Его слово («сказал посланник Аллаха ﷺ о камне»), то есть о чёрном камне и его описании: («непременно воздвигнет его Аллах») — то есть непременно явит его, («у него будут два глаза, которыми он будет видеть») — и он будет узнавать того, кто его коснулся, («он будет свидетельствовать за того, кто коснулся его по праву»). Аль-Ираки сказал: предлог «على» здесь в значении «ли» (для), а в риваяте Ахмада, ад-Дарими и Ибн Хиббана — «свидетельствует за того, кто коснулся его». Он сказал: буква «би» в слове «би-хаккин» может относиться либо к «свидетельствует», либо к «коснулся его». Так это в «Кут аль-мугтади».
Шейх в «Люма'ат» сказал: слово «على» употреблено с подразумеванием значения «наблюдатель» и «хранитель», а слово «би-хаккин» относится к «коснулся его», то есть коснулся его с верой и надеждой на награду; допустимо также, чтобы оно относилось к «свидетельствует». Хадис следует понимать в его буквальном смысле, ибо Аллах Всевышний способен создать зрение и речь в неодушевлённых предметах, ведь тела в сущности своей однородны, и каждое из них принимает то же, что принимает другое, из акциденций.
А те, в чьих сердцах уклонение к философствованию, толкуют это иносказательно и говорят, что это метафора, означающая подтверждение награды коснувшегося и что его старание не пропадёт даром. Удивительно, что аль-Байдави сказал, что наиболее вероятным по его мнению является именно это значение, хотя и не исключено понимание в буквальном смысле. Но удивляться тут нечему, ибо он по природе своей склонен к философствованию в толковании Корана и разъяснении хадисов, да простит его Аллах. Конец слов шейха.
Его слово («это хадис хороший») — привёл его также Ибн Маджа и ад-Дарими.
Хафиз сказал в «Фатхе»: в «Сахихе» Ибн Хузаймы от Ибн Аббаса передано в возведённой форме: «Поистине, у этого камня язык и две губы, которыми он будет свидетельствовать в День воскресения за того, кто коснулся его по праву», и достоверным его признали также Ибн Хиббан и аль-Хаким. У этого есть подтверждающий довод из хадиса Анаса у аль-Хакима также. Конец.
Если бы ат-Тирмизи привёл этот хадис в главе о достоинстве чёрного камня, это было бы лучше.
[962] Его слово («от Фаркада ас-Сабахи») — сказано в «Такрибе»: Фаркад ибн Йакуб ас-Сабахи, с фатхой над «син» и «ба» и с точечным «ха», Абу Йакуб аль-Басри, правдив, набожен, но хадис его слаб, много ошибается, из пятого поколения. Конец.
Аз-Захаби в «Мизане» сказал: Абу Хатим сказал — не силён (в передаче). Ибн Ма'ин сказал — надёжен (сика). Аль-Бухари сказал: в его хадисе есть отвергаемые (мунакир). Ан-Насаи сказал: не надёжен, и также сказал он и ад-Даракутни: слаб. Яхья аль-Каттан сказал: не радует меня передача от Фаркада. Конец.
И в биографии Мухаммада ибн Юнуса аль-Курайши аш-Шами, передавая от Ибн Хиббана, сказано: Фаркад ас-Сабахи — ничего не стоит. Конец.
Его слово («не приправленное») — сказано в «Камусе»: масло приправленное — то, в котором варили благовонные растения или которое смешали с благовонными маслами. Конец.
Хадис указывает на допустимость натирания маслом, не смешанным ни с каким благовонием, но хадис слабый. Ибн аль-Мунзир сказал: учёные единогласны в том, что находящемуся в состоянии ихрама можно есть оливковое масло, жир, курдючное сало и кунжутное масло и применять их на всём своём теле, кроме головы и бороды.
Он сказал: они единогласны также в том, что нельзя применять благовония на своём теле, и различали между благовонием и маслом в этом отношении. Так это в «Фатхе» и в «Ниле».
Я говорю: явный смысл слов ханафитов состоит в том, что натирание маслом у них запрещено безусловно. Аль-Мургинани аль-Ханафи сказал в «Хидайе»: и не касается благовония по слову его ﷺ: «Паломник — растрёпанный, пахнущий пылью», и равным образом не натирается маслом по тому, что мы передали. Конец.
Ибн аль-Хумам сказал: растрёпанность — это спутанность волос и их изменение из-за отсутствия ухода за ними, что даёт понять запрет натирания маслом. Конец.
Его слово («это хадис редкий» и далее) — и при том, что он редкий, он ещё и слабый, поскольку основа его сводится к Фаркаду ас-Сабахи, а состояние его тебе уже известно.
Хадис привели также Ахмад и Ибн Маджа.
Глава 11. [963] Его слово («сообщил нам Халляд ибн Язид аль-Джу'фи») — куфиец, правдив, но имеет ошибочные представления, из десятого поколения. («Сообщил нам Зухайр ибн Му'авийя») ибн Хадиджа аль-Джу'фи аль-Куфи, переселившийся в аль-Джазиру, надёжен, твёрд, однако слышал он от Абу Исхака в позднее время его жизни, из седьмого поколения.
Его слово («он нёс её») — в этом довод на желательность переноса воды Замзам в места, лежащие вне Мекки.
Его слово («это хадис хороший, редкий» и далее) — привели его также аль-Байхаки и аль-Хаким и признал его достоверным. Так это в «Ниле».
Глава 112. [964] Его слово («и Мухаммад ибн аль-Вазир аль-Васити») — надёжен, набожен, из десятого поколения. («Сообщил нам Исхак ибн Юсуф аль-Азрак») — с «за» перед «ра», надёжен, из девятого поколения. («От Суфьяна») — это ас-Саури, как ясно указал Хафиз. («От Абд аль-Азиза ибн Руфай'а») — с «фа» в уменьшительной форме, мекканец, переселившийся в Куфу, надёжен, из четвёртого поколения. («Где он совершил полуденную молитву в день ат-тарвия») — то есть в восьмой день зу-ль-хиджжа. И назван день ат-тарвия (с фатхой над «та», сукуном над «ра», кясрой над «вав» и облегчённой «йа») так потому, что они в этот день поили своих верблюдов и заготавливали воду для себя, поскольку в тех местах тогда не было ни колодцев, ни источников. Сейчас же их стало очень много, и они перестали нуждаться в переносе воды.
Есть и другие мнения относительно происхождения названия «тарвия», которые привёл Хафиз в «Фатхе», но они малоизвестны. («День отбытия») — с фатхой над «нун» и сукуном над «фа» — это третий день дней ташрика. («В аль-Абтахе») — то есть в бат-хе, что находится между Меккой и Миной, это широкая часть долины, расширившаяся; это то место, которое называют аль-мухассаб и аль-му'арас, и границы его — между двумя горами до кладбища. Так это в «Фатх аль-бари». («Затем он сказал») — то есть Анас — («поступай так, как поступают твои правители») — то есть не противоречь им: если они остановятся там, остановись и ты, а если они оставят это, оставь и ты, дабы избежать вреда, который порождается противодействием (властям). Из этого следует, что оставление этого при наличии оправдания не является предосудительным.
Его слово («это хадис достоверный, но считается редким» и далее) — то есть что Исхак передал его единолично.
Хафиз (Ибн Хаджар) сказал в «Фатхе»: я полагаю, что именно из-за этого тонкого момента аль-Бухари присоединил к нему риваят от Абу Бакра ибн Айяша от Абд аль-Азиза. И риваят Абу Бакра, хотя он и допустил в нём сокращение, служит сильным подкреплением через путь передачи Исхака. И мы нашли для него подтверждающие свидетельства (шавахид). Затем хафиз привёл эти свидетельства.
Хадис привели аль-Бухари и Муслим.