Его слово: («هذا تماثيل كسرى» — «это статуи Кисры» и т. д.) — так во всех имеющихся у нас списках, с указательным местоимением в мужском роде, и в этом есть затруднение: ведь «هذا» — единственное число мужского рода, а «تماثيل» — множественное число, так что по правилам следовало сказать «هذه» (в женском роде). Хафиз в «Фатхе» приводит этот хадис из «Сахиха» Муслима в форме «هذه تماثيل كسرى» («это статуи Кисры»), и это ясно. Некоторые истолковали первый вариант так, что смысл таков: «это то, что мы видим — статуи Кисры». По-моему же, предпочтительнее предположить пропущенное определяемое слово в сказуемом, то есть: «это — совокупность статуй Кисры». И Аллах Всевышний знает лучше.
Также его слово: («هذا تماثيل كسرى» — «это статуи Кисры»): «التماثيل» — множественное число от «تِمثال» (с кясрой на «та» и сукуном на «мим»), что означает «изображение», а «كسرى» (с кясрой на «каф») — титул каждого, кто правил персами.
Хадис приводится согласно (аль-Бухари и Муслиму), и разбор его уже был дан полностью перед предыдущим хадисом, хвала и благодарность за это Аллаху.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да будет милостив к нему Аллах), от начала книги, он сказал:
[5528] (2110) — (Муслим сказал: я читал Насру ибн Али аль-Джахдами, передавшему от Абд аль-Аля ибн Абд аль-Аля: рассказал нам Яхья ибн Абу Исхак от Саида ибн Абу аль-Хасана, который сказал: пришёл человек к Ибн Аббасу и сказал: «Я — человек, который рисует эти изображения, дай мне фатву относительно них». Ибн Аббас сказал ему: «Приблизься ко мне». Тот приблизился к нему. Затем он сказал: «Приблизься ко мне», и тот приблизился, пока Ибн Аббас не положил свою руку на его голову. Ибн Аббас сказал: «Сообщу тебе то, что я слышал от Посланника Аллаха ﷺ. Я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Каждый изображающий (живые существа) — в Огне; за каждое изображение, которое он изобразил, ему будет создана душа, которая будет мучить его в Геенне»». И сказал: «Если тебе непременно нужно этим заниматься, то изображай деревья и то, что не имеет души». И Наср ибн Али подтвердил это.)
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 — (Яхья ибн Абу Исхак) аль-Хадрами, их вольноотпущенник, басриец, знаток грамматики, правдивый, иногда допускал ошибки [5] (умер в 136 г.) (передают все составители шести сборников), упомянут ранее в главе «Молитва путника и её сокращение», 2/1586.
2 — (Саид ибн Абу аль-Хасан) Йасар аль-Ансари, их вольноотпущенник, басриец, брат аль-Хасана, надёжный передатчик [3].
Передавал от Али, Ибн Аббаса, Абд ар-Рахмана ибн Самуры, Абу Бакры ас-Сакафи, Абу Хурайры, Асаса ибн Саламы, Абу Яхьи аль-Маркаба, и его матери — Хайры.
От него передавали: его брат аль-Хасан, его сын Яхья ибн Саид, Катада, Сулейман ат-Тайми, Мухаммад ибн Васи, Ибн Аун, Халид аль-Хаззаа, Аюб, аль-Амаш, Ауф аль-Араби и другие.
Абу Зур'а и ан-Насаи сказали: надёжный передатчик. Аль-Иджли сказал: басриец, таби'ий, надёжный передатчик. Халифа упомянул его во втором разряде чтецов Корана жителей Басры. Ибн Са'д сказал: умер до аль-Хасана в сотом году. Другие сказали: умер за год до аль-Хасана. Ибн Хиббан в «ас-Сикат» сказал: умер в Фарисе в 108 году.
Передавали от него все составители шести сборников, и в этой книге у него только два хадиса: этот, под номером (2110), и хадис (2916): его слово ﷺ Аммару (да будет доволен им Аллах): «Тебя убьёт группа мятежников». У аль-Бухари от него только хадис главы.
Остальные упомянуты в главе.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
Он относится к пятизвенным иснадам автора (да будет милостив к нему Аллах), и он представляет собой цепочку сплошь из басрийцев от начала до конца. Его шейх — один из девяти, от которых передавали все составители шести сборников без посредника. В нём — передача одного таби'ия от другого таби'ия. Его сподвижник — один из четырёх Абдулл, из семи многопередающих, знаток и море знаний общины. И Аллах Всевышний знает лучше.
[Другое замечание]: его слово в начале: «Муслим сказал: я читал Насру...», и в конце: «И Наср ибн Али подтвердил это» — говорящий «Муслим сказал» — это его ученик Абу Исхак Ибрахим ибн Мухаммад ибн Суфьян ан-Нисабури, умерший в раджабе 308 года по хиджре; его биография была приведена ранее во «Введении», 6/73.
Это называется «чтение и предъявление мухаддису» — второй из восьми видов способов получения хадиса, каковыми являются: слушание из уст шейха, затем чтение, затем разрешение (иджаза), затем передача (мунавала), затем письмо, затем извещение, затем завещание, затем находка (виджада).
Приведём то, что упомянул ас-Суюти (да будет милостив к нему Аллах) в своей «Альфийе» об этом виде. Он сказал:
«После этого чтение с предъявлением называют — «Я читал её» из памяти, или из книги, или «Я слышал от читающего её», а слушающий — либо запоминает её, либо это надёжный слушатель, либо слушающий удержал оригинал, либо надёжный опирается на верное, либо кто-то читал. Большинство передало консенсус в принятии этого и отвергло разногласие. А относительно того, что это предпочтительнее того, что было до, или равно ему, или уступает — передали разногласие. При передаче говорят «я читал» или «мне было прочитано», затем то, что в начале, если упомянешь — ограниченным чтением, а не безусловным, и никогда не «я слышал» в «аль-Мунтака». Третий предпочтительный вариант в передаче сведений — используется безусловно, а не «рассказал» в разные эпохи».
Обратись к моему толкованию «Ис'аф зави аль-ватар» на эти строки, чтобы увеличить знание, и Аллах Всевышний — покровитель успеха.
Разбор хадиса:
(От Саида ибн Абу аль-Хасана) Йасара аль-Басри, что он (сказал: пришёл человек), неизвестный, (к Ибн Аббасу) (да будет доволен ими обоими Аллах) (и сказал: я — человек, который рисует эти изображения) — в риваяте аль-Бухари: «Я был у Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), когда к нему пришёл человек и сказал: «О Абу Аббас, я — человек, чей заработок только от ремесла моих рук, и я делаю эти изображения»», (дай мне фатву относительно них), то есть разъясни мне шариатское положение об этих изображениях. (Тогда сказал) Ибн Аббас (ему), то есть этому человеку, спрашивающему фатву: (приблизься ко мне) — с даммой на «нун», повеление приблизиться; он повелел ему это, чтобы тот услышал его фатву, запомнил её и усвоил. (И тот приблизился к нему), то есть человек приблизился к Ибн Аббасу, как тот ему повелел. (Затем сказал) Ибн Аббас: (приблизься ко мне), то есть увеличь близость сверх твоей близости, чтобы твоё слушание и усвоение было полным.
Аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах) сказал: слово Ибн Аббаса спрашивающему его о изображениях: «приблизься ко мне» — трижды, и положение его руки на его голову — это усиление для сосредоточения его разума и понимания, для того чтобы он лучше слушал, и возвеличивание того дела, которое он ему сообщает. Конец цитаты.
(И тот приблизился), то есть увеличил близость, (пока не положил) Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах) (свою руку на его голову), то есть на голову того человека, чтобы быть ближе к его уху. (Сказал) Ибн Аббас:
(Сообщу тебе) — с даммой в начале и удвоенной «ба» — от «танбия», или без удвоения — от «инба'», что означает «извещение», (то, что я слышал от Посланника Аллаха ﷺ) — затем разъяснил ему то услышанное, сказав: (я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Каждый изображающий) — с кясрой на удвоенном «вав», (в Огне») — аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах) сказал: это относится к тем, кто изображает существа, обладающие душой, на что указывает его слово: «Им будет сказано: оживите то, что вы создали». Конец цитаты.
Аль-Хаттаби (да будет милостив к нему Аллах) сказал: изображающий — это тот, кто изображает формы живых существ, воспроизводя их очертания и придавая им форму. Что же касается резчика, который вырезает формы деревьев, делает круглые предметы, печатки и подобное этому, то я надеюсь, что он не входит в эту угрозу, хотя всё это в целом нежелательно и входит в то, что развлекает и занимает тем, что не имеет пользы. Наказание же за изображение усилилось потому, что ему поклоняются вместо Аллаха, и взгляд на него искушает, и некоторые души склоняются к нему. Конец цитаты.
(Ему будет создана) — в форме страдательного залога для действующего лица; ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах) сказал: «يجعل له» — с фатхой на «йа», от «يَجْعَل», а действующее лицо — это Аллах Всевышний, скрытое ввиду известности, (за каждое изображение, которое он изобразил, душа) — в винительном падеже, как прямое дополнение к «يَجْعَل».
Ат-Тыйби посчитал затруднительным постановку слова «нафсан» в винительном падеже, сказав: его слово («нафсан») — так в «Джами‘ аль-усуль» и в большинстве списков «аль-Масабих», и это затруднительно, поскольку глагол здесь опирается на предлог с его управляемым словом при наличии прямого дополнения; в некоторых списках — «нафсун» в именительном падеже, и это представляется более очевидным. Конец цитаты.
Составитель говорит, да простит его Аллах: причина затруднения ат-Тыйби в том, что он счёл глагол «йаджаль» построенным в страдательном залоге, тогда как предпочтительнее то, что передано выше от ан-Навави — считать его построенным в действительном залоге, а действующим лицом — местоимение, указывающее на Всевышнего Аллаха, тем более что, по всей видимости, риваят именно таков; тогда постановка «нафсан» в винительном падеже — как прямого дополнения, и никакого затруднения не остаётся. Аллах Всевышний знает лучше.
(«и будет мучить её») — эта душа («в аду») — сказал кади Ийад, да помилует его Аллах: возможно, смысл в том, что тот образ, который он изобразил, сам будет мучить его после того, как в него будет вложена душа, и тогда предлог «би» в выражении «би-кулли» имеет значение «фи» (в); а возможно, что для каждого образа будет создан отдельный человек, соответствующий числу изображений, и по месту его пребывания он будет мучить его, и тогда предлог «би» имеет значение причинного «лям» или «ради». Конец цитаты.
В риваяте аль-Бухари в «Книге торговли» через путь Ауфа от Са‘ида ибн Абу-ль-Хасана добавлено: «и человек сильно раздулся (рабы), и лицо его пожелтело», и его слово «рабы ар-раджулю» — с «ра» и «ба» — то есть распух; сказал аль-Халиль: «раба ар-раджулю» означает, что человека поразило дыхание внутри него, это и есть «ар-рабв» и «ар-рабва»; а говорят, что смысл — испугался и наполнился страхом; а его слово «рубватан» — с «ра» под даммой и с фатхой, как сказано в «аль-Фатх».
(И сказал) Ибн Аббас (да будет доволен Аллах ими обоими): («если ты непременно должен это делать») — то есть если тебе не обойтись без изготовления изображений, («то изображай») — то есть придавай образ («деревьям и тому, что не имеет души») — то есть не имеет духа.
В риваяте аль-Бухари: «И сказал: горе тебе! Если ты отказываешься делать что-либо, кроме изготовления изображений, то занимайся этими деревьями — всем тем, в чём нет духа».
Сказано в «аль-Фатх»: его слово «фа-‘алейка би-хаза-ш-шаджар, куллю шайин ляйса фихи рух» — так в оригинале, с родительным падежом слова «кулли», как замена части целым, что допускают некоторые грамматисты; возможно также, что здесь опущено определяемое слово, то есть «занимайся подобным дереву», или что опущен соединительный союз «уа», то есть «и всякой вещью», подобно тому как говорят «ат-тахийят, ас-салават», ибо смысл — «и молитвы»; и этого последнего мнения твёрдо держался аль-Хумайди в своём «Сборнике», и так же подтверждено в риваяте Муслима и аль-Исма‘или в форме: «фа-снаʻ аш-шаджар ва ма ля нафса ляху» (изображай деревья и то, что не имеет души); а у Абу Ну‘айма через путь Хауда от Ауфа: «фа-‘алейка би-хаза-ш-шаджар ва кулли шайин ляйса фихи рух» — с утверждением соединительного союза «уа».
Сказал ат-Тыйби: его слово «куллю шайин» допускает родительный падеж как разъяснение слова «аш-шаджар»; ибо, когда он запретил ему изображать и направил его к роду деревьев, он увидел, что это недостаточно ясно выражает намерение, и потому разъяснил это дополнением, что близко к замене; допускается также винительный падеж как уточнение (тафсир). Конец цитаты.
И его слово: («и подтвердил это Наср ибн Али») — то есть признал этот хадис его шейх Наср, когда он прочитал его ему; и то, что сделал Муслим своими словами «и подтвердил это... и т.д.» — это более осторожный путь, а если бы он и не сказал этого, то чтение было бы допустимо по более достоверному мнению; на это указал ас-Суюти, да помилует его Аллах, в «Альфийят аль-асар», сказав:
Если прочитано и не подтвердил слушающий (шейх) словесно — достаточно этого, а говорят — не приносит пользы;
Третье мнение — он поступает так или передаёт со словами «я прочитал» или «было прочитано ему».
И суть того, на что он указал, состоит в том, что если чтец читает шейху, а шейх молчит при этом, не отрицая услышанного, при своём внимании и понимании, но не подтверждает словесно, то в этом вопросе есть три мнения:
Первое: мнение большинства, и это достоверное мнение — что слушание действительно и допустима передача с формулой «ахбарана» и подобной ей, поскольку молчание шейха в таком случае приравнивается к признанию.
Второе: требование явного словесного подтверждения — это мнение некоторых шафиитов и захаритов.
Третье: мнение Ибн ас-Саббага из числа требующих словесного подтверждения — он сказал: чтец поступает так и передаёт со словами «я прочитал ему» и подобным этому. Смотри подробное исследование этого вопроса в моём комментарии к упомянутой «Альфия», и Аллах — Покровитель успеха.
Хадис передан согласно (аль-Бухари и Муслиму), а его вопросы будут разобраны в следующем хадисе, если Всевышний Аллах пожелает.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору, да помилует его Аллах, в начале книги сказано:
[5529] (…) — (И передал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, передал нам Али ибн Мусхир от Са‘ида ибн Абу Аруба от ан-Надра ибн Анаса ибн Малика, который сказал: я сидел у Ибн Аббаса, и он стал давать фетвы, не говоря: «сказал Посланник Аллаха ﷺ», пока не спросил его один человек, сказав: «Я — человек, который изображает эти изображения», и сказал ему Ибн Аббас: «Подойди ближе», и подошёл человек, и сказал Ибн Аббас: «Я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Кто изобразит изображение в этом мире, тому будет велено вдохнуть в него дух в День воскресения, но он не сможет это сделать»»).
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — (Са‘ид ибн Абу Аруба) Михран, аль-Йашкури, вольноотпущенник их рода, Абу-н-Надр аль-Басри, достоверный передатчик, хафиз, много занимавшийся тадлисом, и у него произошла путаница в памяти к концу жизни [6] (умер в 6-м или 157-м году) (передавали все составители шести сборников), упоминался ранее в «Книге веры» 6/126.
2 — (Ан-Надр ибн Анас ибн Малик) аль-Ансари, сын известного сподвижника, Абу Малик аль-Басри, достоверный передатчик [3] (передавали все составители шести сборников), упоминался ранее в «Книге освобождения» 2/3767.
Остальные упомянуты в этой главе.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
Это один из хадисов, передаваемых через пять звеньев автором, да помилует его Аллах, и он полностью составлен из басрийцев, кроме его шейха и Ибн Мусхира, которые оба куфийцы; в нём фигурирует Ибн Аббас (да будет доволен Аллах ими обоими), о котором говорилось ранее в предыдущем разделе.
Разбор хадиса:
(«От ан-Надра ибн Анаса ибн Малика»), сына известного сподвижника, да будет доволен им Аллах, что он («сказал: я сидел у Ибн Аббаса») (да будет доволен Аллах ими обоими); а в риваяте аль-Бухари через путь Абд аль-А‘ля от Са‘ида ибн Абу Аруба сказано: я слышал ан-Надра ибн Анаса ибн Малика, рассказывающего Катаде; сказано в «аль-Фатх»: Са‘ид ибн Абу Аруба много и постоянно общался с Катадой, и случилось так, что Катада и ан-Надр ибн Анас встретились, и ан-Надр рассказал Катаде этот хадис, и Са‘ид услышал это, будучи рядом с ним.
В риваяте аль-Мустамли и других встречается: «йухаддисуху Катадата», и местоимение относится к хадису, а «Катадата» — в винительном падеже как прямое дополнение, а действующее лицо — ан-Надр; некоторые огласовали это в именительном падеже, полагая, что местоимение относится к ан-Надру, а действующее лицо глагола «йухаддис» — Катада, но это ошибка, ибо это не сочетается со словами «я слышал ан-Надра», и потому что Катада не слышал от Ибн Аббаса и не присутствовал у него; и у аль-Бухари прямо указано, что Са‘ид услышал этот единственный хадис от ан-Надра.
В риваяте Халида ибн аль-Хариса от Са‘ида от Катады от ан-Надра ибн Анаса, которую вывел аль-Исма‘или, добавлено «от Катады», что относится к добавлениям в непрерывных иснадах; и если Халид запомнил это верно, то возможно, что Са‘ид слышал этот хадис от Катады от ан-Надра, а затем встретил самого ан-Надра и услышал его от него самого, и потому рассказывал его двумя путями; и Катада передавал этот хадис от ан-Надра и без посредства Са‘ида, что вывел аль-Исма‘или через риваят Хишама ад-Даставаи от Катады.
(«И стал») — то есть принялся Ибн Аббас (да будет доволен Аллах ими обоими) («давать фетвы») — то есть разъяснять людям решения и толковать их им, («не говоря: сказал Посланник Аллаха ﷺ»); а в риваяте аль-Бухари: «сказал: я был у Ибн Аббаса, и они спрашивали его, а он не упоминал Пророка ﷺ, пока его не спросили»; и его слова «а они спрашивали его, а он не упоминал Пророка ﷺ» означают, что он отвечал им на их вопросы, давая фетву, без упоминания довода из сунны; и разъяснение этого приведено у аль-Исма‘или через риваят Ибн Абу Адий от Са‘ида, в такой форме: «и они стали просить у него фетвы, и он давал им фетвы, но в том, что он им разъяснял, не упоминал Пророка ﷺ», как сказано в «аль-Фатх».
(«Пока его не спросил один человек») — имя которого неизвестно. В риваяте Ибн Абу Адий от Са‘ида: «пока не пришёл к нему человек из жителей Ирака, кажется, плотник», («и сказал: я человек, который рисует эти изображения»). В риваяте ан-Насаи: «и сказал: я рисую эти изображения, что ты скажешь о них?», а в другом риваяте: «и сказал: я рисую эти изображения, что ты мне велишь?». В риваяте аль-Бухари: «он сказал: я был у Ибн Аббаса, когда к нему пришёл человек и сказал: о Абу Аббас, я человек, средства к существованию которого — от ремесла моих рук». («И сказал ему Ибн Аббас», — да будет доволен ими обоими Аллах, — «приблизься»), а в риваяте ан-Насаи: «приблизься, приблизься» — это повеление приблизиться, от «дана — ядну — дунувв», по образцу «ка‘ада». А велел он ему приблизиться, чтобы это произвело более сильное воздействие при его укоре, а повторение — для усиления. «Ха» же (в конце) — «ха» молчания (сакт), и она с сукуном. Сказано в «Хуляса»:
«Останавливайся при молчании на глаголе, изменённом отбрасыванием последней буквы, как «дай тому, кто просил» — и это не обязательно, кроме как в подобном «’и‘» или «йи‘», стоящем в джазме — так соблюдай то, что соблюдали они».
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): слово Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах) обратившемуся к нему за разъяснением относительно изображений: «приблизься ко мне» — трижды, и возложение им своей руки на голову (спрашивающего) — это преувеличение в привлечении его внимания и понимания, и в том, чтобы он услышал, и в возвеличивании того, что ему сообщается. Конец цитаты (1).
(«И приблизился человек, и сказал Ибн Аббас», — да будет доволен ими обоими Аллах, — «я слышал Посланника Аллаха ﷺ»), а в риваяте ан-Насаи: «я слышал Мухаммада ﷺ», («говорящим: кто изобразил изображение в этом мире»). Сказано в «Фатх»: так он передал это в общей форме, и по внешнему смыслу это обобщение, охватывающее изображение того, что не имеет души. Но то, что понял Ибн Аббас из остальной части хадиса, — это ограничение изображением одушевлённых существ, исходя из слов «будет обязан вдохнуть в него душу», так что исключается то, что не имеет души, как дерево. («Будет обязан») — в форме страдательного залога, то есть Аллах ﷻ обяжет его, («вдохнуть») — в форме действительного залога, а действующее лицо — местоимение, относящееся к «тому, кто изобразил», («в него душу») — стоит в винительном падеже как прямое дополнение, («в День воскресения») — обстоятельство времени, относящееся к «будет обязан» либо к «вдохнуть». В риваяте Са‘ида ибн Абу аль-Хасана у аль-Бухари: «поистине, Аллах будет мучить его, пока не вдохнёт в него душу, а он никогда не сможет вдохнуть в него (душу)». Использование здесь «хатта» аналогично его использованию в словах Всевышнего: «...пока верблюд не пройдёт через игольное ушко» [аль-А‘раф: 40], и подобно тому, как говорят: «не сделаю того-то, пока ворон не побелеет».
Сказал аль-Кирмани (да помилует его Аллах): по внешнему смыслу, это возложение обязанности, невыполнимой (тавассуф ма ля йутак), но это не так — цель здесь лишь в продолжительности его наказания, и в проявлении его бессилия перед тем, чем он занимался, и в преувеличении его укора, и в разъяснении отвратительности его поступка.
(«А он не способен вдохнуть») — то есть это невозможно для него, так что он будет мучиться вечно. В хадисе Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах): «изображающим будет сказано: оживите то, что вы создали», и это — повеление, выражающее его бессилие (та‘джиз).
[Возникла трудность]: эта угроза в отношении мусульманина, ведь угроза умышленному убийце прекращается, по мнению приверженцев сунны, несмотря на упоминание о вечности (пребывания в огне), толкуя вечность как продолжительный срок; а эта угроза сильнее той, поскольку она ограничена тем, что невозможно, — вдохновением души, так что нельзя истолковать это в том смысле, что он будет мучиться долгое время, а затем избавится (от мучений).
[Ответ]: непременно следует истолковать хадис так, что имеется в виду сильное устрашение, угрозой наказанием, подобным наказанию неверующего, чтобы это было более действенным средством удержания (от греха), а внешний смысл здесь не подразумевается. И это касается того, кто совершает это, считая грехом; а что до того, кто делает это, считая разрешённым, то здесь нет затруднения. Сказано в «Фатх» (1).
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): слова «будет обязан вдохнуть в него душу, но не способен» означают: ему это будет предписано и возложено на него, а он не способен исполнить это, и потому будет мучиться в любом случае, — и из этого извлекается допустимость возложения невозможного (тавассуф би-ль-мухаль) в этом мире, как это допустимо в мире вечном.
Но: цель этого возложения обязанности не в требовании исполнения, а цель его — мучение обязанного и проявление его бессилия перед тем, чем он занимался, в преувеличение его укора и проявление отвратительности его поступка. Конец цитаты (1). А Аллах Всевышний знает лучше.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах) приводится в обоих «Сахихах» (аль-Бухари и Муслима).
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл автор здесь [25/5528, 5529 и 5530] (2110), аль-Бухари в «Торговых сделках» (2225), «Одежде» (5963) и «Толковании снов» (7042), Абу Дауд в «Этике» (5024), ат-Тирмизи в «Одежде» (1751), ан-Насаи в «Украшениях» (5360 и 5361) и «Большой книге» (9782 и 9783), аль-Хумайди в своём «Мусанаде» (531), Ахмад в своём «Мусанаде» (1/216, 241, 308, 350, 359, 360), Ибн Абу Шейба в своём «Мусаннафе» (8/484-485), ат-Табарани в «Большом (сборнике)» (12/12772 и 12773), Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (5685, 5686, 5846, 5848), ат-Тахави в «Разъяснении смыслов преданий» (4/286), Абу Я‘ля в своём «Мусанаде» (4/451), аль-Байхаки в «Большой книге» (7/270), «Шу‘аб аль-иман» (5/189) и «Адаб» (988), аль-Багави в «Разъяснении сунны» (3219 и 3818). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о пользах хадиса:
1 — (Из них): разъяснение того, чем будут наказаны обладатели изображений — вдохновением души в День воскресения.
2 — (Из них): что этим хадисом приводится доказательство того, что деяния рабов сотворены Аллахом Всевышним, поскольку угроза постигает того, кто подобится Творцу, а это указывает на то, что кроме Аллаха никто не является творцом в истинном смысле.
Некоторые ответили на это тем, что угроза относится к сотворению сущностей (джавахир).
Но на это возразили тем, что угроза относится к форме и облику, а не к сущности; что же касается исключения того, что не имеет души, то это пришло в качестве послабления.
3 — (Из них): что в его словах «будет обязан в День воскресения» есть опровержение тех, кто утверждает, что в мире вечном нет возложения обязанностей.
[Ответили]: что подразумевается под отрицанием то, что там нет возложения обязанности деянием, за которое следует награда или наказание; а такое возложение обязанности, как это, не является невозможным, поскольку оно само — наказание, и это подобно другому хадису: «кто убил себя железом, то железо его в его руке, он будет колоть себя им в День воскресения». Так что возложение обязанности деянием в этом мире — хорошо, по терминологии знатоков богословия (ильм аль-калям), в отличие от этого возложения обязанности, которое является наказанием.
4 — (Из них): что этим хадисом приводится доказательство допустимости возложения обязанности невозможным (тавассуф ма ля йутак).
Ответ — как было сказано выше, и также: вдохновение души в неживое пришло как чудо для Пророка ﷺ, значит это возможно, хотя в его осуществлении есть нарушение обычного порядка (хирк аль-‘ада).
А истина в том, что это обращение, выражающее бессилие (та‘джиз), а не возложение обязанности (таклиф), как было сказано выше. Сказано в «Фатх» (1).
Сказал собиратель (да простит его Аллах): один из исследователей (2) написал относительно упомянутого доказательства, сказав: в этом доказательстве есть сомнение, ибо повеление вдохнуть душу, упомянутое в хадисе, — это повеление, выражающее бессилие, а не возложение обязанности, как отметил хафиз (да помилует его Аллах), и это так, как он сказал. Он сказал: невозможное (ма ля йутак) может подразумевать невозможное по своей сущности, как сочетание двух противоречащих или двух противоположных вещей, и это недопустимо возлагать в качестве обязанности, поскольку это немыслимо; а может подразумевать невозможное из-за иного (ли-гайрихи), хотя по своей сущности оно возможно, как вера неверующего, о котором Аллах знал, что он не уверует, — и считать это невозможным есть учение джабритов (сторонников абсолютного предопределения); а может подразумевать то, что представляет великую тяжесть сверх сил, — и возложение обязанности в этих двух случаях допустимо и имеет место, как сказал Аллах Всевышний: «Господь наш! Не наказывай нас, если мы забыли или ошиблись. Господь наш! Не возлагай на нас тяжести, подобной той, что Ты возложил на тех, кто был до нас. Господь наш! Не возлагай на нас того, что нам не по силам» [аль-Бакара: 286]; а может подразумеваться под невозможным то, на что у раба вообще нет способности, как ходьба для парализованного или письмо для того, у кого отрублена рука, — и это
допустимо разумом, но не имеет места по шариату. Конец его слов (1).
Сказал собиратель (да простит его Аллах): я подробно рассмотрел этот вопрос в «Тухфа аль-марзыйя», где сказал при упоминании условий возложения обязанности следующее:
Первое из условий — чтобы то действие было отсутствующим [ещё не совершённым], а второе — чтобы оно также было известным.
Третье — чтобы оно было возможным для исполнения, чтобы оно могло быть достигнуто усердием стремящегося к нему.
Поэтому возложение обязанности невозможного по его сути само является невозможным.
В шариате. Что же касается невозможного не по своей сути, то оно допустимо и происходит на деле, так следуй этому.
Первое — подобно соединению противоположностей, а второе — вера обладателей упорства [в неверии].
Отсюда не возлагается обязанность того, что не под силу, о разумный!
Напротив, необходима детализация, как было изложено ранее, и обрати внимание на выражения, изучение которых более достойно.
Если ты хочешь удостовериться в значении этих строк, обратись к их толкованию «аль-Минха ар-радыйя», а от Аллаха Всевышнего — содействие.
5 — Из их числа [извлекаемых польз] — то, что этим хадисом приводится доказательство дозволенности изображения того, что не имеет души, — из деревьев, солнца или луны. Шейх Абу Мухаммад аль-Джувейни передал мнение о запрете этого, поскольку среди неверных были те, кто поклонялся этому.
Сказал Хафиз: из наказания того, кто изображает то, что имеет душу, упомянутым образом, не следует дозволенность изображения того, что не имеет души. Ведь общий смысл его слова «те, которые уподобляются в творении Аллаха» и его слова «и кто более несправедлив, чем тот, кто взялся творить подобное моему творению» охватывает как то, что имеет душу, так и то, что не имеет души. Если же ограничить это тем, что имеет душу, по смыслу, с той точки зрения, что это то, обычай изготовления чего не был распространён среди людей, тогда как их обычай был распространён, например, в посадке деревьев, — то это ограничение неприменимо к таким вещам, как изображение солнца и луны, и запрет усиливается в отношении того, чему поклонялись помимо Аллаха, ибо это уподобляется изображению идолов, которые являются первоосновой в запрете изображения. Муджахид, спутник Ибн Аббаса, ограничил дозволенность изображения дерева тем, что не приносит плодов; что же касается плодоносящего, то он приравнял его к тому, что имеет душу.
Сказал кади Ийяд: этого не говорил никто, кроме Муджахида. Ат-Тахави возразил ему тем, что изображение было дозволено после отсечения его головы — а если бы голова была отсечена у имеющего душу, то он не остался бы жив, — и это указывает на дозволенность того, что вообще не имеет души.
Сказал Хафиз: следствие этого мнения таково, что дозволение изображения того, что имеет душу, со всеми его частями, кроме головы, содержит в себе очевидное сомнение. Я полагаю, что Муджахид слышал хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), в котором говорится: «Пусть они сотворят муравья, и пусть сотворят ячменное зерно», ибо в упоминании муравья содержится указание на то, что имеет душу, а в упоминании ячменного зерна — указание на то, что вырастает из съедобного. Что же касается того, что не имеет души и не приносит плодов, то указание на это не имеет места. Противоположностью этой строгости выступает то, что передал Абу Мухаммад аль-Джувейни: что вплетение изображения в ткань не запрещается, поскольку такая ткань может носиться. Аль-Мутавалли распространил это же правило на изображение на земле и подобном ей. Ан-Навави подтвердил запрет всего этого. Ан-Навави сказал: исключается из дозволенности то, что имеет тень [объёмное изображение], а также изготовление детских куколок — ввиду того, что относительно этого пришло послабление. Упомянул это в «Фатхе».
Сказал составитель, да простит его Аллах Всевышний: исключение изготовления детских куколок вызывает сомнение, ибо текст пришёл с послаблением на их использование, а не на их изготовление. Вдумайся в различие между этими двумя, и Аллах Всевышний знает лучше.
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): его слово «ему будет поручено вдохнуть в него душу» — отсюда усмотрел Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах), что изображение того, что не имеет души, дозволено, равно как и заработок этим. Это мнение большинства предшественников и последующих поколений. Разошёлся с ними в этом Муджахид, сказав: не дозволяется изображение чего-либо из всего этого, будь оно с душой или без, — придерживаясь в этом слова Аллаха Всевышнего в хадисе кудси: «И кто более несправедлив, чем тот, кто взялся творить творение подобное моему творению? Пусть они сотворят муравья, пусть сотворят зерно, пусть сотворят ячменное зерно», — согласованный хадис. Так этим обобщается порицание, угроза и осуждение каждого, кто взялся изображать что-либо из того, что сотворил Аллах Всевышний. И этот хадис указывает на то, что порицание и угроза связаны с изображающими лишь постольку, поскольку они уподобились Аллаху Всевышнему в Его творении и взялись делить с Ним то, чем Аллах Всевышний обособился, — творение и создание. Это разъясняет доказательство Муджахида. Большинство же исключило из числа запрещённых изображений детские куколки, как было упомянуто ранее. Отклонился от этого некто, кто запретил и их, полагая, что дозволенность этого была отменена этим запретом. Но он лишён права на это утверждение и должен доказать наличие противоречия и установить хронологию. А некоторые из наших учёных исключили из этого запрета то, что не сохраняется долго, — как глиняные и восковые изображения и подобное этому, — и он должен привести доказательство такого исключения, но у него нет на это ни прямого текста, ни даже косвенного указания, а есть лишь ограниченное соображение, которое отвергается тем смыслом, что мы установили, и явными текстами. Конец.
Сказал составитель, да простит его Аллах Всевышний: об исключении изготовления детских куколок ты уже узнал только что, так обрати внимание, и Аллах Всевышний знает лучше.
По непрерывному иснаду к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[5530] (…) — Передали нам Абу Гассан аль-Мисмаи и Мухаммад ибн аль-Мусанна, они сказали: передал нам Муаз ибн Хишам, [сказал]: передал мне мой отец от Катады, от ан-Надра ибн Анаса, что некий человек пришёл к Ибн Аббасу, и он передал от Пророка ﷺ подобное этому.
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — Абу Гассан аль-Мисмаи — Малик ибн Абд аль-Вахид аль-Басри, надёжный [10-й слой] (ум. 230), (Муслим, Абу Дауд); упомянут ранее в «Книге веры», 8/137.
2 — Муаз ибн Хишам ад-Дастувани аль-Басри, упомянут недавно.
3 — Его отец — Хишам ибн Абу Абдаллах Санбар ад-Дастувани аль-Басри, упомянут также недавно.
Остальные упомянуты в главе.
Его слово («и он передал от Пророка ﷺ подобное этому») — субъект действия «передал» — это местоимение, указывающее на Катаду, а местоимение в «подобное этому» относится к Саиду ибн Абу Аруба; то есть: передал Катада от ан-Надра ибн Анаса подобное тому, что передал от него Саид. И Аллах Всевышний знает лучше.
[Замечание]: этот риваят Катады от ан-Надра ибн Анаса привёл ат-Табарани через риваят Ибн Абу Аруба от Катады в «аль-Муджам аль-кабир», сказав:
(12900) — Передал нам Ибрахим ибн Наиля аль-Исбахани, [сказал]: передал нам Мухаммад ибн Абу Бакр аль-Мукаддами, [сказал]: передал нам Мухаммад ибн Абу Адий, от Саида ибн Абу Аруба, от Катады, от ан-Надра ибн Анаса, от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), который сказал: я слышал Посланника Аллаха ﷺ, говорящего: «Кто изобразит изображение в этом мире, тому будет поручено в День воскресения вдохнуть в него душу, но он не сможет вдохнуть». Конец.
[Другое замечание]: критиковал хафиз Абу Али аль-Джайяни этот риваят ат-Табарани по пути Саида ибн Абу Аруба от Катады, сказав после упоминания предшествующего иснада Муслима, то есть риваята Саида ибн Абу Аруба от ан-Надра ибн Анаса, следующее: таков иснад этого хадиса, как передал его Саид ибн Абу Аруба от ан-Надра ибн Анаса. Некоторые допустили ошибку, вставив между ними Катаду, и это неверно, ибо Саид слышал этот хадис от ан-Надра ибн Анаса единолично [без посредника]. Упомянул это аль-Бухари в «аль-Джами»: передал нам Айяш, [сказал]: передал нам Абд аль-Аля, [сказал]: передал нам Саид ибн Абу Аруба, [сказавший]: я слышал ан-Надра ибн Анаса, рассказывающего Катаде, [который] сказал: я был у Ибн Аббаса, — и упомянул хадис. Сказал аль-Бухари: Саид ибн Абу Аруба слышал от ан-Надра только этот один хадис. Муслим же привёл этот хадис после этого через риваят Муаза ибн Хишама, от его отца, от Катады, от ан-Надра ибн Анаса, и подтверждение присутствия Катады в этом иснаде верно. Конец слов аль-Джайяни (да помилует его Аллах).
Сказал составитель, да простит его Аллах: было упомянуто ранее от Хафиза, что этот риваят привёл аль-Исмаили через риваят Халида ибн аль-Хариса от Саида, от Катады, от ан-Надра ибн Анаса. Он сказал: слово «от Катады» относится к добавленному в непрерывные иснады. Если Халид запомнил это верно, то возможно, что Саид слышал этот хадис от Катады, от ан-Надра, а затем встретил самого ан-Надра и услышал его от него непосредственно, и передавал его обоими способами. Конец.
Составитель (да простит его Аллах) сказал: второе предположение отдаляется словами Саида в риваяте аль-Бухари: «Я слышал, как ан-Надр ибн Анас рассказывал Катаде…» и т. д. Ведь он слышал это, сидя вместе с Катадой, а не после него. И очевидно, что верным является то, что сказал аль-Джаййани о признании ошибочности этого риваята, а Аллах Всевышний знает лучше.
(2) «Такъйид аль-мухмаль» 3/904–905.
(3) «Аль-Фатх» 13/480, книга «Одежда», № (5963).