Два вопроса, связанных с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абдуллы ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) относится к тем, что передал автор в одиночку (тафарруд).
(Второй вопрос): о его источниках:
Привёл его (автор) здесь [27/7372] (2949), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (1/394 и 435), (ат-Тайалиси) в своём «Мусанаде» (311), (Абу Йа‘ля) в своём «Мусанаде» (5248), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (6850), (аш-Шаши) в своём «Мусанаде» (2/163), (аль-Куда‘и) в «Мусанад аш-Шихаб» (2/40 и 71). И Аллах Всевышний знает лучше.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[7373] (2950) — Рассказал нам Са‘ид ибн Мансур, [сказав]: рассказал нам Йа‘куб ибн Абд ар-Рахман и Абд аль-Азиз ибн Абу Хазим, от Абу Хазима, от Сахля ибн Са‘да, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ (х). И рассказал нам Кутайба ибн Са‘ид — и формулировка его, — [сказав]: рассказал нам Йа‘куб, от Абу Хазима, что он слышал, как Сахль говорил: слышал я (в другой версии: «видел я») Пророка ﷺ, указывающего своим пальцем, что рядом с большим, и средним, говорящего: «Послан я, и Час — вот так».
Передатчики этого иснада: их шесть:
1 — (Са‘ид ибн Мансур) аль-Хурасани, живший в Мекке, надёжный (сика), составитель [10-е поколение], упоминался ранее в «Книге веры», 61/338.
2 — (Йа‘куб ибн Абд ар-Рахман) аль-Кари аль-Мадани, живший в Александрии [8-е поколение], упоминался ранее в «Книге веры», 35/245.
3 — (Абд аль-Азиз ибн Абу Хазим) аль-Мадани, надёжный (сика), правовед [8-е поколение], упоминался ранее в «Книге веры», 45/290.
4 — (Абу Хазим) Салама ибн Динар ат-Таммар аль-А‘радж аль-Мадани, надёжный (сика), подвижник (‘абид) [5-е поколение], упоминался ранее в «Книге веры», 50/313.
5 — (Сахль ибн Са‘д) ибн Малик ас-Са‘иди — сподвижник, сын сподвижника (да будет доволен ими обоими Аллах).
А «Кутайба» упоминался перед предыдущим хадисом.
[Примечание]: из тонкостей этого иснада:
то, что он относится к четырёхзвенным (руба‘иййат) иснадам автора (да помилует его Аллах) — это (440-й и 441-й) из четырёхзвенных иснадов книги, а также то, что он весь состоит из мединцев, кроме двух его шейхов, как я упомянул ранее.
Разбор хадиса:
Его слово (от Абу Хазима) — Салама ибн Динара; (что он слышал Сахля) — то есть ибн Са‘да (да будет доволен им Аллах), в то время как он (говорил: «слышал я»), а в другой версии: «видел я» (Пророка ﷺ), в то время как он (указывал своим пальцем) — с кясрой на хамзе, что является наиболее правильным из десяти вариантов произношения этого слова, о чём уже говорилось не раз, (что рядом с большим) — это указательный палец, (и средним) — сочинительная связь со словом «палец»; то есть он указал этими двумя пальцами: указательным и средним, (он) — то есть в то время как он ﷺ (говорил: «послан») — в форме страдательного залога, а его слово (я) приведено для того, чтобы можно было присоединить его к слитному местоимению, как сказано в «Хуляса»:
«И если к слитному местоимению именительного падежа
ты присоединяешь [что-то], отдели его отдельным местоимением».
А его слово (и Час) — в форме именительного падежа, сочинённое с местоимением, замещающим подлежащее (в страдательном залоге), допустим также винительный падеж как обстоятельство совместности действия, как сказано в «Хуляса» также:
«Ставится в винительном падеже то, что следует за «и», как обстоятельство совместности действия,
в таких выражениях, как: «иди быстро, и дорога [быстрая]»».
Под «Часом» здесь подразумевается День воскресения, а изначально это слово означает отрезок времени, а у знатоков определения времени молитв — это одна из двадцати четырёх частей суток (дня и ночи); подобное подтверждено в хадисе Джабира, восходящем к Пророку: «День пятницы — двенадцать часов». Это слово также применялось в хадисе к прекращению поколения сподвижников (да будет доволен ими Аллах); так, в «Сахихе» Муслима от Аиши (да будет доволен ею Аллах) передаётся: «Бедуины спрашивали Посланника Аллаха ﷺ о Часе, и он посмотрел на самого молодого из них, и сказал: «Если доживёт этот, старость не застигнет его, [прежде чем] наступит для вас ваш час»». И у него же от Анаса (да будет доволен им Аллах) — подобное. Это слово также применялось к смерти отдельного человека, как сказал [Ибн Хаджар] в «Фатхе».
Его слово (вот так) — сравнение проводится по [степени] сближения между ними; то есть между ними нет другого пальца, подобно тому, как между ним ﷺ и Часом нет другого пророка. Либо [сравнение] по малой разнице между ними, ведь средний палец превышает указательный лишь незначительно, — как если бы разница между ним ﷺ и Часом по малости была подобна превышению среднего пальца над указательным.
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): его слово ﷺ: «Послан я, и Час — как эти двое» — мы приводили его с фатхой и с даммой. Что касается фатхи, то это по правилу обстоятельства совместности действия (маф‘уль ма‘а), а именительный падеж — по правилу сочинения с «та» в слове «послан», разделённое между ними словом «я» для усиления местоимения, согласно тому, что грамматики считают наилучшим. Некоторые предпочли винительный падеж, основываясь на том, что сравнение проведено по смежности и соединённости двух пальцев, а другие предпочли именительный падеж, основываясь на том, что сравнение проведено по разнице между их кончиками; имеется в виду, что промежуток времени между Пророком ﷺ и наступлением Часа невелик — подобно близости указательного пальца к среднему. И это более убедительно. И Аллах знает лучше.
Также сказал аль-Куртуби: и в риваяте его: «я и Час» — с даммой и с фатхой: с даммой — по правилу сочинения, с фатхой — по правилу обстоятельства совместности действия, а управляющее слово — «послан», а «как эти двое» — обстоятельство образа действия; то есть в соединённости. По варианту с винительным падежом сравнение приходится на соединённость [пальцев], а по варианту с именительным падежом — возможно и это, и также возможно, что сравнение приходится на разницу, что между указательным и средним пальцами, — подумай об этом. И на это указывает слово Катады в одном из его риваятов: «подобно превышению одного из них над другим».
Итог сказанного: приближение дела Часа, то есть Дня воскресения, и скорость его наступления, подобно словам Всевышнего: «Ведь уже явились его признаки» (Мухаммад: 18). Сказал аль-Хасан: признаки его — [это приход] Мухаммада ﷺ.
Сказано в «Фатхе»: сказал Абу аль-Бака аль-‘Укбари в разборе синтаксиса «Мусанада»: слово «Час» — в винительном падеже, а «и» здесь в значении «с». Он сказал: если бы читалось с именительным падежом, то смысл был бы искажён, ведь не говорят «послан Час», и оно не может стоять в позиции подлежащего, поскольку Час ещё не наступил. Другие допускали оба варианта, а Ийад категорично утверждал, что именительный падеж лучше, [объясняя это] тем, что это сочинение с местоимением неизвестного в слове «послан». Он сказал: допускается и винительный падеж, приводя объяснение, подобное тому, что дал Абу аль-Бака, и добавляя: и на местоимение, на которое указывает состояние, подобно [фразе] «так приготовьтесь же», как это предполагается в таких выражениях, как: «пришёл холод, и войлочные плащи, приготовьтесь же». Сказал аль-Хафиз [Ибн Хаджар]: ответ на то, чем аргументировал аль-‘Укбари в первом случае, состоит в том, чтобы придать слову «послан» смысл, объединяющий отправление посланника и приход Часа, подобно [слову] «пришёл»; а на второй случай — тем, что [наступление Часа] представлено как уже существующее, ради усиления утверждения о неизбежности его наступления. И то, что усиливает предпочтение винительного падежа, — это то, что встречается в толковании суры «И увлекающие» из этого «Сахиха» — то есть Сахиха аль-Бухари — по пути Фудайля ибн Сулеймана, от Абу Хазима, с формулировкой: «послан я, и Час», где ясно, что «и» указывает на совместность. Конец цитаты.
Сказал собиратель [этих строк], да простит его Аллах: его слово «ведь «и» указывает на совместность»; то есть потому что если бы это было сочинение, то потребовалось бы сочинение со слитным местоимением без разделителя, а это слабо [с точки зрения грамматики], как сказал Ибн Малик (да помилует его Аллах) после предыдущего бейта:
«Или с каким-либо разделителем, а без разделения приходит
в поэзии часто, но считай это слабостью».
И Аллах Всевышний знает лучше.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Сахля ибн Са‘да (да будет доволен им Аллах) — согласованный (передан обоими шейхами).
(Второй вопрос): о его источниках:
Привёл его (автор) здесь [27/7373] (2950), (аль-Бухари) в «Тафсире» (4936), в «Разводе» (5301) и в «Смягчении сердец» (5603), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (5/330, 331, 335 и 338), (аль-Хумайди) в своём «Мусанаде» (925), (ат-Табарани) в «аль-Кабире» (5873, 5885, 5912 и 5913), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (6642), (аль-Байхаки) в «Шу‘аб аль-иман» (7/260). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): сказал кадий Ийад и другие: этим хадисом, при всём разнообразии его формулировок, указывается на малость срока между ним ﷺ и Часом, причём различие [в толковании] касается либо соположенности, либо величины промежутка между ними; и это подкрепляется его словами: «как превосходство одного из них над другим». Некоторые сказали: именно это следует признать [верным толкованием], ибо если бы подразумевалось первое [соположенность без промежутка], то Час уже наступил бы, поскольку один палец соприкасается с другим.
Ибн ат-Тин сказал: относительно смысла слов «как эти два [пальца]» есть разногласие: одни говорят — как расстояние между указательным и средним пальцами по длине; другие говорят — смысл в том, что между ним и Часом нет пророка.
Аль-Куртуби в «аль-Мафхум» сказал: суть хадиса — приближение дела Часа и быстрота его наступления. Он сказал: согласно риваяту с насбом сравнение основано на смыкании [пальцев], а согласно риваяту с раф‘ом — на различии [в длине].
Аль-Байдави сказал: смысл в том, что отношение опережения пророческой миссии наступлению Часа подобно отношению превосходства одного пальца над другим.
Другие сказали: подразумевается непрерывность его призыва — один [палец] не отделяется от другого, как и пальцы не отделяются друг от друга.
Ат-Тыби отдал предпочтение мнению аль-Байдави, опираясь на добавление в риваяте аль-Муставарида (1).
Аль-Куртуби в «ат-Тазкира» сказал: смысл этого хадиса — приближение дела Часа, и нет противоречия между ним и словами в другом хадисе: «спрашиваемый о нём не более знающ, чем спрашивающий», ибо смысл хадиса главы в том, что между ним и Часом нет пророка, как между указательным и средним пальцами нет другого пальца, а из этого не следует знание точного времени [наступления Часа]; однако контекст указывает на его близость и на то, что его признаки следуют друг за другом непрерывно, как сказал Всевышний: «Уже явились его признаки» [Мухаммад: 18]. Ад-Даххак сказал: первым из его признаков было послание Мухаммада ﷺ. Мудрость же в предшествовании признаков — пробуждение беспечных и побуждение их к покаянию и приготовлению.
Аль-Кирмани сказал: некоторые говорят — смысл указывает на близость соположенности; другие говорят — на различие между ними по длине, и в этом случае в первом мнении рассматривается ширина; третьи говорят — подразумевается, что между ними нет посредника, и это не противоречит словам Всевышнего: «Поистине, у Аллаха знание о Часе» [Люкман: 34] и подобным аятам, ибо знание о его близости не обязывает знать точное время его наступления.
Некоторые сказали: смысл хадиса таков: между мной и Воскресением нет ничего, оно следует непосредственно за мной, как средний палец следует за указательным. В таком случае нет противоречия между тем, на что указывает хадис, и словами Всевышнего о Часе: «Никто не знает его, кроме Него» [аль-Ан‘ам: 59].
Ийад сказал: некоторые пытались толковать это так, что отношение между двумя пальцами подобно отношению того, что осталось от [срока] мира, к тому, что уже прошло, и что всего его срок — семь тысяч лет, опираясь на недостоверные сообщения; и он привёл то, что передал Абу Дауд об отсрочке этой общины на полдня, что толковалось как пятьсот лет; отсюда следует, что осталось половина седьмой [тысячи], что близко
к [расстоянию] между указательным и средним пальцами по длине. Он сказал: и обнаружилась недостоверность этого, ибо произошло противное этому, и этот срок был превышен, а если бы это было установлено, то противное этому не произошло бы.
Хафиз сказал: и с эпохи Ийада до настоящего времени к этому добавилось триста лет.
Ибн аль-Араби сказал: говорят — средний палец превышает указательный на половину седьмой его части, и таков же остаток срока мира от послания [Пророка] до наступления Часа. Он сказал: это далеко от истины, и величина [срока] мира неизвестна, так как же нам получить половину седьмой части неизвестного срока? Правильнее уклониться от этого.
Я говорю (1): первым, кто высказал это, был Абу Джафар ибн Джарир ат-Табари, ведь он привёл в предисловии к своей «Истории» от Ибн Аббаса слова: мир — это пятница из пятниц Последней жизни, [то есть] семь тысяч лет, и прошло уже шесть тысяч сто лет; и он привёл это по пути передачи Йахьи ибн Йакуба от Хаммада ибн Абу Сулеймана от Саида ибн Джубайра от него [Ибн Аббаса]. Йахья же — это Абу Талиб аль-Касс аль-Ансари, о котором аль-Бухари сказал: «передатчик мункар-хадисов», а его шейх — это законовед Куфы, о котором также есть замечания.
Затем ат-Табари привёл от Ка‘ба аль-Ахбара слова: мир [длится] шесть тысяч лет; и от Вахба ибн Мунаббиха подобное же, с добавлением, что из этого прошло пять тысяч шестьсот лет; затем он признал оба этих сообщения ложными и отдал предпочтение тому, что передано от Ибн Аббаса; затем он привёл хадис Ибн Умара, находящийся в обоих «Сахихах», восходящий [к Пророку]: «Ваш срок в сравнении со сроком тех, кто был до вас, — лишь как [время] от послеполуденной молитвы до захода солнца»; и по пути передачи Мугиры ибн Хакима от Ибн Умара с формулировкой: «Осталось моей общине от [срока] мира лишь как величина [времени] после совершения послеполуденной молитвы»; и по пути передачи Муджахида от Ибн Умара: «Мы были у Пророка ﷺ, а солнце [стояло] над Ка‘икаʻаном высоко после послеполуденной молитвы, и он сказал: ваши сроки жизни в сравнении со сроками жизни прежних [народов] — лишь как то, что осталось от этого дня, в сравнении с тем, что от него прошло», — и это есть также у Ахмада с достоверной цепью.
Затем он привёл хадис Анаса: «Обратился к нам Посланник Аллаха ﷺ однажды с проповедью, когда солнце уже почти зашло...», — и далее подобное первому хадису от Ибн Умара; и хадис Абу Саида по смыслу [схожий], где сказано при закате солнца: «Поистине, пример того, что осталось от мира, в сравнении с тем, что от него прошло, подобен остатку вашего сегодняшнего дня в сравнении с тем, что от него прошло»; хадис Абу Саида он также привёл, и в нём [передатчик] Али ибн Заид ибн Джудан, который слаб; и хадис Анаса он также привёл, и в нём [передатчик] Муса ибн Халаф.
Затем он [ат-Табари] объединил их так, что итог его толкования сводится к тому, что слова «после послеполуденной молитвы» отнесены к случаю, когда она совершена в середине своего времени.
Я говорю (1): это далеко от буквального выражения [хадисов] Анаса и Абу Саида, а хадис Ибн Умара достоверен и приведён согласно [обоим шейхам], поэтому правильнее опираться на него, и у него два возможных толкования:
Первое: что под сравнением подразумевается приближение [по смыслу], а не буквальная величина [срока], и в этом случае он согласуется с хадисами Анаса и Абу Саида, при условии их достоверности.
Второе: понимать его буквально, отдав предпочтение хадису Ибн Умара по причине его достоверности, и в этом случае в нём указание на то, что срок этой общины составляет приблизительно пятую часть дня. Затем ат-Табари подтвердил своё рассуждение хадисом главы и хадисом Абу Са‘лабы, который передал Абу Дауд и признал достоверным аль-Хаким, с формулировкой: «Клянусь Аллахом, эта община не запоздает более чем на полдня», и передатчики его надёжны, однако аль-Бухари отдал предпочтение его остановленной [на сподвижнике] версии; и у Абу Дауда также есть от Са‘да ибн Абу Ваккаса с формулировкой: «Поистине, я надеюсь, что моей общине у её Господа будет отсрочено не более чем на полдня». Спросили Са‘да: сколько это — полдня? Он ответил: пятьсот лет. Передатчики его достойны доверия, но в цепи есть перерыв. Ат-Табари сказал: и полдня — это пятьсот лет, исходя из слов Всевышнего: «И поистине, один день у твоего Господа подобен тысяче лет» [аль-Хадж: 47]; и если это соединить со словами Ибн Аббаса о том, что мир [длится] семь тысяч лет, сообщения совпадают, и получается, что до времени упомянутого хадиса прошло приблизительно шесть тысяч пятьсот лет.
Ас-Сухайли привёл рассуждение ат-Табари и подтвердил его тем, что оказалось у него в хадисе аль-Муставарида, и укрепил его хадисом Ибн Замля, восходящим [к Пророку]: «Мир [длится] семь тысяч лет, я послан в конце его».
Я говорю: этот хадис передан только от Ибн Замля, и его цепь передачи весьма слаба; передал его Ибн ас-Сакан в разделе о сподвижниках и сказал: «его иснад неизвестен, и он не признан среди сподвижников»; также Ибн Кутайба в «Гариб аль-хадис»; и упомянул его среди сподвижников также Ибн Манда и другие; некоторые назвали его Абдуллах, а некоторые — ад-Даххак; и Ибн аль-Джаузи привёл его в «аль-Мавду‘ат» [«Подделках»], а Ибн аль-Асир сказал: «его формулировки сфабрикованы». Затем ас-Сухайли пояснил, что в хадисе о полудне нет ничего, отрицающего превышение [срока] над пятьюстами [годами]. Он сказал: и разъяснение этого пришло
В том, что передал Джафар ибн Абд аль-Вахид, в такой формулировке: «Если моя община будет благочестива, то срок её (существования) — один день из дней последней жизни, а это тысяча лет, а если проявит нечестие, то — половина дня». Он сказал: в его словах «Я послан вместе с Часом, подобно этим двум» нет ничего, что решающим образом подтверждало бы правильность приведённого выше толкования. Более того, относительно его толкования говорилось: смысл в том, что между ним и Часом не будет (другого) пророка, при этом наступление его близко. Затем он допустил, что в числе букв, стоящих в началах сур, если исключить повторяющиеся, есть соответствие хадису Ибн Замля, и упомянул, что их число составляет девятьсот три.
Я говорю: это построено на методе счёта букв, принятом у магрибинцев, тогда как у машрикцев число получается меньше на двести десять, поскольку буква «син» у магрибинцев считается как триста, а «сад» — как шестьдесят, тогда как у машрикцев «син» считается как шестьдесят, а «сад» — как девяносто. Следовательно, у них величина составит шестьсот девяносто три, а прошло (уже), сверх этого, сто сорок пять лет, — так что опираться на это с данной точки зрения несостоятельно. От Ибн Аббаса достоверно передано осуждение счёта «абу джад» и указание на то, что это относится к разряду колдовства, и это не является чем-то далёким от истины, ибо у этого нет основы в шариате.
Кади Абу Бакр Ибн аль-Араби — а он был из наставников ас-Сухайли — сказал в своих «Пользах путешествия» следующее: к разряду несостоятельного относятся отдельные буквы в началах сур; у меня по их поводу сложилось двадцать мнений и более, и я не знаю никого, кто выносил бы о них суждение на основе достоверного знания или достиг бы в их понимании ясности, — однако скажу так, — и он изложил, суть чего сводится к следующему: если бы арабы не знали, что у этих букв есть общеизвестное среди них значение, то они первыми стали бы отрицать это в отношении Пророка ﷺ. Более того, он читал им (суры, начинающиеся) «Сад», «Ха-мим. Разъяснены» и другие, и они не отвергали этого, напротив, они прямо признавали превосходство этого в красноречии и ясности изложения, при том что они жадно искали повод для промаха и стремились уловить (его) ошибку. Это указывает на то, что данное явление было среди них известным, не вызывающим отрицания.
Хафиз сказал: что касается собственно счёта букв, то это исходит от некоторых иудеев, как передал Ибн Исхак в «Пророческой биографии» со слов Абу Ясира ибн Ахтаба и других, что они истолковывали буквы в началах сур согласно этому расчёту и сочли срок коротким, когда впервые были ниспосланы «Алиф-лям-мим» и «Алиф-лям-ра». А когда затем были ниспосланы «Алиф-лям-мим-сад», «Та-син-мим» и прочие, они сказали: он спутал для нас дело. И даже если предположить, что именно это подразумевалось, то следовало бы применить расчёт ко всем встречающимся буквам без исключения повторяющихся, ибо нет ни одной из этих букв, у которой не было бы своей особой тайны, — либо ограничиться исключением повторяющегося только из названий сур, даже если буквы в них повторяются. Ведь сур, начинающихся такими буквами, двадцать девять, а общее число букв во всех них — семьдесят восемь, а именно: «Алиф-лям-мим» — шесть (раз), «Ха-мим» — шесть, «Алиф-лям-ра» — пять, «Та-син-мим» — два (раза), «Алиф-лям-мим-сад», «Алиф-лям-мим-ра», «Каф-ха-йа-айн-сад», «Ха-мим-айн-син-каф», «Та-ха», «Та-син», «Йа-син», «Сад», «Каф», «Нун». Если исключить повторяющееся из сур — а это пять раз «Алиф-лям-мим», пять раз «Ха-мим», четыре раза «Алиф-лям-ра» и один раз «Та-син-мим», — останется четырнадцать сур, число букв в которых — тридцать восемь. Если посчитать их по западному (магрибинскому) методу «джуммаль», получится две тысячи шестьсот двадцать четыре, а по восточному (машрикскому) методу «джуммаль» — тысяча семьсот пятьдесят четыре.
Он сказал: я упомянул это не для того, чтобы на это опирались, а лишь для того, чтобы показать, что то, к чему склонился ас-Сухайли, не следует принимать за основу — из-за сильного разногласия в этом вопросе.
В целом же наиболее весомое, на что можно опереться в этом деле, — это хадис Ибн Умара, на который я указывал ранее. Мамар передал в «аль-Джами» от Ибн Абу Наджиха, от Муджахида; Мамар сказал: дошло до меня от Икримы относительно слов Всевышнего «в день, продолжительность которого — пятьдесят тысяч лет» (сура «аль-Марадж», 4), что он сказал: земная жизнь от начала до конца — это день, продолжительность которого пятьдесят тысяч лет, и никто не знает, сколько из него прошло и сколько осталось, кроме Аллаха Всевышнего.
Некоторые толкователи «аль-Масабих» отнесли хадис «Эта община никак не отстанет более чем на половину дня» к состоянию Дня воскресения, но ат-Тыби признал это неверным, и он был прав в этом. Что же касается добавления Джафара, то оно является подложным, поскольку известно лишь через него, а он славится измышлением хадисов, и имамы объявили его лжецом; к тому же он не привёл цепочку передачи этого сообщения. Удивительно, как ас-Сухайли промолчал об этом, при том что он знал его положение. Аллах — помощник! Конец слов хафиза (да помилует его Аллах) (1).
Составитель, — да простит его Аллах, — говорит: всё это относится к пустым речам, и я привёл это лишь для того, чтобы было известно, что было сказано, и чтобы читающий это уразумел: даже эти учёные, при всём их величии, порой углубляются в то, что их не касается и знание чего Аллах не возложил на них в качестве обязанности. Разумному человеку, ценящему своё время, следует полностью отвернуться от подобного и не занимать этим своё драгоценное время, поскольку это не опирается ни на достоверную передачу, ни на ясный разум, а скорее напоминает бредовые речи. Аллах Всевышний — помощник!