[٣٧٦٦] Его слово («никто из нас не протягивал руку») — то есть к еде — («пока не начинал Посланник Аллаха ﷺ») — в этом разъяснение того правила этикета, что старший и более достойный начинает первым мыть руки перед едой и приступать к еде. Его слово («как будто его толкают») — в форме страдательного залога, то есть от сильной поспешности он выглядел так, как будто его толкают. Его слово («и потянулся») — то есть бедуин захотел и приступил — («чтобы положить руку в еду») — то есть прежде нас. Его слово («затем пришла девочка») — то есть маленькая девочка. Его слово («поистине, шайтан считает еду для себя дозволенной») — то есть обретает возможность есть из этой еды.
Смысл в том, что он обретает возможность есть из еды, если человек приступает к ней без упоминания имени Всевышнего Аллаха. А если никто не приступил к еде, то он не может этого сделать. И если есть группа людей, и некоторые из них произнесли имя Аллаха, а некоторые нет, то он всё равно не сможет этого сделать в отношении неё в целом — так сказал ан-Навави. Его слово («поистине, его рука была в моей руке вместе с их руками») — то есть рука шайтана оказалась вместе с рукой мужчины и рукой девочки в моей руке.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис передали также Муслим и ан-Насаи.
[٣٧٦٧] («Рассказал нам Муаммаль») — по форме подобно имени Мухаммад, надёжный передатчик. («От Будайля») — с уменьшительной формой имени. Его слово («если же он забыл») — с открытой «нун» и закрытой «син». Его слово («то пусть скажет: «с именем Аллаха, в начале её и в конце её»») — оба слова стоят в винительном падеже в значении обстоятельства места, то есть «в начале её и в конце её», либо это выпадение предлога, то есть «на начало её и на конец её», и смысл — на все части её, как на это указывает смысл, ради которого предписано упоминание имени Аллаха. И нельзя сказать, что упоминание этих двух крайних точек исключает середину — это подобно словам Всевышнего: «И для них там пропитание утром и вечером», вместе со словами Всевышнего: «плоды её постоянны». Возможно также сказать, что под «началом её» подразумевается первая половина, а под «концом её» — вторая половина, и тогда достигается полный охват и всеобъемлемость. А Аллах лучше знает истину — так сказал аль-Кари.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис передали также ат-Тирмизи и ан-Насаи, но ат-Тирмизи не сказал «от женщины из их числа», а сказал именно «от Умм Кульсум». Ат-Тирмизи сказал: и с этим же иснадом от Аиши она сказала: Посланник Аллаха ﷺ ел еду в компании шести своих сподвижников, и пришёл бедуин и съел её за два укуса, и сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Если бы он произнёс имя Аллаха, этого было бы достаточно для вас». И сказал: хадис хороший, достоверный. И в некоторых риваятах ат-Тирмизи встречается «Умм Кульсум аль-Лайсийя», и это более вероятно, поскольку Убайд ибн Умайр — из племени Лайс, а такую, как дочь Абу Бакра, не называют иносказательно «женщиной», особенно с добавлением слова «из их числа». Это выпало из некоторых списков ат-Тирмизи, и его выпадение и есть правильное — а Аллах лучше знает.
Хафиз Абу аль-Касим ад-Димашки в своём труде об «крайних звеньях иснадов» упомянул для Умм Кульсум, дочери Абу Бакра, от Аиши несколько хадисов, а после неё упомянул Умм Кульсум аль-Лайсийю, которую также называют аль-Маккийей, и привёл для неё этот хадис. А Абу Бакр ибн Абу Шейба привёл этот хадис в своём «Мусанаде» от Абдуллаха ибн Убайда ибн Умайра от Аиши, не упоминая в нём Умм Кульсум. Здесь заканчиваются слова аль-Мунзири.
[٣٧٦٨] («Сообщил нам Джабир ибн Субх») — с придыхательной «сад» и молчащей «ба». («От своего дяди Умайи») — в уменьшительной форме — («ибн Махши») — с открытой «мим», молчащей «ха» с точкой, закрытой «шин» с точкой и удвоенной «йа». Его слово («кроме одного кусочка») — в именительном падеже как подлежащее. Его слово («ко рту его») — то есть к его устам. Его слово («и улыбнулся Пророк ﷺ») — то есть из удивления тому, что было открыто ему. Его слово («вырвал») — то есть шайтан — («то, что было в его животе») — то есть из того, что он съел. «Истикаа» — это форма «истифаль» от «кай» (рвота) в значении опорожнения, и это понимается буквально либо имеется в виду ушедшая благодать от неупоминания имени Аллаха, как если бы она была в утробе шайтана на хранении, а когда произнесли имя Аллаха, она вернулась к еде.
Ат-Турбашти сказал: то есть то, что было для него благом, стало для него бедой, отнятой у него посредством произнесения имени Аллаха.
Ат-Тыби сказал: это толкование относится к тому, что имеет отношение к улетучиванию благодати из еды.
Хадисы этой главы указывают на предписанность произнесения имени Аллаха перед едой, и что забывший говорит в середине еды: «С именем Аллаха, в начале её и в конце её». Сказано в «аль-Хади»: правильным является обязательность произнесения имени Аллаха при еде, и это одно из двух мнений сторонников Ахмада, а хадисы о велении этого достоверны и ясны, не имеют противоречащих им хадисов, и нет единогласного мнения, дозволяющего отступить от них и вывести их из явного смысла; и тот, кто оставляет это, — шайтан становится соучастником его в его еде и питье. Конец цитаты.
Сказано в «аль-Найль»: то, на чём находится большинство из предшественников и последующих поколений среди знатоков хадиса и других, — что поедание шайтаном понимается в буквальном смысле, и что у шайтана есть руки и ноги, и среди них есть самцы и самки, и что он поистине ест, если ему не мешают. И сказано, что их поедание — в переносном и метафорическом смысле. И сказано, что их поедание — это обоняние и вдыхание запаха. И нет необходимости прибегать ни к чему из этого.
Установлено в достоверном сборнике, что шайтан ест левой рукой и пьёт левой рукой.
Передано от Вахба ибн Мунаббиха, что он сказал: шайтаны разных видов — чистые джинны не едят, не пьют и не вступают в брачные отношения, они — ветер; а среди них есть вид, который делает всё это и производит потомство, и это — сааля, гыляны и подобные им. Конец цитаты.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис передал также ан-Насаи. Ад-Даракутни сказал: Умайя не передавал от Пророка ﷺ ничего, кроме этого хадиса, и единолично его передал Джабир ибн ас-Субх от аль-Мусанны ибн Абд ар-Рахмана аль-Хузаи от его деда Умайи. Здесь заканчиваются его слова.
Яхья ибн Маин сказал: Джабир ибн Субх — надёжный передатчик. Абу аль-Касим аль-Багъяви сказал: я не знаю, чтобы он передал что-либо, кроме этого хадиса. Абу Умар ан-Намри сказал: у него есть только один хадис — о произнесении имени Аллаха перед едой.