который он повторил здесь после (первого приведения).
4 — (Анас ибн Малик) — известный сподвижник-слуга (Пророка ﷺ) (да будет доволен им Аллах), упомянут за две главы до этого.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что он относится к «четверичным» (рубайят) у составителя (да помилует его Аллах), и это (192)-й из четверичных хадисов книги.
2 — (И из них): что все его передатчики — передатчики (сборников) «Джама‘а», кроме его шейха, чьи хадисы приводили Абу Дауд и Ибн Маджа.
3 — (И из них): что он сплошь передан мединцами, кроме его шейха, который нишапурец.
4 — (И из них): что в нём (упомянут) Анас (да будет доволен им Аллах) — один из семи наиболее передававших (хадисы сподвижников) и один из долгожителей, проживший более ста лет, и он последний из сподвижников (да будет доволен ими Аллах), умерший в Басре. Аллах Всевышний лучше знает.
Разъяснение хадиса:
(«от Мухаммада ибн Абу Бакра ас-Сакафи, что он спросил Анаса ибн Малика» (да будет доволен им Аллах) («а они оба направлялись поутру») — предложение в положении винительного падежа как обстоятельство образа действия, то есть в состоянии, когда оба шли утром («из Мины в Арафат: как вы поступали в этот день») то есть в отношении тальбии — придерживались ли вы её постоянно, или к ней присоединялось другое упоминание Аллаха? В следующем риваяте: «Он сказал: я спросил Анаса ибн Малика поутру в Арафате: что ты скажешь о тальбии в этот день?» Его слово («с Посланником Аллаха ﷺ?») связано с подразумеваемым обстоятельством, то есть в состоянии вашего сопровождения его ﷺ. («Он сказал») Анас (да будет доволен им Аллах) («возвышающий голос тальбией из нас возвышал его») — от «ихляль», то есть возвышал голос тальбией. В риваяте ан-Насаи: «произносящий тальбию из нас произносил её» («и его за это не осуждали») — в форме страдательного залога, то есть никто не осуждал его за тальбию, поскольку это было правильно. («а произносящий такбир из нас произносил его, и его за это не осуждали») В следующем риваяте: «Он сказал: я прошёл этот путь с Пророком ﷺ и его сподвижниками, и среди нас были произносящие такбир, и среди нас были произносящие тальбию, и никто из нас не порочил своего товарища».
Сказано в «аль-‘Умда»: упомянутый такбир — это вид упоминания Аллаха, который произносящий тальбию вставлял в промежутках тальбии, без оставления самой тальбии, поскольку передано от Законодателя (ﷺ), что он не прерывал тальбию, пока не бросил камешки в джамрат аль-‘акаба. Это мнение Абу Ханифы и аш-Шафи‘и. А Малик сказал: она прерывается, когда солнце склонится к закату; в другой раз сказал: когда он остановится (на стоянке); и также сказал: когда он направится к мечети Арафата.
Аль-Хаттаби сказал: известная сунна в этом вопросе — не прерывать тальбию, пока не бросишь первый камешек в джамрат аль-‘акаба в день жертвоприношения, и на этом строится практика. А что касается этого слова Анаса (да будет доволен им Аллах), то возможно, что такбир некоторых из них был неким упоминанием Аллаха, которое они вставляли в промежутках установленной в сунне тальбии, без оставления самой тальбии. Конец цитаты.
Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: это послабление, и нет греха в такбире, более того, он допустим, как и прочие виды упоминания Аллаха, но такбир в день Арафата не входит в сунну паломников, а сунной для них является тальбия до бросания камешков в джамрат аль-‘акаба в день жертвоприношения. Аль-Мунзири передал, что некоторые учёные взяли за основу явный смысл этого хадиса, но он не указывает на превосходство такбира над тальбией, а лишь на его допустимость, поскольку максимум, что в нём есть, — это утверждение (Пророком) ﷺ такбира через молчаливое согласие, а это не указывает на его предпочтительность (истихбаб), ведь имеется прямое доказательство того, что тальбия в это время предпочтительнее ввиду постоянства его ﷺ в ней.
Сказал собиратель (этих материалов), да простит его Аллах: его слово «не входит в сунну паломника» вызывает возражение, — напротив, это входит в его сунну. И также его слово «не указывает на его предпочтительность» вызывает возражение, — как же оно не указывает на это, когда в хадисе Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) установлено, что он ﷺ примешивал такбир к тальбии.
Итог таков, что такбир — установленная сунна, (подтверждённая) как словом, так и молчаливым согласием, и нет сомнения, что тальбия превосходит его по причине постоянного пребывания Пророка ﷺ в ней и его повеления сподвижникам возвышать в ней голос. Вдумайся в это. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возврат, и на Него упование, и на Него полагание.
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Анаса (да будет доволен им Аллах) согласован (между аль-Бухари и Муслимом).
(Второй вопрос): о его выведении:
Его привёл (составитель) здесь [43/3098 и 3099] (1285), (аль-Бухари) в «Аль-Джум‘а» (970) и «Аль-Хадж» (1659), (ан-Насаи) в «Манасик аль-хадж» (5/250–251) и в «Аль-Кубра» (3991 и 3992), (Ибн Маджа) в «Аль-Манасик» (3008), (Малик) в «Аль-Муватта» (753), (аш-Шафи‘и) в своём «Мусанаде» (1/229), (аль-Хумайди) в своём «Мусанаде» (1211), (Ибн Абу Шейба) в своём «Мусаннафе» (3/375), (аль-Хумайди) в своём «Мусанаде» (2/509), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (3/110 и 147), (ад-Дарими) в своих «Сунан» (1877), (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (2/371), (Абу Ну‘айм) в своём «Мустахрадже» (3/367), (аль-Байхаки) в «Аль-Кубра» (3/313 и 5/112) и «Аль-Ма‘рифа» (4/105). Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возврат.
По непрерывному санаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, сказано: [3099] (…) — «И передал мне Сурайдж ибн Юнус, (сказав): передал нам ‘Абдуллах ибн Раджа, от Мусы ибн Укбы, (сказавшего): передал мне Мухаммад ибн Абу Бакр, сказал: я сказал Анасу ибн Малику поутру в Арафате: «Что ты скажешь о тальбии в этот день?» Он сказал: «Я прошёл этот путь с Пророком ﷺ и его сподвижниками, и среди нас были произносящие такбир, и среди нас были произносящие тальбию, и никто из нас не порочил своего товарища»».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — (Сурайдж ибн Юнус) — упомянут в прошлой главе.
2 — (‘Абдуллах ибн Раджа) аль-Макки, Абу ‘Умар аль-Басри, поселившийся в Мекке, надёжный (сика), чья память несколько ослабла с годами, из младших представителей [8-го поколения].
Передавал от Мусы ибн Укбы, Ибн Джурайджа, Убайдуллаха ибн ‘Умара, Малика, Хишама ибн Хассана, Юнуса ибн Язида, ас-Саври, Джа‘фара ас-Садика и других.
А от него передавали Ахмад, Исхак, Яхья ибн Ма‘ин, ‘Амр ибн Мухаммад ан-Накид, Сурайдж ибн Юнус, Садака ибн аль-Фадль аль-Марвази, ‘Абдуллах ибн аз-Зубайр аль-Хумайди и другие.
Сказал аль-Асрам: спросили о нём Ахмада, и он оценил его положительно. Аль-Маймуни передал от Ахмада: «Я видел его в (87) году». Ад-Даури и другие передали от Ибн Маина: «Надёжный (сика)». Абу Хатим сказал: «Правдивый (садук)». Абу Зур'а сказал: «Достойный шейх». Ибн Абу Хайсама сказал: рассказал нам Ибрахим ибн Мухаммад аш-Шафи'и, рассказал нам Абдуллах ибн Раджа аль-Макки, хафиз, пользующийся доверием. Якуб ибн Суфьян сказал: «Я слышал, как Садака хвалил его и признавал надёжным». Ибн Хиббан упомянул его в «Достоверных». Ибн Са'д сказал: «Он был надёжным, передавал много хадисов, был из жителей Басры, затем переселился в Мекку и остался там до самой смерти».
Аль-Бухари привёл от него хадис в «Части о чтении», а также Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи и Ибн Маджа. В этой книге от него всего два хадиса: этот, под номером (1285), и хадис (1750): «Пророк ﷺ выделил нам дополнительную долю сверх нашей доли...».
3 — (Муса ибн Укба) — упомянут недавно.
Остальные двое упомянуты ранее.
Его слово (وَمِنَّا الْمُهَلِّلُ) — так в рукописях, но более соответствующим приведённой ранее версии риваята было бы сказать «وَمِنَّا الْمُهِلُّ» с одной «лям», от «ихляль» (возвышение голоса при тальбии); ведь «мухаллиль» — причастие действительного залога от «тахлиль» — произнесения слов «нет божества, кроме Аллаха», тогда как здесь имеется в виду продолжение произнесения тальбии, поэтому более подходящим было бы «мухилль». Обрати на это внимание.
Хадис передан согласованно (аль-Бухари и Муслимом), и его разбор, и разъяснение связанных с ним вопросов приведены выше в предыдущем хадисе. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу только исправления, насколько это в моих силах. Успех мой только от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
(44) — (Глава о движении с Арафата в Муздалифу и совершении молитв магриб и иша вместе (джам') в Муздалифе в эту ночь)
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3100] (1280 — повтор) — Рассказал нам Йахья ибн Йахья, сказал: я прочитал Малику, от Мусы ибн Укбы, от Курайба, вольноотпущенника Ибн Аббаса, от Усамы ибн Зейда, что он слышал, как тот говорил: «Посланник Аллаха ﷺ двинулся с Арафата, и когда достиг ущелья (аш-ши'б), спустился, помочился, затем совершил омовение, но не совершил его в полной мере. Я сказал ему: «Молитва?» Он ответил: «Молитва — перед тобой»». Затем он сел верхом, а когда прибыл в Муздалифу, спустился, совершил омовение в полной мере, затем была возглашена молитва (икама), и он совершил молитву магриб. Затем каждый человек уложил своего верблюда на месте своей стоянки, затем была возглашена молитва иша, и он совершил её, не совершая между ними ничего».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — (Курайб, вольноотпущенник Ибн Аббаса) — упомянут перед этой главой.
2 — (Усама ибн Зейд) ибн Хариса (да будет доволен ими обоими Аллах) — упомянут также перед этой главой.
Остальные упомянуты в предыдущем иснаде.
Его слово (حَتَّى إِذَا كَانَ بِالشِّعْبِ) — «шы'б» с кясрой на «шин» с точкой и сукуном на «айн» без точки: это левое ущелье, не доходящее до Муздалифы, — известная дорога паломников. Первоначальное значение слова — то, что раскрывается между двумя горами, либо дорога в горах.
Его слово (وَلَمْ يُسْبِغ الْوُضُوءَ) — «не совершил омовение в полной мере». Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: то есть не завершил его полностью. Ограничился ли он частью органов омовения, и тогда это будет омовение в языковом смысле? Или ограничился частью установленного числа повторений — то есть совершил по одному разу с омытием всех органов, — и тогда это будет омовение в шариатском смысле? Есть два мнения толкователей, и оба возможны. Тот, кто говорит о шариатском смысле, подкрепляет своё мнение словами передатчика «облегчённое омовение» (وضوءًا خفيفًا), ведь про то, что неполно по своей основе, не говорят «облегчённое»; так говорят лишь о том, что неполно по своему образу совершения. И нет разногласия в том, что его слова «فأسبغ الوضوء» («и совершил омовение в полной мере») относятся к шариатскому смыслу. Конец цитаты.
Говорит собиратель (да простит его Аллах): понимание в языковом смысле здесь очень слабое, его отвергает контекст хадиса в его различных версиях риваята, будь внимателен. Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово (ثم أقيمت الصلاة، فصلَّى المغرب، ثم أقيمت العشاء) — «затем была возглашена молитва, и он совершил магриб, затем была возглашена иша». Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: в этом довод на допустимость ограничения одной лишь икамой при объединении молитв без азана. Разногласие в этом уже приводилось ранее, в разделе об объединении двух молитв, в хадисе Джабира (да будет доволен им Аллах), где упомянут азан для первой молитвы. Возможно, что его слово «была возглашена» здесь означает: «было начато совершение молитвы с соблюдением её предписаний», подобно тому как говорят «рынок был установлен (возглашён)», когда на нём начинается подобающая ему торговля и купля, — то есть не имеется в виду сообщение об икаме как таковой, а имеется в виду сообщение о начале действия. Конец цитаты.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: этот риваят указывает на то, что он совершил обе молитвы с икамой для каждой из них без азана. А в риваяте Ибн Умара (да будет доволен им Аллах), приведённом в конце главы, — что он совершил их с одной икамой. А ранее, в длинном хадисе Джабира (да будет доволен им Аллах) об описании хаджа Пророка ﷺ, было упомянуто, что он прибыл в Муздалифу и совершил там магриб и иша с одним азаном и двумя икамами. Он сказал: этот риваят предпочтительнее двух предыдущих, потому что у Джабира (да будет доволен им Аллах) больше знания об этом деле, а прибавление от надёжного передатчика принимается; кроме того, Джабир (да будет доволен им Аллах) уделил особое внимание этому хадису и передал хадж Пророка ﷺ подробнейшим образом, поэтому на него более уместно опираться. Это и есть верное (сахих) мнение в нашем мазхабе: желательно (мустахабб) произносить азан для первой из двух молитв и икаму для каждой из них по отдельности, так что он совершает их с одним азаном и двумя икамами; а риваят об одной икаме толкуется так, что для каждой молитвы была своя икама, — и это толкование необходимо, чтобы согласовать его с первым риваятом, а также с риваятом Джабира (да будет доволен им Аллах). Разъяснение этого вопроса уже приводилось в хадисе Джабира (да будет доволен им Аллах). Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах).
Говорит собиратель (да простит его Аллах): полное рассмотрение этого вопроса будет приведено далее при разборе хадиса Ибн Умара (да будет доволен им Аллах) в конце главы, если пожелает Аллах Всевышний.
Его слово (ثُمَّ أُقِيمَت الصَّلَاةُ، فَصَلَّى الْمَغْرِبَ، ثُمَّ أَنَاخَ كُلُّ إِنْسَانٍ بَعِيرَهُ فِي مَنْزِلِهِ، ثُمَّ أُقِيمَت الْعِشَاءُ، فَصَلَّاهَا) — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: в этом довод на желательность поспешности с совершением молитв магриб и иша сразу по прибытии в Муздалифу, но допустимо и отложить их до времени незадолго перед рассветом. В этом также указание, что не вредит разрыв между двумя объединяемыми молитвами, если объединение совершается во время второй молитвы, — на основании его слов «затем каждый человек уложил своего верблюда на месте своей стоянки». А если же объединение совершается во время первой молитвы, то разрыв между ними не допускается; если же разрыв произошёл, объединение становится недействительным, и вторая молитва действительна лишь в своё изначальное время. Конец цитаты.
Его слово (وَلَمْ يُصَلِّ بَيْنَهُمَا شَيْئًا) — «и не совершил между ними ничего». В этом указание, что между двумя объединяемыми молитвами ничего не совершается. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: в нашем мазхабе желательны установленные сунны (сунан ратиба), но их совершают после этих двух молитв, а не между ними; сунну молитвы зухр, которая перед ними, совершают перед этими двумя молитвами. Конец цитаты.
Говорит собиратель (да простит его Аллах): желательность установленных сунн в подобном месте требует отдельного доказательства, пусть это будет отмечено. Аллах Всевышний знает лучше.
Хадис передан согласованно (аль-Бухари и Муслимом). Полный его разбор и разъяснение связанных с ним вопросов я привёл перед этой главой, а здесь упомяну то, что там не было упомянуто из вопросов. Итак, скажу:
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): о разногласии учёных относительно постановления об объединении и укорочении молитв на Арафате, в Муздалифе и в Мине:
(Знай): что среди учёных нет разногласия о допустимости объединения молитв зухр и аср на Арафате, и магриб и иша в Муздалифе. Разногласие лишь в том, связано ли это с обрядом (нусук), или с путешествием в общем смысле, или с длительным путешествием. Тот, кто говорит, что это связано с обрядом, — и это верное мнение, — говорит: объединяют жители Мекки, Мины, Арафата и Муздалифы. Тот, кто говорит, что это связано с путешествием в общем смысле, говорит: объединяют все, кроме жителей Муздалифы. А тот, кто говорит, что это связано с длительным путешествием, говорит: жители Мекки, Мины, Арафата и Муздалифы, и все те, чьё расстояние до них меньше расстояния, дающего право на укорочение молитвы, совершают молитву полностью, а укорачивает тот, чьё путешествие продолжительно.
Ибн Кудама (да помилует его Аллах) сказал в «Аль-Мугни», вкратце: объединение допускается для каждого, кто на Арафате, будь он мекканец или иной. Ибн аль-Мунзир сказал: учёные единодушны в том, что имам объединяет между...
Полуденную (зухр) и послеполуденную (аср) молитвы в Арафате, а также [это касается] того, кто молился с имамом. Он сказал: что же касается сокращения молитвы, то это не разрешается жителям Мекки, и так сказал Атаа, Муджахид, аз-Зухри, Ибн Джурайдж, ас-Саури, Яхья аль-Каттан, аш-Шафии, приверженцы мнения (асхаб ар-рай) и Ибн аль-Мунзир.
А аль-Касим ибн Мухаммад, Салим, Малик и аль-Авзаи сказали: им [жителям Мекки] разрешено сокращение, поскольку им разрешено объединение [молитв], и потому им разрешено и сокращение, как и остальным. Конец слов Ибн Кудамы (да помилует его Аллах) в сокращённом виде.
Составитель, — да простит его Аллах Всевышний, — говорит: по-моему, правильным является мнение тех, кто считает узаконенным объединение и сокращение молитв в Арафате и Муздалифе, а также сокращение в дни Мины для каждого, кто вошёл в ихрам для хаджа, будь он путником или нет; ибо Пророк ﷺ объединял и сокращал молитвы вместе с находившимися с ним паломниками и не велел жителям Мекки, ни кому-либо иному совершать молитву полностью, что указывает на то, что это связано с обрядом (нусук).
Что же касается аргумента некоторых, ссылающихся на то, что передал ат-Тирмизи в своём «Джами‘» от Имрана ибн Хусайна (да будет доволен им Аллах), что он ﷺ молился в Мекке двумя рак‘атами и говорил: «О жители Мекки, совершайте молитву полностью, ибо мы — путники», — он сказал: и, как будто, он оставил сообщение им об этом в Мине, полагаясь на то, что было сказано ранее в Мекке.
На это возражают, что хадис слабый, поскольку передан от Али ибн Зейда ибн Джуд‘ана, а он слабый передатчик; и даже если бы он был достоверным, то этот случай был во времена завоевания [Мекки], а история в Мине относится к прощальному хаджу, и было бы необходимо разъяснить это [заново] ввиду отдалённости времени и множества присутствовавших на хадже, которые не присутствовали при завоевании. Подумай об этом со справедливостью.
В итоге, истинным является мнение того, кто сказал, что объединение и сокращение молитв связаны с обрядом, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Второй вопрос): о разногласии учёных относительно решения о молитве магриб до Муздалифы:
Ат-Тирмизи (да помилует его Аллах) сказал после упоминания хадиса, буквально следующее: и практика согласно этому хадису у учёных такова, что не совершают магриб без объединения [с иша]. Хафиз аль-Ираки (да помилует его Аллах) сказал: как будто он имел в виду практику как узаконенность и предпочтительность, а не обязательность и необходимость, ибо они не сошлись на этом единогласно, а разошлись в этом: Суфьян ас-Саури сказал: не совершает их [молитвы], пока не придёт в Джам‘ [Муздалифу], и у него есть отсрочка в этом до половины ночи; если же он совершил их без объединения [в Муздалифе], то повторяет. Так же сказал Абу Ханифа: если он совершил их до Муздалифы, то на нём обязанность повторить, независимо от того, совершил он их до захода вечерней зари или после — на нём обязанность повторить их, когда придёт в Муздалифу. А Малик сказал: никто не совершает их до Джам‘, кроме как по причине [извинительной], и не объединяет их, пока не зайдёт вечерняя заря. А аш-Шафии склонился к тому, что это предпочтительнее, но если кто объединит их во время магриба или во время иша на земле Арафата или в другом месте, либо совершит каждую молитву в своё время, то это допустимо; и так же сказал аль-Авзаи, Исхак ибн Рахавайх, Абу Саур, Абу Юсуф, Ашхаб; и это передал ан-Навави от приверженцев хадиса (асхаб аль-хадис); и так сказал Атаа из числа последователей (табиин), Урва, Салим, аль-Касим, Саид ибн Джубайр; упомянуто это в «аль-Умда».
Составитель, — да простит его Аллах Всевышний, — говорит: наиболее предпочтительным для меня является мнение тех, кто сказал, что нельзя объединять [молитвы] до Муздалифы, а если объединил, то непременно должен повторить; на основании слов Пророка ﷺ, сказанных Усаме ибн Зейду (да будет доволен им Аллах), когда тот спросил его о молитве в пути: «Молитва — впереди тебя», а в другой формулировке: «Место молитвы — впереди тебя», — что разъясняет, что место и время этих двух молитв — при прибытии в Муздалифу, а не до этого.
Имам Ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах) после упоминания вышеприведённых разногласий сказал буквально следующее: слова Пророка ﷺ в этом хадисе: «Молитва — впереди тебя» указывают на то, что никому не разрешается совершать эти две молитвы иначе, как там [в Муздалифе]; и Пророк ﷺ сказал: «Перенимайте от меня свои обряды», и он не совершал эти две молитвы иначе, как в Муздалифе; если у кого-то есть уважительная причина, то, возможно, Аллах простит ему это, а тому, у кого нет уважительной причины, обязательно [считается], что его молитва, совершённая до этого места, не засчитывается, согласно явному смыслу этого хадиса. Конец цитаты, и это очень хорошее исследование, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывной цепи передачи к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3101] (…) — (и передал нам Мухаммад ибн Румх; сообщил нам аль-Лейс от Яхьи ибн Саида, от Мусы ибн Укбы, вольноотпущенника аз-Зубайра, от Курайба, вольноотпущенника Ибн Аббаса, от Усамы ибн Зейда, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ отправился после выезда с Арафата к одному из тех оврагов по своей нужде, и я полил на него воду, и я сказал: «Будешь ли ты молиться?» Он сказал: «Место молитвы — впереди тебя»»).
Передатчики этого иснада — шесть человек:
1 — Мухаммад ибн Румх ибн аль-Мухаджир ат-Туджиби аль-Мисри, упомянут ранее, перед этой главой.
2 — аль-Лейс ибн Са‘д, известный египетский имам, упомянут также ранее, перед этой главой.
3 — Яхья ибн Са‘ид аль-Ансари аль-Мадани, упомянут в предыдущей главе.
Остальные упомянуты до этого.
Его слово (вольноотпущенник аз-Зубайра), то есть ибн аль-Аввама; а выражение хафиза аль-Мизи (да помилует его Аллах) в его «Тухфе»: вольноотпущенник рода аз-Зубайра ибн аль-Аввама, и говорят: вольноотпущенник Умм Халид бинт Халид ибн Саид ибн аль-Аса, супруги аз-Зубайра ибн аль-Аввама; брат Ибрахима ибн Укбы и Мухаммада ибн Укбы; застал Анаса ибн Малика, Сахля ибн Са‘да и Абдуллаха ибн Умара (да будет доволен ими Аллах).
Он также сказал: аль-Вакиди сказал: у Ибрахима, Мусы и Мухаммада, сыновей Укбы, был свой кружок (халька) в мечети Посланника Аллаха ﷺ, и все они были знатоками фикха и хадисоведами, а Муса выносил фетвы. Конец цитаты.
Его слово («Место молитвы — впереди тебя») — «аль-мусалля» с даммой на «м» и фатхой на удвоенной «л»: наречие места, то есть: место, где допустима молитва в эту ночь для паломников, — впереди тебя, то есть перед тобой.
Хадис — согласованный (между аль-Бухари и Муслимом), и полное его разъяснение и рассмотрение его вопросов уже приведено в предыдущем хадисе. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывной цепи передачи к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3102] (…) — (и передал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, сказал: передал нам Абдуллах ибн аль-Мубарак (х), и передал нам Абу Курайб, и формулировка принадлежит ему, [сказал]: передал нам Ибн аль-Мубарак от Ибрахима ибн Укбы, от Курайба, вольноотпущенника Ибн Аббаса, который сказал: «Я слышал Усаму ибн Зейда, говорящего: Посланник Аллаха ﷺ отправился с Арафата, и когда достиг оврага, спустился и помочился, — и Усама не сказал «пролил воду», — он сказал: затем он попросил воды и совершил омовение, не доводя его до полноты. Я сказал: «О Посланник Аллаха, молитва?» Он сказал: «Молитва — впереди тебя». Затем он продолжил путь, пока не достиг Джам‘ [Муздалифы], и совершил магриб и иша»).
Передатчики этого иснада — шесть человек:
1 — Абу Бакр ибн Абу Шейба, упомянут ранее, перед этой главой.
2 — Абдуллах ибн аль-Мубарак, известный имам, упомянут недавно.
3 — Абу Курайб, Мухаммад ибн аль-Аля, один из шейхов группы [составителей шести сборников] без посредника, упомянут также недавно.
4 — Ибрахим ибн Укба ибн Абу Аяш аль-Асади аль-Мадани, вольноотпущенник рода аз-Зубайра, брат Мусы, достойный доверия [6-й разряд].
Передавал от Курайба, Абу аз-Зинада, Урвы ибн аз-Зубайра и других.
От него передавали оба Суфьяна, Ибн аль-Мубарак, Малик, ад-Дарауарди, Мухаммад ибн Исхак и другие.
Ибн аль-Мадини сказал: у него десять хадисов. Ахмад, Яхья и ан-Насаи сказали: достойный доверия. Аль-Галяби передал от Ибн Ма‘ина, что тот сказал: «Ибрахим мне милее, чем Муса». Ад-Даракутни сказал: достойный доверия, в нём нет ничего [предосудительного]. Мус‘аб ибн Абдуллах сказал: у него было достоинство и знание. Ибн Абу Хатим сказал: я спросил своего отца о нём, и он сказал: «Праведный, нет в нём беды». Я спросил: «Можно ли ссылаться на его хадис?» Он ответил: «Его хадис записывается». Ибн Са‘д сказал: достойный доверия, с малым числом хадисов. Абу Дауд сказал: Ибрахим, Муса и Мухаммад, сыновья Укбы, — все достойны доверия. Ибн Хиббан упомянул его в «Достойных доверия».
Автор [настоящего труда], Абу Давуд, ан-Насаи и Ибн Маджах приводят от него [хадисы]. В этой книге у него всего три хадиса — под номером (1280), который он повторил после него, (1336), который он также повторил после него, и (2090).
Остальные два были упомянуты ранее.
Его слово: («ФА-БАЛА, ВА ЛЯМ ЙАКУЛЬ УСАМА: АРАКА-ЛЬ-МА») — то есть он не выразился о мочеиспускании иносказательно словами «пролил воду», а прямо назвал его [своим именем], разъясняя смысл. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: «В этом — передача риваята буквально, а также использование прямых, не завуалированных слов, которые могут показаться грубыми, и не следует заменять их иносказаниями, если возникает необходимость в прямом выражении из опасения путаницы смысла, схожести слов или по иной причине». Конец цитаты (1).
Этот хадис — согласованный (мутафаккун алейхи), и полное рассмотрение его уже было проведено перед предыдущим хадисом. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3103] (…) — «Рассказал нам Исхак ибн Ибрахим, сообщил нам Йахья ибн Адам, рассказал нам Зухайр Абу Хайсама, рассказал нам Ибрахим ибн Укба, сообщил мне Курайб, что он спросил Усаму ибн Зейда: «Как вы поступили, когда ты сидел позади Посланника Аллаха ﷺ вечером [дня] Арафата?» Тот ответил: «Мы пришли к ущелью, в котором люди останавливают [верблюдов] для [молитвы] магриб. Посланник Аллаха ﷺ остановил свою верблюдицу и помочился, — и он не сказал «пролил воду», — затем попросил принести воду для омовения и совершил омовение, не доводя его до полноты. Я сказал: «О Посланник Аллаха, а молитва?» Он ответил: «Молитва — впереди тебя»». Затем он сел верхом, и мы шли, пока не пришли в Муздалифу. Там он велел провозгласить азан для магриба, затем люди остановили [верблюдов] на своих местах, но не развязали [поклажу], пока не была провозглашена [молитва] аль-иша аль-ахира, и он совершил её, после чего они развязали [поклажу]». Я спросил: «А как вы поступили, когда наступило утро?» Он ответил: «Позади него сидел аль-Фадль ибн Аббас, а я отправился пешком вместе с курайшитами, что состязались [в скорости]»».
Передатчики этого иснада — шестеро:
1 — Исхак ибн Ибрахим ибн Рахавайх, о котором говорилось ранее перед [этой] главой.
2 — Йахья ибн Адам ибн Сулейман аль-Куфи, о котором также говорилось ранее перед [этой] главой.
3 — Зухайр Абу Хайсама ибн Муавия ибн Худайдж аль-Джуфи, о котором говорилось недавно.
Остальные упомянуты ранее.
Его слово: («ХИНА РАДИФТА РАСУЛЯ-ЛЛАХИ ﷺ») — с фатхой на «ра» и кясрой на «даль» без точки: то есть «ты сидел верхом позади него».
Его слово: («АШИЙЙАТА АРАФАТ?») — обстоятельство времени к слову «радифта».
Его слово: («АЛляЗИ ЙУНИХУ-н-НАСУ ФИХИ») — с даммой на первой букве настояще-будущего времени, от «инаха» (остановка верблюдов на колени): то есть заставляют опуститься на колени своих верблюдов.
Его слово: («ЛИ-ЛЬ-МАГРИБ») — связано со словом «йунихъ», то есть: они заставляют опуститься на колени своих верблюдов, чтобы совершить там молитву магриб. Это [действие] проистекает из их незнания сунны. В следующем риваяте [сказано]: «Когда он подошёл к перевалу, на котором останавливаются правители…».
Аль-Факихи приводит от Саида ибн Джубайра, который сказал: «Я двинулся вместе с Ибн Умаром от Арафата, и когда мы приблизились к ущелью, в котором халифы совершают молитву магриб, Ибн Умар вошёл в него, стряхнул [пыль с одежды], затем совершил омовение и произнёс такбир, после чего двинулся дальше, пока не прибыл в Джам, где велел провозгласить [азан] и совершил молитву магриб. Когда он произнёс таслим, то сказал: «Молитва», — и затем совершил [молитву] иша»». Основа этого — в [хадисе] о совмещении [молитв] в Джам[е] у Муслима и составителей сборников сунан.
Аль-Факихи также передаёт по пути Ибн Джурайджа, который сказал: Атаа сказал: «Пророк ﷺ взял с собой в качестве седока Усаму. Когда он подошёл к ущелью, в котором халифы сейчас совершают молитву магриб, он спустился, пролил воду [то есть помочился], затем совершил омовение».
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: «Явный смысл этих двух путей [передачи] указывает на то, что халифы совершали молитву магриб у упомянутого ущелья до наступления времени иша, что противоречит сунне о совмещении двух молитв в Муздалифе».
Под «халифами» и «правителями» в этом хадисе подразумеваются Омейяды. Ибн Умар не согласился с ними в этом, и от Икримы передаётся осуждение такого поступка.
Аль-Факихи также передаёт по пути Ибн Абу Наджиха: «Я слышал, как Икрима говорил: «Посланник Аллаха ﷺ сделал это [место] местом мочеиспускания, а вы сделали его местом молитвы»», — как бы осуждая тем самым тех, кто оставил совмещение двух молитв, нарушая в этом сунну. Джабир говорил: «Нет молитвы [магриб и иша], кроме как в Джам[е]». Это передал Ибн аль-Мунзир с достоверным иснадом. Он также передал от куфийцев и от Ибн аль-Касима, ученика Малика, об обязательности повторения [молитвы], а от Ахмада — что если [кто-то] совершил её [раньше], то это засчитывается ему; это же мнение Абу Юсуфа и большинства [учёных]. Так сказано в «аль-Фатх».
Составитель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: ранее было установлено, что более предпочтительным является мнение тех, кто считает обязательным повторение [молитвы] для того, кто совершил её до Муздалифы, поскольку Пророк ﷺ определил Муздалифу местом [совершения] двух молитв в ту ночь, и поэтому недопустимо совершать их до прибытия туда. Прояви проницательность, а Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово: («ВА МА КАЛЯ: АХРАКА-ЛЬ-МА») — то есть Усама не выразился о мочеиспускании иносказательно, а прямо назвал его [своим именем].
Слово «АХРАК[А]»: ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: «с фатхой на «ха»». Конец цитаты.
Составитель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: его слово «с фатхой на «ха»» вызывает сомнение, которое нельзя скрыть, поскольку это противоречит тому, что сказано в книгах по языку. Вот текст из «аль-Мисбах»: ««рака-ль-ма», «ад-дам» и прочее «райкан», по образцу «баа»: «разлился», а переходную форму образуют посредством хамзы, говоря: «аракаху сахибуху» — «он его пролил», действующее лицо — «мурик», а объект действия — «мурак». Хамза заменяется на «ха», и говорят «харакаху», изначальная форма — «харйакаху», по образцу «дахраджаху», поэтому «ха» в форме настояще-будущего времени открывается фатхой, и говорят «юхарикуху», подобно тому как открывается «даль» в «юдахриджуху». Также открывается [фатхой] в форме действующего лица и объекта действия, и говорят «мухарик», «мухарак». Имру-ль-Кайс сказал: «И воистину исцеление моё — слеза проливаемая». Форма повеления: «харик маака» — изначально «харйик», по образцу «дахридж». Иногда объединяют «ха» и хамзу, говоря «ахракаху юхрикуху», с «ха» неподвижной (сакин); [это] подобно тому, как [говорят] «астаа» — «йустиу», как бы хамза добавлена взамен движения «йа» в изначальной форме, и поэтому глагол с этим добавлением не становится пятибуквенным». Конец цитаты (1).
Подобное этому находится и в тексте «аль-Камус», из чего становится ясно, что «АХРАК» произносится с неподвижной (сакин) «ха», а не с фатхой, как сказал ан-Навави. Обрати на это внимание, а Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово: («ТУММА ДАА БИ-ЛЬ-ВАДУ») — с фатхой на «вав», то есть [попросил принести] воду, которой совершают омовение.
Его слово: («ФА-ТАВАДДАА ВУДУАН ЛЕЙСА БИ-ЛЬ-БАЛИГ») — то есть [совершил омовение] лёгким образом, как [сказано] в другом риваяте.
Его слово: («ФА-АКАМА-ЛЬ-МАГРИБ») — то есть велел, чтобы её провозгласили [азаном], а имеется в виду её совершение с азаном и икаматом, а не только с одним икаматом, как это разъяснил хадис Джабира (да будет доволен им Аллах), как мы уже приводили ранее.
Его слово: («ТУММА АНАХА-н-НАСУ ФИ МАНАЗИЛИХИМ») — то есть заставили своих верховых животных опуститься на колени на своих местах. Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: «Имеется в виду, что они поспешили с [молитвой] магриб при прибытии в Муздалифу и совершили её прежде, чем заставили опуститься своих верблюдов на колени,
а затем, покончив с молитвой магриб, заставили их опуститься на колени, но не развязали свои поклажи с них, как сказано в другом риваяте; как бы это [действие с верблюдами] отвлекло бы их внимание своим движением, и они устранили то, что могло отвлечь их внимание. Из этого делается вывод о допустимости незначительного действия между двумя совмещаемыми молитвами». Конец цитаты (1).
Его слово: («ВА ЛЯМ ЙАХУЛЛУ») — аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: «с даммой на «ха»», то есть: они не развязали свои поклажи, и нет никакой возможности [прочитать это] с кясрой на «ха», как это ошибочно предполагает тот, кто не знает [языка]». Конец цитаты.
Составитель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: его слово «и нет никакой возможности [прочитать это] с кясрой на «ха»» означает, что «йахулль» здесь произносится с даммой на «ха», и недопустимо произносить её с кясрой, и это верно, как он сказал. Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал: ««халялту-ль-укда халлян», по образцу «катала», а имя действующего лица — «халляль»». Конец цитаты (2).
Его слово: (пока не совершил последнюю вечернюю молитву /аль-‘иша аль-ахира/). Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: в этом — довод в пользу правильности употребления выражения «аль-‘иша аль-ахира» (последняя вечерняя). Что же касается отрицания этого аль-Асма‘и и другими, и их утверждения, что это — из ошибок простонародья и невозможных оборотов их речи, и что правильно говорить только «аль-‘иша» без определения «аль-ахира», то это их ошибка. Напротив, правильно допускать такое употребление, и этот хадис прямо на это указывает, и множество хадисов подтверждают это. Разъяснение этому уже было дано ясно во многих местах «Книги о молитве». Конец цитаты. Это ценное исследование.
Его слово: (он совершил молитву, затем они спешились) — то есть люди спустили верховых животных и сняли поклажу со спин своих верблюдов.
Его слово: (я спросил: «А как вы поступили, когда наступило утро?» Он ответил: «Аль-Фадль ибн Аббас сел за ним верхом») — аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: из этого явствует, что этот ответ не соответствует тому, о чём его спросили, ведь его спросили о том, как они совершали обряды, а он ответил ему тем, что сообщил о посадке за собой аль-Фадля ибн Аббаса и о своём опережении пешком. Но дело не так — ответ соответствует вопросу, поскольку он сообщил ему о том, что подразумевает их выдвижение из Муздалифы в Мину, как если бы он сказал: «Мы двинулись в Мину». Конец цитаты.
Его слово: (и я двинулся среди опередивших из курайшитов /суббак Курайш/) — с даммой над «син» без диакритических точек и удвоением «ба» с точкой снизу: это множественное число от «сабик» (опередивший), как сказано в «аль-Хуляса»:
«И «фу‘‘аль» для действующего лица и действующей особы… как два описания, подобно «‘азиль» и «‘азиля».
И подобно этому «фу‘‘аль» в том, что делается мужским (родом)… и оба этих (типа) редки в словах, где корневая буква ослаблена».
Смысл: я пошёл среди тех, кто опередил Пророка ﷺ на пути из Муздалифы в Мину. Его слово: (на моих двух ногах /‘аля риджлаййи/) — с удвоением «йа» в форме двойственного числа.
Этот хадис в данном изложении относится к тем, что передал составитель (да помилует его Аллах) в одиночку, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал: [3104] (…) — (Рассказал нам Исхак ибн Ибрахим, сообщил нам Вакиа, рассказал нам Суфьян, от Мухаммада ибн Укбы, от Курайба, от Усамы ибн Зейда: что Посланник Аллаха ﷺ, когда достиг горного перевала /ан-накб/, где останавливаются правители /умара/, спустился, и помочился, — а не сказал «опорожнился» (не употребил иносказательного выражения), — затем попросил воду для омовения, и совершил лёгкое омовение. Я сказал: «О Посланник Аллаха, молитва?» Он сказал: «Молитва — перед тобой»).
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 — (Вакиа) ибн аль-Джарах — упомянут недавно.
2 — (Суфьян) ибн Са‘ид ас-Саври — упомянут недавно также.
3 — (Мухаммад ибн Укба) ибн Абу Аййаш аль-Асади, вольноотпущенник рода аз-Зубайра, мединец, надёжный [6].
Передавал от своего деда по матери Абу Хиббы, Курайба — вольноотпущенника Ибн Аббаса, Мухаммада ибн Абу Бакра ибн Ауфа ас-Сакафи, Йахьи ибн Урвы ибн аз-Зубайра.
От него передавали Ибн Абу аз-Зинад, Вухайб ибн Халид и оба Суфьяна.
Аль-Маймуни передал от Ахмада: Мухаммад ибн Укба, Ибрахим ибн Укба и Муса ибн Укба — братья, надёжные. Абдуллах ибн Ахмад передал от своего отца: «Не знаю о нём ничего, кроме хорошего». Ибн Ма‘ин и ан-Насаи сказали: «надёжен». Абу Хатим сказал: «достойный шейх». Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных», а Ибн Са‘д сказал: «был надёжным».
Составитель, ан-Насаи и Ибн Маджа приводили от него хадисы, и в этой книге у него всего два хадиса в качестве подтверждающих (мутаба‘а) — этот, под номером (1280), и (1336): «Да, и тебе награда», который он повторил после этого.
Остальные упомянуты ранее.
Его слово: (когда достиг горного перевала /ан-накб/) — с фатхой над «нун» и сукуном над «каф»: это дорога в горе, а по другому мнению — расщелина между двумя горами.
Его слово: (где останавливаются правители) — ранее в предыдущем хадисе было сказано, что под ними подразумеваются правители из числа омейядов, и что их поступок противоречит сунне. Сподвижники не согласились с ними, в том числе Ибн Умар, и Икрима осуждал их, говоря: «Пророк ﷺ сделал это место для отправления нужды, а вы сделали его местом молитвы».
Этот хадис в данном изложении относится к тем, что передал составитель (да помилует его Аллах) в одиночку, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал: [3105] (…) — (Рассказал нам Абд ибн Хумайд, сообщил нам Абд ар-Раззак, сообщил нам Ма‘мар, от аз-Зухри, от Атаа, вольноотпущенника Ибн Сиба‘а, от Усамы ибн Зейда, что он сидел позади Посланника Аллаха ﷺ, когда тот отправился с Арафата. Когда он подошёл к горному проходу /аш-ши‘б/, он остановил свою верховую животину, затем пошёл по нужде /аль-гаит/. Когда он вернулся, я полил на него из бурдюка, и он совершил омовение, затем сел верхом, затем прибыл в Муздалифу, и там он совместил закатную и вечернюю молитвы).
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 — (Абд ибн Хумайд) ибн Наср — упомянут двумя главами ранее.
2 — (Абд ар-Раззак) ибн Хаммам аль-Химъяри, их вольноотпущенник, Абу Бакр ас-Сан‘ани, надёжный, хафиз, ослеп в конце жизни и изменился, был приверженцем шиизма [9] (умер 111 г.) (входит во все шесть сборников) — упомянут в «Мукаддиме» 4/18.
3 — (Ма‘мар) ибн Рашид аль-Азди, их вольноотпущенник, Абу Урва аль-Басри, переселившийся в Йемен, надёжный, твёрдый, из крупных [7] (умер 154 г.) (входит во все шесть сборников) — упомянут в «Мукаддиме» 4/18.
4 — (аз-Зухри) Мухаммад ибн Муслим — упомянут тремя главами ранее.
5 — (Атаа, вольноотпущенник Ибн Сиба‘а) — с кясрой над «син» без диакритических точек и облегчённым (без удвоения) «ба» с точкой снизу —
это: Атаа ибн Йакуб аль-Мадани, вольноотпущенник Ибн Сиба‘а. Говорили, что у него было личное видение (Пророка ﷺ), надёжный [3].
В «Тахзибе» сказано: правильно, что он не является аль-Кайхарани. Передавал от Усамы ибн Зейда, от него передавали аз-Зухри и Абу аз-Зубайр. Ан-Насаи сказал: «надёжен». Муслим передал от него один хадис в разделе о хадже.
Абдуллах ибн Манда передал в своей «Истории» от аль-Лейса ибн Мам‘ада, который сказал: Атаа, вольноотпущенник Ибн Сиба‘а, не поднимал головы к небу, а Пророк ﷺ гладил его по голове. Это привёл Абу Муса в «Приложении к сподвижникам» и сказал: Ибн Манда не упоминал его, а Муслим упомянул его в первом разряде мединцев. Конец цитаты.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал в своём «Толковании»: его слово «вольноотпущенник Сиба‘а» — так это встречается в большинстве списков: «Атаа, вольноотпущенник Сиба‘а», а в некоторых списках — «вольноотпущенник Умм Сиба‘а», и оба варианта противоречат известному в этом (имени). Известное же — «Атаа, вольноотпущенник Ибн Сиба‘а», так его упомянул аль-Бухари в своей «Истории», Ибн Абу Хатим в своей книге «аль-Джарх ва-т-та‘диль», Халаф аль-Васити в «аль-Атраф», аль-Хумайди в «аль-Джам‘ байна-с-Сахихайн», ас-Сам‘ани в «аль-Ансаб» и другие. Это Атаа ибн Йакуб, а по другой версии — Атаа ибн Нафи‘. Среди тех, кто упомянул оба варианта имени его отца: аль-Бухари, Халаф и аль-Хумайди, а Ибн Абу Хатим, ас-Сам‘ани и другие ограничились тем, что он — «Атаа ибн Йакуб». Все они говорили: и он — Атаа аль-Кайхарани — с фатхой над «каф», сукуном над «йа» и точкой над «ха» (харф «ха» с точкой) — его также называют аль-Каухарани, и сошлись на том, что это относится к местности в Йемене. Так сказало большинство. Абу Са‘д ас-Сам‘ани сказал: это селение в Йемене, называемое Кайхаран. Яхья ибн Ма‘ин сказал: этот Атаа — надёжен. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах).
Составитель (да простит ему Аллах) говорит: так сказал ан-Навави — что Атаа ибн Йакуб есть Атаа аль-Кайхарани, и передал это от группы (учёных), однако это отверг хафиз аль-Мизи, сказав в биографии этого Атаа ибн Йакуба: «правильно, что он не является аль-Кайхарани», а в биографии Атаа ибн Нафи‘ аль-Кайхарани сказал: «и он не есть Атаа ибн Йакуб, вольноотпущенник Ибн Сиба‘а аль-Мадани».
Разграничили их Ахмад ибн Ханбаль, Али ибн аль-Мадини, Муслим ибн аль-Хаджжадж и другие, а аль-Бухари счёл их одним лицом, и за ним в этом последовали Абу Хатим ар-Рази и другие, и это считается одной из его ошибок. Конец слов хафиза аль-Мизи (да будет милостив к нему Аллах) (1), и это — ценное исследование.
Этим хадисом составитель делится только один раз.
«Усама ибн Зейд» (да будет доволен им Аллах) упомянут перед ним.
Его слово (إلى الغائط — «к нужному месту»): аль-Фаюми (да будет милостив к нему Аллах) сказал: «аль-гаит» — это низменное, обширное место на земле, множественное число — «гийтан», «агват» и «гут». Затем слово «аль-гаит» стало применяться к тому нечистому, что выходит из человека, из отвращения к называнию этого его собственным именем, поскольку люди справляли свои нужды в таких низменных местах, и это перенос по смежности (маджаз аль-муджавара), затем в этом расширили значение, так что произвели от него глагол, говоря: «человек отправился по нужде» (тагаввата аль-инсан). Ибн аль-Кутыйя сказал: «гата фи-ль-ма гаутан» — «погрузился в воду», и отсюда «аль-гаит». Конец (2).
Его слово (من الإداوة — «из сосуда для воды») — с кясрой над хамзой: небольшой сосуд для омовения, множественное число — «адава» с фатхой над «вав» (3).
Его слово (ثم أتى المزدلفة — «затем прибыл в Муздалифу»): в одной из версий — «пока не прибыл в Муздалифу».
Этот хадис в данном изложении относится к тем, что передал только составитель (да будет милостив к нему Аллах), а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3106] (1286) — (Рассказал мне Зухайр ибн Харб, [сказав]: рассказал нам Язид ибн Харун, [сказав]: сообщил нам Абд аль-Малик ибн Абу Сулейман от Атаа, от Ибн Аббаса: что Посланник Аллаха ﷺ двинулся с Арафата, а Усама сидел позади него верхом. Усама сказал: он всё продолжал двигаться в своём обычном состоянии (4), пока не прибыл в Джам).
(2) «Аль-Мисбах аль-Мунир» 2/457.
(3) «Аль-Мисбах аль-Мунир» 1/9.
(4) В одной из версий — «в своём спокойном состоянии».
Передатчики этого иснада — шесть человек:
1 — (Зухайр ибн Харб) — упомянут перед предыдущей главой.
2 — (Язид ибн Харун) — упомянут в предыдущей главе.
3 — (Абд аль-Малик ибн Абу Сулейман) Майсара аль-Арзами, куфиец, надёжный передатчик [5] (умер в 145 г.) (аль-Бухари в «Сахихе» частично, Муслим, четверо) — упомянут в «Книге веры», 83/442.
4 — (Атаа) ибн Абу Рабах Аслам аль-Макки, знаток фикха — упомянут перед предыдущей главой.
5 — (Ибн Аббас) Абдуллах, толкователь Корана, море знания (да будет доволен им Аллах) — также упомянут перед предыдущей главой.
А «Усама ибн Зейд» (да будет доволен им Аллах) упомянут перед ним.
Разбор хадиса:
(От Ибн Аббаса) (да будет доволен им Аллах) (что Посланник Аллаха ﷺ двинулся с Арафата) — то есть отправился оттуда. Аль-Фаюми (да будет милостив к нему Аллах) сказал: «люди двинулись с Арафат» означает — они отправились оттуда, и каждое такое движение называется «ифада», а «они двинулись из Мина в Мекку в день жертвоприношения» означает — они вернулись туда, отсюда и «тавваф аль-ифада», то есть обход, совершаемый при возвращении из Мина в Мекку. Конец (1). (А Усама сидел позади него верхом) — с кясрой над «ра» и сукуном над «даль», то есть верхом позади него, и это предложение стоит в винительном падеже как обстоятельство образа действия действующего лица. (И не) — отрицательная частица (переставал двигаться в своём обычном состоянии) — с фатхой над «ха», затем неогласованная «я», затем «хамза»: то есть в том своём состоянии величавости и спокойствия, в котором он находился, — и это подобно тому, как он ﷺ приказал своим спутникам делать то же самое, когда услышал позади себя сильный окрик, удары и звуки, издаваемые верблюдами, и он указал на них своей плетью и сказал: «О люди, придерживайтесь спокойствия, ибо благочестие не в спешке», — передал аль-Бухари, а в риваяте ан-Насаи: «О люди, придерживайтесь спокойствия и величавости, ибо благочестие не в понукании верблюдов», то есть не в их ускорении.
В некоторых версиях вместо «хайатихи» встречается «хинатихи» — с кясрой над «ха» и «я», после которых идёт «нун», и это близко по смыслу к первому варианту. Аль-Фаюми (да будет милостив к нему Аллах) сказал: «он шёл на своём хине» означает — двигался неторопливо, без спешки, и первоначальная буква в этом слове — «вав». Конец (3).
(2) В одной из версий — «в своём спокойном состоянии».
(3) «Аль-Мисбах» 2/643.
[Если скажешь]: этот риваят указывает на то, что он ﷺ, отправляясь с Арафата, двигался спокойно, а другой риваят указывает на то, что он двигался быстрым шагом (насс), то есть ускоренно, — как же согласовать между ними?
[Отвечается]: между ними нет противоречия, ибо он ﷺ двигался ходом «аль-унук», то есть шёл, не ускоряясь чрезмерно, а когда находил свободное пространство, ускорялся (насс). Этот же риваят разъясняет то, каким образом он двигался, когда не находил свободного пространства. Прими это к сведению, а Аллах Всевышний знает лучше.
(Пока не прибыл в Джам) — с фатхой над «джим» и сукуном над «мим»: то есть в Муздалифу, названную «Джам», поскольку в ней сошлись вместе Адам и Хавва, и он приблизился («аздалафа») к ней, то есть подошёл близко. Передано от Катады, что она была названа «Джам», поскольку в ней объединяются две молитвы. Говорят также, что она была описана по действию её людей, поскольку они собираются в ней и приближаются к Аллаху, то есть ищут близости к Нему стоянием там. А названа она «Муздалифа» либо из-за собрания людей в ней, либо из-за их приближения к Мина, либо из-за того, что люди все вместе приближаются оттуда, либо из-за остановки в ней в каждый промежуток ночи («зульфа»), либо потому, что она — стоянка и близость к Аллаху, либо из-за приближения Адама к Хавве там, — сказано в «Фатхе» (1), а Аллах Всевышний знает лучше.
Этот хадис относится к тем, что передал только составитель (да будет милостив к нему Аллах), извлечён здесь [44/3106] (1286), а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал: [3107] (…) — (И рассказали нам Абу ар-Рабиа аз-Зухрани и Кутайба ибн Саид, оба от Хаммада ибн Зейда. Абу ар-Рабиа сказал: рассказал нам Хаммад, [сказав]: рассказал нам Хишам от своего отца, который сказал: спросили Усаму, а я присутствовал, — или сказал: я спросил Усаму ибн Зейда, — а Посланник Аллаха ﷺ посадил его верхом позади себя с Арафат. Я спросил: как двигался (2) Посланник Аллаха ﷺ, когда он двинулся с Арафата? Он ответил: он двигался ходом «аль-унук», а когда находил свободное пространство, ускорялся («насс»).)
(2) В одной из версий — «каким было движение Посланника Аллаха ﷺ».
Передатчики этого иснада — шесть человек:
1 — (Абу ар-Рабиа аз-Зухрани) Сулейман ибн Дауд — упомянут недавно.
2 — (Кутайба ибн Саид) — упомянут перед предыдущей главой.
3 — (Хаммад ибн Зейд) — также упомянут недавно.
4 — (Хишам) ибн Урва — упомянут три главы назад.
5 — (Его отец) Урва ибн аз-Зубайр — также упомянут три главы назад.
А «Усама» упомянут перед ним.
Разбор хадиса:
От Хишама ибн Урвы (от своего отца) Урвы ибн аз-Зубайра (да будет милостив к нему Аллах), который сказал: (спросили Усаму) то есть ибн Зейда (да будет доволен им Аллах) (а я присутствовал) — это предложение стоит в винительном падеже как обстоятельство образа действия по отношению к «Усама» (или) — частица, выражающая сомнение передатчика (сказал) Урва: (я спросил Усаму ибн Зейда) (да будет доволен им Аллах) (а Посланник Аллаха ﷺ посадил его верхом позади себя) то есть посадил его сзади себя (с Арафат). Его слово (я спросил) — это разъяснение вопроса: (как двигался (1) Посланник Аллаха ﷺ) — так в некоторых версиях, «двигался» в форме настояще-будущего времени, а в других встречается «движение Посланника Аллаха ﷺ» в форме отглагольного имени, добавленного к «Посланник Аллаха ﷺ», (когда он двинулся) то есть отправился (с Арафата? Он ответил) Усама: («он двигался ходом «аль-унук»») — с фатхой над «айн» и «нун»: это ход между медлительным и быстрым, — сказано в «аль-Машарик»: это лёгкий ход при [некоторой] скорости. Аль-Каззаз сказал: «аль-унук» — быстрый ход, а также говорят, что это движение, при котором шея животного колеблется. В «аль-Фаик» сказано: «аль-унук» — широкий шаг, а винительный падеж слова «аль-унук» — как отглагольное дополнение особого типа (масдар нау‘и), подобно выражению «вернулся пятясь назад» («каккара»).
(А когда находил свободное пространство) — с фатхой над «фа» и сукуном над «джим»: обширное место между двумя предметами. Абу Мусаб, Яхья ибн Букайр и другие передали от Малика с формулировкой «фурджа» — с даммой над «фа» и сукуном над «ра», что по смыслу совпадает с «фаджва», (ускорялся) — с фатхой над «нун» и удвоением «сад» — то есть спешил. Абу Убайд сказал: «насс» — это побуждение животного двигаться, пока...