Некоторые учёные говорят о безусловном запрете — это известное мнение Абу Ханифы и Ахмада; так же говорил Абу Саур, ученик аш-Шафии; из маликитов это мнение поддержал Ибн аль-Араби, а из захиритов — Ибн Хазм. Их доводом служит то, что запрет предпочтительнее дозволения, и они не признали достоверным упомянутый нами хадис Джабира.
Некоторые говорят о безусловной допустимости — это мнение Аиши, Урвы, Рабии и Дауда. Они обосновывают это тем, что хадисы противоречат друг другу, и следует возвращаться к изначальной дозволенности.
Эти четыре мазхаба известны среди учёных, и ан-Навави в «Шарх аль-Мухаззаб» не упоминает иных.
В этом вопросе есть ещё три других мнения. Одно из них — допустимость обращения спиной в строениях только внутри помещений, опираясь на явный смысл хадиса Ибн Умара; это мнение Абу Юсуфа. Другое — безусловный запрет, вплоть до отменённой киблы, то есть Иерусалима; это передано от Ибрахима и Ибн Сирина, исходя из хадиса Мыкаля аль-Асади: «Посланник Аллаха ﷺ запретил нам обращаться лицом к обеим кыбле при мочеиспускании или испражнении» — передал Абу Дауд и другие, но это слабый хадис, поскольку в его иснаде есть передатчик, чьё положение неизвестно. Даже если предположить его достоверность, то имеются в виду жители Медины и те, кто находится в её направлении, поскольку их обращение лицом к Иерусалиму влечёт за собой обращение спиной к Каабе. Таким образом, причина запрета — обращение спиной к Каабе, а не обращение лицом к Иерусалиму. Аль-Хаттаби утверждал единодушное согласие учёных о недопустимости запрета обращения лицом к Иерусалиму для того, кто при этом не обращается спиной к Каабе, но в этом есть сомнение ввиду упомянутого нами от Ибрахима и Ибн Сирина. Об этом же говорили и некоторые шафииты, как передал Ибн Абу-д-Дам.
Ещё одно мнение — что запрет ограничен жителями Медины и теми, кто находится в её направлении, а тому, чья кибла находится в стороне востока или запада, дозволено обращаться лицом или спиной безусловно, в силу общего смысла его слова: «Обращайтесь к востоку или к западу». Так говорил Абу Аваана, ученик аль-Музани. Аль-Бухари же поступил противоположным образом, использовав этот хадис как доказательство того, что ни на востоке, ни на западе нет киблы, как об этом будет сказано далее в главе о кибле жителей Медины из книги о молитве, если пожелает Всевышний Аллах.
Его слово («фа-ля йастакбиль» — «пусть не обращается лицом») — с кясрой на «ляме», поскольку «ля» здесь является запрещающей частицей, а «лям» в слове «кибла» указывает на определённость, то есть подразумевается Кааба.
Его слово («и не обращает к ней спину») — а у Муслима: «и не обращается к ней спиной», с добавлением «при мочеиспускании или испражнении». Второе упоминание «гаит» (испражнение) отличается от первого: оно применено метафорически к выходящему из заднего проходу, — перенос названия места на содержимое, из нежелания называть это прямым именем. Отсюда возникает полное созвучие (джинас). Судя по его слову «при мочеиспускании», очевидно, что запрет относится именно к выходу нечистот из детородных органов, а причина этого — почитание киблы, недопустимость обращения к ней с нечистотами. Это подтверждается словами в хадисе Джабира: «когда мы проливали воду». Говорилось также, что причина запрета — обнажение интимных органов; и в этом случае запрет распространяется на любое положение, при котором обнажаются интимные органы, например, при половом акте. Это передал Ибн Шас аль-Малики как одно из мнений в их мазхабе, и, по-видимому, его сторонник опирался на риваят в «Муватта»: «Не обращайтесь лицом к кибле своими половыми органами». Однако это следует понимать в первом значении, то есть в состоянии удовлетворения нужды, чтобы совместить оба риваята. И Аллах знает лучше. Далее будет речь о словах Абу Айюба «мы отворачиваемся и просим прощения», когда автор приведёт их в начале книги о молитве, если пожелает Всевышний Аллах.
12 — Глава: о том, кто отправлял нужду, сидя на двух кирпичах
145 — Рассказал нам Абдуллах ибн Юсуф, сказал: сообщил нам Малик от Йахьи ибн Саида, от Мухаммада ибн Йахьи ибн Хаббана, от его дяди Васиа ибн Хаббана, от Абдуллаха ибн Умара, что он говорил: «Некоторые люди говорят: «Когда садишься по нужде, не обращайся лицом ни к кибле, ни к Иерусалиму»». Абдуллах ибн Умар сказал: «Однажды я поднялся на крышу нашего дома и увидел Посланника Аллаха ﷺ, сидящего на двух кирпичах лицом к Иерусалиму по своей нужде». И он сказал: «Возможно, ты из тех, кто молится, сидя на своих бёдрах». Я сказал: «Не знаю, клянусь Аллахом». Малик сказал: имеется в виду тот, кто молится, не поднимаясь от земли, совершая земной поклон, прижавшись к земле.
[Хадис 145 — параллельные места в 3102, 149, 148]
Его слово («глава о том, кто отправлял нужду», «табарраза») — по форме «тафаʻʻаля», от «аль-бараз» (с фатхой на «ба») — открытое, широкое пространство; этим словом иносказательно называют выходящее из заднего прохода, как было упомянуто ранее относительно слова «гаит».
Его слово («на двух кирпичах», «либнатайн») — с фатхой на «лям», кясрой на «ба» и фатхой на «нун», двойственное число от «либна» — то, что изготавливается из глины или иного материала для строительства до обжига.
Его слово («Йахья ибн Саид») — это аль-Ансари аль-Мадани, таби‘и; таковы же и его учитель, и учитель его учителя по всем трём этим признакам. Однако говорилось, что Васи‘ видел Пророка ﷺ, поэтому его упоминают среди сподвижников. Его отец Хиббан — это Ибн Мункыз ибн Умар; и у него, и у его отца было общение с Пророком ﷺ. Уже говорилось во введении, что это имя произносится с фатхой на «ха» и с «ба».
Его слово («что он говорил») — то есть Ибн Умар, как ясно указал Муслим в своей риваяте, чей текст будет приведён вскоре. А тот, кто утверждает, что местоимение относится к Васиу, ошибается. И слово «сказал Ибн Умар» не является ответом Васиу, а «фа» здесь указывает на причинность, ибо Ибн Умар привёл первое высказывание, отвергая его, а затем разъяснил причину своего отвержения тем, что передал от Пророка ﷺ. Он мог бы сказать: «Я видел...» и так далее, но передатчик от него, то есть Васи‘, захотел усилить сообщение, повторив: «сказал Абдуллах ибн Умар».
Его слово (некоторые люди) — этим он указывает на тех, кто утверждал об общем характере запрета, как было сказано ранее; это передаётся от Абу Айюба, Абу Хурайры, Ма‘киля аль-Асади и других.
Его слово (когда ты сидишь) — упоминание о сидении сделано потому, что это преобладающее положение, иначе состояние стояния таково же.
Его слово (по нужде своей) — этим он иносказательно обозначил справление нужды и тому подобное.
Его слово (لقد, «действительно») — «лям» здесь является ответом на опущенную клятву.
Его слово (на крыше нашего дома) — а в риваяте Язида, который приведён далее, сказано «на крыше нашего дома», а в риваяте Убайдуллы ибн Умара, который приведён далее, сказано «на крыше дома Хафсы», то есть его сестры, как это прямо указано в риваяте Муслима. А у Ибн Хузаймы сказано: «Я вошёл к Хафсе, дочери Умара, и поднялся на крышу дома». Путь совмещения состоит в том, чтобы сказать: приписывание им дома себе — в переносном смысле, поскольку она была его сестрой, и у него была связь с этим домом. А там, где он приписал его Хафсе, это было с учётом того, что это был дом, в котором Пророк ﷺ поселил её, и он оставался в её владении до её смерти, после чего он унаследовал его от неё. Далее автор извлечёт это из данного хадиса в «Книге пятой части (хумс)», если пожелает Всевышний Аллах. А там, где он приписал его себе, это было с учётом того, чем закончилось дело: ведь он унаследовал от Хафсы, в отличие от своих братьев и сестёр, поскольку она была его родной сестрой по обоим родителям и не оставила никого, кто помешал бы ему получить всё наследство.
Его слово (на двух кирпичах) — а у Ибн Хузаймы сказано: «Я взглянул на Посланника Аллаха ﷺ, когда он справлял нужду», а в другом его риваяте: «Я увидел, как он справляет нужду, будучи скрыт кирпичом». А у аль-Хакима ат-Тирмизи с достоверным иснадом: «Я увидел его в уборной (каниф)» — это слово произносится с фатхой на «каф» и кясрой на «нун», после которых идёт «я» (нижняя точечная буква), затем «фа».
Этим опровергается возражение тех, кто считал дозволенным это безусловно, говоря: возможно, он видел его в открытом пространстве, а то, что он видел его на двух кирпичах, не указывает на строение, поскольку возможно, что он сел на них, чтобы приподняться над землёй. Это предположение опровергается также тем, что Ибн Умар считал запретным обращение (к кибле или от неё) в открытом пространстве без прикрытия, как это передал Абу Дауд и аль-Хаким с иснадом, в котором нет проблем. И Ибн Умар не намеревался в тот момент взглянуть на Пророка ﷺ, а поднялся на крышу по своей необходимости, как сказано в риваяте, который приведён далее, и тут ему случайно представился взгляд, как в риваяте аль-Байхаки от Нафи‘, от Ибн Умара.
Да, когда ему довелось увидеть его в этом положении не намеренно, он захотел, чтобы это не осталось без пользы, и потому запомнил это шариатское положение. И, по-видимому, он видел его со стороны спины, так что ему было позволительно рассмотреть упомянутое положение без какого-либо предосудительного момента. Это указывает на сильное стремление сподвижника следить за состояниями Пророка ﷺ, чтобы следовать им, и таким он и был, да будет доволен им Аллах.