[763] Его слово («Йазид ар-Ришк») — с касрой над «ра» и сукуном над шином с точкой. («Он — Йазид ад-Дуба‘и») — с даммой над буквой с точкой и фатхой над «ба», после которой идёт «айн» без точки. В «Хуляса» сказано: Йазид ибн Абу Йазид ад-Дуба‘и, их вольноотпущенник, Абу аль-Азхар аль-Басри, аз-Зари‘, аль-Кассам, [прозванный] ар-Ришк, передавал от Мутаррифа ибн аш-Шиххира, а от него передавали Шу‘ба и Ма‘мар. Абу Хатим признал его надёжным. У аль-Бухари от него один-единственный хадис.
5 — (глава о том, что сообщается о достоинстве поста)
[764] Его слово («аль-Каззаз») — с фатхой над «каф» и удвоением первой «за». В «Камусе» сказано: «аль-къазз» — это шёлк-сырец, а «аль-каззаз» по образцу «каттан» — продавец шёлка-сырца.
Его слово («каждое доброе дело [умножается] в десять ему подобных») — то есть удваивается в десять ему подобных («до семисот крат») — с касрой над «дад», то есть подобных. («А пост — Мне») — а в риваяте аш-Шайхайн: «каждое дело сына Адама умножается — доброе дело в десять ему подобных, до семисот крат, кроме поста, ибо он — Мне» и так далее.
Хафиз [Ибн Хаджар] сказал в «Фатхе»: учёные разошлись во мнениях относительно того, что имеется в виду под Его словами: «Пост — Мне, и Я воздаю за него», при том что все дела принадлежат Ему, и именно Он воздаёт за них — [разошлись] на несколько мнений. Затем хафиз привёл десять мнений и сказал: ближайшими к истине из упомянутых мною мнений являются первое и второе. Я приведу здесь эти два мнения, а кто желает ознакомиться с остальными, пусть обратится к «Фатху».
Первое мнение состоит в том, что в пост не проникает показуха, как это бывает в другие дела. Абу Убайд сказал в своём «Гарибе»: мы знаем, что все дела благочестия принадлежат Аллаху, и именно Он воздаёт за них. Но, полагаю, — а Аллах знает лучше, — что пост был выделен особо потому, что он не проявляется в деянии сына Адама вовне, а есть нечто, [скрытое] в сердце. Подтверждает это толкование слово Пророка ﷺ: «В посте нет показухи» — рассказал мне его Шабаба от Укайля от аз-Зухри, передав его в виде мурсаля. Он сказал: это потому, что дела не бывают иначе как через движения, кроме поста, ибо он совершается лишь намерением, которое скрыто от людей. Таково, по-моему, объяснение этого хадиса. Конец [цитаты].
Хафиз сказал: этот упомянутый хадис передал аль-Байхаки в «Шу‘аб» через путь Укайля, и привёл его также другим путём от аз-Зухри, как маусуль, от Абу Салямы от Абу Хурайры, но его иснад слаб. Текст его: «Пост — в нём нет показухи. Сказал Аллах ﷻ: он — Мне, и Я воздаю за него». Если бы это было достоверным, оно решило бы спор окончательно.
Хафиз сказал: смысл отрицания в его словах «нет показухи в посте» состоит в том, что в него не проникает показуха через деяние, хотя в него может проникнуть показуха через слово — например, когда постящийся затем сообщает о том, что он постится, — тогда показуха может проникнуть с этой стороны. Таким образом, проникновение показухи в пост происходит только со стороны сообщения [о нём], в отличие от остальных дел, в которые показуха может проникнуть уже самим их совершением.
Второе мнение: под Его словами «и Я воздаю за него» подразумевается, что Я один знаю меру его награды и умножение его добрых дел, тогда как относительно прочих видов поклонения некоторые люди осведомлены [о мере их награды]. Аль-Куртуби сказал: смысл в том, что мера награды за [прочие] дела была открыта людям, и что она умножается от десяти до семисот крат и до того, сколько пожелает Аллах, кроме поста — ведь за него Аллах воздаёт без определённой меры.
Свидетельствует в пользу этого понимания другая версия, а именно риваят «Муватта», а также риваят аль-А‘маша от Абу Салиха, где сказано: «каждое дело сына Адама умножается — доброе дело в десять ему подобных, до семисот крат, до того, сколько пожелает Аллах. Сказал Аллах: кроме поста, ибо он — Мне, и Я воздаю за него», то есть воздам за него великим воздаянием без указания его меры. Это подобно словам Всевышнего: «Воистину, терпеливым будет полностью воздана их награда без счёта». Конец [цитаты].
А «терпеливые» по большинству мнений — это постящиеся. На этом заканчивается то, что есть в «Фатхе».
Его слово («и в этой главе [передано] от Му‘аза ибн Джабаля, Сахля ибн Са‘да, Ка‘ба ибн Уджры, Саляма ибн Кайсара и Башира ибн аль-Хасасиййи»). Что касается хадиса Му‘аза ибн Джабаля, то его вывели Ахмад, ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа — все через риваят Абу Ва’иля от Му‘аза. Хадис длинный, и в нём [сказано]: «Пост — щит». Аль-Мунзири упомянул этот длинный хадис в главе о молчании.
Что касается хадиса Сахля ибн Са‘да, то его вывели аль-Бухари и Муслим и другие.
Что касается хадиса Ка‘ба ибн Уджры, то его вывел аль-Хаким от него: он сказал: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Подойдите к минбару». Мы подошли. Когда он поднялся на первую ступень, он сказал: «Амин». Когда он поднялся на вторую ступень, он сказал: «Амин». Когда он поднялся на третью ступень, он сказал: «Амин». Когда он спустился, мы сказали: «О Посланник Аллаха, мы услышали сегодня от тебя нечто, чего прежде не слышали». Он сказал: «Джибриль явился мне и сказал: «Да будет отдалён тот, кто застал рамадан, и ему не было прощено!» Я сказал: «Амин». Когда я поднялся на вторую [ступень], он сказал: «Да будет отдалён тот, при ком было упомянуто твоё имя, а он не произнёс молитву за тебя!» Я сказал: «Амин». Когда я поднялся на третью [ступень], он сказал: «Да будет отдалён тот, при ком один из его родителей или оба достигли старости, а он не ввёл их [этим] в Рай!» Я сказал: «Амин»».
Аль-Хаким сказал: [иснад] достоверный.
Что касается хадиса Саляма ибн Кайсара, то его вывели Абу Я‘ля и аль-Байхаки от него: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто постился один день, ища лика Аллаха, того Аллах отдалит от Геенны на расстояние, [равное тому, что пролетел бы] ворон, вылетевший птенцом и летавший, пока не умер от старости». Так в «Таргибе», но там [это имя] — Салама ибн Кайсар, без алифа. Аль-Мунзири после упоминания этого хадиса сказал: его передал ат-Табарани и назвал его Саляма с добавлением алифа, а в его иснаде — Абдуллах ибн Люхай‘а. Конец [цитаты].
Что касается хадиса Башира ибн аль-Хасасиййи, то пусть будет рассмотрено, кто его вывел.
Его слово («имя Башира — Захм») — с «за» и сукуном над «ха» без точки.
[765] Его слово («в раю есть врата, называемые») — то есть носящие название («ар-Раййан») — с фатхой над «ра» и удвоенной «йа», по образцу «фаʻлян», от корня «рийй» (напитанность, утоление жажды); это имя собственное — врата из врат рая, через которые входят исключительно постящиеся. Здесь имеет место соответствие между словом и его смыслом, поскольку оно образовано от «рийй» (утоление жажды), что подходит состоянию постящихся.
Аль-Куртуби сказал: упоминание об утолении жажды ограничилось без упоминания насыщения, потому что оно указывает на насыщение постольку, поскольку влечёт его за собой необходимым образом. Хафиз сказал: либо потому, что жажда тяжелее для постящегося, чем голод. Конец цитаты. В риваяте обоих шейхов: «в раю восемь врат, среди них врата, называемые ар-Раййан» («туда призываются постящиеся»). А в риваяте обоих шейхов: «не войдёт через них никто, кроме постящихся» («и кто войдёт через них, тот никогда не будет испытывать жажды»). А в риваяте ан-Насаи и Ибн Хузаймы: «кто войдёт, тот напьётся, а кто напьётся, тот никогда не будет испытывать жажды».
Его слово («это хадис хороший, достоверный, редкий») — и его привели оба шейха.
[766] Его слово («радость, когда он прерывает пост») — аль-Куртуби сказал: смысл его — радость от исчезновения его голода и жажды, поскольку ему дозволено разговляться. Эта радость — естественная, и она первое, что приходит на ум. Также говорилось, что его радость от разговления заключается лишь в том, что это завершение его поста и окончание его служения, облегчение от его Господа и помощь для его будущего поста.