Джами ат-Тирмизи · Из суры «Свет»
Хадис № 3180
حَدَّثَنَا مَحْمُودُ بْنُ غَيْلَانَ قَالَ: حَدَّثَنَا أَبُو أُسَامَةَ، عَنْ هِشَامِ بْنِ عُرْوَةَ قَالَ: أَخْبَرَنِي أَبِي، عَنْ عَائِشَةَ، قَالَتْ لَمَّا ذُكِرَ مِنْ شَأْنِي الَّذِي ذُكِرَ وَمَا عَلِمْتُ بِهِ، قَامَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ فِيَّ خَطِيبًا فَتَشَهَّدَ وَحَمِدَ اللَّهَ وَأَثْنَى عَلَيْهِ بِمَا هُوَ أَهْلُهُ ثُمَّ قَالَ: " أَمَّا بَعْدُ: أَشِيرُوا عَلَيَّ فِي أُنَاسٍ أَبَنُوا أَهْلِي وَاللَّهِ مَا عَلِمْتُ عَلَى أَهْلِي مِنْ سُوءٍ قَطُّ وَأَبَنُوا بِمَنْ وَاللَّهِ مَا عَلِمْتُ عَلَيْهِ مِنْ سُوءٍ قَطُّ وَلَا دَخَلَ بَيْتِي قَطُّ إِلَّا وَأَنَا حَاضِرٌ وَلَا غِبْتُ فِي سَفَرٍ إِلَّا غَابَ مَعِي "، فَقَامَ سَعْدُ بْنُ مُعَاذٍ فَقَالَ: ائْذَنْ لِي يَا رَسُولَ اللَّهِ أَنْ أَضْرِبَ أَعْنَاقَهُمْ، وَقَامَ رَجُلٌ مِنْ بَنِي الخَزْرَجِ وَكَانَتْ أُمُّ حَسَّانَ بْنِ ثَابِتٍ مِنْ رَهْطِ ذَلِكَ الرَّجُلِ، فَقَالَ: كَذَبْتَ، أَمَا وَاللَّهِ أَنْ لَوْ كَانُوا مِنَ الأَوْسِ مَا أَحْبَبْتَ أَنْ تُضْرَبَ أَعْنَاقُهُمْ حَتَّى كَادَ أَنْ يَكُونَ بَيْنَ الأَوْسِ وَالخَزْرَجِ شَرٌّ فِي المَسْجِدِ وَمَا عَلِمْتُ بِهِ، فَلَمَّا كَانَ مَسَاءُ ذَلِكَ اليَوْمِ خَرَجْتُ لِبَعْضِ حَاجَتِي وَمَعِي أُمُّ مِسْطَحٍ فَعَثَرَتْ، فَقَالَتْ: تَعِسَ مِسْطَحٌ، فَقُلْتُ لَهَا: أَيْ أُمُّ تَسُبِّينَ ابْنَكِ؟ فَسَكَتَتْ، ثُمَّ عَثَرَتِ الثَّانِيَةَ فَقَالَتْ: تَعِسَ مِسْطَحٌ، فَقُلْتُ لَهَا: أَيْ أُمُّ تَسُبِّينَ ابْنَكِ؟ فَسَكَتَتْ، ثُمَّ عَثَرَتِ الثَّالِثَةَ فَقَالَتْ: تَعِسَ مِسْطَحٌ فَانْتَهَرْتُهَا، فَقُلْتُ لَهَا: أَيْ أُمُّ تَسُبِّينَ ابْنَكِ؟ فَقَالَتْ: وَاللَّهِ مَا أَسُبُّهُ إِلَّا فِيكِ، فَقُلْتُ: فِي أَيِّ شَيْءٍ؟ قَالَتْ: فَبَقَرَتْ لِي الحَدِيثَ، قُلْتُ: وَقَدْ كَانَ هَذَا؟ قَالَتْ: نَعَمْ، وَاللَّهِ لَقَدْ رَجَعْتُ إِلَى بَيْتِي وَكَأَنَّ الَّذِي خَرَجْتُ لَهُ لَمْ أَخْرُجْ. لَا أَجِدُ مِنْهُ قَلِيلًا وَلَا كَثِيرًا، وَوُعِكْتُ، فَقُلْتُ لِرَسُولِ اللَّهِ ﷺ: أَرْسِلْنِي إِلَى بَيْتِ أَبِي، فَأَرْسَلَ مَعِي الغُلَامَ، فَدَخَلْتُ الدَّارَ، فَوَجَدْتُ أُمَّ رُومَانَ فِي السُّفْلِ وَأَبُو بَكْرٍ فَوْقَ البَيْتِ يَقْرَأُ، فَقَالَتْ أُمِّي: مَا جَاءَ بِكِ يَا بُنَيَّةُ؟ قَالَتْ: فَأَخْبَرْتُهَا، وَذَكَرْتُ لَهَا الحَدِيثَ، فَإِذَا هُوَ لَمْ يَبْلُغْ مِنْهَا مَا بَلَغَ مِنِّي، قَالَتْ: يَا بُنَيَّةُ خَفِّفِي عَلَيْكِ الشَّأْنَ، فَإِنَّهُ وَاللَّهِ لَقَلَّمَا كَانَتْ امْرَأَةٌ حَسْنَاءُ عِنْدَ رَجُلٍ يُحِبُّهَا، لَهَا ضَرَائِرُ إِلَّا حَسَدْنَهَا وَقِيلَ فِيهَا، فَإِذَا هِيَ لَمْ يَبْلُغْ مِنْهَا مَا بَلَغَ مِنِّي، قَالَتْ: قُلْتُ: وَقَدْ عَلِمَ بِهِ أَبِي؟ قَالَتْ: نَعَمْ، قُلْتُ: وَرَسُولُ اللَّهِ ﷺ؟ قَالَتْ: نَعَمْ، وَاسْتَعْبَرْتُ وَبَكَيْتُ، فَسَمِعَ أَبُو بَكْرٍ صَوْتِي وَهُوَ فَوْقَ البَيْتِ يَقْرَأُ فَنَزَلَ فَقَالَ لِأُمِّي: مَا شَأْنُهَا؟ قَالَتْ: بَلَغَهَا الَّذِي ذُكِرَ مِنْ شَأْنِهَا، فَفَاضَتْ عَيْنَاهُ، فَقَالَ: أَقَسَمْتُ عَلَيْكِ يَا بُنَيَّةُ إِلَّا رَجَعْتِ إِلَى بَيْتِكِ، فَرَجَعْتُ، وَلَقَدْ جَاءَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ إِلَى بَيْتِي فَسَأَلَ عَنِّي خَادِمَتِي فَقَالَتْ: لَا وَاللَّهِ مَا عَلِمْتُ عَلَيْهَا عَيْبًا إِلَّا أَنَّهَا كَانَتْ تَرْقُدُ حَتَّى تَدْخُلَ الشَّاةُ فَتَأْكُلَ خَمِيرَتَهَا أَوْ عَجِينَتَهَا، وَانْتَهَرَهَا بَعْضُ أَصْحَابِهِ فَقَالَ: أَصْدِقِي رَسُولَ اللَّهِ ﷺ حَتَّى أَسْقَطُوا لَهَا بِهِ، فَقَالَتْ: سُبْحَانَ اللَّهِ وَاللَّهِ مَا عَلِمْتُ عَلَيْهَا إِلَّا مَا يَعْلَمُ الصَّائِغُ عَلَى تِبْرِ الذَّهَبِ الأَحْمَرِ، فَبَلَغَ الأَمْرُ ذَلِكَ الرَّجُلَ الَّذِي قِيلَ لَهُ، فَقَالَ: سُبْحَانَ اللَّهِ، وَاللَّهِ مَا كَشَفْتُ كَنَفَ أُنْثَى قَطُّ، قَالَتْ عَائِشَةُ: فَقُتِلَ شَهِيدًا فِي سَبِيلِ اللَّهِ، قَالَتْ: وَأَصْبَحَ أَبَوَايَ عِنْدِي فَلَمْ يَزَالَا حَتَّى دَخَلَ عَلَيَّ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ وَقَدْ صَلَّى العَصْرَ، ثُمَّ دَخَلَ وَقَدْ اكْتَنَفَ أَبَوَايَ عَنْ يَمِينِي وَعَنْ شِمَالِي، فَتَشَهَّدَ النَّبِيُّ ﷺ فَحَمِدَ اللَّهَ وَأَثْنَى عَلَيْهِ بِمَا هُوَ أَهْلُهُ، ثُمَّ قَالَ: «أَمَّا بَعْدُ يَا عَائِشَةُ، إِنْ كُنْتِ قَارَفْتِ سُوءًا أَوْ ظَلَمْتِ فَتُوبِي إِلَى اللَّهِ، فَإِنَّ اللَّهَ يَقْبَلُ التَّوْبَةَ عَنْ عِبَادِهِ»، قَالَتْ: وَقَدْ جَاءَتْ امْرَأَةٌ مِنَ الأَنْصَارِ وَهِيَ جَالِسَةٌ بِالبَابِ، فَقُلْتُ: أَلَا تَسْتَحْيِي مِنْ هَذِهِ المَرْأَةِ أَنْ تَذْكُرَ شَيْئًا، فَوَعَظَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ، فَالتَفَتُّ إِلَى أَبِي فَقُلْتُ: أَجِبْهُ، قَالَ: فَمَاذَا أَقُولُ؟ فَالتَفَتُّ إِلَى أُمِّي فَقُلْتُ: أَجِيبِيهِ، قَالَتْ: أَقُولُ مَاذَا؟ قَالَتْ: فَلَمَّا لَمْ يُجِيبَا تَشَهَّدْتُ فَحَمِدْتُ اللَّهَ وَأَثْنَيْتُ عَلَيْهِ بِمَا هُوَ أَهْلُهُ، ثُمَّ قُلْتُ: أَمَا وَاللَّهِ لَئِنْ قُلْتُ لَكُمْ إِنِّي لَمْ أَفْعَلْ وَاللَّهُ يَشْهَدُ إِنِّي لَصَادِقَةٌ مَا ذَاكَ بِنَافِعِي عِنْدَكُمْ لِي لَقَدْ تَكَلَّمْتُمْ وَأُشْرِبَتْ قُلُوبُكُمْ، وَلَئِنْ قُلْتُ إِنِّي قَدْ فَعَلْتُ وَاللَّهُ يَعْلَمُ أَنِّي لَمْ أَفْعَلْ لَتَقُولُنَّ إِنَّهَا قَدْ بَاءَتْ بِهِ عَلَى نَفْسِهَا، وَإِنِّي وَاللَّهِ مَا أَجِدُ لِي وَلَكُمْ مَثَلًا. قَالَتْ: وَالتَمَسْتُ اسْمَ يَعْقُوبَ فَلَمْ أَقْدِرْ عَلَيْهِ إِلَّا أَبَا يُوسُفَ حِينَ قَالَ: ﴿فَصَبْرٌ جَمِيلٌ وَاللَّهُ المُسْتَعَانُ عَلَى مَا تَصِفُونَ﴾ [يوسف: ١٨] قَالَتْ: وَأُنْزِلَ عَلَى رَسُولِ اللَّهِ ﷺ مِنْ سَاعَتِهِ، فَسَكَتْنَا، فَرُفِعَ عَنْهُ وَإِنِّي لَأَتَبَيَّنُ السُّرُورَ فِي وَجْهِهِ وَهُوَ يَمْسَحُ جَبِينَهُ وَيَقُولُ: «أَبْشِرِي يَا عَائِشَةُ، فَقَدْ أَنْزَلَ اللَّهُ بَرَاءَتَكِ» قَالَتْ: وَكُنْتُ أَشَدَّ مَا كُنْتُ غَضَبًا، فَقَالَ لِي أَبَوَايَ، قُومِي إِلَيْهِ، فَقُلْتُ: لَا وَاللَّهِ لَا أَقُومُ إِلَيْهِ وَلَا أَحْمَدُهُ وَلَا أَحْمَدُكُمَا، وَلَكِنْ أَحْمَدُ اللَّهَ الَّذِي أَنْزَلَ بَرَاءَتِي، لَقَدْ سَمِعْتُمُوهُ فَمَا أَنْكَرْتُمُوهُ وَلَا غَيَّرْتُمُوهُ، وَكَانَتْ عَائِشَةُ تَقُولُ: أَمَّا زَيْنَبُ بِنْتُ جَحْشٍ فَعَصَمَهَا اللَّهُ بِدِينِهَا فَلَمْ تَقُلْ إِلَّا خَيْرًا، وَأَمَّا أُخْتُهَا حَمْنَةُ فَهَلَكَتْ فِيمَنْ هَلَكَ، وَكَانَ الَّذِي يَتَكَلَّمُ فِيهِ مِسْطَحٌ وَحَسَّانُ بْنُ ثَابِتٍ وَالمُنَافِقُ عَبْدُ اللَّهِ بْنُ أُبَيٍّ، وَهُوَ الَّذِي كَانَ يَسْتَوْشِيهِ وَيَجْمَعُهُ، وَهُوَ الَّذِي تَوَلَّى كِبْرَهُ مِنْهُمْ هُوَ وَحَمْنَةُ، قَالَتْ: فَحَلَفَ أَبُو بَكْرٍ أَنْ لَا يَنْفَعَ مِسْطَحًا بِنَافِعَةٍ أَبَدًا، فَأَنْزَلَ اللَّهُ تَعَالَى هَذِهِ الآيَةَ وَلَا يَأْتَلِ أُولُو الفَضْلِ مِنْكُمْ وَالسَّعَةِ إِلَى آخِرِ الآيَةِ - يَعْنِي أَبَا بَكْرٍ - ﴿أَنْ يُؤْتُوا أُولِي القُرْبَى وَالمَسَاكِينَ وَالمُهَاجِرِينَ فِي سَبِيلِ اللَّهِ﴾ [النور: ٢٢]- يَعْنِي مِسْطَحًا - إِلَى قَوْلِهِ ﴿أَلَا تُحِبُّونَ أَنْ يَغْفِرَ اللَّهُ لَكُمْ وَاللَّهُ غَفُورٌ رَحِيمٌ﴾ [النور: ٢٢] قَالَ أَبُو بَكْرٍ: بَلَى وَاللَّهِ يَا رَبَّنَا، إِنَّا لَنُحِبُّ أَنْ تَغْفِرَ لَنَا، وَعَادَ لَهُ بِمَا كَانَ يَصْنَعُ. هَذَا حَدِيثٌ حَسَنٌ صَحِيحٌ غَرِيبٌ مِنْ حَدِيثِ هِشَامِ بْنِ عُرْوَةَ، وَقَدْ رَوَاهُ يُونُسُ بْنُ يَزِيدَ، وَمَعْمَرٌ، وَغَيْرُ وَاحِدٍ عَنْ الزُّهْرِيِّ، عَنْ عُرْوَةَ بْنِ الزُّبَيْرِ، وَسَعِيدِ بْنِ المُسَيِّبِ، وَعَلْقَمَةَ بْنِ وَقَّاصٍ اللَّيْثِيِّ، وَعُبَيْدِ اللَّهِ بْنِ عَبْدِ اللَّهِ، عَنْ عَائِشَةَ، هَذَا الحَدِيثَ أَطْوَلَ مِنْ حَدِيثِ هِشَامِ بْنِ عُرْوَةَ وَأَتَمَّ
- Ат-Тирмизи:хасан сахих гариб (хороший достоверный, переданный одним путём)حسن صحيح غريبجامع الترمذي ج5 ص241
- Ахмад Мухаммад Шакир:достоверный
- Аль-Албани:достоверныйصحيحصحيح سنن الترمذي ج3 ص291
- Зубайр Али Заи:достоверный, согласован
- Башшар Аввад Маруф:хасан сахих (хороший достоверный)
Нам передал Махмуд ибн Гайлан, сказавший: нам передал Абу Усама от Хишама ибн Урвы, сказавшего: мне сообщил мой отец от Аиши, которая сказала:
«Когда обо мне было сказано то, что было сказано, а я об этом не знала, Посланник Аллаха ﷺ встал и произнёс проповедь обо мне: он произнёс свидетельство веры, восхвалил Аллаха и воздал Ему хвалу, подобающую Ему, а затем сказал: «Далее: посоветуйте мне о людях, которые оклеветали мою жену. Клянусь Аллахом, я никогда не знал за своей женой ничего дурного. И они оклеветали её с человеком, о котором, клянусь Аллахом, я никогда не знал ничего дурного. Он никогда не входил в мой дом иначе, как в моём присутствии, и я никогда не уезжал в путешествие, чтобы он не был со мной вместе»».
Тогда встал Са‘д ибн Му‘аз и сказал: «Позволь мне, о Посланник Аллаха, отрубить им головы». Тогда встал человек из бану аль-хазрадж — а мать Хассана ибн Сабита была из рода этого человека — и сказал: «Ты лжёшь! Клянусь Аллахом, если бы они были из аус, ты не хотел бы, чтобы им отрубили головы!» Дело едва не дошло до столкновения между аус и хазрадж прямо в мечети, а я об этом не знала.
Когда наступил вечер того дня, я вышла по какой-то своей надобности вместе с матерью Мистаха. Она споткнулась и сказала: «Да сгинет Мистах!» Я сказала ей: «О матушка, ты бранишь своего сына?» Она замолчала. Потом она споткнулась во второй раз и сказала: «Да сгинет Мистах!» Я сказала ей: «О матушка, ты бранишь своего сына?» Она замолчала. Потом она споткнулась в третий раз и сказала: «Да сгинет Мистах!» Тогда я одёрнула её и сказала: «О матушка, ты бранишь своего сына?» Она сказала: «Клянусь Аллахом, я браню его только из-за тебя». Я спросила: «В чём же дело?» И она раскрыла мне всю историю.
Я спросила: «И это действительно было?» Она ответила: «Да». Клянусь Аллахом, я вернулась домой, как будто вовсе не выходила по той надобности, ради которой выходила, — не могла найти в себе ни малейшего, ни большого желания сделать это дело. И меня охватила лихорадка.
Я сказала Посланнику Аллаха ﷺ: «Отправь меня в дом моего отца». Он послал со мной слугу, и я вошла в дом. Я нашла Умм Руман внизу, а Абу Бакр был наверху дома, читая Коран. Моя мать спросила: «Что привело тебя, доченька?»
Я рассказала ей, поведала эту историю, — и оказалось, что она не была так потрясена этим, как была потрясена я. Она сказала: «Доченька, отнесись к этому легче. Клянусь Аллахом, редко бывает так, чтобы у мужчины, который любит красивую женщину, были соперницы, и они не завидовали бы ей и не говорили бы о ней дурного». И оказалось, что она восприняла это не так тяжело, как я.
Я спросила: «А мой отец знает об этом?» Она сказала: «Да». Я спросила: «А Посланник Аллаха ﷺ?» Она сказала: «Да». Тогда я расплакалась и заплакала. Абу Бакр услышал мой голос, — он был наверху дома и читал Коран, — и спустился. Он спросил мою мать: «Что с ней?» Она ответила: «До неё дошло то, что о ней говорят». Его глаза наполнились слезами. Он сказал: «Заклинаю тебя, доченька, вернись в свой дом». И я вернулась.
Посланник Аллаха ﷺ пришёл в мой дом и спросил обо мне мою служанку. Она сказала: «Нет, клянусь Аллахом, я не знаю за ней никакого изъяна, разве что она иногда засыпала так, что коза заходила и съедала её закваску или тесто». Один из его сподвижников прикрикнул на неё и сказал: «Говори правду Посланнику Аллаха ﷺ», — пока они не заставили её сказать то, чего от неё добивались. Она сказала: «Пречист Аллах! Клянусь Аллахом, я не знаю за ней ничего, кроме того, что ювелир знает о необработанном красном золоте».
Это дело дошло до того человека, о котором говорили, и он сказал: «Пречист Аллах! Клянусь Аллахом, я никогда не прикасался ни к одной женщине». Аиша сказала: «Он был убит как шахид на пути Аллаха».
Она сказала: «Утром мои родители пришли ко мне и оставались у меня, пока не вошёл ко мне Посланник Аллаха ﷺ, — а он уже совершил послеполуденную молитву, — затем он вошёл, и мои родители сидели по обе стороны от меня — справа и слева». Пророк ﷺ произнёс свидетельство веры, восхвалил Аллаха и воздал Ему хвалу, подобающую Ему, а затем сказал: «Далее, о Аиша: если ты совершила дурное или поступила несправедливо, то покайся перед Аллахом, ведь Аллах принимает покаяние Своих рабов».
Она сказала: «А одна женщина из ансаров пришла и сидела у двери. Я сказала: «Разве тебе не стыдно перед этой женщиной говорить об этом?» Но Посланник Аллаха ﷺ продолжил увещевание. Я повернулась к отцу и сказала: «Ответь ему». Он сказал: «А что мне сказать?» Я повернулась к матери и сказала: «Ответь ему». Она сказала: «Что мне сказать?»
Когда они оба не ответили, я произнесла свидетельство веры, восхвалила Аллаха и воздала Ему хвалу, подобающую Ему, а затем сказала: «Клянусь Аллахом, если я скажу вам, что не делала этого, — а Аллах свидетель, что я говорю правду, — это не принесёт мне пользы у вас, ведь вы уже наговорили и сердца ваши пропитались этим. А если я скажу, что сделала это, тогда как Аллах знает, что я этого не делала, вы непременно скажете: «Она сама призналась в этом». Клянусь Аллахом, я не нахожу для себя и для вас иного примера», — я пыталась вспомнить имя Якуба, но не могла, кроме как вспомнила отца Юсуфа, когда он сказал: «Терпение прекрасно, и Аллах — Тот, к Кому обращаются за помощью против того, что вы описываете» [Юсуф: 18].
И тут же на Посланника Аллаха ﷺ было ниспослано откровение. Мы замолчали, а затем это состояние отступило от него, и я ясно видела радость на его лице, когда он вытирал свой лоб и говорил: «Радуйся, о Аиша! Аллах ниспослал весть о твоей невиновности».
Она сказала: «А я была в тот момент рассержена сильнее, чем когда-либо. Родители сказали мне: «Встань к нему». Я сказала: «Нет, клянусь Аллахом, я не встану к нему, не буду благодарить его, и не буду благодарить вас двоих, а буду благодарить только Аллаха, Который ниспослал весть о моей невиновности. Ведь вы слышали это и не отвергли, и не изменили своего молчания»».
Аиша говорила: «Что касается Зайнаб бинт Джахш, то Аллах уберёг её благодаря её вере, и она не сказала ничего, кроме хорошего. А что касается её сестры Хамны, то она погибла в грехе вместе с теми, кто погиб». Теми, кто говорил об этом, были Мистах, Хассан ибн Сабит и лицемер Абдуллах ибн Убайй, — а именно он распространял и собирал эти слухи, и он же взял на себя наибольшую часть этого дела вместе с Хамной.
Она сказала: «Абу Бакр поклялся, что никогда больше не окажет Мистаху никакой помощи». Тогда Аллах Всевышний ниспослал этот аят: «Пусть обладающие достоинством и достатком среди вас…» — до конца аята, — имея в виду Абу Бакра, — «...не откажутся давать средства родственникам, беднякам и переселившимся на пути Аллаха» [ан-Нур: 22] — имея в виду Мистаха, — до слов: «Неужели вы не хотите, чтобы Аллах простил вас? Ведь Аллах — Прощающий, Милосердный» [ан-Нур: 22].
Абу Бакр сказал: «Конечно, клянусь Аллахом, Господь наш, мы хотим, чтобы Ты простил нас», — и он возобновил ту помощь, которую оказывал ему прежде.
Это хороший, достоверный, редкий хадис (хасан сахих гариб) из числа хадисов Хишама ибн Урвы. Юнус ибн Язид, Ма‘мар и не только они передали его от аз-Зухри, от Урвы ибн аз-Зубайра, Са‘ида ибн аль-Мусаййаба, Алькамы ибн Ваккаса аль-Лайси и Убайдуллаха ибн Абдуллаха, от Аиши — этот хадис в их версии длиннее и полнее, чем хадис Хишама ибн Урвы.