Хадис тридцать восьмой, от Зайда ибн Асляма, мурсаль
Малик передаёт от Зайда ибн Асляма, от Атаа ибн Ясара, что один человек из ансаров, из бану Хариса, пас дойную верблюдицу у горы Ухуд, и она стала умирать, и он зарезал её заострённой палкой. Об этом спросили Посланника Аллаха ﷺ, и он сказал: «В этом нет ничего плохого, ешьте её мясо». Так передала эту историю группа передатчиков «Муватта» в форме мурсаль, но по смыслу она подтверждена как связная (муттасиль) через несколько достоверных путей от Пророка ﷺ. Я не знаю никого, кто передал бы её с полным иснадом от Зайда ибн Асляма, кроме Джарира ибн Хазима, от Аййуба, от Зайда ибн Асляма, от Атаа ибн Ясара, от Абу Саида аль-Худри.
Привёл её аль-Баззар, сказав: рассказал нам Мухаммад ибн Ма‘мар, сказал: рассказал нам Хаббан ибн Хиляль, сказал: рассказал нам Джарир ибн Хазим, от Аййуба. И привёл её Абу аль-Аббас Мухаммад ибн Исхак ас-Саррадж в своей «Истории», сказав: рассказал нам Ахмад ибн аль-Хасан ибн Хираш, сказал: рассказал нам Хаббан ибн Хиляль, сказал: рассказал нам Джарир ибн Хазим, сказал: рассказал мне Аййуб от Зайда ибн Асляма — «затем я встретил Зайда ибн Асляма, и он передал мне от Атаа ибн Ясара, от Абу Саида аль-Худри, который сказал: у одного человека из ансаров была верблюдица, которая паслась в сторону Ухуда, и он зарезал её колом. Я спросил Зайда: колом железным или деревянным? Он ответил: нет, деревянным. И тот человек пришёл к Пророку ﷺ и спросил его об этом, и он велел ему съесть её мясо».
Абу Умар сказал: «лякха» — это дойная верблюдица; толкование этого слова уже приводилось ранее в нашей книге. А «шизаз» — это твёрдая на конце палка, как сказали знатоки языка. Якуб ибн Джафар передал от Зайда ибн Асляма, от Атаа ибн Ясара в этом хадисе: «и её настигла смерть, и он не нашёл, чем зарезать её, и взял кол, и ударил им в основание её шеи, пока не пролилась вся кровь, затем пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и сообщил ему об этом, и он велел ему съесть её мясо». Согласно этой версии хадиса, «шизаз» — это кол (ватад), и всё это близко по смыслу. Ибн Хабиб сказал: «шизаз» — это палка, которой соединяют две петли двух мешков на спине животного, и привёл в качестве доказательства слова Умаййи ибн Абу ас-Салта: «...соединением двух петель с помощью шизаза». Абу Умар сказал: и сказал Антара: «...когда они бьют её некое время до крови... и развязывается на верблюдице узел её шизаза».
Аль-Халиль сказал: «зурара» и «зурар» — это камень с острым краем, сказал: а «шизаз» — это изогнутая палка с заострённым концом, а «лайт» — это кожура тростника. Заклание (тазкия) с помощью «шизаза» бывает только в отношении того, что закалывают через нахр (удар в основание шеи), а не через забх (перерезание горла). У верблюдицы принято именно нахр, и это и есть её тазкия, а с помощью «шизаза» невозможно совершить забх, поскольку он подобен острию копья. Однако забх возможно совершить осколком палки, потому что у неё есть тонкий край, и это называется «шатыр». А тонкий осколок камня, которым можно совершить тазкия, называется «зурар». Этими двумя предметами совершают забх, но невозможно совершить нахр. Что касается тростника, то с его помощью возможны и забх, и нахр, а осколок тростника называется «лийта». Передано от Саида ибн аль-Мусайиба, что он сказал: «то, что зарезано с помощью лийты, шатыра или зурара — дозволено, это правильное заклание».
Абу Умар сказал: в этом хадисе содержится дозволение заклания того животного из числа дозволенных в пищу, к которому подступила смерть, будь то в состоянии, когда есть надежда на его жизнь, или нет, если оно живо в момент заклания, потому что Посланник Аллаха ﷺ не спросил у того, кто его зарезал, о его состоянии, и не осудил его, а сказал: «В этом нет ничего плохого, ешьте её мясо», хотя ему было сказано, что её настигла смерть. Согласно очевидному смыслу этого хадиса, если место заклания осталось невредимым от повреждения и в закалываемом животном сохранялась жизнь, то заклание его дозволяется.
Сообщил мне Халяф ибн аль-Касим, сказал: рассказал нам Ахмад ибн Абдуллах ибн Мухаммад ибн Абд аль-Мумин, сказал: рассказал нам аль-Муфаддаль ибн Мухаммад, сказал: рассказал нам Али ибн Зияд, сказал: рассказал нам Абу Курра, сказал: я спросил Малика о животном, упавшем с высоты, и о раненом хищником животном, если их успевают зарезать, пока они ещё двигаются. Он сказал: «нет ничего плохого, если не отрезана голова и не выпущены внутренности брюшной полости». Он сказал: и я слышал, как Малик говорит: «если изменилось то, что между местом нахра и местом забха, то мясо не едят».
Учёные разошлись во мнениях относительно слов Всевышнего Аллаха: «и удушенное животное, и забитое до смерти ударом, и упавшее с высоты, и забитое рогами, и то, что съел хищный зверь, — кроме того, что вы успели зарезать (заклать)». Одни сказали: это исключение относится ко всему, чью тазкия успели совершить, из числа удушенного, забитого ударом, упавшего с высоты, забитого рогами и того, на что напал хищник; и когда успевают застать что-либо из перечисленного живым, заклание действует в отношении него, поскольку право исключения состоит в том, чтобы оно относилось к предшествующей речи, и его не следует считать прерванным (отдельным), кроме как при наличии доказательства, которому необходимо подчиниться. Среди тех, от кого передан этот смысл — Али ибн Абу Талиб, Абу Хурайра, Ибн Аббас и группа последователей (табиинов) и правоведов мусульман. Ибн Уяйна, Шарик и Джарир передали от ар-Рукайна ибн ар-Рабиа, от Абу Тальхи аль-Асади, который сказал: я спросил Ибн Аббаса о волке, напавшем на......овцы, разрезал ей живот так, что вывалились её внутренности, но я застал момент, когда она была ещё жива, и зарезал её (совершил над ней закалывание)». Он сказал: «Ешь. А то, что выпало из её внутренностей, не ешь».
Хаммад ибн Салама передал от Катады и Хумайда, от аль-Хасана, что тот сказал относительно того, что съел хищный зверь: «Если она подмигивает глазом, или бьёт ногой, или машет хвостом, то заколи её и ешь».
Ибн Абу Шайба упомянул от Ибн Фудайля, от Аш'аса, от аль-Хасана относительно слов Аллаха «кроме того, что вы успели заколоть»: аль-Хасан сказал: «Какое бы из этих пяти (животных) ты ни застал живым в момент закалывания, ешь его». Я спросил: «О Абу Саид, как мне это узнать?» Он ответил: «Если она подмигивает глазом или бьёт ногой». От Катады и ад-Даххака ибн Музахима передано подобное этому.
К этому же мнению склонился Ибн Хабиб и упомянул его от сподвижников Малика, передавая от него. Ибн Хабиб сказал: «Если зарезанное животное подмигивает, оно является заколотым надлежащим образом, даже если оно подмигнуло лишь одной из своих конечностей — глазом, или ногой, или... волчьим (укусом), или рукой (передней конечностью) — вместе с прохождением дыхания, то оно заколото надлежащим образом». Он сказал: «Именно так мне разъяснили это сподвижники Малика, передавая от него». Ибн Абд аль-Хакам упомянул от Малика нечто подобное этому.
Аль-Лейс ибн Саад сказал: «Если оно было живым, и хищный зверь уже извлёк из него внутренности, то оно съедается, кроме того, что стало отдельным от него, оторвалось от него». Это же — слова Ибн Вахба, и это наиболее известное мнение в мазхабе аш-Шафии. Это уже было приведено ранее как слова Ибн Аббаса.
Аль-Музани передал от аш-Шафии относительно хищного зверя: «Если он разрезал живот овцы, и стало достоверно известно, что она умрёт, если её не заколоть, а её заколол, то нет вреда в её поедании». Аль-Музани сказал: «Я запомнил от него и другое мнение: что оно не съедается, если хищный зверь довёл его до такого состояния, или падение (с высоты) довело его до состояния, при котором с ним не остаётся жизни». Аль-Музани сказал: «Это мнение жителей Медины». Он сказал: «И это, по-моему, более соответствует по аналогии основам аш-Шафии, поскольку его слова относительно дичи суши (сводятся к тому), что если оружие не довело её до состояния, соответствующего закалыванию, а закалывание было возможным, но он не заколол её, то он не ест её». Он сказал: «В этом есть указание на то, что если бы оно довело её до состояния, соответствующего закалыванию, он бы съел её».
Аль-Музани сказал: «Есть и другое доказательство из его же слов. Он сказал в книге о крови: если у человека перерезали горло и пищевод, или перерезали его внутренности так, что они отделились от его живота, или привели его в состояние зарезанного, а затем другой отрубил ему голову, то первый является убийцей, а не второй». Он сказал: «В этих его словах есть указание на то, что я тебе описал, — что это более верно по аналогии, чем его другое мнение».
Абу Умар сказал: большинство сторонников аш-Шафии придерживаются его другого мнения, в противоположность тому, что выбрал аль-Музани. Из них Абу аль-Касим аль-Казвини приводил в качестве доказательства слова Всевышнего Аллаха после упоминания удушенного и того, что упомянуто вместе с ним, до слов «кроме того, что вы успели заколоть». Он сказал: «Смысл аята — поедание удушенного, упавшего (с высоты), забитого рогами и того, что съел хищный зверь, если это было заколото, и в нём была жизнь, — было ли падение или поедание хищным зверем доведено до состояния, в котором есть сохранение (жизни), либо до состояния, в котором нет сохранения, если в нём была та мера жизни, по которой известно, что оно не умерло». Он сказал: «А тот, кто утверждает, что упавшее и то, что съел хищный зверь, при наличии в нём жизни, если его заколоть, съедается в одном случае, но не в другом, — приписывает Писанию то, чего Писание не привнесло».
Абу Умар сказал: это также мазхаб Абу Ханифы относительно этого аята и относительно всего, чьё закалывание застигнуто, а в нём есть жизнь, — сколько бы ни было жизни, оно является заколотым надлежащим образом, и когда его заколют и застигнут прежде, чем оно умрёт, оно съедается, по его мнению.
Ат-Тахави сказал: передано от Абу Юсуфа в «аль-Имляъ»: «Если оно доведено до такого состояния, в котором подобное не выживает, оно не съедается». Он сказал: Ибн Самаа упомянул от Мухаммада, что тот сказал: «Если оно доведено до состояния, в котором не выживет сегодня и тому подобное, или два часа, или три и тому подобное, а его заколют, оно становится дозволенным; а если оно останется живым только так, как остаётся зарезанное, то оно не съедается, даже если его зарезать».
Он сказал: Мухаммад ибн аль-Хасан приводил в качестве доказательства то, что раны Умара ибн аль-Хаттаба были смертельными, но его заветы и приказы оставались действительными, и если бы кто-то убил его (в тот момент), на него было бы возложено возмездие (кровью). К этому же склонился ат-Тахави и утверждал, что учёные не разногласили относительно скота, если его поразили смертельные болезни, с которыми он может прожить короткое или долгое время, — что он заколывается надлежащим образом; а если он оказался в состоянии предсмертной агонии и содрогания перед смертью, то в нём нет надлежащего закалывания. Так, по аналогии, должно быть и решение относительно упавшего (с высоты) и подобного ему.
Аль-Авзаи сказал: «Если в нём есть жизнь, а его зарезали, оно съедается».
Абу Умар сказал: некоторые из учёных пришли к тому, что исключение в словах Всевышнего «кроме того, что вы успели заколоть» является прерванным (منقطع) от предшествующего, не относящимся ни к чему из упомянутого. Они говорили, что это известно в речи арабов — использование слова «илля» (إلا) в значении «лякин» (لكن, «но»). Пример этого — слова Аллаха Всевышнего: «Не подобает верующему убивать верующего, разве только (илля) по ошибке» — имеется в виду: «Не подобает верующему убивать верующего никоим образом», а затем сказано «кроме как по ошибке», то есть «но если он убил его по ошибке». Здесь исключение не относится к первому. Таково мнение аль-Халиля, Сибавейха и аль-Фарра — все они считают, что «илля» здесь употреблено в значении «лякин». Некоторые из них приводили в качестве примера стихи Абу Хираша...