صَالِحِ بْنِ كَيْسَانَ

«Ираклий послал за ним (Абу Суфьяном) и группой курайшитов, которые были торговцами в Шаме, во время перемирия, которое Посланник Аллаха ﷺ тогда заключил с Абу Суфьяном и неверными курайшитами. Они прибыли к Ираклию, находившемуся в Иерусалиме, и он позвал их на свой приём, а вокруг него были знатные люди Рума. Затем он позвал их и позвал своего переводчика и сказал: «Кто из вас ближе всех по родству к этому человеку, который заявляет, что он пророк?» Абу Суфьян сказал: «Я сказал: «Я ближе всех из них по родству»». Он сказал: «Приблизьте его ко мне, а его спутников подведите поближе и поставьте позади него». Затем он сказал переводчику: «Скажи им: я буду спрашивать его об этом человеке, и если он мне солжёт, пусть они его опровергнут». — Клянусь Аллахом, если бы не стыд перед тем, что они припишут мне ложь, я бы солгал про него. Первое, о чём он меня спросил, было: «Каково его родство среди вас?» Я сказал: «Он среди нас — человек знатного рода». Он сказал: «Говорил ли кто-нибудь из вас такие слова прежде него?» Я сказал: «Нет». Он сказал: «Был ли среди его отцов царь?» Я сказал: «Нет». Он сказал: «За ним следуют знатные люди или слабые из них?» Я сказал: «Скорее слабые из них». Он сказал: «Их число увеличивается или уменьшается?» Я сказал: «Скорее увеличивается». Он сказал: «Отступает ли кто-нибудь из них от его религии из недовольства после того, как вошёл в неё?» Я сказал: «Нет». Он сказал: «Обвиняли ли вы его во лжи прежде, чем он сказал то, что сказал?» Я сказал: «Нет». Он сказал: «Совершает ли он предательство?» Я сказал: «Нет, но мы с ним находимся в перемирии, и не знаем, что он сделает за этот срок». — Он сказал: и мне не удалось вставить в эти слова ничего, кроме этой фразы. Он сказал: «Сражались ли вы с ним?» Я сказал: «Да». Он сказал: «Каким было ваше сражение с ним?» Я сказал: «Война между нами и ним идёт с переменным успехом: он наносит нам урон, а мы наносим урон ему». Он сказал: «Что он вам велит?» Я сказал: «Он говорит: «Поклоняйтесь одному Аллаху и не приобщайте к Нему никого в сотоварищи, и оставьте то, что говорили ваши отцы», — и он велит нам совершать молитву, быть правдивыми, воздерживаться от запретного и поддерживать родственные связи». Тогда он сказал переводчику: «Скажи ему: я спросил тебя о его родстве, и ты упомянул, что он среди вас — человек знатного рода; так и посланники посылаются из знатного рода своего народа. Я спросил тебя, говорил ли кто-нибудь из вас такие слова прежде, и ты сказал, что нет; я подумал: если бы кто-то сказал такие слова прежде него, я сказал бы, что это человек, подражающий словам, сказанным до него. Я спросил тебя, был ли среди его отцов царь, и ты сказал, что нет; я подумал: если бы среди его отцов был царь, я сказал бы, что это человек, добивающийся царства своего отца. Я спросил тебя, обвиняли ли вы его во лжи прежде, чем он сказал то, что сказал, и ты сказал, что нет; и я знаю, что не может быть, чтобы он оставил ложь по отношению к людям, а солгал на Аллаха. Я спросил тебя, следуют за ним знатные люди или слабые из них, и ты сказал, что слабые из них следуют за ним, а они — те, кто следует за посланниками. Я спросил тебя, увеличивается их число или уменьшается, и ты сказал, что увеличивается, — таково же и дело веры, пока оно не завершится. Я спросил тебя, отступает ли кто-нибудь из недовольства своей религией после того, как вошёл в неё, и ты сказал, что нет, — такова же вера, когда её отрада проникает в сердца. Я спросил тебя, совершает ли он предательство, и ты сказал, что нет, — так и посланники не совершают предательства. Я спросил тебя, что он вам велит, и ты упомянул, что он велит вам поклоняться Аллаху и не приобщать к Нему никого в сотоварищи, запрещает вам поклонение идолам и велит вам молитву, правдивость и воздержание от запретного. Если то, что ты говоришь, правда, то он овладеет вот этим местом, где сейчас мои две стопы. Я знал, что он должен появиться, но не думал, что он окажется из вас. Если бы я знал, что смогу добраться до него, то непременно постарался бы встретиться с ним, а если бы я был у него, то омыл бы его стопу»». Затем он потребовал письмо Посланника Аллаха ﷺ, которое Дихья доставил правителю Бусры, а тот передал его Ираклию. Он прочитал его, и там было написано: «С именем Аллаха, Милостивого, Милосердного. От Мухаммада, раба Аллаха и Его Посланника, — Ираклию, правителю Рума. Мир тому, кто последовал за верным руководством! А затем: я призываю тебя призывом ислама. Прими ислам — и будешь в безопасности; прими ислам — и Аллах дарует тебе твою награду вдвойне. А если ты откажешься, то на тебе будет грех ариситов (простых подданных). И: «О люди Писания! Придите к слову, равному для нас и для вас: чтобы мы не поклонялись никому, кроме Аллаха, не приобщали к Нему никаких сотоварищей и не считали друг друга господами наряду с Аллахом. Если же они откажутся, то скажите: «Свидетельствуйте, что мы являемся мусульманами»»» [3: 64]. Абу Суфьян сказал: «Когда он сказал то, что сказал, и закончил читать письмо, поднялся сильный шум, голоса стали громкими, и нас вывели. Когда нас вывели, я сказал своим спутникам: «Дело сына Абу Кабши (то есть Мухаммада) стало значительным — его боится даже царь бану аль-Асфар (византийцев)». И я не переставал быть убеждённым, что он одержит победу, до тех пор, пока Аллах не привёл меня к исламу». Ибн ан-Назур — приближённый в Иерусалиме и при Ираклии — был архиепископом христиан Шама. Он рассказывал, что когда Ираклий прибыл в Иерусалим, однажды утром его настроение было мрачным. Некоторые его патрикии сказали: «Мы заметили, что твой вид изменился». Ибн ан-Назур сказал: Ираклий был астрологом, наблюдавшим за звёздами, и он сказал им, когда они его спросили: «Поистине, в эту ночь, глядя на звёзды, я увидел, что появился царь обрезанных. Кто из этого народа совершает обрезание?» Они сказали: «Обрезание совершают только иудеи, так не тревожься из-за них. Напиши в города своего царства, чтобы они убили иудеев, которые там есть». И пока они были заняты этим делом, к Ираклию привели человека, которого послал царь Гассана, чтобы сообщить весть о Посланнике Аллаха ﷺ. Когда Ираклий расспросил его, он сказал: «Пойдите и посмотрите, обрезан он или нет». Они посмотрели на него и сообщили ему, что он обрезан. Тогда он спросил его об арабах, и тот сказал: «Они совершают обрезание». Ираклий сказал: «Это и есть царь этого народа, который появился». Затем Ираклий написал своему товарищу в Риме, который был равен ему в знаниях, а сам отправился в Химс. Он не покидал Химс, пока к нему не пришло письмо от его товарища, согласное с мнением Ираклия о появлении Пророка ﷺ и о том, что он — пророк. Тогда Ираклий разрешил знатным людям Рума собраться в его дворце в Химсе, а затем велел закрыть его двери. Потом он вышел к ним и сказал: «О румы! Хотите ли вы обрести успех и правильный путь, чтобы ваше царство утвердилось, и присягнуть этому Пророку?» Они бросились наутёк, словно дикие ослы, к дверям, но обнаружили, что двери закрыты. Когда Ираклий увидел их бегство и потерял надежду на их веру, он сказал: «Верните их ко мне», — и сказал: «Я сказал вам эти слова только для того, чтобы испытать вашу твёрдость в вашей религии, и теперь я это увидел». Тогда они поклонились ему и остались довольны им. И это было последним, что известно о деле Ираклия». Его передали также Салих ибн Кайсан, Юнус и Ма‘мар от аз-Зухри.

Нам передал Мухаммад ибн Убайдуллах, сказал: нам передал Ибрахим ибн Са‘д, от Салиха, от Ибн Шихаба, от Абу Умамы ибн Сахля: что он слышал, как Абу Са‘ид аль-Худри говорил: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Однажды, когда я спал, я увидел, как людей проводят передо мной, и на них были рубахи. У одних они доходили до сосков, у других — ниже этого. И передо мной провели Умара ибн аль-Хаттаба, и на нём была рубаха, которую он тащил за собой. Они спросили: — Как ты это растолковал, о Посланник Аллаха? Он сказал: — Религию».

«Посланник Аллаха ﷺ одарил группу людей, а Са‘д сидел (рядом). Посланник Аллаха ﷺ обошёл (не дал) одного человека, который был мне милее их всех. Я сказал: «О Посланник Аллаха, что с тобой в отношении такого-то? Клянусь Аллахом, я считаю его верующим». Он сказал: «Или мусульманином». Я немного помолчал, затем меня одолело то, что я знал о нём, и я вернулся к своим словам, сказав: «Что с тобой в отношении такого-то? Клянусь Аллахом, я считаю его верующим». Он сказал: «Или мусульманином». Затем меня снова одолело то, что я знал о нём, и я вернулся к своим словам, и Посланник Аллаха ﷺ повторил своё, затем сказал: «О Са‘д, поистине, я даю человеку, хотя другой мне милее его, из страха, что Аллах ввергнет его лицом в Огонь»». И передали это Юнус, Салих, Ма‘мар и племянник аз-Зухри — от аз-Зухри.

Нам передал Ибрахим ибн Хамза, сказал: нам передал Ибрахим ибн Са‘д от Салиха, от Ибн Шихаба, от Убайдуллаха ибн Абдуллаха, что Абдуллах ибн Аббас сообщил ему, сказал: мне сообщил Абу Суфьян: «Ираклий сказал ему: я спросил тебя, увеличиваются они (числом) или уменьшаются, и ты утверждал, что они увеличиваются — такова же вера, пока не станет полной. И я спросил тебя, отступается ли кто-нибудь от своей религии из отвращения к ней после того, как войдёт в неё, и ты утверждал, что нет — такова же вера, когда её отрада смешается с сердцами: никто не станет питать к ней отвращения».

Нам передал Исмаил ибн Абдуллах, сказал: мне передал Ибрахим ибн Са‘д от Салиха, от Ибн Шихаба, от Убайдуллаха ибн Абдуллаха ибн Утбы ибн Мас‘уда: Абдуллах ибн Аббас сообщил ему, что Посланник Аллаха ﷺ отправил со своим письмом человека и велел ему передать его правителю Бахрейна, а правитель Бахрейна передал его Хосрою. Когда тот прочитал письмо, он разорвал его. И я полагаю, что Ибн аль-Мусаййаб сказал: тогда Посланник Аллаха ﷺ призвал на них проклятие, чтобы они были разорваны на куски, все до единого.

Он поспорил с аль-Хуррром ибн Кайсом ибн Хисном аль-Фазари о спутнике Мусы. Ибн Аббас сказал: «Это Хидр». В это время мимо них проходил Убайй ибн Ка‘б, и Ибн Аббас позвал его и сказал: «Мы с моим товарищем поспорили о спутнике Мусы, о том, к которому Муса просил путь для встречи. Слышал ли ты, чтобы Пророк ﷺ упоминал о его деле?» Он ответил: «Да, я слышал Посланника Аллаха ﷺ, который говорил: «Однажды, когда Муса был среди собрания сынов Исраиля, к нему подошёл человек и спросил: «Знаешь ли ты кого-нибудь более знающего, чем ты?» Муса сказал: «Нет». Тогда Аллах внушил Мусе откровение: «Нет, есть — Наш раб Хидр». Муса попросил путь к нему, и Аллах сделал для него рыбу знамением, и было сказано ему: «Когда потеряешь рыбу, вернись, ибо ты встретишь его». И он следовал по следу рыбы в море. Тогда его спутник сказал Мусе: «Помнишь ли ты, как мы укрылись у скалы? Я забыл про рыбу, и заставил меня забыть о ней не кто иной, как сатана, чтобы я не вспомнил о ней» [18:63]. Муса сказал: «Это то, что мы искали». И они вернулись назад по своим следам [18:64]. Так они нашли Хидра, и их дело было таким, как рассказал Аллах, Могучий и Великий, в Своей Книге»».

(Он рассказывал), что видел, как Усман ибн Аффан попросил принести сосуд с водой, полил на обе ладони трижды и вымыл их. Затем он опустил правую руку в сосуд, прополоскал рот и втянул воду в нос. Затем он трижды вымыл лицо и трижды — руки до локтей. Затем протёр голову. Затем трижды вымыл ноги до щиколоток. После этого он сказал: «Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто совершит малое омовение подобно этому моему омовению, а затем совершит два раката молитвы, не думая ни о чём постороннем, тому будут прощены его прошлые грехи»»

Когда Усман совершил малое омовение, он сказал: «Не рассказать ли мне вам один хадис? Если бы не один аят, я не рассказал бы его вам. Я слышал, как Пророк ﷺ говорил: «Ни один человек, который совершит малое омовение должным образом и совершит молитву, не окажется без того, чтобы ему было прощено (то, что было между ним) и этой молитвой, пока он её совершает»». Урва сказал: этот аят — «Воистину, тех, которые скрывают ниспосланные Нами ясные знамения…» [2:159].

«Мне сообщил Махмуд ибн ар-Рабиъ, он сказал: он тот, в чьё лицо Посланник Аллаха ﷺ брызнул водой изо рта, когда он был мальчиком, у их колодца». А Урва передал от аль-Мисвара и других, и каждый из них подтверждает слова другого: «Когда Пророк ﷺ совершал омовение, они (сподвижники) готовы были подраться за (воду от) его омовения».

Нам передали Яхья ибн Букайр и Кутайба, они сказали: нам передал аль-Лейс, от Укайля, от Ибн Шихаба, от Убайдуллаха ибн Абдуллаха ибн Утбы, от Ибн Аббаса: «Посланник Аллаха ﷺ выпил молока, затем прополоскал рот и сказал: «Оно оставляет жир»». Вслед за ним (аль-Лейсом) это передали Юнус и Салих ибн Кайсан от аз-Зухри.

Нам передал Абдуллах ибн Юсуф, сказал: нам сообщил Малик от Салиха ибн Кайсана, от Урвы ибн аз-Зубайра, от Аиши, матери верующих, которая сказала: «Аллах предписал молитву, когда предписал её, по два раката — и в пути, и на месте пребывания. Затем молитва в пути была оставлена такой же, а к молитве на месте пребывания было добавлено».

«Мечеть во времена Посланника Аллаха ﷺ была построена из сырцового кирпича, крыша её — из пальмовых веток, а столбы — из пальмовых стволов. Абу Бакр ничего не добавил к ней. А Умар добавил в неё: он отстроил её по образцу постройки времён Посланника Аллаха ﷺ из сырцового кирпича и пальмовых веток, и заново сделал столбы деревянными. Затем изменил её Усман — он сделал в ней много добавлений, построил её стену из резного камня и извести, сделал столбы из резного камня и покрыл крышу тиковым деревом».

Нам передал Абд аль-Азиз ибн Абдуллах, сказал: нам передал Ибрахим ибн Са‘д от Салиха, от Ибн Шихаба, сказал: мне сообщил Урва ибн аз-Зубайр, что Аиша сказала: «Я видела однажды Посланника Аллаха ﷺ у дверей моей комнаты, а эфиопы играли в мечети, и Посланник Аллаха ﷺ прикрывал меня своим плащом, и я смотрела на их игру».

Нам передал Аюб ибн Сулейман, сказал: нам передал Абу Бакр от Сулеймана — сказал Салих ибн Кайсан: нам передал аль-А'радж, Абд-ар-Рахман, и другие, от Абу Хурайры, а также Нафи‘, вольноотпущенник Абдуллаха ибн Умара, от Абдуллаха ибн Умара — что оба они передали ему от Посланника Аллаха ﷺ, что он сказал: «Когда усилится жара, отложите молитву до прохлады, ибо сильный жар — от дыхания Ада»

Нам передал Аййуб ибн Сулейман, сказав: мне передал Абу Бакр от Сулеймана: сказал Салих ибн Кайсан: мне сообщил Ибн Шихаб от Урвы, что Аиша сказала: «Посланник Аллаха ﷺ задержал вечернюю молитву, пока Умар не воззвал к нему: «Молитва! Женщины и дети уснули!» Тогда он вышел и сказал: «Никто из жителей земли не ждёт её, кроме вас»». Она сказала: «И в те дни молитву совершали только в Медине, и молились они между тем, как исчезал закат, и первой третью ночи».