Болезни, которые нас постигают, — что нам от них? Он сказал: «Искупление грехов». Тогда Убайй бин Ка‘б сказал: «О Посланник Аллаха, даже если их мало?» Он сказал: «Даже если [укол] шипом и более того». И Убайй молился, чтобы лихорадка не оставляла его до самой смерти, и чтобы она не отвлекала его от хаджа, ни от умры, ни от джихада, ни от обязательной молитвы в собрании. [Передатчик] сказал: «И не касался человек его тела, не обнаруживая его жара, до самой его смерти». Передал Ахмад, Абу Я‘ля и Ибн Абу ад-Дунья, и признал достоверным Ибн Хиббан. И передал ат-Табарани от хадиса Убайя бин Ка‘ба с тем же смыслом, и его иснад — хороший. Конец из «аль-Исаба».
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: «Всего от него [Абу Хурайры], со слов Посланника Аллаха ﷺ передано сто шестьдесят четыре хадиса, из них аль-Бухари и Муслим привели в «Двух достоверных сборниках» тринадцать». Конец.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[6320] (2465) — (Рассказал нам Мухаммад бин аль-Мусанна, [сказав]: рассказал нам Абу Дауд, [сказав]: рассказал нам Шу‘ба, от Катады, который сказал: «Я слышал, как Анас говорил: «Собрали Коран во времена Посланника Аллаха ﷺ четверо, все они — из ансаров: Му‘аз бин Джабаль, Убайй бин Ка‘б, Зейд бин Сабит и Абу Зейд». Катада сказал: «Я спросил Анаса: «Кто это Абу Зейд?» Он ответил: «Один из моих дядьёв»».)
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — (Абу Дауд) Сулейман бин Дауд бин аль-Джаруд ат-Таялиси аль-Басри, надёжный, хафиз [9] (204) (خت م ٤), упомянут ранее во «Введении» 6/73.
2 — (Катада) бин Ди‘ама бин Катада ас-Садуси, Абу аль-Хаттаб аль-Басри, надёжный, твёрдый [в передаче], практиковал тадлис; говорят, что он родился слепым, и он — глава [своего] разряда [4] (умер 117 г. х.) (ع), упомянут ранее во «Введении» 6/70.
3 — (Анас) бин Малик (да будет доволен им Аллах), его биография приведена недавно.
Оставшиеся двое упомянуты перед [этим] хадисом.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
то, что он входит в число хадисов автора (да помилует его Аллах) с пятью передатчиками, и он весь, от начала до конца, состоит из басрийцев; в нём — Анас (да будет доволен им Аллах), о котором говорилось недавно.
Разбор хадиса:
(От Катады) бин Ди‘ама ас-Садуси; в риваяте аль-Бухари через путь Хаммама сказано: «Рассказал нам Катада, [сказавший]: «Я спросил Анаса бин Малика (да будет доволен им Аллах): «Кто собрал Коран во времена Пророка ﷺ?»...»» (Он сказал) Катада: (я слышал, как Анас) (да будет доволен им Аллах) (говорил); то есть в ответ на упомянутый вопрос Катады: (собрали Коран); то есть выучили его наизусть (во времена Посланника Аллаха ﷺ); то есть в его время и при его жизни ﷺ, (четверо). Сказано в «аль-Фатх»: «И нет в этом ничего, что противоречило бы хадису Абдуллаха бин Умара (да будет Аллах доволен ими обоими): «Учитесь чтению Корана у четырёх», где он упомянул двух из четырёх и не упомянул двух других; ибо можно сказать, что из повеления брать чтение у них не следует, что все они выучили его целиком, либо же не следует опираться на смысловое ограничение (мафхум) хадиса Анаса; ибо из его слов «собрали его четверо» не следует, что его не собрал кто-то другой помимо них. Возможно, он имел в виду, что его сбор не выпал на долю четырёх из одного племени, кроме этого племени, а именно — ансаров». Конец.
(Все они из ансаров) в риваяте ат-Табари через путь Са‘ида бин Абу Аруба, от Катады, в начале хадиса: «Заспорили два племени: аус и хазрадж. Аус сказал: «Среди нас четверо: тот, ради кого содрогнулся трон [Аллаха] — Са‘д бин Му‘аз, и тот, чьё свидетельство было равнозначно свидетельству двух мужчин — Хузайма бин Сабит, и тот, кого омыли ангелы — Ханзала бин Абу Амир, и тот, кого защитили пчёлы — Асим бин Сабит». Тогда хазрадж сказал: «Среди нас четверо, кто собрал Коран, и никто другой его не собрал», — и упомянул их».
Хафиз сказал: «Этот риваят Са‘ида ясно указывает на ограничение [числом четыре], и Са‘ид твёрд [в передаче] от Катады. Вместе с тем возможно, что Анас имел в виду: «его не собрал никто другой», то есть из аус, судя по упомянутому спору, и не имел в виду отрицать это в отношении мухаджиров. Далее, в риваяте Са‘ида это — слова хазраджитов, и не разъяснено имя того, кто это сказал, но поскольку Анас привёл это и не оспорил, [это выглядит] как будто он сам это утверждает, тем более что он сам из хазрадж». Конец.
Собирающий [хадисы] говорит, да простит его Аллах: далее, в третьем вопросе, придёт разъяснение того,
как совместить этот хадис Анаса (да будет доволен им Аллах) с другими хадисами, указывающими, что собравших Коран было больше четырёх упомянутых здесь — если Аллах Всевышний пожелает.
(Му‘аз бин Джабаль и Убайй бин Ка‘б) — их биографии приведены ранее в предыдущей главе. (И Зейд бин Сабит) бин ад-Даххак бин Зейд бин Лаузан бин Амр бин Ауф бин Ганм бин Малик бин ан-Наджжар аль-Ансари аль-Хазраджи, Абу Са‘ид, а по другой версии — Абу Сабит, и говорили иное относительно его куньи; его сочли слишком юным в день Бадра, и говорят, что он участвовал в [битве при] Ухуде, а также говорят, что первым его сражением был [осада] Хандак. При нём было знамя рода бану ан-Наджжар в день Табука, а прежде оно было у Умары бин Хазма, но Пророк ﷺ забрал его у него и передал Зейду бин Сабиту. [Умара] сказал: «О Посланник Аллаха, дошло до тебя что-то обо мне?» Он ответил: «Нет, но Коран имеет предпочтение». Он записывал откровение для Пророка ﷺ. Его мать — ан-Нувар бинт Малик бин Му‘авия бин Адий. Его отец был убит в день Бу‘ас, а это было за пять лет до хиджры. Он — тот, кто собрал Коран во времена Абу Бакра, что подтверждено в «Сахихе», и Абу Бакр сказал ему: «Ты — юноша разумный, мы не подозреваем тебя [в дурном]». Аль-Бухари передал в форме та‘лик, а аль-Багави и Абу Я‘ля — с непрерывным иснадом, от Абу аз-Зинада, от Хариджи бин Зейда, от его отца, который сказал: «Меня привели к Пророку ﷺ, когда он прибыл в Медину, и было сказано: «Это — из рода бану ан-Наджжар, и он уже прочитал семнадцать сур». Я прочитал ему [Коран], и это ему понравилось, и он сказал: «Изучи письмо иудеев, ибо я не доверяю им в отношении моего письма». Я так и сделал, и не прошло и половины месяца, как я освоил его, и я стал писать ему [письма] к ним, а когда они писали ему, я читал их ему». Якуб бин Суфьян передал с достоверным иснадом от аш-Ша‘би, который сказал: «Зейд бин Сабит собрался сесть верхом, и Ибн Аббас взялся держать стремя. [Зейд] сказал: «Отойди, о сын дяди Посланника Аллаха!» [Ибн Аббас] ответил: «Нет, так мы поступаем с учёными и старейшинами»». И от Анаса [передано], что он сказал: «Пророк ﷺ сказал: «Самый знающий из вас в вопросах наследования — Зейд»», — передал Ахмад с достоверным иснадом, хотя говорят, что он с изъяном (му‘алль). Ибн Са‘д передал с достоверным иснадом, сказав: «Зейд бин Сабит был одним из тех, кто выносил фетвы, и их было шестеро: Умар, Али, Ибн Мас‘уд, Убайй, Абу Муса и Зейд бин Сабит».
Зейд умер в сорок втором, или сорок третьем, или сорок пятом году, а по другой версии — в пятьдесят первом, или пятьдесят втором, или пятьдесят пятом году, и мнение большинства — сорок пятый год. Абу Хурайра сказал, когда он умер: «Сегодня умер знаток этой общины, и пусть Аллах сделает Ибн Аббаса ему преемником». Когда он умер, Хассан оплакал его, сказав [размером «тавиль»]:
Кто же теперь для стихов после Хассана и его сына, // И кто для смыслов после Зейда бин Сабита?
Его биография приведена ранее в [книге] «Хайд» 22/793, и я привёл её снова из-за долгого промежутка времени с тех пор, так что обрати внимание.
(А Абу Зейд) Али бин аль-Мадини упомянул, что его имя — Аус; а от Яхьи бин Ма‘ина [передано]: он — Сабит бин Зейд; и говорят, что он — Са‘д бин Убайд бин ан-Ну‘ман, и это утвердительно заявил ат-Табарани со слов своего шейха Абу Бакра бин Садаки, сказав: «Это тот, кого называли «чтецом», и он был [начальником] при Кадисии и там же принял мученическую смерть; он — отец Умайра бин Са‘да». А от аль-Вакиди [передано]: он — Кайс бин ас-Сакан бин Кайс бин Заур бин Харам аль-Ансари ан-Наджжари. Хафиз сказал: «И этому отдаётся предпочтение по словам Анаса «один из моих дядьёв», ибо он из племени бану Харам». Конец.
(Катада сказал: я спросил Анаса) (да будет доволен им Аллах): (кто это Абу Зейд? Он сказал) Анас: (один из моих дядьёв). В риваяте аль-Бухари: «Он сказал: «И мы унаследовали его [знание]»». Сказано в «аль-Фатх»: «Говорящий «и мы унаследовали его» — это Анас», а в другом риваяте от Анаса [сказано]: «Он сказал: «Умер Абу Зейд, и он был участником [битвы при] Бадре, и не оставил потомства, и Анас сказал: «Мы унаследовали его [знание]»».
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: его слово («один из моих дядей») отвергает мнение тех, кто назвал упомянутого Абу Зайда именем Са‘д ибн Убайд ибн ан-Ну‘ман, одного из бану Амр ибн Ауф, поскольку Анас — хазраджит, а Са‘д ибн Убайд — ауситянин. Если это так, то допустимо, что Са‘д ибн Убайд был одним из тех, кто собрал Коран, но Анас не был осведомлён об этом. Абу Ахмад аль-Аскари сказал: никто из ауситов не собрал его, кроме него. А Мухаммад ибн Хабиб в «аль-Мухаббар» сказал: Са‘д ибн Убайд — и назвал его родословную — был одним из тех, кто собрал Коран при жизни Пророка ﷺ.
В риваяте аш-Ша‘би встречается различение между Са‘дом ибн Убайдом и Абу Зайдом, поскольку он упомянул их обоих вместе, что указывает на то, что это не тот, кто подразумевается в хадисе Анаса. Ибн Абу Дауд упомянул среди тех, кто собрал Коран: Кайса ибн Абу Са‘са‘а, который хазраджит и носит кунью Абу Зайд, а также Са‘да ибн аль-Мунзира ибн Ауса ибн Зухайра, который тоже хазраджит, но я не встречал прямого указания, что его кунья — Абу Зайд. Затем я нашёл у Абу Дауда то, что снимает эту проблему в корне: он передал по иснаду, отвечающему условиям аль-Бухари, от Сумамы, от Анаса, что имя Абу Зайда, который собрал Коран, — Кайс ибн ас-Сакан. Он сказал: он был человеком из нас, из бану Ади ибн ан-Наджжар, одним из моих дядей, и умер, не оставив потомства, и мы унаследовали его. Ибн Абу Дауд сказал: рассказал нам Анас ибн Халид аль-Ансари, сказав: это Кайс ибн ас-Сакан ибн За‘ура, из бану Ади ибн ан-Наджжар. Ибн Абу Дауд сказал: он умер вскоре после смерти Пророка ﷺ, и его знание пропало, и от него ничего не было взято, а он был участником Акабы и Бадра. Конец слов хафиза (да помилует его Аллах), и это очень ценное исследование, и Аллах Всевышний знает лучше.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Анаса ибн Малика (да будет доволен им Аллах) передан согласно обоим (аль-Бухари и Муслиму).
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл автор здесь [23/6320 и 6321] (2465), аль-Бухари в «Достоинствах ансаров» (3810) и «Достоинствах Корана» (5003 и 5004), ат-Тирмизи в «Достоинствах» (3794), ан-Насаи в «аль-Кубра» (5/9), ат-Тайялиси в своём «Мусанаде» (2018), Ахмад в своём «Мусанаде» (3/277), Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (7130), Абу Я‘ля в своём «Мусанаде» (3198 и 3255), аль-Баззар в своём «Мусанаде» (2802), ат-Табарани в «аль-Аусат» (2/150) и «аль-Кабир» (2/261), Ибн Са‘д в «ат-Табакат» (2/356), аль-Байхаки в «аль-Кубра» (6/211), и Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о словах учёных относительно этого хадиса:
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: многие люди усмотрели в этом хадисе внешнюю проблематичность, до того что решили, что он открывает путь для сомнения и порочения таватура (достоверной передачи) Корана. А это возникло лишь у того, кто счёл, что у этого хадиса есть указание через противоположный смысл (далиль аль-хитаб); ведь это не будет верным, пока не скажешь: выделение упоминанием этих четверых указывает на то, что никто иной, кроме них, не собрал его. А тот, кто отрицает довод через противоположный смысл, избавлен от этого; а тот, кто признаёт его, большинство из них говорят: что числительные не имеют указания через противоположный смысл, ибо они уподобляются титулам, а титулы не имеют указания через противоположный смысл по единогласному мнению имамов основ (усуль). И не следует обращать внимание на слова ад-Даккака в этом, ибо это явно порочно, как мы разъяснили в основах. И даже если допустим, что числительные имеют указание через противоположный смысл, то к этому доводу обращаются лишь тогда, когда ему не противоречит прямое указание (мантук), ибо это самый слабый из видов доводов у тех, кто признаёт его. А здесь есть два обстоятельства, которые предпочтительнее его по единогласному мнению:
Первое: достоверная передача.
Второе: то, что известно из необходимости обычного порядка вещей.
Что касается передачи: то кади Абу Бакр и другие упомянули группу сподвижников Посланника Аллаха ﷺ, которые собрали Коран при жизни Посланника Аллаха ﷺ, среди них: четверо праведных халифов, Ибн Мас‘уд, и Салим, вольноотпущенник Абу Хузайфы. Абу Абдуллах аль-Мазари назвал из них пятнадцать.
И достоверно передано (мутаватир) многими сообщениями, что в день Ямамы было убито семьдесят из тех, кто собрал Коран, а это было в год смерти Пророка ﷺ и в первый год халифата Абу Бакра (да будет доволен им Аллах). А если в одном войске было убито семьдесят из тех, кто собрал Коран, то те, кто остался в живых из них в этом же войске, во много раз превышали убитых. И если это было в одном лишь войске, то посмотри, сколько осталось в городах ислама в то время, и в других войсках сподвижников (да будет доволен ими Аллах) из тех, кто собрал Коран. Из этого становится ясно, что тех, кто собрал Коран при жизни Посланника Аллаха ﷺ, никто не сможет сосчитать, и никакое число их не охватит.
Что касается второго, то есть обычного порядка вещей: он требует, чтобы множество, огромное множество людей собрались на его сохранение и передачу, ибо Коран обладает удивительным строем и своеобразным стилем, отличным от стилей их речи в прозе и стихах, вместе с тем, что он содержит из наук, установлений, знания разрешённого и запретного, повествований и известий, благовестия и предостережения. А Пророк ﷺ при этом распространял его среди людей и обращался с ним к красноречивым и умным людям. А то, что имеет такой путь, обычный порядок вещей требует, чтобы побуждения к сохранению его целиком были многочисленны, и чтобы люди останавливались на том, что он содержит из видов мудрости и чудес, красот нравственности и установлений, и невозможно, чтобы отдельные лица единолично сохранили его, как невозможно, чтобы они единолично передали его. Из этих удивительных исследований стало ясно, что у этого хадиса нет указания через противоположный смысл.
Если скажут: если у него нет указания через противоположный смысл, то почему же выделены эти четверо упоминанием, а не другие? Ответ с нескольких сторон:
Первая: возможно, что это связано с целью говорящего, относящейся к ним, а не к другим, как в случае упоминания титулов.
Вторая: из-за присутствия этих четверых в его сознании, а не других.
Третья: эти четверо прославились этим в то время, а не другие из тех, кто хранил его весь.
Четвёртая: Анас слышал от этих четверых их собственные рассказы о себе, что они собрали Коран, и не слышал подобного от других, и всё это возможно, и Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах), и это ценное исследование, и Аллах Всевышний знает лучше.
И сказал в «аль-Фатх»: группа имамов сочла этот хадис — то есть данный хадис — сомнительным. Аль-Мазари сказал: из слов Анаса «никто иной не собрал его» не следует, что дело на самом деле было именно так, ибо смысл в том, что он не знает, что кто-то кроме них собрал его. Иначе как возможен полный охват этого при многочисленности сподвижников (да будет доволен ими Аллах) и их разбросанности по странам? Это было бы возможно лишь если бы он встретился с каждым из них по отдельности, и тот сообщил бы ему о себе, что он не завершил сбор Корана при жизни Пророка ﷺ, а это в высшей степени далеко от обычного порядка вещей. И поскольку опора здесь — на то, что было в его знании, не следует, что дело на самом деле было именно так. Он сказал: за эти слова Анаса ухватилась группа безбожников, но нет у них в этом опоры, ибо мы не признаём понимание их в буквальном смысле; а если и допустим это, то откуда им знать, что дело на самом деле было именно так? А если и это допустим, то не следует из того, что каждый отдельный из огромного множества не хранил его весь целиком, что огромное множество в совокупности не хранило его весь. И не является условием таватура, чтобы каждый отдельный человек хранил всё его целиком, а достаточно, если все вместе хранят всё, даже если распределённо.
И аль-Куртуби привёл довод в этом из того, что упомянуто выше, что в день Ямамы было убито семьдесят чтецов, и было убито при жизни Пророка ﷺ у Бир Ма‘уна такое же число. Он сказал:
Анас выделил четверых упоминанием лишь из-за сильной своей связи с ними, а не с другими, или потому что они были у него в сознании, а не другие. Конец.
И сказал в «аль-Фатх» также: кади Абу Бакр аль-Бакиллани и другие ответили на этот хадис Анаса несколькими ответами:
[Первый]: у него нет подразумеваемого смысла, поэтому не следует, что никто иной, кроме них, не собрал его.
[Второй]: подразумевается: никто, кроме них, не собрал его во всех его аспектах и чтениях, с которыми он был ниспослан.
[Третий]: никто, кроме них, не собрал то, что было отменено (насх) после его чтения, и то, что не было отменено, а это близко ко второму ответу.
[Четвёртое]: имеется в виду, что под собиранием подразумевается получение (Коרана) непосредственно из уст Посланника Аллаха ﷺ, без посредника, в отличие от прочих, — то есть допустимо, что кто-то другой получил часть его через посредника.
[Пятое]: они взяли на себя передачу и обучение ему, и стали известны этим, а положение прочих осталось скрытым от того, кто знал их дело, поэтому он ограничил это ими сообразно своему знанию, хотя на самом деле дело не таково; или же причина скрытости положения прочих в том, что они боялись опасности показухи (рия) и самолюбования, а тот, кто открыто заявил об этом, был от этого в безопасности.
[Шестое]: под собиранием имеется в виду запись, и это не отрицает, что кто-то другой собрал его, храня наизусть, тогда как эти собрали его записью и хранили наизусть.
[Седьмое]: имеется в виду, что никто не заявил открыто, что он собрал его в смысле завершения хранения наизусть при жизни Посланника Аллаха ﷺ, кроме этих, в отличие от прочих, которые не заявили об этом открыто, поскольку никто из них не завершил хранение, кроме как при смерти Посланника Аллаха ﷺ, когда был ниспослан последний аят из него, — и, возможно, при этом последнем аяте и подобных ему присутствовали только эти четверо из тех, кто собрал весь Коран до этого, хотя при этом мог присутствовать и тот, кто не собрал явным образом ничего иного.
[Восьмое]: под собиранием имеется в виду слушание и подчинение ему, и действие согласно его требованиям. Ахмад в «Аз-Зухд» привёл через путь Абу аз-Загирии, что некий человек пришёл к Абу ад-Дарда и сказал: «Мой сын собрал Коран». Тот ответил: «О Аллах, прости! Поистине, собрал Коран лишь тот, кто услышал его и подчинился ему».
Хафиз сказал: в большинстве этих предположений есть натянутость, особенно в последнем. Ранее я указал на другую возможность, а именно: что имеется в виду утверждение этого за хазраджитами в отличие от одних авситов, и это не отрицает того же за представителями иных, помимо этих двух племён, — мухаджиров и тех, кто пришёл после них. Можно также сказать, что Анас ограничился упоминанием именно этих по причине связанности его цели с ними, но отдалённость этого предположения очевидна.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: по-моему, наилучшим из ответов является отнесение отрицания Анасом (собирания Корана) кем-либо, кроме этих четверых, к его знанию, — то есть он, да будет доволен им Аллах, знал достоверно, что эти четверо собрали его целиком, поскольку все они сообщили ему об этом, а достоверного знания о собирании его прочими у него не было, поэтому он сказал: «Никто иной не собрал его». Либо имеется в виду, что они собрали его целиком при жизни Пророка ﷺ, на что указывают его слова «при жизни Пророка ﷺ», а прочие собрали его лишь после его смерти ﷺ.
Итог: отрицание относится к его знанию, а не к реальному положению дел, ибо реальное положение дел иное. Обрати на это внимание, а Всевышний Аллах знает лучше.
(Пятый вопрос): Хафиз, да помилует его Аллах, сказал: из многих хадисов явствует, что Абу Бакр, да будет доволен им Аллах, хранил Коран наизусть при жизни Посланника Аллаха ﷺ. В «Сахихе» установлено, что он построил мечеть на дворе своего дома и читал в ней Коран, — и это относится к тому, что было ниспослано из него на тот момент. Это не подлежит сомнению ввиду сильного усердия Абу Бакра в получении Корана от Пророка ﷺ и его свободного внимания к этому, — оба они были в Мекке, и оба часто сопровождали друг друга, так что Аиша, да будет доволен ею Аллах, сказала: «Он ﷺ приходил к ним утром и вечером». Муслим достоверно передал хадис: «Пусть возглавляет людей (в молитве) наиболее сведущий из них в Книге Аллаха», и достоверно установлено, что он ﷺ велел Абу Бакру возглавлять молитву на его месте, когда заболел, что указывает на то, что тот был наиболее сведущим из них в чтении. Также достоверно установлено от Али, да будет доволен им Аллах, что он собрал Коран в порядке ниспослания сразу после смерти Пророка ﷺ. Ан-Насаи привёл с достоверным иснадом от Абдуллаха ибн Амра, который сказал: «Я собрал Коран и стал читать его каждую ночь. Об этом дошло до Пророка ﷺ, и он сказал: «Читай его за месяц...»» — и далее хадис, основа которого в «Сахихе». Ранее в прошедшем хадисе упоминались Ибн Мас'уд и Салим, вольноотпущенник Абу Хузайфы, — все они из мухаджиров.
Абу Убайд перечислил чтецов из числа сподвижников Пророка ﷺ и назвал из мухаджиров: четырёх халифов, Тальху, Са'да, Ибн Мас'уда, Хузайфу, Салима, Абу Хурайру, Абдуллаха ибн ас-Саиба, «абадила» (носящих имя Абдуллах), а из женщин — Аишу, Хафсу, Умм Салама. Но некоторые из этих завершили это лишь после Пророка ﷺ, поэтому это не противоречит вышеупомянутому ограничению в хадисе Анаса.
Ибн Абу Дауд в «Китаб аш-шариа» также назвал из мухаджиров: Тамима ибн Ауса ад-Дари, Укбу ибн Амира, а из ансаров: Убаду ибн ас-Самита, Муаза, известного по кунье Абу Халима, Муджамми'а ибн Хариа, Фадалу ибн Убайда, Муслиму ибн Мухаллада и других, и прямо указал, что некоторые из них собрали это лишь после Пророка ﷺ.
Из тех, кто также собрал его: Абу Муса аль-Аш'ари, — упомянул это Абу Амр ад-Дани. А некоторые из поздних учёных перечислили среди чтецов: Амра ибн аль-Аса, Са'да ибн Убада и Умм Варака. Конец (1).
Составитель, да простит его Аллах, говорит: из вышеприведённого явствует, что тех, кто собрал весь Коран, больше упомянутых четверых, а толкование слов Анаса, да будет доволен им Аллах, «никто иной не собрал его», ты уже узнал из того, что я изложил ранее, — не будь же невнимателен, а Всевышний Аллах — Податель успеха.
(Шестой вопрос): аль-Бухари, да помилует его Аллах, привёл через путь Абдуллаха ибн аль-Мусанна, от Сабита и Сумамы, оба от Анаса, да будет доволен им Аллах, который сказал: «Пророк ﷺ умер, а Коран собрали лишь четверо: Абу ад-Дарда, Муаз ибн Джабаль, Зейд ибн Сабит и Абу Зейд». Он сказал: «А мы унаследовали его».
В «Аль-Фатх» сказано: этот риваят противоречит риваяту Катады в двух отношениях:
Первое: прямое указание на форму ограничения этими четверыми. Второе: упоминание Абу ад-Дарда вместо Убайя ибн Ка'ба. Что касается первого, то ответ на это уже был приведён с нескольких сторон.
Что касается второго отличия, то аль-Исмаили сказал: эти два хадиса противоречат друг другу, и оба они не могут быть в «Сахихе» при их разногласии, — верен лишь один из них. Аль-Байхаки категорично утверждал, что упоминание Абу ад-Дарда является ошибкой, а правильно — Убайй ибн Ка'б. Ад-Давуди сказал: «Я не считаю упоминание Абу ад-Дарда сохранившимся достоверно».
Хафиз сказал: аль-Бухари указал на невозможность отдать предпочтение одной из сторон ввиду их равенства, —
путь Катады соответствует его условию, и с ним согласился Сумама в одном из риваятов от него; путь Сабита также соответствует его условию, и с ним тоже согласился Сумама в другом риваяте. Однако источник риваята от Сабита и Сумамы в согласии с ним восходит через Абдуллаха ибн аль-Мусанну, о котором есть некоторые замечания, хотя у аль-Бухари он принят; но его риваят не равен риваяту Катады. Риваят Катады усиливается хадисом Умара об упоминании Убайя ибн Ка'ба (1), который является заключительным из хадисов главы (2), и, возможно, аль-Бухари, приведя его, указал на это, — ибо Умар прямо заявил о превосходстве Убайя в чтении над прочими.
Допустимо также, что Анас рассказывал этот хадис в разное время: в один раз упомянув Убайя ибн Ка'ба, а в другой — вместо него Абу ад-Дарда.
Ибн Абу Дауд передал через путь Мухаммада ибн Ка'ба аль-Курази, который сказал: «Собрали Коран при жизни Посланника Аллаха ﷺ пятеро из ансаров: Муаз ибн Джабаль, Убада ибн ас-Самит, Убайй ибн Ка'б, Абу ад-Дарда и Абу Айюб аль-Ансари». Его иснад хороший, хотя и является мурсалем, и это хорошее подтверждение хадиса Абдуллаха ибн аль-Мусанны в упоминании Абу ад-Дарда, хотя он и разошёлся с ним в числе и в перечне.
А через путь аш-Ша'би сказано: «Собрали Коран при жизни Посланника Аллаха ﷺ шестеро, среди них Абу ад-Дарда, Муаз, Абу Зейд, Зейд ибн Сабит», — и эти четверо — те же, кто упомянут в риваяте Абдуллаха ибн аль-Мусанны. Иснад этого достоверен, хотя и является мурсалем. Хвала Аллаху за глубину осведомлённости аль-Бухари!
Этим мурсаль-риваятом подтверждается сила риваята Абдуллаха ибн аль-Мусанны, и что его риваят имеет основу, а Аллах знает лучше.
Аль-Кирмани сказал: возможно, слушатель полагал, что эти четверо не собрали (Коран), а Абу ад-Дарда был из тех, кто собрал, и Анас сказал это в ответ на это (представление), употребив форму ограничения в качестве утверждения и усиления, и отсюда не обязательно следует отрицание этого о прочих в буквальном смысле. Конец (3), а Всевышний Аллах знает лучше.
(2) То есть у аль-Бухари.
(3) «Аль-Фатх», 8/231, «Книга достоинств Корана», № (5004).
И по непрерывной цепи передачи до автора, да помилует его Аллах, в начале книги сказано:
[6321] (…) — Рассказал мне Абу Дауд Сулейман ибн Ма‘бад: рассказал нам Амр ибн Асим: рассказал нам Хаммам: рассказал нам Катада, он сказал: я спросил Анаса ибн Малика: «Кто собрал Коран при жизни Посланника Аллаха ﷺ?» Он ответил: «Четверо, все они — ансары: Убайй ибн Ка‘б, Му‘аз ибн Джабаль, Зейд ибн Сабит и один человек из ансаров, известный под прозвищем Абу Зейд».
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 — Абу Дауд Сулейман ибн Ма‘бад ибн Кусджан — с обычным (несоединённым) «син», затем «джим» — аль-Марвази ас-Синджи — с «кясрой» на несоединённом «син», после него — покоящийся «нун», затем «джим», — надёжный передатчик, знаток хадисов, путешественник, литератор [11] (умер в 257 г.) (М, Т, С). Упомянут ранее в «Молитве путников и её сокращении», 14/1674.
2 — Амр ибн Асим аль-Кулаби аль-Кайси, Абу Усман аль-Басри, упомянут за две главы до этого.
3 — Хаммам ибн Йахья аль-Аузи аль-Басри, упомянут за три главы до этого.
Остальные двое упомянуты ранее.
Хадис согласован (между аль-Бухари и Муслимом), его разбор и разъяснение вопросов уже приводились в предыдущем хадисе, хвала и благодарность Аллаху.
С непрерывным иснадом до автора (да будет милостив к нему Аллах) в начале книги он сказал:
[6322] (799) — Рассказал нам Хаддаб ибн Халид: рассказал нам Хаммам: рассказал нам Катада от Анаса ибн Малика, что Посланник Аллаха ﷺ сказал Убаййу: «Поистине, Аллах ﷻ повелел мне читать тебе (Коран)». Он спросил: «Аллах назвал меня тебе по имени?» Он ответил: «Аллах назвал тебя мне по имени». (Анас) сказал: и Убайй заплакал.
Передатчики этого иснада: четверо.
1 — Хаддаб ибн Халид — с «фатхой» на «ха», удвоенным «даль», после которого — точечная «ба»; его также называют Худба — с «дамма» в начале и покоящимся «даль» — ибн Халид ибн аль-Асвад аль-Кайси, Абу Халид аль-Басри, надёжный, благочестивый передатчик; ан-Насаи один считал его слабым; из младших [9], умер в году немногим более двухсот тридцати (Х, М, Д). Упомянут ранее в «Вере», 11/151.
Остальные упомянуты ранее.
[Примечание]: из тонкостей этого иснада — то, что он относится к четырёхзвенным иснадам («рубайиййат») автора (да будет милостив к нему Аллах); это (488)-й из четырёхзвенных иснадов книги, и он повторяется — уже приводился в книге «Молитва путников и её сокращении» под номером [40/1864] (799).
Ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах) сказал: все передатчики этих трёх иснадов — басрийцы, и это из числа удивительных вещей — то, что сходятся три непрерывных иснада, следующих друг за другом непреднамеренно; подобное этому разъяснение уже приводилось ранее, а Шу‘ба — васитец-басриец, разъяснение чего уже приводилось несколько раз. Во втором и третьем пути есть хорошая польза, а именно: что Катада прямо указал, что слышал (этот хадис) от Анаса, в отличие от первого пути, а Катада — мудаллис, поэтому опасение относительно его тадлиса устраняется тем, что он прямо указал на слышание. Подобное этому предупреждение уже приводилось несколько раз. Конец (цитаты) («Шарх ан-Навави», 6/86).
Разъяснение хадиса:
Его слово («чтобы я прочитал тебе») — а в следующем риваяте: «Поистине, Аллах повелел мне прочитать тебе [суру] «Лям йакун-иллязина кафару» (98:1)».
Его слово («Он сказал: «И назвал меня?»») — с подразумеваемой вопросительной «хамзой», то есть: «неужели он назвал меня?» А в предыдущем риваяте: «Аллах назвал меня тебе?» — с вопросительной «хамзой», то есть: указал ли он на меня по имени, или сказал тебе: «прочитай кому-то из твоих товарищей», а ты сам выбрал меня? Когда (Пророк ﷺ) сказал ему: «да», он заплакал.
Его слово: (сказал) Пророк ﷺ («да») — назвал тебя мне по твоему имени. (Сказал) Анас: (заплакал) Убайй (да будет доволен им Аллах) — либо от радости и ликования по этому поводу, либо от смирения и страха не исполнить должным образом благодарность за эту милость, как сказано в «Фатхе» (7/158).
Ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах) сказал: что касается его плача, то это был плач радости и самоуничижения перед тем, что он оказался достойным этой милости и удостоился такого положения. А милость здесь заключается в двух аспектах:
Первый: то, что он был назван по имени лично, поэтому он и сказал: «и назвал меня» — то есть: указал ли он на меня лично, или сказал: «прочитай одному из твоих товарищей»? (Пророк ﷺ) ответил: «нет, он назвал тебя», и тем самым милость увеличилась.
Второй: чтение Пророком ﷺ ему Корана, ибо это — великое достоинство, присущее лишь ему, и никто из людей не делил с ним этой чести.
Некоторые сказали: он заплакал лишь из страха не исполнить должным образом благодарность за эту милость.
Что касается избрания именно этой суры для чтения, то, несмотря на её краткость, она объединяет в себе основы, правила и важнейшие великие смыслы, а обстоятельства требовали краткости. Что же касается мудрости повеления читать её именно Убаййу, то аль-Мазири и кади сказали: она в том, чтобы Убайй выучил её слова, форму её произнесения, места остановок и способ произнесения напевов в чтении Корана согласно тому стилю, который был усвоен и определён шариатом, в отличие от прочих напевов, употребляемых где-либо ещё, ибо каждому виду напева свойственно особое воздействие на душу. Таким образом, чтение (Пророком ﷺ) ему (Корана) было для того, чтобы он у него научился. Некоторые сказали: он прочитал ему (Коран), чтобы установить сунну проверки чтения Корана перед его знатоками, искусными в его произнесении, и установить сунну проявления смирения человеком при усвоении Корана и прочих шариатских наук от их обладателей, даже если те уступают ему по происхождению, вере, достоинству, положению, известности и прочему, а также чтобы обратить внимание людей на достоинство Убайя в этом и побудить их учиться у него, что и произошло: после Пророка ﷺ он стал главой и признанным имамом в этом деле, известным этим. И Аллах знает лучше. Конец (цитаты) («Шарх ан-Навави», 16/20–21).
Хадис согласован (между аль-Бухари и Муслимом), его тахридж и разъяснение польз уже приводились под указанным номером — обратись к нему и извлечёшь пользу, а от Аллаха Всевышнего — помощь.
[6323] (…) — Рассказали нам Мухаммад ибн аль-Мусанна и Ибн Башшар, оба сказали: рассказал нам Мухаммад ибн Джа‘фар: рассказал нам Шу‘ба, он сказал: я слышал Катаду, передающего от Анаса ибн Малика, который сказал: Посланник Аллаха ﷺ сказал Убаййу ибн Ка‘бу: «Поистине, Аллах повелел мне прочитать тебе (суру) «Лям йакун-иллязина кафару»». Он спросил: «И назвал меня?» Он ответил: «Да». Он сказал: и (Убайй) заплакал.
Передатчики этого иснада: шесть.
Все они упомянуты в этой главе и в предыдущей главе.
Хадис согласован (между аль-Бухари и Муслимом), его исследование уже было исчерпывающе проведено в предыдущем хадисе, хвала и благодарность Аллаху.
С непрерывным иснадом до автора (да будет милостив к нему Аллах) в начале книги он сказал:
[6324] (…) — Рассказал мне его (этот хадис) Йахья ибн Хабиб: рассказал нам Халид — то есть ибн аль-Харис: рассказал нам Шу‘ба от Катады, он сказал: я слышал Анаса, говорящего: Посланник Аллаха ﷺ сказал Убаййу — подобное этому.
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 — Йахья ибн Хабиб ибн Араби аль-Басри, надёжный [10] (умер 248 г.), а по другой версии — позже (М, 4). Упомянут ранее в «Вере», 14/165.
2 — Халид ибн аль-Харис ибн Убайд ибн Сулайм аль-Худжайми, Абу Усман аль-Басри, надёжный, твёрдый передатчик [8] (умер 186 г.) (‘Айн). Упомянут ранее в «Вере», 35/243.
Остальные упомянуты ранее.
Его слово («подобное этому») — то есть: подобно риваяту хадиса Мухаммада ибн Джа‘фара от Шу‘бы; иначе говоря: риваят Халида ибн аль-Хариса от Шу‘бы подобен риваяту Мухаммада ибн Джа‘фара от него.
[Примечание]: я ранее говорил в «Достоинствах Корана», что не нашёл того, кто привёл этот риваят Халида ибн аль-Хариса от Шу‘бы. Теперь же — хвала Аллаху — я нашёл, что ан-Насаи (да будет милостив к нему Аллах) привёл его в «аль-Кубра», сказав:
(8238) — Сообщил нам Мухаммад ибн Абд аль-А‘ля, он сказал: сообщил нам Халид, он сказал: сообщил нам Шу‘ба от Катады, он сказал: я слышал Анаса, говорящего: Посланник Аллаха ﷺ сказал Убаййу ибн Ка‘бу: «Поистине, Аллах ﷻ повелел мне прочитать тебе Коран». Он спросил: «И назвал меня?» Он ответил: «Назвал тебя», и (Убайй) заплакал. Конец (цитаты) («ас-Сунан аль-кубра», 5/66).
«Я не хочу ничего, кроме исправления, насколько это в моих силах, и мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
(24) — Глава о некоторых достоинствах Са‘да ибн Муаза (да будет доволен им Аллах)
Это: Са‘д ибн Му‘аз ибн ан-Ну‘ман ибн Имру аль-Кайс ибн Зейд ибн Абд аль-Ашхаль ибн Джушам ибн аль-Харис ибн аль-Хазрадж ибн ан-Набит ибн Малик ибн аль-Аус аль-Ансари аль-Ашхали, глава племени Аус. Его мать — Кабша бинт Рафи‘, у неё есть сподвижничество. Его кунья — Абу Амр. Он участвовал в битве при Бадре по единогласному мнению. В день битвы у Рва он был ранен стрелой и прожил после этого месяц, успев вынести решение относительно бану Курайза, и его молитва в этом деле была услышана. Затем его рана открылась вновь, и он умер (да будет доволен им Аллах). Это привёл аль-Бухари. Это произошло в пятом году. Лицемеры, когда вынесли его погребальные носилки, сказали: «Как они легки!» На что Пророк ﷺ ответил: «Их несли ангелы». В обоих «Сахихах» и других сборниках, по нескольким путям передачи, сообщается, что Пророк ﷺ сказал: «Трон затрясся от смерти Са‘да ибн Му‘аза».
Яхья ибн Аббад ибн Абдуллах ибн аз-Зубайр передал от своего отца, от Аиши, что она сказала: «Среди бану Абд аль-Ашхаль было три человека, лучше которых не было никого: Са‘д ибн Му‘аз, Усайд ибн Худайр и Аббад ибн Бишр». Ибн Исхак упоминает, что когда он принял ислам через Мус‘аба ибн Умайра, он сказал бану Абд аль-Ашхаль: «Речь ваших мужчин и женщин со мной запретна, пока вы не примете ислам». И они приняли ислам, и он оказался одним из самых благодатных людей для ислама.
Ибн Исхак передал в рассказе о битве у Рва от Аиши, что она сказала: «Я была в крепости бану Хариса, и мать Са‘да ибн Му‘аза была со мной. Мимо прошёл Са‘д ибн Му‘аз, произнося:
Помедли немного, догонит [тебя] сражение Хамаль… Как прекрасна смерть, когда приходит срок!
Его мать сказала ему: «Спеши, сын мой, ты запоздал». Я же сказала: «О мать Са‘да, как бы я хотела, чтобы кольчуга Са‘да была полнее, чем она есть»». И его настигла стрела именно там, где она этого боялась. Тот, кто выпустил стрелу, сказал: «Возьми это, я — сын аль-Аркии!» Са‘д ответил: «Пусть Аллах опалит твоё лицо в Огне!» Ибн аль-Аркия — это Хиббан ибн Абд Манаф из бану Амир ибн Луайй, а аль-Аркия — имя его матери. Говорят также, что того, кто ранил Са‘да, звали Абу Усама аль-Джушами.
Аль-Бухари передал от Абу Са‘ида аль-Худри, что когда бану Курайза расположились…