أبو اليمان الحكم بن نافع

«Ираклий послал за ним (Абу Суфьяном) и группой курайшитов, которые были торговцами в Шаме, во время перемирия, которое Посланник Аллаха ﷺ тогда заключил с Абу Суфьяном и неверными курайшитами. Они прибыли к Ираклию, находившемуся в Иерусалиме, и он позвал их на свой приём, а вокруг него были знатные люди Рума. Затем он позвал их и позвал своего переводчика и сказал: «Кто из вас ближе всех по родству к этому человеку, который заявляет, что он пророк?» Абу Суфьян сказал: «Я сказал: «Я ближе всех из них по родству»». Он сказал: «Приблизьте его ко мне, а его спутников подведите поближе и поставьте позади него». Затем он сказал переводчику: «Скажи им: я буду спрашивать его об этом человеке, и если он мне солжёт, пусть они его опровергнут». — Клянусь Аллахом, если бы не стыд перед тем, что они припишут мне ложь, я бы солгал про него. Первое, о чём он меня спросил, было: «Каково его родство среди вас?» Я сказал: «Он среди нас — человек знатного рода». Он сказал: «Говорил ли кто-нибудь из вас такие слова прежде него?» Я сказал: «Нет». Он сказал: «Был ли среди его отцов царь?» Я сказал: «Нет». Он сказал: «За ним следуют знатные люди или слабые из них?» Я сказал: «Скорее слабые из них». Он сказал: «Их число увеличивается или уменьшается?» Я сказал: «Скорее увеличивается». Он сказал: «Отступает ли кто-нибудь из них от его религии из недовольства после того, как вошёл в неё?» Я сказал: «Нет». Он сказал: «Обвиняли ли вы его во лжи прежде, чем он сказал то, что сказал?» Я сказал: «Нет». Он сказал: «Совершает ли он предательство?» Я сказал: «Нет, но мы с ним находимся в перемирии, и не знаем, что он сделает за этот срок». — Он сказал: и мне не удалось вставить в эти слова ничего, кроме этой фразы. Он сказал: «Сражались ли вы с ним?» Я сказал: «Да». Он сказал: «Каким было ваше сражение с ним?» Я сказал: «Война между нами и ним идёт с переменным успехом: он наносит нам урон, а мы наносим урон ему». Он сказал: «Что он вам велит?» Я сказал: «Он говорит: «Поклоняйтесь одному Аллаху и не приобщайте к Нему никого в сотоварищи, и оставьте то, что говорили ваши отцы», — и он велит нам совершать молитву, быть правдивыми, воздерживаться от запретного и поддерживать родственные связи». Тогда он сказал переводчику: «Скажи ему: я спросил тебя о его родстве, и ты упомянул, что он среди вас — человек знатного рода; так и посланники посылаются из знатного рода своего народа. Я спросил тебя, говорил ли кто-нибудь из вас такие слова прежде, и ты сказал, что нет; я подумал: если бы кто-то сказал такие слова прежде него, я сказал бы, что это человек, подражающий словам, сказанным до него. Я спросил тебя, был ли среди его отцов царь, и ты сказал, что нет; я подумал: если бы среди его отцов был царь, я сказал бы, что это человек, добивающийся царства своего отца. Я спросил тебя, обвиняли ли вы его во лжи прежде, чем он сказал то, что сказал, и ты сказал, что нет; и я знаю, что не может быть, чтобы он оставил ложь по отношению к людям, а солгал на Аллаха. Я спросил тебя, следуют за ним знатные люди или слабые из них, и ты сказал, что слабые из них следуют за ним, а они — те, кто следует за посланниками. Я спросил тебя, увеличивается их число или уменьшается, и ты сказал, что увеличивается, — таково же и дело веры, пока оно не завершится. Я спросил тебя, отступает ли кто-нибудь из недовольства своей религией после того, как вошёл в неё, и ты сказал, что нет, — такова же вера, когда её отрада проникает в сердца. Я спросил тебя, совершает ли он предательство, и ты сказал, что нет, — так и посланники не совершают предательства. Я спросил тебя, что он вам велит, и ты упомянул, что он велит вам поклоняться Аллаху и не приобщать к Нему никого в сотоварищи, запрещает вам поклонение идолам и велит вам молитву, правдивость и воздержание от запретного. Если то, что ты говоришь, правда, то он овладеет вот этим местом, где сейчас мои две стопы. Я знал, что он должен появиться, но не думал, что он окажется из вас. Если бы я знал, что смогу добраться до него, то непременно постарался бы встретиться с ним, а если бы я был у него, то омыл бы его стопу»». Затем он потребовал письмо Посланника Аллаха ﷺ, которое Дихья доставил правителю Бусры, а тот передал его Ираклию. Он прочитал его, и там было написано: «С именем Аллаха, Милостивого, Милосердного. От Мухаммада, раба Аллаха и Его Посланника, — Ираклию, правителю Рума. Мир тому, кто последовал за верным руководством! А затем: я призываю тебя призывом ислама. Прими ислам — и будешь в безопасности; прими ислам — и Аллах дарует тебе твою награду вдвойне. А если ты откажешься, то на тебе будет грех ариситов (простых подданных). И: «О люди Писания! Придите к слову, равному для нас и для вас: чтобы мы не поклонялись никому, кроме Аллаха, не приобщали к Нему никаких сотоварищей и не считали друг друга господами наряду с Аллахом. Если же они откажутся, то скажите: «Свидетельствуйте, что мы являемся мусульманами»»» [3: 64]. Абу Суфьян сказал: «Когда он сказал то, что сказал, и закончил читать письмо, поднялся сильный шум, голоса стали громкими, и нас вывели. Когда нас вывели, я сказал своим спутникам: «Дело сына Абу Кабши (то есть Мухаммада) стало значительным — его боится даже царь бану аль-Асфар (византийцев)». И я не переставал быть убеждённым, что он одержит победу, до тех пор, пока Аллах не привёл меня к исламу». Ибн ан-Назур — приближённый в Иерусалиме и при Ираклии — был архиепископом христиан Шама. Он рассказывал, что когда Ираклий прибыл в Иерусалим, однажды утром его настроение было мрачным. Некоторые его патрикии сказали: «Мы заметили, что твой вид изменился». Ибн ан-Назур сказал: Ираклий был астрологом, наблюдавшим за звёздами, и он сказал им, когда они его спросили: «Поистине, в эту ночь, глядя на звёзды, я увидел, что появился царь обрезанных. Кто из этого народа совершает обрезание?» Они сказали: «Обрезание совершают только иудеи, так не тревожься из-за них. Напиши в города своего царства, чтобы они убили иудеев, которые там есть». И пока они были заняты этим делом, к Ираклию привели человека, которого послал царь Гассана, чтобы сообщить весть о Посланнике Аллаха ﷺ. Когда Ираклий расспросил его, он сказал: «Пойдите и посмотрите, обрезан он или нет». Они посмотрели на него и сообщили ему, что он обрезан. Тогда он спросил его об арабах, и тот сказал: «Они совершают обрезание». Ираклий сказал: «Это и есть царь этого народа, который появился». Затем Ираклий написал своему товарищу в Риме, который был равен ему в знаниях, а сам отправился в Химс. Он не покидал Химс, пока к нему не пришло письмо от его товарища, согласное с мнением Ираклия о появлении Пророка ﷺ и о том, что он — пророк. Тогда Ираклий разрешил знатным людям Рума собраться в его дворце в Химсе, а затем велел закрыть его двери. Потом он вышел к ним и сказал: «О румы! Хотите ли вы обрести успех и правильный путь, чтобы ваше царство утвердилось, и присягнуть этому Пророку?» Они бросились наутёк, словно дикие ослы, к дверям, но обнаружили, что двери закрыты. Когда Ираклий увидел их бегство и потерял надежду на их веру, он сказал: «Верните их ко мне», — и сказал: «Я сказал вам эти слова только для того, чтобы испытать вашу твёрдость в вашей религии, и теперь я это увидел». Тогда они поклонились ему и остались довольны им. И это было последним, что известно о деле Ираклия». Его передали также Салих ибн Кайсан, Юнус и Ма‘мар от аз-Зухри.

Нам передал Абу-ль-Йаман, он сказал: нам сообщил Шуайб, он сказал: нам передал Абу-з-Зинад от аль-А‘раджа, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Клянусь Тем, в Чьей Руке моя душа, никто из вас не уверует, пока я не стану для него дороже его отца и его сына».

Посланник Аллаха ﷺ сказал, когда вокруг него была группа его сподвижников: «Присягните мне, что вы не будете придавать Аллаху сотоварищей, не будете воровать, не будете прелюбодействовать, не будете убивать своих детей, не будете приводить клевету, которую сами придумываете о своих собственных детях, и не будете проявлять неповиновение в благом. Кто из вас исполнит это, тому награда у Аллаха. А кто совершит что-то из этого и будет наказан за это в этом мире, то это станет искуплением для него. А кто совершит что-то из этого, но Аллах скроет это, то дело его — у Аллаха: если пожелает, простит его, а если пожелает, накажет его». И мы присягнули ему на этом.

«Посланник Аллаха ﷺ одарил группу людей, а Са‘д сидел (рядом). Посланник Аллаха ﷺ обошёл (не дал) одного человека, который был мне милее их всех. Я сказал: «О Посланник Аллаха, что с тобой в отношении такого-то? Клянусь Аллахом, я считаю его верующим». Он сказал: «Или мусульманином». Я немного помолчал, затем меня одолело то, что я знал о нём, и я вернулся к своим словам, сказав: «Что с тобой в отношении такого-то? Клянусь Аллахом, я считаю его верующим». Он сказал: «Или мусульманином». Затем меня снова одолело то, что я знал о нём, и я вернулся к своим словам, и Посланник Аллаха ﷺ повторил своё, затем сказал: «О Са‘д, поистине, я даю человеку, хотя другой мне милее его, из страха, что Аллах ввергнет его лицом в Огонь»». И передали это Юнус, Салих, Ма‘мар и племянник аз-Зухри — от аз-Зухри.

Нам передал Абу аль-Йаман, он сказал: нам сообщил Шуайб, он сказал: нам передал Абу аз-Зинад от аль-Араджа, от Абу Хурайры, который сказал: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто простоит в молитве ночь предопределения (Ляйлят аль-кадр) по вере и ради награды Аллаха, тому будут прощены его прежние грехи».

Нам передал аль-Хакам ибн Нафи‘, сказал: нам сообщил Шуайб от аз-Зухри, сказал: мне передал Амир ибн Са‘д от Са‘да ибн Абу Ваккаса, что тот сообщил ему: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, ты не потратишь расход, стремясь этим к лику Аллаха, чтобы не получить за него награду, вплоть до того, что кладёшь в рот своей жене».

«Я и один мой соседа из числа ансаров жили среди бану Умайя ибн Зайд, а это одна из верхних частей Медины. Мы по очереди приходили к Посланнику Аллаха ﷺ: один день приходил он, другой день — я. Когда я приходил, то приносил ему известия того дня — из откровения и прочего, и когда приходил он, делал то же самое. И вот мой товарищ-ансар пришёл в день своей очереди и постучал в мою дверь очень сильно, и сказал: «Он там?» Я испугался и вышел к нему, и он сказал: «Случилось великое дело». Я вошёл к Хафсе и увидел, что она плачет, и сказал: «Развёлся ли с вами Посланник Аллаха ﷺ?» Она сказала: «Не знаю». Затем я вошёл к Пророку ﷺ и сказал, стоя: «Ты развёлся со своими жёнами?» Он сказал: «Нет». Тогда я сказал: «Аллах велик!»»

«Посланник Аллаха ﷺ вышел, и поднялся Абдуллах ибн Хузафа и спросил: «Кто мой отец?» Пророк ﷺ ответил: «Твой отец — Хузафа». Затем он много раз повторил: «Спрашивайте меня». Тогда Умар опустился на колени и сказал: «Мы удовлетворены тем, что Аллах — наш Господь, ислам — наша религия, а Мухаммад ﷺ — наш пророк». И Пророк ﷺ умолк».

«Он видел, как Усман попросил принести воду для омовения, и полил из своего сосуда на руки, и вымыл их три раза, затем окунул правую руку в сосуд с водой для омовения, затем прополоскал рот, втянул воду в нос и вытолкнул её, затем вымыл лицо трижды, и руки до локтей трижды, затем протёр голову, затем вымыл каждую ногу трижды, после чего сказал: «Я видел, как Пророк ﷺ совершал малое омовение подобно этому моему омовению», и сказал: «Кто совершит малое омовение подобно этому моему омовению, затем совершит молитву в два раката, не разговаривая в них сам с собой, тому Аллах простит его прошлые грехи»».

«Когда состояние Пророка ﷺ стало тяжёлым и болезнь его усилилась, он попросил разрешения у своих жён, чтобы за ним ухаживали в моём доме, и они разрешили ему. Пророк ﷺ вышел, поддерживаемый двумя мужчинами, его ноги волочились по земле, — между Аббасом и другим мужчиной. Убайдуллах сказал: «Я сообщил об этом Абдуллаху ибн Аббасу, и он спросил: «Знаешь ли ты, кто был тот другой мужчина?» Я ответил: «Нет». Он сказал: «Это был Али»»». Аиша (да будет доволен ею Аллах) рассказывала, что Пророк ﷺ сказал после того, как вошёл в свой дом и болезнь его усилилась: «Облейте меня водой из семи бурдюков, завязки которых не развязывались, — быть может, я смогу дать людям наставление». Его посадили в таз, принадлежавший Хафсе, жене Пророка ﷺ, а затем мы стали лить на него эту воду, пока он не начал делать нам знак: «Вы уже сделали (довольно)». Затем он вышел к людям.

Нам передал Абу аль-Йаман, сказал: нам сообщил Шу‘айб от аз-Зухри, который сказал: мне сообщил Убайдуллах ибн Абдуллах ибн Утба ибн Мас‘уд, что Абу Хурайра сказал: «Встал один бедуин и помочился в мечети. Люди бросились на него, но Пророк ﷺ сказал им: «Оставьте его и вылейте на его мочу ведро воды или бадью воды. Поистине, вы посланы для облегчения, а не для затруднения»».

Нам передал Абу аль-Яман, он сказал: нам сообщил Шу‘айб, он сказал: нам сообщил Абу аз-Зинад, что ему передал Абд ар-Рахман ибн Хурмуз аль-А‘радж, что он слышал, как Абу Хурайра говорил, что он слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Мы — последние (пришедшие в этот мир общиной), но опередившие (в Судный день)».

Нам передал Абу аль-Йаман, сказал: нам сообщил Шу‘айб от аз-Зухри, который сказал: мне сообщил Урва, что Аиша сказала: «Посланник Аллаха ﷺ совершал утреннюю молитву, и вместе с ним присутствовали женщины из числа верующих, закутанные в свои покровы, а затем возвращались в свои дома, и никто их не узнавал».

Когда над Посланником Аллаха ﷺ нависла смерть, он стал накидывать на лицо свою полосатую накидку (хамиса), а когда она стесняла его дыхание, снимал её с лица. И, находясь в таком состоянии, он сказал: «Проклятие Аллаха на иудеев и христиан — они превратили могилы своих пророков в места молитв», — предостерегая от того, что они совершили.

Нам передал Абу аль-Йаман аль-Хакам ибн Нафи‘, сказав: нам сообщил Шу‘айб от аз-Зухри, который сказал: мне сообщил Абу Салама ибн Абд ар-Рахман ибн Ауф, что он слышал, как Хассан ибн Сабит аль-Ансари, призывая Абу Хурайру в свидетели, сказал: «Заклинаю тебя Аллахом, слышал ли ты, как Пророк ﷺ говорил: «О Хассан, отвечай (стихами) за Посланника Аллаха ﷺ. Господи, укрепи его Святым Духом (Джибрилем)»?» Абу Хурайра сказал: «Да».