18 - (глава о мольбе в день Арафа)
[3585] Его слово («передал мне Абдуллах ибн Нафи») — ювелир, вольноотпущенник рода Махзум.
Его слово («лучшая мольба — мольба дня Арафа») — потому что она даёт наибольшее воздаяние и наискорейший ответ. Ат-Тыби сказал: изафа (смысловая связь) здесь может означать «ли» (принадлежность), то есть мольба, свойственная именно этому дню, и тогда его слова «и лучшее, что говорил я и пророки до меня: «нет божества, кроме Аллаха»» служат разъяснением этой мольбы. Если сказать: но ведь это восхваление, — отвечу: в восхвалении заключено косвенное прошение. Либо же изафа означает «фи» (в), то есть речь о мольбах, произносимых в этот день. На этом заканчивается его слово.
(«И лучшее, что я сказал») — сказано в «Лума‘ат»: то есть «взмолился», и мольба эта — «нет божества, кроме Аллаха единого» и так далее. А названо это «мольбой» либо потому, что восхваление Щедрого содержит косвенное прошение и просьбу, либо по хадису: «Кто занят поминанием Меня вместо просьбы ко Мне, тому Я дам лучшее, что даю просящим». Так они сказали.
Не скрыто, что формулировка этого хадиса не требует, чтобы мольбой считались именно слова «нет божества, кроме Аллаха» и далее, — скорее имеется в виду, что лучшая мольба есть та, что произносится в день Арафа, какова бы она ни была. А слова «и лучшее, что я сказал» указывают на упоминание чего-то иного, чем сама мольба, так что нет нужды толковать «что я сказал» как «что я молил». Возможно, это поминание служит вступлением к тем мольбам, поскольку желательно восхваление Аллаха перед мольбой. На этом заканчивается его слово.
Я говорю: первое предположение, упомянутое ат-Тыби, подкрепляется риваятом ат-Табарани и грядущим риваятом Ахмада.
Его слово («это хадис хороший, редкий») — его также вывел Малик в «Муватта» от Тальхи ибн Убайдуллаха ибн Кариза до слов «нет сотоварища у Него».
Аль-Кари сказал: ат-Табарани передал его с формулировкой «лучшее, что сказал я и пророки до меня вечером Арафа: «нет божества, кроме Аллаха»» и далее, и его иснад хороший, добротный, как сказал аль-Азраи. На этом заканчивается его слово. Также вывел его Ахмад с иснадом, чьи передатчики надёжны, с формулировкой: «Большая часть мольбы посланника Аллаха ﷺ в день Арафа была: «нет божества, кроме Аллаха единого, нет сотоварища у Него, Ему принадлежит владычество»» и так далее.
9 - глава
[3586] Его слово («передал нам Мухаммад ибн Хумайд») ибн Хайян ар-Рази («передал нам Али ибн Абу Бакр») аль-Исфазани («от аль-Джарраха ибн ад-Даххака») ибн Кайса аль-Кинди аль-Куфи — правдив, из седьмого поколения («от Абу Шайбы, от Абдуллаха ибн Укайма») — сказано в «Такриб»: Абу Шайба, [передающий] от Абдуллаха ибн Укайма, может быть одним из тех [лиц], иначе же он неизвестен, из шестого поколения. На этом заканчивается. Под «теми» подразумеваются носящие кунью Абу Шайба, упомянутые ранее.
(«Научил меня посланник Аллаха ﷺ») — то есть мольбе («сказал») — разъяснение слов «научил меня» («о Аллах, сделай тайное во мне») — это скрытое, то, что утаивается («лучше, чем явное во мне») — с облегчённым произношением («и сделай явное во мне праведным») — сначала он просил, чтобы тайное было лучше явного, затем присовокупил прошение о праведности явного, чтобы отвести предположение, что тайное может оказаться лучше неправедного явного.
(«Поистине, прошу Тебя из благого того, что Ты даёшь людям») — сказано: «мин» здесь избыточно, согласно мазхабу аль-Ахфаша. Его слова («из имущества, семьи и потомства») — разъяснение слова «что», и допустимо, чтобы «что» имело значение частичности («не заблудшего») — то есть сам по себе («и не совращающего [других]») — то есть других. Ат-Тыби сказал: [это слово] в родительном падеже как замена каждому из [перечисленных]: семье, имуществу и потомству, и допустимо, чтобы «заблудший» означало обладателя заблуждения, то есть «не имеющий заблуждения».
0 - глава
[3587] Его слово («передал нам Саид ибн Суфьян аль-Джахдари») — с фатхой на «джим», сукуном на «ха», фатхой на «даль» — обе буквы без точек — и с «ра», басриец, правдив, но ошибается, из девятого поколения («передал нам Абдуллах ибн Ма‘дан») аль-Макки, с кунья Абу Ма‘дан, приемлем, из седьмого поколения, передавал от своей бабушки, от Асима ибн Кулайба и других, а от него — Ваки‘ и Саид ибн Суфьян аль-Джахдари и другие («от своего отца») — то есть Кулайба ибн Шихаба, правдив, из второго поколения («от своего деда») — то есть Шихаба ибн аль-Маджнуна, а говорят также Шихаб ибн Кулайб ибн Шихаб, а говорят Шихаб ибн Абу Шайба, а говорят Шабиб, а говорят Шутайр — сподвижник, ему принадлежит этот хадис.
Его слово («о Переворачивающий сердца, укрепи сердце моё на религии Твоей») — разъяснение этого уже приводилось в главе о том, что пришло относительно того, что сердца находятся между двух перстов Милостивого.
Из глав о предопределении
1 - [3588] Его слово («передал нам Мухаммад ибн Салим») ар-Раба‘и аль-Басри, приемлем, из седьмого поколения. Его слово («сказал») — то есть Мухаммад ибн Салим («сказал») — то есть Сабит аль-Бунани («о Мухаммад») — это ибн Салим («когда почувствуешь боль») — то есть заболеешь («положи руку свою») — то есть правую, как в грядущем хадисе Усмана ибн Абу аль-Аса («туда, где болит») — то есть на то место, которое причиняет тебе боль и страдание («затем скажи») — во время наложения руки («с именем Аллаха») — то есть ищу исцеления именем Аллаха («прибегаю») — то есть ищу защиты («к могуществу Аллаха») — то есть Его превосходству и величию («от боли моей») — то есть недуга моего («затем подними руки свои») — с него («затем повтори это») — то есть наложение, произнесение бисмиллях и прибегание этими словами.
Его слово («это хадис хороший, редкий») — его также вывел аль-Хаким.
Ат-Тирмизи передал в «Медицине» от Усмана ибн Абу аль-Аса, что он сказал: «Пришёл ко мне посланник Аллаха ﷺ, когда у меня была боль, которая едва не погубила меня, и посланник Аллаха ﷺ сказал: «Погладь правой рукой семь раз и скажи: прибегаю к могуществу Аллаха, Его могуществу и власти Его от зла того, что я нахожу»». Он сказал: «Я так и сделал, и Аллах устранил то, что было со мной, и с тех пор я не переставал велеть это своей семье и другим».
2 - [3589] Его слово («от Абд ар-Рахмана ибн Исхака») Абу Шайбы аль-Васити.
Его слово («слова мои») — то есть при азане на закатную молитву, как в риваяте Абу Дауда («о Аллах, вот это») — указание на то, что в уме, и это неопределённое, разъясняемое сообщением, как сказал ат-Тыби.
Сказал аль-Кари: и очевидно, что это указание на азан, исходя из его слов «и голоса твоих призывающих». Его слово («приход твоей ночи») — а в риваяте Абу Дауда: «наступление твоей ночи», то есть: этот азан — время наступления твоей ночи. Его слово («и уход твоего дня») — то есть на горизонте. Его слово («и голоса твоих призывающих») — то есть по окраинам, множественное число от «даин» (призывающий) по образцу «кудат» — множественного числа от «кадин» (судья), а имеется в виду муаззин.
Его слово («это хадис редкий (гариб)») — его вывели также Абу Дауд и аль-Хаким в своём «Мустадраке».