Слово «аль-мукхимат» (النووي) — с даммой на «м», сукуном на «к» и кясрой на «х», и означает оно великие грехи, тяжкие, которые губят своих обладателей, вводят их в огонь и низвергают их в него, а также низвергают их в погибельные положения. Смысл речи таков: кто умер из этой общины, не будучи многобожником, тому будут прощены низвергающие [грехи].
И имеется в виду — а Аллах знает лучше — что под их прощением подразумевается то, что он не будет вечно пребывать в огне, в отличие от многобожников, а не то, что он вообще не будет подвергнут наказанию.
Ведь установлены тексты шариата и единогласие людей сунны относительно утверждения [того], что некоторые грешники из числа приверженцев единобожия [подвергаются наказанию]. И возможно, что здесь подразумевается нечто особое из этой общины — что некоторым из общины будут прощены низвергающие [грехи]. И это становится очевидным согласно мнению того, кто говорит, что слово «мин» вообще не указывает на обобщение, а также согласно мнению того, кто говорит, что оно не указывает на это в сообщении, хотя указывает на это в повелении и запрете. И возможно обосновать это и согласно избранному мазхабу, а именно что оно указывает на обобщение вообще, потому что имеется доказательство, указывающее на желание особого смысла, а это то, что мы упомянули из текстов и единогласия. Конец [слов ан-Навави].
Его слово («сказал: сидра на шестом небе») — сказал ан-Навави в толковании на [сборник] Муслима: так это во всех основных рукописях — «шестом», а прежде в других риваятах из хадиса Анаса приводилось, что она выше седьмого неба.
Сказал кади: то, что она на седьмом [небе], — наиболее достоверно, и это мнение большинства, и это то, чего требует смысл и название её «пределом» (аль-мунтаха).
Сказал ан-Навави: и возможно объединить оба [мнения] так, что её основание — на шестом [небе], а большая часть её — на седьмом. Так стало известно, что она достигает предела величия.
Его слово («сказал Суфьян») — то есть в разъяснении того, что покрывает [её] («мотыльки») — с фатхой на «ф» — это птицы, которые бросаются в свет светильника, единственное число — «фараша» («и заставил их трепетать») — то есть привёл их в движение; возможно, он рассказывал о движении и трепетании мотыльков.
Его слово («это хадис хороший, достоверный») — и привёл его [также] Муслим.
[3277] Его слово («сообщил нам аш-Шайбани») — это Абу Исхак Сулейман ибн Абу Сулейман. Его слово («был», то есть Джибриль от Пророка ﷺ, «на расстоянии двух луков») — то есть мера двух луков «или ближе» — то есть ближе, чем это.
Аль-Бухари добавил в одном риваяте: «и внушил Своему рабу то, что внушил». («Тогда сказал») — то есть Зирр ибн Хубайш («он видел Джибриля») — то есть в его облике два раза: один раз на земле, у высшего горизонта, и один раз на небе, у сидры аль-мунтаха.
Сказал Хафиз: суть в том, что Ибн Мас‘уд склонялся к тому, что тот, кого видел Пророк ﷺ, — это Джибриль, как склонялась к этому и Аиша.
И предположение, согласно его мнению, таково: «внушил», то есть Джибриль, «Своему рабу» — то есть рабу Аллаха Мухаммаду, — поскольку он считает, что тот, кто приблизился и спустился, — это Джибриль, и что именно он внушил [откровение] Мухаммаду.
А слова большинства толкователей из числа предшественников указывают на то, что тот, кто внушил, — это Аллах, Который внушил Своему рабу Мухаммаду, а некоторые из них сказали: [внушил] Джибрилю. Конец.