Его слово: (Абу Абдуллах сказал: «гамир» означает того, кто опередил в добре) — разъяснение этого уже приводилось в главе о достоинствах Абу Бакра.
4 - глава: «И говорите: «хитта»» («прощение»)
4641 - Рассказал мне Исхак: сообщил нам Абд ар-Раззак: сообщил нам Ма‘мар от Хаммама ибн Мунаббиха, что он слышал, как Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) говорил: сказал посланник Аллаха ﷺ: «Сынам Исраилевым было сказано: «Войдите во врата, кланяясь, и скажите: «хитта» — Мы простим вам ваши прегрешения». Но они изменили это и вошли, ползя на своих задах, и говорили: «зерно в волоске»».
Его слово (глава: «его слово «хитта»». Рассказал мне Исхак) — это Исхак ибн Ибрахим аль-Ханзали, Ибн Рахавайх.
Его слово: (Сынам Исраилевым было сказано: «Войдите во врата, кланяясь, и скажите: «хитта»») — Абд ар-Раззак передал от Ма‘мара, от Катады относительно слов Всевышнего: «И говорите: «хитта»», что аль-Хасан сказал: то есть «сложи с нас наши грехи». Это соответствует чтению того, кто читает «хиттатан» с фатхой в конце (в винительном падеже), а это чтение Ибрахима ибн Абу Аблы. Большинство же читает с даммой (в именительном падеже), считая, что это сказуемое при опущенном подлежащем, то есть «наша просьба — это прощение». Говорят также, что им было велено произнести это именно в такой форме, и тогда именительный падеж — это форма цитирования, а само слово по смыслу стоит в винительном падеже из-за глагола «говорить», но цитируемая форма препятствует проявлению падежного окончания винительного падежа. Говорят также, что оно поставлено в именительном падеже, чтобы придать значение постоянства, как в слове «салям» (мир). Относительно значения этого слова есть разногласия: говорят, что это имя, обозначающее образ действия от глагола «хатта» (снимать, слагать), подобно слову «джильса» (сидение); говорят также, что это — покаяние, как сказал поэт:
«Обрёл он прощение («хитта»), которым Аллах
сделал грех Своего раба прощённым».
Говорят также, что смысл этого слова неизвестен и что им было велено произносить его лишь как акт поклонения. Ибн Аби Хатим передал от Ибн Аббаса и других, что было сказано: им было велено сказать «магфира» (прощение).
Его слово: (Но они изменили) — то есть заменили. А слова Всевышнего: «И заменили те, которые творили несправедливость, слово, отличное от того, что было сказано им» — по смыслу означают: «заменили те, которые творили несправедливость, — вместо того, что было сказано им, — словом, отличным от того, что было сказано им». Возможно также, что глагол «заменили» здесь несёт в себе значение «сказали».
Его слово: (И вошли, ползя на своих задах, и говорили: «зерно в волоске») — так передано у большинства, и так же в упомянутом риваяте аль-Хасана, с двумя фатхами. А у аль-Кушмихани — «в колосе», с кясрой на «син» и добавлением буквы «йа» после неё. Суть в том, что они нарушили и то, что им было велено сделать, и то, что им было велено сказать: им было велено пасть ниц по завершении входа в знак благодарности Всевышнему Аллаху и произнести слово «хитта», но они заменили падение ниц ползанием и сказали «хинта» (пшеница) вместо «хитта», либо сказали «хитта», но добавили к этому слова «зерно в колосе». Аль-Хаким передал через ас-Судди от Мурры от Ибн Мас‘уда, что они сказали: «хатты самкан», что по-арабски означает «красная крепкая пшеница, в которой чёрное зерно». Из этого можно извлечь довод, что если предписанные слова являются актом поклонения именно в своей словесной форме, то их изменение недопустимо, даже если смысл при этом сохраняется. Это не относится к вопросу о передаче риваята по смыслу, а является лишь производным от него вопросом. Следует считать это оговоркой к допустимости [передачи по смыслу], то есть добавить условие, что это допустимо лишь тогда, когда сами слова не являются актом поклонения по своей словесной форме, — это условие необходимо. А тот, кто высказался об этом без оговорок, — его слова следует понимать именно в этом смысле.
5 - глава: «Прощай, и вели творить благое, и отвернись от невежд» — «урф» означает «добро, благодеяние» («ма‘руф»)
4642 - Рассказал нам Абу аль-Йаман: сообщил нам Шу‘айб от аз-Зухри, который сказал: сообщил мне Убайдуллах ибн Абдуллах ибн Утба, что Ибн Аббас (да будет доволен Аллах ими обоими) сказал: прибыл Уяйна ибн Хисн ибн Хузайфа и остановился у сына своего брата — аль-Хурра ибн Кайса, который был из числа тех людей, кого Умар приближал к себе. А чтецы Корана были участниками собраний Умара и его совещаний, будь то старики или юноши. И сказал Уяйна сыну своего брата: «О сын брата моего, есть ли у тебя доступ к этому эмиру? Испроси для меня разрешение войти к нему». Тот ответил: «Я испрошу для тебя разрешение войти к нему». Ибн Аббас сказал: и аль-Хурр испросил для Уяйны разрешение, и Умар разрешил ему войти. Когда же тот вошёл к нему, он сказал: «Эй, о сын аль-Хаттаба! Клянусь Аллахом, ты не даёшь нам щедрого дара и не судишь между нами по справедливости!» Умар разгневался настолько, что едва не набросился на него. Тогда аль-Хурр сказал ему: «О повелитель верующих, ведь Всевышний Аллах сказал Своему Пророку ﷺ: «Прощай, и вели творить благое, и отвернись от невежд», а этот — из числа невежд». Клянусь Аллахом, Умар не преступил этого аята, когда тот прочитал ему его, ибо он всегда останавливался перед предписанием Книги Аллаха.