аль-Мусанна, от Ибн Абу Адий — оба от Шубы, от Катады, от Насра ибн Асима, от него. И в 4/881 — и в «Большом сборнике» 4/955 — от Йакуба ибн Ибрахима, от Исмаила ибн Улаййи; и 85/1024 — и в «Большом сборнике» 32/1097 — от Али ибн Худжра, от Ибн Улаййи; и 17/1055 — от Исмаила ибн Масуда, от Язида ибн Зурайя; и 36/1086 — от Мухаммада ибн аль-Мусанны, от Абд аль-Аля — все они от Саида ибн Абу Аруба, от Катады, с тем же текстом. И 36/1087 — от Мухаммада ибн аль-Мусанны, от Муаза ибн Хишама, от его отца, от Катады, с тем же текстом. И Аллах Всевышний знает лучше.
Третий вопрос: о том, кто привёл этот хадис вместе с ним:
Привёл его (Муслим) от Мухаммада ибн аль-Мусанны, от Ибн Абу Адий, с тем же текстом. И от Абу Камиля аль-Джахдари, от Абу Аваны, от Катады, с тем же текстом.
И (Абу Дауд) от Хафса ибн Умара, от Шубы, с тем же текстом.
И (Ибн Маджа) от Хумайда ибн Масада, от Язида ибн Зурайя, с тем же текстом.
И (Ахмад) 3/436 и 437, и 5/53.
И (ад-Дарими), номер 1254, и (аль-Бухари в «Части о поднятии рук») 7, 53, 98. И Аллах Всевышний знает лучше, и Он — наша опора, и прекрасен Покровитель.
889 — сообщил нам Йакуб ибн Ибрахим, сказал: рассказал нам Ибн Улаййя, от Ибн Абу Аруба, от Катады, от Насра ибн Асима, от Малика ибн аль-Хувайриса, который сказал: я видел Посланника Аллаха ﷺ, когда он входил в молитву, поднимал свои руки, и когда совершал поясной поклон, и когда поднимал голову из поясного поклона, так что они доходили до верхних частей его ушей.
Передатчики этого иснада: шестеро
1 — (Йакуб ибн Ибрахим) ад-Дауракы, Абу Йусуф аль-Багдади, надёжный (сика), из [10-го поколения], упомянут ранее в 21/22.
2 — (Ибн Улаййя) — это Исмаил ибн Ибрахим аль-Басри, надёжный, обладающий прочной памятью, из [8-го поколения], упомянут ранее в 18/19.
3 — (Ибн Абу Аруба) — это Саид ибн Михран аль-Басри, надёжный, твёрдый, но допускал тадлис и в конце жизни впал в смешение (ихтилят), из [6-го поколения], упомянут ранее в 34/38.
Остальные упомянуты в предыдущем иснаде.
Сказал составитель, да простит его Аллах: что касается разъяснения хадиса, то оно ясно из того, что было изложено ранее, равно как и вопросы, связанные с ним.
Его слово («верхних частей его ушей») — то есть верхних их частей; «фар'» всякой вещи — это её верхняя часть. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Не желаю ничего, кроме исправления, насколько это в моих силах, и успех мой — только от Аллаха, на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь.
***
Глава 5 — глава о месте больших пальцев при поднятии рук
То есть эта глава посвящена хадису, указывающему на положение больших пальцев рук при поднятии рук в молитве.
«Аль-ибхамайн» — двойственное число от «ибхам» — с кясрой на первой букве — большой палец, самый большой из пальцев; это слово женского рода, множественное число — «ибхамат» и «абахим».
880 — сообщил нам Мухаммад ибн Рафи', сказал: рассказал нам Мухаммад ибн Бишр, сказал: рассказал нам Фитр ибн Халифа, от Абд аль-Джаббара ибн Ваиля, от его отца, что он видел Пророка ﷺ, когда он начинал молитву, поднимал свои руки так, что его большие пальцы почти доходили до мочек его ушей.
Передатчики этого иснада: пятеро
1 — (Мухаммад ибн Рафи') аль-Кушайри ан-Нисабури, надёжный, набожный, умер в 245 году, из [11-го поколения], от него передавали аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи и ан-Насаи, упомянут ранее в 92/114.
2 — (Мухаммад ибн Бишр) ибн аль-Фарафиса ибн аль-Мухтар аль-хафиз аль-Абди, Абу Абдуллах аль-Куфи, надёжный, обладающий прочной памятью, из [9-го поколения].
Сказал Усман ад-Дарими, от Ибн Маина: надёжный. Сказал аль-Аджурри, от Абу Дауда: он самый памятливый из тех, кто был в Куфе. Сказал аль-Кудайми, от Абу Нуайма: когда мы вышли на похороны Мис'ара, я стал вытягиваться,
сказав себе: они придут ко мне и спросят меня о хадисе Мис'ара, — и вот Мухаммад ибн Бишр аль-Абди напомнил мне хадисы Мис'ара, и превзошёл меня семьюдесятью хадисами, из которых у меня был лишь один. Сказал ан-Насаи и Ибн Каниъ: надёжный. Сказал Ибн аль-Джунайд, от Ибн Маина: не было в нём вреда, и когда его спросили: он тебе дороже или Абу Усама? — он ответил: Абу Усама. Сказал Ибн Шахин в «Надёжных»: сказал Усман ибн Абу Шейба: Мухаммад ибн Бишр — надёжный, твёрдый, когда передаёт со своей книги. А в «Пропущенных передачах» (аль-Марасиль): сказал Ибн Маин: клянусь Аллахом, Мухаммад ибн Бишр не слышал ничего от Муджахида ибн Руми, но это передача с пропуском (мурсаль). Аль-Бухари и Ибн Хиббан сказали: умер в 203 году, и в этом году датировали его смерть Йакуб ибн Шейба и Мухаммад ибн Саад, добавив: в джумада-ль-авваль, и сказали: он был надёжным, много передававшим хадисы. От него передавала вся группа (аль-джама'а).
3 — (Фитр ибн Халифа) аль-Кураши аль-Махзуми, их вольноотпущенник, Абу Бакр аль-Ханнат аль-Куфи, правдивый (садук), обвинялся в шиизме, из [5-го поколения].
Сказал Абдуллах ибн Ахмад ибн Ханбаль, от своего отца: надёжный, праведный, хадис его хорош, сказал: и сказал мой отец: у Яхьи ибн Саида он считался надёжным. Сказал Ибн Абу Хайсама, от Ибн Маина: надёжный. Сказал аль-Аджли: куфиец, надёжный, хадис его хорош, и было в нём немного шиизма. Сказал Абу Хатим: хадис его пригоден, Яхья ибн Саид был им доволен и хорошо о нём говорил, и передавал от него.
Сказал Абу Дауд, от Ахмада ибн Юниса: мы проходили мимо Фитра, а он был отвергнут, мы не записывали от него. Сказал ан-Насаи: нет вреда в нём, и сказал в другом месте: надёжный, обладающий прочной памятью, проницательный. Сказал Ибн Саад: он был надёжным, если пожелает Аллах Всевышний, хотя некоторые люди считают его слабым; он был в преклонном возрасте и застал многих. Сказал ас-Саджи: правдивый, надёжный, но не безупречно точный; Ахмад ибн Ханбаль говорил о нём: он крайний хашабит, сказал ас-Саджи: он ставил Али выше Усмана, а Яхья ибн Саид говорил: он передавал от Атаа, но не слышал от него, и сказал ас-Саджи: рассказывал Ваки', что Фитр спрашивал Атаа, и передавал также от человека, называемого Атаа, который видел Пророка ﷺ.
Сказал ас-Саади: отклонившийся (заиг), не надёжный. Сказал ад-Даракутни: Фитр отклонившийся, и аль-Бухари не приводил его хадисы как довод. Сказал Абу Бакр ибн Аййаш: я не оставил передачу от него ни по какой другой причине, кроме дурноты его убеждений. Сказал Абу Зур'а ад-Димашки: я слышал, что Абу Нуайм возвышал Фитра и считал его надёжным, упоминая, что он был твёрд в хадисе.
Сказал Ибн Абу Хайсама: я слышал, как Кутба ибн аль-Аляъ говорил: я оставил Фитра, потому что он передаёт хадисы, в которых есть уничижение Усмана.
Упомянул его Ибн Хиббан в «Надёжных» и сказал: говорили, что он слышал от Абу ат-Туфайля, и если это верно, то он из числа последователей (табиун). Сказал ан-Насаи в «Кунах»: рассказал нам Йакуб ибн Суфьян, от Ибн Нумайра, сказал: Фитр обладал прочной памятью, был проницателен. Сказал Ибн Ади: у него есть достойные хадисы у куфийцев, он держится твёрдо, и я надеюсь, что в нём нет вреда.
И сказал Мухаммад ибн Абдуллах аль-Хадрами: умер в 5-м [году], а говорят: в 153-м году. От него передавал аль-Бухари в сочетании с другим, и остальные, кроме Муслима.
А что касается Абд аль-Джаббара и его отца, то они уже были упомянуты в предыдущей главе.
Сказал составитель, да простит его Аллах: в этом хадисе Ваиля ибн Худжра (да будет доволен им Аллах) есть разрыв в иснаде (инкита'), но составитель, да помилует его Аллах, признал его достоверным в «Большом сборнике», и вот его текст там:
сказал Абу Абд ар-Рахман: Абд аль-Джаббар ибн Ваиль не слышал от своего отца, но сам хадис по своей сути достоверен. Конец его слов в «Большом сборнике», том 1, стр. 308, номер 5/956.
Сказал составитель, да простит его Аллах: он имел в виду, что хадис достоверен благодаря своим подтверждающим свидетельствам (шавахид). И Аллах знает лучше.
И его слово («мочек его ушей») — двойственное число от «шахма» — с фатхой на «шин» с точкой, сукуном на «ха» без точки, за которой следует «мим» — это то, что мягко в нижней части уха, место, где подвешивается серьга. Так пояснил аль-Файюми, да помилует его Аллах Всевышний. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Не желаю ничего, кроме исправления, насколько это в моих силах, и успех мой — только от Аллаха, на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь.
6 — Поднятие рук вытянутыми
То есть: «Глава упоминания хадиса, указывающего на желательность поднятия рук в молитве в полной мере». Имеется в виду поднятие их до плеч или до ушей, а не выше головы, как это представилось некоторым, поскольку хадис данной главы не определяет место поднятия, и его следует относить к разъясняющим хадисам, приведённым ранее; полное рассмотрение этого вопроса последует вскоре, если Аллах Всевышний пожелает.
883 — Сообщил нам Амр ибн Али, сказал: рассказал нам Йахья, сказал: рассказал нам Ибн Абу Зиб, сказал: рассказал нам Саид ибн Сам‘ан, сказал: пришёл Абу Хурайра в мечеть бану Зурайк и сказал: «Три вещи делал Посланник Аллаха ﷺ, которые люди оставили: он поднимал руки в молитве, полностью протягивая их, замолкал на короткое время, и произносил такбир, когда совершал земной поклон и когда поднимался».
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 — (Амр ибн Али) аль-Фалляс ас-Сайрафи, Абу Хафс аль-Басри, надёжный, хафиз, умер в 249 году, из [10-го поколения], передавали от него все составители сборников, упомянут ранее в 4/4.
2 — (Йахья) ибн Са‘ид аль-Каттан, имам, довод, надёжнейший, умер в 198 году, из старших [9-го поколения], передавали от него все составители сборников, упомянут ранее в 4/4.
3 — (Ибн Абу Зиб) — это Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ибн аль-Мугира ибн аль-Харис ибн Абу Зиб аль-Кураши аль-Амири, Абу аль-Харис аль-Мадани, надёжный, знаток фикха, добродетельный, умер в 158 году, из [7-го поколения], передавали от него все составители сборников, упомянут ранее в 41/685.
4 — (Саид ибн Сам‘ан) аль-Ансари аз-Зураки, их вольноотпущенник, аль-Мадани, надёжный, из [3-го поколения], передавали от него Абу Дауд, ат-Тирмизи и ан-Насаи.
Передавал от Абу Хурайры и Ибн Хасаны. От него передавали Ибн Абу Дауд, Сабик ибн Абдуллах ар-Раккы и Мухаммад ибн Абу Зиб. Ан-Насаи сказал: «Надёжный». Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных. Аль-Баркы передал от ад-Даракутни: «Надёжный». Аль-Хаким сказал: «Известный последователь (таби‘)». Аль-Азди сказал: «Слабый». В «Т» сказано: «Аль-Азди ошибся, объявив его слабым».
5 — (Абу Хурайра) (да будет доволен им Аллах), упомянут ранее в 1/1. И Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада
Среди них: этот иснад относится к пятизвенным (хумасиййат) у составителя (да помилует его Аллах Всевышний).
Среди них: все передатчики его надёжны и относятся к передатчикам всех составителей сборников, кроме Саида ибн Сам‘ана, которого передавали только он [ан-Насаи], Абу Дауд и ат-Тирмизи.
Среди них: его шейх — один из шейхов шести имамов, от которых они передавали без посредника, и они упоминались уже неоднократно; и в нём — Абу Хурайра, один из семи многопередающих сподвижников; и в нём использованы формы «сообщил», «рассказал» и «сказал». И Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса
(Сказал) Саид ибн Сам‘ан: (пришёл Абу Хурайра) (да будет доволен им Аллах) (в мечеть бану Зурайк) — с даммой над «зай», фатхой над «ра», сукуном на «йа» и с «каф» на конце; бану Зурайк ибн Амир ибн Хариса ибн Гадаб ибн Джушам аль-Хазраджи. Так изложил аль-Айни.
(И сказал: три) — то есть три качества из качеств молитвы, (которые исполнял Посланник Аллаха ﷺ, но люди оставили их) — то есть оставили исполнение их либо из невежества, либо полагая, что их оставление не вредит молитве. Затем он указал на первое качество, сказав: (он поднимал руки в молитве, протягивая их) — то есть поднимал их в полной мере, или это масдар не от того же корня, что глагол, подобно выражению «сел, сидя» (по-арабски: قعدت جلوسًا); в первом случае это указывает на разновидность действия, а во втором — на усиление. Так сказал ас-Синди (да помилует его Аллах Всевышний).
Ибн Сайид ан-Нас (да помилует его Аллах) сказал: возможно, что слово «мадд» является особым масдаром, подобно выражению «сел, скрестив ноги» (قعد القرفصاء), или масдаром по смыслу, подобно «сел, сидя», или же обстоятельством (хал) от глагола «поднял».
Учёный аш-Шаукани (да помилует его Аллах) сказал: возможно, что слово стоит в винительном падеже как масдар при подразумеваемом глаголе «он протягивает их протягиванием», а возможно, что оно стоит в винительном падеже как обстоятельство, то есть «он поднял руки, находясь в состоянии протягивания их до головы», а возможно, что оно является масдаром, управляемым словом «поднял», поскольку «поднятие» имеет значение «протягивания» — а изначальное значение «мадд» в языке — «притяжение», как сказал ар-Рагиб, и «возвышение»; аль-Джаухари сказал: «мадд ан-нахар» означает его возвышение; и есть у этого слова другие значения, приведённые автором «Камуса» и другими.
Ибн Абд аль-Барр разъяснил упомянутое в хадисе слово «мадд» как протягивание рук выше ушей вместе с головой. Конец слов аш-Шаукани.
Учёный аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах) сказал: в этом хадисе не разъяснён предел протягивания, поэтому он в этом отношении общий (неопределённый), и его непременно нужно относить к тем хадисам, в которых разъяснён его предел. Это то, что у меня есть, а Аллах Всевышний знает лучше. Конец.
Собиратель (да простит его Аллах) сказал: то, что сказал аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах), очень хорошо.
Итог этого: смысл слов Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) «поднимал руки, протягивая их» соответствует смыслу хадисов Ибн Умара, Ва’иля ибн Худжра и Малика ибн аль-Хувайриса (да будет доволен ими всеми Аллах) о том, что он поднимал руки до уровня плеч и напротив ушей. А что касается разъяснения, данного Ибн Абд аль-Барром, то я не считаю его верным, поскольку хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) является общим (неопределённым), так как в нём не разъяснён предел поднятия, и общее непременно нужно относить к разъясняющему.
Итог таков: Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) осуждал людей лишь за то, что они вовсе оставили поднятие рук, либо ограничивались поднятием ниже уровня плеч. И Аллах Всевышний знает лучше.
Затем он указал на второе качество, сказав: (и замолкал на короткое время) — то есть на непродолжительный промежуток времени; слово это — с даммой над «ха» и фатхой над «нун» — является уменьшительной формой от «хана». Аль-Фаюми (да помилует его Аллах) сказал: слово «хан» с лёгким «нун» — иносказание, обозначающее любое имя рода; женская форма — «хана», и последняя буква её корня опущена; в одном диалекте эта буква — «ха», и тогда уменьшительная форма — «хунайха», отсюда говорят: «замолчал хунайха», то есть на лёгкое мгновение; а в другом диалекте эта буква — «вав», и тогда уменьшительная форма в женском роде — «хунаййа», а произношение с хамзой — ошибка, поскольку для этого нет основания; множественное число — «хановат», а иногда образуют множественное число «ханат» по внешней форме, подобно «идат». Конец.
Ас-Синди (да помилует его Аллах) сказал: имеется в виду молчание перед чтением или после «Фатихи», и хадис указывает на то, что люди оставили некоторые сунны во времена сподвижников, поэтому следует опираться на хадисы. И Аллах Всевышний знает лучше. Конец.
Собиратель (да простит его Аллах) сказал: правильным является то, что под молчанием подразумевается молчание между такбиром и чтением «Фатихи», как разъяснил это Ахмад (да помилует его Аллах) в своём риваяте:
Абдуллах ибн Ахмад (да помилует его Аллах) сказал: рассказал мне мой отец, рассказал нам Йахья, от Ибн Абу Зиба — и Йазид ибн Харун сказал: сообщил нам Ибн Абу Зиб, — по смыслу, сказал: рассказал нам Саид ибн Сам‘ан, сказал: пришёл к нам Абу Хурайра в мечеть бану Зурайк, сказал: «Три вещи делал Посланник Аллаха ﷺ, которые люди уже оставили: он поднимал руки, протягивая их, когда входил в молитву, произносил такбир каждый раз, когда совершал поясной поклон и поднимался, и молчание перед чтением, прося Аллаха о Его милости». Йазид сказал: «взывал и просил Аллаха о Его милости». Смотри «Муснад», том 2, стр. 434.
Абдуллах также сказал: рассказал мне мой отец, рассказал нам Мухаммад ибн Абдуллах, рассказал нам Ибн Абу Зиб, от Саида ибн Сам‘ана, от Абу Хурайры, сказал: «Люди оставили три вещи из того, что делал Посланник Аллаха ﷺ: он ﷺ, когда встав к молитве, поднимал руки, протягивая их, затем молчал перед чтением недолгое время, прося Аллаха о Его милости, и произносил такбир каждый раз, когда опускался и поднимался». Смотри «Муснад», том 2, стр. 500.
И приведёт составитель (да помилует его Аллах) далее, 15/895, хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), сказавшего: «Посланник Аллаха ﷺ, начиная молитву, молчал недолгое время, и я сказал: «Мой отец и моя мать за тебя, о Посланник Аллаха! Что ты говоришь во время своего молчания между такбиром и чтением?»…» И Аллах Всевышний знает лучше. Так из всего этого становится ясно, что под молчанием здесь подразумевается молчание между такбиром и чтением «Фатихи». И Аллах Всевышний знает лучше.
Затем, под молчанием здесь подразумевается противоположность громкому чтению, а не противоположность разговору вообще, доказательством чего служит то, что он в это время читал дуа открытия молитвы. В упомянутом риваяте Абу Хурайры сказано: «Я сказал: «Мой отец и моя мать за тебя, о Посланник Аллаха! Что ты говоришь во время своего молчания между такбиром и чтением?» Он сказал: «Я говорю: «О Аллах, отдали меня от моих грехов, как Ты отдалил восток от запада»…»» И в упомянутом риваяте Ахмада: «Затем он молчал перед чтением недолгое время, прося Аллаха о Его милости».
Итог таков, что его молчание — это отсутствие громкого произнесения дуа истифтах, в отличие от того, как он произносит вслух чтение, а не отсутствие произнесения вообще. Аллах знает лучше.
Затем он указал на третью особенность своим словом: «и произносит такбир, когда совершает поклон и когда поднимается», а в риваяте Ахмада — «всякий раз, когда опускался и поднимался», и это более общо, то есть он произносил такбир при опускании в поясной поклон, опускании в земной поклон, поднятии из земного поклона и поднятии в положение стояния, так что такбиром охватывались все его переходы, кроме того, что было исключено текстом, а именно — поднятие из поясного поклона, ибо предписанным в нём является тасмиʻ и тахмид.
Аль-Бухари привёл от Абу Салямы, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что он совершал с ними молитву и произносил такбир всякий раз, когда опускался и поднимался, а закончив, говорил: «Поистине, я больше всех вас похож молитвой на Посланника Аллаха ﷺ». Автор приведёт это подробно далее под номером 84/1023.
И он привёл от Мутаррифа ибн Абдуллаха, от Имрана ибн Хусайна (да будет доволен им Аллах), что он сказал: «Он молился с Али (да будет доволен им Аллах) в Басре, и сказал: «Этот человек напомнил нам молитву, которую мы совершали с Посланником Аллаха ﷺ»», и упомянул, что он произносил такбир всякий раз, когда поднимался и всякий раз, когда опускался. Автор приведёт это далее под номером 34/1082.
Ибн Хаджар (да помилует его Аллах) сказал: в этом содержится указание на то, что упомянутый такбир был оставлен. Ахмад и ат-Тахави передали с достоверным иснадом от Абу Мусы аль-Ашʻари, который сказал: «Али напомнил нам молитву, которую мы совершали с Посланником Аллаха ﷺ, — либо мы забыли её, либо оставили нарочно».
У Ахмада есть по другому пути от Мутаррифа, который сказал: «Мы спросили — то есть у Имрана ибн Хусайна: «О Абу Нуджайд» — это через нун и джим в уменьшительной форме — «кто первым оставил такбир?» Он сказал: «Усман ибн Аффан, когда постарел и его голос ослаб»». И это допускает толкование как оставление громкого произнесения.
Ат-Табарани передал от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах): «Первым, кто оставил такбир, был Муавия». А Абу Убайд передал, что первым оставил его Зияд. И это не противоречит предыдущему, ибо Зияд оставил его, следуя оставлению Муавии, а Муавия, как представляется, оставил его, следуя оставлению Усмана. Группа учёных отнесла это к оставлению громкого произнесения, и это подтверждается тем, что привёл аль-Бухари в своём «Сахихе» от Саʻида ибн аль-Харис, который сказал: «Абу Саʻид совершал с нами молитву и произносил такбир громко, когда поднимал голову от земного поклона, и когда совершал земной поклон, и когда поднимался, и когда встал после двух ракаатов, и сказал: «Так я видел Пророка ﷺ»».
Однако ат-Тахави рассказал, что некоторые люди оставляли такбир при опускании, но не при поднятии, и сказал: «Так же поступали Умайяды». Ибн аль-Мунзир передал нечто подобное от Ибн Умара. А от некоторых из ранних поколений передаётся, что он не произносил такбир, кроме такбира вступления в молитву. Некоторые различали между молящимся одиночно и молящимся с другими, обосновывая это тем, что такбир был установлен для извещения о движении имама, поэтому одиночно молящийся не нуждается в нём. Однако установилось положение о предписанности такбира при опускании и поднятии для каждого молящегося, и большинство считает желательным (сунной) всё, кроме такбира вступления в молитву. От Ахмада и некоторых захиритов передаётся мнение об обязательности всего этого. Конец слов Ибн Хаджара (да помилует его Аллах Всевышний), с некоторым изменением(1). Аллах Всевышний знает лучше, и у Него просим помощи, и на Него уповаем.
Вопросы, связанные с этим хадисом
Вопрос первый: о его степени.
Этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) — достоверный (сахих).
Вопрос второй: о разъяснении мест, где автор упомянул его.
Он привёл его здесь — 6/883 — и в «Большом сборнике» — 6/957 — от Амра ибн Али, от Яхьи аль-Каттана, от Ибн Абу Зиба, от Саʻида ибн Симʻана, от него. Аллах Всевышний знает лучше.
Вопрос третий: о том, кто привёл его вместе с ним.
Привёл (Абу Дауд) в «Молитве» от Мусаддада, от Яхьи, таким же путём.
И (ат-Тирмизи) привёл его от Абдуллаха ибн Абд ар-Рахмана, от Убайдуллаха ибн Абд аль-Маджида аль-Ханафи, от Ибн Абу Зиба, таким же путём. И (Ахмад), ч. 2/434 и 500. И (аль-Бухари в разделе о поднятии рук), номер 279. И (Ибн Хузайма), номера 456, 460 и 473. Аллах Всевышний знает лучше.
Вопрос четвёртый: о его пользах.
Из них: то, чем автор (да помилует его Аллах) озаглавил главу, — это преувеличение в поднятии рук, и уже упоминалось, что более предпочтительно толковать это в соответствии с тем, что содержится в других риваятах, а именно — растягивание до плеч или до ушей, а не так, как можно было бы вообразить, что он поднимал их выше головы. Аллах знает лучше.
Из них: предписанность молчания между вступлением в молитву и чтением суры «Фатиха», занимаясь при этом дуа истифтах, об этом будет сказано далее в соответствующей главе, если Аллах Всевышний пожелает.
Из них: предписанность такбира при каждом опускании и поднятии, кроме поднятия из поясного поклона, при котором он говорит: «Слышит Аллах того, кто восхваляет Его, Господь наш, и Тебе хвала».
Из них: то, насколько сильно сподвижники стремились разъяснить сунну Посланника Аллаха ﷺ и донести её до людей, ибо Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) совершил молитву с людьми и объявил им, что он более всех похож на них молитвой на Посланника Аллаха ﷺ, ибо увидел, что они по неведению оставили сунну, и он обратил их внимание на неё и наставил их на неё. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
Вопрос пятый: ат-Тирмизи (да помилует его Аллах) привёл в своём «Джамиʻ» хадис этой главы от Кутайбы и Абу Саʻида аль-Ашаджа, которые сказали: «Рассказал нам Яхья ибн Йаман, от Ибн Абу Зиба, от Саʻида ибн Симʻана, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ, когда произносил такбир для молитвы, растопыривал свои пальцы»».
Абу Иса сказал: «Хадис Абу Хурайры передали несколько человек от Ибн Абу Зиба, от Саʻида ибн Симʻана, от Абу Хурайры: что Пророк ﷺ, когда вступал в молитву, поднимал руки, растягивая их. И это более достоверно, чем риваят Яхьи ибн Йамана, и Ибн Йаман ошибся в этом хадисе».
«Рассказал нам Абдуллах ибн Абд ар-Рахман, рассказал нам Убайдуллах ибн Абд аль-Маджид аль-Ханафи, рассказал нам Ибн Абу Зиб, от Саʻида ибн Симʻана, который сказал: «Я слышал Абу Хурайру, который говорил: «Посланник Аллаха ﷺ, когда встав к молитве, поднимал руки, растягивая их»»».
Абу Иса сказал: «Абдуллах сказал: и это более достоверно, чем хадис Яхьи ибн Йамана, а хадис Яхьи ибн Йамана — ошибка». Конец.
Ибн Абу Хатим сказал: «Мой отец сказал: Яхья ошибся, он имел в виду только: «когда встав к молитве, поднимал руки, растягивая их». Так его передали надёжные передатчики из числа учеников Ибн Абу Зиба». Конец(1).
Составитель, да простит его Аллах, говорит: Яхья ибн Йаман аль-Иджли аль-Куфи, о котором Ибн Хаджар в «Тахзибе» сказал: правдивый, благочестивый, часто ошибающийся, и претерпел изменение (в памяти), из числа старших передатчиков
девятого разряда, умер в 189 году.
И здесь проявилась его ошибка, так как он противоречит хафизам из числа учеников Ибн Абу Зиба, а именно: Яхье аль-Каттану — как у автора, Ахмада и Абу Дауда, — Язиду ибн Харуну и Мухаммаду ибн Абдуллаху — как у Ахмада, — и Убайдуллаху ибн Абд аль-Маджиду — как у ат-Тирмизи, — так что его риваят оказался неприемлемым (мункар). Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
Не желаю ничего, кроме исправления, насколько это в моих силах, и мой успех — только от Аллаха, на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь.
***
7 — ОБ ОБЯЗАТЕЛЬНОСТИ ПЕРВОГО ТАКБИРА
То есть эта глава — упоминание хадиса, указывающего на обязательность первого такбира в молитве.
Говорят: «фараза Аллаху аль-ахкам фарзан» — «сделал их обязательными». Так сказал аль-Фаюми.
Присоединение слова «обязательность» (фард) к слову «такбир» является присоединением масдара (отглагольного имени) к его дополнению.
Место, служащее доводом, — это его слово: «то произнеси такбир», ибо он повелел ему произнести такбир, а повеление указывает на обязательность. Аллах Всевышний знает лучше.
884 — Сообщил нам Мухаммад ибн аль-Мусанна, сказал: рассказал нам Яхья, сказал: рассказал нам Убайдуллах ибн Умар, сказал: рассказал мне Саʻид ибн Абу Саʻид, от своего отца, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах): что Посланник Аллаха ﷺ вошёл в мечеть, и вошёл (туда) человек и совершил молитву, затем подошёл и поприветствовал Посланника Аллаха ﷺ салямом, и Посланник Аллаха ﷺ ответил ему на приветствие и сказал: «Вернись и соверши молитву, ибо ты не молился», и он вернулся и совершил молитву так же, как совершал прежде, затем подошёл к Пророку ﷺ и поприветствовал его салямом, и Посланник Аллаха ﷺ сказал ему: «И тебе мир, вернись и соверши молитву, ибо ты не молился». Так продолжалось три раза, и тогда он сказал.
Мужчина сказал: «Клянусь Тем, Кто послал тебя с истиной, я не умею иначе, научи меня». Он сказал: «Когда встанешь на молитву, произнеси такбир, затем прочти то, что тебе легко из Корана, затем совершай поясной поклон (руку‘), пока не успокоишься в нём, затем поднимись, пока не выпрямишься стоя, затем совершай земной поклон (суджуд), пока не успокоишься в нём, затем поднимись, пока не успокоишься сидя, и делай так во всей своей молитве».
Передатчики этого иснада: шесть человек.
1 — (Мухаммад бин аль-Мусанна), Абу Муса аль-Анази аль-Басри, надёжный (сика), твёрдый (сабт), умер в 252 г.х., из [10-го поколения], передавали от него все составители сборников (аль-джама‘а), упоминался ранее в 64/80.
2 — (Яхья) бин Са‘ид аль-Каттан, упоминался ранее в предыдущей главе.
3 — (Убайдуллах бин Умар) бин Хафс бин Асим бин Умар бин аль-Хаттаб аль-Умари, Абу Усман аль-Мадани, надёжный, твёрдый; Ахмад бин Салих отдавал ему предпочтение перед Маликом в передаче от Нафи‘а, а Ибн Ма‘ин отдавал ему предпочтение перед аз-Зухри в передаче от аль-Касима от Аиши, [а тот] от Урвы от неё. Умер в возрасте немногим более сорока и ста лет (по хиджре), из [5-го поколения], передавали от него все составители сборников, упоминался ранее в 15/15.
4 — (Са‘ид бин Абу Са‘ид) Кайсан аль-Макбури, Абу Са‘д аль-Мадани, надёжный, но память его изменилась за четыре года до его смерти; умер приблизительно в 120 г.х., по другим сведениям — раньше или позже этого, из [3-го поколения], передавали от него все составители сборников, упоминался ранее в 95/117.
5 — (Абу Са‘ид) Кайсан аль-Макбури аль-Мадани, вольноотпущенник Умм Шарик, «хозяин плаща», надёжный, твёрдый, умер в сотом году (по хиджре), из [3-го поколения], передавали от него все составители сборников, упоминался ранее в 63/872.
6 — (Абу Хурайра) ад-Дауси, сподвижник (да будет доволен им Аллах), упоминался ранее в 1/1. Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада
Во-первых: это один из шестизвенных (судасийят) иснадов составителя (да помилует его Аллах Всевышний).
Во-вторых: все его передатчики надёжны, и все они входят в число передатчиков, от которых передавали составители сборников; все они мадинцы, кроме его шейха и шейха его шейха, которые басрийцы.
В-третьих: его шейх — один из девяти шейхов, от которых передают авторы шести основных сборников без посредника; они собраны в моих стихах:
Объединились имамы-наставники, обладатели шести основ, разумеющие,
В девяти умелых шейхах — хранителях, критически проверяющих, благочестивых.
Это аль-Ашадж, и Ибн Ма‘мар,
Наср, и Я‘куб, и Амр ас-Сари,
И Ибн аль-Аля, и Ибн Башшар, также
Ибн аль-Мусанна и Зияд — им следуй.
Они уже упоминались не раз, и я повторил их лишь для напоминания, из-за долгого времени, прошедшего с тех пор.
В-четвёртых: в нём есть передача от одного последователя (таби‘и) от другого последователя — Убайдуллаха от Са‘ида.
В-пятых: в нём есть передача сына от отца — Са‘ида от Кайсана.
В-шестых: в нём фигурирует Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах), самый обильный из сподвижников по числу переданных хадисов — он передал 5374 хадиса. Аллах Всевышний знает лучше.
Примечание: относительно слов «от своего отца» — ад-Даракутни (да помилует его Аллах) сказал: Яхья аль-Каттан разошёлся со всеми товарищами Убайдуллаха в этом иснаде, ибо они не говорили «от своего отца»; а Яхья — хафиз. Он сказал: похоже, что Убайдуллах передавал это по двум вариантам. Аль-Баззар (да помилует его Аллах) сказал: никто не подтвердил Яхью в этом. Ат-Тирмизи (да помилует его Аллах) отдал предпочтение риваяту Яхьи.
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: я говорю: у каждого из двух риваятов есть довод в его пользу. Что касается риваята Яхьи, то в его пользу — добавление от хафиза; а что касается другого риваята, то в его пользу — численное большинство, а также то, что Са‘ид не был описан как склонный к тадлису (сокрытию иснада), и достоверно установлено, что он слышал от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах). Поэтому оба шейха (аль-Бухари и Муслим) привели оба пути. Аль-Бухари привёл оба пути от Яхьи в «Главе о повелении Пророка ﷺ тому, кто не завершает поясной поклон, повторить молитву» и в «Главе об обязательности чтения (Корана)», а также привёл в «Разделе об испрашивании разрешения» путь Абдуллаха бин Нумайра, и в «Разделе о клятвах и обетах» — путь Абу Усамы, оба от Убайдуллаха, без слов «от своего отца». А Муслим привёл его от всех трёх (передатчиков).
У этого хадиса есть и другой путь передачи, не через Абу Хурайру (да будет доволен им Аллах); его привели Абу Дауд и ан-Насаи от Исхака бин Абу Тальхи, Мухаммада бин Исхака, Мухаммада бин Амра, Мухаммада бин Аджлана и Дауда бин Кайса — все они от Али бин Яхьи бин Халляда бин Рафи‘а аз-Зурки, от своего отца, от своего дяди Рифа‘и бин Рафи‘а. Некоторые из них не назвали Рифа‘у по имени, сказав: «от одного из своих дядей, участника битвы при Бадре», а некоторые не сказали «от своего отца». Ан-Насаи и ат-Тирмизи передали его через путь Яхьи бин Али бин Яхьи, от своего отца, от своего деда, от Рифа‘и, но ат-Тирмизи не сказал «от своего отца». В нём есть и другое разногласие, которое мы упомянём вскоре. Конец слов хафиза (да помилует его Аллах Всевышний). Аллах Всевышний знает лучше.
Шарх хадиса
«От Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах): что Посланник Аллаха ﷺ вошёл в мечеть» — то есть в мечеть Пророка — «и вошёл (некий) мужчина». В риваяте Ибн Нумайра: «а Посланник Аллаха ﷺ сидел в стороне мечети». А у ан-Насаи, в риваяте Исхака бин Абу Тальхи: «тогда как Посланник Аллаха ﷺ сидел, а мы вокруг него».
Этот мужчина — Халляд бин Рафи‘, дед Али бин Яхьи, передатчика этой вести; это разъяснил Ибн Абу Шайба от Аббада бин аль-Аввама, от Мухаммада бин Амра, от Али бин Яхьи, от Рифа‘и, что Халляд вошёл в мечеть. А Абу Муса передал в «Дополнении» через Ибн Уяйну, от Ибн Аджлана, от Али бин Яхьи бин Абдуллаха бин Халляда, от своего отца, от своего деда, что он вошёл в мечеть.
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: в этом есть два момента: добавление «Абдуллах» в родословной Али бин Яхьи, и превращение хадиса в передачу от Халляда, деда Али. Что касается первого, то это ошибка передатчика от Ибн Уяйны. А что касается второго, то это от самого Ибн Уяйны, ибо Са‘ид бин Мансур передал это от него так же, но без слова «Абдуллах». А сохранённая (правильная) версия — что это хадис от Рифа‘и; так его передал Ахмад от Яхьи бин Са‘ида аль-Каттана и от Ибн Уяйны, а Ибн Абу Шайба — от Абу Халида аль-Ахмара, оба от Мухаммада бин Аджлана.
Что же касается того, что встречается у ат-Тирмизи: «когда пришёл мужчина, похожий на бедуина, и совершил молитву, сократив её», — то это не препятствует тому, чтобы толковать его как Халляда, ибо Рифа‘а сравнил его с бедуином из-за того, что тот сократил молитву, или по иной причине. Конец слов хафиза (да помилует его Аллах Всевышний).
«И совершил молитву» — составитель добавил, через путь Дауда бин Кайса — 67/1314 — «два рак‘ата», и в этом есть указание на то, что он совершил добровольную (нафль) молитву, а более вероятно, что это была молитва приветствия мечети (тахийят аль-масджид). В упомянутом риваяте: «а Пророк ﷺ наблюдал за ним во время его молитвы»; в риваяте Исхака бин Абу Тальхи добавлено: «и мы не знали, что он в ней упускает», а у Ибн Абу Шайбы, в риваяте Абу Халида: «наблюдал за ним, а мы не замечали (недостатков)», — и это следует понимать как относящееся к их состоянию в первый раз, и это сокращённая версия предыдущего, как если бы он сказал: «и мы не замечаем, что он в ней упускает». Так сказано в «Фатх».
«Затем пришёл и поприветствовал Посланника Аллаха ﷺ», а в риваяте Абу Усамы: «и пришёл и поприветствовал», и это предпочтительнее, потому что между его молитвой и его приходом не было промедления. «И Посланник Аллаха ﷺ ответил ему на приветствие», а в одном из риваятов аль-Бухари и Муслима: «и сказал: и тебе мир». Сказано в «Фатх»: в этом есть возражение Ибн аль-Муниру, который сказал: в этом (указание), что наставление в момент нужды важнее ответа на приветствие, и что, возможно, Пророк (мир ему) не ответил на приветствие в порядке наставления за его невежество, откуда можно извлечь (правило) о наставлении через избегание и отказ от приветствия. Конец.
Хафиз сказал: то, что мы обнаружили в списках обоих «Сахихов», подтверждает наличие ответа на приветствие в этом месте и в других, кроме места в «Разделе о клятвах и обетах». А автор «аль-Умды» привёл хадис в формулировке этой главы, но опустил из него «и ответил Пророк ﷺ», так что, возможно, Ибн аль-Мунир опирался на список, на который опирался автор «аль-Умды». Конец.
«И сказал: вернись» — а в риваяте Ибн Аджлана: «повтори свою молитву» — «ибо ты не молился». «Фа» здесь указывает на причину, то есть: потому что ты не молился, то есть не осуществил истинную сущность молитвы; это отрицание самой сущности из-за отсутствия успокоения (тума'нина), которое является одним из столпов молитвы. Либо подразумевается, что твоя молитва недействительна, и тогда отрицание относится к качеству (действительности), в отличие от того, кто сказал, что это отрицание совершенства, ибо отрицание относится к самой сущности, если это возможно, как здесь, а иначе — относится к ближайшему к сущности качеству, как действительность, а не совершенство.
Аль-Кади Ияд (да помилует его Аллах) сказал: в этом (указание), что действия невежественного человека в поклонении без знания не считаются действительными, и это основано на том, что под отрицанием подразумевается отрицание действительности (иджза').
И это очевидный смысл. А тот, кто относит это к отрицанию совершенства [молитвы, а не её недействительности], опирается на то, что он ﷺ после обучения не велел ему повторить [все прежние молитвы], что указывает на их действительность, иначе потребовалось бы отложить разъяснение [дольше положенного]. Так сказал один из маликитов — аль-Мухаллаб и те, кто последовал за ним, но в этом есть изъян, поскольку он ﷺ в последний раз велел ему повторить [молитву], тот попросил научить его, и он научил его, — как если бы он сказал ему: «повтори свою молитву в таком виде». Так сказано в «Фатхе».
Его слово (فرجع) («и вернулся») — человек, (فصلى كما صلى) («и совершил молитву, как совершал прежде»), то есть подобно своей первой молитве, без спокойствия и выравнивания, (ثم جاء إلى النبي ﷺ فسلم عليه، فقال له رسول الله ﷺ: «وعليك السلام، ارجع، فصل، فإنك لم تصل»، فعل ذلك ثلاث مرات) («затем пришёл к Пророку ﷺ и поприветствовал его, и Посланник Аллаха ﷺ сказал ему: «И тебе мир, вернись и соверши молитву, ибо ты не молился», и сделал это три раза»). В риваяте Рифаа ибн Рафи‘, который приводится далее (15/1053), сказано: «Он сказал: не знаю, во второй или в третий раз», а в (67/1313): «ибо ты не молился, — дважды или трижды», а в (76/1314): «до тех пор, пока это не произошло в третий или четвёртый раз». Как сказал Хафиз, предпочтение отдаётся тому, что приводится в данной главе, поскольку в ней не возникает сомнения, а также потому что обычаем его ﷺ было, как правило, использовать число «три» в своём обучении.
Было признано затруднительным его ﷺ утверждение [этого человека] в его молитве, будучи испорченной согласно мнению, что он упустил некоторые обязательные элементы. Аль-Мазари ответил, что он хотел постепенно подвести его к пониманию его ошибки, повторяя её несколько раз, поскольку было возможно, что он совершил это по забвению или невнимательности, и он мог вспомнить и исполнить правильно без обучения. Это не относится к разряду утверждения в ошибке, а относится к разряду подтверждения [наличия] ошибки. Ан-Навави сказал нечто подобное, добавив: он не научил его сразу, чтобы это было более действенным для его собственного наставления и наставления других относительно описания действительной молитвы. Ибн аль-Джаузи сказал: возможно, что его повторение [требования] имело целью подчеркнуть важность дела и его величие для него, и он видел, что время ещё не упущено, поэтому решил пробудить проницательность к упущенному.
Ибн Дакык аль-‘Ид сказал: утверждение [в ошибке] не является безусловным доказательством допустимости, но необходимо отсутствие препятствий. Нет сомнения, что в увеличении восприимчивости обучаемого к тому, что ему преподносится, после повторения его действия, собирания себя и обращения его вопроса, есть польза, препятствующая обязательности немедленного обучения, особенно при отсутствии опасения упущения [времени], — либо исходя из внешнего положения дел, либо через особое откровение.
Ат-Тарубушти сказал: он промолчал о его обучении сначала потому, что когда тот вернулся, он не прояснил положение дел у источника откровения, а как будто обманулся тем знанием, которое у него было, поэтому он промолчал о его обучении в качестве укора и наставления, направляя его к прояснению того, что осталось для него неясным. А когда он попросил прояснить положение дел у его источника, он был направлен к этому. Конец.
Хафиз сказал: но в этом есть спор, поскольку если это верно для второй и третьей молитвы, то не верно для первой, ибо он ﷺ начал с того, что, когда тот пришёл в первый раз, сказал ему: «Вернись и соверши молитву, ибо ты не молился», — так что вопрос возникает относительно его утверждения [правильности] его первой молитвы: как он не осудил его в её ходе? Однако ответ верен в качестве разъяснения мудрости в отложении разъяснения после этого. И Аллах знает лучше. Конец.
Сказал собиратель, да простит его Аллах: по-моему, он не осудил его в ходе молитвы, но отложил это до её завершения, чтобы стало ясно ему всё, в чём он ошибается; ведь если бы он осудил его в середине, научил его, и тот повторил, — возможно, он ошибся бы в чём-то другом, и потребовалось бы обучать его снова, и это тянулось бы бесконечно. И нельзя сказать: если это стало ясно ему в первый раз, то почему он вернул его во второй и в третий раз, — ибо мы говорим: это было укором ему за то, что он поспешил повторить, не научившись у него ﷺ, поэтому он наказал его. И Аллах Всевышний знает лучше.
(فقال الرجل: والذي بعثك بالحق ما أحسن غير هذا فعلمني) («и сказал человек: клянусь Тем, Кто послал тебя с истиной, я не умею делать лучше этого, научи меня»). В хадисе Рифаа, да будет доволен им Аллах: «Клянусь Тем, Кто ниспослал тебе Книгу, я приложил усилие, так научи меня и покажи мне», а в другой формулировке: «Я приложил усилие и старался, так покажи мне и научи меня», а в одном риваяте: «Клянусь Тем, Кто почтил тебя, о Посланник Аллаха, я приложил усилие, так научи меня», а в другом риваяте: «сказал человек: покажи мне и научи меня, ибо я всего лишь человек, ошибаюсь и заблуждаюсь. Он сказал: да».
Он ﷺ сказал, наставляя его: (اذا قمت إلى الصلاة، فكبر) («когда встаёшь на молитву, произноси такбир»). В хадисе Рифаа: «Когда захочешь совершить молитву, совершай омовение и делай его наилучшим образом, затем встань и обратись к кибле, затем произнеси такбир», а в другом риваяте: «соверши омовение, как повелел тебе Аллах, затем произнеси свидетельство и приступай», а в другом риваяте: «поистине, молитва любого из вас не совершается полностью, пока он не совершит полное омовение, как повелел ему Аллах: умыв лицо и руки до локтей, обтерев голову и ноги до щиколоток, затем произнесёт такбир Аллаху, восхвалит Его и возвеличит Его».
Это и есть предмет главы: он указывает на обязательность вступительного такбира [такбир аль-ихрам], и далее будут приведены полностью мнения учёных об этом в «пятом вопросе», если пожелает Аллах Всевышний.
(ثم اقرأ ما تيسر معك من القرآن) («затем читай то, что легко тебе из Корана»). Сказано в «Фатхе»: в этом риваят от Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах, не разошёлся. Что касается Рифаа, то в риваяте Исхака ибн Абу Тальхи: «и читает то, что легко из Корана, из того, чему научил его Аллах», а в риваяте Йахйи ибн Али: «если у тебя есть [знание] Корана, читай, а иначе восхваляй Аллаха, возвеличивай Его и провозглашай Его единственность», а в риваяте Мухаммада ибн Амра у Абу Дауда: «затем читай Мать Корана [Фатиху] или то, что желает Аллах», а у Ахмада и Ибн Хиббана в этом же изводе: «затем читай Мать Корана, затем читай, что хочешь». Ибн Хиббан озаглавил это [главой]: [Глава об обязательности чтения молящимся Открывающей Книги в каждом рак‘ате]. Конец того, что в «Фатхе».
Сказал собиратель, да простит его Аллах: этими риваятами стало ясно, что смысл «того, что легко» — это Фатиха, поэтому нет опоры у того, кто ссылается на это в доказательство необязательности Фатихи. Вдумайся. И Аллах Всевышний знает лучше.
(ثم اركع حتى تطمئن راكعًا) («затем совершай поясной поклон, пока не успокоишься в поклоне»). В упомянутом риваяте Ахмада: «А когда совершишь поясной поклон, положи ладони на колени, вытяни спину и утвердись в своём поклоне». В риваяте Исхака ибн Абу Тальхи: «затем произносит такбир и совершает поясной поклон, пока не успокоятся его суставы и он не расслабится».
(ثم ارفع) («затем поднимайся»), то есть голову из поясного поклона, (حتى تعتدل قائمًا) («пока не выпрямишься стоя»). В риваяте Ибн Нумайра у Ибн Маджи: «пока не успокоишься стоя», приведённом Ибн Абу Шайбой от него. И Муслим привёл этот иснад в точности в этом хадисе, но не привёл его формулировку, так что он соответствует его условию. Так же его привёл Исхак ибн Рахавайх в своём «Мусанаде» от Абу Усамы, и это есть в «Мустахрадже Абу Нуайма» через этот путь. Также это привёл ас-Сарраадж от Юсуфа ибн Мусы, одного из шейхов аль-Бухари, от Абу Усамы.
Хафиз, да будет милостив к нему Аллах, сказал после упоминания вышеизложенного: так подтвердилось упоминание спокойствия в выпрямлении соответственно условию обоих шейхов [аль-Бухари и Муслима], и подобное этому есть в хадисе Рифаа у Ахмада и Ибн Хиббана, а в одной формулировке у Ахмада: «выпрями свой позвоночник, пока кости не вернутся на свои места в суставах». И этим стало известно, что слово имама аль-Харамайн: «в душе есть сомнение относительно обязательности её», — то есть спокойствия при выпрямлении из поясного поклона, — «поскольку оно не упомянуто в хадисе о человеке, дурно совершавшем молитву», указывает на то, что он не был осведомлён об этих достоверных путях передачи. Конец слов Хафиза, да будет милостив к нему Аллах Всевышний.
(ثم اسجد حتى تطمئن ساجدًا) («затем совершай земной поклон, пока не успокоишься в поклоне»). В риваяте Исхака ибн Абу Тальхи: «затем произносит такбир и совершает земной поклон, пока не утвердится его лицо, или лоб, пока не успокоятся его суставы и он не расслабится».
(ثم ارفع) («затем поднимайся»), то есть голову из земного поклона, (حتى تطمئن جالسًا) («пока не успокоишься сидя»). В упомянутом риваяте Исхака: «затем произносит такбир и поднимается, пока не выровняется сидя на своём седалище, и выпрямит спину», а в риваяте Мухаммада ибн Амра: «когда поднимешь голову, сядь на левое бедро», а в риваяте Исхака: «когда сядешь в середине молитвы, успокойся сидя, затем расстели левое бедро, затем произнеси свидетельство».
(ثم افعل ذلك في صلاتك كلها) («затем делай так во всей своей молитве») — с родительным падежом в качестве усиления к «твоей молитве». В риваяте Мухаммада ибн Амра: «затем поступай так в каждом рак‘ате и земном поклоне». В хадисе Рифаа, да будет доволен им Аллах, приведённом далее (15/1053): «Когда сделаешь так, ты завершишь свою молитву, а что убавишь из этого, то убавишь из своей молитвы». А в риваяте (67/1314): «Когда завершишь свою молитву таким образом, она будет полной, а что убавишь из этого, то убавишь из своей молитвы».
Замечание: в риваяте Ибн Нумайра у аль-Бухари в «[Книге] о просьбе разрешения» после упоминания второго земного поклона встречается: «затем поднимайся, пока не успокоишься сидя». Некоторые сказали: это указывает на обязательность сидения для отдыха [джалсат аль-истираха], но никто это не утверждал. И аль-Бухари указал на то, что эта формулировка — ошибка, поскольку он снабдил её примечанием, сказав: сказал Абу Усама в конце: «пока не выпрямится стоя».
Сказал аль-Хафиз: возможно, что это, если риваят достоверен (محفوظ), следует отнести к сидению для ташаххуда, и это подтверждается риваятом Исхака, упомянутым недавно. Слова аль-Бухари ясно указывают, что Абу Усама противоречил Ибн Нумайру, однако Исхак ибн Рахавайх передал это в своём «Мусанаде» от Абу Усамы, как сказал Ибн Нумайр, следующими словами: «Затем совершай земной поклон, пока не успокоишься в поклоне, затем поднимись и сядь, пока не успокоишься сидя, затем соверши земной поклон, пока не успокоишься в поклоне, затем поднимись и сядь, пока не успокоишься сидя, затем поступай так в каждом ракяте». Аль-Байхаки передал это через его путь и сказал: «Так сказал Исхак ибн Рахавайх от Абу Усамы, но правильным является риваят Абдуллы ибн Саида Абу Кудамы и Юсуфа ибн Мусы от Абу Усамы следующими словами: «Затем соверши земной поклон, пока не успокоишься в поклоне, затем поднимись, пока не выпрямишься стоя»». Затем он привёл это через путь Юсуфа ибн Мусы таким же образом. Конец (1).
Сказал составитель, да простит его Аллах: по-моему, ослабление риваята Исхака неверно, поскольку ему следовал Ибн Нумайр, как было упомянуто только что, так что хадис достоверен. Что касается его указания на обязательность сидения для отдыха (джалсат аль-истираха), то оно очевидно, однако у него есть отвлекающий фактор — то, что достоверно передано от него ﷺ об оставлении этого сидения в некоторых случаях, как будет рассмотрено в своём месте, если Аллах Всевышний пожелает. И Аллах Всевышний знает лучше, и у Него просим помощи, и на Него уповаем.
Вопросы, связанные с этим хадисом
Первый вопрос: о его степени.
Этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) — согласованный (муттафак алейхи).
Второй вопрос: о местах, где составитель упоминает его.
Он привёл его здесь — 7/884 — и в «Кубра» — 7/957 — от Мухаммада ибн аль-Мусанны, от Яхьи аль-Каттана, от Убайдуллы ибн Умара аль-Умари, от Саида ибн Абу Саида аль-Макбури, от его отца, от него.
Он привёл его здесь — 7/884 — и в «Кубра» — 7/957 — от Мухаммада ибн аль-Мусанны, от Яхьи аль-Каттана, от Убайдуллы ибн Умара аль-Умари, от Саида ибн Абу Саида аль-Макбури, от его отца, от него.
И сказал в «Кубра» после приведения хадиса: сказал Абу Абд ар-Рахман: Яхье противоречили в этом хадисе, было сказано: «от Саида, от Абу Хурайры», и хадис достоверен. Конец (1).
Сказал составитель, да простит его Аллах: по всей видимости, составитель считает оба пути достоверными: путь Яхьи с добавлением «от его отца» и путь других без этого добавления, и это — мнение обоих шейхов (аль-Бухари и Муслима), поскольку они оба привели хадис по обоим путям, а также мнение ад-Даракутни, который сказал: «похоже, что Убайдулла передавал это обоими способами». Что касается ат-Тирмизи, то он предпочёл путь Яхьи, сказав: «риваят Яхьи ибн Саида более достоверен». Полное рассуждение об этом уже приводилось в примечании, которое я упомянул после указания на тонкости иснада, так что обратись к нему для увеличения знания. И Аллах Всевышний — покровитель успеха, и Он ведёт по прямому пути.
Третий вопрос: о том, кто привёл этот хадис вместе с ним.
Привёл его (аль-Бухари) в «Молитве» от Мусаддада — и в ней же, а также в «Испрашивании разрешения» от Мухаммада ибн Башшара, (Муслим и Абу Дауд) в «Молитве» от Абу Мусы Мухаммада ибн аль-Мусанны — все трое от Яхьи ибн Саида, от Убайдуллы ибн Умара, от него. И (ат-Тирмизи) в ней же от Мухаммада ибн Башшара от него. И сказал: «Ибн Нумайр передал это от Убайдуллы, от Саида, от Абу Хурайры, а риваят Яхьи более достоверен». Привели его также Ахмад и Ибн Хиббан. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Четвёртый вопрос: о его пользах.
Из них: то, ради чего составитель, да помилует его Аллах Всевышний, дал название главе — обязательность такбира вступления (такбират аль-ихрам), и это мнение большинства учёных, и разбор разногласия по этому вопросу будет приведён в следующем вопросе, если Аллах Всевышний пожелает.
Из них: обязательность повторения молитвы для того, кто упустил что-либо из обязательных элементов молитвы.
Из них: то, что было сказано, что вступление в добровольную молитву обязывает к её завершению, однако возможно, что эта молитва была обязательной.
Из них: повеление к одобряемому и запрет предосудительного.
Из них: мягкость в повелении одобряемого и запрете предосудительного, ведь Пророк ﷺ обходился с ним мягко в том, что ему велел, и хорошее обучение без резкости, и разъяснение вопроса, и суммирование целей.
Из них: то, каким был Пророк ﷺ в отношении доброго нрава и мягкого обхождения.
Из них: обращение обучающегося к учёному с просьбой обучить его тому, чего он не знает из своей религии, особенно молитве.
Из них: допустимость повторения приветствия (салама) и ответа на него, даже если человек не выходил с места, если произошло что-то похожее на разъединение.
Из них: сидение имама в мечети и сидение его сподвижников с ним.
Из них: подчинение учёному и следование за ним, признание своего упущения, и открытое признание человеческого свойства допускать ошибку.
Из них: то, что было сказано, что обязательные элементы омовения ограничены тем, что упомянуто в Коране, а не тем, что добавила сунна, так что это желательно (мандуб).
Сказал составитель, да простит его Аллах: так было сказано, но в этом есть сомнение; напротив, то, на обязательность чего указывает довод из установленного в сунне, является обязательным, поскольку это относится к тому, что повелел Аллах, ведь аят об омовении является общим (муджмаль), и его разъяснила сунна словесная и практическая. Разбор этого уже был приведён полностью в главах об омовении, хвала Аллаху Всевышнему, так что обратись к нему для увеличения знания.
Из них: отсрочка разъяснения в собрании ради пользы.
Из них: то, что в этом есть доказательство против того, кто разрешает чтение на персидском языке, поскольку то, что не на арабском языке, не называется Кораном. Сказал это Ияд, да помилует его Аллах.
Из них: обязательность чтения во всех ракятах.
Из них: то, что если муфтия спрашивают о чём-то, а есть ещё что-то другое, в чём нуждается спрашивающий, то желательно упомянуть ему это, даже если он не спрашивал об этом, и это относится к разряду наставления, а не к разговору о том, что его не касается. Указание на это в том, что он сказал: «научи меня», то есть молитве, и он научил его молитве и её предварительным условиям.
Из них: то, что этим доказывается обязательность успокоения (тумаанина) в столпах молитвы, и это мнение большинства, а от ханафитов известно, что тумаанина — сунна, и это прямо утверждали многие их составители, однако слова ат-Тахави почти прямо указывают на обязательность у них, ибо он озаглавил главу «Мера поясного и земного поклонов», затем привёл хадис, приведённый Абу Даудом и другими, о словах «Свят Господь мой Великий» трижды в поясном поклоне, и что это — минимум его. Он сказал: некоторые считали, что это мера поясного и земного поклонов, и меньше этого не достаточно, а другие им возразили, сказав: если человек выпрямился в поясном поклоне и успокоился в земном поклоне, этого достаточно, затем сказал: и это мнение Абу Ханифы, Абу Юсуфа и Мухаммада. Сказал это в «Фатх» (1). И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Пятый вопрос: о разногласии учёных относительно обязательности такбира вступления.
Большинство учёных считает, что для слова «Аллаху акбар» определено использование при вступлении в молитву, а не другие слова возвеличивания, и с ними согласился Абу Юсуф из числа сподвижников Абу Ханифы, а ханафиты разошлись в этом, сказав: молитва начинается любым словом, которым подразумевается возвеличивание, как «Аллаху а‘зам», «Аллаху аджалль» и тому подобное.
Большинство привело в доказательство хадис из главы, где он сказал плохо совершившему молитву: «произнеси такбир», и текст Абу Дауда в хадисе Рифаа (да будет доволен им Аллах): «не завершится молитва никого из людей, пока он не совершит омовение и поместит омовение по его местам, затем произнесёт такбир», а ат-Табарани передал это словами: «затем скажет: Аллаху акбар», а также хадисом Абу Хумайда ас-Саиди (да будет доволен им Аллах), который сказал: Посланник Аллаха ﷺ, когда встал на молитву, выровнялся стоя, поднял руки, затем сказал: «Аллаху акбар». Привёл это Ибн Маджа, и признали его достоверным Ибн Хузайма и Ибн Хиббан. И в этом — разъяснение того, что подразумевается под такбиром, а именно слова: «Аллаху акбар».
И передал аль-Баззар с достоверным иснадом по условию Муслима от Али (да будет доволен им Аллах): что Пророк ﷺ, когда встал на молитву, говорил: «Аллаху акбар». И у Ахмада и ан-Насаи через путь Васи‘ ибн Хаббана: он спросил Ибн Умара (да будет доволен им Аллах обоими) о молитве Посланника Аллаха ﷺ? Он сказал: «Аллаху акбар» каждый раз, когда опускался и поднимался (1).
И сказал имам Абу Бакр Ибн аль-Мунзир, да помилует его Аллах Всевышний: достоверно установлено от Пророка Аллаха ﷺ, что он сказал человеку: «Когда встанешь на молитву, произнеси такбир», и передан от него хадис, что он сказал:
«Ключ молитвы — очищение, а её вступление — такбир», и пришли сообщения различными путями от Пророка Аллаха ﷺ о том, что он начинал молитву такбиром, и учёные единогласны в том, что тот, кто вступил в молитву с такбиром, вошёл в неё.
Из числа тех, кто считал, что такбир является открытием молитвы: Абдуллах ибн Мас‘уд, Тавус, Аюб, Суфьян ас-Саури, Малик ибн Анас, аш-Шафи‘и, Абу Саур, Исхак, и на этом сходятся простые люди науки как в древности, так и в наше время — они не расходятся во мнении, что сунной является открытие молитвы такбиром.
А аль-Хакам говорил: если он упомянет Аллаха вместо такбира, то это будет ему достаточно.
Приверженцы умозрительного мнения (асхаб ар-ра'й) разошлись в этом вопросе. Якуб передал от ан-Ну‘мана, что он сказал относительно человека, открывающего молитву словами «нет божества, кроме Аллаха»: это ему достаточно, а если он откроет молитву словами «О Аллах, прости меня», то молитва не будет засчитана. Он сказал: таково же мнение Мухаммада ибн аль-Хасана. А Абу Юсуф сказал: это не будет засчитано ему, если он умеет произносить такбир правильно.
В книге Мухаммада ибн аль-Хасана сказано: я спросил: что скажешь о человеке, который открыл молитву словами таухида (тахлиль), или хвалы (тахмид), или восхваления (тасбих) — будет ли это вхождением в молитву? Он ответил: да. Я спросил его: почему? Он сказал: а что скажешь, если бы он открыл молитву словами «Аллах величайший» или «Аллах знает лучше», — вошёл бы он в молитву? Он ответил: да. Он сказал: то и это — одно и то же. Он сказал: таково мнение Абу Ханифы, Мухаммада, Ибрахима и аль-Хакама.
А Якуб сказал: это не засчитывается ему, если он знает, что молитва открывается такбиром, и умеет его произносить правильно; а если он не знает этого, то ему засчитывается.
Абу Бакр сказал: я не знаю разногласия относительно того, что если человек, умеющий читать Коран, вместо чтения произнёс слова таухида и такбира и не прочитал Коран, то его молитва испорчена. Поэтому тому, кто придерживается такого мнения, необходимо сказать: вместо такбира не засчитывается ничто иное. Мы передали от аз-Зухри третье мнение: его спросили о человеке, который открыл молитву намерением (нийей) и поднятием рук, и он ответил: это ему засчитывается.
Абу Бакр сказал: я не знаю никого, кто сказал бы так, кроме него.
Абу Бакр сказал: достоверные сообщения от Посланника Аллаха ﷺ по этому вопросу делают излишним всё прочее, и нет смысла во мнении, придуманном в противоречие с установленными суннами и с тем, на чём были праведные, ведомые (Аллахом) халифы, и все мухаджиры и ансары, и сподвижники Посланника Аллаха ﷺ, и знатоки фикха мусульман в древности и в новое время.
Учёные единогласны, без разногласий, что человек входит в молитву посредством такбира, следуя сунне, если он произносит такбир для открытия молитвы. Однако они разошлись относительно того, кто произнёс тасбих вместо такбира для открытия молитвы. Недопустимо, чтобы молитва, начатая молящимся в противоречии с сунной, считалась заключённой (действительной). А Аллах знает лучше.
Они разошлись также относительно человека, который открывает молитву на персидском языке. Аш-Шафи‘и и его сторонники говорили: не засчитывается произнесение такбира на персидском языке, если человек владеет арабским. Так же сказали Якуб и Мухаммад: это не засчитывается, кроме как тому, кто не владеет арабским языком. А ан-Ну‘ман сказал: если человек открыл молитву на персидском и читал на нём, при этом владея арабским, — это ему засчитывается.
Абу Бакр сказал: это не засчитывается, потому что это противоречит тому, что повелел Аллах, и тому, чему научил Посланник Аллаха ﷺ свою общину, и тому, на чём сходятся группы знатоков науки. Мы не знаем никого, кто согласился бы с этим мнением. И никогда не станет читающим Коран на персидском языке тот, кто читает его на персидском, потому что Всевышний Аллах ниспослал его как Коран на арабском языке, и недопустимо читать его не так, как его ниспослал Аллах. Конец слов имама Ибн аль-Мунзира, да помилует его Аллах Всевышний (Аль-Аусат, том 3, стр. 75–78).
Составитель, да простит его Аллах, говорит: то, что сказал имам Ибн аль-Мунзир, да помилует его Аллах, — это истина, достойная принятия, а всё, что противоречит этому, не подтверждается ни переданным, ни разумным доводом. Не обращай на это внимания, если ты обладаешь разумом. А Аллах Всевышний знает лучше.
Хафиз Абу Умар, да помилует его Аллах Всевышний, сказал — суть его слов такова: Малик в большинстве передач от него, аш-Шафи‘и, Абу Ханифа и его сторонники считали, что такбир вступления в молитву (тахрима) — это обязательное предписание (фард ваджиб) из числа обязательных элементов молитвы.
Доводом для них служит хадис Абу Хурайры и Рифа‘ы ибн Рафи‘а от Пророка ﷺ, что он сказал человеку: «Когда ты хочешь совершить молитву, соверши полное омовение, обратись лицом к кибле, затем произнеси такбир, затем читай, затем совершай поясной поклон, пока не успокоишься...» — и далее хадис. Он научил его тому, что обязательно в молитве, и умолчал перед ним обо всём том, что является сунной и желательным (мустахаб), например, о такбире (дополнительном), поднятии рук, тасбихе и подобном этому. Из этого явствует, что произнесение такбира вступления в молитву обязательно, вместе с его словами: «Запретным для другого делает молитву такбир, а разрешающим (выход из неё) — таслим». Это передал Али ибн Абу Талиб от Пророка ﷺ, а также передал Абу Са‘ид аль-Худри (хадисы Али и Абу Са‘ида, да будет доволен ими обоими Аллах, достоверны; см. «Сахих ат-Тирмизи» шейха аль-Албани, том 1, стр. 4 и стр. 76).
Абд ар-Рахман ибн Махди сказал: если бы человек открыл молитву семидесятью именами из имён Аллаха и не произнёс такбир вступления в молитву, это не было бы ему засчитано; и если бы он совершил что-либо нарушающее омовение до того, как произнесёт таслим, это тоже не было бы засчитано.
Аз-Зухри, аль-Авза‘и и группа учёных сказали: такбир вступления в молитву не является обязательным. Передано от Малика относительно молящегося за имамом (ма’мума) нечто, указывающее на это мнение, но его слова относительно имама и молящегося одиночно (мунфарид) не расходились в том, что такбир вступления в молитву обязателен для каждого из них, и что если имам не произнесёт такбир вступления, его молитва становится недействительной, равно как и молитва тех, кто позади него. Это требует того же и в отношении его мнения о ма’муме. Правильным в его мазхабе является признание обязательности такбира вступления в молитву, и что он — фард, столп (рукн) из столпов молитвы, и это правильно. А всякий, кто противоречит этому, ошибается и опровергается тем, что мы описали. И у Аллаха мы просим содействия.
Он также сказал: большинство учёных единогласны в том, что такбир при открытии молитвы не может быть заменён никаким иным упоминанием (зикром) — будь то таухид, тасбих или тахмид. На этом мнении стоит мазхаб хиджазцев: Малика, аш-Шафи‘и и тех, кто следует за ними, а также большинства иракцев. Передано от аль-Хакама ибн Утайбы, что он сказал: если человек упомянет Аллаха вместо такбира, это ему засчитывается. А Абу Ханифа сказал: если он открыл молитву словами «нет божества, кроме Аллаха», это ему засчитывается, а если он сказал «О Аллах, прости меня», это не засчитывается. У Малика не засчитывается ничего, кроме слов «Аллах велик» (Аллаху акбар), и никак иначе. Так же и у аш-Шафи‘и, но он добавил: засчитывается также «Аллах превелик» (Аллаху аль-акбар), а у маликитов «Аллаху аль-акбар» не засчитывается.
Сторонники Малика, а также аш-Шафи‘и и его сторонники, Абу Юсуф и Мухаммад ибн аль-Хасан сказали: тому, кто владеет арабским языком, не засчитывается произнесение такбира на персидском. А Абу Ханифа сказал: такбир на персидском языке засчитывается, даже если человек владеет арабским, и так же, по его мнению, если человек читает Коран на персидском. Конец слов Ибн Абд аль-Барра, да помилует его Аллах Всевышний, вкратце («Аль-Истизкар», том 4, стр. 123–132).
Учёный-энциклопедист аш-Шаукани, да помилует его Аллах Всевышний, сказал при разборе хадиса «Ключ молитвы — очищение, а запретным (для иного) её делает такбир» — суть его слов такова: в этом содержится доказательство того, что открытие молитвы не может совершаться ничем, кроме такбира, из прочих упоминаний (зикров), и к этому мнению склонилось большинство (джумхур). А Абу Ханифа сказал: молитва заключается любым словом, которым подразумевается возвеличивание (Аллаха). Хадис же опровергает его мнение, потому что определённый артикль в его словах «запретным её делает» указывает на ограничение (хасп), как если бы он сказал: «весь запрет её — такбир», то есть действительность запрета для неё ограничена такбиром, и нет иного запрета для неё помимо этого, подобно тому, как говорят: «имущество такого-то — верблюды», «наука такого-то — грамматика».
По этому вопросу существует множество хадисов, указывающих на то, что слово такбира определено словами и действием Пророка ﷺ. Соответственно, хадис указывает на обязательность такбира.
Относительно его статуса (хукм) есть разногласие: хафиз сказал, что это столп (рукн) по мнению большинства; сказано также, что это условие (шарт), и это мнение ханафитов; лицевая сторона (ваджх) — по мнению шафиитов; и сунна — по мнению аз-Зухри. Ибн аль-Мунзир сказал: никто, кроме него, этого не говорил. Передано также от Са‘ида ибн аль-Мусаййиба, аль-Авза‘и и Малика, но это не установлено достоверно с явной формулировкой ни от одного из них; они лишь говорили о том, кто застал имама в поясном поклоне: ему засчитывается такбир поясного поклона. Хафиз сказал: да, это передал аль-Карахи из числа ханафитов от Ибн Улаййи (по-видимому, имеется в виду Ибрахим ибн Исмаил, а не Исмаил ибн Улаййа, а именно его сын; аз-Захаби сказал о нём в «Аль-Мизан»: Ибрахим ибн Исмаил ибн Улаййа — джахмит, погибший, спорщик, говоривший о сотворённости Корана; умер в 218 году) и от Абу Бакра аль-Асамма, и их разногласие с большинством многочисленно.
К обязательности склонилась группа предшественников (саляф). В «Аль-Бахр» сказано: это фард, кроме как по мнению отрицающих зикры и аз-Зухри. На его обязательность указывает то, что содержится в хадисе о человеке, совершившем молитву неправильно (хадис аль-муси'), у Муслима и других, от Абу Хурайры, в формулировке: «Когда ты встанешь на молитву, соверши полное омовение, затем обратись лицом к кибле, затем произнеси такбир»; а у остальных (собирателей хадисов) — в его формулировке: «Когда ты встанешь на молитву, произнеси такбир». Установлено, что хадис о человеке, совершившем молитву неправильно, является главным источником в познании обязательных элементов молитвы, и что всё, упомянутое в нём, обязательно, а то, что вышло за его пределы и относительно чего есть отдельные доводы, указывающие на его обязательность, — в этом есть разногласие.
Мы упомянём об этом, если пожелает Аллах, в разъяснении в том месте, где автор о нём упомянёт.
На обусловленность указывает хадис Рифаа о случае с человеком, плохо совершившим свою молитву, у Абу Дауда, в такой формулировке: «Не завершится молитва ни у кого из людей, пока он не совершит омовение, поместив воду в положенные места, а затем произнесёт: «Аллах велик»». Ат-Табарани передал его в формулировке: «...затем скажет: «Аллах велик»». Опираться на это как на доказательство обусловленности верно, если отрицание завершённости влечёт за собой отрицание действительности, а это очевидно, ибо нам предписано совершать молитву без изъяна, а неполная молитва недействительна; и на том, кто утверждает её действительность, лежит обязанность доказать это.
Автор «Дау' ан-нахар» отождествил отрицание завершённости здесь именно с отрицанием совершенства как такового, и привёл в доказательство этому слова Пророка ﷺ в хадисе о плохо молившемся: «Если ты убавишь от этого что-либо, то ты убавишь от своей молитвы». Но тебе известно, что это тоже относится к предмету спора, ибо мы говорим: убавление влечёт недействительность по указанному нами ранее доводу, и мы не признаём, что оставление рекомендуемых (мандубов) и сунновых элементов молитвы является убавлением от неё, ибо они — вещи, внешние по отношению к сущности молитвы, так что обязательность их не вытекает отсюда; а то, что они увеличивают награду, не означает, что они являются частью молитвы, — подобно тому как красивая одежда увеличивает красоту тела, но не является его частью.
Верно, в некоторых риваятах этого хадиса встречается такая формулировка: когда Пророк ﷺ сказал: «Ты ведь не совершил молитву», это показалось людям тяжким — что тот, кто облегчил свою молитву, вообще не совершил молитвы, — пока Пророк ﷺ не сказал: «Если ты убавишь от этого что-либо, то ты убавишь от своей молитвы», после чего это стало для них легче. Тот факт, что это высказывание оказалось для них легче, указывает, что упомянутое отрицание завершённости означает отрицание совершенства, ибо если бы оно означало отрицание действительности, не было бы разницы между двумя высказываниями, и второе не было бы для них легче первого.
Не скрыто от тебя, что довод заключён в том, что дошло до нас от законодателя из его слов, действий и одобрения, а не в понимании некоторых сподвижников. Допустим, мы признаём, что их понимание является доводом, поскольку они лучше знали цели законодателя, — тогда мы говорим согласно тому, что они поняли, и признаём, что между двумя положениями есть разница, но эта разница заключается в том, что тот, кто выполнил часть обязательных элементов молитвы, совершил нечто благое — стояние, упоминание Аллаха и чтение, — и ему велено повторить молитву лишь для устранения наказания за то, что он оставил; а оставление обязательного является причиной наказания. И если он подлежит наказанию за оставление части, то на нём лежит обязанность выполнить это, если возможно выполнить это отдельно, а если нет — выполнить это вместе с остальным; а в молитве невозможно выполнить оставленную часть иначе, как выполнив её целиком. Подобный ответ, по смыслу, дал хафиз Ибн Таймия, внук автора (**), и это хороший ответ.
Затем мы говорим: максимум, до чего доходит утверждение того, кто сказал, что отрицание завершённости означает отрицание совершенства, — это отсутствие обусловленности, а не отсутствие обязательности, ибо совершение молитвы полной и совершенной обязательно. И как прекрасно то, что сказал Ибн Таймия по этому поводу, а слова его таковы: «Тот из фикхистов, кто сказал, что это означает отрицание совершенства, — ему говорится: если ты имеешь в виду желательное (мустахабб) совершенство, то это неверно по двум причинам:
Первая: такого никогда не встречается в речи законодателя — чтобы он отрицал действие, которое раб совершил тем образом, каким оно было на него возложено обязательным, а затем отрицал его из-за оставления желательных элементов; законодатель не отрицает действие, кроме как если раб не совершил его так, как оно было на него возложено.
Вторая: если бы он отрицал его из-за оставления желательного, то у большинства людей не было бы ни молитвы, ни поста, ибо желательное совершенство различается по степеням, так что о всяком, кто не довёл её до совершенства, подобного совершенству Посланника Аллаха ﷺ, следовало бы сказать: «У него нет молитвы»»». Конец слов аш-Шаукани, да помилует его Всевышний Аллах (**).
Составитель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: из приведённых выше доводов стало ясно, что мнение большинства (джумхур) верно. Итог таков: вхождение в молитву не является действительным и достаточным иначе, как посредством слов «Аллах велик» на арабском языке. Осознай это и не пребывай в недоумении, следуй [сунне] и не вводи новшеств. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Шестой вопрос. Учёный (алляма) Ибн Дакык аль-Ыйд, да помилует его Всевышний Аллах, сказал: фикхисты часто приводят доводом на обязательность того, что упомянуто в хадисе, и на необязательность того, что в нём не упомянуто. Что касается обязательности упомянутого, то это в силу того, что к нему привязано повеление. Что же касается необязательности прочего, то это не просто потому, что изначальное положение — необязательность, а по дополнительной причине сверх этого: данное место — это место обучения, разъяснения для незнающего и ознакомления с обязательными элементами молитвы, а это требует, чтобы обязательные элементы были ограничены тем, что упомянуто. И степень этой ограниченности усиливается тем, что Пророк ﷺ упомянул как то, к чему относилась ошибка молящегося, так и то, к чему его ошибка не относилась из числа обязательных элементов молитвы, а это указывает, что он не ограничил цель [речи] лишь тем, в чём допущена ошибка.
Если это установлено, то всякое положение, относительно обязательности которого фикхисты разошлись, и которое упомянуто в этом хадисе, — мы имеем право опереться на него в доказательство его обязательности; а всякое положение, относительно обязательности которого они разошлись, но которое не упомянуто в этом хадисе, — мы имеем право опереться на это в доказательство его необязательности, поскольку оно не упомянуто в этом хадисе, ввиду того, что это место обучения, как было изложено выше; притом появилось дополнительное указание на намеренность упоминания именно обязательных элементов. И всякое положение, относительно запретности которого (в молитве) разошлись, мы имеем право доказывать этим хадисом его незапретность, ибо если бы оно было запретным, то было бы обязательным облечься в его противоположность, поскольку запрет чего-либо есть повеление к одной из противоположностей ему; а если бы облечение в противоположность было обязательным, оно было бы упомянуто, согласно тому, что мы установили. Так стало из числа следствий запрета — повеление к противоположности, а из числа следствий повеления к противоположности — упоминание его в хадисе, согласно установленному нами; и если отсутствует его упоминание — то есть повеления облечься в противоположность, — то отсутствует то, что из него следует, то есть повеление к противоположности; а если отсутствует повеление к противоположности, то отсутствует то, что из него следует, то есть запрет на ту вещь.
Эти три пути можно использовать в качестве доводов относительно многих вопросов, связанных с молитвой, однако на исследователя, стремящегося к глубокому анализу в этом, возлагаются три обязанности:
Первая: собрать все версии (риваяты) этого хадиса, перечислить упомянутые в нём элементы и брать во внимание всё добавленное, [версию] за [версией], ибо принятие добавленного обязательно.
Вторая: если установлен довод на одно из двух — либо обязательность, либо необязательность, — то обязательно действовать по нему, пока ему не противоречит нечто более сильное; а в разделе отрицания следует проявлять особую осторожность, — так пусть при противоречии рассматривается более сильный из двух доводов, и по нему и действуют.
По-нашему мнению, если доказана необязательность чего-либо по причине его упоминания в хадисе [без указания на обязательность], а затем в другом хадисе приходит форма повеления относительно этого, то предпочтение отдаётся форме повеления, хотя можно было бы сказать: хадис — довод на необязательность, а форма повеления толкуется как рекомендация (надб); однако по-нашему мнению, то первое сильнее, ибо необязательность зависит от дополнительной предпосылки — а именно, что отсутствие упоминания в риваяте указывает на отсутствие упоминания в самом деле [Пророка], а это иная предпосылка, чем та, которую мы установили, — а именно, что отсутствие упоминания указывает на необязательность, ибо там имеется в виду, что отсутствие упоминания в самом деле Посланника ﷺ указывает на необязательность, поскольку это место разъяснения. А отсутствие упоминания в самом деле — иное, чем отсутствие упоминания в риваяте; отсутствие же упоминания в риваяте указывает на отсутствие упоминания в самом деле лишь посредством рассуждения: если бы это было, то было бы упомянуто, — или посредством того, что изначальное положение — отсутствие этого; а эта предпосылка слабее, чем указание повеления на обязательность.
К тому же хадис, содержащий повеление, представляет собой установление добавления, а по добавлению следует действовать.
Всё это рассуждение строится на признании действия формы повеления в смысле обязательности, что и является явным её значением, тогда как оппонент выводит её из истинного значения на основании довода отсутствия упоминания, — так что исследователю-аналитику нужно взвешивать между предположением, извлекаемым из отсутствия упоминания в риваяте, и предположением, извлекаемым из того, что форма выражает обязательность; и второе по-нашему мнению предпочтительнее.
Третья: придерживаться одного метода и не применять в одном месте то, от чего отказывается в другом, чтобы его рассуждение не сбивалось с пути, и применять принятые правила в этом деле единообразно, ибо такое расхождение во взглядах случается нередко в рассуждениях многих спорящих. Конец слов Ибн Дакыка аль-Ыйда, да помилует его Всевышний Аллах (**).
Алляма ас-Сан'ани, да помилует его Аллах, записал добавления, на которые указал Ибн Дакык аль-Ыйд в приведённых выше словах, сказав:
«Пусть будут собраны его формулировки, рассеянные по основным сборникам (уммахат), в которых есть добавления сверх упомянутого в «аль-Умда». Абу Дауд, ат-Термизи и ан-Насаи передали от хадиса Рифаа этот хадис, и в нём:«
«Люди испугались, и им стало тяжело от мысли, что тот, чья молитва легче, окажется не совершившим молитву вовсе». Он сказал: тогда человек сказал: «Покажи мне и научи меня, ведь я лишь человек — ошибаюсь и заблуждаюсь». Он сказал: «Хорошо. Когда встанешь на молитву, соверши омовение, как повелел тебе Аллах, затем произнеси свидетельство веры, затем произнеси азан, и если у тебя есть [знание] Корана — [читай его], а если нет — восхвали Аллаха, произнеси слова единобожия и возвеличивания» — и до слов: «Если ты сделал это, то твоя молитва завершена полностью, а если ты что-то из этого убавил, то убавил из своей молитвы»». Он сказал: и это было легче для них, чем первое [понимание], так как если человек что-то убавит из этого, то убавится лишь часть его молитвы, а не она вся.
В одном из вариантов риваята Абу Хурайры: «Молитва никого из людей не будет полной, пока он не совершит омовение, и не поместит воду в места омовения — то есть его положенные части, — затем произнесёт возвеличивание, восхвалит Аллаха ﷻ, воздаст Ему хвалу, а затем прочитает то, что желает из Корана». Далее в этом риваяте упомянуто произнесение такбира при переходах и слов «сами‘а Ллаху ли ман хамидах».
В другом варианте: «...пока не совершит полное омовение так, как повелел ему Аллах: пусть омоет лицо и руки до локтей, оботрёт голову и омоет ноги до щиколоток, затем произнесёт возвеличивание Аллаха, восхвалит Его, а затем прочитает из Корана».
В другом варианте: «Когда встанешь и обратишься к кибле, произнеси такбир, затем прочитай «Мать Корана» [суру аль-Фатиха] и то, что Аллах пожелает, чтобы ты прочитал. Когда совершаешь поясной поклон — положи ладони на колени и вытяни спину прямо. Когда совершаешь земной поклон — утвердись в земном поклоне основательно. Когда поднимешься — сядь на левое бедро, затем произнеси свидетельство веры». А в другом варианте: «Когда сядешь в середине молитвы, будь спокоен и расстели своё левое бедро, затем произнеси свидетельство веры».
В другом варианте, после упоминания омовения: «...затем произнеси свидетельство веры, затем произнеси азан, затем возвеличивание».
В другом варианте, после упоминания совершенного омовения: «...затем встань, обратись к кибле, затем произнеси возвеличивание».
Он сказал: это — свод дополнений во всех риваятах вместе, который мы привели ради его пользы в дальнейшем, если пожелает Всевышний Аллах. Конец текста из «Аль-‘Удда», часть 2, с. 359.
Хафиз (да будет милостив к нему Аллах) написал после передачи слов Ибн Дакика аль-Ида следующее: я исполнил то, на что он указал, и собрал крепкие пути передачи от Абу Хурайры и Рифа‘а, и продиктовал дополнения, которые в них содержатся. Из того, что не упомянуто явно из числа обязательных элементов, по которым есть согласие: намерение и последнее сидение. А из того, в чём есть разногласие: последнее свидетельство веры, молитва за Пророка ﷺ и приветствие в конце молитвы.
Ан-Навави сказал: это объясняется тем, что это было известно данному человеку [и без упоминания]. Конец.
Хафиз сказал: это нуждается в дополнении, а именно — в установлении доказательства обязательности упомянутого, как было изложено ранее, и в этом есть, помимо того, сомнение.
Он сказал: в этом [хадисе] есть указание на то, что азан, произнесение слов о защите от Сатаны (тааввуз), молитва открытия (дуа аль-истифтах), поднятие рук при вступлении в молитву и в других местах, положение правой руки на левую, произнесение такбиров при переходах, произнесение славословий в поясном и земном поклонах, различные положения сидения, положение руки на бедро и тому подобное, что не упомянуто в хадисе, — не является обязательным. Конец.
Это [утверждение хафиза] находится в положении возражения, поскольку часть из упомянутого установлена в некоторых других путях передачи, как было разъяснено ранее. Поэтому тому, кто не считает это обязательным, требуется доказательство необязательности, как было установлено ранее. Конец слов хафиза, да будет милостив к нему Всевышний Аллах.
Седьмой вопрос: имам Ибн Дакик аль-Ид (да будет милостив к нему Аллах) также сказал: было указано ранее, что иногда, желая отрицать обязательность чего-либо, прибегают к доводу о том, что это не упомянуто в хадисе. Так поступили в ряде вопросов:
Из их числа: [утверждение], что азан не является обязательным, в противоречие тем, кто считал его обязательным, на том основании, что он не упомянут в хадисе. Это, согласно тому, что мы установили, требует, чтобы доказательство, указывающее на его обязательность, не имело перевеса у противной стороны, и чтобы он не был упомянут во всех путях передачи данного хадиса. А поскольку в некоторых путях передачи этого хадиса пришло повеление об азане, то, если это достоверно, отсутствует одно из двух условий, которые мы установили.
Составитель говорит: ранее в книге об азане были приведены доказательства обязательности азана, и, кроме того, в некоторых путях передачи данного хадиса упомянут азан. Поэтому более обоснованным является мнение об его обязательности. Вдумайся. И Всевышний Аллах знает лучше.
Из их числа: доказательство необязательности молитвы открытия (дуа аль-истифтах) на основании того, что он не упомянут. Передано от некоторых поздних учёных, чья твёрдая опора в фикхе не была прочна, из числа приписываемых не к аш-Шафи‘и, что аш-Шафи‘и считал его обязательным, но это, безусловно, ошибка. Если никто другой не передал этого, то ошибка исходит от него самого, а если это передали и другие, как кади Ийяд (да будет милостив к нему Аллах) и подобные ему из числа выдающихся учёных, то ошибка исходит от них, а не от него.
Из их числа: доказательство некоторых маликитов посредством этого хадиса о необязательности последнего свидетельства веры на основании того же довода — отсутствия упоминания. Однако тот, кто приводит этот довод, не касается вопроса о приветствии (таслим), поскольку ханафиты имеют право привести тот же довод в отношении необязательности приветствия — при том, что материал один и тот же, — если только он не имеет в виду, что доказательство, противоречащее обязательности приветствия, сильнее доказательства его необязательности, и поэтому он его оставил, в отличие от свидетельства веры. В этом случае можно сказать два момента:
Первый: что доказательство обязательности свидетельства веры — это повеление, и оно сильнее того, что мы упомянули [об отсутствии упоминания]. В целом, он имеет право сравнивать перевес доводов между двумя группами и обосновывать свою позицию, и рассуждение по этому поводу остаётся открытым для того, что будет сказано.
Второй: что указание выражения на что-либо не отрицает противодействия более весомого препятствующего фактора, ибо указание — это одно, и оно относится либо к самому выражению, либо к тому фактору, взгляд на который отдельно установил бы решение; а это не отрицает существования противодействующего фактора.
Да, если бы довод строился на выражении, допускающем два равных смысла, то указание отсутствовало бы. Иногда термин «довод» применяется к полному доказательству, которым обязательность устанавливается, и это предполагает отсутствие более весомого противодействующего фактора. Предпочтительнее использовать первый путь при указаниях выражений Книги и Сунны, и на том, кто утверждает наличие более весомого противодействующего фактора, лежит обязанность привести доказательство. Конец слов Ибн Дакика аль-Ида, да будет милостив к нему Всевышний Аллах.
Восьмой вопрос: имам Ибн Дакик аль-Ид (да будет милостив к нему Аллах) также сказал: его слово («затем произнеси возвеличивание») использовано как доказательство обязательности именно такбира [в конкретной формулировке]. Абу Ханифа же расходится в этом и говорит: если человек произнесёт то, что подразумевает возвеличивание, как, например, слова «Аллах величайший» или «Аллах превелик», то этого достаточно. Это его взгляд, обращённый к смыслу — что цель есть возвеличивание, а оно достигается любым выражением, указывающим на него. Другие же придерживались буквы выражения, и, судя по его внешнему смыслу, оно указывает на конкретное определение такбира. Это подкрепляется тем, что в актах поклонения преобладает следование установленной форме (та‘аббуд), а такого много в них, поэтому предосторожность в них — следование [форме].
Кроме того, конкретность может быть тем, что требуется — я имею в виду именно возвеличивание словами «Аллах превелик» (Аллаху акбар), потому что ранги этих словословий различны, как на это указывают хадисы, и может оказаться, что одним рангом невозможно исполнить то, что предполагается другим. И это не противоречит тому, что общий смысл понятен, ибо предписанность в поклонении может заключаться именно в деталях, подобно тому как мы понимаем, что цель поясного поклона — возвеличивание через смирение, но если бы человек заменил его другим видом смирения, этого было бы недостаточно. Это подкрепляется постоянством практики общины мусульман входить в молитву именно этим выражением — «Аллаху акбар».
Кроме того, среди знатоков основ фикха распространено правило, что всякая выведенная (умозаключением) причина, которая приводит к отмене или ограничению текста, является недействительной. И из этого правила выводится решение данного вопроса, ибо если из текста выводится, что цель — просто возвеличивание в общем смысле, то конкретность такбира отменяется. Некоторые учёные, впрочем, высказали в отношении этого правила сомнения и разъяснения, но при условии его безусловного признания из него вытекает то, что мы упомянули. Конец.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: то, что сказал выдающийся учёный Ибн Дакик аль-Ид в этом вопросе, весьма прекрасно, а суть в том, что фраза «Аллаху акбар» является определённо необходимой для вступления в молитву, как это мнение большинства учёных. Разбор этого вопроса был приведён ранее в предыдущем вопросе, обратись к нему для приумножения знания. Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
Девятый вопрос: его слово («затем прочитай то, что тебе доступно из Корана») использовали как доказательство те, кто считает, что чтение Фатихи не является строго определённым. Ибн Дакик аль-Ид сказал: и обоснование этого таково — если человеку доступно что-либо иное, кроме Фатихи, и он прочитает это, он будет считаться исполнившим повеление и освободится от обязанности. Он сказал: те, кто утверждает обязательность именно Фатихи, ответили, что доказательство её определённости представляет собой ограничение общего [указания] в этом хадисе, но это возражение подвергается критике, поскольку это указание не является общим со всех сторон, а ограничено условием доступности, которое подразумевает выбор; общим оно было бы, только если бы было сказано: «читай Коран», а затем отдельно: «читай Фатиху книги». А некоторые сказали: это разъяснение неопределённого (муджмаль), но это тоже подвергается критике, ибо неопределённое — это то, чьё значение не ясно, а слово «то, что доступно» ясно, поскольку оно явно указывает на выбор.
Он сказал: и это приближается к истине, только если считать «ма» (то, что) местоимением связи и подразумевать под ним нечто конкретное — а именно Фатиху, — в силу того, что мусульмане в большинстве своём заучивают её наизусть, так что именно она является «доступной».
И сказано: это относится к случаю, когда [Пророк ﷺ] узнал о состоянии этого человека, что он не заучил «Фатиху», а тому, кто в таком положении, обязательно чтение того, что легко дастся. И сказано: это отменено доводом, указывающим на обязательность именно «Фатихи». Не секрет слабость обоих этих мнений, однако это допустимо, а при наличии допущения нельзя оставлять явный текст, а именно его слово: «Не засчитывается молитва, в которой не читается «Открывающая Книгу»».
И сказано: его слово «то, что легко дастся» относится к тому, что читается сверх «Фатихи», в целях согласования этого с доводом об обязательности «Фатихи», и это подтверждается риваятом, приведённым ранее от Ахмада и Ибн Хиббана, где сказано: «Читай мать Корана, затем читай что пожелаешь». Сказал это [Ибн Хаджар] в «Фатхе». А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Десятый вопрос: этим [хадисом] приводится довод на обязательность спокойного пребывания (тума'нина) в столпах молитвы, и некоторые из тех, кто не придерживался этого мнения, оправдывались тем, что это — добавление к тексту, поскольку то, что предписано в Коране, — это простое совершение земного поклона в целом, а это подтверждается и без спокойного пребывания, так что спокойное пребывание — добавление, а добавление к достоверно переданному (мутаватир) через единичную передачу (ахад) не принимается во внимание. Этому возразили тем, что это не добавление, а разъяснение того, что подразумевается под земным поклоном, и что он отличается от земного поклона в языковом значении, поскольку последний — это простое положение лба на землю, а сунна разъяснила, что земной поклон в шариатском смысле — тот, что совершается со спокойным пребыванием. И это подтверждается тем, что аят был ниспослан в подтверждение обязательности земного поклона, а Пророк ﷺ и те, кто был с ним, молились и до этого, и Пророк ﷺ не совершал молитву без спокойного пребывания. Сказал это также [Ибн Хаджар] в «Фатхе». А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Не желаю я ничего, кроме исправления, насколько это в моих силах, и нет мне содействия, кроме как от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь.
***
8 — Слово, которым открывается молитва
То есть это глава, в которой упоминаются два хадиса, указывающие на упоминание [Аллаха], которым молящийся открывает свою молитву.
«Слово» здесь — совокупность (мн. число), то есть слова упоминания, которые приводятся в упомянутых двух хадисах, ибо «слово» (аль-каул) применяется в значении, охватывающем и слово (аль-калима), и словосочетание (аль-калим), и речь (аль-калям), как сказал Ибн Малик (да помилует его Аллах) в «Хуласе»:
Наша речь — слово со смыслом, как «истакым» (стой прямо),
имя, и глагол, затем частица — [это] слова (аль-калим).
Единственное число от него — слово (калима), а «каул» — общее,
и словом (калима) иногда называют и речь (калям).
А «ифтатаха» (открывается) — в форме страдательного залога, то есть начинается, а «молитва» — заместитель действующего лица. А в «Кубра» — «тафтатиху» с двумя «т». А Аллах Всевышний знает лучше.
885 — Сообщил нам Мухаммад ибн Вахб, сказал: рассказал нам Мухаммад ибн Салама от Абу Абд ар-Рахима, сказал: рассказал мне Зайд — это Ибн Аби Унайса — от Амра ибн Мурры, от Аун ибн Абдуллаха, от Абдуллаха ибн Умара, который сказал: встал человек позади Пророка Аллаха ﷺ и сказал: «Аллах превелик, безмерна хвала Аллаху, и пречист Аллах утром и вечером». И сказал Пророк Аллаха ﷺ: «Кто произнёс эти слова?» Сказал один человек: «Я, о Пророк Аллаха!» Он сказал: «Двенадцать ангелов поспешили к ним [чтобы записать их]».
Передатчики этого иснада: семь человек
1 — (Мухаммад ибн Вахб) ибн Умар ибн Аби Карима, Абу аль-Муафа аль-Харрани, умер в 243 году, правдивый (садук), из [10-го поколения], передавал от него ан-Насаи, упомянут ранее в 191/306.
2 — (Мухаммад ибн Салама) ибн Абдуллах аль-Бахили, вольноотпущенник их, аль-Харрани, умер в 191 году по достоверному мнению, надёжный (сика), из [9-го поколения], передавали от него аль-Бухари в «Части о чтении за имамом», Муслим и четверо [составителей сборников], упомянут ранее в 191/306.
3 — (Абу Абд ар-Рахим) Халид ибн Аби Язид/Сумак ибн Рустам аль-Умави, вольноотпущенник их, аль-Харрани, умер в 144 году, надёжный (сика), из [6-го поколения], и сказано: имя его отца — Язид, и сказано: имя его деда — Саммаль, передавали от него аль-Бухари в «Адаб аль-муфрад», Муслим, Абу Дауд и ан-Насаи, упомянут ранее в 191/306.
4 — (Зайд ибн Аби Унайса) аль-Джазари, Абу Усама аль-Куфи, обосновавшийся в ар-Руха, умер в 119 году, в возрасте 36 лет, надёжный (сика), имеющий отдельные передачи (афрад), из [6-го поколения], передавала от него вся группа [составителей шести сборников], упомянут ранее в 191/306.
5 — (Амр ибн Мурра) ибн Абдуллах ибн Тарик аль-Джамали аль-Муради, Абу Абдуллах аль-Куфи, слепой, умер в 118 году, надёжный (сика), богобоязненный, не занимался тадлисом, был обвинён в приверженности иджа (мурджиизме), из [5-го поколения], передавала от него вся группа, упомянут ранее в 171/265.
6 — (Аун ибн Абдуллах) ибн Утба ибн Масуд аль-Хузали, Абу Абдуллах аль-Куфи, аскет, брат Убайдуллаха ибн Абдуллаха ибн Утбы, знатока фикха, надёжный (сика), богобоязненный, из [4-го поколения].
Сказали Ахмад, Яхья ибн Маин, аль-Иджли и ан-Насаи: надёжный. Сказал Ибн аль-Мадини: сказал Аун: «Я молился позади Абу Хурайры». Упомянул ад-Даракутни, что его передача от Ибн Масуда — обрывочная (мурсаля). Сказал Ибн Саад: когда Умар ибн Абд аль-Азиз стал халифом, отправился к нему Аун ибн Абдуллах, Умар ибн Зарр и Абу ас-Саббах Муса ибн Аби Касир, и они спорили с ним об иджа (мурджиизме), и они утверждали, что он согласился с ними, а Аун был надёжным передатчиком, много передававшим в обрывочной форме (ирсаль). Сказал аль-Асмаи от Абу Науфа аль-Хузали, от его отца: он был из наиболее образованных и сведущих в фикхе жителей Медины, и был мурджиитом, затем отошёл от этого, и сказал стихи об этом [размером «вафир»], среди которых:
Первое, в чём мы разошлись без сомнения,
мы разошлись со словами мурджиитов.
Они говорили: «Верующий из числа несправедливых»,
но верующие не бывают несправедливыми.
Они говорили: «Кровь верующего разрешена»,
но кровь мусульман запрещена.
Затем он выступил с Ибн аль-Аш‘асом, и бежал, когда они бежали, и пришёл к Мухаммаду ибн Марвану в Насибин, и тот дал ему безопасность и приблизил к себе его сына, затем он сопровождал Умара ибн Абд аль-Азиза в его правление, и имел у него определённое положение. И выступил Джарир, и остановился у дверей Умара ибн Абд аль-Азиза, и долго там пребывал, и написал Ауну ибн Абдуллаху [размером «баситъ»]:
О чтец, распустивший свою чалму,
это твоё время, а моё уже прошло.
Передай нашему халифу, если встретишь его,
что я у дверей, как связанный в путах.
Сказал Ибн Уяйна от Абу Харуна Мусы ибн Аби Иса: Аун рассказывал нам, и его борода была влажной от слёз. От аль-Масуди: сказал Аун ибн Абдуллах: «Те, кто были до нас, отдавали своему мирскому то, что оставалось от их будущей жизни (загробной), а вы сегодня отдаёте своей будущей жизни то, что остаётся от вашей мирской». От Ибн Аджлана: Аун ибн Абдуллах говорил: «Сегодня — тренировка, а завтра — состязание, и приз — Рай, а предел — Огонь; прощением вы спасётесь, милостью войдёте в Рай, а по делам будете разделены по степеням». Сказал аль-Иджли: он придерживался мнения иджа, затем оставил его. Сказал Ибн Хиббан в «Надёжных из числа таби‘инов»: он был из числа аскетов и чтецов Куфы, передавал от Абу Хурайры, если он действительно слышал от него, и застал Абу Джухайфу. Сказал аль-Бухари: слышал от Абу Хурайры и Ибн Амра. Упомянул его аль-Бухари среди тех, кто умер между 110 и 120 годами. Передавала от него вся группа, кроме аль-Бухари.
7 — (Абдуллах ибн Умар) ибн аль-Хаттаб (да будут довольны ими обоими Аллах), упомянут ранее в 12/12. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада
Из них: что это одна из «семичленных» передач автора (саба‘иййат), и что все передатчики в нём надёжные, и что первые трое — харранцы, а Зайд ибн Аби Унайса — куфиец, затем обосновавшийся в ар-Руха, а Амр и Аун — куфийцы, а Ибн Умар — мединец.
Из них: что его шейх передал этот хадис в одиночку (инфирад).
Из них: что в нём есть передача таби‘и от таби‘и — Амр от Ауна.
Из них: что в нём присутствует его слово «это Ибн Аби Унайса», и это указание на известное правило у знатоков науки [хадиса], а именно: если передатчик хочет уточнить имя не своего шейха [а того, от кого передаёт его шейх], он должен вставить разделитель между своими словами и словами своего шейха, чтобы не приписать шейху то, чего он не говорил, и это относится к проявлению осторожности (вара‘), и это правило уже упоминалось не раз. А говорящий «это» и т. д. — это Мухаммад ибн Салама или кто-то из передатчиков после него, так что обрати внимание. А Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса
(От Абдуллаха ибн Умара) (да будет доволен ими обоими Аллах) передаётся, что он (сказал: «Встал человек за пророком Аллаха ﷺ и сказал:«) — а в риваяте, который приводится после этого: «Однажды, когда мы совершали молитву вместе с посланником Аллаха ﷺ, некий человек из числа присутствующих сказал (Аллах превелик)» — это подлежащее и сказуемое.
Аль-Кари (да помилует его Аллах) сказал: то есть Он превелик — превыше того, чтобы можно было познать суть Его величия и могущества, или превыше того, чтобы приписывать Ему то, что не подобает Его величию, или превелик над всем сущим.
В «Гарибайн» сказано: смысл этого — «Аллах велик». Некоторые исследователи разъяснили, что форма «афъаль» (сравнительная степень) может быть оторвана от своего связуемого слова, имея целью саму усилительность и выражение преувеличения, — подобно тому, как говорят: «такой-то даёт и удерживает», то есть эти действия реально присущи ему, а выражение преувеличения проявляется в том, что описываемый уникален в этом качестве, и дело его в этом достигает такой степени, что невозможно представить себе кого-либо, кто делил бы с ним это качество. На этом основании толкуются все качества Творца, велик Он и всевышен, подобные «а‘лям» («более знающий»).
Ибн аль-Хумам сказал: форма «афъаль» и форма «фа‘иль» в отношении Его качеств равнозначны, ибо словом «акбар» («более велик») не имеется в виду утверждение превосходства в этом качестве по сравнению с кем-то другим при наличии соучастия, поскольку никто не равен Ему в самой основе величия, — так что «афъаль» здесь имеет смысл «фа‘иль». Но в «аль-Магриб» сказано: «Аллах превелик над всем сущим», а толкование этого словом «кабир» (просто «великий») слабое. Возможно, что смысл единства «кабир» и «акбар» в Его качествах состоит в том, что под «кабир», к которому относится величие по отношению ко всему прочему, подразумевается, что всё прочее по сравнению с Ним не является великим, и именно этот смысл имеется в виду в слове «акбар» — вдумайся в это. Но поскольку этот смысл в «акбар» проявляется более явно, некоторые не допускали в такбире открытия молитвы иных слов, кроме как «Аллах акбар». Так сказал аль-Кари в «аль-Миркат» (сноска 1).
(Кабиран — «превелик») — стоит в винительном падеже как дополнение к опущенному глаголу, то есть «Он превелик (акбару) великим (кабиран) величием», либо как определение к опущенному слову, то есть «возвеличивание великое», либо как обстоятельство, усиливающее смысл предложения. Так сказано в «аль-Манхаль» (сноска 1).
(«Аль-хамду лиллях» — «хвала Аллаху») — тоже подлежащее и сказуемое (кясиран — «премного») — определение к опущенному отглагольному имени, то есть «хвала премногая».
(«Субхана-Ллях» — «пречист Аллах») — аль-Азхари (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: смысл выражения «субхана-Ллях» — это провозглашение пречистости Аллаха от наличия супруги и детей. Также сказано: провозглашение пречистости Аллаха Всевышнего от всего, чем Его не подобает описывать. А винительный падеж этого слова обусловлен тем, что оно стоит на месте глагола со смыслом «прославления Его»: говорят «саббахту-Лляха тасбихан ляху», то есть «я прославил Его прославлением», то есть «очистил Его очищением» (сноска 2).
(«Букратан ва асилян» — «утром и вечером») — то есть в начале дня и в конце его; оба слова стоят в винительном падеже как обстоятельства времени, а управляющее слово — «субхана». Эти два времени были выделены особо ввиду того, что в них собираются ангелы ночи и ангелы дня. Так упомянул аль-Абхари и автор «аль-Мафатих». Возможно также, что смысл этой особой выделенности — провозглашение пречистости Аллаха Всевышнего от изменения в те времена, когда меняется устроение мироздания. Ат-Тыби сказал: наиболее явное толкование — что этими двумя временами подразумевается постоянство, как в словах Всевышнего: «И для них там пропитание их утром и вечером». Так сказал аль-Кари (да помилует его Аллах Всевышний) (сноска 3).
(«Тогда пророк Аллаха ﷺ сказал: «Кто произнёс эти слова?»») — а в риваяте Муслима: «Кто сказавший то-то и то-то?» Под «словом» (калима) он имел в виду «речь» (калям), поскольку слово «калима» употребляется в языке в значении «речь», как в словах Всевышнего: «Никак! Это — слово, которое он произносит», — что указывает на слова [Мусы]: «Господь мой, верни меня! Быть может, я стану совершать праведные дела из того, что оставил» — и далее аят. И ранее уже приводились слова Ибн Малика (да помилует его Аллах Всевышний):
«…и словом (калима) иногда обозначается и целая речь (калям)».
А спросил его пророк ﷺ, разъясняя величие значения этого слова и чтобы слушающие изучили его слова и говорили подобное ему. И Аллах Всевышний знает лучше.
(«Тогда человек сказал: «Я, о пророк Аллаха») — а в риваяте Муслима: «сказал человек из числа присутствующих: «я, о посланник Аллаха»» (тогда он сказал) ﷺ (действительно, к ней устремились двенадцать ангелов) — то есть состязались за неё, желая, чтобы каждый из них поднял её к Аллаху Всевышнему.
А в приводимом далее риваяте сказано: «Я подивился ей», — и упомянуто слово, смысл которого: «Открылись для неё врата небес». Ибн Умар сказал: «Я не оставлял этого с тех пор, как услышал, что посланник Аллаха ﷺ произносит это». А в формулировке Муслима: «сказал: «Я подивился ей, открылись для неё врата небес»», Ибн Умар сказал: «Я не оставлял их (эти слова) с тех пор, как услышал, что посланник Аллаха ﷺ говорит это».
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: в этом содержится указание на то, что запись некоторых деяний иногда ведут не только ангелы-хранители. Конец цитаты (сноска 1). А Аллах Всевышний знает лучше, и на Него упование, и на Него надежда.
Вопросы, связанные с этим хадисом
Первый вопрос: о его степени.
Этот хадис Абдуллаха ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах) приводит Муслим.
Второй вопрос: о разъяснении мест, где автор приводит его.
Он приведён здесь — 8/885 — и в «аль-Кубра» — 8/959 — от Мухаммада ибн Вахба, от Мухаммада ибн Салямы, от Абу Абд ар-Рахима, от Зайда ибн Аби Аниса, от Амра ибн Мурры, от Авна ибн Абдуллаха, от него.
И в 8/886 — «аль-Кубра» — 8/960 — от Мухаммада ибн Шуджа аль-Марвази, от Исмаила ибн Улаййи, от Хаджжаджа ибн Аби Усмана, от Абу аз-Зубайра, от Авна ибн Абдуллаха, от него. И Аллах Всевышний знает лучше.
Третий вопрос: о тех, кто приводит его вместе с ним.
Приводит его Муслим в «Книге молитвы» от Зухайра ибн Харба. И ат-Тирмизи в «Мольбах» от Ахмада ибн Ибрахима ад-Дауракы — оба они от Исмаила ибн Улаййи, от Хаджжаджа ибн Аби Усмана, через него. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
Четвёртый вопрос: о его пользах.
Из них: то, чему автор (да помилует его Аллах) дал заглавие — разъяснение того, какими словами поминания открывается молитва.
Из них: разъяснение той почести, которой Аллах удостоил этого славного сподвижника, внушив ему это поминание, огромное по своему значению.
Из них: что запись некоторых деяний берут на себя иные, кроме ангелов-хранителей, ввиду их благородства и великого положения перед Аллахом Всевышним, как уже было приведено от ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний).
Из них: разъяснение того, что ангелы состязаются в благих делах.
Из них: усердие Абдуллаха ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах) в удержании того, что он слышал от посланника Аллаха ﷺ из слов и деяний. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Он как покровитель.
886 — Сообщил нам Мухаммад ибн Шуджа аль-Марвази, сказал: рассказал нам Исмаил, от Хаджжаджа, от Абу аз-Зубайра, от Авна ибн Абдуллаха, от Ибн Умара, который сказал: «Однажды, когда мы совершали молитву вместе с посланником Аллаха ﷺ, некий человек из числа присутствующих сказал: «Аллах превелик величием, и хвала Аллаху премногая, и пречист Аллах утром и вечером», — тогда посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто сказавший то-то и то-то?» Некий человек из числа присутствующих сказал: «Я, о посланник Аллаха». Он сказал: «Я подивился ей»». И упомянул слово, смысл которого: «Открылись для неё врата небес». Ибн Умар сказал: «Я не оставлял этого с тех пор, как услышал посланника Аллаха ﷺ».
Передатчики этого иснада: шестеро
1 — (Мухаммад ибн Шуджа аль-Марвази) аль-Бакинди, Абу Абдуллах, поселившийся в Багдаде, надёжный (сика), из [десятого поколения]. Ибн Укда сказал: «Я слышал Мухаммада ибн Ахмада ибн Аби Хайсаму, который сказал: «Он был из числа надёжных передатчиков»». Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных. Он и ас-Саррадж сказали, что он умер в 244 году, а ас-Саррадж добавил: «в шаабане или рамадане». Ибн Кани сказал: «Он умер в 247 году». Аль-Хатыб сказал: «Первое мнение более достоверно». От него передавали ат-Тирмизи и автор (сноска 1).
Его слово «аль-Марвази» (сноска 2) — с фатхой над «мим» и удвоенным «ра» с даммой, после которого стоит «заль» с точкой — по отношению к Марв ар-Руду, известному месту в Хорасане между Балхом и Мервом, которое завоевал аль-Ахнаф ибн Кайс во времена правления Усмана (да будет доволен им Аллах). Чаще всего произносят это как «Марруз», по образцу слова «саффуд» (сноска 3).
(сноска 1) «Тахзиб аль-Камаль», т. 2, с. 358–460. «Тахзиб ат-Тахзиб», т. 9, с. 218. «ат-Такриб», с. 301.
(сноска 2) См. «ат-Такриб», с. 301. «Сифат ас-Сафва», с. 340–341. «Тадж аль-Арус», т. 2, с. 564.
(сноска 3) Ас-Саффуд, как «таннур»: железный шампур, на котором жарят. См. «аль-Камус».
Учёный аль-Фаюми (да помилует его Аллах) сказал: «Марвы» — это два города в Хорасане; один из них называется Марв аш-Шахиджан, а другой — Марвуруд, по образцу слова «анкабут» (паук), с буквой «заль» (ذ); его также называют Марруд, по образцу слова «таннур» (تنور); иногда добавляется определённый артикль, и говорят: Марв ар-Руд. Относительное имя от первого применительно к людям — «марвази», с добавлением «за» вопреки правилам аналогии, а относительное имя ткани — «марви» с сукуном на «ра», по его буквальному звучанию. Относительное имя от второго — по его буквальному звучанию — «марврузи»«. Конец слов аль-Фаюми (да помилует его Аллах Всевышний) (1).
Составитель (да простит его Аллах) говорит: некоторые указали, что в некоторых списках «аль-Муджтаба» встречается написание «аль-марвази» с буквой «за». Так же встречается это и в некоторых списках «т», и это искажение. Пусть будет внимателен.
Я говорю: эти два относительных имени часто путают между собой, и во многих книгах о передатчиках одно из них искажается в другое, особенно «аль-марруди» с буквой «заль» — его искажение встречается часто, поэтому следует быть внимательным к этому. Аллах Всевышний — податель успеха, и Он ведёт к самому прямому пути.
2 — (Исмаил) сын Ибрахима, известный как Ибн Улаййа, надёжный, хафиз, из [8-го поколения], упомянут ранее в 18/19.
3 — (Хаджжадж) сын Абу Усмана / Майсары, или Салима ас-Сауваф, Абу
ас-Сальт аль-Кинди, мавля их, басриец, умер в 143 году, из [6-го поколения], надёжный, хафиз, передавали от него все составители сборников, упомянут ранее в 12/790.
4 — (Абу аз-Зубайр) Мухаммад сын Муслима сына Тадруса аль-Асади, мавля их, мекканец, правдивый, но практикинг тадлис, умер в 126 году, из [4-го поколения], передавали от него все составители сборников, упомянут ранее в 31/35.
Остальные двое упомянуты ранее в предыдущем иснаде, равно как и разбор хадиса и связанные с ним вопросы, поэтому нет необходимости удлинять книгу их повторением. Аллах Всевышний знает лучше.
Не желаю я ничего иного, кроме исправления, насколько это в моих силах, и мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь.
***
9 — глава о наложении правой руки на левую в молитве
То есть эта глава посвящена упоминанию хадиса, указывающего на дозволенность наложения правой руки на левую во время стояния в молитве.
887 — сообщил нам Суваид сын Насра, сказал: сообщил нам Абдуллах, от Мусы сына Умайра аль-Анбари и Кайса сына Сулайма аль-Анбари, они оба сказали: рассказал нам Алькама сын Ваиля, от своего отца, который сказал: я видел Посланника Аллаха ﷺ, когда он стоял в молитве, накладывающим свою правую руку на левую.
Передатчики этого иснада: шестеро
1 — (Суваид сын Насра) аль-Марвази, надёжный, из [10-го поколения], от него передавали ат-Тирмизи и ан-Насаи, упомянут ранее в 45/55.
2 — (Абдуллах) сын аль-Мубарака аль-Марвази, имам, доказательство, твёрдый, из [8-го поколения], передавали от него все составители сборников, упомянут ранее в 32/36.
3 — (Муса сын Умайра (1) аль-Анбари) — он ат-Тайми аль-Куфи, надёжный, из старших [7-го поколения].
Ибн Маин, Абу Хатим, Мухаммад сын Абдуллаха ибн Нумайра, аль-Хатыб, аль-Аджли и ад-Дулаби сказали: надёжный. Абу Зур'а сказал: в нём нет вреда. Составитель передал от него только хадис данной главы (2).
(2) «тт», т. 10, с. 364. «т», с. 352.
Его слово («аль-Анбари») — с фатхой на «айн» и на «ба», между ними покоящийся «нун» — относительное имя от аль-Анбар сына Амра сына Тамима Мурра сына Адда сына Тахиты сына Ильяса сына Мудара сына Низара. Конец цитаты из «Лубб аль-любаб», т. 2, с. 123, с добавлением из «аль-Ансаб».
4 — (Кайс сын Сулайма (1) аль-Анбари) — он ат-Тамими аль-Куфи, надёжный, из [7-го поколения], передавали от него аль-Бухари в «Раф' аль-Йадайн», Муслим и ан-Насаи.
Абу Зур'а и Абу Хатим сказали: надёжный. Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных и сказал: он никогда не поднимал голову к небу из благоговения перед Аллахом. У Муслима есть от него хадис Джабира о людях, выходящих из огня, а у ан-Насаи — два хадиса от Ваиля о молитве (2).
5 — (Алькама сын Ваиля) сына Худжра аль-Хадрами аль-Куфи, правдивый, из [3-го поколения], передавали от него аль-Бухари в «Раф' аль-Йадайн» и в «аль-Адаб аль-муфрад», Муслим и составители четырёх сборников.
Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных. Ибн Са'д упомянул его в третьем разряде куфийцев и сказал: он был надёжным, с малым числом хадисов. Аль-Аскари передал от Ибн Маина, что он сказал: Алькама сын Ваиля от своего отца — это мурсаль (2).
(2) «тт», т. 8, с. 398. «т», с. 283.
(3) «тт», т. 7, с. 280.
Ат-Тирмизи также сказал в «аль-Иляль аль-кабир»: я спросил Мухаммада об Алькаме сыне Ваиля: слышал ли он от своего отца? Он сказал: он родился через шесть месяцев после смерти своего отца. Ат-Тирмизи также сказал в «аль-Джами'»: он слышал от своего отца, и он старше Абд аль-Джаббара сына Ваиля, а Абд аль-Джаббар не слышал от своего отца. Аль-Аджли сказал: куфиец, последователь, надёжный. Аз-Захаби сказал в «аль-Мизан»: правдивый, однако Йахья ибн Маин говорит о нём, что его передача от отца — мурсаль. И сказал он в «т»: правдивый, однако он не слышал от своего отца (1).
Составитель (да простит его Аллах) говорит: на основании того, что он слышал от своего отца, как сказал имам ат-Тирмизи (да помилует его Аллах) в «аль-Джами'», поступил имам Муслим (да помилует его Аллах), поскольку он привёл его передачи от отца в своём «Сахихе». Аллах Всевышний знает лучше.
6 — (Ваиль сын Худжра) — с даммой на «ха» и сукуном на «джим» — сын Са'да сына Масрука аль-Хадрами, известный сподвижник, был из царей Йемена, затем поселился в Куфе, умер во время правления Муавии (да будет доволен им Аллах), упомянут ранее в 4/879. Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада
Среди них: он относится к шестизвенным иснадам составителя (да помилует его Аллах), и его передатчики — надёжные, и они куфийцы, кроме его шейха и шейха его шейха, которые оба марвазийцы; в нём есть передача сына от отца; в нём есть «извещение» (ахбар), «рассказ» (тахдис) и «ан'ана». Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса
Его слова (от Ваиля сына Худжра, да будет доволен им Аллах, что он сказал: я видел Посланника Аллаха ﷺ, когда он стоял в молитве) — подразумевается стояние, которое следует за вступительным такбиром, поскольку в следующей риваяте, после этой главы, сказано: «Он встал и произнёс такбир, поднял свои руки, пока они не оказались на уровне его ушей, затем положил свою правую руку на свою левую ладонь...» и так далее хадис. Таким образом, это не охватывает стояние после поклона (руку'), и опора некоторых на его слова «когда он стоял» в качестве доказательства для стояния после поклона неверна; уточнение этого будет представлено при разборе упомянутого хадиса, если Аллах Всевышний пожелает.
(Наложил свою правую руку на левую) — далее, в следующем хадисе, после этой главы, будет разъяснена форма наложения и его место, а именно то, что он «положил свою правую руку на свою левую ладонь, запястье и предплечье».
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: учёные сказали: мудрость в этой форме состоит в том, что это положение просящего, смиренного, и оно более защищает от суетливых движений и ближе к смирению. Из тонкостей — слова некоторых: сердце — место намерения, и в обычае того, кто оберегает что-то, — класть на него руки. Конец цитаты (1). Аллах Всевышний знает лучше, и Он — тот, у Кого просят помощи, и на Него уповают.
Вопросы, связанные с этим хадисом
Первый вопрос: о его степени:
Этот хадис Ваиля сына Худжра (да будет доволен им Аллах) достоверный (сахих).
Второй вопрос: о разъяснении его мест у составителя и о том, кто передал его вместе с ним:
Он передал его здесь — 9/887 — и в «аль-Кубра» — 9/961 — с упомянутым иснадом, и в этой формулировке это из его отдельных передач; никто из составителей основных сборников не передал его, кроме него, а Ахмад передал его, т. 4, с. 316.
Далее он будет приведён в других местах с иной формулировкой, и там мы разъясним, кто передал его вместе с ним из составителей основных сборников, если Аллах Всевышний пожелает. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
Второй вопрос: о разъяснении разногласия учёных относительно наложения правой руки на левую в молитве:
Имам Абу Бакр ибн аль-Мунзир (да помилует его Аллах Всевышний) сказал, суть чего такова: установлено, что Пророк ﷺ брал свою левую руку своей правой, когда входил в молитву, и мы говорим так же.
Среди тех, кто считал, что правая рука накладывается на левую в молитве, — Малик ибн Анас, Ахмад и Исхак, и это передано также от аш-Шафи'и. Сторонники умозрительного мнения сказали: желательно опираться правой рукой на левую, стоя в молитве.
Мы передали от нескольких учёных, что они оставляли свои руки в молитве свободно опущенными, и нельзя делать пренебрежение того, кто пренебрёг применением сунны, или забыл её, или не знал о ней, доводом против того, кто знал её и применял.
Из тех, от кого мы передаём, что он отпускал руки (не складывал их), — Абдуллах ибн аз-Зубайр, аль-Хасан аль-Басри, Ибрахим ан-Наха‘и и Ибн Сирин. И передаётся, что Са‘ид ибн Джубайр увидел человека, молящегося с одной рукой, положенной на другую, подошёл и развёл их. Конец слов Ибн аль-Мунзира (да помилует его Аллах Всевышний) (2).
И сказал он в «Фатхе»: это мнение большинства сподвижников и последователей, и это то, что упомянул Малик в «Муватта», и Ибн аль-Мунзир и другие не передавали от Малика ничего иного. А Ибн аль-Касим передал от Малика отпускание рук, и к этому склонилось большинство его последователей, а от него же передаётся различение между обязательной и добровольной молитвой. Некоторые же считали удерживание рук нежелательным. Ибн аль-Хаджиб передал, что это касается случая, когда удерживают руки, опираясь на них, с целью отдыха. Конец (2).
И сказал хафиз Абу Умар ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах): сообщения от Пророка ﷺ по этому вопросу не разошлись, и мне не известно о разногласии среди сподвижников в этом деле, кроме того, что передаётся от Ибн аз-Зубайра, что он отпускал руки, когда молился, но передаётся от него и обратное.
И на этом сходится большинство последователей и большинство знатоков фикха среди рационалистов
(2) «Фатх», т. 2, с. 464–465.
и приверженцев предания. Что касается разногласия знатоков фикха в этом вопросе, то Малик — по риваяту Ибн аль-Касима от него — и аль-Лейс ибн Са‘д склонились к опусканию рук в молитве. Сказал Малик: положение одной руки на другую в молитве делают только в добровольных молитвах при долгом стоянии. Сказал: и оставление этого мне милее. Это риваят Ибн аль-Касима от него. А передал от него не Ибн аль-Касим: нет вреда в этом ни в обязательной, ни в добровольной молитве, и это риваят мединцев от него.
И сказал аль-Лейс: опускание рук в молитве мне милее, кроме случая, когда стояние затягивается и человек утомляется, тогда нет вреда положить правую на левую. Сказал Абд ар-Раззак: я видел Ибн Джурайджа молящимся в изаре и накидке с опущенными руками. И сказал аль-Аузаи: кто хочет — делает, кто хочет — оставляет. Это же мнение Атаа.
А сказали Суфьян ас-Саури, Абу Ханифа, аш-Шафи‘и и их последователи, аль-Хасан ибн Салих, Ахмад ибн Ханбаль, Исхак, Абу Саур, Абу Убайд, Дауд ибн Али и ат-Табари: молящийся кладёт правую руку на левую как в обязательной, так и в добровольной молитве, и все они сказали, что это установленная сунна. Сказал аш-Шафи‘и: у груди. И передаётся от Али ибн Абу Талиба, что он положил их на грудь. И от Тавуса передаётся, что он сказал: Посланник Аллаха ﷺ клал свою правую руку на левую руку, а затем закреплял их на груди, находясь в молитве.
И сказали ас-Саури, Абу Ханифа и Исхак: ниже пупка. И передаётся это от Али, Абу Хурайры, ан-Наха‘и, но это не подтверждается от них достоверно, и это мнение Абу Миджляза. А сказал Ахмад ибн Ханбаль: выше пупка, и это мнение Са‘ида ибн Джубайра. Сказал Ахмад ибн Ханбаль: а если ниже пупка, то нет в этом вреда.
Сказал Абу Умар (да помилует его Аллах): мы уже упомянули, что от сподвижников не передаётся ни от кого разногласия в этом вопросе с тем, что пришло от Пророка ﷺ в этом.
И передаётся от аль-Хасана и Ибрахима, что они оба отпускали свои руки в молитве, и это не является разногласием, ибо разногласие — это неприятие этого как нежелательного, а учёный может отпустить руки, чтобы показать людям, что это не является строгой обязанностью.
И упомянул Ибн Абу Шейба от Джарира от аль-Мугиры от Абу Ма‘шара от Ибрахима, сказавшего: нет вреда положить правую на левую в молитве. И упомянул от Умара ибн Харуна от Абдуллаха ибн Язида, сказавшего: я не видел, чтобы Са‘ид ибн аль-Мусаййиб сжимал свою правую руку на левой в молитве — он отпускал их. И это тоже допускает то, что мы упомянули.
И упомянул от Яхьи ибн Са‘ида от Абдуллаха ибн аль-Айзара, сказавшего: я обходил вместе с Са‘идом ибн Джубайром, и он увидел человека, молящегося, положив одну руку на другую — эту на эту, а эту на эту, — и подошёл и развёл их, затем вернулся. И это допускает, что он увидел, что тот положил левую руку своих рук на правую, и он оторвал её наподобие того, что передаётся от Пророка ﷺ, что он сделал с Ибн Мас‘удом. И передаётся от Са‘ида ибн Джубайра то, что подтверждает верность этого толкования, ибо достоверно установлено от него, что он клал свою правую руку на левую в своей молитве выше пупка.
Вот что передаётся от некоторых последователей в этом вопросе, и это не является разногласием, ибо ни от одного из них не подтверждено достоверно неприятие этого, а если бы это и подтвердилось, в этом не было бы довода, ибо довод — в сунне, для того, кто следует ей, а кто противоречит ей, тот побеждён ею доводом, тем более когда речь о сунне, разногласие с которой не подтверждено ни от одного из сподвижников. Конец слов хафиза Ибн Абд аль-Барра (да помилует его Аллах Всевышний) с сокращением (1).
И сказал учёный аш-Шаукани (да помилует его Аллах Всевышний), приведя разногласие, — вот его текст: большинство привело в доказательство предписанности положения рук хадисы главы, которые упомянул автор — то есть автор «аль-Мунтака» — и которые мы упомянули, а их двадцать, от восемнадцати сподвижников и последователей. И передал хафиз от Ибн Абд аль-Барра, что он сказал: не пришло от Пророка ﷺ в этом разногласия.
А приводившие в доказательство отпускания рук ссылались на упомянутый ранее хадис Джабира ибн Самуры со словами: «Что с вами, что я вижу вас поднимающими руки». А ты уже знаешь, что хадис Джабира касается частного случая.
Если скажешь: довод берётся из общности выражения, а не из частности причины. Мы скажем: если название «поднятие» применимо к положению рук, то самое меньшее — это то, что хадисы главы годятся для сужения этой общности; а если название «поднятие» к этому не применимо, то не годится приводить хадис Джабира в доказательство непредписанности этого.
Сказал составитель (да простит его Аллах): как далёк этот довод от истины! Где положение правой руки на левую в упомянутом ими хадисе Джабира ибн Самуры? Какое знание, какое понимание у того, кто приводит в доказательство подобное этому и оставляет то, что достоверно установлено от Посланника Аллаха ﷺ по многим путям от многочисленного числа сподвижников (да будет доволен ими Аллах) о положении правой руки на левую? Это поистине удивительная вещь!! И более удивительно то, что аш-Шаукани взялся отвечать на это при явной несостоятельности этого. И Аллах — Тот, к Кому обращаются за помощью.
Сказал: и привели они в доказательство также то, что это противоречит смиренности, к которой призывают в молитве. Сказал: это противоречие не доказано. Сказал аль-Махди в «аль-Бахре»: и нет смысла в словах наших сторонников, что это противоречит смиренности и покою.
Сказал составитель (да простит его Аллах): напротив, дело обратное — положение правой руки на левую ближе к смиренности, ибо это поза смиренного просителя, как было упомянуто ранее. Так что вникни с беспристрастностью и не пребывай в смятении из-за произвольного отклонения.
И привели они в доказательство также то, что Пророк ﷺ, обучая молитве человека, допустившего ошибку в ней, не упомянул о положении правой руки на левую. Так передал это от них Ибн Сайид ан-Нас, и это удивительно, ибо спор идёт о желательности положения рук, а не об обязательности его, и неупоминание этого в хадисе об ошибавшемся может служить доводом только для того, кто утверждает обязательность, а известно, что Пророк ﷺ ограничился упоминанием обязательных элементов в хадисе об ошибавшемся.
И более удивительны, чем этот довод, слова аль-Махди в «аль-Бахре», отвечающего на доводы большинства, а именно: мы скажем: что касается его деяния, то, возможно, оно было по некой причине, ввиду возможности этого, а что касается хадиса, то если он достоверен, то это сильный довод, но допускается, что это относится только к пророкам. Конец. Вот и конец слов аш-Шаукани (да помилует его Аллах Всевышний) (1).
Сказал составитель (да простит его Аллах): уже прояснилось и стало ясно из вышеизложенных слов проверяющих хафизов, таких как Ибн аль-Мунзир, Ибн Абд аль-Барр, Ибн Хаджар аль-Аскалани и аш-Шаукани (да помилует их всех Аллах Всевышний), что правильный мазхаб, на который прямо указывают достоверные хадисы и который подтверждают сообщения от сподвижников и последователей, — это то, к чему склонилось большинство: предписанность положения правой руки на левую в молитве. Так держись же этого, о беспристрастный искатель истины, и не застывай на мнении некоторых учёных, за которым нет никакой опоры из доводов. И Аллах (Свят Он и Велик) — покровитель содействия, и Он ведёт к прямейшему пути.
Замечание: привёл аль-Бухари (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе» от Абу Хазима от Сахля ибн Хунайфа, сказавшего: людям велели, чтобы человек класл правую руку на своё левое предплечье в молитве. Сказал Абу Хазим: и мне не известно иначе, кроме как что он относит это к Пророку ﷺ.
Сказал учёный аш-Шаукани (да помилует его Аллах): и этот хадис годится для доказательства обязательности положения руки на руку, поскольку у Сахля ибн Са‘да есть прямое указание, что людям это велели, и не годится для отвода от обязательности то, что есть в хадисе...в риваяте от Али со следующей формулировкой: «Из сунны в молитве — класть кисти на кисти под пупком». Так же и то, что содержится в хадисе Ибн Аббаса в формулировке: «Три [действия] из сунн посланников: ускорение разговения, отсрочка сухура и возложение правой [руки] на левую», — поскольку установлено, что термин «сунна» в языке людей шариата шире, чем в языке людей основ (усуль), при том что оба этих хадиса слабы. Обязательность подтверждает то, что передаётся, будто Али разъяснил слова Всевышнего: «Совершай молитву твоему Господу и режь жертву» тем, что это означает возложение правой руки на левую. Это передал ад-Даракутни, аль-Байхаки и аль-Хаким, который сказал: это наилучшее из того, что передано в толковании этого аята. У аль-Байхаки от Ибн Аббаса приводится подобное толкованию Али. Также аль-Байхаки передал, что Джибриль разъяснил этот аят Посланнику Аллаха ﷺ именно так. В иснаде этого [сообщения] — Исраиль ибн Хатим, которого Ибн Хиббан обвинял во лжи.
При всём этом продолжительная приверженность Пророка ﷺ этой сунне известна всякому передатчику, и одного этого достаточно для установления обязательности по мнению некоторых людей усуль. Поэтому мнение об обязательности является определённым, если только этому не препятствует иджма. Впрочем, мы не считаем иджму доказательной силой, более того — мы отрицаем самую возможность её [существования] и убеждены в невозможности её осуществления. Однако тот, кто считает хадис о человеке, неправильно совершавшем молитву, отвлекающим обстоятельством (карина сарифа) для всех повелений, касающихся действий, выходящих за его рамки, не признаёт эти доводы годными для доказательства обязательности. Конец слов аш-Шаукани, да помилует его Всевышний Аллах.
Составитель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: его слово (мнение об обязательности является определённым, если этому не препятствует иджма) — весьма хорошо. А что касается того, чтобы считать хадис о человеке, неправильно совершавшем молитву, отвлекающим от обязательности, то это неверно, поскольку нами прежде было установлено, что предпочтительным является мнение о том, что всё, что не упомянуто в этом хадисе, но на обязательность чего указывает контекст, должно быть принято, ведь дополнение в этом вопросе принимается. Вдумайся же. Аллах Всевышний — податель успеха, и Он ведёт к самому прямому пути.
Четвёртый вопрос: разъяснение разногласия учёных о месте возложения рук в молитве.
Этот вопрос обстоятельно исследовал выдающийся учёный Мухаммад ибн Абд ар-Рахман аль-Мубаракфури, да помилует его Аллах, в своей книге «Тухфат аль-ахвази би-шарх джами' ат-Тирмизи», проведя прекрасное исследование, и мне захотелось привести его здесь ввиду его ценности и полезности. Он, да помилует его Всевышний Аллах, сказал:
Знай, что согласно мазхабу имама Абу Ханифы мужчина возлагает руки в молитве под пупком, а женщина возлагает их на грудь, и от него самого, а также от его учеников не передано ничего противоречащего этому.
Что касается имама Малика, то от него передаются три риваята: первый — и это наиболее известный от него — что он опускает руки, как это передал автор «аль-Хидая» и ас-Сарахси в своём «аль-Мухит», и другие от Малика. Выдающийся учёный Абу Мухаммад Абдаллах аш-Шальси аль-Малики в своей книге, называемой «Икд аль-джавахир ас-самина фи мазхаб алим аль-Мадина», а также аз-Заркани в комментарии к «Муватта» упоминают, что опускание рук — это риваят Ибн аль-Касима от Малика. Аз-Заркани добавляет, что именно к этому пришло большинство его учеников. Второй риваят — что он возлагает руки под грудью, выше пупка; так упомянул аль-Айни в комментарии к «аль-Хидая» от Малика, а в «Икд аль-джавахир» сказано, что это риваят Матрафа и аль-Маджишуна от Малика. Третий риваят — что предоставляется выбор между возложением и опусканием рук; в «Икд аль-джавахир» и в комментарии к «Муватта» упомянуто, что это мнение мединских учеников Малика.
Что касается имама аш-Шафии, то от него также передаются три риваята: первый — что он возлагает их выше пупка; это то, что аш-Шафии упомянул в «аль-Умм», и это избранное, наиболее известное мнение среди его учеников, упоминаемое в большинстве их матнов и комментариев. Второй — возложение их на грудь; это риваят, который передал автор «аль-Хидая» от аш-Шафии, а аль-Айни сказал, что это упомянуто в «аль-Хави» из их книг. Третий — возложение их под пупком; этот риваят упомянут в комментарии к «аль-Минхадж» со словом «говорят», а в «аль-Мавахиб аль-людунния» сказано, что это риваят от некоторых учеников аш-Шафии.
Что касается имама Ахмада, да помилует его Аллах, то от него также передаются три риваята: первый — возложение их под пупком; второй — возложение их под грудью; третий — предоставление выбора между ними. Наиболее известный из риваятов от него — первый, и на нём [придерживается] большинство ханбалитов.
Всё это взято из «Фауз аль-крам» шейха Мухаммада Каима ас-Синди и «Дарахим ас-Сурра» Мухаммада Хашима ас-Синди.
Знай, что хадисы и асары, дошедшие по этому вопросу, различаются, и по этой причине среди имамов, да помилует их Всевышний Аллах, возникло разногласие. Я приведу их доводы в трёх разделах с разъяснением того, что говорит в их пользу, и того, что говорит против них.
Первый раздел: разъяснение позиции тех, кто склонился к возложению рук под пупком. Приверженцы этого мазхаба опираются на следующие хадисы:
Первый: хадис Ваиля ибн Худжра, да будет доволен им Аллах. Ибн Абу Шейба передал в своём «Мусаннафе»: рассказал нам Вакиа от Мусы ибн Умайра, от Алькамы ибн Ваиля ибн Худжра, от его отца, который сказал: «Я видел Посланника Аллаха ﷺ, возлагающего свою правую [руку] на левую под пупком». Хафиз аль-Касим ибн Кутлубуга в извлечении хадисов «аль-Ихтияр шарх аль-Мухтар» сказал: этот иснад хороший. Шейх Абид ас-Синди в «Тавали аль-анвар» сказал: его передатчики надёжны.
Я говорю: хотя иснад этого хадиса хороший, однако в подтверждении присутствия формулировки «под пупком» в этом хадисе есть весомое сомнение.
Шейх Мухаммад Хайят ас-Синди в своём послании «Фатх аль-Гафур» сказал: в добавлении «под пупком» есть сомнение, более того, это ошибка, источник которой — недосмотр, ведь я сверился со сверенной рукописью «аль-Мусаннафа» и обнаружил там этот хадис с этим же иснадом и этими же словами, но без «под пупком»; после этого хадиса приведён асар ан-Наха'и, формулировка которого близка к формулировке этого хадиса, и в его конце — «в молитве под пупком». Возможно, взгляд писца перескочил с одного места на другое, и он вставил слова остановленного (мавкуф) сообщения в возведённое (марфу'). Конец слов шейха Мухаммада Хайята ас-Синди.
Автор послания, называемого «ад-Дурра фи изхар гишш накд ас-Сурра», сказал: что касается того, чем аргументировали, приводя хадис Ваиля, переданный Ибн Абу Шейбой, то об этом хадисе много говорят. Он сказал: Ибн Абу Шейба передал этот хадис, а после него передал асар ан-Наха'и, и формулировки их близки, причём в конце асара стоит формулировка «под пупком». Рукописи различаются: в некоторых из них хадис приведён без указания места возложения рук, при наличии упомянутого асара, а в некоторых возведённый хадис приведён с добавлением слова «пупок» без асара ан-Наха'и. Возможно, причина этого добавления в том, что писец по недосмотру пропустил примерно строку в середине и включил слова асара в возведённый хадис, как возможно и то, что слова «под пупком» выпали в предыдущей рукописи. Однако различие двух рукописей в таком виде даёт основание [полагать], что слова асара были вставлены в возведённый хадис. Конец слов автора «ад-Дурры».
Шейх Мухаммад Фахир аль-Мухаддис аль-Иляхабади сказал, суть чего сводится к тому, что то, что передал аль-Касим ибн Кутлубуга от «аль-Мусаннафа», не заслуживает доверия и не имеет веса, ибо в той книге, которую я сам видел, я обнаружил обратное тому, что он имел в виду.
Я говорю: то, что говорят эти выдающиеся учёные, подтверждается тем, что этот хадис передал Ахмад в своём
«Мусанаде» тем же самым иснадом, что и у Ибн Абу Шейбы, но без этого добавления. В «Мусанаде» Ахмада: рассказал нам Вакиа, рассказал нам Муса ибн Умайр аль-Анбари, от Алькамы ибн Ваиля аль-Хадрами, от его отца, который сказал: «Я видел Посланника Аллаха ﷺ, возлагающего свою правую [руку] на левую в молитве». Конец.
Это же передал и ад-Даракутни тем же самым иснадом, что и у Ибн Абу Шейбы, и там тоже нет этого добавления; он сказал в своих «Сунан»: рассказал нам аль-Хусейн ибн Исмаил и Усман ибн Джафар ибн Мухаммад аль-Ахваль, они сказали: рассказал нам Юсуф ибн Муса, рассказал нам Вакиа, рассказал нам Муса ибн Умайр аль-Анбари, от Алькамы ибн Ваиля аль-Хадрами, от его отца, который сказал: «Я видел Посланника Аллаха ﷺ, возлагающего свою правую [руку] на левую в молитве». Конец.
Это также подтверждается тем, что Ибн ат-Туркумани, шейх хафиза аз-Зайлаи, упомянул в «аль-Джаухар ан-Наки», подтверждая свой мазхаб, два слабых хадиса, сказав: Ибн Хазм сказал: и мы передаём от Абу Хурайры, что он сказал: возложение кисти на кисть в молитве — под пупком. И от Анаса он сказал: три [действия] из нравов пророчества: ускорение разговения, отсрочка сухура и возложение правой на левую в молитве под пупком. Конец.
Перед этими двумя хадисами он привёл сообщение (асар) Абу Миджляза из «Мусаннафа» Ибн Абу Шайбы, сказав: сказал Ибн Абу Шайба в своём «Мусаннафе»: рассказал нам Язид ибн Харун, рассказал нам аль-Хаджжадж ибн Хассан, я слышал Абу Миджляза, — или: я спросил его, — я сказал: как мне класть (руки)? Он сказал: он кладёт внутреннюю сторону правой ладони на внешнюю сторону левой ладони, и помещает их ниже пупка. Конец цитаты.
Ибн ат-Туркумани не привёл из «Мусаннафа» Ибн Абу Шайбы ничего, кроме этого сообщения, и, судя по всему, в хадисе Ваиля, который передал Ибн Абу Шайба, не было добавления «под пупком». Ведь если бы этот хадис был у него с этим добавлением, Ибн ат-Туркумани обязательно привёл бы его, поскольку крайне далеко от истины предположить, что Ибн ат-Туркумани, желая подтвердить своё воззрение, привёл два слабых хадиса и сообщение табиина Абу Миджляза из «Мусаннафа» Ибн Абу Шайбы, но не привёл возведённый (марфу‘) хадис Ваиля, если бы тот действительно имелся там с этим добавлением, да ещё с достоверным иснадом.
Это подтверждается также тем, что сказал шейх Мухаммад Хайят ас-Синди в своём послании «Фатх аль-Гафур»: не один из знатоков хадиса передавал этот хадис и не упоминал «под пупком»; более того, я не видел и не слышал, чтобы кто-либо из учёных упомянул этот хадис с этим добавлением, кроме аль-Касима.
Вот Ибн Абд аль-Барр, хафиз своего времени, сказал в «Тамхиде»: ас-Саури и Абу Ханифа сказали: «ниже пупка». Это передаётся от Али и Ибрахима ан-Наха‘и, но это не установлено достоверно от них. Если бы этот достоверный хадис с этим выражением был в «Мусаннафе» Ибн Абу Шайбы, он бы упомянул его, тем более что он много передавал в этой и в других главах от Ибн Абу Шайбы.
Вот Ибн Хаджар, хафиз своей эпохи, говорит в своём «Фатхе»: Ибн Хузайма передал из хадиса Ваиля, что он «положил их (руки) на грудь». А у аль-Баззара — «у своей груди». И у Ахмада в хадисе Хульба — нечто подобное. И он говорит в разбор иснадов «аль-Хидаи»: иснад сообщения Али слаб, и ему противоречит хадис Ваиля ибн Худжра, который сказал: «Я молился вместе с Посланником Аллаха ﷺ, и он положил свою правую руку на левую на своей груди». На это же он указал в разборе хадисов ар-Рафи‘и. Если бы это добавление имелось в «Мусаннафе», он бы его упомянул, ведь его книги наполнены его хадисами и сообщениями. И он его сократил, как сказал ас-Суюти в комментарии к своей «Альфийе».
По всей видимости, аз-Зайла‘и, который взялся собрать доводы этого мазхаба, не нашёл его, иначе бы упомянул, а он один из самых широко осведомлённых людей.
Вот ас-Суюти, который является хафизом своего времени, говорит в «Обязанностях дня и ночи»: «Он клал свою правую руку на левую, затем крепко соединял их на своей груди». И он упомянул в своём «Джами‘ аль-Кабир» в разделе о муснаде Ваиля около девяти хадисов из «Мусаннафа», и текст некоторых из них: «Я видел Пророка ﷺ, он положил правую руку на левую в молитве». Это тот же текст, который упомянул автор «Накд ас-Сурра», но он добавил выражение «под пупком». Если бы это добавление имелось в «Мусаннафе», ас-Суюти бы его упомянул.
Вот аль-Айни, который в своих сочинениях собирает и хорошее, и посредственное, говорит в своём комментарии к аль-Бухари: аш-Шафи‘и опирался на хадис Ваиля ибн Худжра, который передал Ибн Хузайма в своём «Сахихе», где он сказал: «Я молился вместе с Посланником Аллаха ﷺ, и он положил свою правую руку на левую на своей груди». А наши учёные-ханафиты опираются на доводы недостаточно надёжные. Если бы это добавление имелось в «Мусаннафе», он бы его упомянул, ведь он заполнил свои сочинения передачами оттуда.
Вот Ибн Амир аль-Хаджж, который достиг уровня своего шейха Ибн аль-Хумама в глубине исследования и широте осведомлённости, говорит в комментарии к «Муньят аль-мусалли»: установлено из сунны положение правой руки на левую, но не установлен достоверно ни один хадис, обязывающий определить конкретное место тела, где производится это положение, кроме упомянутого хадиса Ваиля. То же самое сказал автор «аль-Бахр ар-Раик». Если бы этот хадис был в «Мусаннафе» с этим добавлением, Ибн Амир аль-Хаджж бы его упомянул, тем более что его комментарий наполнен передачами оттуда. Вот такие обстоятельства подрывают достоверность этого добавления в данном хадисе. Конец слов шейха Мухаммада Хайята ас-Синди.
Сказал аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах): итак, упомянутый хадис Ваиля, хотя его иснад и хорош, но в отношении установления в нём добавления «под пупком» есть серьёзное сомнение, как ты уже понял. Как же можно правильно опираться на этот хадис в доказательство положения рук под пупком?
(Второй хадис): хадис Али (да будет доволен им Аллах). Абу Дауд, Ахмад, Ибн Абу Шайба, ад-Даракутни и аль-Байхаки передали от Абу Джухайфы, что Али сказал: «Сунна — класть ладонь на ладонь под пупком».
Сказал аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах): в иснаде этого хадиса — Абд ар-Рахман ибн Исхак аль-Васити, на котором держится этот хадис, а он слаб и не подходит для того, чтобы на него опираться. Хафиз аз-Зайла‘и сказал в «Насб ар-Рая» после упоминания этого хадиса: сказал Ибн аль-Каттан: Абд ар-Рахман ибн Исхак — это Ибн Харб Абу Шайба аль-Васити. Ибн Ханбаль и Абу Хатим сказали о нём: «передаёт странные (мункар) хадисы». Ибн Ма‘ин сказал: «ничего не стоит». Аль-Бухари сказал: «в нём есть сомнение (назар)». Аль-Байхаки сказал в «аль-Ма‘рифа»: иснад его не устанавливается достоверно, единолично его передал Абд ар-Рахман ибн Исхак аль-Васити, а он оставлен (матрук). Ан-Навави сказал в «аль-Хуляса» и в комментарии к «Сахих Муслим»: это хадис, о слабости которого есть согласие, ведь Абд ар-Рахман ибн Исхак слаб по единому мнению. Конец того, что в «Насб ар-Рая».
Шейх Ибн аль-Хумам сказал в «ат-Тахрир»: если аль-Бухари говорит о человеке «в нём есть сомнение (назар)», то его хадис не подходит для того, чтобы на него опираться, ни для привлечения в качестве свидетельства (истишхад), ни для рассмотрения (и‘тибар). Конец цитаты.
Когда ты узнал всё это, тебе стало ясно, что этот хадис Али не подходит ни для опоры, ни для свидетельства, ни для рассмотрения.
Далее, этот хадис Али противоречит его же толкованию слов Всевышнего: «И совершай жертвоприношение (ва-нхар)» — что он положил руку на середину своего левого предплечья, затем положил их на грудь в молитве. Это передали аль-Байхаки, Ибн Абу Шайба, Ибн аль-Мунзир, Ибн Абу Хатим, ад-Даракутни, Абу-ш-Шейх, аль-Хаким и Ибн Мардавайх. Так это в «ад-Дурр аль-Мансур».
Учёный мулла аль-Хаддад сказал в примечаниях к «аль-Хидае»: если хадис о положении рук под пупком слаб и противоречит сообщению Али, в котором он толкует слова Всевышнего «И совершай жертвоприношение» как положение правой руки на левую на груди, то нужно действовать в соответствии с хадисом Ваиля, который упомянул ан-Навави. Далее, хадис Али отменён (мансух) согласно позиции ханафитов. Автор «ад-Дурра фи изхар гишш накд ас-сурра», а он придерживается ханафитского мазхаба, сказал: Абу Дауд передал от Джарира ад-Дабби, что он сказал: я видел Али, держащего свою левую руку правой за запястье выше пупка. А основа наших учёных: если сподвижник противоречит тому, что он сам передал, это указывает на отмену этого. И это действие, хотя оно не сильнее слова, но по меньшей мере равно ему. Конец цитаты.
Сказал аль-Мубаракфури: иснад этого сообщения Али — я имею в виду то, что передал Абу Дауд от Джарира ад-Дабби — достоверен, как ты узнаешь далее.
(Третий хадис): хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах). Его передал Абу Дауд в своём «Сунане» от Абу Ваиля, который сказал: сказал Абу Хурайра: «Класть ладони на ладони в молитве под пупком». В его иснаде также присутствует Абд ар-Рахман ибн Исхак аль-Васити, поэтому он не подходит для того, чтобы на него опираться, ни для свидетельства, ни для рассмотрения, как ты уже узнал ранее.
(Четвёртый хадис): хадис Анаса (да будет доволен им Аллах), который упомянул Ибн Хазм в «аль-Мухалля» в форме та‘лик со следующим текстом: «Из нравов пророчества: спешить с разговением, откладывать сухур и класть правую руку на левую в молитве под пупком».
Сказал аль-Мубаракфури (да помилует его Аллах): я не обнаружил иснад этого хадиса. Учёные-ханафиты приводят его в своих книгах и опираются на него, но не приводят его иснад. А то, чей иснад неизвестен, не подходит для того, чтобы на него опираться, ни для свидетельства, ни для рассмотрения.
Автор «ад-Дурры» сказал: что касается хадиса Анаса: «Из нравов пророчества — класть правую и левую руку под пупком», который, как сказал аль-Айни, передал Ибн Хазм, то его иснад неизвестен, и следует рассмотреть, приемлемы ли его передатчики или нет. Этот хадис передавали не один из мухаддисов без добавления «под пупком», а добавление принимается только от известного надёжного передатчика. Конец слов автора «ад-Дурры».
Шейх Хашим ас-Синдди сказал в своём послании «Дарахим ас-сурра»: из этого — то, что упомянули аз-Захиди в «Шарх аль-Кудури», Ибн Амир аль-Хадж и Ибн Нуджайм в «аль-Бахр ар-раик», а именно что от Пророка ﷺ передаётся: «Три из сунн посланников: поспешность в разговлении, отсрочка сухура и положение правой руки на левую под пупком в молитве». Он сказал: я не нашёл иснада этого хадиса, кроме того, что аз-Захиди добавил, что его передал Али ибн Абу Талиб от Пророка ﷺ, однако Ибн Амир аль-Хадж и Ибн Нуджайм сказали: составители сборников не знают ни в остановленном (маукуф), ни в возведённом (марфу‘) варианте слов «под пупком». Конец слов Хашима ас-Синди.
Итак, это те хадисы, которыми обосновывали положение рук под пупком в молитве, а ты уже узнал, что ни один из них не годится для довода.
Собиратель, да простит его Аллах, говорит: из приведённых учёным аль-Мубаракфури текстов этих ханафитских учёных стало ясно, что они признают недостоверность добавления «под пупком». Что же касается хадиса без этого добавления, то он достоверен — его вывел ат-Табарани от Абу ад-Дарды (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Три из нравов пророчества: поспешность в разговлении, отсрочка сухура и положение правой руки на левую в молитве». Хафиз Абу Бакр аль-Хайсами, да помилует его Аллах, сказал: это вывел ат-Табарани в «аль-Кабир» и как возведённый, и как остановленный на Абу ад-Дарде, и остановленный вариант достоверен, а среди передатчиков возведённого есть тот, чью биографию я не нашёл.
Однако возведённому варианту находит подтверждение то, что также вывел ат-Табарани в «аль-Кабир» из хадиса Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), который сказал: я слышал, как пророк Аллаха ﷺ говорил: «Нам, сонму пророков, было велено спешить с разговлением, откладывать сухур и класть наши правые руки на левые в молитве». Аль-Хайсами, да помилует его Аллах, сказал: его передатчики — передатчики достоверного (сборника) (1). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Глава вторая): об упоминании довода тех, кто склонился к положению рук выше пупка. Аль-Мубаракфури сказал: я не нашёл возведённого хадиса, указывающего на это требуемое положение. Да, предание Али (да будет доволен им Аллах) указывает на это: Абу Дауд передал в своём «Сунане» от Джарира ад-Дабби, который сказал: я видел, как Али держал свою левую руку правой за запястье выше пупка. Он сказал: иснад его достоверен или хорош, однако это — поступок Али (да будет доволен им Аллах), а не возведённый хадис. Далее, очевидно, что под его словами «выше пупка» подразумевается место, приподнятое над пупком, то есть на груди или у груди, как пришло в хадисе Ваиля ибн Худжра, хадисе Хульба ат-Таи и мурсале Тавуса — эти три хадиса будут приведены далее. Это подтверждается и его толкованием (да будет доволен им Аллах) слов Всевышнего: «И совершай жертвоприношение» — как указание на положение рук на груди в молитве, как было упомянуто ранее.
(Глава третья): об упоминании доводов тех, кто склонился к положению рук на груди.
Они приводят в доказательство следующие хадисы:
Из них — хадис Ваиля ибн Худжра (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Я молился с Пророком ﷺ, и он положил свою правую руку на свою левую руку на своей груди». Его вывел Ибн Хузайма, и это хадис достоверный, признанный достоверным Ибн Хузаймой, как явно указал Ибн Саййид ан-Нас в толковании (сборника) ат-Тирмизи.
Шейх Мухаммад Каим ас-Синди аль-Ханафи в своём послании «Фаузу аль-крам» признал, что этот хадис соответствует условию Ибн Хузаймы, где он сказал: то, во что я убеждён — что этот хадис соответствует условию Ибн Хузаймы, и это то, что подразумевается из действия хафиза в «аль-Итхаф», и это явствует из слов Ибн Саййид ан-Наса после упоминания хадиса Ваиля в толковании «Джами‘» ат-Тирмизи, что его признал достоверным Ибн Хузайма. Конец.
Ибн Амир аль-Хадж, который достиг степени своего учителя Ибн аль-Хумама в изысканиях и широте знаний, сказал в толковании «аль-Минья»: то, что установлено из сунны — это положение правой руки на левую, и не установлен хадис, обязывающий определить точное место на теле, где это положение производится, кроме упомянутого хадиса Ваиля. Так же сказал автор «аль-Бахр ар-раик». Так это приведено в «Фатх аль-Гафур» шейха Мухаммада Хайата ас-Синди.
Аш-Шаукани сказал в «Найль»: его вывел Ибн Хузайма в своём «Сахихе» и признал достоверным. Конец.
Хафиз сказал в «Фатх аль-Бари»: он — то есть Сахль ибн Са‘д — не упомянул их место на теле, а Ибн Хузайма передал из хадиса Ваиля, что он положил их на свою грудь, а аль-Баззар — «у своей груди», а у Ахмада в хадисе Хульба ат-Таи подобное этому, а в дополнениях иснада из хадиса Али — что он положил их под пупком, но его иснад слаб. Конец.
Из этих слов хафиза явствует, что хадис Ваиля у него достоверен или хорош, поскольку он упомянул здесь с целью определения места положения рук три хадиса: хадис Ваиля, хадис Хульба и хадис Али, и признал слабым хадис Али, сказав: его иснад слаб, а о хадисе Ваиля и хадисе Хульба промолчал. Если бы они оба были у него также слабы, он указал бы на их слабость. Кроме того, он сказал в начале введения к «аль-Фатх» следующее: когда установились эти разделы и утвердились эти основы, я приступил к толкованию книги, приводя главу и её хадис первым, затем упоминая грань соответствия между ними, если она неявна, затем извлекая во-вторых то, что относится к правильной цели в этом хадисе из полезных сведений матновых и иснадовых — из дополнений и приращений, раскрытия скрытого, разъяснения тадлиса через указание на слышание и подтверждение слышавшего от шейха, который путался (в памяти) до этого, — извлекая всё это из главных сборников муснадов, джами‘ов, мустахраджей, частей и полезных сведений при условии достоверности или хорошего качества в том, что я привожу из этого. Конец слов хафиза. Его слова «при условии достоверности или хорошего качества в том, что я привожу из этого» указывают на то, что хадис Ваиля, а также хадис Хульба ат-Таи, у него достоверны или хороши. Подумай об этом.
Также хафиз ясно указал в «ад-Дирая» после упоминания хадиса Ваиля: его вывел Ибн Хузайма, и он есть у Муслима без слов «на своей груди». Конец. Из этих его слов явствует, что этот хадис у Ибн Хузаймы — тот самый, что есть в «Сахихе» Муслима в вопросе положения правой руки на левую, по иснаду и по матну, без упоминания места.
Итог таков: хадис Ваиля ибн Худжра достоверен и годен для довода и обоснования положения рук на груди в молитве.
Из них также — хадис Хульба ат-Таи (да будет доволен им Аллах), который передал имам Ахмад в своём «Муснаде»: рассказал нам Яхья ибн Са‘ид от Суфьяна, рассказал нам Симак от Кубайсы ибн Хульба от его отца, который сказал: «Я видел, как Посланник Аллаха ﷺ поворачивался вправо и влево, и видел, как он кладёт эту руку — Яхья описал: правую на левую — на свою грудь, выше запястного сустава». Передатчики этого хадиса все достойны доверия, и его иснад непрерывен.
Что касается Яхьи ибн Са‘ида, то это Абу Са‘ид аль-Каттан аль-Басри, хафиз, авторитет, один из имамов критики и признания надёжности передатчиков. Хафиз сказал в «ат-Такриб»: достоин доверия, тщателен, хафиз, имам, образец.
Что касается Суфьяна, то это ас-Саури. Сказано в «ат-Такриб»: достоин доверия, хафиз, знаток фикха, благочестив, имам, доказательство, и, возможно, применял тадлис. Конец. Я говорю: здесь он ясно указал на прямую передачу («хаддасана»), поэтому подозрение в тадлисе снимается.
Что касается Симака, то это Ибн Харб ибн Аус ибн Халид аз-Зухли аль-Бакри аль-Куфи, Абу аль-Мугира, правдив, а его передача от Икримы в частности — путаная, и он изменился в конце жизни, так что ему иногда подсказывали. Так в «ат-Такриб». Аз-Захаби сказал: Ахмад сказал: Симак путаный, и Шу‘ба его признал слабым. Ибн Аммар сказал: он допускал ошибки. Аль-Иджли сказал: иногда он соединял разрозненное. Ас-Саури считал его слабым и сказал: его передача путаная, и он не из числа тщательных. Салих сказал: признаётся слабым. Ибн Хиддаш сказал: в нём есть слабость (лин). Ибн Ма‘ин и Абу Хатим признали его надёжным. Конец.
То, что Симак путан в хадисе, не вредит упомянутому его хадису, поскольку он передал его от Кубайсы, а его передача от Икримы в частности — та, что путана. Также его изменение в конце жизни не вредит, поскольку упомянутый хадис передал от него Суфьян, который был из числа тех, кто слышал от Симака в раннее время. Сказано в «Тахзиб аль-камаль»: Йакуб сказал: его передача от Икримы в частности путана, а в остальном, кроме Икримы, он приемлем, но не из числа тщательных. А кто слышал от Симака в раннее время, как Шу‘ба и Суфьян, то их хадис от него правильный. Конец.
Что касается Кубайсы, то его признали надёжным аль-Иджли и Ибн Хиббан, а что касается его отца, то он — сподвижник. Итак, этот хадис Хульба ат-Таи — хороший (хасан). Автор «Асар ас-сунан» признал, что его иснад хороший, так что обоснование им положения рук на груди в молитве верно.
Из них также — хадис Тавуса, который передал Абу Дауд в «аль-Марасиль»: он сказал: рассказал нам Абу Тауба, рассказал нам аль-Хайсам — то есть Ибн Хумайд — от Саура, от Сулеймана ибн Мусы, от Тавуса, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ клал свою правую руку на свою левую руку, затем связывал их обе на своей груди, будучи в молитве».
Этот хадис встречается в некоторых версиях «Сунан» Абу Дауда. Аль-хафиз аль-Мизи сказал в «Тухфа аль-ашраф» на букву «та» в книге «аль-Марасиль»: этот хадис приводит Абу Дауд в книге «аль-Марасиль», и то же самое сказал аль-Байхаки в «аль-Ма‘рифа». Итак, этот хадис Тавуса — мурсаль, поскольку Тавус — таби‘и, а его иснад хороший. Мурсаль-хадис является доводом у имама Абу Ханифы, Малика и Ахмада безусловно, а у аш-Шафи‘и — если он подкрепляется другим путём передачи, отличным от первого, будь то мусанад или мурсаль. А этот мурсаль подкрепляется хадисом Ваиля и хадисом Хулба ат-Таи, упомянутыми выше, так что довод на основании него о положении рук на груди в молитве верен.
Замечание: некоторые ханафиты сказали: в хадисе Ваиля есть путаница (идтираб). Так, Ибн Хузайма привёл в этом хадисе слова «на груди его», аль-Баззар — «у груди его», а Ибн Абу Шайба — «под пупком».
Аль-Мубаракфури сказал: я говорю: в основах хадисоведения установлено, что само по себе расхождение не обязательно означает путаницу, а условием путаницы является равнозначность сторон расхождения. Если же одно из мнений оказывается более предпочтительным, то оно принимается, а достоверное не подвергается сомнению из-за менее предпочтительного. И только при равнозначности сторон становится затруднительным объединение согласно правилам мухаддисов. А здесь стороны расхождения не равнозначны, ибо в достоверности выражения «под пупком» в риваяте Ибн Абу Шайбы есть серьёзное сомнение, как было разъяснено ранее.
Составитель говорит: более того, это просто ошибка, как было установлено ранее.
Что же касается риваята Ибн Хузаймы со словами «на груди его» и риваята аль-Баззара со словами «у груди его», то первый более предпочтителен, и он ставится впереди другого. Причина предпочтения в том, что у него есть хороший свидетель (шахид) из хадиса Хулба, а также его подтверждает мурсаль Тавуса, в отличие от другого, у которого нет свидетеля. А если даже допустить, что оба равнозначны, то объединение между ними не является невозможным. Шейх Абу аль-Махасин Мухаммад, прозванный аль-Каим ас-Синди, сказал в своём послании «Фавз аль-Кирам»: учёный шейх Абу аль-Хасан сказал в своём послании «Джаваз ат-таклид ва аль-‘амаль би-ль-хадис» после упоминания хадиса Ваиля, Хулба, мурсаля Тавуса и толкования Али, Анаса и Ибн Аббаса: этими хадисами руководствовался аш-Шафи‘и, но он сказал о положении руки на груди так, чтобы конец руки был под грудью, объединяя между этими хадисами и тем, что в некоторых риваятах — «у груди». Конец цитаты.
Некоторые учёные объединили между ними, отнеся к двум разным молитвам, и подобно этому расхождению — расхождение в поднятии рук на уровне плеч и на уровне ушей в молитве. Поэтому слова некоторых ханафитов о путанице в хадисе Ваиля не заслуживают внимания. Конец слов учёного аль-Мубаракфури, да помилует его Аллах Всевышний, с некоторой обработкой.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: из приведённых выше доводов стало ясно, что предпочтительным относительно места положения рук в молитве является грудь. А тот, кто говорит: «под пупком» — не имеет достоверного довода, равно как и тот, кто говорит: «над пупком», если только он не подразумевает грудь. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Я не желаю ничего, кроме исправления по мере своих сил, и содействие моё лишь от Аллаха, на Него я уповаю и к Нему обращаюсь.
…
10 — глава о том, как поступает имам, увидев человека, положившего левую руку на правую
То есть эта глава, в которой приводится хадис, указывающий на то, что должен делать имам, увидев человека, нарушившего сунну в положении рук — положившего левую руку на правую: он должен направить его к сунне, чтобы тот положил правую руку на левую.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: упоминание имама здесь не является ограничивающим условием, ибо и другой поступает так же. Но он выделил именно его, поскольку он чаще всего наблюдает подобное, так как он становится впереди общины и обращается к ней лицом, чтобы видеть, как выравниваются ряды, и потому его взгляд может упасть на это. А Аллах Всевышний знает лучше.
888 — сообщил нам Амр ибн Али, сказал: рассказал нам Абд ар-Рахман, сказал: рассказал нам Хушайм от аль-Хаджжаджа ибн Абу Зайнаб, который сказал: я слышал Абу Усмана, передающего от Ибн Мас‘уда, который сказал: увидел меня Пророк ﷺ, а я положил свою левую руку на правую в молитве, и он взял мою правую руку и положил её на мою левую.
Передатчики этого иснада: шестеро
1 — (Амр ибн Али) аль-Фаллас, Абу Хафс аль-Басри, надёжный, хафиз, из [10-го поколения], привели о нём хадисы все составители сборников, упомянут ранее в 4/4.
2 — (Абд ар-Рахман) ибн Махди ибн Хассан, аль-Анбари, вольноотпущенник их, Абу Са‘ид аль-Басри, надёжный, твёрдый, хафиз, знаток людей и хадисов, умер в 198 году, из [9-го поколения], привели о нём хадисы все составители сборников, упомянут ранее в 42/49.
3 — (Хушайм) ибн Башир ибн аль-Касим ибн Динар ас-Сулами, Абу Му‘авия ибн Абу Хазим аль-Васити, надёжный, твёрдый, много практиковавший тадлис и скрытый ирсаль, умер в 183 году, привели о нём хадисы все составители сборников, упомянут ранее в 88/109.
4 — (аль-Хаджжадж ибн Абу Зайнаб) ас-Сулами, Абу Юсуф ас-Сайкаль аль-Васити, правдивый, но ошибающийся, из [6-го поколения].
Ахмад сказал: боюсь, что он слаб в хадисе. Ибн Ма‘ин сказал: в нём нет вреда. Аль-Хасан ибн Шуджа аль-Балхи передал от Али ибн аль-Мадини: шейх из жителей Васита, слабый. Ан-Насаи сказал: не силён. Ибн Ади сказал: надеюсь, что в том, что он передаёт, нет вреда. Ад-Даракутни сказал: не силён и не хафиз, а в другом месте сказал: надёжный. Аль-Аджурри передал от Абу Дауда: в нём нет вреда. Аль-Укайли сказал: он передал от Абу Усмана ан-Нахди хадис, за который ему нет подтверждения от других. Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных. Муслим привёл от него один хадис: «Прекрасная приправа — уксус», а Абу Дауд, ан-Насаи и Ибн Маджа привели от него хадисы.
5 — (Абу Усман ан-Нахди) Абд ар-Рахман ибн Малль ибн Амр аль-Куфи, затем аль-Басри, известный по своей кунье, надёжный, твёрдый, набожный, из числа мухадрамов, умер в 95 году, а по другой версии — после этого, в возрасте 130 лет, а по другой версии — больше, из старших [2-го поколения], привели о нём хадисы все составители сборников, упомянут ранее в 11/641.
6 — (Ибн Мас‘уд) Абдуллах, сподвижник, да будет доволен им Аллах, упомянут ранее в 35/39. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада
Среди них: что это один из иснадов составителя, состоящих из шести передатчиков, и что все его передатчики — надёжные, благородные, за исключением аль-Хаджжаджа ибн Абу Зайнаба, о котором были критические замечания, и в «ат-Такриб» сказано: правдивый, но ошибающийся. И что его шейх — один из девяти, от которых без посредника получены самые достоверные из шести основных сборников. И что Хушайм — единственный в шести сборниках, кто носит это имя. А Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса
(от Ибн Мас‘уда, да будет доволен им Аллах, что он) (сказал: увидел меня Пророк ﷺ, а я положил свою левую руку на правую) — предложение в винительном падеже, обозначающее состояние прямого дополнения, то есть: в состоянии, когда я положил свою левую руку на правую, нарушая сунну (и он взял мою правую руку и положил её на мою левую). А у Ахмада и ад-Даракутни в хадисе Джабира, да будет доволен им Аллах, сказано: проходил Посланник Аллаха ﷺ мимо человека, который молился, положив свою левую руку на правую, и он выдернул её и положил правую на левую.
В этом хадисе — установление законности положения правой руки на левую в молитве, а не наоборот; и то, что тот, кто увидел предосудительное, устраняет его, даже если совершающий это находится в молитве, и не ждёт, пока тот завершит молитву приветствием, и что молитва его не становится недействительной от этого. А Аллах Всевышний знает лучше, и у Него просим помощи, и на Него уповаем.
Вопросы, связанные с этим хадисом
Первый вопрос: о его степени:
Этот хадис Ибн Мас‘уда, да будет доволен им Аллах, — хороший (хасан).
Второй вопрос: о местах упоминания его составителем:
Составитель привёл его здесь — 10/888 — и в «аль-Кубра» — 10/962 — от Амра ибн Али, от Абд ар-Рахмана ибн Махди, от Хушайма, от аль-Хаджжаджа ибн Абу Зайнаба, от Абу Усмана, от него. И сказал в «аль-Кубра»: сказал Абу Абд ар-Рахман: другие, помимо Хушайма, передали этот хадис как мурсаль. Конец цитаты.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: Хушайм — надёжный, твёрдый, хафиз, его дополнение принимается, и не вредит ему расхождение с ним других в передаче как мурсаль. Опасаться следует лишь его тадлиса, а он был устранён — хвала Аллаху — ибо он ясно выразился словом «сообщил нам» (анбаана) у Ибн Маджи, том 1, стр. 266, номер 811, где он сказал: сообщил нам аль-Хаджжадж ибн Абу Зайнаб ас-Сулами, так что подозрение в тадлисе от него устранено.
Затем я обнаружил, что его подтверждает Мухаммад ибн Язид аль-Васити, а он надёжный, твёрдый, у ад-Даракутни в его «Сунан», том 1, стр. 287, от аль-Хаджжаджа ибн Абу Зайнаба, от Абу Усмана, от Ибн Мас‘уда, который сказал: «Прошёл мимо него Пророк ﷺ, когда он молился, положив свою левую руку на правую, и он взял его правую руку и положил её на левую его руку».
В итоге хадис является хорошим (хасан) из-за суждения о Хаджжадже ибн Абу Зайнабе, как было указано ранее. Ан-Навави в «Хуласе» сказал: «Его иснад достоверен по условиям Муслима»(1). А Аллах Всевышний знает лучше.
Третий вопрос: о тех, кто привёл его помимо (автора):
Его привёл (Абу Дауд) в «Книге молитвы» от Мухаммада ибн Бакара ибн ар-Раййана. И Ибн Маджа привёл его от Абу Исхака Ибрахима ибн Абдуллаха ибн Хатима аль-Харави — оба от Хушайма, с тем же иснадом.
Хафиз Абу аль-Хаджжадж аль-Мизи (да помилует его Аллах) в своих добавлениях к «Атрафу» сказал: его передал Мухаммад ибн аль-Хасан аль-Музани аль-Васити от Хаджжаджа ибн Абу Зайнаба, от Абу Суфьяна, от Джабира: «Посланник Аллаха ﷺ прошёл мимо человека, который молился…».
Составитель (да простит его Аллах) говорит: хадис Джабира привёл (Ахмад) в 3-м томе,
с. 381 — от упомянутого Мухаммада ибн аль-Хасана, с его цепочкой передачи. А (ад-Даракутни) в своём «Сунане», т. 1, с. 286–287, — от пути Йахьи ибн Маина, от упомянутого Мухаммада ибн аль-Хасана, и текст его приводился недавно. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
Я не желаю ничего, кроме исправления, насколько это в моих силах, и успех мой только от Аллаха, на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь.
***
11 — глава о месте правой руки на левой в молитве
То есть эта глава посвящена упоминанию места правой руки на левой руке во время стояния в молитве.
Под его словами «в молитве» подразумевается положение стояния, поскольку эта форма желательна (мустахаб) только в положении стояния, которое следует непосредственно за произнесением слов вступления в молитву (тахрим), но не желательна в выпрямлении после поясного поклона, поскольку нет ясного довода от него ﷺ на это. А Аллах Всевышний знает лучше.
Составитель (да помилует его Аллах Всевышний) разъяснил в двух предыдущих главах законность возложения правой руки на левую, а здесь хотел разъяснить место, на которое кладётся правая рука с левой, а именно: кисть, запястье и предплечье.
Ранее приводилось (9/887) в риваяте Алькамы от его отца, который сказал: «Я видел Посланника Аллаха ﷺ, когда он находился в молитве, обхватывающим своей правой рукой свою левую», что указывает на то, что обхватывание также узаконено, и между двумя риваятами нет противоречия, поскольку возможно применять оба в разное время: иногда он кладёт кисть, запястье и предплечье, а иногда обхватывает — и то и другое — установленная сунна. И это правильное понимание применения обоих риваятов.
Что же касается того, что некоторые поздние ханафиты сочли достойным одобрения в примирении между двумя риваятами, а именно, что форма этого такова: класть правую руку на левую, обхватывая её запястье мизинцем и большим пальцем, и расправлять три остальных пальца, как упомянул Ибн Абидин в своей хашии на «ад-Дурр аль-мухтар», т. 1, с. 454, — то это ложно, поскольку в этом выход за пределы двух форм, упомянутых в хадисе, и введение третьей формы, на которую не пришло никакого довода(1). А Аллах Всевышний знает лучше.
889 — Передал нам Суваид ибн Наср, сказал: сообщил нам Абдуллах ибн аль-Мубарак, от Заиды, сказал: рассказал нам Асим ибн Кулайб, сказал: рассказал мне мой отец, что Ваиль ибн Худжр сообщил ему, сказал: я сказал: «Непременно посмотрю на молитву Посланника Аллаха ﷺ, как он молится». И я посмотрел на него: он встал, произнёс такбир, поднял руки, пока они не выровнялись с его ушами, затем положил свою правую руку на свою левую кисть, запястье и предплечье. Когда он захотел совершить поясной поклон, он поднял руки так же. Сказал: и он положил свои руки на свои колени. Затем, когда он поднял голову, он поднял руки так же. Затем он совершил земной поклон и расположил свои кисти на уровне своих ушей. Затем он сел и разложил свою левую ногу, положил свою левую кисть на своё левое бедро, а край своего правого локтя поместил на своё правое бедро. Затем он сжал два своих пальца и сделал кольцо (из пальцев), затем поднял свой палец,
и я видел, как он двигает им, обращаясь с мольбой посредством него.
Передатчики этого иснада: шесть
1 — (Суваид ибн Наср) ар-Рузи, надёжный (сика), из [10-го поколения], упоминался перед этой главой.
2 — (Абдуллах ибн аль-Мубарак) аль-Марвази, авторитетный имам (худжжа), из [8-го поколения], упоминался перед этой главой.
3 — (Заида) ибн Кудама ас-Сакафи, Абу ас-Салт аль-Куфи, умер в 160 году, а по некоторым сведениям — позже, надёжный, твёрдый, приверженец сунны, из [7-го поколения], у него передавали все составители сборников (аль-джамаа), упоминался ранее в 74/91.
4 — (Асим ибн Кулайб) ибн Шихаб ибн аль-Маджнун аль-Джарми аль-Куфи, правдивый (садук), обвинялся в ирджа, из [5-го поколения].
Аль-Асрам передал от Ахмада: «В его хадисе нет вреда». Ибн Маин и ан-Насаи сказали: «Надёжный». Абу Хатим сказал: «Приемлемый (салих)». Аль-Аджурри сказал: «Я спросил Абу Дауда: Асим ибн Кулайб — сын кого?» Он ответил: «Сын Шихаба, был из числа подвижников (аббад)», и упомянул о его достоинстве. Я сказал: «Был ли он мурджиитом?» Он ответил: «Не знаю». А в другом месте сказал: «Он был лучшим из жителей Куфы». Шарик ибн Абдуллах ан-Нахаи сказал: «Был мурджиитом». Ибн Шахин в «Сикат» сказал: Ахмад ибн Салих аль-Мисри сказал: «Считается одним из достойных надёжных куфийцев». А в другом месте сказал: «Он надёжный, заслуживающий доверия». Ибн аль-Мадини сказал: «На него нельзя опираться, если он передаёт один». Ибн Саад сказал: «Был надёжным, на него можно опираться, но не был многохадисным, умер в начале правления Абу Джафара». Ибн Хиббан упомянул его в «Сикат» и датировал его смерть 137 годом, и так же датировал Халифа. Аль-Бухари привёл от него в форме «та‘лик», а остальные привели от него полностью(1).
5 — (Кулайб) ибн Шихаб ибн аль-Маджнун аль-Джарми, о его родословной есть разногласия, правдивый (садук), из [2-го поколения], и ошибся тот, кто упомянул его среди сподвижников.
Передавал от своего отца, своего дяди по матери аль-Фалтана ибн Асима, Умара, Али, Саада, Абу Зарра, Муджашиа ибн Масуда, Абу Мусы, Абу Хурайры, Ваиля ибн Худжра и других. А от него передавали его сын Асим и Ибрахим ибн аль-Мухаджир. Абу Зура сказал: «Надёжный». Ибн Саад сказал: «Был надёжным, и я видел, как они одобряли его хадис и опирались на него». Ан-Насаи сказал: «Этот Кулайб — мы не знаем, чтобы кто-то передавал от него, кроме его сына Асима и, помимо него, Ибрахима ибн аль-Мухаджира, а Ибрахим не силён в хадисе». Аль-Аджурри передал от Абу Дауда: «Асим ибн Кулайб от своего отца от своего деда — это ничего не стоит, люди ошибаются, говоря: «Кулайб от своего отца», это не то». А в другом месте сказал: «Асим ибн Кулайб был из лучших жителей Куфы». Ибн Хиббан упомянул его в «Сикат» и сказал: «Говорят, что у него была сподвижническая связь (сухба)». Ибн Абу Хайсама и аль-Багави сказали: «Он застал Пророка ﷺ». Ибн Манда, Абу Нуайм и Ибн Абд аль-Барр упомянули его среди сподвижников, и это их ошибка. Привёл от него аль-Бухари в
«Джуз раф аль-йадайн», а остальные, кроме Муслима(1).
6 — (Ваиль ибн Худжр) ибн Саад ибн Масрук аль-Хадрами, сподвижник (да будет доволен им Аллах), упоминался ранее в 4/879. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада
Среди них: он относится к шестизвенным (судасиййат) иснадам составителя (да помилует его Аллах), и его передатчики — надёжные, и они — куфийцы, кроме его шейха и шейха его шейха, которые — марвазийцы. В нём есть передача сына от отца, и передача одного последователя (табии) от другого последователя — Асима ибн Кулайба от своего отца. В нём есть выражения «сообщение» (ихбар) и «извещение» (инба), а также «анана» и «тахдис». А Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса
(Сказал:) Асим ибн Кулайб: (рассказал мне мой отец) Кулайб ибн Шихаб, (что Ваиль ибн Худжр сообщил ему), то есть сообщил Кулайбу, (сказал: я сказал: «Непременно посмотрю на молитву Посланника Аллаха ﷺ, как он молится»), то есть я сказал себе и решился посмотреть на его молитву ﷺ.
«Лям» здесь — вводящая клятву (мувати‘а лиль-касам), а «анзуру» означает «увижу»; говорят: «назартуху анзуруху назаран», и «назарту иляйхи» также означает «увидел его». Глагол переходит как непосредственно, так и через предлог «иля» (к)(2),
(2) См. «аль-Мисбах аль-мунир», т. 2, с. 612.
и предложное сочетание связано с «анзуру», а «кайфа» стоит в винительном падеже как обстоятельство образа действия (халь) при «йусалли», и действие взгляда (назар) обусловлено этим (кайфа), и предложение стоит в позиции родительного падежа как замена (бадаль) от «салят» — замена включения (бадаль иштималь). Смысл: и клянусь Аллахом, я непременно посмотрю на молитву — на то, как она совершается(1).
«(Затем я посмотрел на него, и он встал, и произнёс такбир)». В следующем риваяте — 35/1265 — от Бишра ибн аль-Мудаффаля от Асима ибн Кулейба: «Посланник Аллаха ﷺ встал, повернулся лицом к кибле и поднял руки так, что они оказались на уровне его ушей…».
«(и поднял руки)» — очевидно, что поднятие рук совпадает с такбиром. Ранее уже было показано различие риваятов и различие мнений учёных относительно того, совпадает ли поднятие рук с такбиром или предшествует ему, причём было признано предпочтительным, что молящийся вправе выбирать в этом — 2/877.
«(так что они оказались)» то есть сравнялись «(на уровне его ушей)» — отсюда следует, что руки поднимаются до уровня, соответствующего ушам. Этот вопрос уже был подробно рассмотрен в 4/879, обратись туда, извлечёшь пользу.
«(Затем он положил правую руку на левую ладонь)». «Кафф» (ладонь) — это внутренняя часть кисти вместе с пальцами; названа так потому, что она удерживает (такуффу) вред от тела. Множественное число — «куфуф» и «акафф», подобно «фалс» — «фулус» и «афлас». Это слово женского рода. Ибн аль-Анбари сказал: тот, на кого нельзя опереться, утверждал, что «кафф» — мужского рода, но никто из достойных доверия знатоков не признаёт её мужского рода. А что касается их выражения «кафф мухаддаб» (окрашенная ладонь) — это по смыслу «саид мухаддаб» (окрашенное предплечье). Так передал аль-Файюми.
(2) См.: «Аль-Мисбах аль-Мунир», т. 2, с. 535.
«(и запястье)» — «русг» (بضم فسكون, или بضمتين, подобно «усрин» и «усурин»). Аль-Аджжадж сказал в стихах [размер раджаз]:
«В запястье, что не жалуется на аль-хаушаб,
Скрывающем внутри самую сердцевину — сухожилие».
Множественное число — «арсаг». Это — сустав между кистью и предплечьем. Также говорят: место соединения голеней со стопами. Или же говорят: это сустав между предплечьем и кистью, голенью и стопой. Некоторые говорят: это узкое место между копытом и местом соединения «уазыф» (голени животного) у руки и ноги, и точно так же это у каждого животного. Так передал Ибн Манзур, да помилует его Аллах Всевышний.
(2) «Аль-уазыф» — узкая часть предплечья и голени. См. «К», с. 1111.
(3) «Лисан аль-Араб», т. 3, с. 1642.
«(и предплечье)» — у человека это то, что между локтем и кистью, слово мужского рода; названо «саид», потому что оно помогает («юсаиду») кисти в её хватке и работе. «Саид» — это то же, что «адуд». Множественное число — «саваид». Так сказал аль-Файюми.
Смысл в том, что он ﷺ положил правую руку на левую ладонь, её запястье и предплечье, а именно так, что середина его правой ладони оказывалась на запястье, из чего необходимо следует, что основание ладони находится на кисти, а пальцы — на предплечье. Аллах знает лучше.
«(Когда же он хотел совершить поясной поклон, он поднял руки подобно ей)» — местоимение приведено в женском роде, и Аллах знает лучше, по смыслу «поднятия», то есть подобно первому его поднятию рук при вступлении в молитву (такбир аль-ихрам), а это поднятие до уровня ушей. В риваяте Бишра ибн аль-Мудаффаля от Асима: «Он поднял их подобно тому», то есть подобно тому прежнему поднятию.
Отсюда следует желательность поднятия рук до уровня ушей при поясном поклоне — это предпочитаемое мнение мазхаба, в отличие от тех, кто считал поднятие нежелательным. Подробное рассмотрение этого вопроса будет дано в соответствующем месте — 85/1024, если пожелает Аллах Всевышний.
«(Он сказал: и он положил руки на колени)» — отсюда следует, что сунной при поясном поклоне является положение рук на колени, а не сцепление пальцев («ат-татбик»), поскольку это отменено (мансух). Это мазхаб большинства (джумхур), в отличие от Ибн Масуда, да будет доволен им Аллах, который придерживался сцепления пальцев. Подробное рассмотрение этого будет дано в соответствующем месте — 1/1032, если пожелает Аллах Всевышний.
«(Затем, когда он поднял голову)», то есть из поясного поклона, «(он поднял руки подобно ей)», то есть подобно его прежнему поднятию.
Отсюда следует, что положение правой руки на левую при подъёме из поясного поклона не является желательным, ведь если бы это было предписано (машру), Ваиль, да будет доволен им Аллах, не оставил бы это без упоминания. И не пришло явного доказательства ни в одном из риваятов, что он ﷺ совершал это, — вдумайся. Аллах Всевышний знает лучше.
«(Затем он совершил земной поклон и поместил свои ладони на уровне своих ушей)». В упомянутом риваяте Бишра: «Когда он совершил земной поклон, он положил голову в то же положение относительно рук», то есть он ﷺ положил голову между руками, находящимися на уровне ушей, подобно тому, как он сделал при вступлении в молитву. Отсюда следует, что сунной является помещение ладоней на уровне ушей.
«(Затем он сел и расстелил левую ногу)», то есть положил её на землю, сделав её подобной подстилке, на которой сидит. «(И положил левую ладонь на бедро и на левое колено)», то есть положил так, что часть его ладони оказалась на бедре, а часть — на левом колене. «(И сделал край своего правого локтя)», то есть поместил ту часть локтя, что со стороны ладони.
«Аль-мирфак» (بكسر الميم وفتح الفاء بينهما راء ساكنة, подобно «минбар», или بفتح الميم وكسر الفاء, подобно «масджид») — сустав, соединяющий предплечье с плечом. Так сказал маджд аль-лугави, да помилует его Аллах.
«(на своё правое бедро)» — связано со словом «сделал»; то есть поместил его так, что оно оказалось поднятым, возвышающимся над ним.
«Аль-фахз» (بكسر الخاء المعجمة, подобно «катиф», допускается также огласовка сукун для облегчения, с фатхой или кясрой буквы «фа») — то, что между голенью и бедренным суставом; слово женского рода. Так передал маджд.
«(Затем он сжал два своих пальца)» — это мизинец и безымянный, «(и сделал кольцо)»
(2) «Аль-уазыф» — узкая часть предплечья и голени. См. «К», с. 1111.
(3) «Лисан аль-Араб», т. 3, с. 1642.
от «ат-тахлик», то есть сделал большой и средний пальцы подобными кольцу («хальга», بسكون اللام وقد تفتح).
Аль-Файюми, да помилует его Аллах, сказал: «Хальгат аль-баб» (кольцо двери), с сукуном, — из железа или другого материала; «хальгат аль-каум» — люди, собирающиеся кругом; «аль-хальга» — всё оружие целиком; множественное число — «халяк» (بفتحتين), не по общему правилу. Аль-Асмаи сказал: множественное число — «хиляк», подобно «касъа» — «касъ», «бадра» — «бадар». Юнус передал от Абу Амра ибн аль-Аля, что «аль-хальга» с фатхой — диалектная форма формы с сукуном, и в таком случае множественное число образуется отбрасыванием «ха», по правилу, подобно «касба» — «касб». Конец цитаты.
«(Затем он поднял палец)», то есть указательный, — как в риваяте Суфьяна от Асима ибн Кулейба, который придёт далее — 30/1264: «И указал указательным пальцем, обращаясь с молитвой к Аллаху с его помощью». В упомянутом риваяте Бишра: «И я видел его говорящим так, — и указал Бишр указательным пальцем правой руки, и сделал большой и средний пальцы кольцом».
Аль-Файюми, да помилует его Аллах, сказал: «Ысбаъ» (палец) — женского рода, и таковы же все прочие её названия, как «хинсир» и «бинсир». В словах Ибн Фариса есть указание на то, что «ысбаъ» — мужского рода, ибо он сказал: «Более предпочтительное для «ысбаъ» человека — женский род». Ас-Сагани также сказал: бывает мужского и женского рода, но женский род преобладает. Некоторые сказали: у слова «ысбаъ» десять диалектных форм: тройная огласовка «хамзы» с тройной огласовкой «ба», а десятая — «усбуъ», по образцу «усфур»; наиболее известная из её форм — кясра «хамзы» с фатхой «ба», и это та форма,
которую предпочли знатоки красноречия. Конец цитаты.
«(двигая им)», то есть двигая своим пальцем, которым указал, а это указательный палец, «(обращаясь с молитвой к Аллаху с его помощью)» — предложение в положении винительного падежа как обстоятельство образа действия («хал») от подлежащего глагола «двигает», то есть в состоянии, когда он обращается с молитвой к Аллаху, Велик Он и Славен, с его помощью.
Отсюда следует желательность движения указательным пальцем во время ташаххуда в момент обращения с молитвой.
Ас-Синди, да помилует его Аллах, при разборе слов «и сделал кольцо, и поднял свой палец» сказал буквально следующее: этому следовали большинство (джумхур), Абу Ханифа и его два ученика, как это указал Мухаммад в своей «Муватта» и другие, за исключением того, что некоторые шейхи мазхаба отвергали это, однако знатоки-исследователи (мухаккикун) из числа учёных мазхаба указали, что их слова противоречат риваяту и разумному пониманию, так что на них нет опоры. Что же касается движения пальцем, то это пришло в некоторых риваятах, и этому следовали некоторые, однако большинство (джумхур) этому не последовали, поскольку большинство риваятов не содержат этого. Аллах Всевышний знает лучше. Конец цитаты.
Собиратель [этой книги], да простит его Аллах, говорит: правильным является желательность движения [пальцем] во время ташаххуда в момент обращения с молитвой, на основании указания на это данного хадиса Ваиля ибн Худжра, да будет доволен им Аллах. Я сказал: «в момент обращения с молитвой» — на основании слов «обращаясь с молитвой с его помощью». Далее, желательность движения бывает в некоторые моменты, а не постоянно, поскольку большинство сподвижников, передавших его молитву ﷺ, при всей точности их описания его молитвы, не подтвердили этого, тогда как Ваиль [сообщил это только]
Он видел это в некоторых случаях, на что указывают его слова: «Я непременно буду смотреть на молитву Посланника Аллаха ﷺ», после чего он описал его молитву и сказал: «И я увидел, что он двигает им», то есть в то время. Это указывает на то, что он ﷺ совершал это в некоторых случаях, а не постоянно. Это подобно нашему утверждению о желательности добавления слов «и Его благословения» в приветствии молитвы, поскольку это установлено в хадисе Ваиля и других хадисах, как будет изложено в своём месте, — это делается в некоторых случаях, а не всегда. Далее будет приведено подробное исследование этого вопроса в соответствующем месте — 99/1161 и 70/1319, если пожелает Всевышний Аллах. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение. Он — тот, у кого просят помощи, и на Него уповают.
Вопросы, связанные с этим хадисом
Первый вопрос: о его степени достоверности.
Этот хадис Ваиля ибн Худжра — достоверный (сахих).
(Второй вопрос): о указании мест, где автор его упомянул.
Автор привёл его здесь — 11/889, и в «Аль-кубра» — 11/963, через Суваида ибн Насра, от Ибн аль-Мубарака, от Заиды, от Асима ибн Кулайба, от его отца, от него (Ваиля). И 49/1102 — через Ахмада ибн Насиха, от Абдуллаха ибн Идриса, от Асима, вкратце. И 97/1159 — через Мухаммада ибн Абдуллаха ибн Йазида аль-Мукри, от Суфьяна, от Асима таким же образом. И 29/1263, и «Аль-кубра» — 64/1186, через Кутайбу, от Суфьяна ибн Уяйны, от Асима таким же образом. И 30/1264, и «Аль-кубра» — 65/1187, через Мухаммада ибн Али ибн Маймуна ар-Раккы, от Мухаммада ибн Юсуфа аль-Фирьяби, от Суфьяна ас-Саври таким же образом. 31/1265 — и «Аль-кубра» — 66/1188 через Исмаила ибн Масуда, от Бишра ибн аль-Муфаддаля, от Асима таким же образом. И Аллах Всевышний знает лучше.
Третий вопрос: о том, кто привёл его вместе с ним.
Привёл его Абу Дауд в «Книге молитвы» через Мусаддада, от Бишра ибн аль-Муфаддаля, таким же образом. И через аль-Хасана ибн Али, от Абу аль-Валида, от Заиды таким же образом. И ат-Тирмизи в ней же через Абу Курайба, от Абдуллаха ибн Идриса, таким же образом. И Ибн Маджа в ней же через Али ибн Мухаммада, от Абдуллаха ибн Идриса таким же образом. И аль-Хумайди под номером 885, и Ахмад, часть 4, страницы 316, 317, 318, 319, и ад-Дарими под номером 1364, и аль-Бухари в разделе о поднятии рук под номерами 26, 30 и 71, и Ибн Хузайма: 477, 641, 690, 478, 714, 479, 485, 713, 691, 697, 698. И Аллах Всевышний знает лучше.
Четвёртый вопрос: о его пользах.
Из них: то, ради чего автор дал заглавие этой главы, — разъяснение места правой руки относительно левой во время стояния в молитве, а именно кисть, запястье и предплечье. Установлено также в другом риваяте, что предписано и обхватывание (кистью запястья), как было упомянуто в начале главы, поэтому следует поступать согласно обоим сообщениям в разное время.
Из них: усердие сподвижников (да будет доволен ими Аллах) в передаче описания молитвы Пророка ﷺ.
Из них: предписанность стояния в молитве.
Из них: предписанность произнесения такбира при вхождении в молитву. Уже было упомянуто, что никакое иное слово не заменяет его по мнению большинства учёных, и противоположное этому мнение является несостоятельным.
Из них: желательность поднятия рук при вступлении в молитву (тахрим), при поясном поклоне и при поднятии из него. Уже было упомянуто мнение Ибн Хазма об обязательности этого при вступлении в молитву, и он не расходится во мнении относительно желательности этого в остальных случаях.
Из них: возложение рук на колени при поясном поклоне; об этом будет сказано подробнее в соответствующем месте, если пожелает Всевышний Аллах.
Из них: предписанность земного поклона и желательность возложения ладоней на уровне ушей.
Из них: предписанность сидения для произнесения ташаххуда, и желательность подкладывания левой ноги и сидения на ней — это относится к первому ташаххуду, что же касается второго, то в нём предписан тавуррук (особое положение сидя), как будет изложено в соответствующем месте.
Из них: желательность возложения левой ладони на левое бедро, и помещения предела правого локтя на правое бедро, и желательность сгибания мизинца и безымянного пальца, соединения кольцом большого и среднего пальцев, указывания указательным пальцем и его движения во время произнесения мольбы. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение.
Не желал я ничего, кроме исправления, насколько мог, и нет у меня успеха, кроме как от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь с покаянием.
***