по причине этого, поэтому «фи» здесь причинная. А Аллах Всевышний более всего знает об истине, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — Тот, к Кому обращаются за помощью, и на Него уповаем.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): о его степени:
Этот хадис аль-Бараа ибн Азиба (да будет доволен Аллах ими обоими) приводит аль-Бухари. И Аллах знает лучше.
(Второй вопрос): о разъяснении мест, где автор упоминает его, и о том, кто ещё привёл его вместе с ним:
Он привёл его здесь — 29/2168, а также в «аль-Кубра» — 29/2478, и в разделе «Тафсир» из неё — 27/11023. Привели его (аль-Бухари) в «Посте» под номером 1915 и в «Тафсире» — 4148, (Абу Дауд) в «Посте» — 1970, (ат-Тирмизи) в «Тафсире» — 2894, (Ахмад) — 17870, (ад-Дарими) в «Посте» — 1631. А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
(Из них): то, для чего автор — да помилует его Аллах Всевышний — озаглавил главу, а именно разъяснение толкования слов Всевышнего: «И ешьте и пейте» и далее, — а именно, что этот аят был ниспослан для облегчения мусульманам той тягости, с которой они сталкивались из-за запрета есть, пить и вступать в близость с женой после сна.
(Из них): милость Аллаха ﷻ к этой умме и великая Его милость к ней через её Пророка, посланного как милость для миров, как сказал Всевышний: «Мы послали тебя только как милость для миров», — так Он облегчил им эту тягость.
(Из них): то, чем отличался этот благородный сподвижник — да будет доволен им Аллах — из сильного благочестия и страха перед Аллахом Всевышним, несмотря на то, что он был голоден и изнурён, и он терпел это, и не стал есть пищу, которую принесла ему его жена, и которая просила его поесть, увидев на нём признаки слабости от голода, надеясь, что это будет необходимостью, дозволяющей еду, однако он вытерпел голод и провёл ночь без пищи, пока не потерял сознание в середине дня, и по этой причине Аллах Всевышний ниспослал этот аят, и это стало причиной устранения этой тягости — да будет доволен им Аллах.
(Из них): то, в каком тяжёлом положении жили сподвижники и сколько усилий они прилагали в поисках пропитания, но это не влияло на их поведение, — напротив, они всё больше устремлялись к Последней жизни и стремились к ней, и их старание было принято с благодарностью, как сказал Всевышний: «А кто желает Последней жизни и стремится к ней, как должно, будучи верующим, — усердие таких будет вознаграждено благодарностью» (аль-Исра: 19). О Аллах, сделай нас из тех, кто желает Последней жизни и стремится к ней, как должно, будучи искренним верующим, чтобы наше старание было вознаграждено благодарностью, поистине Ты — покровитель этого и способен на это, амин, амин, амин. А Аллах Всевышний знает лучше об истине, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Покровитель.
2169 — (Сообщил нам Али ибн Худжр, сказал: рассказал нам Джарир, от Мутаррифа, от аш-Шааби, от Ади ибн Хатима, что он спросил Посланника Аллаха ﷺ о словах Всевышнего «пока не станет ясной для вас белая нить от чёрной нити» (аль-Бакара: 187), и он сказал: «Это чернота ночи и белизна дня»).
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 — (Али ибн Худжр) ас-Саади аль-Марвази, надёжный, хафиз, из младших [9], 13/13.
2 — (Джарир) ибн Абд аль-Хамид ад-Дабби аль-Куфи, переселившийся в ар-Райй и бывший там судьёй, надёжный, с правильной книгой [8], 2/2.
3 — (Мутарриф) ибн Тарриф аль-Куфи, надёжный, добродетельный, из младших [6], 2/327.
4 — (аш-Шааби) Амир ибн Шаррахиль аль-Хамдани, Абу Амр аль-Куфи, надёжный, знаток фикха, добродетельный [3], 66/82.
5 — (Ади ибн Хатим) ибн Абдуллах ибн Саад ибн аль-Хашрадж ибн Имру аль-Кайс ибн Ади ибн Ахрам ибн Аби Ахрам ибн Рабиа ибн Джарваль ибн Су’аль ибн Амр ибн аль-Гаус ибн Тайй ат-Таи, Абу Тариф, а по другой версии — Абу Вахб, прибыл к Пророку ﷺ в шаабане седьмого года, передавал от Пророка ﷺ и от Умара (да будет доволен им Аллах), а от него передавали Амр ибн Хурайс, Абдуллах ибн Маакиль ибн Мукаррин, Тамим ибн Тарафа, Хайсама ибн Абд ар-Рахман, Мухилл ибн Халифа ат-Таи, Мурри ибн Катари, Амир аш-Шааби, Абдуллах ибн Амр — вольноотпущенник аль-Хасана, Биляль ибн аль-Мунзир, Саид ибн Джубайр, аль-Касим ибн Абд ар-Рахман, Аббад ибн Хубайш и другие. Сказал Мухилл ибн Халифа от Ади ибн Хатима: «С тех пор как я принял ислам, не была совершена молитва без того, чтобы я не был в состоянии омовения». Сказал аш-Шааби от Ади ибн Хатима: «Пришёл я к Умару ибн аль-Хаттабу с людьми из моего племени, и он стал назначать наделы людям из племени Тайй по две тысячи, а меня обходил, и я подошёл к нему и сказал: «О повелитель верующих, узнаёшь ли ты меня?» Он засмеялся так, что упал на спину, и сказал: «Да, клянусь Аллахом, я узнаю тебя: ты уверовал, когда они отвергли веру, и признал, когда они отрицали, и был верен, когда они предали, и пришёл, когда они отвернулись, и первая садака, которая обелила лицо Посланника Аллаха ﷺ и лица его сподвижников, была садакой племени Тайй, которую ты принёс Посланнику Аллаха ﷺ», — затем стал извиняться». Сказал аль-Хатыб: «Когда Посланник Аллаха ﷺ скончался, Ади ибн Хатим и его племя остались твёрды в исламе, и он принёс их садаку Абу Бакру, и присутствовал при завоевании Мадаина, и был с Али в битвах при аль-Джамале, Сиффине и ан-Нахраване, и умер после этого в Куфе, а был убит в Каркисии». Упомянул его Якуб ибн Суфьян среди военачальников Али в день аль-Джамаль и день Сиффин. Сказал Абу Хатим ас-Сиджистани в «Книге долгожителей»: «Говорят, что он прожил сто восемьдесят лет». Сказал Халифа: «Умер в Куфе в 68 году». Сказал Джарир от Мугиры ад-Дабби: «Вышли Ади ибн Хатим, Джарир ибн Абдуллах и Ханзала аль-Катиб из Куфы и остановились в Каркисии, и сказали: «Не будем жить в городе, где поносят Усмана»». Сказал Абу Хатим: «Он был скромным, и когда постарел, попросил разрешения у своего племени сидеть на подстилке в их собрании, из боязни, что кто-нибудь из них подумает, что он делает это из превозношения, и они разрешили ему это». Привели его хадисы вся группа [хадисоведов], и от него (66) хадисов, аль-Бухари и Муслим согласны на шесть хадисов, аль-Бухари в отдельности привёл три, а Муслим — два, и в этой книге у него (29) хадисов. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
(Из них): что он из пятизвенных иснадов автора — да помилует его Аллах Всевышний.
(Из них): что все его передатчики — передатчики достоверных сборников.
(Из них): что он идёт цепью куфийцев, кроме его шейха, который марвази. А Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса
(«от Ади ибн Хатима») ат-Таи — да будет доволен им Аллах Всевышний — («что он спросил Посланника Аллаха ﷺ») а в риваяте аль-Бухари от пути Хусайна ибн Абд ар-Рахмана, от аш-Шааби, от Ади ибн Хатима — да будет доволен им Аллах — он сказал: «Когда был ниспослан аят «пока не станет ясной для вас белая нить от чёрной нити», я взял чёрную завязку и белую завязку, и положил их под свою подушку…» — и далее хадис.
Сказал в «аль-Фатх»: «Внешне это указывает на то, что Ади присутствовал, когда был ниспослан этот аят, что предполагает раннее его принятие ислама, но это не так; ибо ниспослание предписания о посте произошло раньше, в начале переселения, а принятие ислама Ади было в девятом или десятом году, как упоминают Ибн Исхак и другие знатоки походов. Поэтому либо следует сказать, что аят, о котором говорится в хадисе главы, был ниспослан позже предписания о посте, что весьма далеко от истины, либо нужно толковать слова Ади так, что подразумевается под его словами «когда был ниспослан», то есть когда он был прочитан мне при моём принятии ислама, или когда до меня дошло известие о ниспослании этого аята, или в тексте есть опущение, и смысл таков: «когда был ниспослан аят, затем я прибыл и принял ислам, и изучил предписания, [затем] я взял»».
Сказал составитель — да простит его Аллах Всевышний: второе предположение более близко [к истине], а затем то предположение, которое он упомянул в конце, по смыслу совпадает со вторым предположением. А Аллах Всевышний знает лучше.
И передал Ахмад его хадис по пути Муджалида в такой формулировке: «Обучил меня Посланник Аллаха ﷺ молитве и посту, и сказал: «Молись так-то, и пости так-то, а когда закатится солнце, ешь, пока не станет ясной для тебя белая нить от чёрной нити»». Сказал: «И я взял две нити…»» — и далее хадис.
(«о словах Всевышнего: «пока не станет ясной для вас белая нить от чёрной нити»») то есть спросил его о значении, подразумеваемом под белой нитью и чёрной нитью в этом аяте.
(«Он сказал ﷺ: «Это»») возвращается к упомянутому — белой нити и чёрной нити, то есть значение...
Имеется в виду («чернота ночи и белизна дня»). В риваяте аль-Бухари, приведённом по пути Хусайна: «Я взял белый шнурок и чёрный шнурок и положил их под подушку. Ночью я стал смотреть на них, но не мог разобрать их. Утром я пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и рассказал ему об этом, и он сказал: «Это ведь чернота ночи и белизна дня»». А у аль-Бухари в «Тафсире» по пути Абу Аваны от Хусайна: «Ведь подушка твоя тогда очень широка, если белая и чёрная нить находятся под твоей подушкой». А у Абу Аваны по пути Ибрахима ибн Тахмана от Мутаррифа: «И он засмеялся и сказал: «Нет, о широкий затылком»».
Аль-Хаттаби (да помилует его Аллах Всевышний) сказал в «Аль-Маалим»: относительно его слова («поистине, подушка твоя широка») существуют два мнения.
Первое: он имел в виду, что сон твой долог, и подушкой он обозначил сон, потому что спящий кладёт голову на подушку; или же он имел в виду, что ночь твоя длинна, если ты не удерживаешься от еды, пока тебе не станет ясен шнурок.
Второе мнение: он обозначил подушкой то место головы и шеи, которое кладётся на подушку при сне, а арабы говорят: «такой-то — широкий затылком», когда он тупоумен и невнимателен. Приводится и в другом риваяте этого хадиса: «Поистине, ты широк затылком». Аз-Замахшари определённо принял второе толкование, сказав: пророк ﷺ намекнул на затылок Адий, потому что тот проявил невнимательность к разъяснению, а широта затылка служит признаком недостатка сообразительности, и он привёл в подтверждение этого стихи.
Многие это отвергли, среди них аль-Куртуби, который сказал: некоторые люди восприняли это как упрёк ему за такое понимание, как будто уразумели из этого, что пророк ﷺ приписал ему невежество, грубость и непонимание, и порой они опирались на это тем, что передаётся, будто он ﷺ сказал ему: «Поистине, ты широк затылком». Но дело не так, ибо он воспринял выражение в его языковом истинном смысле, а это — исходное значение, если не выяснится довод в пользу переносного смысла. И тот, кто держится этого пути, не заслуживает упрёка и не может быть обвинён в невежестве. Пророк ﷺ, — а Аллах знает лучше, — имел в виду, что если твоя подушка покрывает те две нити, которые Аллах подразумевал, то есть ночь и день, то это, значит, подушка широкая и обширная, поскольку она их обе охватила и накрыла. Не видишь ли ты, что он вслед за этим сказал: «Это ведь чернота ночи и белизна дня», — как бы говоря: «Как же они могут поместиться под подушкой?» К этому же сводится и его слово: «Поистине, ты широк затылком», потому что эта подушка, которая своей широтой покрыла ночь и день, не может служить изголовьем никому, кроме обладателя широкого затылка, чтобы ширина подушки соответствовала ширине затылка. Это, на мой взгляд, наиболее подходящее и уместное из сказанного об этом, и на это указывает также то дополнение, которое привёл аль-Бухари, где сказано: «Ведь подушка твоя тогда очень широка, если белая и чёрная нить находятся под твоей подушкой». И люди много говорили об этом. Конец слов аль-Куртуби (1).
Ибн Хиббан в своём «Сахихе» озаглавил это так: [упоминание разъяснения того, что языки арабов различаются между их племенами], указывая тем самым, что Адий не знал в своём языке, что чернота ночи и белизна дня выражаются через белую нить и чёрную нить, и привёл этот хадис (1). А Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возврат и прибежище, и Он — тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): о его степени.
Этот хадис Адия ибн Хатима (да будет доволен им Аллах Всевышний) — согласованный (передан обоими шейхами).
(Второй вопрос): о указании мест, где автор его упоминает, и о том, кто ещё его передал.
Он приводится здесь — 29/2169 — и в «Аль-Кубра» 29/2479, и в «Тафсире» из неё 27/11021. Приводит его (аль-Бухари) в «Посте» 1916 и «Тафсире» 4509 и 4510, (Муслим) в «Посте» 2528, (Абу Дауд) в «Посте» 2002, (ат-Тирмизи) в «Тафсире» 2896 и 2897, (Ахмад) в 18561, (ад-Дарими) в «Посте» 1632. А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах.
Из них: то, ради чего дал заглавие автор (да помилует его Аллах Всевышний), а именно разъяснение толкования упомянутого аята, что очевидно, поскольку он ﷺ разъяснил, что подразумевается под белой нитью и чёрной нитью, — а именно чернота ночи и белизна дня.
Из них: усердие сподвижников в исполнении того, что им было велено из ниспосланного Аллахом (велик Он и возвышен), и вопрошание о том, что осталось им неясным в способе исполнения этого.
Из них: разъяснение того, что племена арабов различаются в своих языках, ибо этот сподвижник (да будет доволен им Аллах) не знал употребления белой и чёрной нити в том значении, что подразумевалось в аяте, пока пророк ﷺ не разъяснил ему это.
Из них: допустимость упрёка редким, лёгким словом, которое становится притчей, при условии верности намерения и наличия этого условия при уверенности в отсутствии чрезмерности в этом, ибо это — место, где легко оступиться, кроме как для того, кого оградил Аллах Всевышний. Так сказал Ибн аль-Мунайир (да помилует его Аллах Всевышний). А Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возврат и прибежище.
(Четвёртый вопрос): аль-Бухари и Муслим, а также автор в «Тафсире» из «Аль-Кубра» приводят от Сахля ибн Саада ас-Саиди (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Было ниспослано: «Ешьте и пейте, пока не станет ясной вам белая нить от чёрной нити», и не было ниспослано «от рассвета». И были люди, которые, желая поститься, привязывали к своей ноге белую нить и чёрную нить и продолжали есть, пока им не становилось ясно их видение. Затем Аллах ниспослал после этого «от рассвета», и они узнали, что имеются в виду ночь и день». (2)
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: хадис Адия предполагает, что слово «от рассвета» было ниспослано непосредственно вслед за словами Всевышнего: «пока не станет ясной вам белая нить от чёрной нити» [аль-Бакара: 187], и что Адий ибн Хатим (да будет доволен им Аллах) понял нить в её буквальном значении и понял из слов «от рассвета» ради рассвета, и сделал то, что сделал, с белым и чёрным шнурком. Это противоречит хадису Сахля ибн Саада (да будет доволен им Аллах), в котором говорится, что Аллах Всевышний не ниспослал «от рассвета» иначе как отдельно от слов «пока не станет ясной вам белая нить от чёрной нити», и когда у них тогда возникло затруднение, Аллах Всевышний ниспослал «от рассвета», устраняя это затруднение. Говорилось также, что между ниспосланием этих двух частей прошёл целый год.
Как бы то ни было, оба хадиса представляют собой два случая в разное время, и можно соединить их так, что хадис Адия является более поздним, чем хадис Сахля, и что Адий не слышал того, что произошло в истории Сахля, а слышал лишь аят отдельно и понял его так, как мы изложили, и пророк ﷺ разъяснил ему, что белая нить — это иносказание о белизне рассвета, а чёрная нить — иносказание о черноте ночи, и что смысл этого — отделение одного от другого. При этом «от рассвета» связано со словом «станет ясным», а согласно смыслу хадиса Сахля оно находится в положении обстоятельства образа действия, связанного с опущенным словом, и таков же смысл его ответа в хадисе Сахля.
Возможно также, что оба хадиса представляют собой один и тот же случай, и некоторые передатчики — то есть в истории Адия — упомянули его слитно с предыдущим, как это установлено в Коране, хотя оно было ниспослано раздельно, как разъясняет хадис Сахля. А Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов аль-Куртуби с некоторым изменением (1).
Собиратель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: второе предположение слабо, — как сказал Ибн Хаджар, — потому что история Адия более поздняя вследствие позднего его принятия ислама, как было указано выше.
Ибн Абу Хатим передал по пути Абу Усамы от Муджалида в хадисе Адия, что пророк ﷺ сказал, когда тот сообщил ему о том, что сделал: «О сын Хатима, разве я не сказал тебе: «от рассвета»?». А ат-Табарани передаёт другим путём от Муджалида и других: и сказал Адий: «О Посланник Аллаха, всё, что ты мне велел, я запомнил, кроме белой нити от чёрной нити; я провёл прошлую ночь, имея при себе две нити, глядя то на эту, то на ту». Он сказал: «Это ведь то, что на небе»».
Итак, из всего этого выясняется, что история Ади отличается от истории Сахля: те, о ком упомянуто в хадисе Сахля, поняли слово «нить» в его буквальном значении, а когда был ниспослан [аят со словами] «от зари», они уяснили истинный смысл, поэтому Сахль сказал в своём хадисе: «И они узнали, что имеются в виду ночь и день». А что касается Ади, то, судя по всему, в языке его народа не было такого переносного употребления слова «нить» в значении «заря», и он понял слова [Всевышнего] «от зари» как указание на причину, полагая, что предел продолжается до тех пор, пока не станет возможным различить одну нить от другой благодаря свету зари; либо же он забыл слова «от зари», пока Пророк ﷺ не напомнил их ему. Это переносное употребление известно у некоторых арабов, поэт сказал [размером «мутакариб»]:
«И когда явился нам сумрак… и заблистала от рассвета нить, осветившая»
А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Пятый вопрос): В «Фатхе» сказано, — суть в следующем: смысл слов Всевышнего «доколе не станет ясной для вас белая нить от чёрной нити» таков: пока не проявится белизна дня из черноты ночи, и это прояснение достигается восходом истинной зари, из чего следует, что то, что после зари, относится ко дню. Абу Убайд сказал: под чёрной нитью имеется в виду ночь, а под белой нитью — истинная заря, а «нить» — это цвет. Есть также мнение, что под белым имеется в виду первое, что появляется от зари, протянувшееся по горизонту, подобно вытянутой нити, а под чёрным — то, что тянется вместе с ним из сумрака ночи, похожего на нить. Так сказал аз-Замахшари. Он сказал: слова «от зари» являются разъяснением белой нити, и этим ограничились, не разъясняя чёрную нить, ибо разъяснение одной из них есть разъяснение другой. Он сказал: допустимо также, что «мин» здесь для обозначения части, поскольку это часть зари, и слова «от зари» вывели [выражение] из метафоры в сравнение, подобно тому как слова «я видел льва» — это иносказание, но если добавить «от такого-то», оно возвращается к сравнению. Затем он сказал: как могло быть допустимо отложить разъяснение, ведь это похоже на бессмысленное действие, ибо до ниспослания слов «от зари» из этого понималось лишь буквальное значение, которое не было целью. Затем он ответил, что те, кто не допускает этого, — а таковых большинство среди правоведов и богословов-калямистов, — у них хадис Сахля не признан достоверным. А те, кто допускает это, говорят: это не бессмысленно, ибо адресат извлекает из этого пользу — обязательность обращения [Откровения к нему], и он решается исполнить его, когда уяснит его смысл. Конец цитаты.
Хафиз (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: то, что он передал отрицание допустимости от большинства, вызывает сомнение, как будет показано далее, а его ответ о том, что хадис у них не признан достоверным, отвергается, ибо никто из обеих групп так не говорил, поскольку это относится к тому, в достоверности чего согласны оба шейха [аль-Бухари и Муслим], и умма приняла это с одобрением.
Вопрос об отложении разъяснения известен в книгах по основам [фикха], и в нём есть разногласие среди учёных — как среди богословов-калямистов, так и других. Ибн ас-Сам'ани передал по поводу основы этого вопроса от шафиитов четыре мнения: допустимость безусловно — от Ибн Сурайджа, аль-Истахри, Ибн Абу Хурайры и Ибн Хайрана;
запрет безусловно — от Абу Исхака аль-Марвази, кади Абу Хамида и ас-Сайрафи; третье — допустимость отложения разъяснения предписания в отношении обобщённого (муджмаль), но не общего (амм); четвёртое — обратное этому, и оба [последние мнения] переданы от некоторых шафиитов.
Ибн аль-Хаджиб сказал: отложение разъяснения после времени нужды в нём недопустимо, кроме как у того, кто допускает возложение невозможного, то есть у ашаритов, которые допускают это, хотя большинство из них говорят, что этого не случилось.
Толкователь его [книги] сказал: обращение [Откровения], нуждающееся в разъяснении, бывает двух видов: первый — то, что имеет явный смысл, но было употреблено в противоречии с ним; второй — то, что не имеет явного смысла. Группа ханафитов, маликитов и большинство шафиитов сказали: допустимо отложить его разъяснение после времени обращения, и это избрали Фахр ар-Рази, Ибн аль-Хаджиб и другие; а некоторые ханафиты и все ханбалиты склонились к недопустимости этого. Аль-Карахи сказал: это недопустимо в отношении того, что не является муджмаль.
Когда это установлено, ан-Навави сказал, следуя Ийаду: буквальное понимание белой и чёрной нити приписали лишь некоторые из тех, кто не разбирался в грамматике, подобно тем людям, о которых рассказал Сахль, а также некоторые из тех, в языке которых не было употребления слова «нить» в отношении зари, подобно Ади.
Ат-Тахави и ад-Дауди утверждали, что это относится к разряду отмены (насх), и что предписание первоначально было по своему буквальному смыслу, понимаемому из [упоминания] двух нитей, приводя в доказательство переданное от Хузайфы и других о допустимости еды до наступления яркого света (исфар). Он сказал: затем это было отменено словами Всевышнего «от зари».
Хафиз сказал: подтверждает сказанное им то, что передал Абд ар-Раззак с иснадом, все передатчики которого надёжны: «Билял пришёл к Пророку ﷺ, когда тот совершал сухур, и сказал: молитва, о Посланник Аллаха, клянусь Аллахом, уже наступило утро! Он сказал: пусть Аллах помилует Биляла, если бы не Биляль, мы бы надеялись, что нам будет дана послабление до восхода солнца».
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) сказал: в подтверждении этим хадисом упомянутой отмены есть неясность, пусть [читатель] вдумается. А Аллах Всевышний знает лучше.
Из этого хадиса извлекается польза — как сказал Ийад — обязательность воздержания от [толкования] омонимичных слов и требование разъяснения того, что ими имеется в виду, и что их не следует понимать по наиболее явному значению и наиболее частому употреблению, кроме как при отсутствии разъяснения.
Ибн Базиза сказал в «Шарх аль-Ахкам»: это не относится к разряду отложения разъяснения обобщённых понятий (муджмалят), ибо сподвижники сначала поступали согласно тому, что первым пришло им на ум сообразно языку, и, исходя из этого, это относится к разряду отложения того, что имеет явный смысл, но подразумевалось противоположное ему.
Хафиз сказал: его слова подразумевают, что все сподвижники поступали так, как передал Сахль ибн Са'д, но в этом есть сомнение.
Из аята и хадиса выведено доказательство того, что пределом еды и питья является восход зари, и если заря взошла, а человек ест или пьёт, и он [сразу] прекращает, то его пост действителен — но в этом есть разногласие среди учёных; а если он ел, полагая, что заря не взошла, то его пост не портится по мнению большинства, ибо аят указывает на дозволенность до тех пор, пока не наступит ясность. Абд ар-Раззак передал с достоверным иснадом от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах), что он сказал: «Аллах дозволил тебе еду и питьё, пока ты в сомнении». А у Ибн Абу Шейбы передано подобное от Абу Бакра и Умара. И Ибн Абу Шейба передал через Абу ад-Духа, что некий человек спросил Ибн Аббаса о сухуре, и один из сидевших с ним сказал ему: ешь, пока не перестанешь сомневаться, — на что Ибн Аббас сказал: этот ничего не сказал [верного], ешь, пока сомневаешься, до тех пор, пока не перестанешь сомневаться.
Ибн аль-Мунзир сказал: к этому мнению склонилось большинство учёных. Малик сказал: он должен возместить [этот день]. Ибн Базиза сказал в «Шарх аль-Ахкам»: они разошлись во мнениях, запрещается ли еда с восходом зари или же с прояснением этого для наблюдателя, придерживаясь явного смысла аята; также они разошлись во мнениях о том, обязательно ли воздержание в течение некоторой части [времени] до восхода зари или нет, основываясь на известном разногласии относительно предпосылки обязательного. Конец цитаты.
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) сказал: истина в том, что запрет еды и подобного связан с прояснением зари и её удостоверением, а не с простым восходом, согласно явному смыслу благородного аята. А что касается мнения об обязательности воздержания в течение некоторой части ночи, то его несостоятельность очевидна, поскольку оно противоречит явному смыслу аята. Так вникни и не пребывай в замешательстве.
Исследование этого вопроса уже приводилось выше в главе [«Об отложении сухура»], 20/2152, 2153 и 2154. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу лишь исправления, насколько я способен, и мой успех — только от Аллаха, на Него я уповаю и к Нему обращаюсь»....
30 — (КАКОВА ЗАРЯ)
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) сказал: «кайфа», а также говорят «кай» с отбрасыванием «фа» — слово, которым спрашивают о состоянии вещи и её качестве; говорят: «кайфа Зейд» (как Зейд), имея в виду вопрос о его здоровье, болезни, трудности, лёгкости и прочем; оно также употребляется для удивления, упрёка и отрицания, как в словах Всевышнего: «Как вы можете не веровать в Аллаха, ведь вы были мёртвыми, и Он оживил вас» [Корова: 28], а также для обозначения состояния без вопроса, и иногда оно содержит смысл отрицания; «кайфиййя» вещи — это её состояние и качество.
А здесь подразумевается первое значение, то есть: каково качество зари, которую Аллах сделал признаком окончания дозволенности...