9 - (Глава о том, кто не застал стояние на Арафате)
[1949] Его слово («от Абд ар-Рахмана ибн Йамара») — имя несклоняемое, читается с фатхой на «я» с двумя точками снизу и с фатхой на «мим», которая также может читаться с даммой; («ад-Дийли») — с кясрой на «даль» и сукуном на конечной «я».
Его слово («и воззвал») — то есть этот человек — («к Посланнику Аллаха») — дополнение к глаголу «воззвал».
Его слово («и он повелел») — то есть Пророк ﷺ — («и было объявлено») — то есть глашатай объявил по повелению Пророка ﷺ — («хадж, хадж — день Арафата»). Шейх Изз ад-Дин ибн Абд ас-Салям сказал: смысл таков — застать хадж — значит застать стояние на Арафате. А в «аль-Миркат» сказано: то есть основа хаджа и большая часть его столпов — это стояние на Арафате, ибо с его упущением упускается и весь хадж.
Его слово («кто придёт до молитвы рассвета») — в этом опровержение тому, кто полагал, что стояние упускается с заходом солнца в день Арафата, а также тому, кто полагал, что время его продолжается после рассвета до восхода солнца.
Его слово («из ночи Джам‘») — то есть даже если из ночи Муздалифы, а это ночь праздника. У ат-Тирмизи же формулировка: «Хадж — день Арафата; кто застал Арафат ночью Джам‘ до наступления рассвета…»
Его слово («тот завершил свой хадж») — то есть хадж его не был упущен, и он в безопасности от порчи хаджа, если не вступал в половую связь до стояния. А если стояние было упущено настолько, что его застал рассвет, то он обязан выйти из состояния ихрама действиями умры, и ему запрещено продолжать состояние ихрама до следующего года — как передан иджма по этому вопросу, кроме одного риваята от Малика. Если же он продолжит своё состояние ихрама до следующего года, хадж ему не будет засчитан.
Его слово («дни Мины — три») — «дни» стоит в им. падеже как подлежащее, а сказуемое — слово «три». Это — исчисленные дни, дни ташрика и дни бросания камешков (джимар), а это три дня после дня жертвоприношения; день жертвоприношения не входит в их число, по общему согласию людей на том, что не допускается выход (нафр) на второй день после жертвоприношения. Если бы день жертвоприношения входил в число этих трёх, то было бы допустимо тому, кто желает, выйти на второй день. Так сказал аш-Шаукани.
Его слово («кто поспешит») — то есть поторопится с выходом (нафром), то есть с уходом из Мины — («в два дня») — то есть в два последних дня из дней ташрика, выйдя во второй из них после бросания своих камешков — («не будет на нём греха») — за то, что поспешил. («А кто задержится») — то есть отложит выход со второго дня из дней ташрика на третий день, так что проведёт ночь третьего дня и бросит камешки в третий день. Есть и мнение, что смысл таков: кто задержится с третьего дня до четвёртого и не выйдет вместе с большинством людей — так сказал аш-Шаукани. С него снимается обязанность ночевать третью ночь и бросать камешки третьего дня, и жертвы на нём не будет.
Слово «та‘аджжаля» (поспешить) употребляется как непереходный и как переходный глагол; здесь оно непереходное, соответствуя противопоставлению словам «а кто задержится». Его слово («не будет на нём греха») — и это предпочтительнее, поскольку деяние в этом случае более совершенно ради дела для Аллаха. Толкователи упоминали, что люди эпохи невежества (джахилии) делились на две группы: одна считала грешником того, кто поспешил, а другая — того, кто задержался. И было ниспослано откровение, снимающее затруднение с обоих, а его поступок ﷺ указывает на разъяснение того, что предпочтительнее из двух. Так в «аль-Миркат».
Аз-Зуркани сказал в толковании на «аль-Муватта»: дни ташрика — это три дня после дня жертвоприношения, первый из них — одиннадцатый день зу-ль-хиджжа; это мнение Ибн Умара, Ибн Аббаса, аль-Хасана, Атаа, Муджахида и Катады, и таков мазхаб аш-Шафии.
Сказано также, что исчисленные дни — это день жертвоприношения и два дня после него; это мнение Али ибн Абу Талиба, и передаётся также от Ибн Умара, и таков мазхаб Абу Ханифы.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис вывели ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа. Ат-Тирмизи вывел его от Суфьяна ибн Уяйны от Суфьяна ас-Саури, и упомянул, что Суфьян ибн Уяйна сказал: «Это лучший хадис, который передал Суфьян ас-Саури».
[1950] («Ибн Мударрис») — с даммой на «мим», фатхой на «дад» с точкой, удвоенной «ра» с кясрой, затем «син» без точки. («в Джам‘») — то есть в Муздалифе. («с горы Тайй») — это две горы: Сальма и Аджа, как сказал аль-Мунзири; «Тайй» — с фатхой на «та», удвоенной «я» и после неё хамза. («я утомил свою верховую животину») — то есть измучил своё вьючное животное. («от хабль») — с фатхой на «ха» без точки и сукуном на «ба» — один из песчаных валов, то есть то, что собралось, вытянулось и поднялось, как сказал аль-Джаухари.
Его слово («эту молитву») — имеется в виду молитва рассвета в Муздалифе.
Аль-Хаттаби сказал: явный смысл его слов «кто застал с нами эту молитву» — условие, которое не выполняется иначе как присутствием при этом в Джам‘. Так считали многие видные учёные. Алькама, аш-Шааби и ан-Нахаи говорили: если человек упустил Джам‘ и не стоял там, то хадж его упущен, и он превращает своё ихрам в умру. Из тех, кто последовал за ними в этом, — Абу Абд ар-Рахман аш-Шафии, и к этому же склонились Ибн Хузайма и Ибн Джарир ат-Табари. Они приводили в доказательство слова Всевышнего: «Помните Аллаха у Священного места сбора» — это ясный текст, а повеление указывает на обязательность, так что его оставление никоим образом не допускается.
Большинство же законоведов сказали: если он упустил ночёвку в Муздалифе и стояние там, то хадж ему всё же засчитывается, но на нём — жертва. Конец его слов.
Его слово («ночью или днём») — на это опирался Ахмад ибн Ханбаль, сказав: время стояния не ограничивается тем, что после полудня, но продолжается от рассвета дня Арафата до рассвета дня праздника, поскольку слова «ночь» и «день» — общие, неограниченные. Большинство же ответило на этот хадис тем, что под «днём» подразумевается то, что после полудня, доказательством чему служит то, что Пророк ﷺ и праведные халифы после него не стояли иначе как после полудня, и не передано ни от кого, что он стоял до этого; как бы они сделали это действие ограничивающим то общее выражение.
Его слово («тот завершил свой хадж») — «хадж» — подлежащее глагола «завершил». Аль-Хаттаби сказал: он имеет в виду большую часть хаджа, а именно стояние, поскольку именно за него опасаются (что оно будет упущено).
— [Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-Сунан»] —
Хафиз Шамс ад-Дин Ибн аль-Каййим (да помилует его Аллах) сказал: Али ибн аль-Мадини сказал: от Урвы ибн Мударриса передавал только аш-Шааби.
...пропуска. Что же касается обхода посещения (тавафа зияра), то его пропуск не страшен. И это подобно его слову «хадж — это Арафа», то есть основная часть хаджа — это стояние [на Арафате].
Его слово («и совершил» тот паломник «свой тафас») — «тафас» является дополнением к «قضى» («совершил, устранил»). Некоторые сказали, что подразумевается совершение всех обрядов, которые на нём лежат. Но известное мнение состоит в том, что тафас — это то, что делает находящийся в состоянии ихрама при выходе из него: подстригание или сбривание волос, сбривание волос на лобке, выщипывание волос под мышками и прочие действия из числа природных установлений (хисаль аль-фитра). В это же включается и заклание жертвенных верблюдов (нахр аль-буду), и совершение всех остальных обрядов, поскольку тафас устраняется лишь после этого.
Изначальное значение слова «тафас» — грязь и нечистота.
Аль-Хаттаби сказал: в этом хадисе содержится правовое положение о том, что тот, кто постоял на Арафате хотя бы одно стояние после полудня в день Арафа и до наступления рассвета дня жертвоприношения (яум ан-нахр), тот застал хадж (адрака аль-хадж).
Сторонники Малика сказали: день следует за ночью в вопросе стояния, поэтому тот, кто не стоял на Арафате до захода солнца, тот пропустил хадж, и на нём — совершение хаджа в следующем году.
Передаётся от аль-Хасана, что он сказал: на нём — жертвенное животное из верблюдов и полноценный хадж. А большинство знатоков фикха сказали: тот, кто покинул [Арафат] в день Арафа до захода солнца, на нём — кровная жертва (дам) и полноценный хадж совершён. Так сказали Ата, Суфьян ас-Саури, Абу Ханифа и его сторонники, и это же мнение аш-Шафии и Ахмада ибн Ханбаля.
Малик и аш-Шафии сказали: тот, кто отправился [покинул] Арафат до захода солнца, а затем вернулся туда до наступления рассвета, на нём ничего не лежит.
А Абу Ханифа и его сторонники сказали: если он вернулся после захода солнца и постоял, то кровная жертва с него не снимается.
Конец [слов аль-Хаттаби].
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели также ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа.
Ат-Тирмизи сказал: хороший, достоверный (хасан сахих).
Здесь заканчиваются его слова.
Али ибн аль-Мадини сказал: аш-Шаби не передавал от Уруы ибн Мударриса. Здесь заканчиваются его слова.
Я говорю: Амир — это и есть аш-Шаби, и он говорит: «сообщил мне Урва ибн аль-Мударрис», так как же можно говорить, что аш-Шаби не передавал от Уруы ибн Мударриса? Этот хадис привели также Ибн Хиббан, аль-Хаким и ад-Даракутни, и его достоверным признали аль-Хаким, ад-Даракутни и судья Абу Бакр ибн аль-Араби, [сказав, что он соответствует] условиям обоих [аль-Бухари и Муслима]. Так это [приведено] в толковании (шарх).