[٤٩٥٧] «Аль-Аджда‘ — это шайтан» — то есть имя одного из шайтанов.
Аль-Мунзири сказал: в его иснаде — Муджалид ибн Са‘ид, и о нём есть замечания.
[٤٩٥٨] «Не называй» — обращение общее к каждому, к кому это применимо. «Своего слугу» — своего сына или своего раба. «Ясаром» — от «аль-йуср», противоположность трудности. «И не Рабахом» — от «ар-рибх», противоположность убытку. «И не Наджихом» — от «ан-наджх», что означает успех. «И не Афлахом» — от «аль-фалях», что означает победу и преуспевание. «Есть ли он там» — то есть есть ли там носящий одно из упомянутых имён. «И скажет» — то есть отвечающий скажет: «Нет» — то есть нет там Ясара, или нет у нас Рабаха, например, и подобное такое пожелание блага (тафа’уль) в этом случае неуместно. «Их всего лишь четыре и т. д.» — это слова Самуры, который говорит: этих имён всего четыре, так не прибавляй к ним, измышляя на меня.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели также Муслим и ат-Тирмизи.
[٤٩٥٩] «Посланник Аллаха ﷺ запретил нам называть наших рабов и т. д.» — причина запрета уже упоминалась в предыдущем хадисе.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели также Муслим и Ибн Маджа.
[٤٩٦٠] «Если я проживу» — а в версии Муслима: Пророк ﷺ хотел запретить называть именами Я‘ла, Барака, Афлях, Ясар, Нафи‘ и подобными им, затем я увидел, что он умолк об этом впоследствии, а потом скончался, не запретив это.
Ан-Навави сказал: смысл в том, что он хотел запретить это запретом строгого запрещения (тахрим), а что касается запрета в смысле нежелательности (танзих), то он его установил в остальных хадисах. Конец его слов.
Ат-Тыби сказал: как будто он — то есть услышал признаки, указывающие на запрет, но не удостоверился в явном запрете, поэтому и сказал так, тогда как Пророк ﷺ действительно запретил это, как в хадисе Самуры.
«Абу Дауд сказал: Абу аз-Зубайр передал от Джабира нечто подобное, не упомянув имя Барака» — аль-Мунзири сказал: то, что сказал Абу Дауд (да будет доволен им Аллах) о хадисе Абу аз-Зубайра, требует рассмотрения, ибо Муслим привёл этот хадис в своём «Сахихе» от Ибн Джурайджа от Абу аз-Зубайра, и там сказано: Пророк ﷺ хотел запретить называть мальчика именами Мукбиль и Барака — далее хадис.
[٤٩٦١] «Самое презренное имя» — то есть самое унизительное и низкое из «хуну‘» — унижения. «Человек» — то есть имя человека. «Которого называют» — в форме страдательного залога от «ат-тасмия», а в некоторых версиях — «тусамма» в форме прошедшего времени действительного залога от «ат-тасамми» — масдар породы «тафа‘ул», то есть он сам назвал себя так, или его так назвали, и он согласился с этим и продолжал так называться. «Царь царей» — множественное число от «малик», подобно «мулюк», и Суфьян ас-Саури пояснил это персидским выражением «шахан-шах». «Он сказал: самое отвратительное имя» — то есть самое непристойное и мерзкое из «аль-хана» в значении непристойности.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели также аль-Бухари, Муслим и ат-Тирмизи.
А хадис Шу‘айба, который Абу Дауд привёл в форме та‘лика (без полного иснада), аль-Бухари привёл в своём «Сахихе» с полным иснадом, передав его от Абу аль-Ямана аль-Хакама ибн Нафи‘а от Шу‘айба.
1 — Глава о прозвищах [٤٩٦٢]
Учёные арабского языка сказали: имя собственное либо указывает на похвалу или на осуждение — и это прозвище (лакаб), либо не указывает на это — и тогда оно либо начинается с «аба» или «ибн», и это кунья, либо не начинается — и это имя (исм).
«Среди племени Салама» — заменяет слово «у нас». «И не обзывайте друг друга прозвищами» — то есть пусть никто из вас не называет другого прозвищем, которое тому неприятно. «Плохо это имя» — то есть упомянутое ранее из насмешки, злословия и обзывательства прозвищами. «Нечестие после веры» — заменяет слово «имя». «И нет среди нас человека» — «вав» здесь указывает на обстоятельство (хал). «У которого не было бы двух или трёх имён» — «или» здесь для разнообразия. «Он говорит: о такой-то» — то есть называя его одним из его имён. «А они говорят: постой» — с фатхой на «мим» и сукуном на «ха», то есть «остановись».
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели также ат-Тирмизи и Ибн Маджа, и ат-Тирмизи сказал: хороший (хасан). Это конец его слов.
Что касается Абу Джубайры, то его имя неизвестно, и учёные разошлись во мнениях относительно того, был ли он сподвижником: одни говорили, что был сподвижником, другие — что не был. Он брат Сабита ибн ад-Даххака. «Джубайра» — с фатхой на «джим», кясрой на «ба» (точечной), сукуном на «йа» (последней из букв), затем идёт простая «ра» и «та» женского рода.
2 — Глава о том, кто берёт себе кунью «Абу Иса» [٤٩٦٣]
«Что Умар ибн аль-Хаттаб избил своего сына за то, что тот взял кунью Абу Иса» — Умар (да будет доволен им Аллах) не одобрил взятие кунью «Абу Иса» из-за того, что в этом заключалось намекание на отца Исы (мир ему), как сказано в «Фатх аль-Вадуд». «Чтобы ты назывался» — с опущением одной из двух «та». «Тогда он сказал: воистину Посланник Аллаха ﷺ дал мне эту кунью» — то есть кунью «Абу Иса». «Тогда он сказал» — то есть Умар (да будет доволен им Аллах), полагая, что это было одной из особенностей, присущих только Пророку ﷺ: «А мы среди нашей общности (джалджа)» — то есть среди множества подобных нам мусульман, не знаем, что с нами будет сделано, — так сказано в «аль-Маджма‘».
В «ан-Нихая» сказано: когда был ниспослан аят «Воистину Мы дали тебе явную победу, чтобы Аллах простил тебе то, что было прежде из твоего греха, и то, что будет после», сподвижники сказали: «А мы остались в «джалдж», не зная, что с нами будет сделано».
Абу Хатим сказал: я спросил об этом слове аль-Асма‘и, но он его не знал.
Ибн аль-А‘раби сказал: «аль-джалдж» — это головы людей, единственное число — «джалджа». Смысл в том, что мы остались среди множества голов мусульман.
Ибн Кутайба сказал: смысл в том, что мы остались в числе подобных нам мусульман, не зная, что с нами будет сделано.
Говорят также, что «аль-джалдж» в языке жителей аль-Йамамы означает водоёмы, как если бы он хотел сказать: нас оставили в узком положении, подобном узости водоёмов. Конец.
«Пока не умер» — то есть пока не умер аль-Мугира.
Об этом хадисе аль-Мунзири промолчал.
3 — Глава о том, что человек может сказать сыну другого «о сынок мой» [٤٩٦٤]
«И назвал его» — то есть Абу Усмана. «Ибн Махбуб» — подлежащее. «Аль-Джа‘д» — второе дополнение. «Сказал ему: о сынок мой» — в этом содержится указание на допустимость того, чтобы человек говорил не своему сыну, а тому, кто моложе его: «о сынок мой» в уменьшительной форме, или «о дитя моё», и смысл этого — проявление нежности и указание на то, что этот человек занимает у говорящего положение сына по степени заботы и сострадания.
Аль-Мунзири сказал: «Этот хадис привёл Муслим, а также его привёл ат-Тирмизи, который сказал: «Гариб с этой стороны передачи. Он передавался и не с этой стороны — от Анаса». А что касается Абу Усмана, то это шейх, надёжный (сика), и это аль-Джа‘д ибн Усман, которого называют также Ибн Динар. Он басриец. От него передавали Юнус ибн Убайд и не один из имамов».
На этом заканчиваются его слова.
Муслим привёл в своём «Сахихе», что Пророк ﷺ сказал ему, то есть: «О сынок мой».