(2) - Глава: его слово, ﷺ: «Отдавайте предписанные доли их обладателям, а то, что останется, — для наиболее близкого мужчины»
По непрерывному иснаду, восходящему к автору, да помилует его Аллах, в начале книги сказано:
[4134] (1615) - Рассказал нам Абд аль-Аля ибн Хаммад — он ан-Нарсиси — рассказал нам Вухайб от Ибн Тавуса, от его отца, от Ибн Аббаса, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Отдавайте предписанные доли их обладателям, а то, что останется, — для наиболее близкого мужчины».
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 - Абд аль-Аля ибн Хаммад ан-Нарсиси, аль-Бахили, вольноотпущенник их рода, Абу Йахйа аль-Басри, надёжный (сиках), из старших [10-го разряда] (умер в 6-м или 237-м году) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи), упоминался ранее в «Книге веры», 27/221.
2 - Вухайб ибн Халид ибн Аджлян аль-Бахили, вольноотпущенник их рода, Абу Бакр аль-Басри, надёжный, твёрдый в передаче, в конце жизни немного изменился [7-го разряда] (умер в 165-м году или позже) (все шесть авторов сборников), упоминался ранее в «Толковании введения», т. 2, с. 413.
3 - Ибн Тавус — это Абдуллах, Абу Мухаммад аль-Йамани, надёжный, достойный, благочестивый [6-го разряда] (умер в 132-м году) (все шесть авторов сборников), упоминался ранее во «Введении», 4/18.
4 - Его отец — Тавус ибн Кайсан аль-Химъяри, вольноотпущенник их рода, Абу Абд ар-Рахман аль-Йамани, надёжный, знаток фикха, достойный [3-го разряда] (умер в 106-м году или позже) (все шесть авторов сборников), упоминался ранее во «Введении», 4/18.
5 - Ибн Аббас, да будет доволен им и его отцом Аллах, упоминался недавно.
Разбор хадиса:
\Его слово (от Ибн Аббаса), да будет доволен им и его отцом Аллах: сказал в «Фатхе»: говорят, что Вухайб единолично передал его с непрерывным иснадом (васль), а ас-Саури передал его от Ибн Тавуса, не упомянув Ибн Аббаса, а передав в виде мурсаль. Это привёл ан-Насаи, и ат-Тахави, причём ан-Насаи указал на предпочтительность версии с обрывом (ирсаль), а у авторов двух «Сахихов» предпочтение получила версия с непрерывным иснадом (васль), в силу того, что Рух ибн аль-Касим следует в передаче за Вухайбом у них обоих, и Йахйа ибн Аюб — у Муслима, и Зияд ибн Саад, и Салих — у ад-Даракутни. Относительно Ма‘мара мнения разошлись: Абд ар-Раззак передал от него с непрерывным иснадом, это привели Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи и Ибн Маджа, а Абдуллах ибн аль-Мубарак передал от Ма‘мара и от ас-Саури обоих в виде мурсаль, это привёл ат-Тахави. Возможно, что риваят Ма‘мара был отнесён к риваяту ас-Саури. А оба они (аль-Бухари и Муслим) признали его достоверным, поскольку ас-Саури, хотя он более твёрд в памяти, чем прочие, но многочисленность передатчиков превосходит его одного; а когда сталкиваются версия с непрерывным иснадом и версия-мурсаль, и ни одному из двух путей не отдано явное предпочтение, то версия с непрерывным иснадом получает приоритет. Конец цитаты. Это ценное исследование, и Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово: «Отдавайте предписанные доли их обладателям» — под «предписанными долями» здесь подразумеваются установленные доли в Книге Аллаха Всевышнего, а именно: половина, половина от неё, половина половины от неё, две третьих, половина от них, и половина половины от них. А под «их обладателями» подразумеваются те, кто имеет право на них по прямому тексту Корана. В риваяте Руха ибн аль-Касима от Ибн Тавуса встречается: «Делите имущество между обладателями предписанных долей согласно Книге Аллаха», то есть согласно тому, что Он ниспослал в Своей Книге, — сказано в «Фатхе».
Сказал аль-Куртуби, да помилует его Аллах: «Предписанные доли» — множественное число от «предписанная доля», а корень «фард» означает отсечение. Артикль в слове «аль-фараид» указывает на определённость, так как имеются в виду доли, установленные в Книге Аллаха Всевышнего, а их шесть: половина, четверть, восьмая часть, две третьих, треть и шестая часть.
Половина является долей пятерых: дочери по прямой линии, дочери сына, полнородной сестры, сестры по отцу, и супруга, причём во всех этих случаях — если они одиноки и нет тех, кто заслоняет их от этой доли.
Четверть — доля супруга при наличии заслоняющего наследника, и доля супруги или супруг при его отсутствии.
Восьмая часть — доля супруги или супруг при наличии заслоняющего наследника.
Две третьих — доля четверых: двух и более дочерей по прямой линии, или дочерей сына, или полнородных сестёр, или сестёр по отцу, причём во всех этих случаях — если они одиноки и нет тех, кто заслоняет их от этой доли.
Треть — доля двух категорий: матери при отсутствии ребёнка, ребёнка сына, и отсутствии двух и более братьев и сестёр; и доля двух и более детей матери (по матери), и это составляет треть всего имущества.
Что касается «трети от остатка», то это относится к матери в случае: супруг или супруга и оба родителя, — тогда мать получает треть от остатка; и в вопросах деда с братьями, если среди них есть обладатель определённой доли, и треть от остатка более выгодна для него.
Шестая часть — доля семерых: доля каждого из родителей и деда при наличии ребёнка или ребёнка сына; доля бабушки и бабушек при их совместном наличии; доля дочерей сына при наличии дочери по прямой линии; доля сестёр по отцу при наличии полнородной сестры; и доля одного из детей матери, будь то мужчина или женщина.
Все эти предписанные доли взяты из Книги Аллаха Всевышнего, за исключением доли бабушек, которая взята из сунны. Таковы обладатели предписанных долей, которым Пророк ﷺ велел разделить имущество, когда сказал: «Делите имущество между обладателями предписанных долей», а это и есть смысл его слов: «Отдавайте предписанные доли их обладателям». Конец слов аль-Куртуби, да помилует его Аллах, и это полезное исследование, а Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово: «А то, что останется» — в следующем риваяте Руха: «а то, что она оставила», то есть сохранила. «Для наиболее близкого мужчины» — в следующем риваяте Руха: «то для наиболее близкого мужчины», а слово «авля» — с фатхой над «хамзой» и «лям», между ними стоящая «вав» с сукуном — это форма превосходной степени от корня «аль-валй» (с сукуном над «лям»), означающего близость; то есть для того, кто оказывается ближе по родству к наследодателю, а не имеется в виду здесь «наиболее заслуживающий».
Айад передал, что в риваяте Ибн аль-Хаддаа от Ибн Махана встречается: «то для наиболее близкого» — с буквами «даль» и «нун», что означает то же самое — наиболее близкий.
Сказал ан-Навави: учёные сказали: под «наиболее близким мужчиной» подразумевается наиболее близкий по родству мужчина, произведено от «аль-валй» с сукуном над «лям», по образцу слова «ар-рамй», что означает близость, а не имеется в виду здесь под словом «авля» — «наиболее заслуживающий», в отличие от их выражения «человек более достоин своего имущества»; ведь если бы здесь имелось в виду «наиболее заслуживающий», то это было бы бессмысленно, поскольку мы не знаем, кто является наиболее заслуживающим. А его слово ﷺ «мужчины, мужского пола» описывает мужчину тем, что он мужского пола, указывая на причину его права наследования, а именно на мужской пол, который является причиной агнатского родства (асаба) и причиной предпочтения в наследовании; поэтому мужчине определена доля, равная доле двух женщин. А мудрость этого в том, что на мужчин возлагаются многочисленные расходы: содержание семьи, гостей, невольников, посетителей, помощь просящим, покрытие убытков и прочее. И Аллах знает лучше. Конец цитаты.
Сказал хафиз Ибн Раджаб, да помилует его Аллах: что касается его слова ﷺ «для наиболее близкого мужчины, мужского пола», хотя мужчина не может быть иначе как мужского пола, то правильный ответ на это состоит в том, что слово «рагуль» (мужчина) иногда употребляется в значении «человек, личность» в целом, как в его словах: «кто нашёл своё имущество у человека, объявленного банкротом», — и здесь нет разницы, найдёт ли он его у мужчины или у женщины. Поэтому уточнение словом «мужского пола» устраняет эту возможность и закрепляет смысл именно за мужчиной, а не за женщиной, что и является целью. Точно так же слово «ибн» (сын): поскольку оно иногда употребляется в значении более общем, чем «мужской ребёнок», как в выражении «ибн ас-сабиль» (путник), пришло уточнение «ибн лябун» (двухлетний верблюжонок мужского пола) в нормах закята с уточнением «мужского пола». Конец цитаты.
В «Фатхе» он сказал: аль-Хаттаби сказал: смысл таков: ближайший мужчина из числа асабов. Ибн Баттааль сказал: под «наиболее достойным мужчиной» подразумевается, что мужчины из числа асабов, идущие после обладателей доль (фараид), — если среди них есть более близкий к покойному, он получает право предпочтения перед более далёким; если же они равны по степени, то делят наследство между собой. Он сказал: в этом хадисе не имеются в виду те, кто восходит к покойному через отцов и матерей, например, поскольку среди них никто не обладает преимуществом перед другим, если они равны по степени родства. Так сказал Ибн аль-Мунайр.
Ибн ат-Тин сказал: имеется в виду тётка по отцу (‘амма) в сравнении с дядей по отцу (‘амм), дочь брата в сравнении с сыном брата, дочь дяди по отцу в сравнении с сыном дяди по отцу. Из этого исключаются полнородный брат и сестра или брат и сестра по отцу, ибо они наследуют по прямому указанию слов Всевышнего: «А если они — братья, мужчины и женщины, то мужчине достаётся доля, равная доле двух женщин» (сура «Ан-Ниса», 176). Исключается из этого и тот, кто отстраняется от наследования (махджуб), как брат по отцу при наличии дочери и полнородной сестры. Также исключаются брат и сестра по матери — согласно словам Всевышнего: «то каждому из них двоих — одна шестая» (сура «Ан-Ниса», 12). Передан иджма' о том, что здесь имеются в виду братья по матери.
Что касается его слов («мужчина мужского пола» — رَجُلٍ ذَكَرٍ), в «Фатхе» сказано: так во всех риваятах, но у знатоков фикха, таких как автор «Нихайи» и его ученик аль-Газали, встречается формулировка: «то наиболее достойному из асабов мужского пола» (فلأولى عصبة ذكر). Ибн аль-Джаузи и аль-Мунзири сказали: эта формулировка не является достоверно сохранённой (махфуза). Ибн ас-Салах сказал: она далека от правильности с точки зрения языка, не говоря уже о риваяте, ибо слово «‘асаба» в языке — имя для множества, а не для единичного лица. Так он сказал. Хафиз (Ибн Хаджар) сказал: очевидно, что это имя рода (исм джинс), и на это указывает то, что встречается в некоторых путях передачи хадиса Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) у аль-Бухари: «пусть наследуют его асабы, кто бы они ни были».
Ибн Дакык аль-‘Ид сказал: возникло затруднение в том, что сёстры превращают дочерей в асабов [делая их наследующими остаток], а хадис требует условия мужского пола для асаба, имеющего право на остаток после [распределения] доль.
Ответ: это выводится путём указания на подразумеваемое (мафхум), а относительно того, есть ли у него обобщение, существуют разногласия; и даже если принять это, оно уточняется хадисом, указывающим на то, что сёстры делают дочерей асабами.
Также возникло затруднение по поводу использования слова «мужского пола» (ذَكَر) после слова «мужчина» (رجل). Аль-Хаттаби сказал: повторение сделано для разъяснения качества мужского пола, чтобы было известно: если асаб — например, дядя по отцу или сын дяди по отцу, — и с ним есть его сестра, то сестра не наследует, и имущество не делится между ними по принципу «мужчине доля двух женщин».
На это возразили, что это уже очевидно из слова «мужчина», и затруднение остаётся, — за исключением того, что его слова сводятся к тому, что это для усиления (та’кид), и это утверждали и другие, как Ибн ат-Тин, который сказал: подобно этому выражение «верблюжонок мужского пола» (ابن لبون ذكر). Аль-Куртуби же отверг это, сказав: говорят, что это словесное усиление, но это возражается тем, что арабы усиливают лишь там, где это даёт пользу — либо утверждение смысла в душе, либо устранение предположения о переносном значении, а здесь этого нет.
Другой сказал: это усиление относится к тому, с чем связано постановление, а именно к мужскому полу; ибо словом «мужчина» может подразумеваться значение доблести и силы в деле. Сибавайх передал: «я прошёл мимо мужчины, чей отец — истинный мужчина» (مررت برجل رجل أبوه). Поэтому речь нуждалась в дополнительном усилении словом «мужского пола», чтобы не подумали, что имеется в виду именно достигший [зрелости], а не иначе. Некоторые сказали: из опасения, что словом «мужчина» подумают о лице (шахс) вообще, которое включает и мужчин, и женщин.
Ибн аль-Араби сказал: в слове «мужского пола» — [указание на то, что] полное завладение наследством возможно только для мужчины, а не для женщины. И не противоречит этому мнение тех, кто говорит, что дочь забирает всё имущество, ибо она забирает его по двум различным причинам, тогда как полное завладение специфично для одной причины, а таковой является только мужской пол. Поэтому он обратил внимание на это упоминанием мужского пола. Он сказал: не всякий претендующий [на знание] это осознаёт.
Некоторые сказали: это предостережение от гермафродита (хунса) в обоих местах, так что хунса не берётся в расчёт при закяте, и хунса не получает всё имущество, если остаётся один.
Некоторые сказали: это для внимания к роду. Некоторые сказали: для указания на совершенство в этом, подобно тому как говорят «женщина женского пола» (امرأة أنثى). Некоторые сказали: чтобы отвергнуть предположение о том, что женщина участвует вместе с ним, чтобы не было понято по принципу преобладания (таглиб). Некоторые сказали: это упомянуто для обращения внимания на причину права [на наследство] через асабию и на причину предпочтения в наследовании, поэтому мужчине была назначена доля, равная доле двух женщин, а мудрость этого в том, что на мужчин возлагаются расходы: содержание семьи, гостей, помощь просящим, милосердие к нищим, несение убытков и прочее. Так сказал ан-Навави, а до него — кадий Ийад, который сказал: говорят, это в смысле специфики мужчин в отношении асабии благодаря мужскому полу, которым обусловлено попечение над женщинами. Основа этого — у аль-Мазари, который, приведя затруднение по поводу того, что встречается здесь — «мужчина мужского пола», а в закяте — «верблюжонок мужского пола», сказал: мне представляется очевидным, что правило шариата в закяте — переход от одного возраста к более высокому и от одного числа к большему. И вот в двадцати пяти [верблюдицах] назначена [сначала] бинт махад, а затем более высокий возраст — ибн лабун, так что может показаться, что это противоречит правилу и что оба возраста подобны одному, поскольку ибн лабун старше по возрасту, но ниже по ценности. Поэтому [Пророк ﷺ] обратил внимание словом «мужского пола» на то, что мужской пол снижает его ценность, так что он становится равным бинт махад, хотя она младше его по возрасту. А что касается наследства, то это потому, что известно: мужчины — те, кто ведёт дела, и в них заключён смысл асабии, и арабы придают им значение, которого не придают женщинам. Поэтому он выразился словом «мужского пола», указывая на причину, из-за которой это специфично для него. Оба случая совпадают в том, что причина обозначения каждого из них словом «мужского пола» — это обращение внимания, но то, на что обращается внимание, различно в обоих случаях: в отношении ибн лабуна — указание на недостаток, а в отношении мужчины — указание на превосходство. Это резюмировал аль-Куртуби и одобрил.
Некоторые сказали: это определение к слову «наиболее достойный» (أَوْلَى), а не к слову «мужчина» (رجل). Это сказал ас-Сухайли, и он долго это обосновывал и этим похвалялся, говоря: этот хадис — основа в науке о разделе наследства (фараид), и в нём есть затруднение. Люди, или большинство из них, восприняли его так, что нельзя приписать это тому, кому были дарованы всеобъемлющие речи (джавами‘ аль-калим) и для кого речь была максимально сокращена. Они сказали: это определение к слову «мужчина», но это неверно из-за отсутствия пользы, ибо невозможно представить, что мужчина (раджуль) не является мужского пола [по определению]. Его речь слишком возвышенна, чтобы содержать пустое наполнение, не приносящее пользы и не связанное с постановлением. И если бы было так, как они утверждают, это уменьшило бы понимание (фикх) хадиса, ибо в нём не было бы разъяснения постановления о ребёнке, не достигшем возраста мужественности, — тогда как есть согласие, что наследство причитается ему, даже если он всего лишь часовой младенец; и не было бы пользы в специфическом выделении достигшего [зрелости] в отличие от малолетнего. Он сказал: хадис приведён лишь для разъяснения того, кто из родственников заслуживает наследство после обладателей долей, и если бы было так, как они утверждают, не было бы в нём разграничения между родством по отцу и родством по матери.
Он сказал: если это установлено, то его слова «наиболее достойный мужчина мужского пола» означают близкого по родству по мужской линии, по стволу (сульб), а не по чреву и утробе. Таким образом, «наиболее достойный» здесь — это опекун (вали) покойного, и оно присоединено к нему по смыслу, а не по форме; по форме же оно присоединено к родству, то есть к стволу. Поэтому он выразил ствол словами «наиболее достойный мужчина», ибо ствол не может быть иначе как мужчиной. Тем самым словами «наиболее достойному мужчине» он дал понять об отрицании наследства для того, кто наиболее достоин по линии матери, как дядя по матери (халь), а словами «мужского пола» он дал понять об отрицании наследства для женщин, даже если они восходят к покойному по мужской линии (сульб), ибо они — женского пола.
Он сказал: причина затруднения имеет два аспекта:
Первый: поскольку слово стояло в родительном падеже (мадфуд), его приняли за определение к слову «мужчина», а если бы оно было в именительном падеже, затруднения не возникло бы, — как если бы сказали: «то его наследник — наиболее достойный мужчина мужского пола» (в именительном падеже).
Второй: оно пришло в форме превосходной степени (аф‘аль), и эта форма, когда подразумевает предпочтение, представляет часть того, к чему присоединяется, — как говорят «такой-то — самый знающий человек» (أعلم إنسان), что означает «самый знающий из людей». Поэтому предположили, что под «наиболее достойным мужчиной» подразумевается «наиболее достойный из мужчин», но это не так; это, скорее, «наиболее достойный [покойного]» с присоединением по родству, и «наиболее достойный по стволу» с присоединением по нему, как говорят: «он — твой брат, брат по благополучию, а не брат по беде». Он сказал: таким образом, «наиболее достойный» в хадисе подобно «опекуну» (вали).
[Если скажут]: как оно присоединяется к единичному, не будучи его частью?
[Ответ]: если его смысл — «ближайший по родству», то присоединение (изафет) допустимо, даже если он не является его частью, подобно его слову ﷺ о почитании родителей: «почитай свою мать, затем своего отца, затем того, кто ближе к тебе». Он сказал: и согласно этому в этой краткой речи содержится такая прочность и обилие смыслов, каких нет в другой. Хвала Аллаху, который направил и помог. Конец его слов.
Ибн Хаджар сказал: и это не лишено неясности, и аль-Кирмани резюмировал это, сказав:
«Мужчина» (ذَكَرٍ) — определение к слову «наиболее достойный» (أَوْلَى), а не к слову «мужчина» (رجل); а «наиболее достойный» означает «самый близкий, ближайший». Как если бы он сказал: это принадлежит ближайшему родственнику покойного — мужчине, состоящему в родстве по мужской, прямой линии, а не по линии утробы и материнского родства. Так «наиболее достойный» по смыслу присоединяется (в изафет) к покойному, а упоминанием слова «мужчина» указывается на первенство. Этим отвергается наследование того «наиболее достойного», кто относится к материнской линии, как дядя по матери, а словом «мужчина» отвергается наследование женщин через агнатское родство, даже если они относятся к тем, кто связан с покойным по прямой мужской линии. Конец.
Ибн Хаджар сказал: и я привёл это так, как нашёл, и не опустил из этого ничего, кроме примеров, которыми он излишне удлинил речь, и длинных фраз, которыми он похвалялся из-за того, что ему показалось из этого. А знание — у Аллаха Всевышнего. Конец слов Ибн Хаджара (да помилует его Аллах) (1).
Ибн Раджаб (да помилует его Аллах) указал на несостоятельность приведённых выше слов ас-Сухайли, сказав следующее: у ас-Сухайли есть речь об этом хадисе, в которой содержится сильная натянутость и чрезмерное усердие, и нет в этом пользы, и группа тех, кого мы застали, возразила ему на это. Конец (2). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Вопрос первый): этот хадис Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) передан согласованно (аль-Бухари и Муслим).
(Вопрос второй): о его источниках:
Передал его составитель здесь [2/4134, 4135, 4136 и 4137] (1615), а также аль-Бухари в «Книге о наследстве» (6732, 6735, 6737, 6746), Абу Дауд в своём «Сунане» (2898), ат-Тирмизи в своём «Джами‘» (2098), ан-Насаи в «аль-Кубра» (4/71), Ибн Маджа в своём «Сунане» (2740), Абд ар-Раззак в своём «Мусаннафе» (10/249), Ибн Абу Шейба в своём «Мусаннафе» (6/250), Ахмад в своём «Мусанаде» (1/292, 313, 325), Саид ибн Мансур в своём «Сунане» (1/118), Абу Аваана в своём «Мусанаде», Ибн аль-Джаруд в «аль-Мунтака» (1/240, 3/437), аль-Хаким в «аль-Мустадрак» (4/375), Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (13/387, 389, 390), ат-Табарани в «аль-Аусат» (8/237) и «аль-Кабир» (11/16, 20), ад-Даракутни в своём «Сунане» (4/70, 71), аль-Байхаки в «аль-Кубра» (6/238, 239, 258), «аль-Ма‘рифа» (5/74) и «ас-Сугра» (6/27). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: мусульмане единогласны в том, что то, что остаётся после раздачи обязательных долей, принадлежит агнатам, причём предпочтение отдаётся ближайшему за ближайшим, и дальний агнат не наследует при наличии ближнего. Если покойный оставил дочь, брата и дядю по отцу, то дочери — половина как обязательная доля, а остаток — брату, а дяде — ничего. Наши учёные сказали: агнаты — трёх видов: агнат сам по себе, как сын, сын сына, брат, сын брата, дядя по отцу, сын дяди, дядя отца, дед, их сыновья и подобные им; отец и дед иногда бывают агнатами, а иногда им причитается обязательная доля. Если у покойного есть сын или сын сына, отец наследует только шестую часть как обязательную долю; если же нет ни ребёнка, ни ребёнка сына, он наследует только по агнатскому праву. Если есть дочь, или дочь сына, или две дочери, или две дочери сына, дочери получают свою обязательную долю, а отцу из остатка — шестая часть, а остаток — по агнатскому праву. Это один из видов — агнат сам по себе.
Второй вид: агнат через другого — это дочери через сыновей, дочери сына через сыновей сына, и сёстры через братьев.
Третий: агнат вместе с другим — это сёстры от обоих родителей или от отца вместе с дочерьми и дочерьми сына.
Если покойный оставил дочь и сестру от обоих родителей или от отца, то дочери — половина, а остаток — сестре по агнатскому праву. Если он оставил дочь, дочь сына и сестру от обоих родителей или сестру от отца, то дочери — половина, дочери сына — шестая часть, а остаток — сестре. Если он оставил двух дочерей, двух дочерей сына и сестру от обоих родителей или от отца, то двум дочерям — две третьих, а остаток — сестре, а дочерям сына — ничего, поскольку не осталось ничего от обязательной доли, причитающейся разряду дочерей, а это две третьих.
Наши учёные сказали: когда термин «агнат» употребляется без уточнения, подразумевается агнат сам по себе, а это каждый мужчина, связанный родством с покойным сам по себе, без женщины между ним и покойным. Когда агнат остаётся один, он забирает всё имущество; когда он находится вместе с обладателями обязательных долей, исчерпывающих всё имущество, ему ничего не причитается; а если они не исчерпывают всего имущества, ему причитается остаток после их долей.
Ближайшие агнаты — сыновья, затем их сыновья, затем отец, затем дед, если нет брата, и брат, если нет деда; если есть и дед, и брат, то в этом случае существует известное разногласие. Затем сыновья братьев, затем их сыновья, сколько бы ни спускались; затем дяди отца по мужской линии, затем их сыновья, сколько бы ни спускались; затем дяди деда, затем их сыновья; затем дяди деда отца, затем их сыновья, и так далее.
Тот, кто связан родством через обоих родителей, предпочитается перед тем, кто связан родством через одного отца. Так брат от обоих родителей предпочитается перед братом от отца, дядя от обоих родителей предпочитается перед дядей от отца, и так далее. Брат от отца предпочитается перед сыном брата от обоих родителей, поскольку братская линия сильнее и ближе. Сын брата от отца предпочитается перед дядей от обоих родителей, а дядя от отца предпочитается перед сыном дяди от обоих родителей, и так далее. А Аллах знает лучше.
Если бы покойный оставил дочь, сестру от обоих родителей и брата от отца, то согласно нашему мазхабу и мазхабу большинства учёных дочери — половина, а остаток — сестре, а брату — ничего. Ибн Аббас (да будет доволен им Аллах) сказал: дочери — половина, а остаток — брату, а не сестре. И этот хадис, упомянутый в главе, явно указывает на довод в пользу его мнения. А Аллах знает лучше. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах) (1).
В «Фатхе» сказано: аль-Куртуби сказал: что касается называния законоведами сестры вместе с дочерью агнатом, то это в переносном смысле, поскольку она в этом вопросе забирает то, что осталось сверх доли дочери, и поэтому уподобилась агнату. И аль-Бухари озаглавил главу в своём «Сахихе» именно так.
Ат-Тахави сказал: группа людей — то есть Ибн Аббас и те, кто последовал за ним, — привели в качестве доказательства хадис Ибн Аббаса на то, что если покойный оставил дочь, полнородного брата и полнородную сестру, то его дочери — половина, а остаток — его брату, а сестре — ничего, даже если она полнородная. И они распространили это на случай, когда вместе с полнородной сестрой есть другой агнат, сказав: ей ничего не причитается вместе с дочерью, но то, что остаётся после дочери, принадлежит агнату, даже если он далёкий родственник. Они также привели в качестве доказательства слова Всевышнего: «Если человек умер, не имея ребёнка, но у него есть сестра, то ей — половина того, что он оставил» (сура «Женщины», аят 176), говоря: тот, кто отдаёт сестре долю вместе с дочерью, противоречит явному смыслу Корана.
Он сказал: против них было приведено в доказательство единогласие в том, что если покойный оставил дочь, сына сына и дочь сына, равных по степени, то дочери — половина, а остаток делится между сыном сына и дочерью сына, и они не выделили сыну сына весь остаток из-за того, что он мужчина, но дали наследовать вместе с ним его полнородной сестре, которая — женщина. Он сказал: этим стало ясно, что хадис Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) не носит общего характера, а относится к особому случаю — когда покойный оставил дочь, дядю по отцу и тётю по отцу; в этом случае дочери — половина, а остаток — дяде, а не тёте, по единогласному мнению. Он сказал: рассмотрение вопроса требует предпочесть присоединение сестры к брату по аналогии с сыном и дочерью, а не с дядей и тётей, поскольку если бы покойный оставил только полнородного брата и полнородную сестру, имущество делилось бы между ними, так же как если бы он оставил сына сына и дочь сына; в отличие от случая, когда он оставил дядю и тётю, — тогда всё имущество принадлежит дяде, а не тёте, по их единогласному мнению.
Он сказал: что касается ответа на то, чем они аргументировали из аята, то он состоит в том, что они единогласны в том, что если покойный оставил дочь и брата от отца, то дочери — половина, а остаток — брату, и что смысл слов Всевышнего «не имея ребёнка» — это ребёнок, который забирает всё имущество, а не ребёнок, который не забирает его целиком. Конец (1). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Вопрос четвёртый): Ибн Раджаб (да помилует его Аллах) прокомментировал этот хадис подробным толкованием, сделав это прекрасно и с пользой; мне хотелось привести его здесь, хотя часть его уже была упомянута ранее, однако в нём есть дополнения, из которых можно извлечь пользу.
Он сказал (да помилует его Аллах): учёные разошлись во мнениях относительно смысла его слова ﷺ: «Отдавайте предписанные доли их обладателям»:
Одна группа сказала: под «фараид» подразумеваются доли, установленные в Книге Аллаха Всевышнего, а смысл в том, чтобы отдавать установленные доли тем, кому их назначил Аллах; то же, что останется после этих доль, принадлежит по праву «аулей ар-риджаль» (более близкому мужчине), а под «аула» подразумевается более близкий — как говорят: «этот идёт следом за этим», то есть близок к нему. Итак, самый близкий мужчина — это самый близкий из агнатов (асаба), и он получает остаток по праву агнатского наследования.
Именно так толковала хадис группа имамов, среди них имам Ахмад и Исхак ибн Рахавайх, — это передал от них Исхак ибн Мансур. Согласно этому, если сойдутся дочь, сестра и дядя (по отцу), или сын дяди, или сын брата, то остаток после половины доли дочери должен получить агнат. Таково мнение Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах), и он держался этого хадиса, признавая, что все люди расходятся с ним во мнении. Захириты также склонялись к этому мнению.
Исхак сказал: если вместе с дочерью и сестрой присутствует агнат, то агнат имеет преимущество, а если рядом с ними никого нет, то остаток получает сестра. Передают со слов Ибн Мас‘уда, что он сказал: «Дочь — агнат того, у кого нет агната», но некоторые отвергли это, сказав: это недостоверно передано от Ибн Мас‘уда.
Ибн аз-Зубайр и Масрук придерживались мнения Ибн Аббаса, но затем отказались от него.
Большинство учёных склонилось к тому, что сестра вместе с дочерью является для неё агнатом и получает то, что остаётся сверх доли; среди них — Умар, Али, Аиша, Зайд, Ибн Мас‘уд, Му‘аз ибн Джабаль, а за ними последовали остальные учёные.
Абд ар-Раззак передал: сообщил нам Ибн Джурайдж: я спросил Ибн Тавуса о дочери и сестре, и он сказал: «Мой отец упоминал со слов Ибн Аббаса, от некоего человека, от Пророка ﷺ нечто по этому поводу, но Тавус не был удовлетворён этим человеком». Он сказал: «Мой отец сомневался в этом и ничего определённого не говорил, хотя его об этом спрашивали». По всей видимости — и Аллах знает лучше — Тавус имел в виду именно этот хадис, ибо у Ибн Аббаса не было ясного, прямого текста от Пророка ﷺ о наследовании сестры вместе с дочерью; он лишь опирался на общий смысл этого хадиса.
А то, что упомянул Тавус — будто Ибн Аббас передал это от некоего человека и не был удовлетворён им, — то ведь Ибн Аббас большинство своих хадисов передавал от сподвижников, а все сподвижники были справедливыми людьми (да будет доволен ими Аллах), и он хвалил их; так что после этого нет значения в неудовлетворённости Тавуса.
В «Сахихе» аль-Бухари передано от Абу Кайса аль-Авди, от Хузайля ибн Шурахбиля: пришёл человек к Абу Мусе и спросил его о дочери, дочери сына и полнородной сестре. Тот ответил: «Дочери — половина, сестре — остаток; иди к Ибн Мас‘уду, он подтвердит мои слова». Тот пришёл к Ибн Мас‘уду и передал ему это, и Ибн Мас‘уд сказал: «Если так, то я заблудился и не из наставленных! Я выношу по этому вопросу решение по решению Посланника Аллаха ﷺ: дочери — половина, дочери сына — шестая часть, дополняющая до двух третей, а остаток — сестре». Он сказал: мы пришли к Абу Мусе и сообщили ему слова Ибн Мас‘уда, и тот сказал: «Не спрашивайте меня, пока среди вас есть этот учёный (хабр)».
Там же передано от аль-А‘маша, от Ибрахима, от аль-Асвада ибн Язида, который сказал: «Му‘аз ибн Джабаль вынес среди нас решение при жизни Посланника Аллаха ﷺ: половина дочери, половина сестре». Затем аль-А‘маш перестал упоминать о том, что это было при жизни Посланника Аллаха ﷺ, и не упоминал этого. Абу Дауд же привёл это другим путём от аль-Асвада, добавив: «а пророк Аллаха ﷺ был в тот день жив».
Ибн Аббас приводил в подтверждение своего мнения слово Аллаха: «Скажи: Аллах даёт вам разъяснение о калале. Если умрёт мужчина, у которого нет ребёнка, но есть сестра, то ей — половина того, что он оставил» (сура «Ан-Ниса», 176), и говорил: «Вы ли знаете лучше, или Аллах?!» — то есть Аллах назначил ей половину только при отсутствии ребёнка, а вы назначаете ей половину при наличии ребёнка, то есть дочери.
Верным же является мнение Умара и большинства, и в этом айате нет указания на противоположное, ибо под словами «то ей — половина того, что он оставил» подразумевается назначенная доля, а это обусловлено полным отсутствием ребёнка вообще, поэтому далее сказано: «А если их две, то им — две третьих того, что он оставил» (сура «Ан-Ниса», 176), — то есть по назначенной доле. Одна сестра получает половину лишь при отсутствии ребёнка, будь то мужского или женского пола, равно как и две сестры и более заслуживают двух третей лишь при отсутствии ребёнка мужского или женского пола. Если же есть ребёнок, то если он мужского пола, он безусловно имеет преимущество перед братьями и сёстрами, мужчинами и женщинами. Если же ребёнка мужского пола нет, но есть женского, то остаток после её доли получает по единогласному мнению брат вместе со своей сестрой. Так вот, если сестру не устраняет её брат, то как же может устранить её тот, кто дальше от неё по степени агнатства, как дядя или его сын? А если более дальний агнат не устраняет её, то следует непременно предпочесть её ему, поскольку невозможно, чтобы он делил с ней наследство наравне. Итак, смысл айата в том, что ребёнок препятствует тому, чтобы сестра получила половину по назначенной доле, и это верно, но из этого не следует, что сестра устраняется дочерью и не берёт то, что остаётся сверх её наследства. На это указывает слово Всевышнего: «И он наследует ей, если у неё нет ребёнка» (сура «Ан-Ниса», 176). А умма единогласна в том, что ребёнок женского пола не препятствует брату наследовать от имущества своей сестры то, что остаётся сверх доли дочери или дочерей; наличие же ребёнка женского пола препятствует лишь тому, чтобы брат забрал всё наследство своей сестры целиком. Итак, подобно тому, как ребёнок, если он мужского пола, лишает брата наследства, а если женского — не лишает его остатка сверх её наследства, хотя и лишает его получения всего наследства целиком, — точно так же ребёнок, если он мужского пола, полностью лишает сестру наследства, а если женского — лишает её лишь назначения ей половины, но не лишает её взятия остатка сверх её доли. И Аллах знает лучше.
Что же касается его слова ﷺ: «А то, что оставили назначенные доли, принадлежит наиболее близкому мужчине», то было сказано: под этим подразумевается именно дальний агнат, как сыновья братьев, дядья и их сыновья, но не ближний агнат; доказательством этому служит то, что остаток после назначенных доль делят между собой мужчина и женщина, если агнат близкий, как дети и братья с сёстрами — по единогласному мнению; так же и сестра вместе с дочерью — согласно указывающему на это тексту.
Кроме того, из этого общего правила по единогласному мнению исключаются такие случаи, и точно так же исключается из него освобождённая рабыня, покровительница по милости (мольват ан-ни‘ма) — по единогласному мнению; так исключается из него и случай сестры с дочерью — на основании текста.
Другая же группа сказала: под его словами «отдавайте назначенные доли их обладателям» подразумевается то, что причитается обладателям назначенных доль в целом, независимо от того, получают ли они это по назначенной доле или по агнатству, которое им досталось впоследствии; а под его словами «то, что останется, принадлежит наиболее близкому мужчине» подразумевается агнат, у которого вовсе нет назначенной доли. На это указывает то, что хадис передан и другой формулировкой: «Разделите имущество между обладателями назначенных доль согласно Книге Аллаха», и в это входит каждый, кто относится к обладателям назначенных доль в каком-либо отношении. Согласно этому, то, что берёт сестра вместе со своим братом, или с сыном своего дяди, если он делает её агнатом, входит в этот раздел, поскольку она относится к обладателям назначенных доль в целом; так же и то, что берёт сестра вместе с дочерью.
Другая группа [учёных] сказала: под «обладателями обязательных долей» в его словах: «Отдайте обязательные доли их обладателям» и «Разделите имущество между обладателями обязательных долей» подразумевается вся совокупность тех, кого Аллах назвал в Своей Книге из числа наследников — как обладателей установленных доль, так и всех агнатов (асаба), ибо всё, что берут наследники, есть доля, установленная им Аллахом, будь она определена точно или не определена, как сказал Он после упоминания наследования родителей и детей: «Обязательная доля от Аллаха» (ан-Ниса, 11), а среди них есть и обладатель установленной доли, и агнат. И как сказал Он: «Мужчинам — доля из того, что оставили родители и близкие родственники, и женщинам — доля из того, что оставили родители и близкие родственники, из того, что мало или много, — доля установленная» (ан-Ниса, 7), а это охватывает и агнатов, и обладателей установленных доль. Так же и его слово: «Разделите обязательные доли между их обладателями по Книге Аллаха» охватывает раздел между обладателями установленных доль и агнатами согласно тому, что в Книге Аллаха. Если раздел произведён на этом основании, а затем от имущества остался излишек, то этим излишком наделяется наиболее близкий из мужчин-наследников. Равным образом, если в Книге Аллаха не найдено прямого указания на раздел между кем-либо из названных Аллахом наследников, то имущество в таком случае принадлежит наиболее близкому мужчине из них.
Итак, этот хадис разъясняет способ раздела наследственных доль, упомянутых в Книге Аллаха, между их обладателями, и разъясняет раздел того, что осталось от имущества после этого раздела из того, что не было прямо указано в Коране относительно положений и разрядов этих наследников, а также разъясняет способ наследования оставшихся агнатов, чьи имена не были прямо названы в Коране. И если этот хадис присоединить к аятам Корана, то из этого всего складывается полное знание о разделе наследства между всеми обладателями установленных доль и агнатами.
Мы же упомянем положение о наследовании детей и родителей, как упомянул его Аллах в начале суры «Ан-Ниса», и положение о наследовании братьев по обоим родителям или по отцу, как упомянул его Аллах в конце указанной суры.
Что касается детей, то Всевышний Аллах сказал: «Аллах заповедует вам относительно ваших детей: мужчине — доля, равная доле двух женщин» (ан-Ниса, 11). Это положение касается случая, когда собираются вместе их мужская и женская часть: мужчине из них полагается доля, равная доле двух женщин, и в это входят дети и дети сыновей — по согласному мнению учёных. Поэтому, если среди детей собираются братья и сёстры, они делят наследство таким образом по мнению большинства. Если, например, есть родная дочь или две родные дочери, а также сын сына вместе со своей сестрой, то они делят остаток на три части, поскольку входят в этот общий смысл. Таково мнение большинства учёных, среди них Умар, Али, Зайд и Ибн Аббас, и к нему склонилось большинство учёных и четыре имама.
Ибн Мас‘уд же считал, что остаток после того, как родные дочери получат полностью две трети, целиком принадлежит сыну сына, и он не делает свою сестру агнаткой вместе с собой. Это мнение Алькамы, Абу Саура и приверженцев захиритского толка. По их мнению, ребёнок не делает свою сестру агнаткой, кроме случая, когда у неё была бы установленная доля, если бы она была одна. Так же они говорили о случае, если есть дочь и дети сына, мужского и женского пола: остаток принадлежит всем детям сына, мужчине из них — доля, равная доле двух женщин.
Ибн Мас‘уд сказал относительно дочери, дочерей сына и сыновей сына: дочери — половина, а остаток — между детьми сына, мужчине — доля, равная доле двух женщин, кроме случая, если при разделе доля дочерей сына превысит шестую часть, — тогда им устанавливается шестая часть, а остаток отдаётся сыновьям сына. Таково же мнение Абу Саура.
Что касается большинства, то они сказали: оставшаяся половина принадлежит детям сына, мужчине — доля, равная доле двух женщин, — руководствуясь общим смыслом аята. По их мнению, ребёнок, сколь бы низко он ни спускался в поколении, делает агнатом того, кто находится на его же ступени, в любом случае, независимо от того, есть ли у женщины установленная доля без него или нет. Но он не делает агнатом того, кто выше него из женщин, кроме как при условии, что у неё нет установленной доли без него, и не делает агнатом того, кто ниже него, ни в каком случае.
Затем Всевышний сказал: «А если их — женщин — более двух, то им — две трети того, что он оставил, а если она одна, то ей — половина» (ан-Ниса, 11). Это положение касается случая, когда женская часть детей остаётся одна, без мужчин: одной полагается половина, а более чем двум — две трети. В это входят родные дочери и дочери сына при их отсутствии. Если же они собираются вместе, то, если родные дочери получают полностью две трети, дочерям сына, находящимся отдельно, ничего не полагается. А если дочери не получают полностью две трети, — то есть если родной ребёнок — одна дочь, а с ней дочери сына, — то дочери полагается половина, а дочерям сына — шестая часть, дополняющая до двух третей, чтобы доля дочерей не превысила двух третей. Так решил Пророк ﷺ в хадисе Ибн Мас‘уда, упомянутом ранее, и таково мнение большинства учёных, кроме того, что передано от Ибн Мас‘уда и Салмана ибн Раби‘а, что дочерям сына ничего не полагается. И Абу Муса вернулся к мнению Ибн Мас‘уда, когда до него дошло его высказывание в этом.
Учёным же представилось затруднительным положение о наследовании двух дочерей, ибо им обеим полагаются две трети по единогласному мнению, как передал Ибн аль-Мунзир и другие. А то, что передано от Ибн Аббаса, будто им обеим полагается половина, — сказано, что иснад этого не достоверен, а Коран указывает на противоположное, где сказано: «А если она одна, то ей — половина» (ан-Ниса, 11). Как же тогда более чем одной может полагаться половина? И хадис Ибн Мас‘уда о наследовании дочерью половины, а дочерью сына — шестой части, дополняющей до двух третей, указывает на то, что двум дочерям полагаются две трети — и это тем более очевидно. Имам Ахмад, Абу Дауд и ат-Термизи привели хадис от Джабира о том, что Пророк ﷺ отдал двум дочерям Са‘да ибн ар-Раби‘ две трети. Но понимание этого из Корана представилось затруднительным из-за слов Всевышнего: «А если их — женщин — более двух», поэтому люди разошлись во мнениях по этому поводу, и многие высказали в связи с этим удалённые от истины мнения.
Некоторые из них сказали: положение о наследовании двух дочерей выведено из положения о наследовании двух сестёр, ибо Он сказал: «А если их — две, то им — две трети того, что он оставил», а положение о наследовании более чем двух сестёр выведено из положения о наследовании тех, кто более двух.
Некоторые из них сказали: дочери вместе с её братом полагается треть по прямому тексту Корана, так что тем более ей полагается треть вместе с её сестрой.
Некоторые пошли другим путём: Всевышний Аллах упомянул положение о наследовании при собрании мужской и женской части детей, и упомянул положение о наследовании женской части, когда она остаётся одна, без мужчин, но не указал прямо положение о случае, когда остаются одни мужчины, без женщин. Он установил, что при их совместном наследовании мужчине полагается доля, равная доле двух женщин. Если же с сыном собираются две дочери или более, то ему полагается доля, равная доле двух из них, а если с ним лишь одна дочь, то ему — две трети, а ей — треть. Аллах назвал то, что причитается мужчине, долей двух женщин безусловно, а две трети не являются долей двух женщин в случае их совместного наследования с мужчиной, ибо их доля в этом случае — половина. Отсюда становится определённым, что две трети — это их доля в случае отдельного наследования.
Здесь остаётся третий разряд, о котором Коран не сказал прямо, — это положение о случае, когда остаются одни мужчины из числа детей, без женщин. Это можно включить в хадис Ибн Аббаса: «А то, что осталось, — наиболее близкому мужчине». Ибо этот разряд остался, и его положение не было прямо указано в Коране, поэтому имущество в таком случае принадлежит наиболее близкому из мужчин среди детей. И дело обстоит именно так: если, например, собираются вместе сын и сын сына, то всё имущество принадлежит сыну; а если есть сын сына и сын сына сына, то всё имущество принадлежит сыну сына, — согласно смыслу хадиса Ибн Аббаса. А Аллах знает лучше.
Затем Всевышний упомянул решение о наследовании родителей, сказав: «А родителям его, каждому из них, — шестая часть того, что он оставил, если у него есть ребёнок. Если же у него нет ребёнка…»; это — решение о наследовании родителей, если у покойного есть ребёнок, причём одинаково, будь то ребёнок мужского или женского пола, и одинаково, будь то ребёнок от родного сына или сын сына (внук) — это подобно единодушному мнению учёных, хотя некоторые передали от Муджахида разногласие в этом. Итак, когда у покойного есть ребёнок или сын сына, а у него есть родители, то каждому из его родителей полагается шестая часть как обязательная доля. Затем, если ребёнок — мужского пола, то остаток после двух шестых родителей достаётся ему. Возможно, сюда же относится слово Пророка ﷺ: «Отдавайте обязательные доли их обладателям, а то, что останется, — самому близкому родственнику мужского пола».
Самый близкий из агнатов (асаба) — это сын. Если же ребёнок — женского пола, то если их две или больше, им полагаются две трети, и от имущества ничего не остаётся. Если же это одна дочь, то ей полагается половина, а от имущества остаётся ещё одна шестая часть, которую забирает отец по праву агнатства (та‘сыб), в соответствии со словом Пророка ﷺ: «Отдавайте обязательные доли их обладателям, а то, что останется, — самому близкому родственнику мужского пола», ибо он — самый близкий родственник мужского пола при отсутствии сына, поскольку он ближе, чем брат и его сын, дядя и его сын.
Затем Всевышний сказал: «Если же у него нет ребёнка, и наследуют ему его родители, то матери его — треть»; то есть если у покойного нет ребёнка, а есть родители, которые наследуют ему, то матери его — треть. Из этого понимается, что остаток после трети — отцу, ибо Он установил наследование для обоих родителей, а мать особо выделил долей в треть, откуда становится ясно, что остаток — отцу. И Он не сказал, например: «а отцу — то же, что и матери», чтобы не создать впечатление, что они делят имущество по принципу агнатства (та‘сыб), как дети и братья, когда среди них есть и мужчины, и женщины.
Ибн Аббас (да будет доволен им Аллах) держался за этот аят в своём мнении по двум вопросам, названным «умарийскими» (по имени Умара): супруг и родители, и супруга и родители. Умар (да будет доволен им Аллах) вынес решение, что супруги забирают свою обязательную долю из имущества, а то, что остаётся после их доли в этих двух случаях, — из этого остатка матери треть, а остальное отцу. Ему последовало большинство общины.
А Ибн Аббас (да будет доволен им Аллах) сказал: нет, матери полагается треть целиком, держась за слово: «Если же у него нет ребёнка, и наследуют ему его родители, то матери его — треть».
В ответ на это было сказано: Аллах установил для матери треть при двух условиях: первое — чтобы у покойного ребёнка не было, второе — чтобы наследовали ему оба его родителя, то есть чтобы родители получили его наследство единолично. Пока родители не наследуют единолично, мать не заслуживает трети, даже если у покойного нет ребёнка.
Но лучше сказать следующее: слово Его «и наследуют ему его родители, то матери его — треть» означает: из того, что наследуют родители. Он не сказал «матери — треть из того, что он оставил», как сказал о шестой доле. Смысл таков: если у него нет ребёнка, и у его родителей есть доля в его имуществе, то матери — треть той доли наследства, которая специально принадлежит родителям, а остаток — отцу.
По этой тайне — а Аллах знает лучше — там, где Аллах упоминал установленные обязательные доли их обладателям, Он говорил: «из того, что он оставил» или то, что на это указывает, как слово Его: «после завещанного им завещания или долга», чтобы разъяснить, что обладателю обязательной доли принадлежит именно эта установленная и определённая часть от всего имущества после [исполнения] завещаний и долгов. А там, где Он упоминал наследование агнатов, или то, что делят мужчины и женщины по принципу агнатства, как дети и братья, Он не обусловил это ничем из этого, чтобы разъяснить, что имущество, разделяемое по агнатству, — не обязательно всё имущество целиком, а иногда это всё имущество, а иногда — только остаток после установленных обязательных долей.
Здесь же, когда Он упомянул наследование родителей от их ребёнка, у которого нет своего ребёнка, и раздел наследства между ними не был чисто по обязательной доле, как в случае их наследования вместе с ребёнком, и не был чисто по агнатству, при котором мужчина получает вдвое больше женщины, а было так, что мать получает свою долю по обязательной доле, а отец получает свою долю по агнатству, — Он сказал: «и наследуют ему его родители, то матери его — треть», то есть: из той части, которая причитается родителям от его наследства, мать берёт треть как обязательную долю, а остаток берёт отец по агнатству. Это — то, что открыл мне Аллах, и я не знаю никого, кто предвосхитил бы это. Хвала и благодарность Аллаху.
Затем Всевышний сказал: «Если же у него есть братья, то матери его — шестая часть после [исполнения] завещанного им завещания или долга»; то есть матери — шестая часть при наличии братьев из всего наследуемого имущества, которое делят наследники. Здесь не упомянуто наследование отца вместе с матерью. Нет сомнения, что если собрались мать и братья без отца, то матери — шестая часть, а остаток — братьям, и её ограждают (хаджб) от большей доли два брата и более, по мнению большинства.
А если же вместе с матерью и братьями есть отец, то большинство сказало: братья ограждают мать [от большей доли], но сами не наследуют. Передано от Ибн Аббаса, что они наследуют шестую часть, от которой оградили мать, по обязательной доле, подобно тому как братья по матери наследуют вместе с матерью по обязательной доле.
Было сказано, что это основано на его мнении, что «калала» — это тот, у кого нет именно ребёнка, и не требуется для калалы отсутствие родителя, поэтому братья наследуют вместе с отцом по обязательной доле.
А из числа поздних учёных есть те, кто сказал: если братья ограждены отцом [от наследования], то они не ограждают мать ни от чего, а ей в таком случае — треть. Это мнение предпочёл имам Абу-ль-Аббас Ибн Таймийя (да помилует его Аллах). Это может быть взято из общего смысла слова Умара и других из числа предшественников: «кто не наследует, тот не ограждает». Нечто подобное сказал Ахмад и аль-Хиракы, но большинство учёных толкуют это в том смысле, что подразумевается тот, у кого вообще нет права наследования, как неверующий или раб, а не тот, кто не наследует из-за того, что его ограждает более близкий родственник. Аллах знает лучше.
В поддержку мнения о том, что братья, если они ограждены [отцом от наследования], не ограждают мать, может свидетельствовать то, что Всевышний Аллах сказал: «Если же у него есть братья, то матери его — шестая часть», не упомянув отца, что указывает на то, что это решение относится к случаю, когда мать одна с братьями, и тогда весь остаток после шестой части — им. Но это слабое мнение, ибо братья могут быть только по матери, и тогда им не полагается ничего, кроме трети. Аллах Всевышний знает лучше.
Знай, что Всевышний Аллах упомянул решение о наследовании родителей, но не упомянул деда и бабку. Что касается бабки, то Абу Бакр ас-Сиддик и Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен ими обоими Аллах) сказали: ей нет доли в Книге Аллаха. Некоторые учёные передали единодушное мнение об этом, и что её доля установлена именно сунной. Было сказано: шестая часть — это дарование, которым одарил её Посланник Аллаха ﷺ, а не обязательная доля; так передано от Ибн Мас‘уда и Са‘ида ибн аль-Мусайиба.
Передано от Ибн Аббаса несколькими путями, в которых есть слабость, что она занимает положение матери при отсутствии матери и наследует наследство матери, получая то треть, то шестую часть. Это — отклонение (шудуз), и не верно приравнивать бабку к деду, ибо дед — агнат, восходящий через агната, а бабка — обладательница обязательной доли, восходящая через обладательницу обязательной доли, поэтому её положение слабее. Было сказано также, что у неё вообще нет обязательной доли, а шестая часть — это дарование, которым одарил её Пророк ﷺ. Поэтому группа тех, кто считает возможным возврат [излишка] обладателям обязательных долей, сказала: бабке не возвращается [излишек] из-за слабости её доли; это передано как риваят от Ахмада.
Что касается деда, то учёные единодушны, что он занимает место отца в упомянутых ранее случаях: он наследует вместе с ребёнком шестую часть по обязательной доле, а при отсутствии ребёнка наследует по агнатству, и если что-то остаётся вместе с дочерьми ребёнка, он забирает это тоже по агнатству, в соответствии со словом Пророка ﷺ: «А то, что оставили обязательные доли, — самому близкому родственнику мужского пола».
Но они разошлись во мнениях о случае, когда собрались мать и дед вместе с одним из супругов. От группы сподвижников передано, что матери — треть остатка, как если бы с ней был отец, как было сказано ранее; это передано от Умара и Ибн Мас‘уда, так это передали некоторые.
А некоторые сказали: от Умара и Ибн Мас‘уда передано только относительно случая супруга, матери и деда, что матери — треть остатка.
От Ибн Масуда передан другой риваят: что излишек делится пополам между дедом и матерью. А что касается [случая, когда наследуют] супруга, мать и дед, то от Ибн Масуда передан редкий (шазз) риваят о том, что матери причитается треть от остатка. Достоверным же от него, как и мнение большинства учёных, является то, что ей причитается полная треть. Это напоминает разграничение, которое проводил Ибн Сирин в отношении матери с отцом: если с ними [также наследует] муж, то матери — треть остатка, а если с ними жена, то матери — треть [целиком].
Большинство учёных считают, что матери причитается треть при наличии деда безусловно, и это мнение Али, Зейда и Ибн Аббаса. Различие между [положением] матери с отцом и матери с дедом состоит в том, что мать с отцом объединяет одно имя [«родители»], и оба они равны по степени близости к умершему, поэтому мужчина из них получает вдвое больше доли женщины, подобно детям и братьям. А мать с дедом не объединяет одно имя, и дед дальше по степени родства, чем отец, поэтому не обязательно уравнивать его с отцом в этом отношении.
Что же касается того случая, когда дед наследует вместе с братьями, то если это братья по матери, они лишаются наследства из-за него [деда], поскольку они наследуют лишь при калале, а калала — это [положение], когда у [умершего] нет ни ребёнка, ни родителя, — за исключением редкого (шазз) риваята от Ибн Аббаса.
А если это братья по отцу или единокровные братья, то учёные разошлись в решении их наследования — как в прежние, так и в более поздние времена. Одни из них полностью лишают братьев наследства при наличии деда, подобно тому как они лишаются его при наличии отца, — и это мнение Абу Бакра ас-Сиддика, Муаза и Ибн Аббаса и других. Они приводили в доказательство то, что дед назван «отцом» в Книге Всевышнего Аллаха, а значит, входит в понятие «отец» в вопросах наследования, подобно тому как сын сына является «сыном» и входит в понятие «сын» при отсутствии [прямого] сына — по единогласному мнению. [Также они приводили в доказательство] то, что братья наследуют лишь при калале, поэтому дед закрывает им [доступ к наследству], подобно братьям по отцу [которые закрывают доступ братьям по матери]. И то, что дед сильнее братьев, поскольку в нём объединяются фиксированная доля (фард) и остаточное наследование по праву агнатства (тасыб) с одной стороны, так что он подобен отцу, а следовательно, входит в общий смысл слов Пророка ﷺ: «А что останется, то — самому близкому мужчине».
А другие делают деда и братьев соучастниками [в наследстве], и это мнение многих сподвижников, а большинство более поздних правоведов [придерживаются этого], хотя между ними долгий спор о том, каким образом производится это соучастие в наследовании. Среди ранних учёных (саляф) были и те, кто воздерживался от решения по этому вопросу и не давал никакого ответа из-за неясности и затруднительности этого дела. И если бы не опасение затянуть [рассуждение], мы бы подробно разобрали этот вопрос, но это привело бы к весьма большому объёму.
Что же касается решения о наследовании единокровных и единоутробных [в обоих родителях] братьев или братьев по отцу, то Всевышний Аллах упомянул это в конце суры «Женщины», в Своих словах: «Они просят у тебя решения. Скажи: «Аллах даёт вам решение о калале. Если человек умер, у которого нет ребёнка, но есть сестра, то ей — половина того, что он оставил»» (сура «Женщины», 176). Слово «калала» происходит от «такаллуль» — окружения родством и охвата им умершего [со всех сторон], а это предполагает полное отсутствие родства по прямой линии — как по восходящей, так и по нисходящей. И то, что Всевышний прямо указал на отсутствие ребёнка, есть указание на отсутствие родителя с ещё большим основанием, поскольку принадлежность ребёнка к своему родителю более очевидна, чем принадлежность родителя к своему ребёнку. Поэтому упоминание об отсутствии ребёнка служит указанием на отсутствие родителя с ещё большим основанием. Абу Бакр ас-Сиддик сказал: «Калала — это [положение умершего], у которого нет ни ребёнка, ни родителя», и за ним последовало большинство сподвижников и учёных после них. Это передано также как восходящий (марфу) хадис через мурсаль-передачу Абу Салямы ибн Абд ар-Рахмана от Пророка ﷺ; этот хадис привёл Абу Дауд в «Марасиль», а также аль-Хаким через риваят от Абу Салямы от Абу Хурайры как марфу, и он счёл его достоверным, однако соединение [цепочки] с упоминанием Абу Хурайры слабое (примечание: этот хадис привёл аль-Хаким в «аль-Мустадрак» (4/336) и счёл достоверным, но аз-Захаби возразил ему, сказав: «аль-Хаммани — это Яхья ибн Абд аль-Хамид — слабый [передатчик]»).
Его слово («если человек умер, у которого нет ребёнка, но есть сестра, то ей — половина того, что он оставил») означает: если у умершего вообще нет ребёнка — ни мужского, ни женского пола, — то сестре причитается в таком случае половина оставленного как фиксированная доля (фард). Из смысла этого следует, что если у него есть ребёнок, то сестре не причитается половина как фиксированная доля. Далее, если ребёнок — мужского пола, то он более достоин всего имущества, как было установлено ранее в вопросе наследования сыновей, если они одни, поскольку они — ближайшие агнаты (асаба), и они лишают наследства братьев, так как же им не лишать наследства сестёр? Кроме того, Всевышний сказал: «А если они — братья, мужчины и женщины, то мужчине — доля, равная доле двух женщин», и это включает в себя тот случай, когда есть обладатель фиксированной доли, как, например, дочери и другие. И если братья мужского пола вместе с сёстрами получают право на остаток [после раздела фиксированных долей], то, будучи одни, они тем более имеют на это право. А если ребёнок — женского пола, то здесь сестре не причитается половина как фиксированная доля, но ей причитается остаток по праву агнатства (тасыб) — согласно мнению большинства учёных, и об этом, а также о разногласии в этом вопросе, уже было упомянуто ранее. И если, например, имеется сын, который не поглощает всё имущество, и сестра — как, например, сын, наполовину свободный, по мнению тех, кто присуждает ему половину наследства, а это мазхаб имама Ахмада и других учёных, — то возникает вопрос: следует ли сказать, что этот сын лишает [сестру] половины её фиксированной доли, так что она наследует с ним четверть как фиксированную долю? Или же следует сказать, что он становится подобен дочери, так что сестра становится с ним агнаткой, как она становится [агнаткой] с сестрой (примечание: на полях написано следующее: «Очевидно, что [это имеется в виду] вместе с дочерью»), но при этом лишается половины своего права агнатства, так что получает с ним оставшуюся половину по праву агнатства? Это допустимо [в обоих смыслах], и по этому вопросу у наших [учёных-]сторонников есть два мнения.
Слова Всевышнего («и он наследует ей, если у неё нет ребёнка») означают: брат единолично наследует своей сестре, если у неё нет ребёнка — ни мужского, ни женского пола. А если у неё есть ребёнок мужского пола, то он более достоин, чем брат, без всякого сомнения, ведь он — самый близкий мужчина. А если [ребёнок] женского пола, то остаток после [выделения] её фиксированной доли принадлежит брату, поскольку он — самый близкий мужчина, но при этом он уже не наследует ей единолично, как это было бы, если бы у неё не было ребёнка.
Его слово («а если их [сестёр] две, то им — две трети того, что он оставил») означает: фиксированная доля двух [сестёр] — две трети, подобно тому как фиксированная доля одной — половина. Всё это относится к решению [о наследовании] братьев и сестёр, если они одни. А что касается решения об их совместном [наследовании], то Всевышний сказал: «А если они — братья, мужчины и женщины, то мужчине — доля, равная доле двух женщин», и сюда входит и тот случай, когда они одни [без других наследников]. А если есть обладатель фиксированной доли из числа детей или иных — как один из супругов, или мать, или братья по матери, — то остаток после [выделения] их фиксированных долей делится между братьями и сёстрами, причём мужчине — доля, равная доле двух женщин.
Из сказанного нами становится ясно, что наличие ребёнка лишает [лишь] фиксированной доли единокровных и единоутробных [в обоих родителях] сестёр или сестёр по отцу, но не лишает их права наследования по агнатству (тасыб) вместе со своими братьями — по единогласному мнению, — и не лишает их права агнатства, если они одни, вместе с дочерьми — по мнению большинства. Так что калала — это условие для установления фиксированной доли сестёр, а не для установления их наследства вообще, подобно тому как она не является условием для наследства их братьев мужского пола — по единогласному мнению. Это отличается от [положения] детей матери [единоутробных братьев/сестёр], поскольку отсутствие калалы лишает их фиксированных долей, а если их фиксированные доли лишаются, то лишается и всё их наследство, ведь для них вообще не существует агнатства ни в каком случае, поскольку их родство восходит через женщину. А сёстры единокровные и единоутробные [в обоих родителях] или по отцу восходят через мужчину, поэтому они наследуют по агнатству вместе со своими братьями — по согласному мнению, — а также одни, вместе с дочерьми, — по мнению большинства.
И поскольку ребёнок лишает [лишь] фиксированной доли детей [умершего от] обоих родителей или от отца, но не лишает основы их наследования в иной форме, нежели фиксированная доля, можно сказать: Всевышний Аллах особо указал на отсутствие ребёнка в Своих словах («у которого нет ребёнка»), но не упомянул отсутствие родителя или отца, потому что в это [понятие «родитель»] входил бы дед, а дед не лишает братьев наследства полностью, — они лишь делят с ним наследство, иногда по фиксированной доле, а иногда иным образом. И это очевидно согласно мнению тех, кто говорит, что дед не лишает братьев [наследства] полностью, — а это мнение большинства. Всё это касается тех случаев, когда дети [умершего от] обоих родителей или от отца наследуют одни. А если они собираются вместе, то агнаты из числа детей обоих родителей полностью лишают наследства всех детей [от] отца [единокровных] без разногласия, — даже в случае сестры от обоих родителей вместе с дочерью, по мнению тех, кто делает её агнаткой, которая лишает наследства брата от отца [единокровного].
В «Мусанаде», у ат-Тирмизи и у Ибн Маджа передаётся от Али, что он сказал: «Посланник Аллаха ﷺ решил, что родные братья по матери наследуют, минуя сводных братьев по отцу, и что человек наследует своему брату по отцу и матери, минуя брата по отцу»(1).
(1) Привёл Ахмад в своём «Мусанаде» (1/79, 131, 144), ат-Тирмизи (2095) и Ибн Маджа (271) через Абу Исхака, от аль-Хариса, от Али (да будет доволен им Аллах). Ат-Тирмизи сказал: «Этот хадис нам известен только через передачу Абу Исхака от аль-Хариса от Али, и некоторые учёные высказывались об аль-Харисе критически, однако практика учёных основана на этом хадисе». Конец слов ат-Тирмизи.
И сказал Амр ибн Шуайб: «Посланник Аллаха ﷺ решил, что брат по отцу и матери имеет больше прав на наследование в случае «калялы», чем брат по отцу», и это тоже входит в слова Пророка ﷺ: «а то, что осталось, — тому мужчине, кто ближе».
Суть исследования этого вопроса такова: всё, на что указывает Коран, даже путём намёка, не относится к тому, что «оставляют доли», а является присоединением упомянутых в Коране долей к их обладателям. Например, наследование детьми, мужчинами и женщинами, того, что остаётся сверх обязательных долей, — мужчине столько же, сколько двум женщинам; и наследование братьями, мужчинами и женщинами, — таким же образом. Это указывает путём намёка на то, что остаток забирает мужчина из них при единоличном наследовании — по праву старшинства. Также это указывает путём намёка на то, что сестра забирает остаток вместе с дочерью, как забирала его вместе со своим братом, и её не может обойти тот, кто дальше её по родству, как сын брата, дядя по отцу или его сын. Ведь если её брат не лишает её доли, то как может лишить её тот, кто дальше него?
Всё это относится к разряду присоединения долей к их обладателям и к разряду разделения имущества между обладателями обязательных долей согласно Книге Аллаха.
Что касается тех из числа асаба (родственников по мужской линии, наследующих остаток), кто не назван по имени в Коране, — как сын брата, дядя по отцу и его сын, — а вошёл лишь в общие положения, подобные словам Всевышнего: «А обладающие родственными связями — одни из них ближе к другим по Книге Аллаха» (сура «Трофеи», 75), и словам Его: «И каждому Мы установили близких наследников из того, что оставили родители и ближайшие родственники» (сура «Женщины», 33), — то для наследования ими требуется этот хадис, то есть хадис Ибн Аббаса. Если у имущества не оказывается иного наследника, кроме них, они забирают его целиком, причём ближайший из них по родству предпочитается более дальнему, поскольку он — «наиболее достойный мужчина». А если имеются обязательные доли, не исчерпывающие всё имущество, — как доля одного из супругов, или матери, или ребёнка от матери, или единственных дочерей, или единственных сестёр, — то весь остаток целиком принадлежит наиболее достойному мужчине из числа этих родственников.
Поэтому, если бы эти родственники были братьями — мужчинами и женщинами, — то имущество принадлежало бы исключительно их мужчинам, минуя женщин, в отличие от детей и братьев (умершего), где в остатке или во всём имуществе участвуют, согласно ясному тексту Корана, и мужчины, и женщины. Хадис же указывает именно на наследование теми асаба, у которых доля закреплена только за мужчинами, минуя женщин, — то есть теми, кто помимо детей и братьев.
Таково установление относительно асаба, упомянутых в Книге Аллаха, велик Он и славен, и в хадисе Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах).
(2) Хафиз Ибн Касир сказал в своём «Тафсире» (2/199), приведя эти слова ат-Тирмизи об аль-Харисе: «Однако он был хафизом (знатоком) в вопросах наследования, уделявшим им и счёту особое внимание». Конец слов.
Что касается обладателей обязательных долей, то мы уже упомянули установление об их наследовании, и из них не осталось неупомянутыми, кроме супругов и братьев по матери. Что касается супругов, то они наследуют по причине брачного договора, и поскольку между супругами существует такая же близость, любовь, взаимная поддержка и взаимопомощь, как между родственниками, их наследование было установлено подобно наследованию родственников, причём доля мужчины из них вдвое больше доли женщины — из-за превосходства мужчины над женщиной в отношении пользы через содержание и защиту.
Что касается детей матери (братьев и сестёр по матери), то они не относятся к племени покойного мужчины и не к его роду, а являются, по сути, лишь его родственниками по крови. Поэтому Аллах установил для одного из них шестую долю, а для их совокупности — треть, как проявление родственной связи, и уравнял между их мужчинами и женщинами, поскольку у их мужчин при жизни не было превосходства над их женщинами во взаимной поддержке и защите, как это бывает между членами одного племени и рода. Поэтому Он уравнял их в этой родственной доле. По этой причине не было предписано завещание в пользу посторонних сверх трети — треть уже была для них много, поскольку они дальше по родству, чем дети матери, и следовало бы, чтобы им не давалось больше того, что связывает детей матери, а даже меньше этого.
Некоторые опирались на слова: «а то, что осталось, — тому мужчине, кто ближе» как на доказательство того, что для обладателей родственных связей (зави аль-архам) нет наследства, поскольку право наследования тому, кто не упомянут в Коране, установлено лишь для наиболее близкого из мужчин, и это установление относится именно к асаба, а не к зави аль-архам. Ведь тот, кто признаёт наследование зави аль-архам, признаёт наследование как их мужчин, так и их женщин.
А те, кто считает, что зави аль-архам наследуют, отвечают, что этот хадис указывает на наследование асаба, а не на отрицание наследования прочих, и что наследование зави аль-архам основано на других доводах, являясь, таким образом, дополнением к тому, на что указывает хадис Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах).
Что же касается слов Пророка ﷺ: «наиболее достойному мужчине», хотя мужчина не бывает иначе как мужского пола, то правильный ответ на это таков: слово «рагуль» (мужчина) иногда употребляется в значении «человек» в общем смысле, как в его словах: «кто нашёл своё имущество у обанкротившегося человека (рагуль)» — и здесь нет разницы, найдёт ли он его у мужчины или у женщины. Поэтому уточнение словом «мужского пола» устраняет эту возможность двойного толкования и относит слово исключительно к мужчине, а не к женщине, что и является целью. Подобным образом и слово «ибн» (сын), которое иногда употребляется и означает более общее понятие, чем мужской пол, как в выражении «ибн ас-сабиль» (путник, буквально — «сын дороги»), — поэтому в определении возрастов верблюдов для закята встречается уточнение «ибн лябун закар» (самец-двухлетка) словом мужского пола.
У ас-Сухайли есть рассуждение об этом хадисе, содержащее чрезмерную натянутость и излишнюю искусственность без всякой пользы(1), и его отверг ряд учёных из тех, кого мы застали. И Аллах знает лучше. Конец слов хафиза Ибн Раджаба (да будет милостив к нему Аллах) — полностью(2). Это ценное исследование и достойное разъяснение, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(1) Уже упоминалось ранее сказанное ас-Сухайли в изложении «аль-Фатх», не забывай об этом, и от Аллаха Всевышнего исходит помощь.
(2) «Джами‘ аль-‘улюм ва аль-хикам» (2/419–437).
И по непрерывному иснаду, восходящему к автору (да будет милостив к нему Аллах), в начале книги сказано:
[4135] (…) — Передал нам Умайя ибн Бистам аль-Айши: передал нам Язид ибн Зурай‘: передал нам Раух ибн аль-Касим от Абдуллаха ибн Тавуса от его отца от Ибн Аббаса, от Посланника Аллаха ﷺ, что он сказал: «Присоединяйте обязательные доли к их обладателям, а то, что остаётся от обязательных долей, — тому мужчине, кто ближе».
Передатчики этого иснада — шестеро:
1 — Умайя ибн Бистам аль-Айши, Абу Бакр аль-Басри, правдивый передатчик [10-е поколение] (умер в 231 г.) (аль-Бухари, Муслим, ан-Насаи); упоминался ранее в «Книге веры» (7/132).
2 — Язид ибн Зурай‘ аль-Айши, Абу Му‘авия аль-Басри, надёжный, твёрдый в передаче [8-е поколение] (умер в 182 г.) (во всех шести сборниках); упоминался ранее в «Книге веры» (7/132).
3 — Раух ибн аль-Касим ат-Тамими аль-Анбари, Абу Гияс аль-Басри, надёжный хафиз [6-е поколение] (умер в 141 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа); упоминался ранее в «Книге веры» (7/132).
Остальные упомянуты ранее.
Его слово («а то, что осталось от обязательных долей, — тому мужчине, кто ближе»): аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах) сказал: слова «тому мужчине, кто ближе» (فلأولى رجل ذكر), а в передаче, отличной от передачи Муслима, — «тому асаба, кто мужчина» (لأولى عصبة ذكر). Слово «аула» (أوْلى) — с открытой хамзой, безгласной «вав», после которой «я», — представляет собой форму женского рода от «авваль» (первый), и это известная передача. Ибн аль-Хиддаа передал от Ибн Махана вариант «лаадна» (لأدنى), что является толкованием слова «аула» и означает: наиболее близкий к покойному.
Учёные разошлись во мнении относительно определения слова «рагуль» указанием на мужской пол здесь: есть ли в этом польза или нет? Одни сказали: в этом нет иной пользы, кроме словесного усиления, ведь арабы иногда повторяют первое слово в том же виде, а иногда прибавляют слово ради усиления, как говорят: «хасан басан» (красивый-прекрасивый) и «кабих шакых» (уродливый-безобразный). Также говорят здесь: «рагуль закар» (мужчина мужского пола), «ибн лябун закар» (самец-двухлетка), «ва йатиру би-джанахайхи» (и он летит своими двумя крыльями), «ашара камиля» (десять полных). Таков стиль речи арабов.
Им же было возражено: арабы усиливают речь лишь там, где это приносит пользу — либо для укрепления смысла в душе, либо для устранения предполагаемого переносного значения, а всё это в данном случае отсутствует.
Было сказано: словом «мужского пола» здесь, а также в его словах «внук от сына мужского пола» он указал на то, чтобы избежать двусмысленных случаев — гермафродитов, ибо гермафродит не берётся в расчёт при определении обязательных долей закята*, и он не завладевает всем имуществом, если остаётся один, а получает лишь половину от двух видов наследования.
Относительно «лабун» (верблюдицы определённого возраста) было сказано: она была описана как «мужского пола» именно для того, чтобы избежать заблуждения тех, кто может подумать, что слово «ибн» (сын) применяется только к самке, подобно тому как слово «валяд» (дитя) применяется и к самцу, и к самке.
Было сказано также: в обоих местах он указал на мужской пол, чтобы намекнуть на смысл, содержащий объяснение. А именно: «ибн лабун» превосходит «бинт махад» по возрасту, и законодатель сделал его равным ей в том, что берётся [в качестве закята]. Это может быть неясно тому, чьё понимание ограничено, и он скажет: как можно сделать его заменой ей, если он лучше? Поэтому он был описан как «мужского пола», чтобы дать понять, что он уступает ей в отношении принадлежности к мужскому полу, хотя и превосходит её по возрасту. Точно так же описание мужчины как принадлежащего к мужскому полу указывает на то, что именно совершенство мужской природы — на которой держится порядок дел и противостояние врагам — есть то, за счёт чего он заслуживает право на асаба (агнатское наследование). Аллах знает лучше.
«Асаба» — это каждый мужчина, между которым и умершим существует родственная связь, дающая ему право завладеть всем имуществом, если он остаётся один, и он наследует то, что осталось после обладателей определённых долей.
Асаба делятся на три разряда: сыновья и их сыновья, отцы и их сыновья, деды и их сыновья. Подробное изложение этого содержится в книгах по фикху.
Из этого хадиса извлекается польза: женщины не бывают асаба. Правоведы применили выражение «асаба» к сестре, [наследующей] вместе с дочерью, но это употребление в переносном смысле, ибо сестра не завладевает всем имуществом, если остаётся одна. Однако поскольку в этом случае она берёт то, что осталось после дочери, она стала подобна асаба, и на неё было перенесено это название. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах)(1).
Хадис передан согласно обоим (аль-Бухари и Муслиму), и разбор его, и разъяснение его вопросов уже приводились в предыдущем хадисе. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), приведённым в начале книги, сказано:
[4136] (…) — (Передал нам Исхак ибн Ибрахим, и Мухаммад ибн Рафи‘, и Абд ибн Хумайд — причём формулировка принадлежит Ибн Рафи‘ — Исхак сказал: «передал нам», а двое других сказали: «сообщил нам» Абд ар-Раззак, [сказавший]: сообщил нам Ма‘мар от Ибн Тавуса, от его отца, от Ибн Аббаса, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Разделите имущество между обладателями определённых долей согласно Книге Аллаха, а то, что оставили доли, — то ближайшему родственнику мужского пола»).
Передатчики этого иснада: их восемь:
1 — Исхак ибн Ибрахим ибн Рахавайх, о нём говорилось недавно.
2 — Мухаммад ибн Рафи‘ аль-Кушайри, их вольноотпущенник, Абу Абдуллах ан-Нисабури аз-Захид, надёжный (сикат), благочестивый подвижник [11-й разряд] (умер в 245 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), о нём говорилось в «Введении» 4/18.
3 — Абд ибн Хумайд аль-Касси, о нём говорилось три главы назад.
4 — Абд ар-Раззак ибн Хаммам, о нём также говорилось три главы назад.
5 — Ма‘мар ибн Рашид, о нём также говорилось три главы назад.
Остальные [передатчики] уже упоминались в предыдущем иснаде.
Хадис передан согласно обоим (аль-Бухари и Муслиму), и разбор его, и разъяснение его вопросов уже приводились за один хадис до этого. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), приведённым в начале книги, сказано:
[4137] (…) — (И передал мне его также Мухаммад ибн аль-Аля Абу Курайб аль-Хамдани: передал нам Зайд ибн Хубаб от Йахьи ибн Айюба, от Ибн Тавуса, с этим же иснадом, подобно хадису Вухайба и Раух ибн аль-Касима).
Передатчики этого иснада: их четверо:
1 — Мухаммад ибн аль-Аля Абу Курайб аль-Хамдани, один из шейхов группы [составителей сборников хадисов], более того — связующее звено, о нём говорилось недавно.