15 - (Глава о двух рак‘атах, когда пришёл человек, а имам произносит проповедь)
[510] Его слово («когда пришёл человек») — это Сулайк, с несогласной буквой «син» в уменьшительной форме, аль-Гатафани. («Встань и соверши поклон») — то есть встань и совершай молитву. В некоторых списках — «встань и соверши два рак‘ата», а в риваяте аль-Бухари — «встань и соверши молитву в два рак‘ата».
Его слово («это хадис хороший, достоверный») — привёл его весь коллектив [шести имамов], а в другом риваяте: «если кто-то из вас придёт в день пятницы, когда имам произносит проповедь, пусть совершит два рак‘ата и облегчит их» — передали Ахмад, Муслим и Абу Дауд.
А в другом риваяте: «если кто-то из вас придёт в день пятницы, а имам уже вышел, пусть совершит молитву в два рак‘ата» — согласованный хадис [аль-Бухари и Муслима], как это приведено в «аль-Мунтака».
Его слово («от Ийада») — с кясрой на несогласной букве «айн», с облегчённой передней буквой и с точечной буквой на конце — (ибн Абдуллах ибн Абу Сарх) — с фатхой на несогласной букве «син» и сукуном на «ра», после которой несогласная буква — аль-Кураши аль-Амири аль-Макки, надёжный передатчик из третьего поколения, умер на рубеже ста лет [по хиджре].
[511] Его слово («а Марван произносил проповедь») — это придаточное предложение состояния, и этот Марван — Марван ибн аль-Хакам ибн Абу аль-Ас ибн Умайя, Абу Абд аль-Малик аль-Умави аль-Мадани. Он занял халифат в конце шестьдесят четвёртого года и умер в шестьдесят пятом году в месяце рамадан в возрасте шестидесяти трёх или шестидесяти одного года. Его сподвижничество не установлено достоверно, он из второго поколения — так сказано в «ат-Такриб».
Автор «аль-Мишкат» сказал в его биографии: Марван родился при жизни Посланника Аллаха ﷺ, по одним сведениям — во втором году хиджры, по другим — в год [битвы у] Хандака, есть и другие мнения. Он не видел Пророка ﷺ, потому что Пророк ﷺ изгнал его в Таиф, и он оставался там, пока не стал халифом Усман, который вернул его в Медину. Он прибыл туда со своим сыном. Умер в Дамаске в шестьдесят пятом году. Передавал от группы сподвижников, и от него передавала группа последователей, среди них Усман, Али, Урва ибн аз-Зубайр и Али ибн аль-Хусайн. Конец цитаты.
(«И пришла стража») — с фатхой на «ха» и «ра». Сказано в «аль-Камус»: харасаху харасан ва хирасатан, и он харис, множественное число харас, ахрас, хуррас, а «аль-хараси» — единственное число от стражи султана, а они — хуррас. Конец цитаты.
Сказано в «ас-Сурах»: харас, с двумя фатхами — стражи ворот султана, множественное число хараси, единственное из них [объясняется так же]. Конец цитаты.
(«Чтобы усадить его») — от «ильджляс» и «тадждис» [понуждение к сидению]. («Они чуть было не набросились на тебя») — слово «ин» облегчённое от усиленного, то есть — поистине, дело было так, что они чуть было не набросились на тебя, ударив тебя, как это явно следует, или же обругав тебя — так сказано в «Шарх ат-Тирмизи» Абу ат-Тайиба ас-Синди.
Его слово («что пришёл человек») — это Сулайк.
Его слово («в жалком виде») — с фатхой на букве «ба» и с усиленной точечной «даль» — то есть в плохом виде, указывающем на бедность. Сказано в «аль-Камус»: базазат, как алимат, базазатан, базазан ва бузузатан — стало твоё положение плохим, и «базз аль-хай'а» и «базуха» — их ветхость, изношенность. Конец цитаты.
(«И совершил два рак‘ата, а Пророк ﷺ произносил проповедь») — сказано в «Мунтака аль-ахбар»: это ясно указывает на слабость того, что передаётся, будто он прекратил свою проповедь, пока тот не закончил два рак‘ата. Конец цитаты.
Я говорю: автор «аль-Мунтака» указал на хадис Анаса, который привёл ад-Даракутни со словами: он сказал: пришёл человек, а Посланник Аллаха ﷺ произносил проповедь, и Пророк ﷺ сказал ему: «встань и соверши два рак‘ата», и он прекратил проповедь, пока тот не закончил свою молитву. Ад-Даракутни сказал: это передал с иснадом Убайд ибн Мухаммад аль-Абди от Му‘тамира от его отца от Катады от Анаса, и он ошибся в этом, а правильно — от Му‘тамира от его отца [непосредственно, без Анаса], как это передали Ахмад ибн Ханбаль и другие от Му‘тамира. Затем он передал это через путь Ахмада как мурсаль [с прерванным иснадом].
От этого Убайда ибн Мухаммада передавал Абу Хатим, и ад-Даракутни вынес против него решение об ошибке лишь потому, что он противоречит тому, кто более твёрд в памяти, чем он — Ахмаду ибн Ханбалю и другим.
(«Сказал Ибн Абу Умар») — это Мухаммад ибн Абу Умар, шейх ат-Тирмизи. («А Абу Абд ар-Рахман аль-Мукри») — его имя Абдуллах ибн Йазид аль-Макки, родом из Басры или из Ахваза, надёжный, добродетельный, обучал чтению Корана более семидесяти лет, из девятого поколения, и он из числа старших шейхов аль-Бухари — так сказано в «ат-Такриб». («Считал это допустимым») — то есть верил в это и допускал это. («Мухаммад ибн Аджлян был надёжным, заслуживающим доверия») — сказано в «ат-Такриб»: Мухаммад ибн Аджлян аль-Мадани — правдивый, но у него смешались хадисы Абу Хурайры. А аз-Захаби сказал в «аль-Мизан» в его биографии: его признали надёжным Ахмад, Ибн Ма‘ин, Ибн Уяйна и Абу Хатим, и передал Аббас от Ибн Ма‘ина, что он сказал: Ибн Аджлян надёжнее, чем Мухаммад ибн Амр, никто в этом не сомневается.
Аль-Хаким сказал: Муслим привёл от него в своей книге тринадцать хадисов, все они — свидетельства [шавахид]. Позднейшие из наших имамов говорили о слабости его памяти, и аз-Захаби подробно разобрал это в его биографии.
Его слово («и в этой главе также передано от Джабира») — аль-Ираки сказал: если скажут: составитель начал с хадиса Джабира, так что смысл его слов «и в этой главе также передано от Джабира» после того, как он уже упомянул его вначале, ведь не в его обычае повторять упоминание сподвижника в хадисе, который он привёл перед словами «и в этой главе»? Ответ: возможно, он имел в виду другой хадис от Джабира, отличный от того, что он привёл прежде, а именно то, что передал ат-Табарани через путь аль-А‘маша от Абу Суфьяна от Джабира, который сказал: вошёл ан-Ну‘ман ибн Науфаль, а Посланник Аллаха ﷺ был на минбаре, произнося проповедь в день пятницы, и Пророк ﷺ сказал ему: «совершай молитву в два рак‘ата и облегчи их, и если кто-то из вас придёт в день пятницы, когда имам произносит проповедь, пусть совершит молитву в два рак‘ата и облегчит их» — так в «Каут аль-мугтази». («И Абу Хурайры») — привёл это Ибн Маджа. («И Сахля ибн Са‘да») — привёл это Ибн Абу Хатим в «аль-Иляль» подобно хадису Абу Са‘ида.
В этой главе также передано от Сулайка у Ахмада: он сказал: сказал Пророк ﷺ: «если кто-то из вас придёт, когда имам произносит проповедь, пусть совершит молитву в два лёгких рак‘ата» — и передал это также Ибн Ади в «аль-Камиль».
Его слово («хадис Абу Са‘ида аль-Худри — хадис хороший, достоверный») — сказано в «аль-Мунтака»: передали его пятеро, кроме Абу Дауда. Конец цитаты.
А хафиз [Ибн Хаджар] сказал в «аль-Фатх»: и передал его Ибн Хузайма и признал его достоверным.
Его слово («и на этом действуют некоторые из учёных, и так говорят аш-Шафии, Ахмад и Исхак») — они приводили в качестве доказательства хадисы данной главы.
Ан-Навави в толковании на «Сахих» Муслима сказал: все эти хадисы, то есть те, что передал Муслим, ясно указывают в пользу мазхаба аш-Шафии, Ахмада, Исхака и знатоков фикха среди мухаддисов, что если человек входит в мечеть в день пятницы, а имам произносит проповедь, то ему желательно совершить два ракята приветствия мечети, и нежелательно садиться, не совершив их прежде, и что желательно облегчить их выполнение, чтобы затем услышать проповедь.
Этот мазхаб передаётся также от аль-Хасана аль-Басри и других предшественников. Некоторые же сказали: («если он войдёт, а имам произносит проповедь, то он садится и не молится, и это слово Суфьяна ас-Саури и жителей Куфы»). Ан-Навави сказал: судья [аль-Байхаки?] сказал, а также Малик, аль-Лейс, Абу Ханифа, ас-Саури и большинство ранних поколений из числа сподвижников и последователей говорили, что он не совершает эти два ракята, и это передаётся от Умара, Усмана и Али (да будет доволен ими Аллах).
Их доводом является повеление хранить молчание перед имамом, и они толковали хадисы данной главы тем, что тот человек был обнажён, и Пророк ﷺ повелел ему встать, чтобы люди увидели его и подали ему милостыню. Это толкование ложно, и его отвергает ясное слово Пророка ﷺ: «Если кто-то из вас придёт в пятницу, когда имам произносит проповедь, пусть совершит два ракята и облегчит их выполнение». Это однозначный текст, не допускающий иного толкования, и я не думаю, что учёный, до которого дошли эти слова и который считает их достоверными, стал бы противоречить им — конец цитаты.
Хафиз в «Фатх аль-Бари» сказал: группа учёных, среди них аль-Куртуби, сказала, что самое сильное, на что опираются маликиты в этом вопросе, — это практика жителей Медины, передаваемая из поколения в поколение начиная со сподвижников до времени Малика, согласно которой добровольная молитва во время проповеди безусловно запрещена.
На это возразили, отрицая единодушие жителей Медины в этом вопросе, ведь достоверно установлено совершение приветствия мечети от Абу Саида аль-Худри, а он один из знатоков фикха среди сподвижников, жителей Медины, и это переняли от него его товарищи из числа жителей Медины также, и не установлено достоверно ни от кого из сподвижников явного противоречия этому.
Что же касается того, что передал Ибн Батталь от Умара и Усмана (да будет доволен ими Аллах) и от нескольких других сподвижников о безусловном запрете, то его опора в этом на риваяты от них, в которых есть возможность иного толкования, как, например, слова Са'лабы ибн Абу Малика: «Я застал Умара и Усмана, и когда имам выходил, мы оставляли молитву».
Возможность иного толкования состоит в том, что Са'лаба мог иметь в виду именно тех, кто находился внутри мечети.
Наш шейх, хафиз Абу аль-Фадль, сказал в толковании на ат-Тирмизи: всё, что передаётся от кого-либо из сподвижников о запрете молитвы, когда имам произносит проповедь, относится к тому, кто находился внутри мечети, ибо ни от кого из них не передано явное запрещение приветствия мечети, а относительно него передан хадис, который его конкретно касается, и его не следует оставлять из-за одной лишь возможности иного толкования — конец цитаты.
Я не встретил явного указания на это ни от одного из сподвижников.
Что же касается того, что передал ат-Тахави от Абдуллаха ибн Сафвана, что он вошёл в мечеть, когда Ибн аз-Зубайр произносил проповедь, и он поцеловал угол [Каабы], затем поприветствовал его, затем сел и не совершил молитву, — а Абдуллах ибн Сафван и Абдуллах ибн аз-Зубайр являются младшими сподвижниками, — то ат-Тахави сказал: поскольку Ибн аз-Зубайр не осудил Ибн Сафвана, и никто из присутствовавших сподвижников не осудил оставление приветствия мечети, это указывает на правильность того, что мы сказали.
На это возразили, что оставление ими осуждения не указывает на запрет этого, а указывает лишь на отсутствие обязательности, а их противники не утверждали обязательность — конец цитаты.
(Первое мнение более достоверно), ибо на него указывают достоверные и явные хадисы, среди них слово Пророка ﷺ: «Если кто-то из вас придёт в пятницу, когда имам произносит проповедь, пусть совершит два ракята и облегчит их выполнение» — это однозначный текст, не допускающий иного толкования.
Всё, чем ответили приверженцы первого мнения на хадисы данной главы, является слабым.
Среди приведённых ими ответов — что это было в период, когда действия во время проповеди были дозволены, прежде чем это было запрещено. Они говорили: и это подтверждается тем, что Пророк ﷺ разговаривал с этим человеком, а его разговор с этим человеком указывает на то, что это было до отмены [дозволенности разговора] во время проповеди, после чего было повелено хранить молчание, слушать и оставить разговор, вплоть до того, что было запрещено даже сказать своему товарищу «молчи».
На это был дан ответ, что Суляйк принял ислам очень поздно, поэтому утверждение, что это было до отмены разговора во время проповеди, ложно и отвергается тем, кто его высказал. Хафиз в «Фатх аль-Бари» сказал: было сказано, что эта история произошла до запрета разговора во время молитвы.
На это возразили, что Суляйк принял ислам очень поздно, а запрет разговора был установлен очень рано, — как же можно утверждать отмену позднего раннее установленным, при том что отмена не устанавливается предположением — конец цитаты.
Среди прочего — что Посланник Аллаха ﷺ, когда обратился к Суляйку, замолчал в своей проповеди, пока Суляйк не закончил свою молитву. На основании этого Суляйк совместил слушание проповеди и молитву приветствия мечети, так что в этом нет доказательства для того, кто дозволяет приветствие мечети, когда проповедник произносит проповедь.
На это был дан ответ, что ад-Даракутни, который передал это из хадиса Анаса, признал его слабым и сказал, что правильнее, что это передано от Сулеймана ат-Тайми как мурсаль или му'даль, — так в «Фатх аль-Бари». Аль-Айни в «Умдат аль-кари», возражая на этот ответ, сказал буквально следующее: мурсаль является доказательством у нас, и это подтверждается тем, что передал Ибн Аби Шайба: рассказал нам Хушайм, сказал: сообщил нам Абу Ма'шар от Мухаммада ибн Кайса, что Пророк ﷺ, когда повелел ему совершить два ракята, прервал свою проповедь, пока тот не закончил свои два ракята, затем вернулся к своей проповеди — конец цитаты.
Я говорю: мурсаль-хадис, хотя и является доводом у ханафитов, однако установлено, что он не является доводом, как это определено в соответствующем разделе. Поэтому мурсаль-хадис Сулеймана ат-Тайми не является доводом, более того, он слабый. Также его ослабляет хадис Абу Са‘ида аль-Худри, который вывел ат-Тирмизи в этой главе со словами: «И совершил он два рякята, а Пророк ﷺ в это время произносил проповедь», а этот хадис — достоверный. Также его ослабляет хадис Джабира (да будет доволен им Аллах): «Если кто-либо из вас придёт в пятницу, когда имам произносит проповедь, то пусть совершит два рякята и сократит их».
Его передали Ахмад, Муслим и Абу Дауд. Что касается риваята Ибн Абу Шейбы, то он также является мурсалем, и вместе с тем, что он мурсаль, он ещё и слабый. Ад-Даракутни сказал после его приведения: «Это — мурсаль, на котором не строится довод, а Абу Ма‘шар, чьё имя Наджих, слаб». Конец цитаты.
Хафиз сказал в «ат-Такрибе»: «Наджих ибн Абд ар-Рахман ас-Синди, известный под кунья Абу Ма‘шар, слабый, из шестого поколения, дожил до старости и впал в путаницу [в передаче]». Конец цитаты.
Итог таков, что не установлено достоверным хадисом, что Посланник Аллаха ﷺ прервал проповедь, когда велел тому человеку совершить два рякята. Напротив, достоверным хадисом установлено, что тот совершил два рякята, пока Пророк ﷺ произносил проповедь.
Из этого также следует, что это произошло до того, как он ﷺ приступил к проповеди. Ан-Насаи в своих «Больших сунан» озаглавил главу по хадису Сулейка так: «Глава о молитве перед проповедью», затем привёл от Абу аз-Зубайра от Джабира, который сказал: «Пришёл Сулейк аль-Гатафани, а Посланник Аллаха ﷺ сидел на минбаре, и Сулейк сел, не совершив молитвы. Тогда он ﷺ сказал ему: «Совершил ли ты два рякята?» Тот ответил: «Нет». Он сказал: «Встань и соверши их»». Так это приведено в «Умдат аль-кари».
На это отвечено, что сидение на минбаре не ограничивается только началом [проповеди], но допускает вероятность, что это было и между двумя частями проповеди, и потому он обратился к нему с этими словами, сидя, а когда тот встал, чтобы молиться, Пророк ﷺ встал для продолжения проповеди, поскольку время сидения между двумя частями проповеди не бывает долгим.
Также допустимо, что передатчик употребил слово «сидел» в переносном смысле, поскольку все достоверные риваяты единогласно свидетельствуют, что он вошёл, когда Пророк ﷺ уже произносил проповедь. Так сказано в «Фатх аль-Бари».
Аль-Айни в «Умдат аль-кари», возражая на этот ответ, сказал следующее: «Основа — это то, что сидение было изначальным, а сидение между двумя частями проповеди — лишь предположение, и поэтому нельзя судить предположением против основы». Конец цитаты.
Я говорю: мы не признаём, что первое сидение — основа, а второе — лишь предположение. Напротив, мы говорим, что оба вида сидения равно являются основой. А если даже это допустить, то суждение предположением против основы здесь неизбежно необходимо, поскольку все достоверные риваяты единогласно свидетельствуют, что он вошёл, когда Пророк ﷺ уже произносил проповедь.
Затем аль-Айни, возражая на слова хафиза «допустимо, что передатчик употребил переносный смысл» и так далее, сказал следующее: «Это — лишь попытка утвердить своё мнение и приписывание передатчику употребления переносного смысла без нужды и необходимости». Конец цитаты.
Я говорю: приписывание передатчику употребления переносного смысла не без нужды и необходимости, напротив, это по сильной необходимости, и хафиз разъяснил её своими словами: «поскольку все достоверные риваяты единогласно свидетельствуют, что он вошёл, когда Пророк ﷺ уже произносил проповедь».
Итог таков, что словом «сидел» в хадисе Джабира подразумевается либо сидение между двумя частями проповеди, либо говорится, что передатчик употребил его в переносном смысле. В противном же случае это добавление является шаззом (отклоняющимся от общепринятого), противоречащим прочим достоверным риваятам, и потому оно неприемлемо.
Из этого также следует, что данный случай является частным случаем, не имеющим всеобщего характера, и допустимо, что он относится лишь к Сулейку в частности. На это указывают слова в хадисе Абу Са‘ида, который вывели авторы «сунан» и другие: «Пришёл человек, когда Пророк ﷺ произносил проповедь, а этот человек был в жалком облачении. Он спросил его: «Совершил ли ты молитву?» Тот ответил: «Нет»». Он сказал: «Соверши два рякята», и побудил людей к милостыне» — и далее хадис. Значит, он велел ему молиться, чтобы некоторые люди увидели его стоящим и подали ему милостыню.
Это подтверждается тем, что в этом хадисе у Ахмада сказано, что Пророк ﷺ сказал: «Этот человек вошёл в мечеть в жалком облачении, и я велел ему совершить два рякята, надеясь, что кто-нибудь заметит его и подаст ему милостыню».
Я говорю: это отвергается, ибо основа — это отсутствие исключительности [данного случая], а обоснование тем, что он ﷺ намеревался побудить к милостыне ему, не препятствует утверждению о допустимости молитвы приветствия [мечети].
На то, что его повеление молиться не ограничивалось лишь намерением побудить к милостыне, указывает то, что он ﷺ повторил своё повеление молиться также и в следующую пятницу, после того как в первую пятницу тот получил две одежды и пришёл в них во вторую пятницу, раздав одну из них в качестве милостыни, на что Пророк ﷺ запретил ему это делать.
Это вывели ан-Насаи и Ибн Хузайма также от хадиса Абу Са‘ида, а у Ахмада и Ибн Хиббана сказано, что он повторял своё повеление молиться три раза в течение трёх пятниц.
Это указывает на то, что намерение побудить к милостыне было лишь частью причины, а не полной причиной. Так сказал хафиз в «Фатхе».
И дело так, как сказал хафиз.
Как же иначе, если установлено в истории с Сулейком, что он ﷺ сказал после слов «соверши их и сократь их»: «Если кто-либо из вас придёт в пятницу, когда имам произносит проповедь, пусть совершит два рякята и сократит их», как ты уже узнал из вышесказанного.
Итог таков, что то, чем ответили приверженцы первого мнения на хадисы...